Орчонок Горм только головой крутил от одного собеседника к другому, тоже увлекшись вопросом.
А что еще делать в дороге, как не болтать? Только такое развлечение и доступно. Гаджетов в этом мире нет, музыкального центра в комплектации коней – тоже. Поэтому в пути Мила либо переговаривалась с двумя орчатами, что отправились с ней, либо спрашивала что-либо у оборотней.
Орчата, кстати, шли с ними пешком, от коней отказались сразу, когда она предлагала, и довольно быстрым шагом шли, а при необходимости легко переходя на бег. Но это им совершенно не мешало разговаривать, даже дыхание не сбивалось! Их Мила учила в дороге устному счету, они ее – своему языку и обычаям.
Сегодня, второй день пути, не задался с самого утра. Мало того, что мышцы ужасно болели, так еще на выезде из постоялого двора девушка замешкалась, не справившись с управлением своего живого транспорта, решившего почему-то заартачиться. И чуть не столкнулась с чужим наемником, который нагло пер в ворота на своем скакуне. Миры и виды транспортов разные, но лихачи везде есть. И грубияны.
– Убери свою задницу с моей дороги! – это наглец еще и рявкнул на нее!
– Убери-те, – сквозь зубы поправила его Мила, заполошно натягивая поводья. – Сам глаза разуй...
– Че?! – уже почти разминувшийся с ней мужик, причем вооруженный, осадил своего жеребца, кидая на нее злой взгляд через плечо.
Быстро оглядел ее с головы до ног, скривился. И что ему не нравится? Серую пыль из одежды Мила вчера выбила, сапоги ей служанка за мелкую монетку почистила, заново запылиться еще не успела. Правда, одета Мила была в мужскую одежду, причем такую, как у наемников и всякого рода охраны принято, даже в плотную куртку – и это в начале лета! – ее же охранники-оборотни ей выдали, вернее, заставили надеть.
Когда девушка озвучила, что поедет в Дарлетх верхом, они вначале отговаривали "от дурной затеи", но когда увидели ее в штанах, то доукомплектовали ее наряд курткой наемника с капюшоном и научили платок на лицо повязывать. От пыли вроде как, мол, слабые человеки в дороге, чтобы пыль не глотать, часто платком прикрываются. Хотя у Милы закралось сомнения, что охранники в принципе хотели скрыть в пути ее женское происхождение. И вроде даже удалось – вчера на постоялом дворе ее действительно вначале за парня приняли, пока она платок с лица и второй с волос, который как бандана, не сняла.
– Твое счастье, пацан, что я тороплюсь, – процедил грубиян. А у этого на лице платка не было, хотя вроде бы человек. – Иначе я б тебе разъяснил за глаза и что с ними делать. Не поглядев, что ты из знатных.
Развернулся и поспешил внутрь двора, не дожидаясь ответа.
И этот принял ее за парня! Хотя да, она в просторной куртке с капюшоном, скрывающем волосы, на лице платок – вчера все-таки оценила удобство плотного, максимально закрытого костюма при пыльной дороге. Одни глаза у нее и видны. А что до голоса, так он не только заглушался платком, который хоть сколько-то защищал кожу и от пыли, и от солнца, но и немного охрип после вчерашних разговоров.
– А почему он принял меня за знатного? – поинтересовалась Мила у Вуггерса, когда они двинулись дальше.
– Потому что дерзишь всем, будто знатная, – фыркнул оборотень, держась рядом. – Будто имеешь на это право, Пи-итер.
Специально подчеркнул, что она теперь без рода-племени, как бастард.
– И потому что мелкая, – отозвался с другой стороны погромче еще один охранник. – У тебя ж лапки, как у воробышка, крошечные. Как у аристократов, которые настоящей работы никогда не знали.
– А что будет наемнику, если он обидит знатного? – допытывалась Мила.
Надо же ей познавать нюансы этого мира. Так, за разными разговорами и дорога кажется короче.
В Дарлетх прибыли еще до темноты – все же верхом быстрее, нежели с телегами тащиться. А дневные переходы между городами считали именно по скорости телег.
