- Когда успела? И кто тебя инициировал?
Правильно я тему разговора выбрала, пусть лучше о моем даре спрашивает, чем о мертвой девушке переживает.
- Сама, в детстве. Это случайно произошло.
- И Сатана с самого начал знал, что ты инициирована?!
- Почти, в начале учебы меня Грань к себе чуть не утащила через взломанный Зал Смерти, чтоб пусто было тому вандалу-взломщику, а Сатана остановил меня и дар как раз запечатал. Он, с тех пор, мой наставник, - хмыкнула я невесело.
- То-то я удивилась, что он тебя на руках лично притащил, - голос подруги наполнился ехидством, отчего я несколько смутилась.
- Меня ноги не держали, вот он и оказал помощь, - произнесла я, оправдываясь.
- Ты в этом себя или меня убеждаешь? - лукаво улыбнулась Варя и тут же шутливо добавила, - тогда добро пожаловать в сообщество безответно влюбленных.
- И ничего я к нему не чувствую, - насупилась я, пытаясь обмануть саму себя, - он старый и страшный. И вообще, у него Кукла есть.
- Ну, если только в ней дело…
- И куда делась застенчивая скромница? – язвительно поинтересовалась я, оглядывая подругу заинтересованным взглядом.
- С кем поведешься…
Мы посмеялись и благополучно уснули. Света, видимо, подмешала что-то в наши настои с успокоительным. Поэтому ни мне, ни Варе снов не снилось.
А со следующего дня начался настоящий кошмар. Приехали правительственные следователи из тайной службы и стали всех с пристрастием допрашивать. Нам по несколько раз пришлось пересказывать события минувшей ночи, содрогаясь внутренне от неприятных воспоминаний. Варя первой не выдержала и сорвалась в истерику. Если бы не Сатана, сообщивший представителям закона, что они нарушают Устав колледжа в частности и законы магической России в целом, я бы тоже не выдержала. Следователи, что удивительно, с Сатаной спорить не стали, отсалютовали и скрылись за входной дверью, только пятки сверкнули. Это его аура на людей такой эффект производит, или мы чего-то о некроманте не знаем?
- Хотите, я заблокирую вам воспоминания о той ночи? – спросил он меня и всхлипывающую Варю.
Та тут же кивнула, а я задумалась. Помнить о бедной девушке и просыпаться каждую ночь от кошмаров – не лучшая перспектива. Но ведь в семь лет я справилась с собой. Справлюсь и сейчас. Я подняла взгляд на нахмуренного наставника и твердо ответила:
- Спасибо, не надо. Я справлюсь.
В его глазах проскользнуло что-то, похожее на удивление, но тотчас исчезло. Он молча принял мой ответ, попросив Варю посмотреть в его глаза и расслабиться. Та, задушив свой страх, с надеждой уставилась в темные тоннели преподавателя.
Я заворожено следила за его действиями. Нам Завуч как-то рассказывал, что можно заблокировать отдельные воспоминания: общую картину ты помнить будешь, а что-то конкретно – нет. И сейчас мне представился шанс полюбоваться столь ювелирной работой. Сатана сосредоточился и свел брови, лоб его заблестел от пота, а дыхание стало прерывистым, видимо, блокировка воспоминаний не так легко давалась. Насколько я поняла из лекции Завуча, нужно найти необходимое для блокировки, поставить на него якорь и аккуратно вывести в дальний угол памяти, не затронув при этом ничего лишнего. Если блокиратор не достаточно опытен, можно удалить без возврата все воспоминания или настолько их перепутать, что человек сойдет с ума. Сразу подумалось о том, а где, собственно блокираторы опыт набирают? На бедных животных? К тому же, менталистика не ведущая энергия дара у наставника. Прошло времени не больше двух минут, а лицо Вари просветлело. Сатана, громко выдохнув, откинулся на спинку кресла, в котором сидел, и прикрыл глаза. Варя его от души поблагодарила и убежала в библиотеку осваивать новый для нее раздел ментальной магии. Я же не сдвинулась с места. Хотелось как-то помочь, поделиться силой, но я просто сидела, не решаясь что-то сказать.
