Окружающие костры, которые пока не потушили, слепили, делая тени под ногами совсем непроглядными.
В здании гостиницы так никто свет и не зажег, ее громада возвышалась еще более темным пятном на фоне звездного неба. Поэтому Мила окончательно встала, боясь расшибиться во мраке.
Однако быстро нашлась зажженная свеча, которую ей кто-то сунул в руки. Нашлась свободная комната на втором этаже, куда поднялись по скрипучей лестнице.
В комнате воняло затхлостью, а скудный свет свечи выхватывал вокруг только пыльные поверхности. Кажется, или в этой комнате не было постояльцев, а, может, и уборки уже пару лет?
– А горячая вода?... – начала было опять Мила, стараясь не расчихаться, но за ее спиной уже скрипнула закрывшаяся дверь.
Сервис здесь, конечно, никакой. Но зато не убили внизу за принадлежность к людям и за ее длинный язык – уже хорошо.
Разбудили девушку очередной беспардонной встряской. И когда она испуганно уставилась на возвышающегося рядом с лежанкой орга, едва различимого в сумраке, тот указал ей рукой на стоящее посреди комнаты деревянное ведро, над которым угадывался парок.
Не сразу дошло, что это ей наконец ванну предоставляют. И непонятно, сколько времени прошло с того момента, как она отключилась на твердой кровати.
– А холодная вода, чтобы развести кипяток? А тазик? А ковшик? – подскочив, Мила пыталась разглядеть детали с помощью свечи, к счастью, еще не прогоревшей.
Это орг качает головой, или тени из-за дрожащего огонька свечи так пляшут?
– А мои вещи? Ой, а лошадей кто-нибудь... Го-о-рм!
Опять бахнула дверь, за которой исчез орг.
Сервис здесь ужасный, но зато мальчишки оказались рядом. Будто действительно их за стенкой поселили.
Спустя какое-то время все было готово для омовения. Чистая рубашка лежит рядом – правда, пыльную мебель пришлось вначале самой протирать впотьмах. Тазик на кривом табурете с разведенной до нужной температуры водой. Мыльные средства свои разложены на столе, тряпочки для обтираний.
Собрав волосы на затылке повыше в большой пучок, девушка с удовольствием занялась водными процедурами. Какими бы ни были условия, но вонять, как другие люди, она не будет! Правда, после "ванны" придется ложиться вновь на пыльную лежанку, но что делать. Не думала Мила, что здесь и постель нужно возить с собой...
Однако в самый неподходящий момент дверь ее комнаты резко дернули. Засова изнутри здесь не было, поэтому Мила кое-как закрылась, вставив в скобу длинной ручки какой-то металлический прут, что нашли ей по отдельной просьбе мальчишки. Однако сейчас на отлетевшие в разные стороны от рывка дверную ручку и прут таращился орг по ту сторону порога, а пискнувшая девушка только и успела, что подхватить чистую рубаху и прикрыться ей.
– Какого? – прошипела она скорее от испуга.
– Иди, – приглашающе махнул рукой орг, переводя на нее взгляд, но не делая попытки зайти. – Нагкаш звать. Иди. Щас.
Так, а где ее охрана, когда она нужна?
И словно по запросу в распахнутом дверном проеме распозналась еще одна тень, блеснули желтым округлившиеся глаза, отражая тусклый свет свечи.
Как-то слишком заинтересованно блеснули. Слишком округлившиеся.
– Какого грыха, волк?! – ругнулась уже на него Мила, продолжая прикрываться.
Хорошо, что в штанах была, но ее обнаженные светлые плечи в полутьме точно привлекли внимание рослого охранника.
– Э-э, – он даже не сразу собрался с мыслями. – Там это… орги чет совещаются. И ты им нужна. М-м, поговорить. А то Дрых-то не мастак говорить, – хмыкнул, а у самого взгляд так и скользит, как-то слишком активно.
– Поговорить? Посреди ночи? – продолжала возмущаться Мила, на секунду оглянувшись на черный провал окна, где вместо занавесей лишь паутина. До рассвета еще было далеко. – И почему ко мне в комнату вламываются все кому не лень? Вы охрана или где?
