— Это немного другое. У некоторых магов есть способность менять облик за счет своей внутренней силы. Тут уж кому как: кому-то нравится экспериментировать с внешностью, а кто-то бережет силу, не тратя ее на такие с их точки зрения пустяки. Таксисту нравится шокировать людей своим видом, всякие ирокезы и татушки — это семечки. Если бы я мог наводить иллюзию внешности за счет внутреннего резерва, я бы так и сделал. Но у меня совсем другая специальность.
— По-моему, более полезная, — слегка подлизалась я. Хотя, почему подлизалась? Ведь открывать и закрывать порталы куда более круто, чем изображать из себя подростка-неформала… И спохватилась:
— А тебе точно-преточно не попадет?
— Точно, — повторил муж.
— Я хотела спросить — почему? Ведь, наверное, в порталы не разрешено проходить кому попало?
— Да, конечно, активность магических переходов по большей части контролируется, а вот для стихийных порталов это отследить тяжело. Можно засечь саму активность, а кто успел пройти и куда — уже попробуй найди.
Я уже начала уяснять для себя разницу между порталом и переходом, поэтому спросила:
— Но ведь я нелегально зашла в твой переход?
— Да, это не приветствуется, но ничего страшного нет. Если бы по моей оплошности кто-то пострадал, тогда да, было бы разбирательство.
— И они, ну, начальство твое — совсем не заметили, что я не из этого мира?
— А с чего им подозревать это? На работе в курсе, что я недавно женился.
— А… — я словно ступала по минному полю, — на работе-то что сказали по поводу твоей перемены внешности?
— А что тут скажешь, — в голосе Эда снова появились нотки какой-то тоскливой обреченности, — сходил к штатному специалисту по проклятиям, он подтвердил, данные занесли в личное дело.
— А как снять, он не знает? — уточнила я.
— Да нет, тут нужны спецы покруче, — в голосе мужа послышалась странная обреченность.
— А я думала, у вас крутая организация, — немного разочарованно сказала я.
— Нет, мы не секретные агенты по спасению мира, — усмехнулся Эд, — обычная государственная контора с узкой специализацией. Платят неплохо, но хороший специалист по проклятиям найдет место и получше.
— А к хорошему ты ходил?
— Ходил, — вздохнул Эд.
Блин, как клещами вытаскиваю. Я уже заметила, что Эда довольно легко развести на откровенность, но только если это не касается его успешности. Он совершенно не приучен говорить о своих проблемах, словно всегда обязан быть суперуспешным, суперздоровым и суперсчастливым. Настоящим мужиком, короче.
— Я имела в виду: что он тебе сказал? Эд, ну пойми, ты вот вырос в мире, где магия в каждой булочке хлеба! Небось у вас в школе ее преподают. А я вот ничего не знаю, мне совершенно не очевидно, что такое магическое проклятье и с чем его едят. То есть как его снимают, — выпалила я.
— Извини, — в который раз покаялся Эд. — Специалист сказал, что снять он не сможет…
— Интересные дела! — перебила я, хотя только что требовала подробного рассказа. — А кто сможет?
— Возможно, тот, кто наложил.
— Лейна?!
— Ты знаешь, тот маг, к которому я обратился, сказал, что впервые сталкивается с таким вариантом проклятья. То есть, оно не типовое, а авторское. И кто его наложил, скрыто, хотя обычно можно заметить ауру проклинавшего.
— А твоя бывшая невеста — такой крутой маг?
— Да нет… — растерялся Эд. — По крайней мере, способностей к проклятиям у нее раньше точно не было, и маловероятно, что они у нее проснулись недавно, а Лейна от меня это успешно скрывала.
— Но тогда смотри: если она пошла к какому-то крутому магу и заплатила ему, это должно стоить очень дорого. Какое-то хитросплетенное проклятье, уникальное, скрывающее личность заказчика… У Лейны были такие деньги?
— Вообще-то ты права, — наморщил лоб Эд, — это должно быть недешево. Только, раз уж ты хотела подробностей, ауру заказчика скрывают всегда, иначе смысл проклинать? Проклятый пойдет к специалисту, тот определит зложелателя, и обиженный подкараулит заказчика в темном углу или попросит наложить ответное.
