Впрочем, какое мне дело до источника его дохода? Мое дело — потратить его деньги с чувством, с толком, с расстановкой… вещей в его доме по законным местам на безвозмездной основе. Нет, конечно — я уверена, он притащит что-нибудь пожрать, выпить, даже купит цветы, выгуляет собаку… Этот чел слишком странный для богача. Он вообще слишком странный для простого смертного…
Впрочем, о чем я вообще? Я в этот мир раньше даже одним глазком не заглядывала. Даже сериалы не смотрела. Зачем? Сейчас хоть открывай журналы и смотри, что в моде, чтобы знать, о чем спрашивать в магазине продавцов. И в какие магазины идти? Не в Икею же! Вот дернул же меня тогда черт выйти погулять с собакой!
— Ну что ты лаешь?! Знаешь же, кто это идет!
Я пересекла гостиную бодрым шагом. В сандалиях. И, отпихнув собаку, отворила дверь.
— Я без цветов, извини, — услышала я вместо «здрасьте». — Не успел купить.
Олег держал в руках два мешка и оказался перед собакой совершенно безоружным. Агата налетела на него с порога, и Олегу несказанно повезло, что он успел сделать от двери всего один шаг. Она припечатала его к стене, водрузив лапы ему на плечи.
— Агата! — закричали мы в унисон, и та послушно убрала лапы с серого пиджака.
В белой рубашке, при галстуке, это был совершенно другой человек. Нет, он был тем же. Точно иллюстрация к фразе Жванецкого про актеров: фраки отдельно, лица отдельно. Дай ему в руки хоть коньяк, хоть кубинскую сигарету, один черт — на обложку Форбса его не поместят. Ему место на развороте какого-нибудь журнала по бодибилдингу в разделе для начинающих…
Что ж я злая-то такая! Мне б помочь человеку, а не пялиться на него, как школьница на поп-звезду!
Я наконец сообразила протянуть руки за пакетами, позволив Олегу нормально поздороваться с собакой. Он присел подле нее и принялся нещадно трепать за загривок, а та, нахалка, принялась вылизывать с него все тревоги рабочего дня. Ну что за фигня?! Он посторонний человек!
— Мила, у меня там клубника для Агаты. Осторожней.
О как… Клубника для Агаты… А каким елейным голоском сказано-то! Хорошо, хорошо, Милочка позаботится о лакомстве для собачки… Черт рогатый! Ну, блин, записал меня в служанки! А я, блин, и рада услужить! Хожу тут на задних лапках!
— Эта?
Я достала коробочку и прифигела: клубника оказалась в шоколаде.
— Конечно нет, это для тебя!
Олег уже стоял у меня за спиной и сейчас, когда протянул руку, чтобы достать из пакета новую коробку, как бы совсем невзначай коснулся рукавом пиджака моей груди. Может, и случайно, ведь сделал вид, что не заметил. И ничего не сказал.
— Вот. Как думаешь, надо мыть для собаки?
Все еще рядом. Дышит прямо в ухо, а я чувствую, что мыть сейчас придется меня. Да что же это такое?! Он издевается? Или у меня просто съехала крыша без мужика? Но это не мой мужик. Даже не мой типаж… Десять дней. Уже девять. Ну, ему такая интрижка даже на руку, а вот мне?
— Я помою!
Не помешало бы и мозги заодно помыть. С фейри. И прополоскать с уксусом. Свалился он мне на голову! Вот свалился!
— Агата, иди сюда…
В раковине у Лолы стояла сетка для мытья фруктов. Я высыпала туда всю клубнику и сейчас стряхивала с самой крупной ягоды капли воды. Собака уселась рядом и вопросительно уставилась сначала на меня, потом на клубничку в моей ладони. Понюхала после недолгого раздумья и не взяла.
— Все-то ваши интернеты про овчарок врут, — усмехнулся Олег, облокотясь о столешницу. — Придется есть самим.
— Я добавлю ее к фруктовому салату.
Я поднесла клубничину ко рту, чтобы попробовать, но пока откусывала кончик, выронила хвостик, и собака ринулась на него, точно на кусок сырого мяса.