- Вы тоже решили воспользоваться моей помощью, Ворошилова? – спросил он спокойно, восстанавливая дыхание и не открывая глаз.
- Нет, - я закусила губу, - я… - а что сказать?
«Я хочу энергией поделиться!» - глупо это звучит. Вот я и запнулась, не зная, как продолжить.
- Что вы? – он открыл глаза и внимательно на меня уставился.
- Ничего, - буркнула я, поднимаясь, - спасибо за Варю, не ожидала, что поможете.
Он хмыкнул, но ничего не ответил. Я же, мысленно ругая себя последними словами, наконец, удалилась из учительской, где и вели допросы следователи.
Следующая неделя каникул пролетела в расспросах со стороны одногруппников, допросах и обысках всех поголовно студентов и учителей со стороны следователей, хорошо, что нечисть не стали трогать. Игорь с Кувалдой так вообще за мной по пятам ходили и преданно в глаза заглядывали, пытаясь выяснить подробности. А я молчала, как партизан, потому что Богатырь попросил нас эти самые подробности не рассказывать. Тем более, если что-то рассказать, то придется объяснять, что я некромант, чего мне делать совсем не хотелось. Да уж, лучше бы я Завуча уговорила меня домой отправить авансом, а потом ему дорогого алкоголя бы презентовала. Но, как я поняла, тайная служба так никого и не поймала, оставив при школе одного из боевых магов, следить за нами и за возможными ритуалами в будущем, лучше бы некроманта еще одного оставили. Еще я узнала от наблюдательного Волка, что в новогодние праздники провели похожий ритуал, только на животном, видимо, тренировались, вдруг не получится. Провели его, когда некромантов в замке не оказалось, чтобы не возникли ненужные вопросы. А сейчас, наверное, придумали способ скрыть свою преступную деятельность.
В феврале вернулись остальные студенты, и вновь полетели учебные будни. Ажиотаж вокруг происшествия на каникулах долго не утихал, все высказывали свои предположения, одно бредовей другого. «Братцы из ларца» вообще в гостиной заявили, что это лесное лихо пробудилось и начало питаться девственницами, но их быстро осадили, сообщив, что покойная не девственница. Даже обычно молчаливый Вий обмолвился, что это может оказаться делом рук диких упырей, которые пробудились на заброшенном кладбище в нескольких десятках километров от колледжа. В учебе у нас добавились новые предметы, и поменялись некоторые остальные. «Теорию магии», например, совсем убрали, а варка зелий, изучаемые ритуалы и новые сглазы, объясняемые Куклой, вышли на более серьезный уровень. И, если «славянский символизм» и «основы старорусского языка» были действительно необходимы, то зачем нам «основы латыни», я вообще не понимала.
Четырнадцатого февраля большинство девчонок как взбесились. Они наряжались, спорили друг с другом и носились по коридору, заставляя парней быстрее исчезать из гостиной. Мы с Лисой удивленно смотрели на раскрасневшуюся Варю, которая мяла свое выстраданное письмо с признанием директору. Она даже свою обычную косу в хвост превратила и платье, хоть и скромное, но вполне милое, надела.
- Ты заболела? – спросила ее растерянно хлопающая глазами Лисичка.
- Можно и так сказать, - хмыкнула вместо Вари я, отчего та недобро на меня прищурилась, как говорится, в тихом омуте?
- Влюбилась она по уши, Лисенок, вот и волнуется, - на зло «скромнице» пояснила я, когда поняла, что Варя будет молчать о своих переживаниях до последнего.
- А как это? – девушка заинтересованно посмотрела на меня, отчего, теперь я растерялась, а Варя перестала четвертовать меня взглядом.
- Ты же знаешь про отношения мужчин и женщин? – уточнила я осторожно.
- Конечно, даже про интимные отношения я знаю, - фыркнула девушка, - просто сама я еще не испытывала никогда подобных чувств, а с моим даром это вообще удастся только после совершеннолетия, когда я его отключать смогу…
- Это, когда любуешься одним его внешним видом, - неожиданно пояснила Варя, усевшись на кровать в попытке справиться с волнением, - ловишь каждое слово. Тебя бросает в жар от его взгляда, а уж если нечаянно дотронется, то вообще пропадаешь.