— И как же тогда быть? Как вообще их накладывают?
— Тебе опять лекцию? — усмехнулся Эд.
— Можно и лекцию, — я устроилась поудобнее, подперла щеку локтем, а то уж больно голова клонилась к подушке, раз уж мягкое Эдово плечо мне сейчас не светит…
— А ты не заснешь? — Эд, как часто бывало, чувствовал меня, словно видел насквозь.
Впрочем, может, и видел — ну не насквозь, но в комнате уже светало. По крайней мере, Эд стыдливо потянул на себя второе одеяло.
— Засну, — вздохнула я, устроив все же голову на подушку. — Но ты начинай, а завтра продолжим с того места, на котором я заснула.
Эд негромко хмыкнул и ласково провел рукой по моей щеке. Я зевнула, до чего убаюкивающим было это прикосновение.
— Какая-то не очень веселая сказка на ночь получается, — прошептал Эд, целуя меня в висок. — Давай отдыхай, милая, у вас говорят, что утро вечера мудренее.
— Это вас… на кур… на курса-ах так учили? — отчаянно зевая, попыталась пошутить я. – А что, у вас говорят по-другому?
— У нас говорят: «Хорошее утро и дурная весть не испортит». Спи, Лен, тебе отдых нужен.
— А тебе на работу завтра?
— Нет, если никаких нештатных ситуаций не будет.
— А… охранником? Там вообще не замечают, что ли, работаешь ты или в другом мире на… на-аходишься?
— И охранником не надо, — Эд тоже, заразившись от меня, зевнул. — Завтра, Лен. Завтра я тебе все расскажу.
— Учти… Не отста-ахну, — сонным голосом пригрозила я и отрубилась.
Несмотря на то, что отключилась я под утро, проснулась я где-то в десять часов и, удивительное дело, не одна! Муженек посапывал рядом — ну как рядом: уполз к самой стеночке, отвернулся и замотался в одеяло. Честно говоря, был большой соблазн потихонечку стащить с него это самое одеяло, но не стала. И так, наверное, будет в глаза смотреть стесняться после моих приставаний.
Я ведь на самом деле вчера вцеплялась в него не потому, что воспылала страстью к коротышечкам-толстячкам. Просто все мои тревоги — за исход собеседования, за Эда, за себя в темном лесу, — искали выхода. А тут мой нечаянный супруг, который вовремя пришел на помощь, успокоил, обогрел и накормил. Кстати, есть-то как хочется! Бутербродов, съеденных на Эдовой работе, и вечернего чаю с алкоголем было маловато.
Я встала и отправилась в душ, попутно размышляя о том, как нам быть дальше. Пока что я нахожусь в другом мире, и вряд ли здесь есть связь с моим. Только бы не позвонили с моей новой работы! Вдруг подумают, что я необязательный сотрудник? Или мы сейчас отправимся обратно в родной мир? Ладно, пока приготовлю завтрак и только тогда пойду Эда будить.
Правда, с завтраком я погорячилась. В холодильнике обнаружился подвявший огурец и склизкая сосиска, а в морозилке — огромный ком залежалых слипшихся пельменей. Ни хлеба, ни печенек, ни шоколадки какой-нибудь.
Желудок требовательно заурчал. Испорченные продукты я выбросила, затем поставила чайник, решив использовать вчерашние чайные пакетики, а потом уже отправиться на поиски продуктового магазина. Села у стола, откинулась спиной на стенку, буквально заставила себя думать.
Но мысли блуждали, перескакивая на всякие ночные развлечения. Ох, и хорош все-таки Эд. Интересно, почему он вчера так рьяно меня отталкивал? Я же была в таком состоянии, что не обратила бы внимания на его внешность. Или, может, у него из-за проклятья предмет мужской гордости превратился в пельмешку? Тогда лучше к нему вообще не приставать — от стыда умрет...
