- Мы все ошибались, - тихо произнес Ирбис, выслушав меня. – Считали Лиса предателем, но не знали, что он пытался сделать.
- Я найду ублюдка, - процедил я. – Найду Анубиса и отрублю ему голову.
- Это охота за призраком, Маугли. Думаешь, мы не пытались? Перс едва не погиб, преследуя его. Месть лишила его осторожности, сделала уязвимым. Мне стоило огромных усилий вернуть его к нормальной жизни, переключить на работу в Обители.
- Я не знал…
Вот, значит, в чем дело. Вот почему он так ко мне отнесся. В гибели сестры Перс винил Лиса. Разыскивал Анубиса – но безрезультатно. А потом появился я. Сын человека, которого он ненавидел.
- Возможно, когда-нибудь тебе удастся то, что оказалось нам не по плечу, - продолжал Ирбис. – Но не сейчас. Главная твоя задача – учиться. Ты делаешь успехи.
- Какие успехи? Я даже зрение истинного не могу… - я осекся, вспомнив вдруг в каком состоянии сюда пришел. – У меня получилось… Получилось!
- Конечно, - улыбнулся охотник. – Я же говорил. Просто понадобился некий толчок. Ты сможешь повторить?
Повторить? Все дело во внутреннем барьере. Чужой я могу сломить, так почему бы не уничтожить свой? Закрыть глаза, расслабиться, сконцентрироваться. Слушать биение сердца, а потом, где-то между его ударами надавить на сознание, перестроить восприятие.
Засветился красным Ирбис. Окружающие предметы сделались как никогда четкими и ясными. Я притянул к себе первую попавшуюся книгу, открыл ее, удивленно вздохнув: вереница из серебряных букв пробежалась по странице, сложилась в слова, в предложения, в знание. История охотников – порой мрачная, порой жестокая, но всегда полная мужества и героизма, самопожертвования и любви, пролетела перед внутренним видением. Ошарашенный, я моргнул и «тепловизор» выключился, но и нескольких минут хватило, чтобы понять, как его вызвать.
Я отложил книгу, прочитав ее название «Обитель в XVI-XVII веке».
- И как? Ты прочел ее? – спросил Ирбис.
Я только кивнул, пораженный открывшимися возможностями. Теперь необязательно штудировать все эти талмуды, которыми меня завалила Орхидея, тратить время на «теорию вампирологии». Какие еще горизонты открывает «тепловизор»?
- И не мечтай, - охотник будто мысли мои прочел, - общие знания никогда не заменят досконального и методичного изучения предмета. Но в чем-то, конечно, оно тебе поможет.
И он не ошибся.
Теперь, когда занятия с Ирбисом начали приносить результаты, дело пошло намного быстрее. Через неделю я мог удерживать зрение истинного на довольно продолжительный срок. Так же как полностью контролировать действия и сохранять хладнокровие. Вскоре не осталось никаких причин, чтобы удерживать меня в стороне от общих тренировок. И хотя Перс продолжал соблюдать холодную дистанцию, надо отдать ему должное, моему возвращению не препятствовал.
Так пролетел сентябрь, подошел к концу октябрь. Близилось к завершению учебное полугодие, а вместе с ним и подсчет набранных очков. Все мы уже неплохо управлялись с боевыми кукри, преуспели в стрельбе из арбалетов и в рукопашном бое. И надеялись на победу в общегрупповом зачете, так как очень быстро набирали баллы благодаря «тепловизору», усидчивости Панды, усердию Селены и отличной боевой подготовке Дика. Каждый из нас вносил свой вклад, став незаменимой частью единой команды.
Сегодня погода не слишком благоприятствовала тренировке. Утро выдалось туманным, то и дело шел мелкий, едва заметный дождь, а сырость проникала даже сквозь ветровки. В любой другой день самым большим желанием было бы побыстрее закончить занятие и укрыться в столовой с горячей чашкой чая. Но не сегодня. На заключительном занятии у Перса раскрасневшиеся адепты отрабатывали удары сначала на «страшилах», затем перешли к спаррингу, в надежде заработать дополнительные очки за безошибочную комбинацию движений.
- Достаточно, - вдруг прервал нас Перс. – Самурай и Маугли – ко мне.
Удивленные, мы подошли.
- По результатам зачета, - объявил он, прохаживаясь перед нами, - победившей группе будут вручены боевые клинки. Первое место пока что удерживает первая.
Самурай гордо приосанился, окинув высокомерным взглядом остальных.
- Однако в спину им дышит пятая. Так что счет еще может поменяться.
