Люда метнула на Конроя быстрый взгляд, тот уловил, расплылся в довольной ухмылке. За малым не подмигнул ей в ответ.
Вот же хитрый... пес!
Но ладно, его она тоже... нет, не любит, но почти прощает.
Зато теперь женишок сдался!
Ругнувшись себе под нос – хотя наверняка нелюди всё в деталях расслышали! – полоснул на прощание по девушке убийственным взглядом, крутанулся на каблуках пижонских сапог и вынесся прочь. Гракгаш едва успел сдвинуться от двери. Вернее, не торопился особо. Чтобы человек сам об него споткнулся?
– А ты, человек, будешь выплачивать мне долг за свою дочь? – все тем же певучим голосом лениво поинтересовался из теней айн.
– Знать ее не знаю, дуру такую! Не дочь она мне больше! – бледный, как саван, задергал головой барон, утирая лоб от испарины. – И из родовой книги вычеркну эту дрянь! И имя рода она не смеет больше носить!
Не очень-то и хотелось! Да и не звучит оно совсем. Что еще за Девицус? Фигня какая-то, а не имя рода.
– А в письменном виде можете оставить мне подтверждение, что я теперь не из вашего... – только начала было Люда, как "папаша", истерично обругав ее парой совсем грубых фраз, развернулся и тоже поторопился на выход.
– Не переживай, человечка, как владетель этих земель, я могу подтвердить любое событие, чему был свидетель. Письменно, если хочешь, – хмыкнул дракон, опять откидываясь на спинку кресла и продолжая сверлить девушку темным, практически черным взглядом. В котором опять заплясали алые огоньки.
– Хочу. Подтвердите, пожалуйста, Ваша Светлость, – кивнула Люда. – В письменном виде.
Вроде еще нужно поклониться этой Светлости согласно Уложениям, но сил совсем нет, тогда она просто рухнет на пол.
Наконец-то у нее будет хоть какой-то документ!
А еще свобода!
Ну, почти. Свобода от прошлой семьи этого тела, но теперь она официально должна айну.
Кстати, о нем.
Повернулась в ту сторону.
– Господин лерой, я признаю свой долг перед вами. И готова отработать его согласно нашего договора, но, надеюсь, вы позволите мне посетить дрохгар Торги в качестве его ыарнеры? Это займет не так много времени... можем продлить договор на такой же срок...
– И это все, что тебя волнует, человечка? – удивился Конрой с другой стороны стола. – Возможность посетить дрохгар?
А что еще ее должно волновать?
Вероятность, что придется отрабатывать долг натурой, то есть служанкой в доме айна, она рассматривала. Давно смирилась, даже найдя в этом некоторые выгоды. Айн, конечно, еще тот... зараза. Крови и нервов наверняка ей попортит много, но... Это не вынужденный брак с незнакомцем. Не быть безвольной вещью в родной семье, которую продают кому попало. И даже не скитаться бродяжкой без крова и защиты по дорогам, где полно холостых нелюдей, у которых гормоны в крови играют похлеще, чем у людей-подростков. Разве что силы, возможностей и даже власти у первых в разы больше.
А так она всего лишь будет "работником тряпки и метлы", пусть это понижение после должности помощницы Душары, но по магическому договору! Что-то лишнее айн вряд ли сможет себе позволить. А если и позволит, то... можно будет на него пожаловаться герцогу, владетелю местных земель?
Поэтому Люда молча повела плечами. Что еще ее должно волновать?
– Так ради чего ты признала свое поражение в пари? Ради Торги или сама настолько не хотела... м-м, возвращаться к семье и к своему жениху? Он сын графа, значит, ты была бы графиней, со временем, – теперь интересовался дракон, продолжая разглядывать ее поблескивающими красным глазами. – Всяко лучше, чем быть поломойкой, к тому же у нелюдя. Не верю, что рецепты у тебя закончились, человечка. Твоя память... пусть выборочна, но как бездонный колодец. Уверен, ты бы еще многим нас удивила. Если бы захотела.
На этот вопрос Люда тоже пожала плечами. Она не знает. Но с теми людьми точно не стоило ей уезжать. И признать поражение, чтобы долг можно было уже требовать, и сработала финансовая сторона закона – виделось ей единственным возможным вариантом.
