А посоветоваться не с кем. Но мужчина настолько привык к одиночеству, что не знал, кого и что спрашивать, да и гордость не позволяла так открыться кому-то. Поэтому он решил игнорировать свои эмоции, перестать цеплять девчонку и специально искать с ней встреч.
У него есть прекрасная Зоя, а Ворошилова найдет себе ровесника для отношений. Он ведь не раз видел, как она вздрагивала от его прикосновений или в трапезной затравленно смотрела на Демьяна, когда никто не видел. Правда, этот самый Демьян и Луке доверия не внушал. Еще в бытность работы в тайной службе, он видел таких же хищников, которые идут по головам, но Мир на все его сомнения отрицательно качал головой. У преподавателя ритуалистики оказались хорошие рекомендации и протекция откуда-то сверху. Но вот прямо Лука спросить Ворошилову про ее реакцию на касания почему-то так и не решился, боясь отсутствия контроля у себя, после того, как он услышит ее ответ.
Лука переступил порог родного замка, и все идиотские мысли тут же исчезли, заставляя сгруппироваться и приготовиться к худшему. Кто-то провел запретный ритуал. И не где-то, а в замке. Кто-то смог скрыть от него даже запах смерти, а на подобное способны единицы или очень могущественные артефакты. Мужчина нахмурился и быстрой походкой, не снимая верхней одежды, спустился в подземелья, где все пропиталось страхом, смертью и запахом навов.
Каникулы как-то слишком быстро подошли к концу, приближались экзамены, к которым я особо не приготовилась, но надеялась на Варю, авось и свои знания с большими пробелами. Рождество встретили с братом и мамой, папа так и не сумел вырваться, но это не сильно испортило нам праздник. Мы тихо посидели втроем, смакуя вкусный праздничный ужин и смотря концерт по телевизору.
Так же ко мне забегали Веня с Саней, вернуть куртку и посмеяться от души над конфузом Макса. Они сообщили, что парень забрал свои документы из школы, а его друзья ведут себя тише воды, ниже травы. Парни долго допытывались, как мне удалось добиться такого результата, но я отмахнулась тем, что подпалила его космы зажигалкой, а обделался парень от страха стать факелом. Хорошо, что пуховик вернули, а то за забытое пальто я от мамы уже получила «по шее».
Звонила Марина, тихо попросила прощения за свое прошлое поведение и от всего сердца поблагодарила. К ней теперь почти не приставали, без Макса никто не решался творить беспредел. Я ее заверила, что если этот «козел» попытается что-то ей сделать, то одним позором не обойдется.
Сатана, прибывший за мной в оговоренную дату, показался мне излишне хмурым и каким-то напряженным. Будто что-то не давало ему покоя. Я не стала спрашивать напрямую, не на шутку разнервничавшись.
Когда стали подтягиваться остальные студенты, выяснилось, что на праздниках произошло что-то нехорошее. Почти все преподаватели выглядели сосредоточенными и недовольными, отчего нас – студентов – затопила паника. Не иначе, как завалить собрались. Но долго подумать над тем, что что-то случилось, не удалось. Нас захватила экзаменационная лихорадка, поэтому размышлять о чем-то, кроме зубрежки, времени не оставалось.
Для меня сессия стала настоящим испытанием. И если с теорией у меня казалось всё более-менее ровно, то на практике я проваливалась через раз. Даже уроки самоконтроля из книги, порекомендованной Завучем, помочь моей дерганной нервной системе не смогли. Хорошо, что практика осталась только по «основам защиты разума» и «стихийной магии». Ритуалы и проклятья нам пока не доверяли, оставив на летнюю сессию, а практика по боевой сдавалась один раз в конце учебного года. Сатана снова меня «порадовал», почти завалив на своем экзамене дополнительными вопросами. И чего только прицепился? Не считая странного поведения преподавателей и бродивших тревожных слухов о каком-то загадочном происшествии, я заметила, что некромант относится ко мне подчеркнуто холодно и отстраненно. Его отстраненность неприятно резала по сердцу, заставляя испытывать чувство стыда. Наверное, ему были неприятны мои откровения. Поэтому с самых каникул я мысленно ругала себя за свой язык без костей.
