-Знали бы вы методы моего деда, не удивлялись бы,- моя улыбка не была грустной, я просто говорила то что есть,- он был чудесным учителем, но совершенно не знал как обращаться с детьми. Он никогда не сюсюкался со мной, как это делали с малышами в других семьях. Помню, как лет в шесть, мне захотелось получить от него объяснение услышанной фразы "жизненный опыт". Хотите определение моего деда для шестилетки?
Аклерий заинтересованно приподнял брови.
-Жизненный опыт это благоприобретённый набор фобий,- тихонько хихикнула я.
-И ты умудрялся что-то понимать из таких объяснений?- удивился маг.
-Не сразу. Зато после каждой подобной фразы возникало такое количество новых вопросов, что не будь дедуля терпеливым, как крокодил на охоте, я бы ничему не научился. А так, вопросы продолжали находить ответы до тех пор, пока я не добирался до сути. Иногда, конечно, случались казусы. Детская логика всё таки несколько иная. Но у деда на этот случай был свой метод. Он адекватно относился к своим недостаткам в преподавании. В конце урока я всегда, своими словами, обязан был дать свои разъяснения на все возникшие по ходу вопросы.
-Неужели он помнил их все?- пошутил маг.
-У дедушки была феноменальная память. Он запоминал древние тексты на всех существующих языках. Если у него не было возможности купить понравившуюся книгу или сделать с неё копию, он восстанавливал её по памяти. Это, зачастую, было его основным развлечением на вечерних привалах. Ведь он, чаще всего, путешествовал один. Только, когда он подобрал Хумара, у него появился спутник, которому он мог доверять стопроцентно. Правда ненадолго. Его слуга уже тогда был стар и дед видел, что ему тяжело.. Но тот отказывался оставлять своего благодетеля. А, вот когда мне понадобилось больше внимания, это послужило убедительным предлогом, чтоб он остался дома. Как мой наставник и тренер. И, честно говоря, я этому рад. Он очень много вложил в меня. Пусть не в плане магии. Без деда я в основном учился по книгам. Овладевал теорией по его программе. Плюс моё собственное любопытство. Но моё физическое развитие и владение оружием заслуга исключительно Хумара. А потом, он спасал мне жизнь не единыжды. И не только от яда. Были и другие случаи.
-Расскажешь?- заинтересованно склонился ко мне Аклерий.
-Может, когда-то представится возможность. Но, пожалуйста, не сейчас. За разговорами прошло наше время дежурства. А я жутко хочу спать.
-Ты, своей рациональностью, напоминаешь маленького старичка, но я был бы горд иметь такого ученика. Твой дед, в своей области, один из величайших магов. Но я надеюсь, что в твоей умненькой головке для моих вложений всё же осталось место. Ты, наверное удивился, что я так бесцеремонно оставил тебя своим напарником на посту, но мне хотелось, без лишних свидетелей, понаблюдать за скоростью восстановления твоего резерва. Прости, но это свойственно педагогу Академии. Сразу оценивать весь спектр возможностей своих потенциальных студентов. Отдыхай спокойно, я ещё больше уверился, что не зря взялся тебя опекать.
Я хмыкнула, но возражать не стала. В конце концов, я надеялась найти себе в столице кого-то, чтоб помог мне с рекомендациями и поступлением. И пусть жизнь научила меня быть не слишком доверчивой к людям. Мне это не помешает использовать предоставленный шанс. А в тайну своего пола я не собиралась посвящать Аклерия до последнего момента. Уж точно не в дороге. В любом случае, при поступлении она откроется. Но там я буду на людях. При чём, надеюсь, конкурирующих за мою тушку. Первое правило успешной дипломатии гласит: маленькая страна может остаться независимой среди больших, только сделав их конкурентами. Я отлично знаю, что не стоит провоцировать человеческую алчность. Да и другие пороки тоже. Мне не слишком хочется разочароваться в своём спутнике, оказавшись, в лучшем случае, невестой его племянника. Добровольно-принудительно. Про худшие варианты даже думать не желаю.
Больше мыслей в моём уставшем черепке не поместилось. Но защитный контур на время сна я задействовать не забыла. Не общий. Собственный. На этот случай у меня имелся артефакт деда, который верой и правдой служил ему во всех путешествиях. Он всегда был один. Никто не дежурил у его костра. Правда у деда резерв был побольше и он охватывал большую территорию. Ему не светило потерять коня. Хотя моё восстановление побыстрее, чем у многих, но его всё же не хватит до утра на большой круг. Мне пока удавалось держать только малый круг личной защиты. Ведь любой долгоиграющий артефакт напрямую завязан на владельца и требует подпитки. Пусть и небольшой. Но малый защитный круг артефакт может продержать даже на собственном запасе. Главное не разрядить его полностью, иначе уже не напитаешь. Тот же принцип как с резервом перегоревшего мага. При полном выгорании дар не восстановить.. Но времени до рассвета осталось немного. Караван должен будет продолжить путь. Значит меня разбудят. На это время заряда хватит. А после сна я подпитаю.
