В этот момент раздаётся глухой трех и сдавленный крик. Хворост под ногами Лорика продавливается. Он исчезает из виду, и снизу доносится глухой удар и затем - тишина.
Мерлин и Алевер подбегают к краю. Внизу, в луже грязи и сломанных веток, брат Лорик лежит без движения.
Алевер в ужасе:
- Он... он жив?
Мерлин пристально всматриваясь в темноту, потом кивает:
- Дышит. Оглушен. У нас есть время. Но не много.
Аливер:
- Что делаем?
Мерлин уже отходя от ямы:
- Именно то, что и должны делать добросердечные путники. Ищем веревку, чтобы вытащить беднягу. Ты знаешь, где ближайшая старая шахтёрская казарма? Там могли остаться канаты.
Алевер понимает намёк. Казарма в противоположной стороне от того места, куда им нужно. Это их алиби и выигранное время.
- Да, в десяти минутах отсюда, - быстро говорит Аливер. - Но там может ничего не быть!
Тем дольше будем искать - Сухо замечает Мерлин.- И тем искреннее будем выглядеть, когда вернёмся. Если, конечно, он очнётся до нашего возвращения. Идём.
Они оставили Лорика в яме и отправились дальше. У них появилось алиби, если брат Лорик всё слышал, но у них не много времени, им нужно успеть до того, как Лорик очнётся, и начнет кричать о помощи.
Тряпичная кукла
Они остановились у края карьера.
- Пришли, - тихо сказал Алевер.
Мерлин не ответил. Он смотрел в тёмный провал “Старой Слезы”, и Алевер вдруг остро почувствовал, как изменился воздух. Тот самый плотный, тяжёлый воздух — он дрожал. Словно зверь, заслышавший шаги охотника.
Мерлин задумчиво смотрел своим острым взглядом, в глубь.
- Отойди, у нас очень мало времени.
Голос Мерлина был чужим. Не громким. Пустым. Алевер сделал шаг назад. Потом ещё один.
Мерлин закрыл глаза.
Секунда. Две.
И тогда это случилось.
Тело Мерлина дёрнулось - резко, неестественно, будто невидимые нити впились в его плечи, спину, затылок и рванули вверх. Он взмыл над землей на метр, без опоры, без усилия - как тряпичная кукла, которую поднял кукловод, небрежно и властно.
Алевер застыл.
Глаза Мерлина горели. Не отсвечивали - именно горели, белым, слепящим, нечеловеческим светом, который лился из глазниц, как расплавленный металл из тигля. И вместе с этим светом из его глаз, ушей, носа потянулись тонкие, тёмные струйки крови.
Он не кричал. Он не мог кричать - челюсть свело судорогой, рот приоткрылся, и из горла хлынул звук.
----------------------------------
Китурр вэн`драк ки`зурр.
----------------------------------
Слова прокатились по карьеру, как подземный толчок. Они были тяжёлыми, древними, нечеловеческими - каждый слог дробил камень, каждый выдох разрывал тишину. Алеверу показалось, что сам воздух содрогнулся, узнав этот язык.
Гул карьера - то самое глухое, ровное биение, которое Мерлин слышал всё это время - оборвалось. Наступила тишина. Абсолютная.
А затем земля вздохнула.
Сначала медленно, лениво, будто нехотя - по стенам карьера побежали тонкие, паучьи трещины. Потом быстрее. Глубже. Каменная крошка посыпалась вниз мелким дождём. И наконец - глухой, утробный грохот.
Произошёл обвал.
Целая стена старого карьера, та самая, где когда-то бил источник “Слеза”, осела и рухнула в себя, похоронив под тоннами породы то, что так долго и громко пело.
Мерлин упал.
Без грации, без красивого финала - просто нити обрезали, и тело мешком рухнуло на камни. Алевер подхватил его в последний момент, не давая голове удариться о край уступа.
- Мерлин! Мерлин, ты…
Он замолчал.
Лицо Мерлина было белым, как каменная мука в мастерской Бардена. Глаза закрыты, но из-под век всё ещё сочилась кровь, смешиваясь с потом и грязью. Дыхание - короткое, рваное.
Но он дышал.
Где-то далеко, со стороны леса, всё ещё надрывался в яме брат Лорик. А здесь, на дне умолкшего карьера, Алевер сидел на коленях, прижимая к себе тело человека, который только что приказал земле замолчать.