С горем пополам мне удалось закрыть сессию без пересдач, чего не скажешь о Кувалде и Игоре, которым предстояло пересдать «некромантию» и «основы защиты разума» на каникулах. Парни ходили хмурые и дулись на всех. Даже кому-то из параллельной группы досталось от Гриши «на орехи», потому что тот не в то время решил занять любимое кресло нашего нервного «бугая». Варя же сообщила, что останется на каникулы в замке, как и я, потому что дома я побывать уже успела, а Сатана вряд ли станет меня снова перемещать, про Завуча вообще молчу. Он вредный и без выгоды для себя ничего ни для кого не сделает, а лишней бутылки коньяка у меня нет, от слова вообще. К тому же здесь я могла пообщаться с друзьями и весело отдохнуть.
Страх сковал все мое существо. Тело не слушалось, будто оно и не мое вовсе. Холодно, а перед глазами сверкает в тусклом освещении лезвие стального кинжала. Паника, безысходность. Никто не придет, не спасет. Они ведь не знают, что я здесь, внизу. А в ушах набатом стучит обреченный вой мертвых, которым не достанется пополнение в этот раз. И тихий плач самой Грани, по потерянным детям…
Я резко очнулась, подскакивая на кровати, это произошло в одну из первых ночей каникул. Я остро почувствовала, что чья-то нить души вот-вот оборвется, да так сильно, что на глаза навернулись слезы. Запахло смертью, а я ощутила слабый зов Грани. Я осторожно села и принялась разыскивать обувь, без света это было сделать ой, как трудно. Поэтому я нисколько не удивилась, когда задела что-то в темноте локтем. И это что-то шлепнулось на пол с неприятным грохотом. Я поморщилась, наверное, книга.
Резко зажегся ночник, а пред моим взором предстала растрепанная и щурящаяся Варя.
- Кто здесь? - хрипло позвала она, пытаясь нашарить свои очки.
- Я это, - буркнула я недовольно.
Теперь придется оправдываться перед ней, куда я, на ночь глядя, собралась. На глаза, наконец, попалась обувь, и я радостно принялась впихивать ноги в теплые валенки, зимой по холодному полу по-другому никак, благо всем, у кого данный атрибут отсутствовал, их выдали старшие ребята.
- Ты куда? – в голосе подруги сквозило удивление и недоверие, когда она надела очки и посмотрела на меня.
- По делам надо, - безапелляционно сообщила я, натягивая теплую кофту поверх майки до середины бедра, которая заменяла мне ночную рубашку.
Девушка молча встала с кровати, натянула пушистый банный халат лимонного цвета в забавный подсолнух почти до пола длиной, и влезла в такие же как у меня валенки.
- Одну не отпустишь, да? – вздохнула я еще более обреченно, следя за ее манипуляциями.
А ощущение, что я опаздываю, тем временем становилось сильнее, я обязана помочь, должна проводить заблудшую душу к Грани, как учил Сатана.
- Естественно нет! – фыркнула подруга, направляясь за мной. – Хоть я и трусиха, но в колледже что-то происходит, а ты обычно не отличаешься желанием сбежать из спальни ночью просто так.
«Ну да, - подумалось мне, - вот ни разу я никуда не срывалась ночью, просто обувь не искала».
Перечить ей не стала и сорвалась на бег, хорошо хоть, ребята нас не слышали, а то навязались бы следом, а я и так кожей чувствовала опасность и неизбежность. Если бы я знала, что мы увидим, если бы хоть немного подумала, то не позволила бы подруге пойти за мной. Она удивилась, что мы спустились в подземелья, но не стала ни о чем спрашивать, мне же было не до ответов. Я ощущала такой ужас чьей-то души, что волосы вставали дыбом.