- Черта с два я дам упыренышу выиграть, - ухмыльнулся Самурай.
- За оскорбление товарища снимаю два балла, - охладил его пыл Перс.
- Он мне не товарищ, - брякнул адепт.
- Еще минус очко за неуважение. Я устал объяснять вам, как важно доверять друг другу. И не только в бою.
Самурай хотел сказать еще что-то, но его осадил Кот:
- Да замолчи уже! Проиграем турнир, даже не начав его.
Таким железным аргументам возражать никто не стал. Перс чуть заметно улыбнулся и сказал:
- Осталось еще одно задание. Думаю, вы оба к нему готовы.
- К чему? – спросил Самурай.
- К тому, чтобы сразиться со мной. Сегодня вампиром буду я. Никаких поблажек – полная имитация схватки. Кто победит – получит наибольшее количество очков, а следовательно, право носить боевые кукри.
- А почему нам нельзя? – обиженно протянула Герда. – Мы отстаем совсем чуть-чуть.
- Потому что вам следует еще подучить некоторые удары. Без обид. Ну, так кто первый?
Первым выступил Самурай. Я же специально не торопился вступать в бой. Видел, на что способен Перс. И даже несмотря на его безоружность знал – победить его будет очень непросто.
Самурай закружил вокруг тренера, сжимая в руках тренировочный нож. Я почувствовал, как по спине пробежался легкий холодок – Перс применил гипноз, стараясь обездвижить противника. Но тот умело выставил ментальные щиты. Хорошо, видать, запомнил тот случай на крыше башни, и подготовился. А потом он атаковал. Перс и Самурай закружились так быстро, что глаза едва успевали за ними следить. Тренер уверенно уходил от каждого взмаха, уклонялся, пропуская мимо лезвие клыка.
Адепты замерли, неотрывно следя за схваткой. Герда не уставала восхищенно вздыхать каждый раз, когда Перс элегантно уходил от очередной атаки. Кот и Бандерас поддерживали друга, подбадривая, когда тот проводил удачную комбинацию. И когда, казалось, нож почти коснулся горла тренера, тот развернулся, перехватив руку Самурая, и швырнул его на землю.
- Ты мертв, - констатировал Перс. – Но дрался хорошо. Еще немного потренируешься, и можно против упырей выпускать. Маугли. Теперь ты.
- Удачи, - шепнула Селена.
Чувствуя спиной ее взгляд, я подошел к Персу. Несмотря на напряженную схватку, выглядел он совсем не уставшим. И даже не запыхавшимся.
- Приступим? – спросил он, отступая на шаг.
- Приступим.
Схватка только началась, а у меня уже перехватило дыхание. Перс провел ментальный удар, прежде чем я успел выставить защиту. Ледяной кулак сжал горло, черный взгляд не отпускал, подчинял, делал тело ватным, лишал сил. Тренер раздвоился, расстроился, окружая меня со всех сторон. С таким сильным мороком сталкиваться прежде не приходилось. Даже на занятиях у Кобры.
- Давай же, Маугли! – крик Селены облил ушатом холодной воды. Я моргнул, преображая зрение в «тепловизор», сбросил контроль. Персы слились в одного – истинного, обладающего алой аурой. Он стоял слева и еще не почувствовал, что жертва сорвалась с крючка. Я сделал выпад, целясь клыком в шею. Но Перс ушел, переместившись мне за спину. Хотел ударить по ногам, но я вовремя отпрыгнул, развернулся, разрезав ножом воздух в миллиметре от его живота. Тренер прогнулся, отлетел назад и, поднырнув под рукой, оказался сбоку от меня. Перехватил правое запястье, дернул на себя, одновременно блокируя левый хук снизу. В считанные доли секунды я понял – следующий его удар будет коленом поддых и опередил его. Вывернул левую руку из блока, одновременно разжав кулак с клыком. На лету подхватил нож, рванул его вверх. Пробив защиту противника, замер, прижав лезвие к горлу Перса.
Аплодисменты напарников ворвались в черно-серый мир, заставили взглянуть на него обычным зрением. Перс сдержанно улыбнулся, признавая поражение. Мы пожали друг другу руки.
- Отлично! – сказал он. – То, что я ждал – правильная стратегия и импровизация. Умение просчитать действие врага и вывернуться из самой тупиковой ситуации. Твоя группа заслужила боевые клинки в честном соревновании.
В сторону Самурая не нужно было и смотреть. Волны исходящей от него бессильной ярости и бешенства затопили целиком, хлестнули по нервам. И если бы мы научились передавать мысли, ментальной ругани было бы не избежать.