- В общем, пока сама не почувствуешь – не поймешь до конца, - закончила я, спустя несколько секунд молчания – Варя резко погрузилась в себя с мечтательным видом и глупой улыбкой, заигравшей на ее губах.
А я нахмурилась, отлично помня подобные чувства к Максиму недавно, хотя и менее трепетно. Кажется, мне влюбленности противопоказаны – одни проблемы от них. Может, поэтому то, что испытывала временами к наставнику, я упорно продолжала игнорировать?
- Сложно все это, я, вроде, и ощущаю твои переживания иногда, но совсем их не понимаю, – грустно улыбнулась Лисичка.
- И как только мой щит пробиваешь? - промямлила Варя, заливаясь краской.
Девушка пожала плечами и счастливо завалилась на постель. Вот кому точно о чувствах волноваться не нужно. И о вредных некромантах, о которых моя неспокойная головушка продолжает вспоминать периодически.
День пролетал суматошно, преподаватели махнули рукой на гормонально неустойчивых подростков, вцепившихся в очередной праздник, пришедший «с Запада», а я все больше не понимала, что такого в этом Дне Влюбленных. В прошлом году, в моей старой школе, девчонки из всех классов, не считая начальной школы, тоже пунцовели, перешептывались и бросали анонимные или подписанные «валентинки» в специальный ящик, приготовленный учителями. А перед последним уроком их разносили дежурные адресатам. Я никогда не получала и не писала «валентинок», даже Максу. Поэтому и сейчас чувствовала себя спокойно. Но меня в покое не оставили. Галантный Кирилл под странно недовольным взглядом Игоря и завистливыми прищурами старшекурсниц поцеловал мою руку перед обедом, предложив свидание в этот «прекрасный день». Отчего получил мой насмешливый взгляд и обещание отбитых мужских причиндалов, если продолжит так шутить. Взгляд Вариного брата показался мне немного обиженным. С чего бы, если он не мог говорить серьезно?
И, если я думала, что это единственный человек, который решит надо мной так завуалировано поиздеваться, я сильно ошиблась. Я спокойно вышагивала по полутемному коридору в поисках кабинета, где у нас по расписанию проходил «Славянский символизм». Хорошо, что это последний урок, и можно уже в комнате прятаться.
Вдруг кто-то нагло схватил меня за руку и дернул назад. Рефлексы не подвели – мой кулак другой руки оперативно встретился с чьим-то глазом. Этот кто-то сдавленно охнул и посмотрел на меня с укором, зажмурив глаз.
- Игорь! – нахмурилась я, скрещивая недовольно руки на груди, - у тебя инстинкт самосохранения отключился?
- Нет, - криво ухмыльнулся одногруппник, а побеспокоившим меня элементом оказался именно он, и прикрыл ладонью пострадавшую часть лица, - я не думал, что у тебя реакция такая стремительная.
- С Кувалдой в следующий раз советуйся, - пробурчала я примирительно, - прости, наверное, фингал будет.
- Не страшно…
- Так чего ты хотел? – осведомилась я.
Парень замялся, как мне показалось. Мы с ним находились в коридоре почти одни, не считая нескольких старшекурсников-менталистов, живо обсуждающих какую-то практическую работу неподалеку. Может, одногруппник совета какого спросить хочет? Мы, конечно, не близкие друзья «не разлей вода», но приятелями за полгода стать успели. Правда, какой я ему совет могу дать, кроме как ударить недруга правильно? В делах сердечных я не помощник, если он про ровесниц что-то спросить хочет, это ему лучше к Неряшке с Цветочком идти, они про особенности всех девушек рассказать могут.
- Я… давай отойдем с прохода? – парень казался слишком серьезным, отчего я заволновалась.
- Ну, давай, - неуверенно протянула я, позволяя увести себя в тупик перед канцелярией.