– Че? – опешил мужчина. Насупился. – Ты сама затеяла с оргами дела, че теперь рычишь?
И ладно бы ушел, типа обидевшись. Но нет, он, будто вспомнив, что охрана, остался стоять за спиной терпеливо ждущего орга. Стоять и поблескивать в ее сторону глазами.
Вот же!
Повернувшись к открытой двери обнаженной спиной, Мила быстро натянула на себя рубаху. А то станется с оргов, опять за шкирку выволокут, в чем есть, чтобы ускорить "медленную" человечку.
И действительно, раз она затеяла с зелеными нелюдьми дела, то чего ждет? Что они будут соблюдать некий деловой этикет или личные границы других людей?
Хотя как раз границы людей они, видимо, соблюдать намеренно не будут.
Да и понятия об "этикете" у них тоже свои, особенные.
Подумав, Мила натянула сверху еще широкую куртку. Не потому, что прохладно, а потому, что тонкая ткань рубахи прилипла к влажному телу, очерчивая все то, что... Точно не нужно очерчивать на переговорах с воинами.
Подхватила свечу и с максимально невозмутимым видом вышла в коридор, где ее ждали, в том числе и мальчишки. Все трое, хотя на улице глубокая ночь, и детям положено... Но у оргов свои понятия много в чем.
Спустились на первый этаж. Под тоскливый скрип рассохшейся лестницы. Ощущая сухой пыльный воздух, да резкие порывы сквозняка. В тот первый зал у входа, и для разнообразия сейчас там были зажжены свечи на столах, немного.
Зато было много оргов. Они сдвигались с пути... нет, не человечки, а того здоровяка, что шел впереди нее.
За одним из столов сидели вроде бы опять все те же – Дрых, тот чужак с ужасными шрамами от ожогов на руках и другие, кто ужинали из одного котла. Дрых похлопал ладонью по скамье около себя, приглашая девушку сесть.
Надо же! Ее пригласили присесть!
Чужак со шрамами молча смотрел, как устраивается за столом Мила, а затем заявил:
– Мы давать вам таверна, вы учить наших.
Чего?!
Ошарашенная Мила решила, что ей показалось... или приснилось! Наверное, она еще спит? И все это ей снится?
Посмотрела на Дрыха, но тот кивнул.
– Э-э, а на каких именно условиях вы даете нам таверну? – уточнила она, поворачиваясь к чужаку.
– Я сказать: ты учить.
"Зашибись! Мне школу еще открывать, что ли? То есть теперь не глупость, что человечка будет учить оргов?".
– Нет, я уточняю условия официальной передачи здания... м-м, как изменится форма собственности? Полный переход права владения или как? Ведь нужно будет составить договор...
– Договор-р?! Ты. Не вер-рить. Мои. Слова?! – чужак даже чуть приподнялся – или так увеличился в размерах?! – чтобы рявкнуть на нее.
– Верю! – чуть не зажмурилась человечка и едва сдерживаясь, чтобы не втянуть голову в плечи. – Но мы не в степи! А в великой империи Юаджи такие законы. Отчетность. Бюрократия. Таков порядок.
Да как они тут налоги платили без бумажек? И платили ли?
Ой, а не глупой ли была идея купить недвижимость у оргов?
– Ладно, – так же быстро остывая и возвращаясь на место, согласился орг. Махнул рукой. – Делай договор.
Ох, ночь сегодня точно будет непростой.
В Дарлетхе они в итоге застряли на пару недель.
Зато у Дрыха теперь будет своя таверна!
Вернее, как своя: в доле с тем самым Мистер Ужасные Шрамы, которого на самом деле звали Нагкаш. Ух, как намаялась Мила с правовой стороной дела! Да что там – даже просто объяснить оргам, что к чему, было ужасно сложно. Как и понять истинный смысл их слов. И проблема была не в сложностях перевода на санайский язык.