Вбежав в Зал Смерти, мы будто налетели на невидимую стену. Резкий металлический запах ударил в нос, и Варю тут же вывернуло наизнанку. Я с трудом сдержала рвотный позыв. Сатана все-таки сумел приучить меня «переносить» свежие трупы.
В центре зала в незнакомом мне ритуальном символе, начерченном на полу белой краской, лежала старшекурсница. Она лежала обнажённая, руки и ноги связаны жесткой веревкой, на бледной коже высечены незнакомые, все еще кровоточащие символы. Тело лежало в неестественной позе, а на искаженном лице застыла маска ужаса и боли. Остекленевшие глаза безжизненно смотрели в потолок. И, если тело оставалось еще в какой-то степени живым: билось сердце, выталкивая кровь из страшных ран, то души, как и магии в несчастной больше не присутствовало. Как не нашлось этой души и у скорбящей Грани. Меня накрыла волна страха. А что, если тот, кто это сделал все еще здесь? Я похолодела, а руки непроизвольно задрожали. Я схватила полуобморочную трясущуюся Варю и попятилась к выходу. Но не успели мы далеко отойти от зала, как я налетела на какую-то преграду. Все внутри замерло в ужасе, а я судорожно попыталась выставить хоть какой-нибудь щит.
- Ворошилова! – послышался знакомый злобно-удивленный голос наставника.
Варя всхлипнула и потеряла сознание, я едва успела ее подхватить и неуклюже опустить на пол. Потом медленно встала и обернулась. На меня взирал сосредоточенный и очень злой некромант, но увиденная только что картина не позволила мне испугаться еще сильнее. Я, наоборот, ощутила что-то вроде облегчения от того, что наставник рядом.
- Когда войдете в зал, - прошелестела я еле слышно, облизывая пересохшие губы, - не вляпайтесь в блевотину.
Он непонимающе на меня посмотрел, но решительно отодвинул с прохода и вошел в опечатанное когда-то помещение. Я, не в силах больше стоять, прислонилась к стене и медленно по ней съехала. Глаза держала открытыми, боясь вновь увидеть страшную картину полусмерти. Послышались легкие шаги, и в коридор вбежала растрепанная Света.
- Что тут происходит, Аля?! – взволнованно заголосила она, переводя взгляд с меня на бесчувственную Варю. – Такая энергия смерти высвободилась буквально пять минут назад, что даже я со своими зачатками дара некроманта почуяла!
По моим щекам непроизвольно потекли слезы сожаления, от того, что я ничем не смогла помочь пропавшей душе покойной.
- Смертельный ритуал, Свет, - тихо прошептала я почти правду, но девушка меня услышала, - зовите директора и помогите Варе.
Она недоверчиво и испуганно прикрыла рот ладошкой и, не желая проверять мои слова, стала приводить мою подругу в сознание. После она спешно увела ее, недовольно хмурясь на мой отказ пойти с ними. Меня же буквально колотило от пережито стресса, а к горлу подкатывала истерика.
- Что вы здесь забыли? – заставил меня вернуться из пучин безнадежности и самобичевания вернувшийся Сатана.
Он специально тоном выделил «вы», явно намекая на одну меня. На его лице застыла маска безразличия, а глаза полыхали леденящей душу яростью.
- Я проснулась среди ночи от очередного кошмара и ощутила приближение чего-то очень плохого, - прошептала я, все так же сидя на холодном полу в одной рубашке и кофте, но почему-то забыла о стеснении, - потом сама Грань меня позвала, вот я и побежала в подземелья. Я почувствовала, что, если быстро сюда доберусь, то смогу помочь. Варя увязалась за мной, отговаривать времени не хватало.
- Глупая девчонка!
Он схватил меня за предплечья и резко дернул, заставляя подняться на дрожащие ноги и вскрикнуть от боли. Предплечья он сжал от души.
- А если бы тот, кто это сделал, находился еще здесь?! – кричал он на меня так громко, что заложило уши.
Я вообще не помнила, чтобы он когда-либо кричал. Только смотрел исподлобья и говорил настолько холодно, что кровь стыла в жилах. Сейчас я его совсем не узнавала. Нижняя губа предательски затряслась, а мне хотелось съежиться в маленький комок.