– Напомню тебе, человечка, что ты можешь перепоручить свой долг любому, кто согласится выкупить его, – продолжал убаюкивающе вещать дракон. – Например, мне. Или лорду Качевайн.
Видя недоумение на лице девушки, пояснил:
– Тот дракон, для которого ты устроила "желтый обед". Чем впечатлила его, хм, и не только этим. Он тоже высказывал желание выкупить твой долг перед айном. Думаю, что ему лерой не откажет, – последнее прозвучало как вопрос, будто адресованный уже самому ушастому.
Но тот, подойдя ближе, упрямо качнул головой.
– Шанитир, ты забыл упомянуть, что кроме вас двоих ко мне и другие драконы также обращались. С желанием выкупить долг человечки. Даже с большой прибылью для меня, в отличие от тебя не скупились. Надо же, я и не думал, что перепродавать... людей окажется настолько прибыльным делом.
Люда уставилась на него. Ушастый ее только дразнит или уже кому-то перепродал?
– Тебе решать, человечка, – сказал герцог вроде ей, но продолжал пристально смотреть на блондина, слова которого проигнорировал.
Ой, то есть на официального посланника Великого Леса в западные провинции Великой империи Юаджи? Ну надо же, с кем она ссорилась поначалу.
– Нет, благодарю, Ваша Светлость, пусть остается как есть, – отказалась и Люда.
Герцог и его охранник с удивлением глянули на девушку.
– Ты же не ради симпатичного личика Лайнфаэра отказываешься от предложения герцога? Подумай еще раз, – фыркнул Конрой. – Человечка, он – айн!
Чего?! В смысле, что тот, кому она должна, айн, стройный блондин с длинными ушами и пронзительно зелеными глазами, она и сама прекрасно видит, зрение у людей нормальное. А что до личика...
Люда посмотрела на задравшего нос и опять со снисходительно-презрительной миной на лице айна, на оборотня, на дракона. Даже на притихшего, будто каменная гора, орга у двери. Вообще-то, они все здесь симпатичные, даже Гракгаш по-своему... но герои не ее романа. Ну их нафиг, этих нелюдей с их выкрутасами нечеловеческой логики! У нее и без мужских "личиков" проблем хватает.
– Просто выбираю меньшее из зол...
– Что?! – хором воскликнули Конрой и сам айн. – Меньшее?
Непонятно, кто из них более рассержен. И чем именно.
– Глупая человечка! Он – айн! Айн! Самый... породистый из них! – взмахнул рукой оборотень в сторону блондина, но тот только недовольно поморщился. – Хочешь, я дам тебе почитать книгу воспоминаний одного из подобных ему? Его прославленного сородича, генерала, сделавшего себе имя в войнах с людьми? Как он отзывался о людишках, которого вырезал целыми отрядами! Что они делали с пленными! А с человеческими женщинами? Они же вас ни во что не ставят!
– А вы? – фыркнула Люда, вяло отреагировав на возмущения оборотня, перенеся вес с ноги на ногу. Как она устала! Свернуться бы калачиком да проспать пару дней. – Вы, остальные нелюди, ставите? Это вы, Конрой, а не господин лерой, втянули меня в сомнительный спор, долг по которому я не смогла бы выплатить. Ваши волки не дают мне ступить дальше двора таверны. Вы непонятно что мутите у меня за спиной. Вы довели... кхм.
Осеклась, потому что чуть не сболтнула лишнее.
– А айн... Ну и что, что айн? Ну, в крайнем случае, прирежет меня и всего делов-то.
Вот точно лучшая раса во всей этой гадской империи – орги! Без вариантов. Только специи у них вонючие.
– "Всего делов"? – уронил челюсть оборотень.
– "Мутите"? – приподняв смоляную бровь, поинтересовался дракон, выслушавший ее гневную речь невозмутимо. Хотя именно его она и имела в виду, и он прекрасно понял. – Что это значит?
– Ничего хорошего! – огрызнулась вконец уставшая девушка, потирая лоб.
– Мне идти прямо сейчас вещи собирать или есть еще время? – обратилась она к застывшему блондину. – Могу успеть праздничный ужин для Его Светлости приготовить. Прощальный. Так и быть, удивлю вас еще чем-нибудь напоследок.