- Хочу вам напомнить, - обратился Перс к адептам, будто не замечая недовольства проигравшего. – До конца учебного полугодия осталось совсем немного. Послезавтра состоится последний зачет на выносливость. Истинные бегут сорок километров, их напарники – десять. После этого подведем итоги и объявим победителя.
- А каникулы у нас будут? – спросила Герда.
- Отдыхать будете после выпуска из Обители. Деление на полугодия у нас символическое. Но, окончив первое, вы вступаете в совершенно новую жизнь. Истинные проходят инициацию, и тогда, с подстраховкой старших, вы сможете участвовать в настоящих операциях.
- Реальный бой? – воскликнул Бес. – Круто!
- Не слишком круто, Бес. Охота на вампиров – занятие исключительно опасное. Одна ошибка – и все. А теперь все свободны.
К вечеру погода разгулялась. Дождь прекратился, землю остветили солнечные лучи, согревая ее последним теплом. Идти на ужин расхотелось. В воздухе вкусно пахло осенью, жухлой листвой и озерной свежестью, так что я развернулся и направился к тренировочной башне. Оглянувшись и проверив, что меня никто не видит, запрыгнул по проторенному пути на парапет, а потом перемахнул на крышу. Усевшись на самом пике, засмотрелся на окрестности.
Лес буйствовал множеством красок: от пронзительно-желтого и коричневого, до багряного и изумрудно-зеленого. Солнце садилось, оттеняя небо и озеро розовым и фиолетовым цветами. Даже не верилось, что через месяц-другой все здесь покроется снегом и замрет до будущей весны.
Не знаю, сколько я просидел на крыше, наблюдая за закатом, за медленно надвигавшейся темнотой, за появляющимися тут и там искорками звезд. Подмораживало, но особенного холода я не чувствовал: душу грел полученный Клык. Вообще-то на территории охотников ходить с оружием не приветствовалось, но я просто не успел занести его домой. Еще раз вытянув клинок из ножен, залюбовался совершенством линий, холодным блеском стали, искусной отделкой.
- Никак не расстанешься с прелестью?
Ироничное замечание прозвучало так неожиданно, что я вздрогнул и едва не уронил кукри.
- Сел? Ты что здесь делаешь? – я убрал его в ножны.
- Не один ты мастак скакать по крышам, - она присела рядом, подперев руками подбородок.
- Ты не ответила на мой вопрос.
- Красиво здесь, - напарница усиленно делала вид, что не слышит. – Я тоже иногда сюда прихожу. Моя комната несколькими этажами ниже.
Поднявшееся было чувство радости тут же сменилось досадой. Вот остолоп. И почему я решил, что ее присутствие здесь - не простое совпадение.
- Ты на ужин не ходил, - она не сводила глаз с неба, темнеющего с каждой минутой. – Что-то случилось?
- Нет, ничего. Просто…
- Захотелось укрыться там, где тебя не найдут? Почему? Сегодня ты - герой дня. Одолел Перса, принес нам победу и право носить настоящее оружие.
- Разве это так важно? – Я усиленно старался не смотреть на нежные ямочки возле ее губ, на родинку чуть ниже скулы. – Какое значение имеет победа? Вампирам плевать, кто на них вышел охотиться – отличник или двоечник.
- Ты прав, наверное, не важно. – Она расстроилась, напряглась, будто я сказал нечто неприятное. – Просто я привыкла быть первой. В школе, когда училась на одни пятерки, в танцевальном кружке, когда выкладывалась за медали и кубки. В первом классе у меня не получалось прыгать в резиночку. Знаешь такую игру?
Честно говоря, я не слишком разбирался в девчоночьих забавах. Видел издалека, но никогда не вникал в правила. Ну, хорошо, признаюсь, что пару раз ее отбирал у одноклассниц, чтоб дорогу не загораживали.
- На самом деле это очень сложно – прыгнуть так, чтобы не зацепиться, особенно, если она высоко. Так вот… у меня не получалось. И я натягивала ее дома, между стульями. И тренировалась, тренировалась. Многие бы плюнули, сочли бесполезной тратой времени. Но не я. Мама говорила, - тут Селена осеклась, поежилась и тихо продолжила, - что я как танк. Пру напролом, пока не добьюсь своего.
- Она была права, - мягко улыбнулся я. – Та Селена, которую я знаю, никогда не отступает.
- Еще как отступает, - прошептала девушка. – Тогда… когда все случилось…
Мы сидели рядом, плечом к плечу, и я чувствовал, как ее терзает горечь утраты, ищет выхода, но не находит. Не так просто заново пережить то, что разрушило твою жизнь. По себе знаю.
