– Прикольно! Жаль, мне этого не увидеть, – с сожалением произнесла я. – Хотя, может, и к лучшему. Испугалась бы ещё или, чего доброго, влюбилась!
– Вот еще скажешь тоже, – леший аж зарделся и как-то приободрился. – Старый я для тебя, мне почти тысяча лет, а тебе и пятидесяти нет. Я понимаю, люди недолго живут, лет двести, если магией балуются. А ты и подавно лет сто проживешь. Но всё равно между нами – пропасть.
— Ну не могу я тебя воспринимать всерьез с такой бородой, ну никак. А можно я тебя Малфурионом называть буду? Так проще запомнить. Если честно, я твое имя уже выкинула из головы, — сконфуженно пробормотала я.
— Зови, почему бы и нет. Вполне уместно, — согласился он.
— Ну, тогда я спать, еще дня два идти. Встретимся у телеги. Ряску не забудь.
— Хорошо, иди высыпайся, — отпустил он меня, удаляясь в лес, напевая под нос "Блоу кисс! фаир ган! ви нид самван ту лин он".
Циркуляр №47/В. Канцелярия Дворца Фарготии. Статус: внутренний.
К ритуалу Выбора невесты представить не менее четырёх (4) незамужних кандидаток из каждого участка. Предпочтение: годные к деторождению, без явных увечий, без долговых отметин. Магический дар желателен, но не обязателен.
Последующие два дня мы с Вовкой брели по дороге и вышли из болота чуть южнее, чем планировали. Но тут у него будто проснулся внутренний компас, и он потянул меня в сторону оставленной телеги. В ней уже лежали странные деревянные чаны, накрытые плотными, словно ладонь, листьями.
Мальчишка-возница дёргал глазом и слегка заикался. Он сообщил, что приходил «сияющий маг» и велел доставить чаны в деревню, прямо ко мне домой. Успокаивая перепуганного ребёнка, я подошла к ближайшему замшелому дереву и прошептала в мох всё, что думала о способах доставки старого проказливого лешего.
За телегой пришлось тащиться пешком, ибо чаны заняли все пространство. Дорога была пыльной и утомительной, совсем не такой уютной, как мягкие мшистые корни. Уже к концу первого дня у меня жутко болели колени, и я ныла, умоляя остановиться. Мальчишка уступил мне место возницы, а сам взял за уздцы одну из лошадок и повел ее за собой.
Парни шли рядом и оживлённо обсуждали приключения, а Вовка наперебой пугал возницу сказками о болотных тварях, которые, разумеется, видел только он. Я же просто сидела, боясь согнуть ноги.
Так и прошли утомительные шесть дней. Ночевали у костра, каждый отдельно. Телега же была полностью занята загадочными чанами.
К ночи седьмого дня мы наконец добрались до деревни. Чаны были оставлены у входа в рыбацкий домик. Вовка согласился оплатить мальчонке-вознице дополнительное время. Все были голодны и измучены. Я, еле переставляя ноги, вползла в домик и замерла от удивления.
Скромное обиталище преобразилось в настоящий дом. Появились шкафчики и полочки, на столе красовалась красивая скатерть, окно было отворено, вымыто и украшено занавесками. На полу уютно расположился половик из разноцветных лоскутков ткани, искусно переплетенных между собой. А печь была растоплена, и из нее доносился аппетитный запах чего-то съестного.
— Ах, ты уже вернулась, — как-то без радости встретил меня рыбак.
— Бороник, ты чего? Женщину себе нашел, а я мешаю? Не волнуйся, я только отдохну и найду себе другое пристанище… — нахмурилась я.
— Да нет, дочка, женщину я действительно нашел. Заботливая она и хорошая. Да кто бы был против жить вместе, просто не вовремя ты приехала. Задержалась бы еще на день в своем путешествии… Но тебя уже видели в деревне, — поник он.
— Ничего не понимаю, что происходит-то? — всплеснула я руками.
— Открыть! Именем короля! — проревел в распахнутую дверь коренастый мужик, облаченный в коричневый мундир, увенчанный нелепой шапкой.