И вот тут нюансы нового мира в полной мере Мила прочувствовала на себе. В паре гостиниц поприличнее ей отказали в постое, потому что с оргами нельзя! Но с ней было двое орчат, которых ей выдали партнеры для охраны, будто не доверяя герцогским оборотням. В еще паре мест отказали без причины. Охранники безмолвно таскались за ней по пятам, не вмешиваясь в ситуацию. Когда в очередном постоялом дворе ей опять отказали, девушка возмутилась и потребовала озвучить почему.
– Мне проблемы не нужны, – пробасил низкорослый дверг, хозяин двора, глядя на нее хмуро из-под густых бровей.
– Я не буду буянить и драться, – зло процедила уставшая Мила. Она так мечтала о горячей ванне или хотя бы лохани! И о возможности наконец-то растянуться на кровати после целого дня в седле. Второго дня в седле! – Даже из номера не выйду!
– Девка. И без сопровождения, – не сразу, но выдал еще порцию информации хмурый дверг, оглядывая ее будто с сомнением каким-то.
– Я с сопровождением! – возразила Мила.
Правда, на этот раз орчат попросила подождать на улице. Сил больше нет таскаться по улицам в поисках постоя. Просто снимет две комнаты, а мальчишки в крайнем случае через окно заберутся.
Дверг же скользнул взглядом к выходу, где, прислонившись к стене, молча стоял ухмыляющийся Вуггерс.
– Вот поэтому и говорю, мне проблемы не нужны, – ответил ей хозяин постоялого двора.
Мила тоже обернулась на оборотня, потом на дверга, соображая, что к чему.
– Это моя охрана, – на всякий случай сообщила она хозяину.
Или он думает, что она здесь... что, блудить собралась? Оказывать любвеобильному оборотню услуги на выезде?
Дверг опять просканировал ее взглядом.
– Ни наемница, ни аристократка. И мне все равно, от кого или чего ты бежала, но к себе не пущу. Мне проблемы не нужны.
Вот же гадство! Заладил!
Психанув, Мила резко развернулась и вышла на улицу. Скалящийся Вуггерс бесшумно вытек за ней. Оборотни ей будто специально не помогали, лишь мешались, маяча за спиной каждый раз. Но если он сейчас опять заведет песню, что вместо этого она могла бы сейчас жить в комфорте под крылом дракона – стукнет!
– А почему этот сказал, что я не аристократка? – уточнила у оборотня.
– Леди в штанах не ходят, – оскалился тот. Весело ему! – И в одиночку не путешествуют.
– Я ж не одна, а вроде как с охраной, – посмотрела на него Мила, едва стоя на ногах.
– Вот именно. С мужчинами. Одна. Человечка с нелюдьми, – еще шире оскалился Вуггерс. – А ты точно знатнорожденная? Простых вещей не знаешь.
– Я ж память потеряла, забыл, что ли? – напомнила ему Мила официальную причину своих незнаний.
– Ну да, конечно, – лишь фыркнул тот.
Однако с постоем что-то нужно было решать. Но как? Оборотни вот точно словно опять испытывают ее, хотя давно могли вмешаться и заставить хоть кого-то из хозяев заселить "подопечную герцога". И раз не делают, значит, что? Просто опять поспорили, как она выкрутится, или по задумке их начальства она должна осознать, насколько тяжело жить без покровителей?
Только пусть закатают губы! Все!
– Горм, – окликнула она одного из орчат. – Поехали в ту таверну оргов, ради которой тащились. Покажешь дорогу.
– Зачем туда? – обернулся Вуггерс. – Разве ты не будешь ждать Дрыха? Да и уставшая, на ночь глядя, какие переговоры... А с твоим зрением, человечка, даже на разведку идти не стоит.
– Заселяться туда будем, – объяснила Мила, с кряхтением залезая опять в ненавистное уже седло, причем не с первой попытки.
Но никто из мужчин ей не помог, не подсадил.
– Заселяться? Туда?! Нет, даже для тебя, Мила, это слишком! – напрягся почему-то глава ее охраны.