Потому что "давать вам таверна" означало лишь то, что их пустят на свою территорию. Мол, ваши могут без проблем в дальнейшем приходить сюда и останавливаться. Только Мила собиралась в таверну вести не "своих воинов", а "своих клиентов" – то есть кого угодно по расе, всех мимо проходящих с улицы. Только Нагкашу, который и оказался владельцем постоялого двора, и без инорасников хорошо было, им хватало того, что давали приют оргам своей и дружественных им общин.
То есть пускать на "свою территорию" всех других, тем более людей, эти орги не хотели. Приходилось Миле вновь и вновь объяснять не столько про доходность общепита, сколько про то, что место скопления самых разных постояльцев – это в первую очередь тренировочная площадка для молодежи. Потому что она одна мало чему может научить – ее просто на всех не хватит! А также это место получения информации, которое именно они будут контролировать.
Но орги не собирались никого кормить да еще с номерами возиться.
– Наймете двергов или кого-нибудь еще, – про людей Мила промолчала. – У Душары на кухне тоже двергини работают. Так даже лучше, они... – "послушнее и внимательнее" удержала за зубами. – ...будут готовить еду по моим рецептам, не по вашим.
– Мы тут есть, – категорично заявлял один из переговорщиков.
И Мила его понимала. Во многих местах оргов не пускают даже на постой, тем более их национальную еду не готовят, так что это место для них "свое". Спокойное место для отдыха и "своей" еды в шумном, чужом городе, среди своих же.
– Вокруг вашего двора полно свободного места, займем еще. Здесь, в здании будет прием всех желающих, а позади сделаем более удобный... я хотела сказать, просторный двор для своих. Чтобы чужаки там не попадались на глаза доблестным воинам и не мешали отдыхать. И чтобы там были подходы с разных сторон, не только с дороги. Чтобы можно было по-тихому уходить и приходить, да?
Нагкаш темным взглядом опять сканировал человечку, принюхивался.
– Ты не маг. Не воин. Откуда знать?
Что наемники, то есть любые воины, любят, чтобы было побольше отходных путей из мест их дислокации? Из фильмов родного мира, но об этом не рассказать.
– Она грын, – отваживался вставить свою реплику Горм.
Но чужие орги не верили, что она – "говорящая с духами". Даже когда узнали, что это именно она была "той самой человечкой ыарнерой", о которой слух по оргским общинам все же разошелся. Мила тоже не настаивала, все же магом она себя не чувствовала.
Тем не менее аудит заведения нужно было сделать, чтобы понять, а стоит ли вообще с этой недвижимостью связываться. Мало ли, может, у них долгов по налогам больше, чем стоимость всего двора. Но как этот сделать в здешних условиях, попаданка не знала. Поэтому решилась написать через свою почтовую шкатулку несколько вопросов лорду Качевайн, "желтому" дракону.
Тот, уточнив несколько моментов, написал коротко: "Жди. Пришлю тебе в помощь знающего".
"Знающего" в каком смысле? И сколько ждать? Ведь даже верхом пока доскачешь из соседнего города, а из соседней провинции тем более.
Однако уже утром следующего же дня мальчишки нашли ее с воплями: "Дракон прилетел!".
Мила вначале подумала, неужели Шанитир соскучился и решил ее навестить, однако нет. Во дворе, где подскочили местные орги, нашелся незнакомый ей представитель высшей расы. Это точно был дракон. Потому что, во-первых, человек бы не рискнул так нагло зайти во двор, полный оргов. Во-вторых, когда крупный, но статный мужчина повернул голову в ее сторону, то его глаза полыхнули светом.
Желтым светом.
Однако для оборотня слишком уж высокомерный вид у него был. Слишком роскошный наряд. Оборотни хоть и любят порой прихорошиться, но не настолько пижоны. У этого же шитый по фигуре костюм из дорогой ткани, расшитый жилет, позолоченные пуговицы, тоже поблескивающие на солнце. Позолоченные ли?
– Человечка Милдред Питер, – протянул мужчина, разворачиваясь к ней всем корпусом.
Не вопросительно, он не спрашивал, он знал.
Смерил ее взглядом, от растрепанной косы до пропылившихся сапог, искривил свои в меру полные, вполне красивые для мужчины губы. Красивые губы у более чем красивого мужчины...