— Так вроде открыто, любезный, не видно, что ли? — осведомилась я, приподняв бровь.
Он, словно споткнувшись о собственные слова, просочился внутрь без приглашения.
— Вам, как незамужней особе, надлежит немедля явиться во дворец его величества Калротоса Второго для участия в ритуале выбора невесты, — отчеканил он. — Карета заложена, лишь вас и дожидается.
— Всех девок по деревням пособирали, она-то вам зачем? Ни магией не владеет, да и годами не юна, — проворчал Бороник, исподлобья глядя на незваного гостя.
— Таков приказ. Поехали, — служивый попытался схватить меня за руку.
— Постойте, дайте дух перевести. Что вы за звери, в такую ночь глядя? Завтра с утра поеду. Собраться надо, поспать, умыться, в конце концов.
— Во дворце отоспитесь, там же и отмоют, — не дрогнув и глазом, отрезал коричневый солдатик.
— Дайте хоть с Бороником попрощаться, вещи собрать, — я попыталась выдавить слезу, давя на жалость этому чурбану, активно жалея себя для большей убедительности.
— Я постою тут и подожду, но недолго. Поторопитесь, пожалуйста, — смирился наконец служивый и, прикрыв за собой дверь, оставил нас наедине.
— Бороник, не знаю, чего ты там переживаешь, но сейчас не время нюни распускать. Женщине твоей привет передавай. Нравится она мне заочно. Дом в порядок привела, молодец. Да и ты человеком стал выглядеть.
— Это ты виновата, какой-то конкурс хозяюшек придумала, теперь у нас в деревне что ни день — то праздник, — расцвел Бороник в улыбке.
— Ага, но времени нет. Слушай внимательно. Я тебе сейчас рецепты надиктую, а ты записывай. Будешь эти закуски возить с пареньком-возничим, у Вонивека спросишь, у которого именно, он-то знает, да и дорогу покажет. В оплату будешь забирать чаны с ряской у лешего. Первую партию подари в деревне самой трудолюбивой семье, что на полях старается. Остальную продавай, но смотри не продешеви. Как закончится — езжай на болота за новой. Сами с лешим договоритесь об оплате.
— С лешим?! — Бороник охрип от изумления.
— С лешим. Приедешь к болоту, увидишь первое болотное дерево, в него прошепчи, что приехал от меня и закуски привез, и жди. Он сам к тебе придет. Не бойся его, попроси, чтобы не пугал. Привет от меня передай.
Бороник извлек откуда-то деревянную дощечку и листок серо-коричневой бумаги, приготовившись записывать углем рецепт. Руки его дрожали, но он сравлялся с собой. А я, не теряя ни минуты, собирала свои нехитрые пожитки в спасительный рюкзачок.
— Привет Вонивеку передай, как увидишь, и племяннику своему спасибо скажи. С хорошим человеком он меня познакомил, — я чмокнула Бороника в выбритую щеку и направилась к двери. — До свидания.
— До свидания, — пробормотал Бороник, украдкой утирая слезу, и проводил меня взглядом.
— Как звать-то тебя? — поинтересовался служивый, конвоируя меня к повозке, набитой девицами.
— Лида, а вас?
— А тебе знать не положено, — усмехнулся солдафон и вписал мое имя в замызганный свиток.
— А обращаться-то к вам как? Или просто мужиком кликать?
— Ох, и языкастая ты, — ухмыльнулся он гадко. — Таких я люблю. Вот король наш себе невесту выберет, а я тебя у него в жены выпрошу.
— Да на что я вам? Ни магией не блещу, да и не молода…
— Я найду, на что, — как-то недобро пообещал он.
Втиснувшись со своим рюкзаком в "карету", оказавшуюся жалкой телегой под драным тентом, я обнаружила там трех перепуганных девчушек. И четырнадцати им, кажется, не было. Видать, в деревнях рано замуж выдают, вот солдаты кого попало и сгребли.
Напуганные барышни выли в три ручья. У одной свадьба на носу, а перспектива выйти за какого-нибудь вояку, что, видимо, случалось нередко, ее совсем не радовала. У второй связь с матушкой была особая, и покидать родное гнездо она не желала. А третья просто рыдала, поддакивая первым двум.