– "Даже для тебя это слишком". Вот, значит, какого вы обо мне мнения, – бухтела себе под нос девушка, понимая, что оборотни прекрасно ее слышат. – Но я устала, ты прав, а ночевать на улице под забором – точно будет слишком даже для меня. А там постоялый двор еще вроде бы, комнаты должны быть.
Она уже направила коня вслед за потрусившим вперед крупным мальчишкой с кожей оливкового цвета и острыми ушами. Второй орчонок, Китр, держался рядом, у бока ее коня.
С другого бока ее прижимал своим конем Вуггерс.
– Ладно, поехали заселимся в нормальную гостиницу, – будто сделал ей одолжение оборотень. – Я заселю.
– Поздно пить минеральную воду, когда органы уже отказали, – также недовольно буркнула в ответ Мила. И не дожидаясь "че?", продолжила: – Моих сил осталось слишком мало, меня хватит только на одну поездку. А раз в ту таверну нам все равно потом ехать, и я не уверена, что подниму себя завтра с постели, на лошадь точно не сяду, то лучше сразу оказаться на месте, чтобы потом никуда не надо было переезжать.
"Че?" все-таки прозвучало. А за ним и возражения Вуггерса, но Мила категорично объявила, как отрезала, что она уже решила. И если Вуггерс попробует ее остановить... "Кстати, а что по закону нашей великом империи бывает оборотням за насильственное похищение человечки, тем более знатной, посреди города, где полно свидетелей?".
Оборотни обиженно надулись, так что до нужного постоялого двора они доехали в тишине.
Заведение оказалось на окраине, за городской стеной. Пока не ясно, хорошо это или плохо.
Хорошо, что вокруг было полно свободного места – есть задел на расширение. Плохо, что выглядело заведение так себе, а чуть дальше виднелось еще одно – вроде тоже постоялый двор. Почему конкуренты так близко? Однако Мила это и сама поняла, когда заехала во двор через распахнутые ворота, даже покосившиеся, будто их слишком давно не закрывали.
Двор был неухожен, как и само здание. А еще было подозрительно тихо – ни ржания из конюшни, что была вроде вообще пустой – там двери тоже были распахнуты, показывая пустые стойла, ни обычных повседневных шумов публичного места.
Нет, публика здесь была, только вся как на подбор... зеленая! Прямо во дворе – на утоптанной земле или под навесами на лавках, а то и на чурбаках сидели, лежали или беззвучно перемещались орги. Только орги! И запах, соответствующий их национальным блюдам, вернее, специям и умасливаниям тоже витал во дворе, вон как пара оборотней из ее сопровождения дружно чихнули.
Теперь понятно, почему других проезжающих здесь нет, а конкурент по дороге дальше, скорее всего, процветает, получая весь пассажиропоток.
Мила опять сползла с коня, стараясь на этот раз не кряхтеть. Оборотни с заметным сомнением стали тоже спешиваться. Головы ближайших оргов повернулись в их сторону.
– Ну что, Китр, здесь-то вам не откажут в постое? – спросила Мила у мальчишки, собираясь во что бы то ни стало получить здесь наконец долгожданные кровать, ванную и ужин.
Даже если еда будет из оргской кухни. Она так устала и голодна, что съест сейчас что угодно.
Или кого угодно, если кто-то посмеет ей опять отказать.
Орги наблюдали за каждым их, чужаков, движением, но не вмешивались. Ни интересовались, чего приперлись, ни задирались. Просто смотрели. Своими черными, без белков глазами. Но дружно, так синхронно, словно в каком-то групповом виде спорта. И в тишине непустого двора это тоже было еще тем испытанием.
Мила привязала поводья к ближайшему шесту и направилась к входу в здание, Горм и Китр следовали за ее спиной неотступно, будто настоящие телохранители. Хотя были совсем еще детьми, свои пучки волос на макушке нескоро сбреют, и даже на фоне оборотней казались щуплыми. Что уж говорить про здоровенных чужих оргов, которые таращились на них все больше.