Там, как раз, стояла тишина и пустота. Игорь долго переминался с ноги на ногу, кусал губы и бросал на меня загадочные взгляды, отчего я начала раздражаться. Захотелось разукрасить ему и второй глаз для симметрии, чтобы с глупостями впредь не приставал. Но не успела я и рта открыть, как парень выпалил на одном дыхании:
- Ты-прикольная-ты-мне-нравишься!-Давай-встречаться!
Еле поняла, о чем одногруппник пытается мне донести. А когда поняла, то брови мои непроизвольно полезли на лоб, а кулаки зачесались. Они с Кириллом сговорились? Решили проверить мой предел терпения? Смертники.
Но парень мерял меня слишком серьезным взглядом, а его пальцы нервно мяли и без того не отличающуюся идеальной гладкостью рубашку. Я невольно прикрыла рот и нахмурилась, буравя одногруппника взглядом детектора лжи. Он что, серьезно это сказал? И что мне теперь с этим делать?
Помучиться и хотя бы что-то ответить мне не дала взлохмаченная Варя, возникшая ниоткуда. Она с безумным взглядом схватила меня за мою многострадальную конечность и потащила мою шокированную тушку в сторону лестниц. Игорю я лишь успела послать виноватую улыбку.
- Куда ты меня тащишь, дурная? – возмутилась я для проформы, мысленно благодаря девушку.
- Письмо хочу Мирославу Вениаминовичу отдать, а без тебя никак не выйдет, - зашипела она не хуже гадюки, опасливо озираясь по сторонам.
- Успокойся только, - выдохнула я обреченно, - а то ты его такими темпами напугаешь, а не завоюешь.
- А я с ним до урока встречаться не собираюсь, - фыркнула девушка как само собой разумеющееся.
Уточнять, как же она будет письмо передавать, не стала, мои нервы мне дороже.
Мы перебежками пробрались к личным комнатам директора, Варя все же не лично решила признание передавать, и столкнулись с ожидаемой проблемой, а как письмо-то подкинуть? Под дверь просунуть или попробовать попасть внутрь?
- Васька, - шепотом позвала я, но никто не откликнулся.
- Василиса, - так же тихо присоединилась ко мне Варя.
- Привет, девочки, - раздался мелодичный голос директорской дочки сзади через несколько минут нашего с Варей позора, - чего зовете?
- Можешь помочь? – спросила я, потрепав ее по макушке.
- Смотря в чем, - не спешила соглашаться хитрюга.
- Нам бы в личный кабинет твоего папы попасть, кое-что отнести, - ответила я, а Варя порозовела, опуская глаза.
- Это не проблема, надеюсь, вы ему не яд подсунете?
- Нет, что ты?! – испугалась наша главная «заучка».
Вася без проблем открыла дверь в гостиную и прошла к одной из дверей с правой стороны.
- Только сами кладите.
Варя умоляюще на меня посмотрела и дрожащими руками протянула мне свой драгоценный конверт. Я обреченно вздохнула и закатила глаза к потолку.
- Должна будешь, - прошептала я, выхватывая конверт и решительно врываясь в директорскую обитель.
- Спасибо, - донеслось мне в след.
Я на цыпочках прошла в кабинет Богатыря, стараясь не задеть директорские вещи, и примостила Варино письмо точно посередине рабочего стола, аккуратно прибранного, между прочим. Вообще, все убранство и кабинета и гостиной блестело чистотой и педантизмом. Все по алфавиту, размерам и цветам. Да, Варя явно выбрала себе подходящего мужчину. Она тоже все всегда аккуратно складывала, заправляла и выглаживала. Не то, что мы с Лисой. У нас всегда все в хаосе, мятое и не всегда свежее. Покинув апартаменты директора, мы поблагодарили Ваську-Урагана и побежали уже на «Славянский символизм», который вел сам директор, кстати.
Предмет мне неожиданно понравился, хотя это и было всего второе занятие. Я даже решила в кои-то веки сесть рядом с Варей, вопреки своим «галёрочным» пристрастиям, за первой партой. Директор вошел в кабинет через несколько минут после звонка и как-то странно на меня покосился.