- А если бы ритуалист избавился от вас как от свидетелей?! – не отступал наставник, вдавливая меня в стену.
- Простите, - прошептала я, чувствуя себя полной дурой, и с новой силой залилась слезами.
- Никогда! – его крик перешел на зловещее шипение, а лицо оказалось так близко, что я ощущала его дыхание на своей коже. – Никогда больше не ходи по ночам без взрослых! Тем более туда, где веет опасностью.
Я лишь кивнула, глотая слезы и смотря в упор в его суженные от бешенства зрачки.
- Лука Русланович, - послышалось откуда-то сзади, - отпусти девочку, ей, скорее всего, больно.
Мужчина прикрыл глаза, успокаиваясь, и аккуратно отпустил меня, разворачиваясь к пришедшему директору. Тот выглядел взволнованным и серьезным, полыхая еле сдерживаемой силой. Я же, сомкнув все-таки веки, вновь съехала по стеночке на пол, ноги совсем перестали слушаться. О чем тут же пожалела. Перед закрытыми глазами вновь встала кошмарная картина изуродованного тела, меня с новой силой замутило. Стараясь побороть тошноту, я пропустила, о чем директор тихо говорил Сатане, но легкое касание к макушке заставило меня открыть глаза.
- Встать сможешь? - сдержанно поинтересовался Сатана, склоняясь надо мной.
Я неопределенно пожала плечами, вот совсем не уверена, что ноги удержат. Он вздохнул и одним движением поднял меня на руки, чем сильно смутил. Вроде учитель и вообще посторонний человек, а какой раз меня уже на руках носит. Меня даже папа в детстве на руки почти не брал, объясняя это тем, что не уважает «телячьи нежности».
- Ты напугала меня, - сказал он вдруг тихо, когда мы поднимались по лестнице, а я пользовалась его близостью, пока могла, - не делай так больше.
Я кивнула и уткнулась в его плечо носом, жадно вдыхая его аромат в попытке успокоиться. Я услышала обреченный вздох. Остальную часть пути мы проделали в молчании, я даже удивилась, почему мужчина не воспользовался пространственным коридором, о чем и спросила, пытаясь забыть о случившемся.
- Не уверен, что попал бы в целительское крыло, - горько усмехнулся тот, не смотря на меня.
Я не стала уточнять, почему и куда. Ясно же, что он зол на меня и сильно обеспокоен произошедшим, поэтому траектория коридора могла сбиться.
В палате он сгрузил меня на соседнюю с Варей кровать и молчаливо удалился, заставляя мое сердце болезненно сжаться. Ко мне тут же подскочила Света с успокаивающим раствором и громко запричитала. Ей хорошо, она труп не видела. Варя свернулась в клубочек под одеялом и тихо плакала. Мои же слезы уже успели высохнуть к этому времени.
- Прости меня, - нарушила я вскоре молчание, когда Света оставила нас одних, - это моя вина, что ты подобное увидела.
- Откуда ты могла знать? - всхлипнула она.
- Я должна была подумать, с чего бы это Грань меня зовет, - со злостью ответила я, начиная ненавидеть себя и свой недалекий ум.
- Грань? Ты некромант?! – Варя даже плакать перестала и шокировано на меня уставилась.
- Есть немного, - не стала отпираться от очевидного я, - только парням не говори, они у нас ранимые. Вдруг так же, как от Сатаны, шарахаться от меня будут?
Варя несмело улыбнулась на мою шутку, садясь на постели. Я тоже закуталась в одеяло и устремила взгляд вникуда.
- Только дар я еще очень плохо контролирую и нити душ мертвых от живых не отличаю, - зачем-то пояснила я, - да и некромантию мне Сатана почти полностью запечатал, чтобы Грань к себе не утащила.
Варя округлила глаза еще больше, из-за отсутствия очков наконец-то я могла рассмотреть их светло-серый цвет.
- Ты еще и инициирована?!