— Это называется жадностью, — констатировал Олег и, оглянувшись на стол, разочарованно вздохнул: — А я надеялся избавиться от пиджака.
Я уставилась на него так же вопросительно, как только что углядела на меня и угощение собака.
— Что? У тебя тут так красиво, а я буду без галстука.
— Так и я как бы не в вечернем платье.
— Ну, одета ты всяко лучше, чем вчера…
Он хотел сделать комплимент или опустить меня окончательно? Второе у него получилось сделать очень хорошо, и он даже признал промашку.
— Но утром было получше.
Я выдержала взгляд.
— Последнее время я вижу женщин в шортах и майке только на соседней беговой дорожке. Зрелище, скажу тебе, не очень…
Я снова не опустила глаз. Он чё, не понимает, что несёт?
— Я забыл, как женщины выглядят без капелек пота на лбу…
Слушайте, ну я сейчас чему-нибудь заеду по этой наглой морде!
— Еда не остынет? — кивнула я в сторону второго мешка.
— Просекко нагреется. Дай два бокала. Не для шампанского.
Я поставила фужеры прямо перед ним, а сама забрала со стола две верхние тарелки и приготовилась выложить на них пасту. Если он действительно ее купил. Но в первой коробке оказался овощной салат.
— Будем пить до еды, во время или после?
Я посмотрела на крохотную бутылочку в его руках и выдала зло:
— До!
Дружок, ты вообще поляны не сечешь? Сколько у тебя денег, чтобы бабы тебя терпели с таким-то подходом?
Нет, с одного бокала башню у меня не сорвет… Если он только не подмешал туда чего-нибудь. Нет, откручивал крышки у меня на глазах. Так что удивить меня у него не выйдет!
И все же, когда Олег осторожно разлил вино по бокалам, я удивленно уставилась на свой: стенки покрылись мелкими пузырьками.
— Ты никогда не пила просекко?
— Пила, конечно, — ответила я на автомате.
— Врешь, Мила! Такими огромными глазами на бокал смотрят только в первый раз.
Я подняла глаза. Какая же наглая улыбочка! Он все пытается меня раскусить. Наверное, я все же веду себя иначе, чем должны вести себя девочки богатых родителей. Да, я действительно понятия не имею, как те себя ведут.
— Ты меня поймал, доволен?
Конечно, он был доволен. Но меня голыми руками не возьмешь.
— Я вообще не пью. Я — дитя шампанского, ясно? Во мне мамой воспитана стойкая непереносимость к алкоголю.
Сказала я, конечно, полуправду. Хотя что и говорить, по-трезвому меня бы не зачали. Только на пьяную голову мама могла выбрать мне в отцы такого идиота!
— Извини. Могла бы сказать это еще вчера.
— Как бы это прозвучало? Нет, ты не подумай. Я пью, но не больше одного бокала за раз, — Врать так уж напропалую. — И вчерашний второй бокал доказал мне, что это было правильное решение.
— Ну, вчера, кажется, не было ничего, о чем ты могла бы пожалеть…
— Я тебя ни в чем не обвиняла, кажется. Просто…
Я отвернулась к салату, не зная, чем закончить фразу, и достала из шкафчика две пиалы.
— Мила, — Олег постучал указательным пальцем мне по плечу. Я замерла, но не обернулась. — Я не пытался напоить тебя вчера, честное слово. И никогда не попытаюсь сделать это впредь…
Я почти оттолкнула его руку, чтобы пройти к столу.
— Олег, хватит! У нас тут не романтический ужин, а просто ужин двух соседей, запертых в пустых домах. Я ничего не думаю лишнего, не переживай ты так.
— С чего ты взяла, что я переживаю? — он опустил на стол два пузырчатых бокала. — Я просто хочу, чтобы между нами не было недосказанностей.
Я вернулась на кухню, чтобы закончить с пастой. Руки почему-то тряслись и пришлось собирать спагетти со столешницы. Олег стоял рядом и ломал в вазочку багет.
— Можно все же зажечь свечи? — спросил он.
— Зажигай. Все равно светло, — буркнула я, поднимая полные тарелки, чтобы отнести на стол.