Правильно я тему разговора выбрала, пусть лучше о моем даре спрашивает, чем о мертвой девушке переживает.
- Сама, в детстве. Это случайно произошло.
- И Сатана с самого начал знал, что ты инициирована?!
- Почти, в начале учебы меня Грань к себе чуть не утащила через взломанный Зал Смерти, чтоб пусто было тому вандалу-взломщику, а Сатана остановил меня и дар как раз запечатал. Он, с тех пор, мой наставник, - хмыкнула я невесело.
- То-то я удивилась, что он тебя на руках лично притащил, - голос подруги наполнился ехидством, отчего я несколько смутилась.
- Меня ноги не держали, вот он и оказал помощь, - произнесла я, оправдываясь.
- Ты в этом себя или меня убеждаешь? - лукаво улыбнулась Варя и тут же шутливо добавила, - тогда добро пожаловать в сообщество безответно влюбленных.
- И ничего я к нему не чувствую, - насупилась я, пытаясь обмануть саму себя, - он старый и страшный. И вообще, у него Кукла есть.
- Ну, если только в ней дело…
- И куда делась застенчивая скромница? – язвительно поинтересовалась я, оглядывая подругу заинтересованным взглядом.
- С кем поведешься…
Мы посмеялись и благополучно уснули. Света, видимо, подмешала что-то в наши настои с успокоительным. Поэтому ни мне, ни Варе снов не снилось.
А со следующего дня начался настоящий кошмар. Приехали правительственные следователи из тайной службы и стали всех с пристрастием допрашивать. Нам по несколько раз пришлось пересказывать события минувшей ночи, содрогаясь внутренне от неприятных воспоминаний. Варя первой не выдержала и сорвалась в истерику. Если бы не Сатана, сообщивший представителям закона, что они нарушают Устав колледжа в частности и законы магической России в целом, я бы тоже не выдержала. Следователи, что удивительно, с Сатаной спорить не стали, отсалютовали и скрылись за входной дверью, только пятки сверкнули. Это его аура на людей такой эффект производит, или мы чего-то о некроманте не знаем?
- Хотите, я заблокирую вам воспоминания о той ночи? – спросил он меня и всхлипывающую Варю.
Та тут же кивнула, а я задумалась. Помнить о бедной девушке и просыпаться каждую ночь от кошмаров – не лучшая перспектива. Но ведь в семь лет я справилась с собой. Справлюсь и сейчас. Я подняла взгляд на нахмуренного наставника и твердо ответила:
- Спасибо, не надо. Я справлюсь.
В его глазах проскользнуло что-то, похожее на удивление, но тотчас исчезло. Он молча принял мой ответ, попросив Варю посмотреть в его глаза и расслабиться. Та, задушив свой страх, с надеждой уставилась в темные тоннели преподавателя.
Я заворожено следила за его действиями. Нам Завуч как-то рассказывал, что можно заблокировать отдельные воспоминания: общую картину ты помнить будешь, а что-то конкретно – нет. И сейчас мне представился шанс полюбоваться столь ювелирной работой. Сатана сосредоточился и свел брови, лоб его заблестел от пота, а дыхание стало прерывистым, видимо, блокировка воспоминаний не так легко давалась. Насколько я поняла из лекции Завуча, нужно найти необходимое для блокировки, поставить на него якорь и аккуратно вывести в дальний угол памяти, не затронув при этом ничего лишнего. Если блокиратор не достаточно опытен, можно удалить без возврата все воспоминания или настолько их перепутать, что человек сойдет с ума. Сразу подумалось о том, а где, собственно блокираторы опыт набирают? На бедных животных? К тому же, менталистика не ведущая энергия дара у наставника. Прошло времени не больше двух минут, а лицо Вари просветлело. Сатана, громко выдохнув, откинулся на спинку кресла, в котором сидел, и прикрыл глаза. Варя его от души поблагодарила и убежала в библиотеку осваивать новый для нее раздел ментальной магии. Я же не сдвинулась с места. Хотелось как-то помочь, поделиться силой, но я просто сидела, не решаясь что-то сказать.