И впервые за весь этот долгий, странный день он не знал, что делать дальше.
Он просто ждал, когда Мерлин откроет глаза.
Алевер закинул истощенного Мерлина на плечо, Достал верёвку в старой казарме и пошел к яме, где валялся брат Лорик. Дойдя до ямы, он увидел Лорика, который привязал ботинок к поясу, и пытался достать импровизированным крюком-кошкой до ветки.
Алевер задумался, - что бы придумал Мерлин, как бы он сказал…
- Брат Лорик ! Мерлин провалился в карьер, случился обвал !
Алевер аккуратно положил Мерлина, и протянул руку.
Лорик ухватился обеими руками за ладонь Алевера, отвечая ему:
- Пф, Я говорил под ноги надо смотреть.
Сон Мерлина
Брат Лорик молчал всю дорогу до таверны.
Алевер нёс Мерлина на себе - благо, весил тот не больше мешка с инструментами, а таскать тяжести за годы ученичества он научился. Лорик плелся сзади, держась за ушибленный бок и время от времени бросая на бессознательное тело бродяги взгляды, в которых боролись подозрительность и… что-то похожее на вину.
- Лавина, говоришь, - буркнул Лорик, когда они уже входили в город.
- Склон осыпался, - ровно ответил Алевер. - Он хотел сократить путь. Я не успел крикнуть.
Лорик хмыкнул, но промолчал.
В таверне “Старый мул” хозяйка, лет сорока пяти, средними черными волосами, слегка упитанная. глянув на окровавленного постояльца, хотела было отказать - но Алевер положил на стойку оставшуюся от старейшины монету и сказал:
- Он не умрёт здесь. Только переждёт. Я за ним пригляжу.
Монета исчезла в фартуке. Ключ появился на стойке.
Лорик задержался в дверях.
- Я скажу брату Корву, что ты искал верёвку, - глухо произнёс он, не глядя на Алевера. - А он… пусть очухается сперва. Там видно будет.
Дверь закрылась.
Алевер остался один.
Мерлин не открывал глаза уже три часа.
Алевер сидел на табурете у изголовья, сжимая в руках влажную тряпицу. Он уже стёр кровь с его лица, сменил воду в миске дважды, но дыхание волшебника оставалось таким же рваным, неровным - как будто он бежал куда-то далеко, куда Алевер не мог за ним поспеть.
Полубог, - подумал Алевер, разглядывая тонкие, едва заметные следы ожогов на висках Мерлина. Или что-то вроде того.
Он не знал, верит ли в богов. Но в то, что этот человек не обычный маг, - в это он верил. Потому что видел.
- Только не умри, - тихо сказал Алевер. - Я не затем тебя из камня вытаскивал, чтобы ты тут… в кровати…
Он не договорил.
---
Мерлин падал.
Это было единственное ощущение - бесконечное, тягучее падение сквозь густую, вязкую тьму. Но тьма эта не была пустой. Она мерцала.
Вспышки.
Обрывки.
…Глаза, которых нет, но которые смотрят. Не на него - сквозь.
…Звук, похожий на скрежет континентов, трущихся друг о друга.
…Форма.
Не очертания - идея формы. Крыло, но не из плоти - из ветра. Чешуя, но не из камня - из времени. Существо, которое не находится в пространстве, а держит его, как кузнец держит раскалённую заготовку клещами.
Старшие Драконы.
Мерлин рванулся к этому видению. Ему нужно было разглядеть. Понять. Кто они? Откуда этот язык, сломавший карьер? Почему Амброзий знает его? Почему его собственное тело горит каждый раз, когда он касается этой силы?
Он потянулся глубже.
И мир схлопнулся.
---
Алевер подскочил, когда Мерлина выгнуло дугой.
Это случилось мгновенно - только что лежал без движения, и вот его тело пронзила судорога. Пальцы вцепились в одеяло, сведённые, белые от напряжения. Глаза распахнулись, но зрачки ушли куда-то вглубь, оставив лишь белки - и те светились, тем же слепящим, нечеловеческим светом, что и в карьере.
- Мерлин!
Алевер рванул вперёд, но не успел коснуться его плеча.
Комната вздрогнула.
Сначала Алевер подумал, что ему показалось. Но глиняная кружка на столе съехала на край, жалобно звякнув. Половые доски под ногами издали низкий, гулкий стон. А затем запела вся таверна.