— А я опущу везде жалюзи. Что нам стоит сделать из белой ночи черную?
И он действительно пошел исполнять задуманное. Ну да, ничего не стоит. Но мы этого делать не будем ни в коем случае. Я выдержу роль «я у мамы дурочка» до конца. Мама неустанно повторяет, что это мое амплуа!
— Да будет свет!
И Олег с улыбкой задул спичку. Я сидела на стуле, надеясь, что теперь он уже наконец сядет, и мы приступим к трапезе. Или хотя бы выпьем. Пузырьки на стенках бокала все не уменьшались и не уменьшались, и я боялась, что все они успеют сбежать в космос до того, как Олег удосужится разродиться тостом, и я так никогда и не попробую настоящего просекко. А много ли я потеряю?
В магазинах я никогда даже и не смотрела в сторону итальянского игристого. И не только из-за цены, цена-то на все бывает разная… Особенно на выпивку. Только сейчас цена обязана была соответствовать качеству, и не воспользоваться подвернувшимся случаем продегустировать неподделку было бы настоящим преступлением против женской природы!
— За что будем пить?
Олег вальяжно устроился на стуле и крутил ножку бокала между пальцами. Пиджак он только расстегнул, а узел галстука вообще расслабил лишь тогда, когда я предложила ему полностью избавиться от официоза. Наверное, его все устраивало. Как, впрочем, и меня саму. И в ужине, и в его инициаторе, пока тот не начинал задавать неприятных личных вопросов.
— За твой дом? — предложила я наобум.
— Хороший тост, — Но, наверное, недостаточно хороший, чтобы не ухмыляться. — Только давай-ка прибережем его на потом, когда ужинать будем у меня…
Вот те на… Приехали! Что там в твоей дурацкой башке творится?
— Все же сейчас мы находимся в чужом доме, — продолжал Олег медленно, не сводя глаз с моего, видимо, напряженного лица. — Давай выпьем за собаку, чтобы Агата наконец оправилась от своей тревожности.
— Давай.
Это всяко лучше, чем пить «за проезд». К тому же, собака сидела рядом и клянчила еду, преданно глядя в глаза. То одному, то другому. Ничего удивительного. Я тут тоже, кажется, продала этому Олегу душу за вкусную еду, разве нет? И пусть душа фейковая, которая выдумывается на полном ходу, но разве начинающая актриса не заслужила скромный гонорар? Хотя бы в виде еды.
Я снова опустила бокал ниже мужского — и на этот раз Олег заметил мое движение и молча опустил свой. Я не стала настаивать на дурацком этикете и просто пригубила вина. Газики, не такие уже яркие, все равно щекотнули язык, и божественная амброзия оросила горло. Он явно разбирается в напитках мира или таким, как он, консультанты помогают лучше, чем простым смертным. Или в хорошие магазины обычные люди не заглядывают.
— Ну как?
Какой ответ он ждет? Какой бы ни ждал, я отвечу просто:
— Вкусно, но вчерашнее сладкое было лучше.
— Согласен, но повторить пока нет никакой возможности. Если только купить Асти. До миндального я пил только его и никакими этикетками и высокими ценниками мою любовь к дешевому итальянскому шампанскому перебить не удалось. Купить на завтра его?
Я не отвела взгляда. Надо его выдержать. Надо разобраться в происходящем…
— Олег, я не собираюсь пить еще и завтра. Я же объяснила тебе свое отношение к шампанскому. Или ты не понял?
Он подмигнул левым глазом или мне это только показалось?
— Во-первых, твоя мама ничего не узнает. А, во-вторых, у нас с тобой чисто деловые отношения, а я не завожу служебных романов. Они обычно плохо заканчиваются.
— На личном опыте убедился? — не смогла смолчать я. Будем считать это побочным эффектом глотка просекко!
— Да, — ударил он меня голосом. — Это был очень неприятный опыт. И я не хочу его вспоминать.
— А разве я спрашиваю подробности? — зачем-то начала я защищаться.
— Я просто предупреждаю заранее, что как я ни о чем не спрашиваю тебя, так и ты не смей спрашивать меня.