– Значит, это правда! – выдохнул почему-то удивленный айн. – Ты могла не признавать себя проигравшей, у тебя есть еще рецепты!
– Конечно, есть, – фыркнула Люда. – Уж на... сколько там дней осталось до конца месяца? Три? Четыре? Точно бы нашла чем вас удивить.
Да, обиднее всего было проиграть за считаные дни до финала. Вернее, даже не проиграть, а самой объявить о проигрыше. И ведь даже не совсем вынужденно, выбор был, но иначе пришлось бы ехать с людьми, а насчет спора... да кто знает, как бы там получилось. Может, людям самим бы пришлось разбираться, а не ей.
– Почему три дня? Тринадцать, – поправил ее Конрой.
– Почему тринадцать? – опешила Люда. – Я считала дни. Прошло уже двадцать семь...
Мужчина кивал на ее слова, а попаданка вдруг сообразила и запнулась.
"Ой, я ду-у-ура!". В договоре займа, где упоминался спор, стояла дата его начала – когда она впервые три блюда им вынесла. И что срок пари – один месяц. Но нигде не указывалась конечная дата пари или... что в местном месяце тридцать дней!
Она тоже не сообразила уточнить такую вроде мелочь, но критическую, в круговерти других, более вроде важных, срочных, неотложных дел. Посчитала по умолчанию, что количество дней в месяце, как на Земле.
Как же она накосячила!
Хотя... Девушка задумалась. Еще тринадцать дней? По три блюда. Заглянуть бы сейчас в свой список, где она вела учет приготовленных блюд. Может, и смогла бы протянуть при желании... Можно еще фальшивые яйца предложить. А что, тоже вариант! Те же сырные шарики – в них можно тертый белок добавлять, а если в сердцевину класть желток или лучше перепелиное яичко целиком...
– Может, теперь скажешь, как тебя зовут на самом деле? – спросил вдруг дракон, наклонив голову и вновь полыхнув алыми глазищами.
– Что? – переспросила Люда, возвращаясь мыслями в кабинет.
– О чем ты, Шанитир? – еще ближе подобрался айн. – Так она не Милдред на самом деле? А как же те люди?...
– Ну почему же, – хмыкнул драконище, а у Люды почему-то сердце заранее рухнуло вниз. – Вот это... – он сделал жест, указующий на женскую фигурку. – ...Милдред. Но что... вернее, кто внутри?
– Что?! – выдохнули одновременно Люда и айн.
Но если блондин с ярко выраженным недоумением, то попаданка – с усталой обреченностью.
Неужели ее вычислили?
– О чем ты, Шанитир? – опять спросил айн, поглядывая то на дракона, то на девушку.
– Пусть нам Мила сама расскажет. Если это ее настоящее имя, – кивнул герцог на Люду.
Но та не собиралась признаваться.
– Не понимаю, о чем вы.
– Ты лже-еш-ш-шь, – растянул губы в ухмылке дракон. – Ты. Все. Отлично. Понимаешь.
Но попаданка моргнула, сцепила пальцы перед собой и отвела взгляд.
– Долго упираться будешь, человечка? Она – блуждающий дух, Лайн, – выдал не выдержавший Конрой.
– Что? – переспросил айн, но Люда тоже покосилась на нелюдей.
Что еще за дух такой?
– И поскольку в ее памяти хранится столько удивительных рецептов и знаний, то я думаю, что из другого мира. Не так ли? – теперь продолжал дракон. – Я прав, Ми-и-ила? Как звучит твое полное имя?
– Иномирянка?! – ахнул айн, сдвигаясь еще, чтобы ему было проще заглядывать в лицо девушки. – Это правда? – спросил он у нее самой.
На что Люда только сильнее губы поджала.
– Человечка, ты читала Уложения или нет? – рявкнул опять Конрой. – Находясь на нашей земле, ты должна их соблюдать. Но ты опять дерзишь высокородным своим непослушанием! Открытым, вызывающим непослушанием! Ты дочитала до того места, где виды наказаний перечислялись? Знаешь, что тебя ждет за подобное?
Все, последние силы окончательно покинули попаданку.