От усталости я заснула прямо под их завывания. Проснулась от грубого крика над ухом.
— Кого ты привез?! Одна старая и без магии, три другие — дети малые! У меня дочери столько же, а ты их замуж собрался?! Дурак совсем!
— Кого нашли, того и привез, других не было, — оправдывался осоловелый солдафон.
— Ладно, для отчетности вытаскивай старую, а остальных за свой счет в деревню вернешь! Все понял?! — орал во все горло мужик в коричневой форме с алыми полосками на груди.
— Понял, ваше благородие! — браво козырнул солдат и поволок меня из телеги.
Я еле держалась на ногах, мир вокруг качался и расплывался.
— Эту берите! — снова проорал "ваше благородие".
Я аж дернулась от его истеричного голоса. Тут меня подхватила под руки какая-то худощавая женщина и потащила в здание. Там меня накормили, дали отоспаться и даже позволили помыться в корыте, изображавшем ванну. Расчесав мои волосы и облачив в мое же платье, женщина ушла, пообещав, что за мной придут.
Я сидела на лавке, чувствуя под пальцами чистую ткань, и пыталась поймать дыхание. После ночи разговоров с Утхаррой всё внутри уже было готово: в деревню я не вернусь. Дом Бороника — милое, но законченное приключение. Назад дороги нет.
Страшнее всего была перспектива оказаться женой того улыбчивого солдата, что обещал «найти, на что я ему пригожусь». Меня подташнивало от одной мысли. Но паниковать сейчас было бесполезно.
Решать буду по мере поступления, — сказала я себе.
Из письма присланного главному инквизитору культа Мерида Священного полуострова Бикайн.
В ночь Ритуала Алавии “избранной” назначена немагичка без рода и без страха. Речь груба, эльфийский лучше, чем общий. По записи изъятия, пустынник, но наречия не признает. Возможно ведьма. На благодарение не пошла. На короля смотрит как на равного.
Тем же вечером меня проводили в зал, где собрались девицы разных сословий и наружности. Богачки и аристократки держались особняком. Кто-то уверенно твердил, что это "ее судьба", кто-то тихонько плакал в уголке.
В центр зала выступил пластичный мужчина с мелодичным голосом и предложил нам следовать за ним. Процессия двинулась на выход и через цветущий сад направилась к зданию, напоминающему эльфийский храм. Только было оно чуть больше и менее вычурное.
Звучали невнятные песнопения, а воздух был пропитан странным запахом. Из-за плотной стены кринолинов, образованной взволнованными дамами, в центре зала ничего не было видно. Не желая пробиваться сквозь этот озлобленный рой, я просто прислонилась к прохладной стене храма, закрыла глаза, пытаясь хоть как-то собрать мысли о будущем. Но в голове роились обрывочные, бредовые образы, и почему-то все чаще всплывала в памяти ночь с орком… мысль о замужестве уже не казалась такой уж и дикой.
Я не заметила, как стих хор, но почувствовала, что воздух стал свежее, дышать легче. Открыла глаза и утонула в тысяче взглядов, устремленных на меня.
"Так вот о чем говорила травница… и что теперь делать?" – пронеслось в голове, но я не шевелилась.
– Боги сделали свой выбор! – провозгласил громкий голос. Мужчина в вычурном пурпурно-золотом одеянии схватил меня за руку и потащил к королю.
В том, что это король, не оставалось сомнений. На его голове сияла золотая конструкция, а количество украшений на груди превосходило всякое воображение. Король взял мою руку и одарил холодной улыбкой. Я же пыталась одновременно разглядеть его лицо в полумраке и судорожно вспомнить его имя.
– Вы должны сказать: "Благодарю богов за их выбор", – прошептал неизвестный мужской голос у моего уха.
– Спасибо, – пожала я плечами.
Вокруг пронесся шепот. Какая-то дама эффектно рухнула в обморок, привлекая к себе внимание.
– Вас что, не обучили, как вести себя на ритуале выбора невесты? – процедил сквозь зубы король, все еще сохраняя натянутую улыбку.