Чайник закипел, а я не заметила, осененная внезапной идеей: ведь я же в родном мире Эда! Это мой шанс найти его мать и поговорить с ней. И хотя меня несколько пугало знакомство со свекровью (вдруг она такая строгая, что я не дотяну до ее стандартов идеальной невестки?), я решила ненавязчиво расспросить Эда о его прошлом.
— Лен, чайник, — подал голос из комнаты Эд.
— Ага, — я выключила плиту и заглянула в комнату. Ну кто бы мог подумать, конечно же, супруг был уже одет и намеревался удрать в ванную.
— Чай будешь? Я тут у тебя даже кофе не нашла.
— А? Да ты не беспокойся, пошли в кафе позавтракаем. Тут у меня довольно голодно, я продуктов не закупал.
— Ладно, в кафе так в кафе, — покладисто согласилась я. Супер! А то чай один сейчас пить — только желудок раздражать попусту.
Только, блин, надеть мне было нечего. Идти в старой Эдовой футболке и шортах? В рваной блузке? В штанах сослуживца мужа? Да уж, выбор что надо.
Эд управился быстро. Заметив мой прикид, покраснел:
— Ой, точно! Тебе же нечего надеть!
— Я голодная, — жалобно сказала я. — Давай надену тогда Лейнины вещи, тут не до жиру.
— А может… — Эд поскреб в затылке.
— Ну, идти покупать вещи я сейчас не осилю, — хмыкнула я, расстегивая сумку. Там лежала моя заботливо сохраненная юбка, к которой надеть было тем более нечего — не Эдову же футболку?
— Да нет, я имел в виду вот эту штуку, — он протянул мне часы, обычные мужские часы со слегка потрепанным кожаным ремешком.
— Ух ты, мне только часов не хватало для создания стильного образа, — засмеялась я.
— Да нет, это амулет, — объяснил муж. — Помнишь, ты спрашивала, замечают ли в бизнес-центре мои странности в поведении? Так вот, эта штука подавляет критическое мышление окружающим.
— В смысле? — я покосилась на часы с некоторым сомнением.
— Ну, в общем, тех, кто рядом, не волнует, если ты ведешь себя немного странно. Например, если я не уходил с работы после окончания смены, воспринималось как должное. Коллеги думали, что я просто такой суперответственный. Или если ты пойдешь в моих шортах и футболке, все, кто тебя видят, будут думать, что так модно, например. Или что это редкий национальный костюм.
— Что, правда? — я прыснула. Национальный костюм с шортами и футболкой, вау! Не то чтобы я мечтала выйти в люди в таком виде, но есть ужасно хотелось, да и очень было любопытно опробовать магическую штуку. — Ладно, давай уж попробуем.
— А после завтрака пойдем и купим тебе что-то новое, — сказал Эд. — Тебе, наверное, ужасно жалко было порвать новую блузку и испортить туфли. Тебе она очень шла.
Не сыпь мне соль в нирвану… Но сейчас голод был для меня важнее всех симпатичных блузок на свете!
— Давай купим, — я подхватила сумку и, мельком увидев себя в зеркало, не могла не приложить к лицу ладонь. Икона стиля!
Мы вышли из дома, и, действительно, практически за углом нашлось приличное и даже почти пустое кафе. По крайней мере, занят в нем был только один столик — какая-то девушка в очках сидела там с чашкой кофе и книгой.
Там я сразу же вцепилась в меню и сразу же заказала себе две порции блинчиков и чай, а сама продолжила изучать меню. Цены показались мне довольно низкими, но с другой стороны, что я знаю об иностранной валюте? Ладно, я же с Эдом тут сижу, он в жлобстве не замечен.
Заказ нам принесли быстро, и я начала жадно уплетать свою порцию. Ничего вкуснее не ела!
Эд с достоинством ел какой-то небольшой сэндвич. Он-то в отличие от меня, свято соблюдал диету. Эх, а я еще присоединяться собиралась! Но с такой жизнью разве сядешь на диету? Не жизнь, а сплошной стресс!
— Фух, — я довольно откинулась на спинку стула, начисто сметя содержимое своих трех тарелочек — после блинов я еще заказала себе сырники с клубничным вареньем. — Вкуснятина.