Первая засада оказалась в том, что все больше темнело, но внутри здания света не было! Оргам и вправду хватало сумрака, с их-то зрением, но Мила – человек. Запнулась на пороге, но вроде бы все таверны более или менее типовые, осторожно ступила дальше. Сейчас главное – ни на кого не наткнуться, никому на ногу не наступить.
– Эй, есть кто-нибудь? – окликнула она почти что темноту, такую подозрительно тихую.
Еще и шорох какой-то за спиной... Ой, судя по блеснувшим желтизной глазам... а нет, это кто-то из оборотней тоже пошел вслед за ней.
– Нету никого, – отозвалась темнота справа, чуть не заставив Милу дернуться от испуга.
– Тама все, дальше, – отозвалась темнота слева еще одним знакомым ломающимся голоском.
Как это никого нет в первом зале? Где обычно располагался если не ресепшен, как в дорогих гостиницах, так сразу огромный зал для еды. А где же орги едят? Или у них отдельная столовая зала, как все же в дорогих заведениях? Но то, что здесь, где должно встречать гостей, постояльцев и никого нет... мда уж, сервис уровня "орг". Максимум две звезды, да и те из глаз, если орг двинет по башке.
Мила подняла руку и нашла в сумраке теплое обнаженное плечо одного из подростков, сжала.
– Веди тогда меня туда, дальше, где хоть кто-то есть, – велела она.
Более десятка шагов в темноте, и ей уже кажется, что слишком долго они здесь блуждают. Странный постоялый двор. Слишком странный.
Но вскоре впереди мутным пятном показался проем двери, вновь на улицу, где еще не окончательно стемнело. И свежим воздухом потянуло.
Вернее, как свежим – как с густым мясным духом, так и со специфическими ароматами оргских специй, теперь еще более ощутимых.
На очередном пороге Мила опять задержалась, чтобы оглядеть открывшуюся перед ней чудную картину.
Она думала, что этот постоялый двор странный? Нет, он... как принято говорить на толерантной Земле, "особенный". Потому что орги готовили еду во внутреннем дворе, прямо на кострах! Хотя в здании наверняка есть и кухня, и зал со столами для еды. Должны быть!
– Вона Дрых! – оживленно выдохнул один из мальчишек, махнув рукой.
Мила оглядела "поляну" еще раз и наконец поняла, что ее смущало в здешних оргах – у них были волосы! Вроде такие же покатые высокие лбы, но выше не было лысин. У кого-то темные волосы собраны на затылке в хвосты, у кого-то даже в небольшие косы. В то время как у Дрыха, теперь она его и сама приметила, был абсолютно лысый череп. Как и положено взрослому оргу-самцу в общине. В их общине.
Получается, что эти собравшиеся орги совсем иные? Другого рода-племени? Иначе почему они не сбрили свои жесткие даже на вид пряди волос?
Однако эти мысли пролетели по касательной. Главное, что здесь пахло едой, пусть и оргской, но ей не привыкать, здесь нашелся Дрых. Что еще нужно для счастья? Разве что место для сидения, чтобы наконец-то сесть на то, что не трясется, и вытянуть ноги для отдыха?
Мила спустилась с крыльца и, в надвигающихся вечерних сумерках лавируя между кострищами, над которыми то булькали котлы, то запекались на вертелах туши, направилась в сторону Дрыха.
Однако дорогу ей заступил один из здоровяков, у которого была в лапе чья-то немалая такая нога, точнее, целый окорок. Сырой. Девушка сделала пару шагов в сторону, думая, что неудачно попалась под ноги занятому делами оргу, но полуоголенный амбал в ту же сторону на полшага сместился, словно специально не собираясь ее пропускать.
– Вы здесь работаете? – тогда подняла она на него взгляд. – Я хочу снять две комнаты. С ужином.
Но здоровяк наклонился в ее сторону и, нависая и сильно оголив зубы, показав весь свой внушительный частокол чуть заостренных зубов, не то выдохнул, не то фыркнул ей почти в лицо.
Мда, вот такой он, оргский сервис. Жаль, что нельзя им звездочки рейтинга в местном интернете снизить за такой прием.
– И ванную с горячей водой тоже хочу заказать, – продолжила Мила, едва удерживаясь от того, чтобы вытереть лицо ладонью.