– Нет.
– Вам же лет двадцать пять, как такое возможно?
– Об этом мы сможем поговорить наедине, – прервала я его допрос.
– Пойдемте, – король потянул меня за собой, важно вышагивая впереди процессии. Следом плелись какие-то люди, которых я не могла разглядеть.
На пороге дворца нас встретила другая процессия. Мужчина лет тридцати с дамой, державшей на руках мальчика лет шести. Он был одет почти так же, как король, но без короны, а рядом красовалась расфуфыренная девица лет двадцати с диадемой на голове. Чуть поодаль стояла пара в коронах попроще, но они были нелепо одеты в меха, что казалось странным в такую теплую погоду. За ними тоже стояли люди, но в дверном проеме их было трудно разглядеть.
– Я рад за вас, Ваше Величество, и сердечно поздравляю с удачной помолвкой! – поклонился мужчина. Женщина рядом с ним присела в реверансе, удерживая ребенка на руках.
– Папенька, я так за вас рада! – расфуфыренная девица повисла на короле, вынуждая его отпустить мою руку.
Из-за ее спины вынырнула женщина в мехах и оттащила девицу от короля.
– Братец, я так за тебя счастлива! – воскликнула она, осыпая короля поцелуями, а затем крепко обняла меня. – И за тебя, милочка, теперь у меня есть новая сестрица!
Водоворот поздравлений уже порядком утомил меня, и заметив, как моя фигурка невольно обмякла, повиснув на руке короля, который стоически выдерживал это испытание, меховая дамочка подхватила меня под руку и потащила куда-то, заявив безапелляционным тоном: "Сестра не должна быть так одета!"
– Дорогуша, я понимаю, вы испытываете шок, стать шестой женой великолепного Калротоса Второго, короля Фарготии, – это неимоверное счастье, но возьмите себя в руки. Нам еще ужинать вместе. Сейчас мы приведем вас в порядок, оденем как полагается, немного подкрасим, – суетилась она, отдавая распоряжения слугам, которые еле поспевали за нами по коридору.
Вскоре мы оказались в огромном помещении, больше напоминающем бальный зал, нежели спальню. Меня на скорую руку переодели в наряд, соответствующий, по мнению дамы, моменту, расчесали и попытались нанести макияж. Однако мои угрозы расправы над нарядом и прической возымели действие, и меня оставили в покое.
– Да я смотрю, у вас настоящие королевские замашки, – обрадовалась дамочка, – вы прямо как мой брат, строги с прислугой.
Я не хотела наживать врагов в лице этой особы, по крайней мере, пока, поэтому предпочла молчать. Удовлетворившись моим внешним видом, она вывела меня обратно в коридор, попутно избавившись от мехов.
– Упрела! Уже привыкла жить на севере, там без мехов никуда, отморозишь себе все. Да и это официальный королевский наряд. Приезжайте после свадьбы к нам, я вас накормлю настоящим варгеровским мясом, мы съездим на охоту и будем купаться в горячих источниках – это очень омолаживает, – не умолкала она ни на минуту.
– Я так рада, что у брата наконец будет богоизбранная супруга, а значит, будут детки, которые унаследуют трон. Уверена, первенец будет мальчик, а у меня родилась такая замечательная девочка полгода назад. Мы обязательно их поженим! А вот и мы пришли, присаживайтесь возле своего будущего супруга, – указала она на место в центре огромного стола.
Я с натянутой улыбкой направилась к королю и, сломав пару костей в юбке, с хрустом опустилась в кресло.
– Не напивайтесь, пожалуйста, мне нужно с вами сегодня же поговорить, – прошептала королю на ухо.
– Поговорим после свадьбы, – отрезал король сквозь зубы и нарочито сделал большой глоток из своего бокала.
– Тогда я объявляю голодовку! – прошипела я ему в ответ. – И на свадьбу вы получите полуживую или мертвую жену.
Король сделал вид, что не услышал моих угроз, и повернулся к расфуфыренному чуду в розовом платье, сидевшему по другую сторону от него. Мне же оставалось лишь развлекать себя осмотром окружающих.