- Ну да, - смутилась я, вспоминая о некоторых совсем недетских способах инициации и, почему-то, о Сатане.
У него есть прекрасная Зоя, а Ворошилова найдет себе ровесника для отношений. Он ведь не раз видел, как она вздрагивала от его прикосновений или в трапезной затравленно смотрела на Демьяна, когда никто не видел. Правда, этот самый Демьян и Луке доверия не внушал. Еще в бытность работы в тайной службе, он видел таких же хищников, которые идут по головам, но Мир на все его сомнения отрицательно качал головой. У преподавателя ритуалистики оказались хорошие рекомендации и протекция откуда-то сверху. Но вот прямо Лука спросить Ворошилову про ее реакцию на касания почему-то так и не решился, боясь отсутствия контроля у себя, после того, как он услышит ее ответ.
Лука переступил порог родного замка, и все идиотские мысли тут же исчезли, заставляя сгруппироваться и приготовиться к худшему. Кто-то провел запретный ритуал. И не где-то, а в замке. Кто-то смог скрыть от него даже запах смерти, а на подобное способны единицы или очень могущественные артефакты. Мужчина нахмурился и быстрой походкой, не снимая верхней одежды, спустился в подземелья, где все пропиталось страхом, смертью и запахом навов.
Глава 14.
Каникулы как-то слишком быстро подошли к концу, приближались экзамены, к которым я особо не приготовилась, но надеялась на Варю, авось и свои знания с большими пробелами. Рождество встретили с братом и мамой, папа так и не сумел вырваться, но это не сильно испортило нам праздник. Мы тихо посидели втроем, смакуя вкусный праздничный ужин и смотря концерт по телевизору.
Так же ко мне забегали Веня с Саней, вернуть куртку и посмеяться от души над конфузом Макса. Они сообщили, что парень забрал свои документы из школы, а его друзья ведут себя тише воды, ниже травы. Парни долго допытывались, как мне удалось добиться такого результата, но я отмахнулась тем, что подпалила его космы зажигалкой, а обделался парень от страха стать факелом. Хорошо, что пуховик вернули, а то за забытое пальто я от мамы уже получила «по шее».
Звонила Марина, тихо попросила прощения за свое прошлое поведение и от всего сердца поблагодарила. К ней теперь почти не приставали, без Макса никто не решался творить беспредел. Я ее заверила, что если этот «козел» попытается что-то ей сделать, то одним позором не обойдется.
Сатана, прибывший за мной в оговоренную дату, показался мне излишне хмурым и каким-то напряженным. Будто что-то не давало ему покоя. Я не стала спрашивать напрямую, не на шутку разнервничавшись.
Когда стали подтягиваться остальные студенты, выяснилось, что на праздниках произошло что-то нехорошее. Почти все преподаватели выглядели сосредоточенными и недовольными, отчего нас – студентов – затопила паника. Не иначе, как завалить собрались. Но долго подумать над тем, что что-то случилось, не удалось. Нас захватила экзаменационная лихорадка, поэтому размышлять о чем-то, кроме зубрежки, времени не оставалось.
Для меня сессия стала настоящим испытанием. И если с теорией у меня казалось всё более-менее ровно, то на практике я проваливалась через раз. Даже уроки самоконтроля из книги, порекомендованной Завучем, помочь моей дерганной нервной системе не смогли. Хорошо, что практика осталась только по «основам защиты разума» и «стихийной магии». Ритуалы и проклятья нам пока не доверяли, оставив на летнюю сессию, а практика по боевой сдавалась один раз в конце учебного года. Сатана снова меня «порадовал», почти завалив на своем экзамене дополнительными вопросами. И чего только прицепился? Не считая странного поведения преподавателей и бродивших тревожных слухов о каком-то загадочном происшествии, я заметила, что некромант относится ко мне подчеркнуто холодно и отстраненно. Его отстраненность неприятно резала по сердцу, заставляя испытывать чувство стыда. Наверное, ему были неприятны мои откровения. Поэтому с самых каникул я мысленно ругала себя за свой язык без костей.