— Да, тут готовят вкусно, — согласился Эд, внимательно глядя на меня. Лицо его выражало какое-то непонятное удовольствие.
— Ты чего так смотришь? — спросила я.
— Ты ешь с таким удовольствием… засмотрелся!
— Извращенец, — шутливо проворчала я. И увидев, как вытянулось его лицо, сказала, — шутка же, это шутка!
— А, — расслабился Эд. — Точно, амулет же на тебе. Вот и мне кажется, что ты всерьез…
Я недоумевающе повертела запястьем с часами. Они что, и правда работают? Не в смысле «время показывают», а вот это самое… голову другим дурят?
— Кстати, — вдруг спросил Эд, — а как ты оказалась возле бизнес-центра? Неужели что-то заподозрила и следила за мной?
Меня очень удивил тон вопроса — в нем не было и тени раздражения или наезда, которыми очень грешат всякие неверные мужья. Я бы, наверное, сама обиделась, если за мной следят! Хотя, с точки зрения Эда, может, и логично, — заподозрить, например, мужа в иномирстве и проверить догадку…
— Да нет, я на работу устраивалась, — вздохнула я, с сожалением вспомнив, как шикарно я выглядела на собеседовании.
— О, а я и не знал, — удивился Эд.
— Хотела сюрприз тебе сделать, — призналась я. — А получилось…
— Так тебя взяли?
— Взяли, — я посветлела лицом и тут же заволновалась, — Эд, а тут есть связь с моим родным миром? А то вдруг мне позвонят или что…
— Связь есть, — успокоил меня супруг. — Не везде, но я знаю, как это устроить. Тебе срочно?
— Да не то чтобы, одежда срочнее, — сказала я, еще больше зауважав мужа. Конечно, он все устроит! Так и избаловаться недолго, с такой-то заботой…
Скрипнула дверь, звякнул колокольчик, и в кафе вошла еще одна пара — волосатый-бородатый мужчина в бандане, похожий на байкера, и его подруга, бритая налысо, с пирсингом и в классной джинсовой жилетке. Сидящая за столиком девушка уже отложила книгу и сидела, что-то вдохновенно набрасывая в блокноте. При виде новых посетителей ее глаза загорелись вдохновением.
Такая стильная пара неформалов снова вернула мои мысли к собственному виду.
— Эд, — сказала я. — А где тут у вас недорого одежду прикупить можно?
— Я покажу, — сказал он. — А дорого-недорого… Не переживай на этот счет, я тебя в это втравил, так что позволь в этот раз мне купить тебе новую одежду. Ты ведь прошлую на свои деньги купила.
— Откуда ты знаешь? — я чуть покраснела.
— Оповещение о расходах, — он показал на свой телефон. — Его не было.
— А, ну да, — смутилась я. Правильно, это же так просто! — Давай пойдем тогда скорее, а то амулет амулетом, но мне дико неудобно разгуливать в таком виде по вашей столице!
Эд расплатился по счету, и мы пошли к ближайшей стоянке аренды машины — видимо, что-то вроде каршеринга. Там Эд выбрал какой-то серый кроссовер неизвестной мне иномирской марки и сел на водительское место.
Мы тронулись, и я всю дорогу просто глазела по сторонам, разглядывая незнакомые улицы, площади, магазины, банки, парки… Обещанную лекцию про проклятья пока не требовала — нечего водителя отвлекать, да и интересно на незнакомый город посмотреть! Последний раз я выезжала из родного Зарецка два года назад.
А посмотреть было на что! Пришлось все-таки отвлечь Эда, который как раз притормозил на светофоре. На площади Познанья (так и было написано на табличке — через мягкий знак) стоял удивительный памятник в виде огромного микроскопа. На предметном столике, свесив ноги, сидела девочка с двумя косичками и держала в руках что-то вроде амебы. За ее плечами виднелись другие одноклеточные.
— Ух ты, а кому этот памятник? — не сдержалась я, забыв о своем намерении не отвлекать водителя.
— Лиане Милтон, — ответил Эд, мельком взглянув в окно. — Она изобрела микроскоп.
— Вау! В детстве, что ли? — поразилась я.