– Вот еще скажешь тоже, – леший аж зарделся и как-то приободрился. – Старый я для тебя, мне почти тысяча лет, а тебе и пятидесяти нет. Я понимаю, люди недолго живут, лет двести, если магией балуются. А ты и подавно лет сто проживешь. Но всё равно между нами – пропасть.
— Ну не могу я тебя воспринимать всерьез с такой бородой, ну никак. А можно я тебя Малфурионом называть буду? Так проще запомнить. Если честно, я твое имя уже выкинула из головы, — сконфуженно пробормотала я.
— Зови, почему бы и нет. Вполне уместно, — согласился он.
— Ну, тогда я спать, еще дня два идти. Встретимся у телеги. Ряску не забудь.
— Хорошо, иди высыпайся, — отпустил он меня, удаляясь в лес, напевая под нос "Блоу кисс! фаир ган! ви нид самван ту лин он".
Глава 25. Приказ сверху или невеста по разнарядке
Циркуляр №47/В. Канцелярия Дворца Фарготии. Статус: внутренний.
К ритуалу Выбора невесты представить не менее четырёх (4) незамужних кандидаток из каждого участка. Предпочтение: годные к деторождению, без явных увечий, без долговых отметин. Магический дар желателен, но не обязателен.
Последующие два дня мы с Вовкой брели по дороге и вышли из болота чуть южнее, чем планировали. Но тут у него будто проснулся внутренний компас, и он потянул меня в сторону оставленной телеги. В ней уже лежали странные деревянные чаны, накрытые плотными, словно ладонь, листьями.
Мальчишка-возница дёргал глазом и слегка заикался. Он сообщил, что приходил «сияющий маг» и велел доставить чаны в деревню, прямо ко мне домой. Успокаивая перепуганного ребёнка, я подошла к ближайшему замшелому дереву и прошептала в мох всё, что думала о способах доставки старого проказливого лешего.
За телегой пришлось тащиться пешком, ибо чаны заняли все пространство. Дорога была пыльной и утомительной, совсем не такой уютной, как мягкие мшистые корни. Уже к концу первого дня у меня жутко болели колени, и я ныла, умоляя остановиться. Мальчишка уступил мне место возницы, а сам взял за уздцы одну из лошадок и повел ее за собой.
Парни шли рядом и оживлённо обсуждали приключения, а Вовка наперебой пугал возницу сказками о болотных тварях, которые, разумеется, видел только он. Я же просто сидела, боясь согнуть ноги.
Так и прошли утомительные шесть дней. Ночевали у костра, каждый отдельно. Телега же была полностью занята загадочными чанами.
К ночи седьмого дня мы наконец добрались до деревни. Чаны были оставлены у входа в рыбацкий домик. Вовка согласился оплатить мальчонке-вознице дополнительное время. Все были голодны и измучены. Я, еле переставляя ноги, вползла в домик и замерла от удивления.
Скромное обиталище преобразилось в настоящий дом. Появились шкафчики и полочки, на столе красовалась красивая скатерть, окно было отворено, вымыто и украшено занавесками. На полу уютно расположился половик из разноцветных лоскутков ткани, искусно переплетенных между собой. А печь была растоплена, и из нее доносился аппетитный запах чего-то съестного.
— Ах, ты уже вернулась, — как-то без радости встретил меня рыбак.
— Бороник, ты чего? Женщину себе нашел, а я мешаю? Не волнуйся, я только отдохну и найду себе другое пристанище… — нахмурилась я.
— Да нет, дочка, женщину я действительно нашел. Заботливая она и хорошая. Да кто бы был против жить вместе, просто не вовремя ты приехала. Задержалась бы еще на день в своем путешествии… Но тебя уже видели в деревне, — поник он.
— Ничего не понимаю, что происходит-то? — всплеснула я руками.
— Открыть! Именем короля! — проревел в распахнутую дверь коренастый мужик, облаченный в коричневый мундир, увенчанный нелепой шапкой.
— Так вроде открыто, любезный, не видно, что ли? — осведомилась я, приподняв бровь.