"Тьфу ты!" – тряхнула головой девушка. И пусть считает это согласием.
Да, это она, Милдред. А кто он? И почему присутствующие здесь же оборотни тоже кривятся?
Ах, да! Внешне он очень похож на "желтых" драконов, от которых она ждала посыльного – и волосы русые, и эти желтые глаза, и даже костюм цвета мокрого песка. То есть он – чужак на землях их босса, "черного" дракона?
– А вы от лорда Качевайн? – на всякий случай уточнила девушка.
Вуггерс, вышедший вперед, еще больше скривился.
Дракон плавно двинулся в ее сторону, игнорируя всех остальных во дворе. И как красиво он двигался! Хищно, напористо, но при этом столь гармонично, что... Пока ловким движением не достал белоснежный платочек с кружевом и не приложил демонстративно к носу, не дойдя нескольких метров до девушки.
Милу словно холодной водой окатили. Или даже... помоями?!
Это что за демонстрация столь ужасного... пренебрежения? Презрения? Она точно не пахла, каждый вечер заказывала горячую воду в номер, но этот гад так подчеркивает... ее ничтожность? По сравнению с ним, таким великолепным... змеюкой подколодной?!
Зачем тогда приперся, если настроен столь категорично по отношению к людям?
Когда мужчина подошел на расстояние вытянутой руки, девушка уже поджимала губы, чтобы какое крепкое словцо не сорвалось ненароком. То есть пахучие умасливания оргов, которыми те любили натираться, он не заметил, запашок шерсти от оборотней сквозняк ему до породистого носа не донес, а человечка через полдвора якобы воняет?!
Но нет, не сдержалась.
– А вы счетовод, которого мне обещали? – постаралась, чтобы голос звучал если не вежливо, то хотя бы равнодушно.
Желтые глазищи змея полыхнули, на какой-то миг зрачки пугающе дернулись в вертикальную черту. Где-то в стороне хмыкнул кто-то из оборотней.
– Моррокей из рода Качевайн, – вибрирующе процедил чешуйчатый гад, вернув зрачкам круглую форму. – Но ты, человечка, обязана обращаться ко мне милорд и "Ваша милость".
– А можно Вашу милость заменить на какую-нибудь другую, более... милостливую к людям? Думаю, лорд Качевайн не откажет мне в такой малости, м-м, в другой милости.
Потому что с этим они вряд ли сработаются.
Массивный мужчина сделал еще плавный широкий шаг в ее сторону. Краем глаза Мила успела отметить, как оборотни, да и Дрых подались к ним.
– Ты! – зрачки в глазах нависавшего над ней нелюдя опять вытянулись вертикально. И мужик выплюнул, яростно выдыхая: – Отказывайся. Сама.
Не отводя от него глаз, Мила взмахнула в сторону рукой, чтобы их сейчас не прервала почти добежавшая охрана, потому что нечто такое...
Дошло!
Ведь лорд Качевайн раньше намекал ей, предлагал кого-то из внуков! Чтобы породниться! Ему хотелось иномирянку заполучить с каким-то ее якобы даром, и он нашел повод, чтобы действовать?
То есть сейчас, при первой же возможности, подсунул ей вроде как для помощи, но кого-то из тех кандидатов?
А этот мужик... да какой он мужик, вполне молодой, особенно если бы побрился... И этот чешуйчатый парень в курсе, что его прислали на отбор... к человечке? Тогда, конечно, он будет в ярости!
Как так – его великолепнейшего, полноценного дракона, сватают какой-то людишке, какой-то букашке из низшей расы. Есть отчего расстроиться.
Губы сами расползлись в улыбке.
– У меня есть предложение лучше, Ваша милость. А давайте... – девушка покосилась на зрителей. – У вас есть артефакт тишины? Потому что уединяться с вами не хочу, чтобы не пришлось потом на вас... за вас замуж выходить. Но обсудить кое-что нужно.
Поймет ли змеюка намек?
Понял. Щелкнул пальцами, на которых, как оказалось, еще крупные перстни были. Снисходительно изрек, поясняя ей: "Полог тишины установлен".
Нет, такой пижон ей точно не нужен!
