Когда эльф обнажил торс, он, видимо, решил, что предел откровенности достигнут, и вопросительно уставился на меня.
— Дальше! — мне стало даже любопытно, что же он будет делать. Если бы не тревога за моих орчат, я бы посмотрела стриптиз до конца, но мне от эльфа нужны были лишь штаны.
К моему изумлению, под штанами обнаружились ещё одни, обтягивающие бёдра и, кхм, достоинство. Я придирчиво оглядела это великолепие, остановила стражника, уже потянувшегося к этим «труселяндрам», и выставила начинающего стриптизёра за дверь.
На секунду задумавшись, швырнула следом и железяку, которую он на себе таскал, и «палку-тыкалку» впридачу. Вдруг она ему на посту помогает.
От одежды пахло травами и лёгкой кислинкой пота. Не до жиру, как говорится. Разбираться с тонкостями эльфийской парфюмерии в мои планы не входило, и я натянула на себя это тряпьё. Широкую сорочку подвязала какой-то лентой, валявшейся после устроенного мной разгрома гардероба прямо на полу, и закатала слишком длинные штаны.
Вышло даже сносно. Оценить отражение в зеркале я всё равно не могла: комнату с ним “оцеплял” всхлипывающий за дверью эльф.
— Пошли уж, Хрони… «чего-то там эль», — даже слегка виновато позвала я.
Собравшись с духом, он повёл меня куда-то вглубь коридора. Через два лестничных пролёта и череду анфилад мы вышли к центральному входу. Хроник отдал распоряжение, и спустя целую вечность нам наконец подали карету.
— Можно было так не утруждаться. Я прекрасно держусь в седле, — заметила я эльфу, который, сидя напротив, забавно подпрыгивал на стареньких рессорах.
— Простите, Ваше Величество, но лошади не подпустят вас к себе без специальной подготовки. Они чуют в вас угрозу.
— Я уже успела устать от этого, — махнула я рукой, разочаровываясь в несостоявшемся разговоре.
Приказ “О ширме”, старый вампирский архив, фрагмент без даты
Король должен оставаться на виду, как кукла на нитях. Народу нужен образ, чужим дворам нужна привычная форма. Истину держат в подвалах и в семьях. Кто попробует сорвать ширму, тот получит не свободу, а войну. Король живёт долго потому, что он удобен.
Граф Иротвиэль иль Друшген ждал нас на пороге фамильного поместья. То ли Хронику были не дороги его старые, слегка обвисшие уши, то ли у графа имелись собственные каналы информации, но Хроник выбирался из кареты бледный как полотно и даже умудрился оступиться. Если бы граф вовремя не подхватил старичка, быть беде.
Меня, напротив, извлекали из кареты со всеми полагающимися почестями. Потом граф одарил меня оценивающим взглядом, скользящим снизу вверх. Когда он наконец встретился с моим, меня перекосило от бешенства.
— Где мои орки?! — вопрос вырвался утробным рыком.
— Я провожу вас к ним, если вы немедленно хотите удостовериться в их благополучии. Но я надеялся сначала пригласить вас на трапезу, — не моргнув, ответил граф.
— Я сейчас устрою себе трапезу. Очень дорогую и элитную, — облизнулась я, внимательно рассматривая его шею.
Он вздрогнул. Этого хватило, чтобы понять, кто из нас двоих сейчас держит верх. Граф развернулся и торопливо направился вглубь сада. Две девушки, следовавшие за ним, пригласили нас идти следом.
В глубине импровизированного леса ютился гостевой домик. Уже на входе мне пришлось откровенно скривить нос: винное амбре затмевало всё остальное. Но орки, увидев гостью, сами вынырнули, пригнувшись в дверном проёме.
— Ну и чего застыли? Али не признали? Или вино настолько забористое? — ехидно протянула я, окинув взглядом их помятые физиономии.
Ургкых распахнул объятия для медвежьих обнимашек, но замер в нерешительности, а Бкрилыр скромно пристроился у него за спиной.
— Граф, мне вроде бы обещали райский уход за их здоровьем, а я тут наблюдаю печальные последствия тяжёлой черепно-мозговой травмы, — злобно прошипела я сквозь зубы.