Подошла и опустилась, почти рухнула, на второй стул, последний свободный в комнате. Поправила складки юбки на коленях, сложила ладошки. Кстати, по тем же Уложениям не положено сидеть в присутствии герцога, не получив от него на то персональное разрешение. Но раз уж ей все равно теперь влетит...
Подумаешь, больше или меньше накосячит. Всего один раз умирать... или два.
– Не помню, чтобы в ваших Уложениях говорилось о таких случаях, что вы упоминули... ничего об иномирных людях или каких-то духах, – подняла она взгляд на Конроя, раздувающего ноздрями. – А что будет, если... если только предположить, что, во-озмо-ожно, на ваши земли попал человек из другого мира? То что с ним будет? Чисто гипотетически?
– Что? "Чисто. Гипотетически"?! Она точно иномирянка! – ошарашенно выдохнул айн, переводя взгляд на дракона... спокойного, как удав. – Ты знал! И ты, Конрой, эрхар*, знал! И ничего не сказали мне!
(*еще одна "непереводимая игра слов" из языка айнов, что в приличном обществе не употребляют. Или не переводят)))
– И не собирался говорить! – продолжал пыхтеть негодованием айн. – Собирался втемную выманить ее у меня! Иномирянку!
Тонкая – вот точно змеиная! – улыбка скользнула по темным губам дракона.
– Ничего не будет, Мила, если этот человек ничего из наших правил не нарушил. И если не собирается их нарушать, – соизволил он ответить человечке, игнорируя гнев айна, между прочим, какого-то там официального представителя. – Всё, как и с прочими людьми, согласно Уложений.
Но облегченно выдохнуть попаданка не успела.
– Нет, подожди, Шанитир! А как она сюда попала? Надо выяснить! – возразил боссу Конрой и повернулся к Люде. – Ты совершала какие-либо действия магического или иного характера, чтобы намерено завладеть телом Милдред или любым чужим телом в нашем мире?
– Что?! – возмутилась Люда. – Конечно, нет!
– Чтобы незаконно проникнуть в наш мир?
– Нет! Э-э, а что, к вам можно попасть как-то законно? – не сдержалась от удивления. – Выдаете визы иномирянам?!
Брови мужчин синхронно приподнялись.
– Соглашалась ли на действия посторонних личностей, или нанимала их сама, чтобы завладеть... – продолжил Конрой гнуть свое.
– Да ничего я не делала! – окончательно сорвалась Люда. – Жила спокойно, никого не трогала! А потом в один не прекрасный день проснулась не пойми где! А здесь – орки, эльфы... прошу прощения, господин лерой, айны. И все остальные, непонятно кто! А я... а у меня дома огурцы поспели! Я их солить собиралась. Семья, друзья, работа! Я не собиралась ничего из этого терять! Кот даже... на даче приблудился. Если бы я хотела куда-то попасть развлечения ради, то просто слетала бы в теплую страну, а не вот это всё!
Достали уже!
– Семья? – удивился айн, вместо того, чтобы оскорбиться в очередной раз.
– "Слетать"? "Просто. Слетать"? Ты? – взлетели брови у дракона. – На ком ты собиралась "просто лететь" в другую страну?
– А "кот" – это кто? "На дачьэ" – что значит? – интересовало оборотня. – Так когда твой дух переместился в тело Милдред? И где? Уже здесь, на наших землях?
– Да, на ваших! В этой самой таверне я проснулась! Видимо, тогда настоящая Милдред умерла, раз ее тело оказалось свободным... И надо же, но ту человечку убил явно не ужасный и кровожадный айн, а вы, господин Конрой. Вернее, ваше всеобщее равнодушие, когда девушка пришла за помощью именно на ваши земли! Может, вы были ее последней надеждой, единственным шансом на выживание, но вы ей отказали. И она умерла! Но если бы ее тело не освободилось, то и меня, скорее всего, в него не затянуло бы. Так что я здесь, считайте, из-за ваших действий... или бездействий, господин волк и прочие нелюди!
Дракон слушал ее гневную отповедь с невозмутимой физиономией, даже вроде не моргал. Оборотень гневно раздувал ноздрями, его грудная клетка ходила ходором, но он держался. А у айна как округлились глаза еще полчаса назад, так и не пришли в норму.