Он, словно споткнувшись о собственные слова, просочился внутрь без приглашения.
— Вам, как незамужней особе, надлежит немедля явиться во дворец его величества Калротоса Второго для участия в ритуале выбора невесты, — отчеканил он. — Карета заложена, лишь вас и дожидается.
— Всех девок по деревням пособирали, она-то вам зачем? Ни магией не владеет, да и годами не юна, — проворчал Бороник, исподлобья глядя на незваного гостя.
— Таков приказ. Поехали, — служивый попытался схватить меня за руку.
— Постойте, дайте дух перевести. Что вы за звери, в такую ночь глядя? Завтра с утра поеду. Собраться надо, поспать, умыться, в конце концов.
— Во дворце отоспитесь, там же и отмоют, — не дрогнув и глазом, отрезал коричневый солдатик.
— Дайте хоть с Бороником попрощаться, вещи собрать, — я попыталась выдавить слезу, давя на жалость этому чурбану, активно жалея себя для большей убедительности.
— Я постою тут и подожду, но недолго. Поторопитесь, пожалуйста, — смирился наконец служивый и, прикрыв за собой дверь, оставил нас наедине.
— Бороник, не знаю, чего ты там переживаешь, но сейчас не время нюни распускать. Женщине твоей привет передавай. Нравится она мне заочно. Дом в порядок привела, молодец. Да и ты человеком стал выглядеть.
— Это ты виновата, какой-то конкурс хозяюшек придумала, теперь у нас в деревне что ни день — то праздник, — расцвел Бороник в улыбке.
— Ага, но времени нет. Слушай внимательно. Я тебе сейчас рецепты надиктую, а ты записывай. Будешь эти закуски возить с пареньком-возничим, у Вонивека спросишь, у которого именно, он-то знает, да и дорогу покажет. В оплату будешь забирать чаны с ряской у лешего. Первую партию подари в деревне самой трудолюбивой семье, что на полях старается. Остальную продавай, но смотри не продешеви. Как закончится — езжай на болота за новой. Сами с лешим договоритесь об оплате.
— С лешим?! — Бороник охрип от изумления.
— С лешим. Приедешь к болоту, увидишь первое болотное дерево, в него прошепчи, что приехал от меня и закуски привез, и жди. Он сам к тебе придет. Не бойся его, попроси, чтобы не пугал. Привет от меня передай.
Бороник извлек откуда-то деревянную дощечку и листок серо-коричневой бумаги, приготовившись записывать углем рецепт. Руки его дрожали, но он сравлялся с собой. А я, не теряя ни минуты, собирала свои нехитрые пожитки в спасительный рюкзачок.
— Привет Вонивеку передай, как увидишь, и племяннику своему спасибо скажи. С хорошим человеком он меня познакомил, — я чмокнула Бороника в выбритую щеку и направилась к двери. — До свидания.
— До свидания, — пробормотал Бороник, украдкой утирая слезу, и проводил меня взглядом.
— Как звать-то тебя? — поинтересовался служивый, конвоируя меня к повозке, набитой девицами.
— Лида, а вас?
— А тебе знать не положено, — усмехнулся солдафон и вписал мое имя в замызганный свиток.
— А обращаться-то к вам как? Или просто мужиком кликать?
— Ох, и языкастая ты, — ухмыльнулся он гадко. — Таких я люблю. Вот король наш себе невесту выберет, а я тебя у него в жены выпрошу.
— Да на что я вам? Ни магией не блещу, да и не молода…
— Я найду, на что, — как-то недобро пообещал он.
Втиснувшись со своим рюкзаком в "карету", оказавшуюся жалкой телегой под драным тентом, я обнаружила там трех перепуганных девчушек. И четырнадцати им, кажется, не было. Видать, в деревнях рано замуж выдают, вот солдаты кого попало и сгребли.
Напуганные барышни выли в три ручья. У одной свадьба на носу, а перспектива выйти за какого-нибудь вояку, что, видимо, случалось нередко, ее совсем не радовала. У второй связь с матушкой была особая, и покидать родное гнездо она не желала. А третья просто рыдала, поддакивая первым двум.