Стены гудели. Камни в основании издавали ровный, басовитый гул - как будто кто-то огромный провёл смычком по краю мироздания. Кровать ходила ходуном. Оконное стекло дрожало, грозясь лопнуть.
Алевер упал на колени, зажимая уши ладонями. Сквозь звон в голове он слышал, как внизу, в общем зале, кричат люди, опрокидывается мебель, хозяйка таверны в ужасе призывает всех богов сразу.
А потом - тишина.
Мерлин обмяк. Глаза закрылись. Гул стих.
Алевер медленно опустил руки. В ушах всё ещё звенело, но комната больше не плясала.
Он посмотрел на Мерлина. Тот дышал - ровно, спокойно, как человек, наконец дорвавшийся до глубокого сна без снов.
Алевер перевёл взгляд на стены.
Там, где каменная кладка была ровной и плотной ещё минуту назад, теперь вилась едва заметная, тонкая трещина. От пола до потолка. Ровная, будто проведённая по линейке.
В таверне послышался звук бегущих ног.
В двери постучала хозяйка.
- Алевер, Каменоломню завалило !
Алевер быстро собрал вещи и убежал.
Мерлин очнулся на рассвете.
В комнате пахло травами и сыростью. Алевер сидел в углу на корточках, сжимая в руках узелок с остатками хлеба. Лицо у него было серое, глаза красные, но смотрел он не на Мерлина - в стену.
Мерлин попытался сесть - и закашлялся. Во рту железо, горло саднит, будто он час кричал.
Алевер дёрнулся, подскочил, подал флягу.
- Пей. Ты сутки провалялся. Я уж думал - всё.
Мерлин сделал глоток. Вода была тёплой и отдавала ржавчиной.
- Что… случилось? - голос сел, пришлось откашляться снова. - Я помню карьер. А дальше - пусто.
Алевер помолчал. Потом сказал, глядя в сторону:
- Ты сделал так, что “Слезу” завалило. Стоял в воздухе, глаза светились, кровь из ушей текла. И говорил на таком языке, что камни трещали. А потом рухнул. Я тебя дотащил.
Он перевёл взгляд на Мерлина. Тяжёлый взгляд.
- Ты это умеешь?
Мерлин открыл рот - и вдруг замер.
В голове будто игла кольнула. Не сильно, но предупреждающе. Он хотел сказать: “Во мне есть кое-что”, - но слова застряли в горле, язык онемел, в висках застучало.
Он сглотнул. Поморщился.
- Я… не могу объяснить, - выдавил он. - Если начну - голова треснет.
Алевер смотрел на него странно. Не с подозрением - с усталым пониманием.
- Значит, не надо, - сказал он. - Я видел, что видел. Мне хватит.
Мерлин кивнул. Внутри Амброзий молчал - но Мерлин чувствовал его присутствие. Спокойное. Почти виноватое.
- Мастерская завалилась, - вдруг сказал Алевер. Будто в пустоту. - Ночью. Камни поехали. Барден там был.
Мерлин замер.
- Алевер…
- Я не знаю, ты это сделал или земля сама решила что так будет лучше, - перебил Алевер, не оборачиваясь. - Но если бы мы не пошли в тот карьер, он был бы жив. Это я знаю точно. сидел бы сейчас и ворчал на меня, или смеялся бы сейчас с глупых рассказов ребят в мастерской.
Слеза прокатилась по щеке Алевера.
Тишина повисла в комнате густая, как тесто.
Алевер наконец повернулся. Лицо у него было спокойное. Только глаза - влажные и красные. он не спал сутки и потерял всё.
- Дома у меня больше нет. Работы нет. Семьи нет. Есть только ты и то, что ты умеешь.
Он замолчал, глядя Мерлину прямо в глаза.
Мерлин вдруг вспомнил.
- Есть одна… - сказал он тихо. - В Забытом Лесу. Старая провидица. Говорят, она видит то, что другие не видят. Может, она поможет нам. мне разобраться с силой, тебе найти себя в этом мире.
Алевер слушал, не перебивая.
- Я собирался к ней, - добавил Мерлин. - Давно. Всё не решался.
Алевер хмыкнул. Коротко, без улыбки.
Значит, сейчас решишься.
Он подошёл к двери, взялся за ручку. Оглянулся.
Ты теперь у меня в долгу, понял? Собирайся. Выходим, как стемнеет.
И вышел.
Мерлин остался один.