Вот же хитрый... пес!
Но ладно, его она тоже... нет, не любит, но почти прощает.
Зато теперь женишок сдался!
Ругнувшись себе под нос – хотя наверняка нелюди всё в деталях расслышали! – полоснул на прощание по девушке убийственным взглядом, крутанулся на каблуках пижонских сапог и вынесся прочь. Гракгаш едва успел сдвинуться от двери. Вернее, не торопился особо. Чтобы человек сам об него споткнулся?
– А ты, человек, будешь выплачивать мне долг за свою дочь? – все тем же певучим голосом лениво поинтересовался из теней айн.
– Знать ее не знаю, дуру такую! Не дочь она мне больше! – бледный, как саван, задергал головой барон, утирая лоб от испарины. – И из родовой книги вычеркну эту дрянь! И имя рода она не смеет больше носить!
Не очень-то и хотелось! Да и не звучит оно совсем. Что еще за Девицус? Фигня какая-то, а не имя рода.
– А в письменном виде можете оставить мне подтверждение, что я теперь не из вашего... – только начала было Люда, как "папаша", истерично обругав ее парой совсем грубых фраз, развернулся и тоже поторопился на выход.
– Не переживай, человечка, как владетель этих земель, я могу подтвердить любое событие, чему был свидетель. Письменно, если хочешь, – хмыкнул дракон, опять откидываясь на спинку кресла и продолжая сверлить девушку темным, практически черным взглядом. В котором опять заплясали алые огоньки.
– Хочу. Подтвердите, пожалуйста, Ваша Светлость, – кивнула Люда. – В письменном виде.
Вроде еще нужно поклониться этой Светлости согласно Уложениям, но сил совсем нет, тогда она просто рухнет на пол.
Наконец-то у нее будет хоть какой-то документ!
А еще свобода!
Ну, почти. Свобода от прошлой семьи этого тела, но теперь она официально должна айну.
Кстати, о нем.
Повернулась в ту сторону.
– Господин лерой, я признаю свой долг перед вами. И готова отработать его согласно нашего договора, но, надеюсь, вы позволите мне посетить дрохгар Торги в качестве его ыарнеры? Это займет не так много времени... можем продлить договор на такой же срок...
– И это все, что тебя волнует, человечка? – удивился Конрой с другой стороны стола. – Возможность посетить дрохгар?
А что еще ее должно волновать?
Вероятность, что придется отрабатывать долг натурой, то есть служанкой в доме айна, она рассматривала. Давно смирилась, даже найдя в этом некоторые выгоды. Айн, конечно, еще тот... зараза. Крови и нервов наверняка ей попортит много, но... Это не вынужденный брак с незнакомцем. Не быть безвольной вещью в родной семье, которую продают кому попало. И даже не скитаться бродяжкой без крова и защиты по дорогам, где полно холостых нелюдей, у которых гормоны в крови играют похлеще, чем у людей-подростков. Разве что силы, возможностей и даже власти у первых в разы больше.
А так она всего лишь будет "работником тряпки и метлы", пусть это понижение после должности помощницы Душары, но по магическому договору! Что-то лишнее айн вряд ли сможет себе позволить. А если и позволит, то... можно будет на него пожаловаться герцогу, владетелю местных земель?
Поэтому Люда молча повела плечами. Что еще ее должно волновать?
– Так ради чего ты признала свое поражение в пари? Ради Торги или сама настолько не хотела... м-м, возвращаться к семье и к своему жениху? Он сын графа, значит, ты была бы графиней, со временем, – теперь интересовался дракон, продолжая разглядывать ее поблескивающими красным глазами. – Всяко лучше, чем быть поломойкой, к тому же у нелюдя. Не верю, что рецепты у тебя закончились, человечка. Твоя память... пусть выборочна, но как бездонный колодец. Уверен, ты бы еще многим нас удивила. Если бы захотела.
На этот вопрос Люда тоже пожала плечами. Она не знает. Но с теми людьми точно не стоило ей уезжать. И признать поражение, чтобы долг можно было уже требовать, и сработала финансовая сторона закона – виделось ей единственным возможным вариантом.