— Ваше Величество, смею вас уверить, я лично удостоверился в их полной сохранности, — скривился граф и кивнул в сторону орков.
Я прищурилась, вглядываясь в знакомые угловатые лица. Шевеление мыслей в их черепушках давалось им так мучительно, что перекосило обоих неслабо.
— Обниматься будем? — спросила я, натягивая на лицо самую милую улыбку, на какую была способна.
И тут же пожалела. Оказаться в стальных тисках двух орков оказалось вообще не смешно. Кое-как прохрипев, чтобы эти оглоеды меня отпустили, я наконец смогла удостовериться, что мой организм всё ещё цел.
— Ну что, сильно вас потрепали эти сволочные эльфы?
Граф как-то скуксился, пока я расспрашивала орков. Но братья, словно маленькие нашкодившие пацанята, открещивались от пыток и издевательств, со смехом уверяя, что им было всего лишь «щекотно». Только вот Бкрилыр украдкой потирал плечо, надеясь, что это останется незамеченным.
— Значит, отдыхаете? Ну и отдыхайте себе. Я постараюсь выбить вам телепорт как можно скорее, чтобы вам тут не пришлось долго засиживаться, — решила я их успокоить.
— Мы пришли сюда вместе и уйдём вместе. Не хочешь же ты нас опозорить? — спросил Ургкых, сжимая кулаки до хруста.
— Ну, я так понимаю, меня тут решили надолго задержать… Вы же не будете всё это время меня ждать?
— А чё бы и нет? — хитро прищурился орк. — Вино вкусное, мясо тоже. Да и девок дают, — расплылся в довольной улыбке синий брат.
— Ах, вот оно что. Я-то думала, вы тут обо мне переживаете, а вы себе отпуск устроили, — с притворной укоризной проговорила я. — Ну, отдыхайте. Отдыхать это хорошо. Тем более за чужой счёт, — подмигнула я.
— Граф, я буду навещать свою охрану время от времени. Если узнаю, что условия их отпуска хоть немного ухудшились, условия вашей жизни тоже станут… хуже, — я развернулась на сто восемьдесят градусов и, не прощаясь с отдыхающими, направилась к огромному дому, выглядывающему из-за крон деревьев.
Судя по звукам, за мной засеменили девушки, а затем подтянулись и высокопоставленные тёмные.
У парадного входа меня встречали слуги, но по мере моего продвижения вглубь графского поместья большая часть челяди растворилась. Наконец, обнаружив обеденный зал, я нагло уселась в кресло хозяина, отодвинула от себя всю утварь, оставив лишь бокал, и приготовилась выслушивать радушного хозяина.
Граф стерпел это оскорбление, сел по правую руку и вполне буднично поинтересовался, удобно ли мне было ехать в предоставленной карете.
— Карета была ваша? — уточнила я, ожидая, пока слуга наполнит бокал.
— Нет, но это вполне светское начало беседы, — вздумал поучать меня этикету граф.
— Но какого лешего вы интересуетесь состоянием чужого имущества? Это втройне нелицеприятно при присутствии той самой третьей стороны, чьё имущество вы решили обсуждать, — парировала я, вкладывая в слова ледяную насмешку.
Граф слегка побледнел. Не знаю, какую роль он играл в этом театре абсурда, кроме гостеприимного хозяина отеля «всё включено для орков», но справлялся он из рук вон плохо.
— Граф, уж извините, ваше личное, как и фамильное имя я не соизволила запомнить, — продолжила я. — Я снизошла до трапезы, на которую вы умудрились весьма незатейливо меня пригласить. Но развлекать вас банальными светскими беседами увольте. Прошу прощения, пожалуй, я вернусь в место моего заточения.
Хроник окончательно посерел. Я на секунду забеспокоилась, как бы старичка не хватил удар, но цинизм и наглость тут же нашептали: «Ты пленница».
В полном составе делегация поспешила к карете.
— Надеюсь, вы ещё почтите своим визитом мой скромный дом, — пролепетал граф, явно теряя остатки былого величия.
— Не сомневайтесь, граф! — нарочито громко воскликнула я и взмахнула частью импровизированного пояса, будто шёлковым платком на прощание.