— Нет, — засмеялся Эд. — А девочкой ее изобразили, потому что она с детства тянулась к науке.
— Здорово, — я оглянулась на оставшийся позади памятник.
— А у вас кто микроскоп изобрел? — полюбопытствовал Эд.
— По-моему, более полезная, — слегка подлизалась я. Хотя, почему подлизалась? Ведь открывать и закрывать порталы куда более круто, чем изображать из себя подростка-неформала… И спохватилась:
— А тебе точно-преточно не попадет?
— Точно, — повторил муж.
— Я хотела спросить — почему? Ведь, наверное, в порталы не разрешено проходить кому попало?
— Да, конечно, активность магических переходов по большей части контролируется, а вот для стихийных порталов это отследить тяжело. Можно засечь саму активность, а кто успел пройти и куда — уже попробуй найди.
Я уже начала уяснять для себя разницу между порталом и переходом, поэтому спросила:
— Но ведь я нелегально зашла в твой переход?
— Да, это не приветствуется, но ничего страшного нет. Если бы по моей оплошности кто-то пострадал, тогда да, было бы разбирательство.
— И они, ну, начальство твое — совсем не заметили, что я не из этого мира?
— А с чего им подозревать это? На работе в курсе, что я недавно женился.
— А… — я словно ступала по минному полю, — на работе-то что сказали по поводу твоей перемены внешности?
— А что тут скажешь, — в голосе Эда снова появились нотки какой-то тоскливой обреченности, — сходил к штатному специалисту по проклятиям, он подтвердил, данные занесли в личное дело.
— А как снять, он не знает? — уточнила я.
— Да нет, тут нужны спецы покруче, — в голосе мужа послышалась странная обреченность.
— А я думала, у вас крутая организация, — немного разочарованно сказала я.
— Нет, мы не секретные агенты по спасению мира, — усмехнулся Эд, — обычная государственная контора с узкой специализацией. Платят неплохо, но хороший специалист по проклятиям найдет место и получше.
— А к хорошему ты ходил?
— Ходил, — вздохнул Эд.
Блин, как клещами вытаскиваю. Я уже заметила, что Эда довольно легко развести на откровенность, но только если это не касается его успешности. Он совершенно не приучен говорить о своих проблемах, словно всегда обязан быть суперуспешным, суперздоровым и суперсчастливым. Настоящим мужиком, короче.
— Я имела в виду: что он тебе сказал? Эд, ну пойми, ты вот вырос в мире, где магия в каждой булочке хлеба! Небось у вас в школе ее преподают. А я вот ничего не знаю, мне совершенно не очевидно, что такое магическое проклятье и с чем его едят. То есть как его снимают, — выпалила я.
— Извини, — в который раз покаялся Эд. — Специалист сказал, что снять он не сможет…
— Интересные дела! — перебила я, хотя только что требовала подробного рассказа. — А кто сможет?
— Возможно, тот, кто наложил.
— Лейна?!
— Ты знаешь, тот маг, к которому я обратился, сказал, что впервые сталкивается с таким вариантом проклятья. То есть, оно не типовое, а авторское. И кто его наложил, скрыто, хотя обычно можно заметить ауру проклинавшего.
— А твоя бывшая невеста — такой крутой маг?
— Да нет… — растерялся Эд. — По крайней мере, способностей к проклятиям у нее раньше точно не было, и маловероятно, что они у нее проснулись недавно, а Лейна от меня это успешно скрывала.
— Но тогда смотри: если она пошла к какому-то крутому магу и заплатила ему, это должно стоить очень дорого. Какое-то хитросплетенное проклятье, уникальное, скрывающее личность заказчика… У Лейны были такие деньги?
— Вообще-то ты права, — наморщил лоб Эд, — это должно быть недешево. Только, раз уж ты хотела подробностей, ауру заказчика скрывают всегда, иначе смысл проклинать? Проклятый пойдет к специалисту, тот определит зложелателя, и обиженный подкараулит заказчика в темном углу или попросит наложить ответное.
— И как же тогда быть? Как вообще их накладывают?
— Тебе опять лекцию? — усмехнулся Эд.