В здании гостиницы так никто свет и не зажег, ее громада возвышалась еще более темным пятном на фоне звездного неба. Поэтому Мила окончательно встала, боясь расшибиться во мраке.
Однако быстро нашлась зажженная свеча, которую ей кто-то сунул в руки. Нашлась свободная комната на втором этаже, куда поднялись по скрипучей лестнице.
В комнате воняло затхлостью, а скудный свет свечи выхватывал вокруг только пыльные поверхности. Кажется, или в этой комнате не было постояльцев, а, может, и уборки уже пару лет?
– А горячая вода?... – начала было опять Мила, стараясь не расчихаться, но за ее спиной уже скрипнула закрывшаяся дверь.
Сервис здесь, конечно, никакой. Но зато не убили внизу за принадлежность к людям и за ее длинный язык – уже хорошо.
Разбудили девушку очередной беспардонной встряской. И когда она испуганно уставилась на возвышающегося рядом с лежанкой орга, едва различимого в сумраке, тот указал ей рукой на стоящее посреди комнаты деревянное ведро, над которым угадывался парок.
Не сразу дошло, что это ей наконец ванну предоставляют. И непонятно, сколько времени прошло с того момента, как она отключилась на твердой кровати.
– А холодная вода, чтобы развести кипяток? А тазик? А ковшик? – подскочив, Мила пыталась разглядеть детали с помощью свечи, к счастью, еще не прогоревшей.
Это орг качает головой, или тени из-за дрожащего огонька свечи так пляшут?
– А мои вещи? Ой, а лошадей кто-нибудь... Го-о-рм!
Опять бахнула дверь, за которой исчез орг.
Сервис здесь ужасный, но зато мальчишки оказались рядом. Будто действительно их за стенкой поселили.
Спустя какое-то время все было готово для омовения. Чистая рубашка лежит рядом – правда, пыльную мебель пришлось вначале самой протирать впотьмах. Тазик на кривом табурете с разведенной до нужной температуры водой. Мыльные средства свои разложены на столе, тряпочки для обтираний.
Собрав волосы на затылке повыше в большой пучок, девушка с удовольствием занялась водными процедурами. Какими бы ни были условия, но вонять, как другие люди, она не будет! Правда, после "ванны" придется ложиться вновь на пыльную лежанку, но что делать. Не думала Мила, что здесь и постель нужно возить с собой...
Однако в самый неподходящий момент дверь ее комнаты резко дернули. Засова изнутри здесь не было, поэтому Мила кое-как закрылась, вставив в скобу длинной ручки какой-то металлический прут, что нашли ей по отдельной просьбе мальчишки. Однако сейчас на отлетевшие в разные стороны от рывка дверную ручку и прут таращился орг по ту сторону порога, а пискнувшая девушка только и успела, что подхватить чистую рубаху и прикрыться ей.
– Какого? – прошипела она скорее от испуга.
– Иди, – приглашающе махнул рукой орг, переводя на нее взгляд, но не делая попытки зайти. – Нагкаш звать. Иди. Щас.
Так, а где ее охрана, когда она нужна?
И словно по запросу в распахнутом дверном проеме распозналась еще одна тень, блеснули желтым округлившиеся глаза, отражая тусклый свет свечи.
Как-то слишком заинтересованно блеснули. Слишком округлившиеся.
– Какого грыха, волк?! – ругнулась уже на него Мила, продолжая прикрываться.
Хорошо, что в штанах была, но ее обнаженные светлые плечи в полутьме точно привлекли внимание рослого охранника.
– Э-э, – он даже не сразу собрался с мыслями. – Там это… орги чет совещаются. И ты им нужна. М-м, поговорить. А то Дрых-то не мастак говорить, – хмыкнул, а у самого взгляд так и скользит, как-то слишком активно.
– Поговорить? Посреди ночи? – продолжала возмущаться Мила, на секунду оглянувшись на черный провал окна, где вместо занавесей лишь паутина. До рассвета еще было далеко. – И почему ко мне в комнату вламываются все кому не лень? Вы охрана или где?