Внутри Амброзий молчал - но Мерлин чувствовал его тихое, ровное присутствие. Как дыхание за спиной. Как обещание.
Спасибо, - прошептал Мерлин.
В ответ - только лёгкое тепло в груди.
Неожиданное путешествие
Рассвет. Город ещё спит. Только петухи перекликаются где-то на окраинах, да собаки лениво брешут на тени.
Дверь таверны скрипнула, выпуская двоих.
Мерлин вышел первым. Остановился на крыльце, прищурился от солнца - хоть оно и только поднималось, глаза всё ещё болели после вчерашнего. Лицо бледное, под глазами тени, на лбу свежая ссадина, которую Амброзий ещё не успел затянуть до конца. Опирается на посох тяжелее обычного.
Алевер вышел следом. Закинул оба мешка на плечо - свой и Мерлина.
- Тяжело? - спросил Мерлин, глядя на его ношу.
- А ты полегче быть не пробовал, ты что-ли камни собираешь ?
- Не получается быть “легче”. Привычка.
Алевер фыркнул, но спорить не стал.
Они двинулись вдоль пустой улицы. Город просыпался лениво - где-то загремела дверь, замычала корова, закричал ребёнок. Обычное утро. Обычная жизнь.
Для них обоих эта жизнь кончилась вчера.
У околицы их остановил местный стражник - молодой парень, ровесник Алевера, с копьём, ещё не проснувшийся толком.
- Куда в такую рань?
- К Мойре, - ответил Мерлин.
Стражник моргнул с глупой улыбкой.
- К... к кому?
- К пророчице. В Забытый Лес.
Парень посмотрел на Мерлина, на его бледное лицо, на посох, на Алевера с мешками. Потом перекрестился крестом Бога Кита - быстро, почти испуганно.
- Это ж... это ж лика пути. через сам Забытый Лес... Вы что, бессмертные?
Мерлин усмехнулся.
- Пока нет. Но работаем над этим.
Стражник отступил на шаг, и провожал их улыбкой и своим добродушным взглядом.
- Проходите. Я вас не видел, герои.
- Благодарю, - кивнул Мерлин и двинулся дальше.
За городскими воротами дорога нырнула в поля, потом в перелесок, потом потянулась вверх, к перевалу.
Алевер оглянулся. Город остался внизу, серый и маленький, как игрушечный.
- Месяц, - сказал он. - Ты серьёзно?
- Месяц, если пешком, - Мерлин поправил посох. - Если повезёт - недели три. Если не повезёт...
Он не договорил.
- Если не повезёт - то что?
- Если не повезёт - встретим кого-нибудь по дороге. Дракона. Василиска. Разбойников. Духов. Тогда путь может затянуться.
- Или закончиться.
- Или закончиться, - согласился Мерлин. - Но это не наш вариант.
Алевер вздохнул и зашагал быстрее.
- Ладно. Месяц так месяц. Зато наговорюсь с тобой вдоволь.
- О чём?
- Обо всём. О жизни. О магии. О том, зачем я вообще с тобой пошёл.
- Я думал, ты знаешь.
- Я тоже до этого думал, что знаю. А теперь сижу и сомневаюсь.
Мерлин улыбнулся. Впервые за утро.
- Это нормально. Сомнения - признак ума.
- А если я сомневаюсь, что умный?
- Тогда ты точно умный, или слишком глупый, чтобы это признать, ну или просто очень глупый.
Алевер хмыкнул и покачал головой.
- Месяц. Целую Лику. С тобой. Боги, за что?
Где-то далеко, в Чертогах, Лика услышала это и улыбнулась.
Ей было интересно, чем кончится это путешествие.
Они отошли от города всего на метров двадцать, когда Алевер вдруг остановился и ткнул пальцем вперёд.
- Глянь.
На обочине дороги, в тени старого дуба, стояла повозка. Обычная крестьянская телега, доверху гружёная мешками. Лошади рядом не было — видимо, хозяин ушёл по делам в ближайшую деревню.
Мерлин прищурился, оценивая.
- Лошадей нет. Но колёса хорошие.
- Ага. И нам бы такие не помешали, - Алевер перекинул мешки с одного плеча на другое. - Я, конечно, сильный, но таскать твои книги месяц...
- Книги тяжёлые. Зато полезные.
- Камни хотя бы продать можно. Книги - только если на растопку.
Мерлин усмехнулся, но ничего не ответил.