А что еще делать в дороге, как не болтать? Только такое развлечение и доступно. Гаджетов в этом мире нет, музыкального центра в комплектации коней – тоже. Поэтому в пути Мила либо переговаривалась с двумя орчатами, что отправились с ней, либо спрашивала что-либо у оборотней.
Орчата, кстати, шли с ними пешком, от коней отказались сразу, когда она предлагала, и довольно быстрым шагом шли, а при необходимости легко переходя на бег. Но это им совершенно не мешало разговаривать, даже дыхание не сбивалось! Их Мила учила в дороге устному счету, они ее – своему языку и обычаям.
Сегодня, второй день пути, не задался с самого утра. Мало того, что мышцы ужасно болели, так еще на выезде из постоялого двора девушка замешкалась, не справившись с управлением своего живого транспорта, решившего почему-то заартачиться. И чуть не столкнулась с чужим наемником, который нагло пер в ворота на своем скакуне. Миры и виды транспортов разные, но лихачи везде есть. И грубияны.
– Убери свою задницу с моей дороги! – это наглец еще и рявкнул на нее!
– Убери-те, – сквозь зубы поправила его Мила, заполошно натягивая поводья. – Сам глаза разуй...
– Че?! – уже почти разминувшийся с ней мужик, причем вооруженный, осадил своего жеребца, кидая на нее злой взгляд через плечо.
Быстро оглядел ее с головы до ног, скривился. И что ему не нравится? Серую пыль из одежды Мила вчера выбила, сапоги ей служанка за мелкую монетку почистила, заново запылиться еще не успела. Правда, одета Мила была в мужскую одежду, причем такую, как у наемников и всякого рода охраны принято, даже в плотную куртку – и это в начале лета! – ее же охранники-оборотни ей выдали, вернее, заставили надеть.
Когда девушка озвучила, что поедет в Дарлетх верхом, они вначале отговаривали "от дурной затеи", но когда увидели ее в штанах, то доукомплектовали ее наряд курткой наемника с капюшоном и научили платок на лицо повязывать. От пыли вроде как, мол, слабые человеки в дороге, чтобы пыль не глотать, часто платком прикрываются. Хотя у Милы закралось сомнения, что охранники в принципе хотели скрыть в пути ее женское происхождение. И вроде даже удалось – вчера на постоялом дворе ее действительно вначале за парня приняли, пока она платок с лица и второй с волос, который как бандана, не сняла.
– Твое счастье, пацан, что я тороплюсь, – процедил грубиян. А у этого на лице платка не было, хотя вроде бы человек. – Иначе я б тебе разъяснил за глаза и что с ними делать. Не поглядев, что ты из знатных.
Развернулся и поспешил внутрь двора, не дожидаясь ответа.
И этот принял ее за парня! Хотя да, она в просторной куртке с капюшоном, скрывающем волосы, на лице платок – вчера все-таки оценила удобство плотного, максимально закрытого костюма при пыльной дороге. Одни глаза у нее и видны. А что до голоса, так он не только заглушался платком, который хоть сколько-то защищал кожу и от пыли, и от солнца, но и немного охрип после вчерашних разговоров.
– А почему он принял меня за знатного? – поинтересовалась Мила у Вуггерса, когда они двинулись дальше.
– Потому что дерзишь всем, будто знатная, – фыркнул оборотень, держась рядом. – Будто имеешь на это право, Пи-итер.
Специально подчеркнул, что она теперь без рода-племени, как бастард.
– И потому что мелкая, – отозвался с другой стороны погромче еще один охранник. – У тебя ж лапки, как у воробышка, крошечные. Как у аристократов, которые настоящей работы никогда не знали.
– А что будет наемнику, если он обидит знатного? – допытывалась Мила.
Надо же ей познавать нюансы этого мира. Так, за разными разговорами и дорога кажется короче.
В Дарлетх прибыли еще до темноты – все же верхом быстрее, нежели с телегами тащиться. А дневные переходы между городами считали именно по скорости телег.