– Че? – опешил мужчина. Насупился. – Ты сама затеяла с оргами дела, че теперь рычишь?
И ладно бы ушел, типа обидевшись. Но нет, он, будто вспомнив, что охрана, остался стоять за спиной терпеливо ждущего орга. Стоять и поблескивать в ее сторону глазами.
Вот же!
Повернувшись к открытой двери обнаженной спиной, Мила быстро натянула на себя рубаху. А то станется с оргов, опять за шкирку выволокут, в чем есть, чтобы ускорить "медленную" человечку.
И действительно, раз она затеяла с зелеными нелюдьми дела, то чего ждет? Что они будут соблюдать некий деловой этикет или личные границы других людей?
Хотя как раз границы людей они, видимо, соблюдать намеренно не будут.
Да и понятия об "этикете" у них тоже свои, особенные.
Подумав, Мила натянула сверху еще широкую куртку. Не потому, что прохладно, а потому, что тонкая ткань рубахи прилипла к влажному телу, очерчивая все то, что... Точно не нужно очерчивать на переговорах с воинами.
Подхватила свечу и с максимально невозмутимым видом вышла в коридор, где ее ждали, в том числе и мальчишки. Все трое, хотя на улице глубокая ночь, и детям положено... Но у оргов свои понятия много в чем.
Спустились на первый этаж. Под тоскливый скрип рассохшейся лестницы. Ощущая сухой пыльный воздух, да резкие порывы сквозняка. В тот первый зал у входа, и для разнообразия сейчас там были зажжены свечи на столах, немного.
Зато было много оргов. Они сдвигались с пути... нет, не человечки, а того здоровяка, что шел впереди нее.
За одним из столов сидели вроде бы опять все те же – Дрых, тот чужак с ужасными шрамами от ожогов на руках и другие, кто ужинали из одного котла. Дрых похлопал ладонью по скамье около себя, приглашая девушку сесть.
Надо же! Ее пригласили присесть!
Чужак со шрамами молча смотрел, как устраивается за столом Мила, а затем заявил:
– Мы давать вам таверна, вы учить наших.
Чего?!
Ошарашенная Мила решила, что ей показалось... или приснилось! Наверное, она еще спит? И все это ей снится?
Посмотрела на Дрыха, но тот кивнул.
– Э-э, а на каких именно условиях вы даете нам таверну? – уточнила она, поворачиваясь к чужаку.
– Я сказать: ты учить.
"Зашибись! Мне школу еще открывать, что ли? То есть теперь не глупость, что человечка будет учить оргов?".
– Нет, я уточняю условия официальной передачи здания... м-м, как изменится форма собственности? Полный переход права владения или как? Ведь нужно будет составить договор...
– Договор-р?! Ты. Не вер-рить. Мои. Слова?! – чужак даже чуть приподнялся – или так увеличился в размерах?! – чтобы рявкнуть на нее.
– Верю! – чуть не зажмурилась человечка и едва сдерживаясь, чтобы не втянуть голову в плечи. – Но мы не в степи! А в великой империи Юаджи такие законы. Отчетность. Бюрократия. Таков порядок.
Да как они тут налоги платили без бумажек? И платили ли?
Ой, а не глупой ли была идея купить недвижимость у оргов?
– Ладно, – так же быстро остывая и возвращаясь на место, согласился орг. Махнул рукой. – Делай договор.
Ох, ночь сегодня точно будет непростой.
Глава 13 Второй таверне в их сети быть! И первый жених?
В Дарлетхе они в итоге застряли на пару недель.
Зато у Дрыха теперь будет своя таверна!
Вернее, как своя: в доле с тем самым Мистер Ужасные Шрамы, которого на самом деле звали Нагкаш. Ух, как намаялась Мила с правовой стороной дела! Да что там – даже просто объяснить оргам, что к чему, было ужасно сложно. Как и понять истинный смысл их слов. И проблема была не в сложностях перевода на санайский язык.