Мы снова ехали, поскрипывая так, что это даже забавляло. Хроник сидел сгорбившись, что вообще было не свойственно эльфам.
— Расскажи мне, старче, за что тебя так наказали? — спросила я из чистого любопытства.
Но старики есть старики, будь то люди или эльфы, и мне пришлось выслушать длинную историю. Она началась с великой и прекрасной любви двух детей высокопоставленных родов.
Его жена оказалась двоюродной сестрой правителя тёмных эльфов, а сам Хроник был наследником столь же древнего и величественного дома. Его выбрали личным воспитателем первого наследника, принца Маридьинеля.
Потом, когда власть в стране фактически захватили вампиры, наследника это не устроило. Принц задумал переворот: он считал, что его великий отец не должен преклоняться перед представителем другой расы.
Разумеется, в партии принца нашлись предатели, и Хронику ничего не оставалось, кроме как помочь бедному мальчишке бежать из страны. Если бы не жена, Хроника казнили бы. А так у него отобрали земли и почти всё имущество, оставив лишь необходимое для поддержания статуса супруги.
Жена скончалась лет десять назад, а желание короля избавиться от надоевшего родственника, похоже, так и не угасло.
— Моя единственная радость это мой внук. Вы его видели. Это он опрометчиво согласился доставить вам наше фамильное зеркало, — эльф почти плакал.
— Давайте для начала выйдем из кареты. Мы уже приехали, — сказала я. — А потом вы расскажете мне, в чём именно заключается ваше наказание? Пока я не уловила сути. Да, я не сто золотых, чтобы всем нравиться, но ничего ужасного в приёме одной взбалмошной гостьи не вижу, — попыталась я его успокоить.
— Вы опасны, пока не совладаете со своим голодом. Я должен убедиться в вашей готовности нормально сотрудничать с правительством, — он развёл руками и тяжело вздохнул.
— Сотрудничать с террористами я не намерена.
Хроник вскинул на меня удивлённый взгляд, и тут я вспомнила, что он совершенно не привык к моей гремучей смеси русского и эльфийского.
— Я хочу сказать, что ваше государство насильно удерживает члена правящей семьи другого государства. Допустим, вы предложите отпустить меня в обмен на какой-нибудь торговый договор. Я подпишу, а вы меня не отпустите…
Он испуганно посмотрел на меня.
— Но мы же не похищали вас. Вы сами пришли к нам, сами изменили свою расовую принадлежность. Я не уверен, можно ли вас теперь считать королевой Фарготии.
— Хорошо. Раз уж вы сами сказали, что я изменила расовую принадлежность, а к тому же я единственный прямой потомок фактических правителей Давриэлии, получается, вы удерживаете правителя своей страны. Нехорошо как-то получается.
Эльф стал почти белым. Я решила оставить его в покое: продолжение разговора вполне могло довести старичка до могилы.
Исповедь “Соленый Свиток”, найденная у мертвеца на тракте, признано ересью
Придёт Мессия, и вокруг него будет море крови. И в этом море он опустит руку до самого дна, туда, где забытые, но достойные, и поднимет их одного за другим. Он даст им не милость, а силу старейшин, и они станут вампирами, как те, что правили. Тогда власть Тёмных разойдётся по миру: не спросив границ, не признавая договоров, не оставляя никого сухим.
Найдя не без труда конюшего, я принялась расспрашивать, что же такого страшного у вампиров с лошадьми случилось. Но он ничего, кроме древних баек, внятно объяснить не смог. Пришлось решать вопрос опытным путём.
В центре заднего двора мне поставили привязанную флегматичную лошадку мышиной масти. Я медленно кралась к ней, стараясь не напугать резкими движениями. Но лошадь, словно магнит с одноимённым зарядом, неспешно отодвигалась прочь. Мы ходили кругами. Агрессии “транспорт” не проявлял, только косился на меня из-под чёлки.
— А если я сахарку тебе предложу, ты так же будешь от меня бегать? — поинтересовалась я у кобылы.
Мне не ответили. Просто сделали ещё шаг назад и плотно упёрлись задом в сарай.