— Можно и лекцию, — я устроилась поудобнее, подперла щеку локтем, а то уж больно голова клонилась к подушке, раз уж мягкое Эдово плечо мне сейчас не светит…
— А ты не заснешь? — Эд, как часто бывало, чувствовал меня, словно видел насквозь.
Впрочем, может, и видел — ну не насквозь, но в комнате уже светало. По крайней мере, Эд стыдливо потянул на себя второе одеяло.
— Засну, — вздохнула я, устроив все же голову на подушку. — Но ты начинай, а завтра продолжим с того места, на котором я заснула.
Эд негромко хмыкнул и ласково провел рукой по моей щеке. Я зевнула, до чего убаюкивающим было это прикосновение.
— Какая-то не очень веселая сказка на ночь получается, — прошептал Эд, целуя меня в висок. — Давай отдыхай, милая, у вас говорят, что утро вечера мудренее.
— Это вас… на кур… на курса-ах так учили? — отчаянно зевая, попыталась пошутить я. – А что, у вас говорят по-другому?
— У нас говорят: «Хорошее утро и дурная весть не испортит». Спи, Лен, тебе отдых нужен.
— А тебе на работу завтра?
— Нет, если никаких нештатных ситуаций не будет.
— А… охранником? Там вообще не замечают, что ли, работаешь ты или в другом мире на… на-аходишься?
— И охранником не надо, — Эд тоже, заразившись от меня, зевнул. — Завтра, Лен. Завтра я тебе все расскажу.
— Учти… Не отста-ахну, — сонным голосом пригрозила я и отрубилась.
ГЛАВА 19. Памятник на площади
Несмотря на то, что отключилась я под утро, проснулась я где-то в десять часов и, удивительное дело, не одна! Муженек посапывал рядом — ну как рядом: уполз к самой стеночке, отвернулся и замотался в одеяло. Честно говоря, был большой соблазн потихонечку стащить с него это самое одеяло, но не стала. И так, наверное, будет в глаза смотреть стесняться после моих приставаний.
Я ведь на самом деле вчера вцеплялась в него не потому, что воспылала страстью к коротышечкам-толстячкам. Просто все мои тревоги — за исход собеседования, за Эда, за себя в темном лесу, — искали выхода. А тут мой нечаянный супруг, который вовремя пришел на помощь, успокоил, обогрел и накормил. Кстати, есть-то как хочется! Бутербродов, съеденных на Эдовой работе, и вечернего чаю с алкоголем было маловато.
Я встала и отправилась в душ, попутно размышляя о том, как нам быть дальше. Пока что я нахожусь в другом мире, и вряд ли здесь есть связь с моим. Только бы не позвонили с моей новой работы! Вдруг подумают, что я необязательный сотрудник? Или мы сейчас отправимся обратно в родной мир? Ладно, пока приготовлю завтрак и только тогда пойду Эда будить.
Правда, с завтраком я погорячилась. В холодильнике обнаружился подвявший огурец и склизкая сосиска, а в морозилке — огромный ком залежалых слипшихся пельменей. Ни хлеба, ни печенек, ни шоколадки какой-нибудь.
Желудок требовательно заурчал. Испорченные продукты я выбросила, затем поставила чайник, решив использовать вчерашние чайные пакетики, а потом уже отправиться на поиски продуктового магазина. Села у стола, откинулась спиной на стенку, буквально заставила себя думать.
Но мысли блуждали, перескакивая на всякие ночные развлечения. Ох, и хорош все-таки Эд. Интересно, почему он вчера так рьяно меня отталкивал? Я же была в таком состоянии, что не обратила бы внимания на его внешность. Или, может, у него из-за проклятья предмет мужской гордости превратился в пельмешку? Тогда лучше к нему вообще не приставать — от стыда умрет...
Чайник закипел, а я не заметила, осененная внезапной идеей: ведь я же в родном мире Эда! Это мой шанс найти его мать и поговорить с ней. И хотя меня несколько пугало знакомство со свекровью (вдруг она такая строгая, что я не дотяну до ее стандартов идеальной невестки?), я решила ненавязчиво расспросить Эда о его прошлом.