Я проснулась резко, от какофонии звуков. Громко ржали лошади, к которым я кинулась в первую очередь. А ещё, где-то недалеко был слышен многоголосый вой горных шакалов. Схватившись за упряжь я, не только физически, но и ментально старалась успокоить животных. Те, кто стоял свою очередь на страже, тоже возились у повозок.
-Шакалы.. Это они напугали лошадей.. А где же Аклерий?- забеспокоилась я.
Его не было возле коня. Но тот стоял спокойно. На груди поблёскивала бляха успокаивающего артефакта. Маг, видно помогал где-то в другом месте. В общей суматохе его было трудно разглядеть. Ещё было темно, но начинало сереть. Люди метались по площадке. Правда метания были вполне осмысленными. Хотя причина буйства животных была совершенно иной, чем мы ожидали, но караванщики оказались вполне мобилизованы. В конце концов, хищники это обыденная опасность. Кто-то запустил в сторону стаи парочку огненных шаров. И тут загрохотало. В первую секунду я поразилась мощности огненных заклинаний. Но с соседних гор сорвалось несколько больших валунов. Одна из вершин вдруг раскололась и правая половина начала медленно сползать. Я осознала, что это не от заклинания. Толчок всё же случился. Наверняка, и шакалы, и лошади его приближение почуяли заранее.
В воздух стайками взметнулись птицы и закружили, резко крича, над головами. Кто-то рядом упал, накрыв голову руками. Но, в основном, люди старались устоять на ногах и не паниковать. Больше всего этому помогала тревога за животных. Первым делом старались успокоить их.
Слава богам, дети были только в одной семье. Родители с четырьмя малышами переезжали в соседний город к родне и присоединились к каравану с повозкой, забитой домашним скарбом, клетками с птицей и мелкой живностью. Всё это квохтало, гоготало и визжало. Детишки тоже проснулись и громко кричали, что полностью заняло родителей. Через минуту мы ощутили новые колебания под ногами. Кажется, в этот раз немного слабее. Но меня трясло от сильного безотчётного страха. Я сжала зубы, чтоб не поддаться панике. Обхватив шею Кляксы, почувствовала, что лошадка тоже крупно дрожит, позабыв о своём вздорном нраве. Собравшись, послала ей ментальную волну покоя и сочувствия. Это помогло успокоиться и мне, так как требовало сосредоточения.
Наша горушка выдержала. Ни трещин, ни сильных осыпей не образовалось. Правда, когда рассвело, обнаружилось, что исток родника под горой стал заметно шире и сформировал небольшой селевой поток. Его благоустроенная часть полностью разрушилась. Но в общем можно сказать, что нам повезло, хотя толчок оказался действительно довольно мощным.
Мы знали, что колебания могут повторяться в течение нескольких дней. А потому, как только чуть посветлело, собрались и продолжили путь, в надежде выйти из гористой части караванной тропы.
Кроме того, что в некоторых местах дорога была перекрыта камнями, скатившимися со склонов, и нам приходилось расходовать магию на расчистку, день прошёл относительно спокойно.
Я держалась рядом с Аклерием. Меня всё ещё не рассекретили. Правда моё поведение немного удивляло мага. Как и всем, время от времени мне требовалось уединение. В первый раз, во время короткой остановки каравана, для того, чтоб желающие могли удовлетворить естественные нужды, я довольно далеко ушла от него за валуны. Мне показалось, что моя скромность выглядела для него странновато. В принципе, среди мужчин такая застенчивость не была принята. Караванщики погрубее могли и на дальность струи посоревноваться. Но он не стал задавать вопросы. А я не стала акцентировать на ситуации внимание, делая таким образом вид, что это для меня естественно. Пусть думает на южные особенности семейного воспитания или какие-то особенные религиозные запреты.
На самом деле, на юге они были. Правда всё, что касалось ограничений на обнажение тела при посторонних, касалось только женщин и то, по выходу из рубашечного возраста. Девчонки под рубахой даже белья не носили. Ветер нёс песок из пустыни и в жару нежная детская кожа страдала от потёртостей. Взрослые девушки, с более строгими требованиями к одежде, в основном сидели в женских покоях. В домах прохлада поддерживалась артефактами. Внутренние садики были скорее крытыми оранжереями с фонтаном, а в домах побогаче и небольшим бассейном. Гости туда не допускались. Снаружи дома тоже окружались садом. Он сдерживал дыхание пустыни и создавал приятные тенистые уголки.
Но маг вряд ли успел полностью ознакомиться с южными традициями. Планировал остаться дольше, но планам помешал Ляз. Как я поняла из его рассказов, он пробыл в нашем городе не более недели. А всё, что касается семейных заморочек, особенно интимных, требовало разумной осторожности. Особенно при общении выходцев из разных этнических анклавов. Южане довольно сильно отличались от столичных жителей, в плане скромности, а Аклерий родился и вырос в столице. Он говорил мне, что путешествовал довольно редко и по необходимости. Закончил столичную академию и в ней же остался работать.