— Фиг с тобой, золотая рыбка, — махнула я рукой и поплелась в свою комнату.
Начав ощущать ауру страха, витавшую вокруг меня и довольно методично прошерстив воспоминания от заточения в круглой темнице до этого танца с кобылой, уловила закономерность: эльфы боялись меня на каком-то животном уровне, пока я не начинала проникаться к ним интересом или хотя бы подобием заботы.
Полезное умение. Если я научусь его контролировать.
Зацепив за волосы того самого стриптизёра-охранника у двери, решила поэкспериментировать у себя в комнате.
Эксперимент пришлось отложить. Потому что сначала надо было прийти в себя после увиденного.
Под дырочками кольчуги эльфа просвечивал какой-то половичок, а на бёдра была повязана женская кофта. Кто-то озаботился его самочувствием и, видимо, чтобы тот не замёрз, слегка его «одел».
— Болезный, кто ж тебя так? Ты чего не сходил переодеться? — сквозь смех спросила я.
— Пост покидать можно только в крайнем случае, — гордо разъяснило мне это огородное пугало.
— Ну извини, пожалуйста. Шмотки не отдам. Давай меняться, — предложила я с улыбкой.
Гордый эльф лишь обиженно и весьма недоверчиво посмотрел на меня.
— Ладно уж, не дуйся. Не фанатка я этих женских штучек. Все эти юбки, корсеты, шляпки… достали. Но у тебя наверняка есть какая-нибудь близкая эльфийка, которая с удовольствием будет такое носить, — я обвела рукой поле брани, устроенное дамским тряпьём.
— Сестра вашей комплекции, но я не могу принять такой подарок, — задрал нос эльф.
— Да я и не предлагаю. Ты в этом бабском шмотье будешь смотреться как корова на коньках. А вот приказать передарить это твоей сестре от моего имени вполне могу. И попробуй только отказаться, — подмигнула я.
Он растерялся и не нашёлся, что ответить.
— Решено. Снимай свои железки: только мешать будут. И вели подать нормальный обед, которым эльфов потчуют. Подкрепишься, потом гостинцы соберём.
Стражник метнулся за дверь, мелькнув белоснежной шевелюрой, и вернулся уже с голым торсом. Я даже обрадовалась: хоть какое-то эстетическое удовольствие.
Пока несли обед, успела рассортировать вещи по трём категориям: бельё, обувь и всё остальное. Это самое «всё остальное» аккуратно складывал и перевязывал лентами Кузя. Так я про себя окрестила этого смешного эльфа в набедренной повязке.
Себе же присмотрела пару сапожек на вид удобных и умопомрачительные босоножки, которые выглядели как орудие пыток, но уж больно эффектные. Пеньюары и прочее отправились в шкаф. Надо же в чём-то завтрак встречать.
Когда Кузя закончил, обед, наверное, уже остыл. Но эльф, поглядывая на меня и мои чёрные стопы, выглядывающие из позы лотоса, от трапезы не отказался и подкрепился.
— Я пишу довольно коряво… Подарки так не подписывают, стиль не тот. Возьми-ка лист и напиши адрес, куда это счастье доставить, — кивнула я на перевязанную гору коробок.
— Сам доставлю, — хмыкнул эльф.
— Ага. А кто тебе поверит, что это от меня? Или что ты не умыкнул чужую собственность? Пиши давай. А я подпишу: «От королевы Фарготии», ну и там имя-фамилия… чтобы юридически всё чисто было. Надеюсь, мне гардеробчик-то приличный подобрали, не самый дешёвый, — подмигнула я.
— Я в этом не силён, но на коробках стоит имя мастера Лоори. Он королевский портной.
— Как тебя зовут?
— Миронталь нио Тольжеми, — поклонился эльф.
— Совсем не Кузя, — разочарованно вздохнула я.
Эльф склонил голову набок, как щенок, пытаясь понять сказанное.
— А помоги мне с ванной. У вас, значит, достижения науки имеются, а пользоваться ими меня не научили, — я приоткрыла заветную дверь.
Эльф смутился, но всё же показал, как активировать систему водоснабжения и подогрева. Всё оказалось магическим, но интуитивно понятным.