Они пошли дальше. Повозка осталась позади, но мысль засела.
Мерлин и Алевер подбегают к краю. Внизу, в луже грязи и сломанных веток, брат Лорик лежит без движения.
Алевер в ужасе:
- Он... он жив?
Мерлин пристально всматриваясь в темноту, потом кивает:
- Дышит. Оглушен. У нас есть время. Но не много.
Аливер:
- Что делаем?
Мерлин уже отходя от ямы:
- Именно то, что и должны делать добросердечные путники. Ищем веревку, чтобы вытащить беднягу. Ты знаешь, где ближайшая старая шахтёрская казарма? Там могли остаться канаты.
Алевер понимает намёк. Казарма в противоположной стороне от того места, куда им нужно. Это их алиби и выигранное время.
- Да, в десяти минутах отсюда, - быстро говорит Аливер. - Но там может ничего не быть!
Тем дольше будем искать - Сухо замечает Мерлин.- И тем искреннее будем выглядеть, когда вернёмся. Если, конечно, он очнётся до нашего возвращения. Идём.
Они оставили Лорика в яме и отправились дальше. У них появилось алиби, если брат Лорик всё слышал, но у них не много времени, им нужно успеть до того, как Лорик очнётся, и начнет кричать о помощи.
Глава 3
Тряпичная кукла
Они остановились у края карьера.
- Пришли, - тихо сказал Алевер.
Мерлин не ответил. Он смотрел в тёмный провал “Старой Слезы”, и Алевер вдруг остро почувствовал, как изменился воздух. Тот самый плотный, тяжёлый воздух — он дрожал. Словно зверь, заслышавший шаги охотника.
Мерлин задумчиво смотрел своим острым взглядом, в глубь.
- Отойди, у нас очень мало времени.
Голос Мерлина был чужим. Не громким. Пустым. Алевер сделал шаг назад. Потом ещё один.
Мерлин закрыл глаза.
Секунда. Две.
И тогда это случилось.
Тело Мерлина дёрнулось - резко, неестественно, будто невидимые нити впились в его плечи, спину, затылок и рванули вверх. Он взмыл над землей на метр, без опоры, без усилия - как тряпичная кукла, которую поднял кукловод, небрежно и властно.
Алевер застыл.
Глаза Мерлина горели. Не отсвечивали - именно горели, белым, слепящим, нечеловеческим светом, который лился из глазниц, как расплавленный металл из тигля. И вместе с этим светом из его глаз, ушей, носа потянулись тонкие, тёмные струйки крови.
Он не кричал. Он не мог кричать - челюсть свело судорогой, рот приоткрылся, и из горла хлынул звук.
----------------------------------
Китурр вэн`драк ки`зурр.
----------------------------------
Слова прокатились по карьеру, как подземный толчок. Они были тяжёлыми, древними, нечеловеческими - каждый слог дробил камень, каждый выдох разрывал тишину. Алеверу показалось, что сам воздух содрогнулся, узнав этот язык.
Гул карьера - то самое глухое, ровное биение, которое Мерлин слышал всё это время - оборвалось. Наступила тишина. Абсолютная.
А затем земля вздохнула.
Сначала медленно, лениво, будто нехотя - по стенам карьера побежали тонкие, паучьи трещины. Потом быстрее. Глубже. Каменная крошка посыпалась вниз мелким дождём. И наконец - глухой, утробный грохот.
Произошёл обвал.
Целая стена старого карьера, та самая, где когда-то бил источник “Слеза”, осела и рухнула в себя, похоронив под тоннами породы то, что так долго и громко пело.
Мерлин упал.
Без грации, без красивого финала - просто нити обрезали, и тело мешком рухнуло на камни. Алевер подхватил его в последний момент, не давая голове удариться о край уступа.
- Мерлин! Мерлин, ты…
Он замолчал.
Лицо Мерлина было белым, как каменная мука в мастерской Бардена. Глаза закрыты, но из-под век всё ещё сочилась кровь, смешиваясь с потом и грязью. Дыхание - короткое, рваное.
Но он дышал.
Где-то далеко, со стороны леса, всё ещё надрывался в яме брат Лорик. А здесь, на дне умолкшего карьера, Алевер сидел на коленях, прижимая к себе тело человека, который только что приказал земле замолчать.
И впервые за весь этот долгий, странный день он не знал, что делать дальше.
Он просто ждал, когда Мерлин откроет глаза.