От усталости я заснула прямо под их завывания. Проснулась от грубого крика над ухом.
— Кого ты привез?! Одна старая и без магии, три другие — дети малые! У меня дочери столько же, а ты их замуж собрался?! Дурак совсем!
— Кого нашли, того и привез, других не было, — оправдывался осоловелый солдафон.
— Ладно, для отчетности вытаскивай старую, а остальных за свой счет в деревню вернешь! Все понял?! — орал во все горло мужик в коричневой форме с алыми полосками на груди.
— Понял, ваше благородие! — браво козырнул солдат и поволок меня из телеги.
Я еле держалась на ногах, мир вокруг качался и расплывался.
— Эту берите! — снова проорал "ваше благородие".
Я аж дернулась от его истеричного голоса. Тут меня подхватила под руки какая-то худощавая женщина и потащила в здание. Там меня накормили, дали отоспаться и даже позволили помыться в корыте, изображавшем ванну. Расчесав мои волосы и облачив в мое же платье, женщина ушла, пообещав, что за мной придут.
Я сидела на лавке, чувствуя под пальцами чистую ткань, и пыталась поймать дыхание. После ночи разговоров с Утхаррой всё внутри уже было готово: в деревню я не вернусь. Дом Бороника — милое, но законченное приключение. Назад дороги нет.
Страшнее всего была перспектива оказаться женой того улыбчивого солдата, что обещал «найти, на что я ему пригожусь». Меня подташнивало от одной мысли. Но паниковать сейчас было бесполезно.
Решать буду по мере поступления, — сказала я себе.
Глава 26. Корона вместо свободы
Из письма присланного главному инквизитору культа Мерида Священного полуострова Бикайн.
В ночь Ритуала Алавии “избранной” назначена немагичка без рода и без страха. Речь груба, эльфийский лучше, чем общий. По записи изъятия, пустынник, но наречия не признает. Возможно ведьма. На благодарение не пошла. На короля смотрит как на равного.
Тем же вечером меня проводили в зал, где собрались девицы разных сословий и наружности. Богачки и аристократки держались особняком. Кто-то уверенно твердил, что это "ее судьба", кто-то тихонько плакал в уголке.
В центр зала выступил пластичный мужчина с мелодичным голосом и предложил нам следовать за ним. Процессия двинулась на выход и через цветущий сад направилась к зданию, напоминающему эльфийский храм. Только было оно чуть больше и менее вычурное.
Звучали невнятные песнопения, а воздух был пропитан странным запахом. Из-за плотной стены кринолинов, образованной взволнованными дамами, в центре зала ничего не было видно. Не желая пробиваться сквозь этот озлобленный рой, я просто прислонилась к прохладной стене храма, закрыла глаза, пытаясь хоть как-то собрать мысли о будущем. Но в голове роились обрывочные, бредовые образы, и почему-то все чаще всплывала в памяти ночь с орком… мысль о замужестве уже не казалась такой уж и дикой.
Я не заметила, как стих хор, но почувствовала, что воздух стал свежее, дышать легче. Открыла глаза и утонула в тысяче взглядов, устремленных на меня.
"Так вот о чем говорила травница… и что теперь делать?" – пронеслось в голове, но я не шевелилась.
– Боги сделали свой выбор! – провозгласил громкий голос. Мужчина в вычурном пурпурно-золотом одеянии схватил меня за руку и потащил к королю.
В том, что это король, не оставалось сомнений. На его голове сияла золотая конструкция, а количество украшений на груди превосходило всякое воображение. Король взял мою руку и одарил холодной улыбкой. Я же пыталась одновременно разглядеть его лицо в полумраке и судорожно вспомнить его имя.
– Вы должны сказать: "Благодарю богов за их выбор", – прошептал неизвестный мужской голос у моего уха.
– Спасибо, – пожала я плечами.
Вокруг пронесся шепот. Какая-то дама эффектно рухнула в обморок, привлекая к себе внимание.
– Вас что, не обучили, как вести себя на ритуале выбора невесты? – процедил сквозь зубы король, все еще сохраняя натянутую улыбку.