С горем пополам мне удалось закрыть сессию без пересдач, чего не скажешь о Кувалде и Игоре, которым предстояло пересдать «некромантию» и «основы защиты разума» на каникулах. Парни ходили хмурые и дулись на всех. Даже кому-то из параллельной группы досталось от Гриши «на орехи», потому что тот не в то время решил занять любимое кресло нашего нервного «бугая». Варя же сообщила, что останется на каникулы в замке, как и я, потому что дома я побывать уже успела, а Сатана вряд ли станет меня снова перемещать, про Завуча вообще молчу. Он вредный и без выгоды для себя ничего ни для кого не сделает, а лишней бутылки коньяка у меня нет, от слова вообще. К тому же здесь я могла пообщаться с друзьями и весело отдохнуть.
Страх сковал все мое существо. Тело не слушалось, будто оно и не мое вовсе. Холодно, а перед глазами сверкает в тусклом освещении лезвие стального кинжала. Паника, безысходность. Никто не придет, не спасет. Они ведь не знают, что я здесь, внизу. А в ушах набатом стучит обреченный вой мертвых, которым не достанется пополнение в этот раз. И тихий плач самой Грани, по потерянным детям…
Я резко очнулась, подскакивая на кровати, это произошло в одну из первых ночей каникул. Я остро почувствовала, что чья-то нить души вот-вот оборвется, да так сильно, что на глаза навернулись слезы. Запахло смертью, а я ощутила слабый зов Грани. Я осторожно села и принялась разыскивать обувь, без света это было сделать ой, как трудно. Поэтому я нисколько не удивилась, когда задела что-то в темноте локтем. И это что-то шлепнулось на пол с неприятным грохотом. Я поморщилась, наверное, книга.
Резко зажегся ночник, а пред моим взором предстала растрепанная и щурящаяся Варя.
- Кто здесь? - хрипло позвала она, пытаясь нашарить свои очки.
- Я это, - буркнула я недовольно.
Теперь придется оправдываться перед ней, куда я, на ночь глядя, собралась. На глаза, наконец, попалась обувь, и я радостно принялась впихивать ноги в теплые валенки, зимой по холодному полу по-другому никак, благо всем, у кого данный атрибут отсутствовал, их выдали старшие ребята.
- Ты куда? – в голосе подруги сквозило удивление и недоверие, когда она надела очки и посмотрела на меня.
- По делам надо, - безапелляционно сообщила я, натягивая теплую кофту поверх майки до середины бедра, которая заменяла мне ночную рубашку.
Девушка молча встала с кровати, натянула пушистый банный халат лимонного цвета в забавный подсолнух почти до пола длиной, и влезла в такие же как у меня валенки.
- Одну не отпустишь, да? – вздохнула я еще более обреченно, следя за ее манипуляциями.
А ощущение, что я опаздываю, тем временем становилось сильнее, я обязана помочь, должна проводить заблудшую душу к Грани, как учил Сатана.
- Естественно нет! – фыркнула подруга, направляясь за мной. – Хоть я и трусиха, но в колледже что-то происходит, а ты обычно не отличаешься желанием сбежать из спальни ночью просто так.
«Ну да, - подумалось мне, - вот ни разу я никуда не срывалась ночью, просто обувь не искала».
Перечить ей не стала и сорвалась на бег, хорошо хоть, ребята нас не слышали, а то навязались бы следом, а я и так кожей чувствовала опасность и неизбежность. Если бы я знала, что мы увидим, если бы хоть немного подумала, то не позволила бы подруге пойти за мной. Она удивилась, что мы спустились в подземелья, но не стала ни о чем спрашивать, мне же было не до ответов. Я ощущала такой ужас чьей-то души, что волосы вставали дыбом.
Вбежав в Зал Смерти, мы будто налетели на невидимую стену. Резкий металлический запах ударил в нос, и Варю тут же вывернуло наизнанку. Я с трудом сдержала рвотный позыв. Сатана все-таки сумел приучить меня «переносить» свежие трупы.