— Дальше! — мне стало даже любопытно, что же он будет делать. Если бы не тревога за моих орчат, я бы посмотрела стриптиз до конца, но мне от эльфа нужны были лишь штаны.
К моему изумлению, под штанами обнаружились ещё одни, обтягивающие бёдра и, кхм, достоинство. Я придирчиво оглядела это великолепие, остановила стражника, уже потянувшегося к этим «труселяндрам», и выставила начинающего стриптизёра за дверь.
На секунду задумавшись, швырнула следом и железяку, которую он на себе таскал, и «палку-тыкалку» впридачу. Вдруг она ему на посту помогает.
От одежды пахло травами и лёгкой кислинкой пота. Не до жиру, как говорится. Разбираться с тонкостями эльфийской парфюмерии в мои планы не входило, и я натянула на себя это тряпьё. Широкую сорочку подвязала какой-то лентой, валявшейся после устроенного мной разгрома гардероба прямо на полу, и закатала слишком длинные штаны.
Вышло даже сносно. Оценить отражение в зеркале я всё равно не могла: комнату с ним “оцеплял” всхлипывающий за дверью эльф.
— Пошли уж, Хрони… «чего-то там эль», — даже слегка виновато позвала я.
Собравшись с духом, он повёл меня куда-то вглубь коридора. Через два лестничных пролёта и череду анфилад мы вышли к центральному входу. Хроник отдал распоряжение, и спустя целую вечность нам наконец подали карету.
— Можно было так не утруждаться. Я прекрасно держусь в седле, — заметила я эльфу, который, сидя напротив, забавно подпрыгивал на стареньких рессорах.
— Простите, Ваше Величество, но лошади не подпустят вас к себе без специальной подготовки. Они чуют в вас угрозу.
— Я уже успела устать от этого, — махнула я рукой, разочаровываясь в несостоявшемся разговоре.
Глава 6. Гостевой домик
Приказ “О ширме”, старый вампирский архив, фрагмент без даты
Король должен оставаться на виду, как кукла на нитях. Народу нужен образ, чужим дворам нужна привычная форма. Истину держат в подвалах и в семьях. Кто попробует сорвать ширму, тот получит не свободу, а войну. Король живёт долго потому, что он удобен.
Граф Иротвиэль иль Друшген ждал нас на пороге фамильного поместья. То ли Хронику были не дороги его старые, слегка обвисшие уши, то ли у графа имелись собственные каналы информации, но Хроник выбирался из кареты бледный как полотно и даже умудрился оступиться. Если бы граф вовремя не подхватил старичка, быть беде.
Меня, напротив, извлекали из кареты со всеми полагающимися почестями. Потом граф одарил меня оценивающим взглядом, скользящим снизу вверх. Когда он наконец встретился с моим, меня перекосило от бешенства.
— Где мои орки?! — вопрос вырвался утробным рыком.
— Я провожу вас к ним, если вы немедленно хотите удостовериться в их благополучии. Но я надеялся сначала пригласить вас на трапезу, — не моргнув, ответил граф.
— Я сейчас устрою себе трапезу. Очень дорогую и элитную, — облизнулась я, внимательно рассматривая его шею.
Он вздрогнул. Этого хватило, чтобы понять, кто из нас двоих сейчас держит верх. Граф развернулся и торопливо направился вглубь сада. Две девушки, следовавшие за ним, пригласили нас идти следом.
В глубине импровизированного леса ютился гостевой домик. Уже на входе мне пришлось откровенно скривить нос: винное амбре затмевало всё остальное. Но орки, увидев гостью, сами вынырнули, пригнувшись в дверном проёме.
— Ну и чего застыли? Али не признали? Или вино настолько забористое? — ехидно протянула я, окинув взглядом их помятые физиономии.
Ургкых распахнул объятия для медвежьих обнимашек, но замер в нерешительности, а Бкрилыр скромно пристроился у него за спиной.
— Граф, мне вроде бы обещали райский уход за их здоровьем, а я тут наблюдаю печальные последствия тяжёлой черепно-мозговой травмы, — злобно прошипела я сквозь зубы.