И вот тут нюансы нового мира в полной мере Мила прочувствовала на себе. В паре гостиниц поприличнее ей отказали в постое, потому что с оргами нельзя! Но с ней было двое орчат, которых ей выдали партнеры для охраны, будто не доверяя герцогским оборотням. В еще паре мест отказали без причины. Охранники безмолвно таскались за ней по пятам, не вмешиваясь в ситуацию. Когда в очередном постоялом дворе ей опять отказали, девушка возмутилась и потребовала озвучить почему.
– Мне проблемы не нужны, – пробасил низкорослый дверг, хозяин двора, глядя на нее хмуро из-под густых бровей.
– Я не буду буянить и драться, – зло процедила уставшая Мила. Она так мечтала о горячей ванне или хотя бы лохани! И о возможности наконец-то растянуться на кровати после целого дня в седле. Второго дня в седле! – Даже из номера не выйду!
– Девка. И без сопровождения, – не сразу, но выдал еще порцию информации хмурый дверг, оглядывая ее будто с сомнением каким-то.
– Я с сопровождением! – возразила Мила.
Правда, на этот раз орчат попросила подождать на улице. Сил больше нет таскаться по улицам в поисках постоя. Просто снимет две комнаты, а мальчишки в крайнем случае через окно заберутся.
Дверг же скользнул взглядом к выходу, где, прислонившись к стене, молча стоял ухмыляющийся Вуггерс.
– Вот поэтому и говорю, мне проблемы не нужны, – ответил ей хозяин постоялого двора.
Мила тоже обернулась на оборотня, потом на дверга, соображая, что к чему.
– Это моя охрана, – на всякий случай сообщила она хозяину.
Или он думает, что она здесь... что, блудить собралась? Оказывать любвеобильному оборотню услуги на выезде?
Дверг опять просканировал ее взглядом.
– Ни наемница, ни аристократка. И мне все равно, от кого или чего ты бежала, но к себе не пущу. Мне проблемы не нужны.
Вот же гадство! Заладил!
Психанув, Мила резко развернулась и вышла на улицу. Скалящийся Вуггерс бесшумно вытек за ней. Оборотни ей будто специально не помогали, лишь мешались, маяча за спиной каждый раз. Но если он сейчас опять заведет песню, что вместо этого она могла бы сейчас жить в комфорте под крылом дракона – стукнет!
– А почему этот сказал, что я не аристократка? – уточнила у оборотня.
– Леди в штанах не ходят, – оскалился тот. Весело ему! – И в одиночку не путешествуют.
– Я ж не одна, а вроде как с охраной, – посмотрела на него Мила, едва стоя на ногах.
– Вот именно. С мужчинами. Одна. Человечка с нелюдьми, – еще шире оскалился Вуггерс. – А ты точно знатнорожденная? Простых вещей не знаешь.
– Я ж память потеряла, забыл, что ли? – напомнила ему Мила официальную причину своих незнаний.
– Ну да, конечно, – лишь фыркнул тот.
Однако с постоем что-то нужно было решать. Но как? Оборотни вот точно словно опять испытывают ее, хотя давно могли вмешаться и заставить хоть кого-то из хозяев заселить "подопечную герцога". И раз не делают, значит, что? Просто опять поспорили, как она выкрутится, или по задумке их начальства она должна осознать, насколько тяжело жить без покровителей?
Только пусть закатают губы! Все!
– Горм, – окликнула она одного из орчат. – Поехали в ту таверну оргов, ради которой тащились. Покажешь дорогу.
– Зачем туда? – обернулся Вуггерс. – Разве ты не будешь ждать Дрыха? Да и уставшая, на ночь глядя, какие переговоры... А с твоим зрением, человечка, даже на разведку идти не стоит.
– Заселяться туда будем, – объяснила Мила, с кряхтением залезая опять в ненавистное уже седло, причем не с первой попытки.
Но никто из мужчин ей не помог, не подсадил.
– Заселяться? Туда?! Нет, даже для тебя, Мила, это слишком! – напрягся почему-то глава ее охраны.