Алевер закинул истощенного Мерлина на плечо, Достал верёвку в старой казарме и пошел к яме, где валялся брат Лорик. Дойдя до ямы, он увидел Лорика, который привязал ботинок к поясу, и пытался достать импровизированным крюком-кошкой до ветки.
Алевер задумался, - что бы придумал Мерлин, как бы он сказал…
- Брат Лорик ! Мерлин провалился в карьер, случился обвал !
Алевер аккуратно положил Мерлина, и протянул руку.
Лорик ухватился обеими руками за ладонь Алевера, отвечая ему:
- Пф, Я говорил под ноги надо смотреть.
Глава 4
Сон Мерлина
Брат Лорик молчал всю дорогу до таверны.
Алевер нёс Мерлина на себе - благо, весил тот не больше мешка с инструментами, а таскать тяжести за годы ученичества он научился. Лорик плелся сзади, держась за ушибленный бок и время от времени бросая на бессознательное тело бродяги взгляды, в которых боролись подозрительность и… что-то похожее на вину.
- Лавина, говоришь, - буркнул Лорик, когда они уже входили в город.
- Склон осыпался, - ровно ответил Алевер. - Он хотел сократить путь. Я не успел крикнуть.
Лорик хмыкнул, но промолчал.
В таверне “Старый мул” хозяйка, лет сорока пяти, средними черными волосами, слегка упитанная. глянув на окровавленного постояльца, хотела было отказать - но Алевер положил на стойку оставшуюся от старейшины монету и сказал:
- Он не умрёт здесь. Только переждёт. Я за ним пригляжу.
Монета исчезла в фартуке. Ключ появился на стойке.
Лорик задержался в дверях.
- Я скажу брату Корву, что ты искал верёвку, - глухо произнёс он, не глядя на Алевера. - А он… пусть очухается сперва. Там видно будет.
Дверь закрылась.
Алевер остался один.
Мерлин не открывал глаза уже три часа.
Алевер сидел на табурете у изголовья, сжимая в руках влажную тряпицу. Он уже стёр кровь с его лица, сменил воду в миске дважды, но дыхание волшебника оставалось таким же рваным, неровным - как будто он бежал куда-то далеко, куда Алевер не мог за ним поспеть.
Полубог, - подумал Алевер, разглядывая тонкие, едва заметные следы ожогов на висках Мерлина. Или что-то вроде того.
Он не знал, верит ли в богов. Но в то, что этот человек не обычный маг, - в это он верил. Потому что видел.
- Только не умри, - тихо сказал Алевер. - Я не затем тебя из камня вытаскивал, чтобы ты тут… в кровати…
Он не договорил.
---
Мерлин падал.
Это было единственное ощущение - бесконечное, тягучее падение сквозь густую, вязкую тьму. Но тьма эта не была пустой. Она мерцала.
Вспышки.
Обрывки.
…Глаза, которых нет, но которые смотрят. Не на него - сквозь.
…Звук, похожий на скрежет континентов, трущихся друг о друга.
…Форма.
Не очертания - идея формы. Крыло, но не из плоти - из ветра. Чешуя, но не из камня - из времени. Существо, которое не находится в пространстве, а держит его, как кузнец держит раскалённую заготовку клещами.
Старшие Драконы.
Мерлин рванулся к этому видению. Ему нужно было разглядеть. Понять. Кто они? Откуда этот язык, сломавший карьер? Почему Амброзий знает его? Почему его собственное тело горит каждый раз, когда он касается этой силы?
Он потянулся глубже.
И мир схлопнулся.
---
Алевер подскочил, когда Мерлина выгнуло дугой.
Это случилось мгновенно - только что лежал без движения, и вот его тело пронзила судорога. Пальцы вцепились в одеяло, сведённые, белые от напряжения. Глаза распахнулись, но зрачки ушли куда-то вглубь, оставив лишь белки - и те светились, тем же слепящим, нечеловеческим светом, что и в карьере.
- Мерлин!
Алевер рванул вперёд, но не успел коснуться его плеча.
Комната вздрогнула.
Сначала Алевер подумал, что ему показалось. Но глиняная кружка на столе съехала на край, жалобно звякнув. Половые доски под ногами издали низкий, гулкий стон. А затем запела вся таверна.
Стены гудели. Камни в основании издавали ровный, басовитый гул - как будто кто-то огромный провёл смычком по краю мироздания. Кровать ходила ходуном. Оконное стекло дрожало, грозясь лопнуть.