В центре зала в незнакомом мне ритуальном символе, начерченном на полу белой краской, лежала старшекурсница. Она лежала обнажённая, руки и ноги связаны жесткой веревкой, на бледной коже высечены незнакомые, все еще кровоточащие символы. Тело лежало в неестественной позе, а на искаженном лице застыла маска ужаса и боли. Остекленевшие глаза безжизненно смотрели в потолок. И, если тело оставалось еще в какой-то степени живым: билось сердце, выталкивая кровь из страшных ран, то души, как и магии в несчастной больше не присутствовало. Как не нашлось этой души и у скорбящей Грани. Меня накрыла волна страха. А что, если тот, кто это сделал все еще здесь? Я похолодела, а руки непроизвольно задрожали. Я схватила полуобморочную трясущуюся Варю и попятилась к выходу. Но не успели мы далеко отойти от зала, как я налетела на какую-то преграду. Все внутри замерло в ужасе, а я судорожно попыталась выставить хоть какой-нибудь щит.
- Ворошилова! – послышался знакомый злобно-удивленный голос наставника.
Варя всхлипнула и потеряла сознание, я едва успела ее подхватить и неуклюже опустить на пол. Потом медленно встала и обернулась. На меня взирал сосредоточенный и очень злой некромант, но увиденная только что картина не позволила мне испугаться еще сильнее. Я, наоборот, ощутила что-то вроде облегчения от того, что наставник рядом.
- Когда войдете в зал, - прошелестела я еле слышно, облизывая пересохшие губы, - не вляпайтесь в блевотину.
Он непонимающе на меня посмотрел, но решительно отодвинул с прохода и вошел в опечатанное когда-то помещение. Я, не в силах больше стоять, прислонилась к стене и медленно по ней съехала. Глаза держала открытыми, боясь вновь увидеть страшную картину полусмерти. Послышались легкие шаги, и в коридор вбежала растрепанная Света.
- Что тут происходит, Аля?! – взволнованно заголосила она, переводя взгляд с меня на бесчувственную Варю. – Такая энергия смерти высвободилась буквально пять минут назад, что даже я со своими зачатками дара некроманта почуяла!
По моим щекам непроизвольно потекли слезы сожаления, от того, что я ничем не смогла помочь пропавшей душе покойной.
- Смертельный ритуал, Свет, - тихо прошептала я почти правду, но девушка меня услышала, - зовите директора и помогите Варе.
Она недоверчиво и испуганно прикрыла рот ладошкой и, не желая проверять мои слова, стала приводить мою подругу в сознание. После она спешно увела ее, недовольно хмурясь на мой отказ пойти с ними. Меня же буквально колотило от пережито стресса, а к горлу подкатывала истерика.
- Что вы здесь забыли? – заставил меня вернуться из пучин безнадежности и самобичевания вернувшийся Сатана.
Он специально тоном выделил «вы», явно намекая на одну меня. На его лице застыла маска безразличия, а глаза полыхали леденящей душу яростью.
- Я проснулась среди ночи от очередного кошмара и ощутила приближение чего-то очень плохого, - прошептала я, все так же сидя на холодном полу в одной рубашке и кофте, но почему-то забыла о стеснении, - потом сама Грань меня позвала, вот я и побежала в подземелья. Я почувствовала, что, если быстро сюда доберусь, то смогу помочь. Варя увязалась за мной, отговаривать времени не хватало.
- Глупая девчонка!
Он схватил меня за предплечья и резко дернул, заставляя подняться на дрожащие ноги и вскрикнуть от боли. Предплечья он сжал от души.
- А если бы тот, кто это сделал, находился еще здесь?! – кричал он на меня так громко, что заложило уши.
Я вообще не помнила, чтобы он когда-либо кричал. Только смотрел исподлобья и говорил настолько холодно, что кровь стыла в жилах. Сейчас я его совсем не узнавала. Нижняя губа предательски затряслась, а мне хотелось съежиться в маленький комок.