О, как… Лучшая защита нападение? Мне ты вообще не интересен. Это тебя сестра соседа так сильно заинтересовала, что ты второй день с ней ужинаешь.
— Расскажешь про Агату?
Да с превеликим удовольствием! Это избавит меня от необходимости врать о себе!
Я рассказала все, что знала, только опустила наличие в этой истории настоящей меня. Девчонки теперь шантажировали Лолу. Ну да ладно, полуправда она ведь тоже в какой-то степени правда. И главное, что я не особо живописала ситуацию, не имея цели выдавить из Олега слезу.
— А что ветеринар говорит? Им же таблетки какие-то дают, чтобы снизить тревогу? Я почитал немного об этом на совещании, — усмехнулся Олег, ковыряя вилкой в салате.
Он ел намного медленнее меня. Возможно, в отличии от меня, он пообедал.
— Пусть этим потом Лола занимается. Я вообще не особо представляю себе, что это такое на самом деле с Агатой. По мне, она самая лучшая собака на свете.
— Ну… По мне и ты лучшая… — Олег выдержал паузу, наверное, в надежде, что я покраснею. Ага, разбежался! —… сестра, а ты говоришь, что это не так…
Теперь усмехнулась я. Забавный вы, Вещий Олег, ох какой забавный…
— Ничего я не говорю! — Мои глаза оставались щелками. — Меня просто Лола не любит. Вернее, нашу маму… Ты смотрел старый фильм «Коктейль» с Томом Крузом? — спросила я, поняв, что от его внимательного взгляда уже никуда не деться и придется запускать фантазию на полную катушку. — Где дочка богатого папочки вышла замуж за бармена, чтобы насолить родителю? Моя мать считала, что Лола делает тоже самое… Что та просто избалованная взбрыкнувшая девка и бросит нашего мальчика, как только Макс ей надоест…
Я не врала! Уверена, что отец Лолы именно так и подумал, когда дочь укатила в Тай с нищим баристой, а потом еще и замуж за него вышла! Конечно же, ему хотелось устроить дочери аля династический брак. С кем-нибудь из партнеров по бизнесу.
— Прямо история Золушки. Только наоборот, — Олег резко поднялся и избавился наконец от пиджака. — Что же ты не идешь по стопам брата? — спросил он, повесив пиджак на спинку, и усевшись обратно на стул.
— Вообще-то Макс любит свою жену и она любит его, — меня обуял праведный гнев. — Иначе бы они не были так долго вместе. У них нет детей. Значит, держит их в браке нечто иное.
— Может, надежда их завести?
— У них не там проблема, а в голове. Они чайлдфри просто.
— А что мы их вообще обсуждаем? — вдруг еще злее добавил Олег.
— Я лично никого не обсуждаю. Это, кажется, ты задаёшь вопросы, которые не должен задавать, разве нет?
— А я вообще не знаю, о чем тогда с тобой говорить.
Я должна была обидеться или как? Нет, скорее принять как данность.
— Так, может, и не надо говорить со мной вообще? Иди уже домой. Я так и не убрала подушку и простынь наверх. Дать их тебе?
Олег облокотился о спинку стула, всем своим видом показывая, что идти никуда не собирается.
— Ты обиделась?
Я попыталась сидеть на стуле ровно, но не глотать палку. Я не нервничаю. Вот абсолютно нет!
— Нет, — Ну чего мне обижаться на этого грузчика! — Мне просто тоже не о чем с тобой говорить. Это нормально. Соседи, они же от бога, а не по обоюдному желанию двух сторон. Но я все равно помогу тебе с покупками. Только… Давай не будем больше ужинать вместе, ладно?
— Нет, не ладно! — Как он еще кулаком по столу-то не ударил?! — Мне не с кем сейчас ужинать, а один я ужинал довольно долго. Мне это надоело.
Я смотрела ему в глаза. Проверка на вшивость? Ждет, когда я начну задавать наводящие вопросы, а он мне тут же напомнит про неприкосновенность своей личной жизни. Чего он добивается? Может, у него не все дома, хотя на вид он абсолютно нормальный.