– Напомню тебе, человечка, что ты можешь перепоручить свой долг любому, кто согласится выкупить его, – продолжал убаюкивающе вещать дракон. – Например, мне. Или лорду Качевайн.
Видя недоумение на лице девушки, пояснил:
– Тот дракон, для которого ты устроила "желтый обед". Чем впечатлила его, хм, и не только этим. Он тоже высказывал желание выкупить твой долг перед айном. Думаю, что ему лерой не откажет, – последнее прозвучало как вопрос, будто адресованный уже самому ушастому.
Но тот, подойдя ближе, упрямо качнул головой.
– Шанитир, ты забыл упомянуть, что кроме вас двоих ко мне и другие драконы также обращались. С желанием выкупить долг человечки. Даже с большой прибылью для меня, в отличие от тебя не скупились. Надо же, я и не думал, что перепродавать... людей окажется настолько прибыльным делом.
Люда уставилась на него. Ушастый ее только дразнит или уже кому-то перепродал?
– Тебе решать, человечка, – сказал герцог вроде ей, но продолжал пристально смотреть на блондина, слова которого проигнорировал.
Ой, то есть на официального посланника Великого Леса в западные провинции Великой империи Юаджи? Ну надо же, с кем она ссорилась поначалу.
– Нет, благодарю, Ваша Светлость, пусть остается как есть, – отказалась и Люда.
Герцог и его охранник с удивлением глянули на девушку.
– Ты же не ради симпатичного личика Лайнфаэра отказываешься от предложения герцога? Подумай еще раз, – фыркнул Конрой. – Человечка, он – айн!
Чего?! В смысле, что тот, кому она должна, айн, стройный блондин с длинными ушами и пронзительно зелеными глазами, она и сама прекрасно видит, зрение у людей нормальное. А что до личика...
Люда посмотрела на задравшего нос и опять со снисходительно-презрительной миной на лице айна, на оборотня, на дракона. Даже на притихшего, будто каменная гора, орга у двери. Вообще-то, они все здесь симпатичные, даже Гракгаш по-своему... но герои не ее романа. Ну их нафиг, этих нелюдей с их выкрутасами нечеловеческой логики! У нее и без мужских "личиков" проблем хватает.
– Просто выбираю меньшее из зол...
– Что?! – хором воскликнули Конрой и сам айн. – Меньшее?
Непонятно, кто из них более рассержен. И чем именно.
– Глупая человечка! Он – айн! Айн! Самый... породистый из них! – взмахнул рукой оборотень в сторону блондина, но тот только недовольно поморщился. – Хочешь, я дам тебе почитать книгу воспоминаний одного из подобных ему? Его прославленного сородича, генерала, сделавшего себе имя в войнах с людьми? Как он отзывался о людишках, которого вырезал целыми отрядами! Что они делали с пленными! А с человеческими женщинами? Они же вас ни во что не ставят!
– А вы? – фыркнула Люда, вяло отреагировав на возмущения оборотня, перенеся вес с ноги на ногу. Как она устала! Свернуться бы калачиком да проспать пару дней. – Вы, остальные нелюди, ставите? Это вы, Конрой, а не господин лерой, втянули меня в сомнительный спор, долг по которому я не смогла бы выплатить. Ваши волки не дают мне ступить дальше двора таверны. Вы непонятно что мутите у меня за спиной. Вы довели... кхм.
Осеклась, потому что чуть не сболтнула лишнее.
– А айн... Ну и что, что айн? Ну, в крайнем случае, прирежет меня и всего делов-то.
Вот точно лучшая раса во всей этой гадской империи – орги! Без вариантов. Только специи у них вонючие.
– "Всего делов"? – уронил челюсть оборотень.
– "Мутите"? – приподняв смоляную бровь, поинтересовался дракон, выслушавший ее гневную речь невозмутимо. Хотя именно его она и имела в виду, и он прекрасно понял. – Что это значит?
– Ничего хорошего! – огрызнулась вконец уставшая девушка, потирая лоб.
– Мне идти прямо сейчас вещи собирать или есть еще время? – обратилась она к застывшему блондину. – Могу успеть праздничный ужин для Его Светлости приготовить. Прощальный. Так и быть, удивлю вас еще чем-нибудь напоследок.