- А если бы ритуалист избавился от вас как от свидетелей?! – не отступал наставник, вдавливая меня в стену.
- Простите, - прошептала я, чувствуя себя полной дурой, и с новой силой залилась слезами.
- Никогда! – его крик перешел на зловещее шипение, а лицо оказалось так близко, что я ощущала его дыхание на своей коже. – Никогда больше не ходи по ночам без взрослых! Тем более туда, где веет опасностью.
Я лишь кивнула, глотая слезы и смотря в упор в его суженные от бешенства зрачки.
- Лука Русланович, - послышалось откуда-то сзади, - отпусти девочку, ей, скорее всего, больно.
Мужчина прикрыл глаза, успокаиваясь, и аккуратно отпустил меня, разворачиваясь к пришедшему директору. Тот выглядел взволнованным и серьезным, полыхая еле сдерживаемой силой. Я же, сомкнув все-таки веки, вновь съехала по стеночке на пол, ноги совсем перестали слушаться. О чем тут же пожалела. Перед закрытыми глазами вновь встала кошмарная картина изуродованного тела, меня с новой силой замутило. Стараясь побороть тошноту, я пропустила, о чем директор тихо говорил Сатане, но легкое касание к макушке заставило меня открыть глаза.
- Встать сможешь? - сдержанно поинтересовался Сатана, склоняясь надо мной.
Я неопределенно пожала плечами, вот совсем не уверена, что ноги удержат. Он вздохнул и одним движением поднял меня на руки, чем сильно смутил. Вроде учитель и вообще посторонний человек, а какой раз меня уже на руках носит. Меня даже папа в детстве на руки почти не брал, объясняя это тем, что не уважает «телячьи нежности».
- Ты напугала меня, - сказал он вдруг тихо, когда мы поднимались по лестнице, а я пользовалась его близостью, пока могла, - не делай так больше.
Я кивнула и уткнулась в его плечо носом, жадно вдыхая его аромат в попытке успокоиться. Я услышала обреченный вздох. Остальную часть пути мы проделали в молчании, я даже удивилась, почему мужчина не воспользовался пространственным коридором, о чем и спросила, пытаясь забыть о случившемся.
- Не уверен, что попал бы в целительское крыло, - горько усмехнулся тот, не смотря на меня.
Я не стала уточнять, почему и куда. Ясно же, что он зол на меня и сильно обеспокоен произошедшим, поэтому траектория коридора могла сбиться.
В палате он сгрузил меня на соседнюю с Варей кровать и молчаливо удалился, заставляя мое сердце болезненно сжаться. Ко мне тут же подскочила Света с успокаивающим раствором и громко запричитала. Ей хорошо, она труп не видела. Варя свернулась в клубочек под одеялом и тихо плакала. Мои же слезы уже успели высохнуть к этому времени.
- Прости меня, - нарушила я вскоре молчание, когда Света оставила нас одних, - это моя вина, что ты подобное увидела.
- Откуда ты могла знать? - всхлипнула она.
- Я должна была подумать, с чего бы это Грань меня зовет, - со злостью ответила я, начиная ненавидеть себя и свой недалекий ум.
- Грань? Ты некромант?! – Варя даже плакать перестала и шокировано на меня уставилась.
- Есть немного, - не стала отпираться от очевидного я, - только парням не говори, они у нас ранимые. Вдруг так же, как от Сатаны, шарахаться от меня будут?
Варя несмело улыбнулась на мою шутку, садясь на постели. Я тоже закуталась в одеяло и устремила взгляд вникуда.
- Только дар я еще очень плохо контролирую и нити душ мертвых от живых не отличаю, - зачем-то пояснила я, - да и некромантию мне Сатана почти полностью запечатал, чтобы Грань к себе не утащила.
Варя округлила глаза еще больше, из-за отсутствия очков наконец-то я могла рассмотреть их светло-серый цвет.
- Ты еще и инициирована?!
- Ну да, - смутилась я, вспоминая о некоторых совсем недетских способах инициации и, почему-то, о Сатане.