Алевер упал на колени, зажимая уши ладонями. Сквозь звон в голове он слышал, как внизу, в общем зале, кричат люди, опрокидывается мебель, хозяйка таверны в ужасе призывает всех богов сразу.
А потом - тишина.
Мерлин обмяк. Глаза закрылись. Гул стих.
Алевер медленно опустил руки. В ушах всё ещё звенело, но комната больше не плясала.
Он посмотрел на Мерлина. Тот дышал - ровно, спокойно, как человек, наконец дорвавшийся до глубокого сна без снов.
Алевер перевёл взгляд на стены.
Там, где каменная кладка была ровной и плотной ещё минуту назад, теперь вилась едва заметная, тонкая трещина. От пола до потолка. Ровная, будто проведённая по линейке.
В таверне послышался звук бегущих ног.
В двери постучала хозяйка.
- Алевер, Каменоломню завалило !
Алевер быстро собрал вещи и убежал.
Мерлин очнулся на рассвете.
В комнате пахло травами и сыростью. Алевер сидел в углу на корточках, сжимая в руках узелок с остатками хлеба. Лицо у него было серое, глаза красные, но смотрел он не на Мерлина - в стену.
Мерлин попытался сесть - и закашлялся. Во рту железо, горло саднит, будто он час кричал.
Алевер дёрнулся, подскочил, подал флягу.
- Пей. Ты сутки провалялся. Я уж думал - всё.
Мерлин сделал глоток. Вода была тёплой и отдавала ржавчиной.
- Что… случилось? - голос сел, пришлось откашляться снова. - Я помню карьер. А дальше - пусто.
Алевер помолчал. Потом сказал, глядя в сторону:
- Ты сделал так, что “Слезу” завалило. Стоял в воздухе, глаза светились, кровь из ушей текла. И говорил на таком языке, что камни трещали. А потом рухнул. Я тебя дотащил.
Он перевёл взгляд на Мерлина. Тяжёлый взгляд.
- Ты это умеешь?
Мерлин открыл рот - и вдруг замер.
В голове будто игла кольнула. Не сильно, но предупреждающе. Он хотел сказать: “Во мне есть кое-что”, - но слова застряли в горле, язык онемел, в висках застучало.
Он сглотнул. Поморщился.
- Я… не могу объяснить, - выдавил он. - Если начну - голова треснет.
Алевер смотрел на него странно. Не с подозрением - с усталым пониманием.
- Значит, не надо, - сказал он. - Я видел, что видел. Мне хватит.
Мерлин кивнул. Внутри Амброзий молчал - но Мерлин чувствовал его присутствие. Спокойное. Почти виноватое.
- Мастерская завалилась, - вдруг сказал Алевер. Будто в пустоту. - Ночью. Камни поехали. Барден там был.
Мерлин замер.
- Алевер…
- Я не знаю, ты это сделал или земля сама решила что так будет лучше, - перебил Алевер, не оборачиваясь. - Но если бы мы не пошли в тот карьер, он был бы жив. Это я знаю точно. сидел бы сейчас и ворчал на меня, или смеялся бы сейчас с глупых рассказов ребят в мастерской.
Слеза прокатилась по щеке Алевера.
Тишина повисла в комнате густая, как тесто.
Алевер наконец повернулся. Лицо у него было спокойное. Только глаза - влажные и красные. он не спал сутки и потерял всё.
- Дома у меня больше нет. Работы нет. Семьи нет. Есть только ты и то, что ты умеешь.
Он замолчал, глядя Мерлину прямо в глаза.
Мерлин вдруг вспомнил.
- Есть одна… - сказал он тихо. - В Забытом Лесу. Старая провидица. Говорят, она видит то, что другие не видят. Может, она поможет нам. мне разобраться с силой, тебе найти себя в этом мире.
Алевер слушал, не перебивая.
- Я собирался к ней, - добавил Мерлин. - Давно. Всё не решался.
Алевер хмыкнул. Коротко, без улыбки.
Значит, сейчас решишься.
Он подошёл к двери, взялся за ручку. Оглянулся.
Ты теперь у меня в долгу, понял? Собирайся. Выходим, как стемнеет.
И вышел.
Мерлин остался один.
Внутри Амброзий молчал - но Мерлин чувствовал его тихое, ровное присутствие. Как дыхание за спиной. Как обещание.