— Лен, чайник, — подал голос из комнаты Эд.
— Ага, — я выключила плиту и заглянула в комнату. Ну кто бы мог подумать, конечно же, супруг был уже одет и намеревался удрать в ванную.
— Чай будешь? Я тут у тебя даже кофе не нашла.
— А? Да ты не беспокойся, пошли в кафе позавтракаем. Тут у меня довольно голодно, я продуктов не закупал.
— Ладно, в кафе так в кафе, — покладисто согласилась я. Супер! А то чай один сейчас пить — только желудок раздражать попусту.
Только, блин, надеть мне было нечего. Идти в старой Эдовой футболке и шортах? В рваной блузке? В штанах сослуживца мужа? Да уж, выбор что надо.
Эд управился быстро. Заметив мой прикид, покраснел:
— Ой, точно! Тебе же нечего надеть!
— Я голодная, — жалобно сказала я. — Давай надену тогда Лейнины вещи, тут не до жиру.
— А может… — Эд поскреб в затылке.
— Ну, идти покупать вещи я сейчас не осилю, — хмыкнула я, расстегивая сумку. Там лежала моя заботливо сохраненная юбка, к которой надеть было тем более нечего — не Эдову же футболку?
— Да нет, я имел в виду вот эту штуку, — он протянул мне часы, обычные мужские часы со слегка потрепанным кожаным ремешком.
— Ух ты, мне только часов не хватало для создания стильного образа, — засмеялась я.
— Да нет, это амулет, — объяснил муж. — Помнишь, ты спрашивала, замечают ли в бизнес-центре мои странности в поведении? Так вот, эта штука подавляет критическое мышление окружающим.
— В смысле? — я покосилась на часы с некоторым сомнением.
— Ну, в общем, тех, кто рядом, не волнует, если ты ведешь себя немного странно. Например, если я не уходил с работы после окончания смены, воспринималось как должное. Коллеги думали, что я просто такой суперответственный. Или если ты пойдешь в моих шортах и футболке, все, кто тебя видят, будут думать, что так модно, например. Или что это редкий национальный костюм.
— Что, правда? — я прыснула. Национальный костюм с шортами и футболкой, вау! Не то чтобы я мечтала выйти в люди в таком виде, но есть ужасно хотелось, да и очень было любопытно опробовать магическую штуку. — Ладно, давай уж попробуем.
— А после завтрака пойдем и купим тебе что-то новое, — сказал Эд. — Тебе, наверное, ужасно жалко было порвать новую блузку и испортить туфли. Тебе она очень шла.
Не сыпь мне соль в нирвану… Но сейчас голод был для меня важнее всех симпатичных блузок на свете!
— Давай купим, — я подхватила сумку и, мельком увидев себя в зеркало, не могла не приложить к лицу ладонь. Икона стиля!
Мы вышли из дома, и, действительно, практически за углом нашлось приличное и даже почти пустое кафе. По крайней мере, занят в нем был только один столик — какая-то девушка в очках сидела там с чашкой кофе и книгой.
Там я сразу же вцепилась в меню и сразу же заказала себе две порции блинчиков и чай, а сама продолжила изучать меню. Цены показались мне довольно низкими, но с другой стороны, что я знаю об иностранной валюте? Ладно, я же с Эдом тут сижу, он в жлобстве не замечен.
Заказ нам принесли быстро, и я начала жадно уплетать свою порцию. Ничего вкуснее не ела!
Эд с достоинством ел какой-то небольшой сэндвич. Он-то в отличие от меня, свято соблюдал диету. Эх, а я еще присоединяться собиралась! Но с такой жизнью разве сядешь на диету? Не жизнь, а сплошной стресс!
— Фух, — я довольно откинулась на спинку стула, начисто сметя содержимое своих трех тарелочек — после блинов я еще заказала себе сырники с клубничным вареньем. — Вкуснятина.
— Да, тут готовят вкусно, — согласился Эд, внимательно глядя на меня. Лицо его выражало какое-то непонятное удовольствие.
— Ты чего так смотришь? — спросила я.
— Ты ешь с таким удовольствием… засмотрелся!