- Мы спали, - вдруг начала она. - Я в одной комнате, родители и трехмесячный братишка – в другой. Мама по ночам кормила его и укачивала. Той ночью я проснулась от плача. Еще удивилась – Темка меня никогда не будил. А потом поняла, что плач какой-то неправильный. Знаешь, похожий на писк. Или визг. Жалобный. Душераздирающий. Я бросилась к родителям и там… - Селена сделала паузу и продолжила холодно, отстранено, будто пересказывала фильм. – И там увидела его. Сначала решила, что к нам пробрался грабитель. Высокий, с бледным, как у мертвяка лицом. Я его никогда не забуду. Пронзительные карие глаза и, что самое ужасное, острые клыки, торчащие из-под губ. Щеки, рот и подбородок у него были чем-то перемазаны. Только потом до меня дошло, что это кровь. Мама лежала на кровати с разорванным горлом – она даже проснуться не успела, когда на нее напали. А папа… папу я увидела на полу. Истерзанного, в багровой луже, словно на него напал дикий зверь.
Голос Селены дрогнул, из глаз покатились крупные слезы.
- Я хотела кричать, но не могла. Меня будто голоса лишили. Темка извивался у этого чудовища в руках и отчаянно пищал… А нежить смотрела на меня так… пристально, тяжело… Я онемела, не могла и пальцем пошевелить, но тут он сделал шаг, и я пришла в себя. От страха закричала. И нет, чтобы взять что-нибудь в руки. Нож там, или предмет какой тяжелый, все равно что… А я побежала. Хлопнула дверью, вырвалась из квартиры и понеслась прочь… Со всех ног. До сих пор не могу поверить… Я их оставила… бросила… струсила…
- Ты бы ничего не сделала, - тихо произнес я.
- Потом меня нашли охотники, - она спрятала лицо, вытерла слезы. – Сказали, что я выжила чудом. Что у меня несвойственная людям устойчивость к вампирскому гипнозу, иначе мне бы не удалось его побороть. И что у меня будет возможность найти упыря, напавшего на мою семью, и самолично перерезать ему глотку. В Обитель я поступила, а вот шанс отомстить, увы, потеряла.
- Почему?
Селена вздохнула и улыбнулась. Горько, иронично, облегченно ли?
- Да потому что ты уже с ним разобрался.
Я потерял дар речи. Нет. Не бывает таких совпадений!
- Самир?
- Да. Его морда отлично отпечаталась на той записи в ю-тюбе. Еще подумала – вот так парень… Столкнулся с тварью и не струсил. В отличие от меня.
- Ты не должна винить себя. У нас разные…
- Возможности? – вздохнула она. – Конечно, ведь я всего лишь человек.
- Ты сильнее любого человека. - Я коснулся ее пальцев – холодных и тонких. Сжал ее руку, стараясь согреть своим теплом. - Ты выжила и поборола свой страх.
- Я найду ублюдка, - процедил я. – Найду Анубиса и отрублю ему голову.
- Это охота за призраком, Маугли. Думаешь, мы не пытались? Перс едва не погиб, преследуя его. Месть лишила его осторожности, сделала уязвимым. Мне стоило огромных усилий вернуть его к нормальной жизни, переключить на работу в Обители.
- Я не знал…
Вот, значит, в чем дело. Вот почему он так ко мне отнесся. В гибели сестры Перс винил Лиса. Разыскивал Анубиса – но безрезультатно. А потом появился я. Сын человека, которого он ненавидел.
- Возможно, когда-нибудь тебе удастся то, что оказалось нам не по плечу, - продолжал Ирбис. – Но не сейчас. Главная твоя задача – учиться. Ты делаешь успехи.
- Какие успехи? Я даже зрение истинного не могу… - я осекся, вспомнив вдруг в каком состоянии сюда пришел. – У меня получилось… Получилось!
- Конечно, - улыбнулся охотник. – Я же говорил. Просто понадобился некий толчок. Ты сможешь повторить?
Повторить? Все дело во внутреннем барьере. Чужой я могу сломить, так почему бы не уничтожить свой? Закрыть глаза, расслабиться, сконцентрироваться. Слушать биение сердца, а потом, где-то между его ударами надавить на сознание, перестроить восприятие.
Засветился красным Ирбис. Окружающие предметы сделались как никогда четкими и ясными. Я притянул к себе первую попавшуюся книгу, открыл ее, удивленно вздохнув: вереница из серебряных букв пробежалась по странице, сложилась в слова, в предложения, в знание. История охотников – порой мрачная, порой жестокая, но всегда полная мужества и героизма, самопожертвования и любви, пролетела перед внутренним видением. Ошарашенный, я моргнул и «тепловизор» выключился, но и нескольких минут хватило, чтобы понять, как его вызвать.