— Ваше Величество, смею вас уверить, я лично удостоверился в их полной сохранности, — скривился граф и кивнул в сторону орков.
Я прищурилась, вглядываясь в знакомые угловатые лица. Шевеление мыслей в их черепушках давалось им так мучительно, что перекосило обоих неслабо.
— Обниматься будем? — спросила я, натягивая на лицо самую милую улыбку, на какую была способна.
И тут же пожалела. Оказаться в стальных тисках двух орков оказалось вообще не смешно. Кое-как прохрипев, чтобы эти оглоеды меня отпустили, я наконец смогла удостовериться, что мой организм всё ещё цел.
— Ну что, сильно вас потрепали эти сволочные эльфы?
Граф как-то скуксился, пока я расспрашивала орков. Но братья, словно маленькие нашкодившие пацанята, открещивались от пыток и издевательств, со смехом уверяя, что им было всего лишь «щекотно». Только вот Бкрилыр украдкой потирал плечо, надеясь, что это останется незамеченным.
— Значит, отдыхаете? Ну и отдыхайте себе. Я постараюсь выбить вам телепорт как можно скорее, чтобы вам тут не пришлось долго засиживаться, — решила я их успокоить.
— Мы пришли сюда вместе и уйдём вместе. Не хочешь же ты нас опозорить? — спросил Ургкых, сжимая кулаки до хруста.
— Ну, я так понимаю, меня тут решили надолго задержать… Вы же не будете всё это время меня ждать?
— А чё бы и нет? — хитро прищурился орк. — Вино вкусное, мясо тоже. Да и девок дают, — расплылся в довольной улыбке синий брат.
— Ах, вот оно что. Я-то думала, вы тут обо мне переживаете, а вы себе отпуск устроили, — с притворной укоризной проговорила я. — Ну, отдыхайте. Отдыхать это хорошо. Тем более за чужой счёт, — подмигнула я.
— Граф, я буду навещать свою охрану время от времени. Если узнаю, что условия их отпуска хоть немного ухудшились, условия вашей жизни тоже станут… хуже, — я развернулась на сто восемьдесят градусов и, не прощаясь с отдыхающими, направилась к огромному дому, выглядывающему из-за крон деревьев.
Судя по звукам, за мной засеменили девушки, а затем подтянулись и высокопоставленные тёмные.
У парадного входа меня встречали слуги, но по мере моего продвижения вглубь графского поместья большая часть челяди растворилась. Наконец, обнаружив обеденный зал, я нагло уселась в кресло хозяина, отодвинула от себя всю утварь, оставив лишь бокал, и приготовилась выслушивать радушного хозяина.
Граф стерпел это оскорбление, сел по правую руку и вполне буднично поинтересовался, удобно ли мне было ехать в предоставленной карете.
— Карета была ваша? — уточнила я, ожидая, пока слуга наполнит бокал.
— Нет, но это вполне светское начало беседы, — вздумал поучать меня этикету граф.
— Но какого лешего вы интересуетесь состоянием чужого имущества? Это втройне нелицеприятно при присутствии той самой третьей стороны, чьё имущество вы решили обсуждать, — парировала я, вкладывая в слова ледяную насмешку.
Граф слегка побледнел. Не знаю, какую роль он играл в этом театре абсурда, кроме гостеприимного хозяина отеля «всё включено для орков», но справлялся он из рук вон плохо.
— Граф, уж извините, ваше личное, как и фамильное имя я не соизволила запомнить, — продолжила я. — Я снизошла до трапезы, на которую вы умудрились весьма незатейливо меня пригласить. Но развлекать вас банальными светскими беседами увольте. Прошу прощения, пожалуй, я вернусь в место моего заточения.
Хроник окончательно посерел. Я на секунду забеспокоилась, как бы старичка не хватил удар, но цинизм и наглость тут же нашептали: «Ты пленница».
В полном составе делегация поспешила к карете.
— Надеюсь, вы ещё почтите своим визитом мой скромный дом, — пролепетал граф, явно теряя остатки былого величия.
— Не сомневайтесь, граф! — нарочито громко воскликнула я и взмахнула частью импровизированного пояса, будто шёлковым платком на прощание.