Нет, он не совсем нормальный. Иначе бы он проводил этот вечер не со мной. В глазах ни грустинки.
Впрочем, о чем я вообще? Я в этот мир раньше даже одним глазком не заглядывала. Даже сериалы не смотрела. Зачем? Сейчас хоть открывай журналы и смотри, что в моде, чтобы знать, о чем спрашивать в магазине продавцов. И в какие магазины идти? Не в Икею же! Вот дернул же меня тогда черт выйти погулять с собакой!
— Ну что ты лаешь?! Знаешь же, кто это идет!
Я пересекла гостиную бодрым шагом. В сандалиях. И, отпихнув собаку, отворила дверь.
— Я без цветов, извини, — услышала я вместо «здрасьте». — Не успел купить.
Олег держал в руках два мешка и оказался перед собакой совершенно безоружным. Агата налетела на него с порога, и Олегу несказанно повезло, что он успел сделать от двери всего один шаг. Она припечатала его к стене, водрузив лапы ему на плечи.
— Агата! — закричали мы в унисон, и та послушно убрала лапы с серого пиджака.
В белой рубашке, при галстуке, это был совершенно другой человек. Нет, он был тем же. Точно иллюстрация к фразе Жванецкого про актеров: фраки отдельно, лица отдельно. Дай ему в руки хоть коньяк, хоть кубинскую сигарету, один черт — на обложку Форбса его не поместят. Ему место на развороте какого-нибудь журнала по бодибилдингу в разделе для начинающих…
Что ж я злая-то такая! Мне б помочь человеку, а не пялиться на него, как школьница на поп-звезду!
Я наконец сообразила протянуть руки за пакетами, позволив Олегу нормально поздороваться с собакой. Он присел подле нее и принялся нещадно трепать за загривок, а та, нахалка, принялась вылизывать с него все тревоги рабочего дня. Ну что за фигня?! Он посторонний человек!
— Мила, у меня там клубника для Агаты. Осторожней.
О как… Клубника для Агаты… А каким елейным голоском сказано-то! Хорошо, хорошо, Милочка позаботится о лакомстве для собачки… Черт рогатый! Ну, блин, записал меня в служанки! А я, блин, и рада услужить! Хожу тут на задних лапках!
— Эта?
Я достала коробочку и прифигела: клубника оказалась в шоколаде.
— Конечно нет, это для тебя!
Олег уже стоял у меня за спиной и сейчас, когда протянул руку, чтобы достать из пакета новую коробку, как бы совсем невзначай коснулся рукавом пиджака моей груди. Может, и случайно, ведь сделал вид, что не заметил. И ничего не сказал.
— Вот. Как думаешь, надо мыть для собаки?
Все еще рядом. Дышит прямо в ухо, а я чувствую, что мыть сейчас придется меня. Да что же это такое?! Он издевается? Или у меня просто съехала крыша без мужика? Но это не мой мужик. Даже не мой типаж… Десять дней. Уже девять. Ну, ему такая интрижка даже на руку, а вот мне?
— Я помою!
Не помешало бы и мозги заодно помыть. С фейри. И прополоскать с уксусом. Свалился он мне на голову! Вот свалился!
— Агата, иди сюда…
В раковине у Лолы стояла сетка для мытья фруктов. Я высыпала туда всю клубнику и сейчас стряхивала с самой крупной ягоды капли воды. Собака уселась рядом и вопросительно уставилась сначала на меня, потом на клубничку в моей ладони. Понюхала после недолгого раздумья и не взяла.
— Все-то ваши интернеты про овчарок врут, — усмехнулся Олег, облокотясь о столешницу. — Придется есть самим.
— Я добавлю ее к фруктовому салату.
Я поднесла клубничину ко рту, чтобы попробовать, но пока откусывала кончик, выронила хвостик, и собака ринулась на него, точно на кусок сырого мяса.
— Это называется жадностью, — констатировал Олег и, оглянувшись на стол, разочарованно вздохнул: — А я надеялся избавиться от пиджака.
Я уставилась на него так же вопросительно, как только что углядела на меня и угощение собака.