- Вы тоже решили воспользоваться моей помощью, Ворошилова? – спросил он спокойно, восстанавливая дыхание и не открывая глаз.
- Нет, - я закусила губу, - я… - а что сказать?
«Я хочу энергией поделиться!» - глупо это звучит. Вот я и запнулась, не зная, как продолжить.
- Что вы? – он открыл глаза и внимательно на меня уставился.
- Ничего, - буркнула я, поднимаясь, - спасибо за Варю, не ожидала, что поможете.
Он хмыкнул, но ничего не ответил. Я же, мысленно ругая себя последними словами, наконец, удалилась из учительской, где и вели допросы следователи.
Следующая неделя каникул пролетела в расспросах со стороны одногруппников, допросах и обысках всех поголовно студентов и учителей со стороны следователей, хорошо, что нечисть не стали трогать. Игорь с Кувалдой так вообще за мной по пятам ходили и преданно в глаза заглядывали, пытаясь выяснить подробности. А я молчала, как партизан, потому что Богатырь попросил нас эти самые подробности не рассказывать. Тем более, если что-то рассказать, то придется объяснять, что я некромант, чего мне делать совсем не хотелось. Да уж, лучше бы я Завуча уговорила меня домой отправить авансом, а потом ему дорогого алкоголя бы презентовала. Но, как я поняла, тайная служба так никого и не поймала, оставив при школе одного из боевых магов, следить за нами и за возможными ритуалами в будущем, лучше бы некроманта еще одного оставили. Еще я узнала от наблюдательного Волка, что в новогодние праздники провели похожий ритуал, только на животном, видимо, тренировались, вдруг не получится. Провели его, когда некромантов в замке не оказалось, чтобы не возникли ненужные вопросы. А сейчас, наверное, придумали способ скрыть свою преступную деятельность.
В феврале вернулись остальные студенты, и вновь полетели учебные будни. Ажиотаж вокруг происшествия на каникулах долго не утихал, все высказывали свои предположения, одно бредовей другого. «Братцы из ларца» вообще в гостиной заявили, что это лесное лихо пробудилось и начало питаться девственницами, но их быстро осадили, сообщив, что покойная не девственница. Даже обычно молчаливый Вий обмолвился, что это может оказаться делом рук диких упырей, которые пробудились на заброшенном кладбище в нескольких десятках километров от колледжа. В учебе у нас добавились новые предметы, и поменялись некоторые остальные. «Теорию магии», например, совсем убрали, а варка зелий, изучаемые ритуалы и новые сглазы, объясняемые Куклой, вышли на более серьезный уровень. И, если «славянский символизм» и «основы старорусского языка» были действительно необходимы, то зачем нам «основы латыни», я вообще не понимала.
Четырнадцатого февраля большинство девчонок как взбесились. Они наряжались, спорили друг с другом и носились по коридору, заставляя парней быстрее исчезать из гостиной. Мы с Лисой удивленно смотрели на раскрасневшуюся Варю, которая мяла свое выстраданное письмо с признанием директору. Она даже свою обычную косу в хвост превратила и платье, хоть и скромное, но вполне милое, надела.
- Ты заболела? – спросила ее растерянно хлопающая глазами Лисичка.
- Можно и так сказать, - хмыкнула вместо Вари я, отчего та недобро на меня прищурилась, как говорится, в тихом омуте?
- Влюбилась она по уши, Лисенок, вот и волнуется, - на зло «скромнице» пояснила я, когда поняла, что Варя будет молчать о своих переживаниях до последнего.
- А как это? – девушка заинтересованно посмотрела на меня, отчего, теперь я растерялась, а Варя перестала четвертовать меня взглядом.
- Ты же знаешь про отношения мужчин и женщин? – уточнила я осторожно.
- Конечно, даже про интимные отношения я знаю, - фыркнула девушка, - просто сама я еще не испытывала никогда подобных чувств, а с моим даром это вообще удастся только после совершеннолетия, когда я его отключать смогу…
- Это, когда любуешься одним его внешним видом, - неожиданно пояснила Варя, усевшись на кровать в попытке справиться с волнением, - ловишь каждое слово. Тебя бросает в жар от его взгляда, а уж если нечаянно дотронется, то вообще пропадаешь.