– Нет.
– Вам же лет двадцать пять, как такое возможно?
– Об этом мы сможем поговорить наедине, – прервала я его допрос.
– Пойдемте, – король потянул меня за собой, важно вышагивая впереди процессии. Следом плелись какие-то люди, которых я не могла разглядеть.
На пороге дворца нас встретила другая процессия. Мужчина лет тридцати с дамой, державшей на руках мальчика лет шести. Он был одет почти так же, как король, но без короны, а рядом красовалась расфуфыренная девица лет двадцати с диадемой на голове. Чуть поодаль стояла пара в коронах попроще, но они были нелепо одеты в меха, что казалось странным в такую теплую погоду. За ними тоже стояли люди, но в дверном проеме их было трудно разглядеть.
– Я рад за вас, Ваше Величество, и сердечно поздравляю с удачной помолвкой! – поклонился мужчина. Женщина рядом с ним присела в реверансе, удерживая ребенка на руках.
– Папенька, я так за вас рада! – расфуфыренная девица повисла на короле, вынуждая его отпустить мою руку.
Из-за ее спины вынырнула женщина в мехах и оттащила девицу от короля.
– Братец, я так за тебя счастлива! – воскликнула она, осыпая короля поцелуями, а затем крепко обняла меня. – И за тебя, милочка, теперь у меня есть новая сестрица!
Водоворот поздравлений уже порядком утомил меня, и заметив, как моя фигурка невольно обмякла, повиснув на руке короля, который стоически выдерживал это испытание, меховая дамочка подхватила меня под руку и потащила куда-то, заявив безапелляционным тоном: "Сестра не должна быть так одета!"
– Дорогуша, я понимаю, вы испытываете шок, стать шестой женой великолепного Калротоса Второго, короля Фарготии, – это неимоверное счастье, но возьмите себя в руки. Нам еще ужинать вместе. Сейчас мы приведем вас в порядок, оденем как полагается, немного подкрасим, – суетилась она, отдавая распоряжения слугам, которые еле поспевали за нами по коридору.
Вскоре мы оказались в огромном помещении, больше напоминающем бальный зал, нежели спальню. Меня на скорую руку переодели в наряд, соответствующий, по мнению дамы, моменту, расчесали и попытались нанести макияж. Однако мои угрозы расправы над нарядом и прической возымели действие, и меня оставили в покое.
– Да я смотрю, у вас настоящие королевские замашки, – обрадовалась дамочка, – вы прямо как мой брат, строги с прислугой.
Я не хотела наживать врагов в лице этой особы, по крайней мере, пока, поэтому предпочла молчать. Удовлетворившись моим внешним видом, она вывела меня обратно в коридор, попутно избавившись от мехов.
– Упрела! Уже привыкла жить на севере, там без мехов никуда, отморозишь себе все. Да и это официальный королевский наряд. Приезжайте после свадьбы к нам, я вас накормлю настоящим варгеровским мясом, мы съездим на охоту и будем купаться в горячих источниках – это очень омолаживает, – не умолкала она ни на минуту.
– Я так рада, что у брата наконец будет богоизбранная супруга, а значит, будут детки, которые унаследуют трон. Уверена, первенец будет мальчик, а у меня родилась такая замечательная девочка полгода назад. Мы обязательно их поженим! А вот и мы пришли, присаживайтесь возле своего будущего супруга, – указала она на место в центре огромного стола.
Я с натянутой улыбкой направилась к королю и, сломав пару костей в юбке, с хрустом опустилась в кресло.
– Не напивайтесь, пожалуйста, мне нужно с вами сегодня же поговорить, – прошептала королю на ухо.
– Поговорим после свадьбы, – отрезал король сквозь зубы и нарочито сделал большой глоток из своего бокала.
– Тогда я объявляю голодовку! – прошипела я ему в ответ. – И на свадьбу вы получите полуживую или мертвую жену.
Король сделал вид, что не услышал моих угроз, и повернулся к расфуфыренному чуду в розовом платье, сидевшему по другую сторону от него. Мне же оставалось лишь развлекать себя осмотром окружающих.