— Что? У тебя тут так красиво, а я буду без галстука.
— Так и я как бы не в вечернем платье.
— Ну, одета ты всяко лучше, чем вчера…
Он хотел сделать комплимент или опустить меня окончательно? Второе у него получилось сделать очень хорошо, и он даже признал промашку.
— Но утром было получше.
Я выдержала взгляд.
— Последнее время я вижу женщин в шортах и майке только на соседней беговой дорожке. Зрелище, скажу тебе, не очень…
Я снова не опустила глаз. Он чё, не понимает, что несёт?
— Я забыл, как женщины выглядят без капелек пота на лбу…
Слушайте, ну я сейчас чему-нибудь заеду по этой наглой морде!
— Еда не остынет? — кивнула я в сторону второго мешка.
— Просекко нагреется. Дай два бокала. Не для шампанского.
Я поставила фужеры прямо перед ним, а сама забрала со стола две верхние тарелки и приготовилась выложить на них пасту. Если он действительно ее купил. Но в первой коробке оказался овощной салат.
— Будем пить до еды, во время или после?
Я посмотрела на крохотную бутылочку в его руках и выдала зло:
— До!
Дружок, ты вообще поляны не сечешь? Сколько у тебя денег, чтобы бабы тебя терпели с таким-то подходом?
Глава 22 "Раскусил! Доволен?"
Нет, с одного бокала башню у меня не сорвет… Если он только не подмешал туда чего-нибудь. Нет, откручивал крышки у меня на глазах. Так что удивить меня у него не выйдет!
И все же, когда Олег осторожно разлил вино по бокалам, я удивленно уставилась на свой: стенки покрылись мелкими пузырьками.
— Ты никогда не пила просекко?
— Пила, конечно, — ответила я на автомате.
— Врешь, Мила! Такими огромными глазами на бокал смотрят только в первый раз.
Я подняла глаза. Какая же наглая улыбочка! Он все пытается меня раскусить. Наверное, я все же веду себя иначе, чем должны вести себя девочки богатых родителей. Да, я действительно понятия не имею, как те себя ведут.
— Ты меня поймал, доволен?
Конечно, он был доволен. Но меня голыми руками не возьмешь.
— Я вообще не пью. Я — дитя шампанского, ясно? Во мне мамой воспитана стойкая непереносимость к алкоголю.
Сказала я, конечно, полуправду. Хотя что и говорить, по-трезвому меня бы не зачали. Только на пьяную голову мама могла выбрать мне в отцы такого идиота!
— Извини. Могла бы сказать это еще вчера.
— Как бы это прозвучало? Нет, ты не подумай. Я пью, но не больше одного бокала за раз, — Врать так уж напропалую. — И вчерашний второй бокал доказал мне, что это было правильное решение.
— Ну, вчера, кажется, не было ничего, о чем ты могла бы пожалеть…
— Я тебя ни в чем не обвиняла, кажется. Просто…
Я отвернулась к салату, не зная, чем закончить фразу, и достала из шкафчика две пиалы.
— Мила, — Олег постучал указательным пальцем мне по плечу. Я замерла, но не обернулась. — Я не пытался напоить тебя вчера, честное слово. И никогда не попытаюсь сделать это впредь…
Я почти оттолкнула его руку, чтобы пройти к столу.
— Олег, хватит! У нас тут не романтический ужин, а просто ужин двух соседей, запертых в пустых домах. Я ничего не думаю лишнего, не переживай ты так.
— С чего ты взяла, что я переживаю? — он опустил на стол два пузырчатых бокала. — Я просто хочу, чтобы между нами не было недосказанностей.
Я вернулась на кухню, чтобы закончить с пастой. Руки почему-то тряслись и пришлось собирать спагетти со столешницы. Олег стоял рядом и ломал в вазочку багет.
— Можно все же зажечь свечи? — спросил он.
— Зажигай. Все равно светло, — буркнула я, поднимая полные тарелки, чтобы отнести на стол.
— А я опущу везде жалюзи. Что нам стоит сделать из белой ночи черную?