– "Даже для тебя это слишком". Вот, значит, какого вы обо мне мнения, – бухтела себе под нос девушка, понимая, что оборотни прекрасно ее слышат. – Но я устала, ты прав, а ночевать на улице под забором – точно будет слишком даже для меня. А там постоялый двор еще вроде бы, комнаты должны быть.
Она уже направила коня вслед за потрусившим вперед крупным мальчишкой с кожей оливкового цвета и острыми ушами. Второй орчонок, Китр, держался рядом, у бока ее коня.
С другого бока ее прижимал своим конем Вуггерс.
– Ладно, поехали заселимся в нормальную гостиницу, – будто сделал ей одолжение оборотень. – Я заселю.
– Поздно пить минеральную воду, когда органы уже отказали, – также недовольно буркнула в ответ Мила. И не дожидаясь "че?", продолжила: – Моих сил осталось слишком мало, меня хватит только на одну поездку. А раз в ту таверну нам все равно потом ехать, и я не уверена, что подниму себя завтра с постели, на лошадь точно не сяду, то лучше сразу оказаться на месте, чтобы потом никуда не надо было переезжать.
"Че?" все-таки прозвучало. А за ним и возражения Вуггерса, но Мила категорично объявила, как отрезала, что она уже решила. И если Вуггерс попробует ее остановить... "Кстати, а что по закону нашей великом империи бывает оборотням за насильственное похищение человечки, тем более знатной, посреди города, где полно свидетелей?".
Оборотни обиженно надулись, так что до нужного постоялого двора они доехали в тишине.
Заведение оказалось на окраине, за городской стеной. Пока не ясно, хорошо это или плохо.
Хорошо, что вокруг было полно свободного места – есть задел на расширение. Плохо, что выглядело заведение так себе, а чуть дальше виднелось еще одно – вроде тоже постоялый двор. Почему конкуренты так близко? Однако Мила это и сама поняла, когда заехала во двор через распахнутые ворота, даже покосившиеся, будто их слишком давно не закрывали.
Двор был неухожен, как и само здание. А еще было подозрительно тихо – ни ржания из конюшни, что была вроде вообще пустой – там двери тоже были распахнуты, показывая пустые стойла, ни обычных повседневных шумов публичного места.
Нет, публика здесь была, только вся как на подбор... зеленая! Прямо во дворе – на утоптанной земле или под навесами на лавках, а то и на чурбаках сидели, лежали или беззвучно перемещались орги. Только орги! И запах, соответствующий их национальным блюдам, вернее, специям и умасливаниям тоже витал во дворе, вон как пара оборотней из ее сопровождения дружно чихнули.
Теперь понятно, почему других проезжающих здесь нет, а конкурент по дороге дальше, скорее всего, процветает, получая весь пассажиропоток.
Мила опять сползла с коня, стараясь на этот раз не кряхтеть. Оборотни с заметным сомнением стали тоже спешиваться. Головы ближайших оргов повернулись в их сторону.
– Ну что, Китр, здесь-то вам не откажут в постое? – спросила Мила у мальчишки, собираясь во что бы то ни стало получить здесь наконец долгожданные кровать, ванную и ужин.
Даже если еда будет из оргской кухни. Она так устала и голодна, что съест сейчас что угодно.
Или кого угодно, если кто-то посмеет ей опять отказать.
Глава 11 Чужие орги
Орги наблюдали за каждым их, чужаков, движением, но не вмешивались. Ни интересовались, чего приперлись, ни задирались. Просто смотрели. Своими черными, без белков глазами. Но дружно, так синхронно, словно в каком-то групповом виде спорта. И в тишине непустого двора это тоже было еще тем испытанием.
Мила привязала поводья к ближайшему шесту и направилась к входу в здание, Горм и Китр следовали за ее спиной неотступно, будто настоящие телохранители. Хотя были совсем еще детьми, свои пучки волос на макушке нескоро сбреют, и даже на фоне оборотней казались щуплыми. Что уж говорить про здоровенных чужих оргов, которые таращились на них все больше.
Первая засада оказалась в том, что все больше темнело, но внутри здания света не было! Оргам и вправду хватало сумрака, с их-то зрением, но Мила – человек. Запнулась на пороге, но вроде бы все таверны более или менее типовые, осторожно ступила дальше. Сейчас главное – ни на кого не наткнуться, никому на ногу не наступить.