— Извращенец, — шутливо проворчала я. И увидев, как вытянулось его лицо, сказала, — шутка же, это шутка!
— А, — расслабился Эд. — Точно, амулет же на тебе. Вот и мне кажется, что ты всерьез…
Я недоумевающе повертела запястьем с часами. Они что, и правда работают? Не в смысле «время показывают», а вот это самое… голову другим дурят?
— Кстати, — вдруг спросил Эд, — а как ты оказалась возле бизнес-центра? Неужели что-то заподозрила и следила за мной?
Меня очень удивил тон вопроса — в нем не было и тени раздражения или наезда, которыми очень грешат всякие неверные мужья. Я бы, наверное, сама обиделась, если за мной следят! Хотя, с точки зрения Эда, может, и логично, — заподозрить, например, мужа в иномирстве и проверить догадку…
— Да нет, я на работу устраивалась, — вздохнула я, с сожалением вспомнив, как шикарно я выглядела на собеседовании.
— О, а я и не знал, — удивился Эд.
— Хотела сюрприз тебе сделать, — призналась я. — А получилось…
— Так тебя взяли?
— Взяли, — я посветлела лицом и тут же заволновалась, — Эд, а тут есть связь с моим родным миром? А то вдруг мне позвонят или что…
— Связь есть, — успокоил меня супруг. — Не везде, но я знаю, как это устроить. Тебе срочно?
— Да не то чтобы, одежда срочнее, — сказала я, еще больше зауважав мужа. Конечно, он все устроит! Так и избаловаться недолго, с такой-то заботой…
Скрипнула дверь, звякнул колокольчик, и в кафе вошла еще одна пара — волосатый-бородатый мужчина в бандане, похожий на байкера, и его подруга, бритая налысо, с пирсингом и в классной джинсовой жилетке. Сидящая за столиком девушка уже отложила книгу и сидела, что-то вдохновенно набрасывая в блокноте. При виде новых посетителей ее глаза загорелись вдохновением.
Такая стильная пара неформалов снова вернула мои мысли к собственному виду.
— Эд, — сказала я. — А где тут у вас недорого одежду прикупить можно?
— Я покажу, — сказал он. — А дорого-недорого… Не переживай на этот счет, я тебя в это втравил, так что позволь в этот раз мне купить тебе новую одежду. Ты ведь прошлую на свои деньги купила.
— Откуда ты знаешь? — я чуть покраснела.
— Оповещение о расходах, — он показал на свой телефон. — Его не было.
— А, ну да, — смутилась я. Правильно, это же так просто! — Давай пойдем тогда скорее, а то амулет амулетом, но мне дико неудобно разгуливать в таком виде по вашей столице!
Эд расплатился по счету, и мы пошли к ближайшей стоянке аренды машины — видимо, что-то вроде каршеринга. Там Эд выбрал какой-то серый кроссовер неизвестной мне иномирской марки и сел на водительское место.
Мы тронулись, и я всю дорогу просто глазела по сторонам, разглядывая незнакомые улицы, площади, магазины, банки, парки… Обещанную лекцию про проклятья пока не требовала — нечего водителя отвлекать, да и интересно на незнакомый город посмотреть! Последний раз я выезжала из родного Зарецка два года назад.
А посмотреть было на что! Пришлось все-таки отвлечь Эда, который как раз притормозил на светофоре. На площади Познанья (так и было написано на табличке — через мягкий знак) стоял удивительный памятник в виде огромного микроскопа. На предметном столике, свесив ноги, сидела девочка с двумя косичками и держала в руках что-то вроде амебы. За ее плечами виднелись другие одноклеточные.
— Ух ты, а кому этот памятник? — не сдержалась я, забыв о своем намерении не отвлекать водителя.
— Лиане Милтон, — ответил Эд, мельком взглянув в окно. — Она изобрела микроскоп.
— Вау! В детстве, что ли? — поразилась я.
— Нет, — засмеялся Эд. — А девочкой ее изобразили, потому что она с детства тянулась к науке.
— Здорово, — я оглянулась на оставшийся позади памятник.
— А у вас кто микроскоп изобрел? — полюбопытствовал Эд.