И он действительно пошел исполнять задуманное. Ну да, ничего не стоит. Но мы этого делать не будем ни в коем случае. Я выдержу роль «я у мамы дурочка» до конца. Мама неустанно повторяет, что это мое амплуа!
— Да будет свет!
И Олег с улыбкой задул спичку. Я сидела на стуле, надеясь, что теперь он уже наконец сядет, и мы приступим к трапезе. Или хотя бы выпьем. Пузырьки на стенках бокала все не уменьшались и не уменьшались, и я боялась, что все они успеют сбежать в космос до того, как Олег удосужится разродиться тостом, и я так никогда и не попробую настоящего просекко. А много ли я потеряю?
В магазинах я никогда даже и не смотрела в сторону итальянского игристого. И не только из-за цены, цена-то на все бывает разная… Особенно на выпивку. Только сейчас цена обязана была соответствовать качеству, и не воспользоваться подвернувшимся случаем продегустировать неподделку было бы настоящим преступлением против женской природы!
— За что будем пить?
Олег вальяжно устроился на стуле и крутил ножку бокала между пальцами. Пиджак он только расстегнул, а узел галстука вообще расслабил лишь тогда, когда я предложила ему полностью избавиться от официоза. Наверное, его все устраивало. Как, впрочем, и меня саму. И в ужине, и в его инициаторе, пока тот не начинал задавать неприятных личных вопросов.
— За твой дом? — предложила я наобум.
— Хороший тост, — Но, наверное, недостаточно хороший, чтобы не ухмыляться. — Только давай-ка прибережем его на потом, когда ужинать будем у меня…
Вот те на… Приехали! Что там в твоей дурацкой башке творится?
— Все же сейчас мы находимся в чужом доме, — продолжал Олег медленно, не сводя глаз с моего, видимо, напряженного лица. — Давай выпьем за собаку, чтобы Агата наконец оправилась от своей тревожности.
— Давай.
Это всяко лучше, чем пить «за проезд». К тому же, собака сидела рядом и клянчила еду, преданно глядя в глаза. То одному, то другому. Ничего удивительного. Я тут тоже, кажется, продала этому Олегу душу за вкусную еду, разве нет? И пусть душа фейковая, которая выдумывается на полном ходу, но разве начинающая актриса не заслужила скромный гонорар? Хотя бы в виде еды.
Я снова опустила бокал ниже мужского — и на этот раз Олег заметил мое движение и молча опустил свой. Я не стала настаивать на дурацком этикете и просто пригубила вина. Газики, не такие уже яркие, все равно щекотнули язык, и божественная амброзия оросила горло. Он явно разбирается в напитках мира или таким, как он, консультанты помогают лучше, чем простым смертным. Или в хорошие магазины обычные люди не заглядывают.
— Ну как?
Какой ответ он ждет? Какой бы ни ждал, я отвечу просто:
— Вкусно, но вчерашнее сладкое было лучше.
— Согласен, но повторить пока нет никакой возможности. Если только купить Асти. До миндального я пил только его и никакими этикетками и высокими ценниками мою любовь к дешевому итальянскому шампанскому перебить не удалось. Купить на завтра его?
Я не отвела взгляда. Надо его выдержать. Надо разобраться в происходящем…
— Олег, я не собираюсь пить еще и завтра. Я же объяснила тебе свое отношение к шампанскому. Или ты не понял?
Он подмигнул левым глазом или мне это только показалось?
— Во-первых, твоя мама ничего не узнает. А, во-вторых, у нас с тобой чисто деловые отношения, а я не завожу служебных романов. Они обычно плохо заканчиваются.
— На личном опыте убедился? — не смогла смолчать я. Будем считать это побочным эффектом глотка просекко!
— Да, — ударил он меня голосом. — Это был очень неприятный опыт. И я не хочу его вспоминать.
— А разве я спрашиваю подробности? — зачем-то начала я защищаться.
— Я просто предупреждаю заранее, что как я ни о чем не спрашиваю тебя, так и ты не смей спрашивать меня.
О, как… Лучшая защита нападение? Мне ты вообще не интересен. Это тебя сестра соседа так сильно заинтересовала, что ты второй день с ней ужинаешь.