Единственная полевая практика его, как целителя, пришлась на время конфликта с троллями. Тогда он учился на последнем курсе Академии и их привлекли к обслуживанию прифронтовых госпиталей. Воспоминания у юного мага от практики остались не радостные. Он не привык к отсутствию комфорта. Его семья была богата и даже элементарное самообслуживание в Академии, где присутствовали столовая и прачечная, невозможно было сравнить с условиями фронта. За уборку в столичных учебных заведениях, обычно брались выходцы из бедных семей, из тех, кто хорошо справлялся с бытовой магией и желал подзаработать. Бытовики считались низкоуровневыми магами. Как раз низкие сословия редко обладали сильным даром. Сила магии как раз и зависела от многих поколений аристократической селекции. Аристократы изучали этот раздел с неохотой. Экзамен по нему не сдавали, хотя он входил в курс общей магии. Его читали для всех первогодок.
По окончании практики он всё же прошёл его, хотя раньше не относился к изучению бытовых заклинаний слишком серьёзно. На целительском тем не менее, в дополнительной экзаменационной программе, бытовая магия преподавалась. Хоть и в урезанном виде, поскольку иногда требовалось навести стерильную чистоту. Например, для проведения хирургических операций в полевых условиях.
Травматическая хирургия ему тоже не особо нравилась. Аклерий больше любил загадки диагностики, творчество в созидании новых зелий. Его отец был строг в финансах, но пошёл навстречу сыну, что бы он, на средства семьи, организовал при Академии собственную лабораторию, где и занимался тем, что его увлекало. Ему удавались диагностические артефакты. Он любил создавать составы с редкими ингридиентами, которые имел возможность покупать у любителей попутешествовать, экономя немалые карманные деньги, которые другие студенты тратили на вечеринки и прочие развлечения. А средства от продажи своих опытных образцов давали ему возможность проводить время за тем, что ему было интереснее, чем обычная целительская практика, не обращаясь лишний раз за средствами семьи.
Кстати, с дедом он когда-то встречался именно с этой целью. Всё, что тот добыл из диагностической артефакторики и трактатов по зельеварению и пожелал сбыть легально, ушло именно в колекцию Аклерия. Правда редкими ингридиентами для зелий дед предпочитал пользоваться сам. Ну, чтож, он был не единственным поставщиком увлечённого студента.
Семейство Аклерия было слишком близко к трону, чтоб дед рискнул предложить ему что-то действительно древнее. А других точек общения у них не возникло. Поэтому маг и не знал ничего о свойствах чисса. Тот целительский фолиант, где мы обнаружили упоминание его особенности воздействия на организм в сочетании с ядом, относился к эпохе расцвета цивилизации Нагов. И найден был в развалинах одного из их древних храмов. В подземной лаборатории, в катакомбах затерянного города змеелюдов. Её малая часть сохранилась в одной из каверн. Всё остальное расчистке не поддалось.
Оставаться долго в руинах невозможно. Даже такой сильный маг, как дед, с трудом вытягивал воду в этих песках. Буквально чуть меньше козьего бурдюка в день. Ему едва хватало напоить коня и напиться самому. Почему-то жидкости быстро испарялись в магических пространственных карманах. Поэтому невозможно было сохранить их запас для экспедиции. Это была ещё одна из загадок, которую в будущем собиралась решить я.
У меня был целый список таких задач. И я постоянно пополняла его новыми.
Так вот, наше продвижение в сторону столицы оставалось относительно спокойным до следующего городка. К нему мы подъехали перед заходом солнца четвёртого дня пути.
Глава 6. Постоялый двор "Хромой караванщик."
Гул и шум постоялого двора Мы расслышали даже сквозь фон звуков каравана. К щёлканью кнутов и монотонному поскрипыванию колёс, а также редким хриплым понуканиям погонщиков мы притерпелись и почти не замечали. Через несколько минут в уши ворвался резкий звон курантов - артефакта, отбивающего время на главной городской башне. Магически изменённый. В нашем городе тоже стоял такой. Его звук был одинаково силён и у самой башни и на окраине города.
Постоялый двор "Хромой караванщик" пристроился у самой городской стены. Очевидно, когда-то его строили на некотором удалении от основной городской территории. С тех пор его окружили то ли новые кварталы, которыми обрастает крепость, то ли домишки соседней деревушки, постепенно слившейся с городом. А может и те, и другие разом.
Все древние города начинаются с крепости обнесённой либо земляным валом, либо каменной стеной. Но успешный город разрастается. Этот очевидно был успешен. Выстроили новую стену. Старую тоже никто не стал ломать. Даже обновили и отремонтировали. И теперь она ограничивала богатые кварталы. Центр города. Где первые постройки, в связи с их выгодным положением, давно превратились в парад снобистского выпендрёжа. Где каждый старался, путём архитектурных изощрений, подчеркнуть свой статус.
Местным властям удобнее оставлять караваны за городской чертой. Повозки и животные создают хаос и грязь на ухоженных и чистых улицах.