Потому что "давать вам таверна" означало лишь то, что их пустят на свою территорию. Мол, ваши могут без проблем в дальнейшем приходить сюда и останавливаться. Только Мила собиралась в таверну вести не "своих воинов", а "своих клиентов" – то есть кого угодно по расе, всех мимо проходящих с улицы. Только Нагкашу, который и оказался владельцем постоялого двора, и без инорасников хорошо было, им хватало того, что давали приют оргам своей и дружественных им общин.
То есть пускать на "свою территорию" всех других, тем более людей, эти орги не хотели. Приходилось Миле вновь и вновь объяснять не столько про доходность общепита, сколько про то, что место скопления самых разных постояльцев – это в первую очередь тренировочная площадка для молодежи. Потому что она одна мало чему может научить – ее просто на всех не хватит! А также это место получения информации, которое именно они будут контролировать.
Но орги не собирались никого кормить да еще с номерами возиться.
– Наймете двергов или кого-нибудь еще, – про людей Мила промолчала. – У Душары на кухне тоже двергини работают. Так даже лучше, они... – "послушнее и внимательнее" удержала за зубами. – ...будут готовить еду по моим рецептам, не по вашим.
– Мы тут есть, – категорично заявлял один из переговорщиков.
И Мила его понимала. Во многих местах оргов не пускают даже на постой, тем более их национальную еду не готовят, так что это место для них "свое". Спокойное место для отдыха и "своей" еды в шумном, чужом городе, среди своих же.
– Вокруг вашего двора полно свободного места, займем еще. Здесь, в здании будет прием всех желающих, а позади сделаем более удобный... я хотела сказать, просторный двор для своих. Чтобы чужаки там не попадались на глаза доблестным воинам и не мешали отдыхать. И чтобы там были подходы с разных сторон, не только с дороги. Чтобы можно было по-тихому уходить и приходить, да?
Нагкаш темным взглядом опять сканировал человечку, принюхивался.
– Ты не маг. Не воин. Откуда знать?
Что наемники, то есть любые воины, любят, чтобы было побольше отходных путей из мест их дислокации? Из фильмов родного мира, но об этом не рассказать.
– Она грын, – отваживался вставить свою реплику Горм.
Но чужие орги не верили, что она – "говорящая с духами". Даже когда узнали, что это именно она была "той самой человечкой ыарнерой", о которой слух по оргским общинам все же разошелся. Мила тоже не настаивала, все же магом она себя не чувствовала.
Тем не менее аудит заведения нужно было сделать, чтобы понять, а стоит ли вообще с этой недвижимостью связываться. Мало ли, может, у них долгов по налогам больше, чем стоимость всего двора. Но как этот сделать в здешних условиях, попаданка не знала. Поэтому решилась написать через свою почтовую шкатулку несколько вопросов лорду Качевайн, "желтому" дракону.
Тот, уточнив несколько моментов, написал коротко: "Жди. Пришлю тебе в помощь знающего".
"Знающего" в каком смысле? И сколько ждать? Ведь даже верхом пока доскачешь из соседнего города, а из соседней провинции тем более.
Однако уже утром следующего же дня мальчишки нашли ее с воплями: "Дракон прилетел!".
Мила вначале подумала, неужели Шанитир соскучился и решил ее навестить, однако нет. Во дворе, где подскочили местные орги, нашелся незнакомый ей представитель высшей расы. Это точно был дракон. Потому что, во-первых, человек бы не рискнул так нагло зайти во двор, полный оргов. Во-вторых, когда крупный, но статный мужчина повернул голову в ее сторону, то его глаза полыхнули светом.
Желтым светом.
Однако для оборотня слишком уж высокомерный вид у него был. Слишком роскошный наряд. Оборотни хоть и любят порой прихорошиться, но не настолько пижоны. У этого же шитый по фигуре костюм из дорогой ткани, расшитый жилет, позолоченные пуговицы, тоже поблескивающие на солнце. Позолоченные ли?
– Человечка Милдред Питер, – протянул мужчина, разворачиваясь к ней всем корпусом.
Не вопросительно, он не спрашивал, он знал.
Смерил ее взглядом, от растрепанной косы до пропылившихся сапог, искривил свои в меру полные, вполне красивые для мужчины губы. Красивые губы у более чем красивого мужчины...