- В общем, пока сама не почувствуешь – не поймешь до конца, - закончила я, спустя несколько секунд молчания – Варя резко погрузилась в себя с мечтательным видом и глупой улыбкой, заигравшей на ее губах.
А я нахмурилась, отлично помня подобные чувства к Максиму недавно, хотя и менее трепетно. Кажется, мне влюбленности противопоказаны – одни проблемы от них. Может, поэтому то, что испытывала временами к наставнику, я упорно продолжала игнорировать?
- Сложно все это, я, вроде, и ощущаю твои переживания иногда, но совсем их не понимаю, – грустно улыбнулась Лисичка.
- И как только мой щит пробиваешь? - промямлила Варя, заливаясь краской.
Девушка пожала плечами и счастливо завалилась на постель. Вот кому точно о чувствах волноваться не нужно. И о вредных некромантах, о которых моя неспокойная головушка продолжает вспоминать периодически.
День пролетал суматошно, преподаватели махнули рукой на гормонально неустойчивых подростков, вцепившихся в очередной праздник, пришедший «с Запада», а я все больше не понимала, что такого в этом Дне Влюбленных. В прошлом году, в моей старой школе, девчонки из всех классов, не считая начальной школы, тоже пунцовели, перешептывались и бросали анонимные или подписанные «валентинки» в специальный ящик, приготовленный учителями. А перед последним уроком их разносили дежурные адресатам. Я никогда не получала и не писала «валентинок», даже Максу. Поэтому и сейчас чувствовала себя спокойно. Но меня в покое не оставили. Галантный Кирилл под странно недовольным взглядом Игоря и завистливыми прищурами старшекурсниц поцеловал мою руку перед обедом, предложив свидание в этот «прекрасный день». Отчего получил мой насмешливый взгляд и обещание отбитых мужских причиндалов, если продолжит так шутить. Взгляд Вариного брата показался мне немного обиженным. С чего бы, если он не мог говорить серьезно?
И, если я думала, что это единственный человек, который решит надо мной так завуалировано поиздеваться, я сильно ошиблась. Я спокойно вышагивала по полутемному коридору в поисках кабинета, где у нас по расписанию проходил «Славянский символизм». Хорошо, что это последний урок, и можно уже в комнате прятаться.
Вдруг кто-то нагло схватил меня за руку и дернул назад. Рефлексы не подвели – мой кулак другой руки оперативно встретился с чьим-то глазом. Этот кто-то сдавленно охнул и посмотрел на меня с укором, зажмурив глаз.
- Игорь! – нахмурилась я, скрещивая недовольно руки на груди, - у тебя инстинкт самосохранения отключился?
- Нет, - криво ухмыльнулся одногруппник, а побеспокоившим меня элементом оказался именно он, и прикрыл ладонью пострадавшую часть лица, - я не думал, что у тебя реакция такая стремительная.
- С Кувалдой в следующий раз советуйся, - пробурчала я примирительно, - прости, наверное, фингал будет.
- Не страшно…
- Так чего ты хотел? – осведомилась я.
Парень замялся, как мне показалось. Мы с ним находились в коридоре почти одни, не считая нескольких старшекурсников-менталистов, живо обсуждающих какую-то практическую работу неподалеку. Может, одногруппник совета какого спросить хочет? Мы, конечно, не близкие друзья «не разлей вода», но приятелями за полгода стать успели. Правда, какой я ему совет могу дать, кроме как ударить недруга правильно? В делах сердечных я не помощник, если он про ровесниц что-то спросить хочет, это ему лучше к Неряшке с Цветочком идти, они про особенности всех девушек рассказать могут.
- Я… давай отойдем с прохода? – парень казался слишком серьезным, отчего я заволновалась.
- Ну, давай, - неуверенно протянула я, позволяя увести себя в тупик перед канцелярией.