Мы снова ехали, поскрипывая так, что это даже забавляло. Хроник сидел сгорбившись, что вообще было не свойственно эльфам.
— Расскажи мне, старче, за что тебя так наказали? — спросила я из чистого любопытства.
Но старики есть старики, будь то люди или эльфы, и мне пришлось выслушать длинную историю. Она началась с великой и прекрасной любви двух детей высокопоставленных родов.
Его жена оказалась двоюродной сестрой правителя тёмных эльфов, а сам Хроник был наследником столь же древнего и величественного дома. Его выбрали личным воспитателем первого наследника, принца Маридьинеля.
Потом, когда власть в стране фактически захватили вампиры, наследника это не устроило. Принц задумал переворот: он считал, что его великий отец не должен преклоняться перед представителем другой расы.
Разумеется, в партии принца нашлись предатели, и Хронику ничего не оставалось, кроме как помочь бедному мальчишке бежать из страны. Если бы не жена, Хроника казнили бы. А так у него отобрали земли и почти всё имущество, оставив лишь необходимое для поддержания статуса супруги.
Жена скончалась лет десять назад, а желание короля избавиться от надоевшего родственника, похоже, так и не угасло.
— Моя единственная радость это мой внук. Вы его видели. Это он опрометчиво согласился доставить вам наше фамильное зеркало, — эльф почти плакал.
— Давайте для начала выйдем из кареты. Мы уже приехали, — сказала я. — А потом вы расскажете мне, в чём именно заключается ваше наказание? Пока я не уловила сути. Да, я не сто золотых, чтобы всем нравиться, но ничего ужасного в приёме одной взбалмошной гостьи не вижу, — попыталась я его успокоить.
— Вы опасны, пока не совладаете со своим голодом. Я должен убедиться в вашей готовности нормально сотрудничать с правительством, — он развёл руками и тяжело вздохнул.
— Сотрудничать с террористами я не намерена.
Хроник вскинул на меня удивлённый взгляд, и тут я вспомнила, что он совершенно не привык к моей гремучей смеси русского и эльфийского.
— Я хочу сказать, что ваше государство насильно удерживает члена правящей семьи другого государства. Допустим, вы предложите отпустить меня в обмен на какой-нибудь торговый договор. Я подпишу, а вы меня не отпустите…
Он испуганно посмотрел на меня.
— Но мы же не похищали вас. Вы сами пришли к нам, сами изменили свою расовую принадлежность. Я не уверен, можно ли вас теперь считать королевой Фарготии.
— Хорошо. Раз уж вы сами сказали, что я изменила расовую принадлежность, а к тому же я единственный прямой потомок фактических правителей Давриэлии, получается, вы удерживаете правителя своей страны. Нехорошо как-то получается.
Эльф стал почти белым. Я решила оставить его в покое: продолжение разговора вполне могло довести старичка до могилы.
Глава 7. Колбаса на прицеле
Исповедь “Соленый Свиток”, найденная у мертвеца на тракте, признано ересью
Придёт Мессия, и вокруг него будет море крови. И в этом море он опустит руку до самого дна, туда, где забытые, но достойные, и поднимет их одного за другим. Он даст им не милость, а силу старейшин, и они станут вампирами, как те, что правили. Тогда власть Тёмных разойдётся по миру: не спросив границ, не признавая договоров, не оставляя никого сухим.
Найдя не без труда конюшего, я принялась расспрашивать, что же такого страшного у вампиров с лошадьми случилось. Но он ничего, кроме древних баек, внятно объяснить не смог. Пришлось решать вопрос опытным путём.
В центре заднего двора мне поставили привязанную флегматичную лошадку мышиной масти. Я медленно кралась к ней, стараясь не напугать резкими движениями. Но лошадь, словно магнит с одноимённым зарядом, неспешно отодвигалась прочь. Мы ходили кругами. Агрессии “транспорт” не проявлял, только косился на меня из-под чёлки.
— А если я сахарку тебе предложу, ты так же будешь от меня бегать? — поинтересовалась я у кобылы.
Мне не ответили. Просто сделали ещё шаг назад и плотно упёрлись задом в сарай.