– Эй, есть кто-нибудь? – окликнула она почти что темноту, такую подозрительно тихую.
Еще и шорох какой-то за спиной... Ой, судя по блеснувшим желтизной глазам... а нет, это кто-то из оборотней тоже пошел вслед за ней.
– Нету никого, – отозвалась темнота справа, чуть не заставив Милу дернуться от испуга.
– Тама все, дальше, – отозвалась темнота слева еще одним знакомым ломающимся голоском.
Как это никого нет в первом зале? Где обычно располагался если не ресепшен, как в дорогих гостиницах, так сразу огромный зал для еды. А где же орги едят? Или у них отдельная столовая зала, как все же в дорогих заведениях? Но то, что здесь, где должно встречать гостей, постояльцев и никого нет... мда уж, сервис уровня "орг". Максимум две звезды, да и те из глаз, если орг двинет по башке.
Мила подняла руку и нашла в сумраке теплое обнаженное плечо одного из подростков, сжала.
– Веди тогда меня туда, дальше, где хоть кто-то есть, – велела она.
Более десятка шагов в темноте, и ей уже кажется, что слишком долго они здесь блуждают. Странный постоялый двор. Слишком странный.
Но вскоре впереди мутным пятном показался проем двери, вновь на улицу, где еще не окончательно стемнело. И свежим воздухом потянуло.
Вернее, как свежим – как с густым мясным духом, так и со специфическими ароматами оргских специй, теперь еще более ощутимых.
На очередном пороге Мила опять задержалась, чтобы оглядеть открывшуюся перед ней чудную картину.
Она думала, что этот постоялый двор странный? Нет, он... как принято говорить на толерантной Земле, "особенный". Потому что орги готовили еду во внутреннем дворе, прямо на кострах! Хотя в здании наверняка есть и кухня, и зал со столами для еды. Должны быть!
– Вона Дрых! – оживленно выдохнул один из мальчишек, махнув рукой.
Мила оглядела "поляну" еще раз и наконец поняла, что ее смущало в здешних оргах – у них были волосы! Вроде такие же покатые высокие лбы, но выше не было лысин. У кого-то темные волосы собраны на затылке в хвосты, у кого-то даже в небольшие косы. В то время как у Дрыха, теперь она его и сама приметила, был абсолютно лысый череп. Как и положено взрослому оргу-самцу в общине. В их общине.
Получается, что эти собравшиеся орги совсем иные? Другого рода-племени? Иначе почему они не сбрили свои жесткие даже на вид пряди волос?
Однако эти мысли пролетели по касательной. Главное, что здесь пахло едой, пусть и оргской, но ей не привыкать, здесь нашелся Дрых. Что еще нужно для счастья? Разве что место для сидения, чтобы наконец-то сесть на то, что не трясется, и вытянуть ноги для отдыха?
Мила спустилась с крыльца и, в надвигающихся вечерних сумерках лавируя между кострищами, над которыми то булькали котлы, то запекались на вертелах туши, направилась в сторону Дрыха.
Однако дорогу ей заступил один из здоровяков, у которого была в лапе чья-то немалая такая нога, точнее, целый окорок. Сырой. Девушка сделала пару шагов в сторону, думая, что неудачно попалась под ноги занятому делами оргу, но полуоголенный амбал в ту же сторону на полшага сместился, словно специально не собираясь ее пропускать.
– Вы здесь работаете? – тогда подняла она на него взгляд. – Я хочу снять две комнаты. С ужином.
Но здоровяк наклонился в ее сторону и, нависая и сильно оголив зубы, показав весь свой внушительный частокол чуть заостренных зубов, не то выдохнул, не то фыркнул ей почти в лицо.
Мда, вот такой он, оргский сервис. Жаль, что нельзя им звездочки рейтинга в местном интернете снизить за такой прием.
– И ванную с горячей водой тоже хочу заказать, – продолжила Мила, едва удерживаясь от того, чтобы вытереть лицо ладонью.