– Значит, это правда! – выдохнул почему-то удивленный айн. – Ты могла не признавать себя проигравшей, у тебя есть еще рецепты!
– Конечно, есть, – фыркнула Люда. – Уж на... сколько там дней осталось до конца месяца? Три? Четыре? Точно бы нашла чем вас удивить.
Да, обиднее всего было проиграть за считаные дни до финала. Вернее, даже не проиграть, а самой объявить о проигрыше. И ведь даже не совсем вынужденно, выбор был, но иначе пришлось бы ехать с людьми, а насчет спора... да кто знает, как бы там получилось. Может, людям самим бы пришлось разбираться, а не ей.
– Почему три дня? Тринадцать, – поправил ее Конрой.
– Почему тринадцать? – опешила Люда. – Я считала дни. Прошло уже двадцать семь...
Мужчина кивал на ее слова, а попаданка вдруг сообразила и запнулась.
"Ой, я ду-у-ура!". В договоре займа, где упоминался спор, стояла дата его начала – когда она впервые три блюда им вынесла. И что срок пари – один месяц. Но нигде не указывалась конечная дата пари или... что в местном месяце тридцать дней!
Она тоже не сообразила уточнить такую вроде мелочь, но критическую, в круговерти других, более вроде важных, срочных, неотложных дел. Посчитала по умолчанию, что количество дней в месяце, как на Земле.
Как же она накосячила!
Хотя... Девушка задумалась. Еще тринадцать дней? По три блюда. Заглянуть бы сейчас в свой список, где она вела учет приготовленных блюд. Может, и смогла бы протянуть при желании... Можно еще фальшивые яйца предложить. А что, тоже вариант! Те же сырные шарики – в них можно тертый белок добавлять, а если в сердцевину класть желток или лучше перепелиное яичко целиком...
– Может, теперь скажешь, как тебя зовут на самом деле? – спросил вдруг дракон, наклонив голову и вновь полыхнув алыми глазищами.
– Что? – переспросила Люда, возвращаясь мыслями в кабинет.
– О чем ты, Шанитир? – еще ближе подобрался айн. – Так она не Милдред на самом деле? А как же те люди?...
– Ну почему же, – хмыкнул драконище, а у Люды почему-то сердце заранее рухнуло вниз. – Вот это... – он сделал жест, указующий на женскую фигурку. – ...Милдред. Но что... вернее, кто внутри?
– Что?! – выдохнули одновременно Люда и айн.
Но если блондин с ярко выраженным недоумением, то попаданка – с усталой обреченностью.
Неужели ее вычислили?
Глава 28 Поговорили
– О чем ты, Шанитир? – опять спросил айн, поглядывая то на дракона, то на девушку.
– Пусть нам Мила сама расскажет. Если это ее настоящее имя, – кивнул герцог на Люду.
Но та не собиралась признаваться.
– Не понимаю, о чем вы.
– Ты лже-еш-ш-шь, – растянул губы в ухмылке дракон. – Ты. Все. Отлично. Понимаешь.
Но попаданка моргнула, сцепила пальцы перед собой и отвела взгляд.
– Долго упираться будешь, человечка? Она – блуждающий дух, Лайн, – выдал не выдержавший Конрой.
– Что? – переспросил айн, но Люда тоже покосилась на нелюдей.
Что еще за дух такой?
– И поскольку в ее памяти хранится столько удивительных рецептов и знаний, то я думаю, что из другого мира. Не так ли? – теперь продолжал дракон. – Я прав, Ми-и-ила? Как звучит твое полное имя?
– Иномирянка?! – ахнул айн, сдвигаясь еще, чтобы ему было проще заглядывать в лицо девушки. – Это правда? – спросил он у нее самой.
На что Люда только сильнее губы поджала.
– Человечка, ты читала Уложения или нет? – рявкнул опять Конрой. – Находясь на нашей земле, ты должна их соблюдать. Но ты опять дерзишь высокородным своим непослушанием! Открытым, вызывающим непослушанием! Ты дочитала до того места, где виды наказаний перечислялись? Знаешь, что тебя ждет за подобное?
Все, последние силы окончательно покинули попаданку.