Там, как раз, стояла тишина и пустота. Игорь долго переминался с ноги на ногу, кусал губы и бросал на меня загадочные взгляды, отчего я начала раздражаться. Захотелось разукрасить ему и второй глаз для симметрии, чтобы с глупостями впредь не приставал. Но не успела я и рта открыть, как парень выпалил на одном дыхании:
- Ты-прикольная-ты-мне-нравишься!-Давай-встречаться!
Еле поняла, о чем одногруппник пытается мне донести. А когда поняла, то брови мои непроизвольно полезли на лоб, а кулаки зачесались. Они с Кириллом сговорились? Решили проверить мой предел терпения? Смертники.
Но парень мерял меня слишком серьезным взглядом, а его пальцы нервно мяли и без того не отличающуюся идеальной гладкостью рубашку. Я невольно прикрыла рот и нахмурилась, буравя одногруппника взглядом детектора лжи. Он что, серьезно это сказал? И что мне теперь с этим делать?
Помучиться и хотя бы что-то ответить мне не дала взлохмаченная Варя, возникшая ниоткуда. Она с безумным взглядом схватила меня за мою многострадальную конечность и потащила мою шокированную тушку в сторону лестниц. Игорю я лишь успела послать виноватую улыбку.
- Куда ты меня тащишь, дурная? – возмутилась я для проформы, мысленно благодаря девушку.
- Письмо хочу Мирославу Вениаминовичу отдать, а без тебя никак не выйдет, - зашипела она не хуже гадюки, опасливо озираясь по сторонам.
- Успокойся только, - выдохнула я обреченно, - а то ты его такими темпами напугаешь, а не завоюешь.
- А я с ним до урока встречаться не собираюсь, - фыркнула девушка как само собой разумеющееся.
Уточнять, как же она будет письмо передавать, не стала, мои нервы мне дороже.
Мы перебежками пробрались к личным комнатам директора, Варя все же не лично решила признание передавать, и столкнулись с ожидаемой проблемой, а как письмо-то подкинуть? Под дверь просунуть или попробовать попасть внутрь?
- Васька, - шепотом позвала я, но никто не откликнулся.
- Василиса, - так же тихо присоединилась ко мне Варя.
- Привет, девочки, - раздался мелодичный голос директорской дочки сзади через несколько минут нашего с Варей позора, - чего зовете?
- Можешь помочь? – спросила я, потрепав ее по макушке.
- Смотря в чем, - не спешила соглашаться хитрюга.
- Нам бы в личный кабинет твоего папы попасть, кое-что отнести, - ответила я, а Варя порозовела, опуская глаза.
- Это не проблема, надеюсь, вы ему не яд подсунете?
- Нет, что ты?! – испугалась наша главная «заучка».
Вася без проблем открыла дверь в гостиную и прошла к одной из дверей с правой стороны.
- Только сами кладите.
Варя умоляюще на меня посмотрела и дрожащими руками протянула мне свой драгоценный конверт. Я обреченно вздохнула и закатила глаза к потолку.
- Должна будешь, - прошептала я, выхватывая конверт и решительно врываясь в директорскую обитель.
- Спасибо, - донеслось мне в след.
Я на цыпочках прошла в кабинет Богатыря, стараясь не задеть директорские вещи, и примостила Варино письмо точно посередине рабочего стола, аккуратно прибранного, между прочим. Вообще, все убранство и кабинета и гостиной блестело чистотой и педантизмом. Все по алфавиту, размерам и цветам. Да, Варя явно выбрала себе подходящего мужчину. Она тоже все всегда аккуратно складывала, заправляла и выглаживала. Не то, что мы с Лисой. У нас всегда все в хаосе, мятое и не всегда свежее. Покинув апартаменты директора, мы поблагодарили Ваську-Урагана и побежали уже на «Славянский символизм», который вел сам директор, кстати.
Предмет мне неожиданно понравился, хотя это и было всего второе занятие. Я даже решила в кои-то веки сесть рядом с Варей, вопреки своим «галёрочным» пристрастиям, за первой партой. Директор вошел в кабинет через несколько минут после звонка и как-то странно на меня покосился.