— Расскажешь про Агату?
Да с превеликим удовольствием! Это избавит меня от необходимости врать о себе!
Глава 23 "Кто-то точно сошел с ума"
Я рассказала все, что знала, только опустила наличие в этой истории настоящей меня. Девчонки теперь шантажировали Лолу. Ну да ладно, полуправда она ведь тоже в какой-то степени правда. И главное, что я не особо живописала ситуацию, не имея цели выдавить из Олега слезу.
— А что ветеринар говорит? Им же таблетки какие-то дают, чтобы снизить тревогу? Я почитал немного об этом на совещании, — усмехнулся Олег, ковыряя вилкой в салате.
Он ел намного медленнее меня. Возможно, в отличии от меня, он пообедал.
— Пусть этим потом Лола занимается. Я вообще не особо представляю себе, что это такое на самом деле с Агатой. По мне, она самая лучшая собака на свете.
— Ну… По мне и ты лучшая… — Олег выдержал паузу, наверное, в надежде, что я покраснею. Ага, разбежался! —… сестра, а ты говоришь, что это не так…
Теперь усмехнулась я. Забавный вы, Вещий Олег, ох какой забавный…
— Ничего я не говорю! — Мои глаза оставались щелками. — Меня просто Лола не любит. Вернее, нашу маму… Ты смотрел старый фильм «Коктейль» с Томом Крузом? — спросила я, поняв, что от его внимательного взгляда уже никуда не деться и придется запускать фантазию на полную катушку. — Где дочка богатого папочки вышла замуж за бармена, чтобы насолить родителю? Моя мать считала, что Лола делает тоже самое… Что та просто избалованная взбрыкнувшая девка и бросит нашего мальчика, как только Макс ей надоест…
Я не врала! Уверена, что отец Лолы именно так и подумал, когда дочь укатила в Тай с нищим баристой, а потом еще и замуж за него вышла! Конечно же, ему хотелось устроить дочери аля династический брак. С кем-нибудь из партнеров по бизнесу.
— Прямо история Золушки. Только наоборот, — Олег резко поднялся и избавился наконец от пиджака. — Что же ты не идешь по стопам брата? — спросил он, повесив пиджак на спинку, и усевшись обратно на стул.
— Вообще-то Макс любит свою жену и она любит его, — меня обуял праведный гнев. — Иначе бы они не были так долго вместе. У них нет детей. Значит, держит их в браке нечто иное.
— Может, надежда их завести?
— У них не там проблема, а в голове. Они чайлдфри просто.
— А что мы их вообще обсуждаем? — вдруг еще злее добавил Олег.
— Я лично никого не обсуждаю. Это, кажется, ты задаёшь вопросы, которые не должен задавать, разве нет?
— А я вообще не знаю, о чем тогда с тобой говорить.
Я должна была обидеться или как? Нет, скорее принять как данность.
— Так, может, и не надо говорить со мной вообще? Иди уже домой. Я так и не убрала подушку и простынь наверх. Дать их тебе?
Олег облокотился о спинку стула, всем своим видом показывая, что идти никуда не собирается.
— Ты обиделась?
Я попыталась сидеть на стуле ровно, но не глотать палку. Я не нервничаю. Вот абсолютно нет!
— Нет, — Ну чего мне обижаться на этого грузчика! — Мне просто тоже не о чем с тобой говорить. Это нормально. Соседи, они же от бога, а не по обоюдному желанию двух сторон. Но я все равно помогу тебе с покупками. Только… Давай не будем больше ужинать вместе, ладно?
— Нет, не ладно! — Как он еще кулаком по столу-то не ударил?! — Мне не с кем сейчас ужинать, а один я ужинал довольно долго. Мне это надоело.
Я смотрела ему в глаза. Проверка на вшивость? Ждет, когда я начну задавать наводящие вопросы, а он мне тут же напомнит про неприкосновенность своей личной жизни. Чего он добивается? Может, у него не все дома, хотя на вид он абсолютно нормальный.
Нет, он не совсем нормальный. Иначе бы он проводил этот вечер не со мной. В глазах ни грустинки.