Подошла и опустилась, почти рухнула, на второй стул, последний свободный в комнате. Поправила складки юбки на коленях, сложила ладошки. Кстати, по тем же Уложениям не положено сидеть в присутствии герцога, не получив от него на то персональное разрешение. Но раз уж ей все равно теперь влетит...
Подумаешь, больше или меньше накосячит. Всего один раз умирать... или два.
– Не помню, чтобы в ваших Уложениях говорилось о таких случаях, что вы упоминули... ничего об иномирных людях или каких-то духах, – подняла она взгляд на Конроя, раздувающего ноздрями. – А что будет, если... если только предположить, что, во-озмо-ожно, на ваши земли попал человек из другого мира? То что с ним будет? Чисто гипотетически?
– Что? "Чисто. Гипотетически"?! Она точно иномирянка! – ошарашенно выдохнул айн, переводя взгляд на дракона... спокойного, как удав. – Ты знал! И ты, Конрой, эрхар*, знал! И ничего не сказали мне!
(*еще одна "непереводимая игра слов" из языка айнов, что в приличном обществе не употребляют. Или не переводят)))
– И не собирался говорить! – продолжал пыхтеть негодованием айн. – Собирался втемную выманить ее у меня! Иномирянку!
Тонкая – вот точно змеиная! – улыбка скользнула по темным губам дракона.
– Ничего не будет, Мила, если этот человек ничего из наших правил не нарушил. И если не собирается их нарушать, – соизволил он ответить человечке, игнорируя гнев айна, между прочим, какого-то там официального представителя. – Всё, как и с прочими людьми, согласно Уложений.
Но облегченно выдохнуть попаданка не успела.
– Нет, подожди, Шанитир! А как она сюда попала? Надо выяснить! – возразил боссу Конрой и повернулся к Люде. – Ты совершала какие-либо действия магического или иного характера, чтобы намерено завладеть телом Милдред или любым чужим телом в нашем мире?
– Что?! – возмутилась Люда. – Конечно, нет!
– Чтобы незаконно проникнуть в наш мир?
– Нет! Э-э, а что, к вам можно попасть как-то законно? – не сдержалась от удивления. – Выдаете визы иномирянам?!
Брови мужчин синхронно приподнялись.
– Соглашалась ли на действия посторонних личностей, или нанимала их сама, чтобы завладеть... – продолжил Конрой гнуть свое.
– Да ничего я не делала! – окончательно сорвалась Люда. – Жила спокойно, никого не трогала! А потом в один не прекрасный день проснулась не пойми где! А здесь – орки, эльфы... прошу прощения, господин лерой, айны. И все остальные, непонятно кто! А я... а у меня дома огурцы поспели! Я их солить собиралась. Семья, друзья, работа! Я не собиралась ничего из этого терять! Кот даже... на даче приблудился. Если бы я хотела куда-то попасть развлечения ради, то просто слетала бы в теплую страну, а не вот это всё!
Достали уже!
– Семья? – удивился айн, вместо того, чтобы оскорбиться в очередной раз.
– "Слетать"? "Просто. Слетать"? Ты? – взлетели брови у дракона. – На ком ты собиралась "просто лететь" в другую страну?
– А "кот" – это кто? "На дачьэ" – что значит? – интересовало оборотня. – Так когда твой дух переместился в тело Милдред? И где? Уже здесь, на наших землях?
– Да, на ваших! В этой самой таверне я проснулась! Видимо, тогда настоящая Милдред умерла, раз ее тело оказалось свободным... И надо же, но ту человечку убил явно не ужасный и кровожадный айн, а вы, господин Конрой. Вернее, ваше всеобщее равнодушие, когда девушка пришла за помощью именно на ваши земли! Может, вы были ее последней надеждой, единственным шансом на выживание, но вы ей отказали. И она умерла! Но если бы ее тело не освободилось, то и меня, скорее всего, в него не затянуло бы. Так что я здесь, считайте, из-за ваших действий... или бездействий, господин волк и прочие нелюди!
Дракон слушал ее гневную отповедь с невозмутимой физиономией, даже вроде не моргал. Оборотень гневно раздувал ноздрями, его грудная клетка ходила ходором, но он держался. А у айна как округлились глаза еще полчаса назад, так и не пришли в норму.