"Тьфу ты!" – тряхнула головой девушка. И пусть считает это согласием.
Да, это она, Милдред. А кто он? И почему присутствующие здесь же оборотни тоже кривятся?
Ах, да! Внешне он очень похож на "желтых" драконов, от которых она ждала посыльного – и волосы русые, и эти желтые глаза, и даже костюм цвета мокрого песка. То есть он – чужак на землях их босса, "черного" дракона?
– А вы от лорда Качевайн? – на всякий случай уточнила девушка.
Вуггерс, вышедший вперед, еще больше скривился.
Дракон плавно двинулся в ее сторону, игнорируя всех остальных во дворе. И как красиво он двигался! Хищно, напористо, но при этом столь гармонично, что... Пока ловким движением не достал белоснежный платочек с кружевом и не приложил демонстративно к носу, не дойдя нескольких метров до девушки.
Милу словно холодной водой окатили. Или даже... помоями?!
Это что за демонстрация столь ужасного... пренебрежения? Презрения? Она точно не пахла, каждый вечер заказывала горячую воду в номер, но этот гад так подчеркивает... ее ничтожность? По сравнению с ним, таким великолепным... змеюкой подколодной?!
Зачем тогда приперся, если настроен столь категорично по отношению к людям?
Когда мужчина подошел на расстояние вытянутой руки, девушка уже поджимала губы, чтобы какое крепкое словцо не сорвалось ненароком. То есть пахучие умасливания оргов, которыми те любили натираться, он не заметил, запашок шерсти от оборотней сквозняк ему до породистого носа не донес, а человечка через полдвора якобы воняет?!
Но нет, не сдержалась.
– А вы счетовод, которого мне обещали? – постаралась, чтобы голос звучал если не вежливо, то хотя бы равнодушно.
Желтые глазищи змея полыхнули, на какой-то миг зрачки пугающе дернулись в вертикальную черту. Где-то в стороне хмыкнул кто-то из оборотней.
– Моррокей из рода Качевайн, – вибрирующе процедил чешуйчатый гад, вернув зрачкам круглую форму. – Но ты, человечка, обязана обращаться ко мне милорд и "Ваша милость".
– А можно Вашу милость заменить на какую-нибудь другую, более... милостливую к людям? Думаю, лорд Качевайн не откажет мне в такой малости, м-м, в другой милости.
Потому что с этим они вряд ли сработаются.
Массивный мужчина сделал еще плавный широкий шаг в ее сторону. Краем глаза Мила успела отметить, как оборотни, да и Дрых подались к ним.
– Ты! – зрачки в глазах нависавшего над ней нелюдя опять вытянулись вертикально. И мужик выплюнул, яростно выдыхая: – Отказывайся. Сама.
Не отводя от него глаз, Мила взмахнула в сторону рукой, чтобы их сейчас не прервала почти добежавшая охрана, потому что нечто такое...
Дошло!
Ведь лорд Качевайн раньше намекал ей, предлагал кого-то из внуков! Чтобы породниться! Ему хотелось иномирянку заполучить с каким-то ее якобы даром, и он нашел повод, чтобы действовать?
То есть сейчас, при первой же возможности, подсунул ей вроде как для помощи, но кого-то из тех кандидатов?
А этот мужик... да какой он мужик, вполне молодой, особенно если бы побрился... И этот чешуйчатый парень в курсе, что его прислали на отбор... к человечке? Тогда, конечно, он будет в ярости!
Как так – его великолепнейшего, полноценного дракона, сватают какой-то людишке, какой-то букашке из низшей расы. Есть отчего расстроиться.
Губы сами расползлись в улыбке.
– У меня есть предложение лучше, Ваша милость. А давайте... – девушка покосилась на зрителей. – У вас есть артефакт тишины? Потому что уединяться с вами не хочу, чтобы не пришлось потом на вас... за вас замуж выходить. Но обсудить кое-что нужно.
Поймет ли змеюка намек?
Понял. Щелкнул пальцами, на которых, как оказалось, еще крупные перстни были. Снисходительно изрек, поясняя ей: "Полог тишины установлен".
Нет, такой пижон ей точно не нужен!