— Фиг с тобой, золотая рыбка, — махнула я рукой и поплелась в свою комнату.
Начав ощущать ауру страха, витавшую вокруг меня и довольно методично прошерстив воспоминания от заточения в круглой темнице до этого танца с кобылой, уловила закономерность: эльфы боялись меня на каком-то животном уровне, пока я не начинала проникаться к ним интересом или хотя бы подобием заботы.
Полезное умение. Если я научусь его контролировать.
Зацепив за волосы того самого стриптизёра-охранника у двери, решила поэкспериментировать у себя в комнате.
Эксперимент пришлось отложить. Потому что сначала надо было прийти в себя после увиденного.
Под дырочками кольчуги эльфа просвечивал какой-то половичок, а на бёдра была повязана женская кофта. Кто-то озаботился его самочувствием и, видимо, чтобы тот не замёрз, слегка его «одел».
— Болезный, кто ж тебя так? Ты чего не сходил переодеться? — сквозь смех спросила я.
— Пост покидать можно только в крайнем случае, — гордо разъяснило мне это огородное пугало.
— Ну извини, пожалуйста. Шмотки не отдам. Давай меняться, — предложила я с улыбкой.
Гордый эльф лишь обиженно и весьма недоверчиво посмотрел на меня.
— Ладно уж, не дуйся. Не фанатка я этих женских штучек. Все эти юбки, корсеты, шляпки… достали. Но у тебя наверняка есть какая-нибудь близкая эльфийка, которая с удовольствием будет такое носить, — я обвела рукой поле брани, устроенное дамским тряпьём.
— Сестра вашей комплекции, но я не могу принять такой подарок, — задрал нос эльф.
— Да я и не предлагаю. Ты в этом бабском шмотье будешь смотреться как корова на коньках. А вот приказать передарить это твоей сестре от моего имени вполне могу. И попробуй только отказаться, — подмигнула я.
Он растерялся и не нашёлся, что ответить.
— Решено. Снимай свои железки: только мешать будут. И вели подать нормальный обед, которым эльфов потчуют. Подкрепишься, потом гостинцы соберём.
Стражник метнулся за дверь, мелькнув белоснежной шевелюрой, и вернулся уже с голым торсом. Я даже обрадовалась: хоть какое-то эстетическое удовольствие.
Пока несли обед, успела рассортировать вещи по трём категориям: бельё, обувь и всё остальное. Это самое «всё остальное» аккуратно складывал и перевязывал лентами Кузя. Так я про себя окрестила этого смешного эльфа в набедренной повязке.
Себе же присмотрела пару сапожек на вид удобных и умопомрачительные босоножки, которые выглядели как орудие пыток, но уж больно эффектные. Пеньюары и прочее отправились в шкаф. Надо же в чём-то завтрак встречать.
Когда Кузя закончил, обед, наверное, уже остыл. Но эльф, поглядывая на меня и мои чёрные стопы, выглядывающие из позы лотоса, от трапезы не отказался и подкрепился.
— Я пишу довольно коряво… Подарки так не подписывают, стиль не тот. Возьми-ка лист и напиши адрес, куда это счастье доставить, — кивнула я на перевязанную гору коробок.
— Сам доставлю, — хмыкнул эльф.
— Ага. А кто тебе поверит, что это от меня? Или что ты не умыкнул чужую собственность? Пиши давай. А я подпишу: «От королевы Фарготии», ну и там имя-фамилия… чтобы юридически всё чисто было. Надеюсь, мне гардеробчик-то приличный подобрали, не самый дешёвый, — подмигнула я.
— Я в этом не силён, но на коробках стоит имя мастера Лоори. Он королевский портной.
— Как тебя зовут?
— Миронталь нио Тольжеми, — поклонился эльф.
— Совсем не Кузя, — разочарованно вздохнула я.
Эльф склонил голову набок, как щенок, пытаясь понять сказанное.
— А помоги мне с ванной. У вас, значит, достижения науки имеются, а пользоваться ими меня не научили, — я приоткрыла заветную дверь.
Эльф смутился, но всё же показал, как активировать систему водоснабжения и подогрева. Всё оказалось магическим, но интуитивно понятным.