Спасибо, - прошептал Мерлин.
В ответ - только лёгкое тепло в груди.
Глава 5
Неожиданное путешествие
Рассвет. Город ещё спит. Только петухи перекликаются где-то на окраинах, да собаки лениво брешут на тени.
Дверь таверны скрипнула, выпуская двоих.
Мерлин вышел первым. Остановился на крыльце, прищурился от солнца - хоть оно и только поднималось, глаза всё ещё болели после вчерашнего. Лицо бледное, под глазами тени, на лбу свежая ссадина, которую Амброзий ещё не успел затянуть до конца. Опирается на посох тяжелее обычного.
Алевер вышел следом. Закинул оба мешка на плечо - свой и Мерлина.
- Тяжело? - спросил Мерлин, глядя на его ношу.
- А ты полегче быть не пробовал, ты что-ли камни собираешь ?
- Не получается быть “легче”. Привычка.
Алевер фыркнул, но спорить не стал.
Они двинулись вдоль пустой улицы. Город просыпался лениво - где-то загремела дверь, замычала корова, закричал ребёнок. Обычное утро. Обычная жизнь.
Для них обоих эта жизнь кончилась вчера.
У околицы их остановил местный стражник - молодой парень, ровесник Алевера, с копьём, ещё не проснувшийся толком.
- Куда в такую рань?
- К Мойре, - ответил Мерлин.
Стражник моргнул с глупой улыбкой.
- К... к кому?
- К пророчице. В Забытый Лес.
Парень посмотрел на Мерлина, на его бледное лицо, на посох, на Алевера с мешками. Потом перекрестился крестом Бога Кита - быстро, почти испуганно.
- Это ж... это ж лика пути. через сам Забытый Лес... Вы что, бессмертные?
Мерлин усмехнулся.
- Пока нет. Но работаем над этим.
Стражник отступил на шаг, и провожал их улыбкой и своим добродушным взглядом.
- Проходите. Я вас не видел, герои.
- Благодарю, - кивнул Мерлин и двинулся дальше.
За городскими воротами дорога нырнула в поля, потом в перелесок, потом потянулась вверх, к перевалу.
Алевер оглянулся. Город остался внизу, серый и маленький, как игрушечный.
- Месяц, - сказал он. - Ты серьёзно?
- Месяц, если пешком, - Мерлин поправил посох. - Если повезёт - недели три. Если не повезёт...
Он не договорил.
- Если не повезёт - то что?
- Если не повезёт - встретим кого-нибудь по дороге. Дракона. Василиска. Разбойников. Духов. Тогда путь может затянуться.
- Или закончиться.
- Или закончиться, - согласился Мерлин. - Но это не наш вариант.
Алевер вздохнул и зашагал быстрее.
- Ладно. Месяц так месяц. Зато наговорюсь с тобой вдоволь.
- О чём?
- Обо всём. О жизни. О магии. О том, зачем я вообще с тобой пошёл.
- Я думал, ты знаешь.
- Я тоже до этого думал, что знаю. А теперь сижу и сомневаюсь.
Мерлин улыбнулся. Впервые за утро.
- Это нормально. Сомнения - признак ума.
- А если я сомневаюсь, что умный?
- Тогда ты точно умный, или слишком глупый, чтобы это признать, ну или просто очень глупый.
Алевер хмыкнул и покачал головой.
- Месяц. Целую Лику. С тобой. Боги, за что?
Где-то далеко, в Чертогах, Лика услышала это и улыбнулась.
Ей было интересно, чем кончится это путешествие.
Они отошли от города всего на метров двадцать, когда Алевер вдруг остановился и ткнул пальцем вперёд.
- Глянь.
На обочине дороги, в тени старого дуба, стояла повозка. Обычная крестьянская телега, доверху гружёная мешками. Лошади рядом не было — видимо, хозяин ушёл по делам в ближайшую деревню.
Мерлин прищурился, оценивая.
- Лошадей нет. Но колёса хорошие.
- Ага. И нам бы такие не помешали, - Алевер перекинул мешки с одного плеча на другое. - Я, конечно, сильный, но таскать твои книги месяц...
- Книги тяжёлые. Зато полезные.
- Камни хотя бы продать можно. Книги - только если на растопку.
Мерлин усмехнулся, но ничего не ответил.
Они пошли дальше. Повозка осталась позади, но мысль засела.