Я отложил книгу, прочитав ее название «Обитель в XVI-XVII веке».
- И как? Ты прочел ее? – спросил Ирбис.
Я только кивнул, пораженный открывшимися возможностями. Теперь необязательно штудировать все эти талмуды, которыми меня завалила Орхидея, тратить время на «теорию вампирологии». Какие еще горизонты открывает «тепловизор»?
- И не мечтай, - охотник будто мысли мои прочел, - общие знания никогда не заменят досконального и методичного изучения предмета. Но в чем-то, конечно, оно тебе поможет.
И он не ошибся.
Теперь, когда занятия с Ирбисом начали приносить результаты, дело пошло намного быстрее. Через неделю я мог удерживать зрение истинного на довольно продолжительный срок. Так же как полностью контролировать действия и сохранять хладнокровие. Вскоре не осталось никаких причин, чтобы удерживать меня в стороне от общих тренировок. И хотя Перс продолжал соблюдать холодную дистанцию, надо отдать ему должное, моему возвращению не препятствовал.
Так пролетел сентябрь, подошел к концу октябрь. Близилось к завершению учебное полугодие, а вместе с ним и подсчет набранных очков. Все мы уже неплохо управлялись с боевыми кукри, преуспели в стрельбе из арбалетов и в рукопашном бое. И надеялись на победу в общегрупповом зачете, так как очень быстро набирали баллы благодаря «тепловизору», усидчивости Панды, усердию Селены и отличной боевой подготовке Дика. Каждый из нас вносил свой вклад, став незаменимой частью единой команды.
Сегодня погода не слишком благоприятствовала тренировке. Утро выдалось туманным, то и дело шел мелкий, едва заметный дождь, а сырость проникала даже сквозь ветровки. В любой другой день самым большим желанием было бы побыстрее закончить занятие и укрыться в столовой с горячей чашкой чая. Но не сегодня. На заключительном занятии у Перса раскрасневшиеся адепты отрабатывали удары сначала на «страшилах», затем перешли к спаррингу, в надежде заработать дополнительные очки за безошибочную комбинацию движений.
- Достаточно, - вдруг прервал нас Перс. – Самурай и Маугли – ко мне.
Удивленные, мы подошли.
- По результатам зачета, - объявил он, прохаживаясь перед нами, - победившей группе будут вручены боевые клинки. Первое место пока что удерживает первая.
Самурай гордо приосанился, окинув высокомерным взглядом остальных.
- Однако в спину им дышит пятая. Так что счет еще может поменяться.
- Черта с два я дам упыренышу выиграть, - ухмыльнулся Самурай.
- За оскорбление товарища снимаю два балла, - охладил его пыл Перс.
- Он мне не товарищ, - брякнул адепт.
- Еще минус очко за неуважение. Я устал объяснять вам, как важно доверять друг другу. И не только в бою.
Самурай хотел сказать еще что-то, но его осадил Кот:
- Да замолчи уже! Проиграем турнир, даже не начав его.
Таким железным аргументам возражать никто не стал. Перс чуть заметно улыбнулся и сказал:
- Осталось еще одно задание. Думаю, вы оба к нему готовы.
- К чему? – спросил Самурай.
- К тому, чтобы сразиться со мной. Сегодня вампиром буду я. Никаких поблажек – полная имитация схватки. Кто победит – получит наибольшее количество очков, а следовательно, право носить боевые кукри.
- А почему нам нельзя? – обиженно протянула Герда. – Мы отстаем совсем чуть-чуть.
- Потому что вам следует еще подучить некоторые удары. Без обид. Ну, так кто первый?
Первым выступил Самурай. Я же специально не торопился вступать в бой. Видел, на что способен Перс. И даже несмотря на его безоружность знал – победить его будет очень непросто.
Самурай закружил вокруг тренера, сжимая в руках тренировочный нож. Я почувствовал, как по спине пробежался легкий холодок – Перс применил гипноз, стараясь обездвижить противника. Но тот умело выставил ментальные щиты. Хорошо, видать, запомнил тот случай на крыше башни, и подготовился. А потом он атаковал. Перс и Самурай закружились так быстро, что глаза едва успевали за ними следить. Тренер уверенно уходил от каждого взмаха, уклонялся, пропуская мимо лезвие клыка.
Адепты замерли, неотрывно следя за схваткой. Герда не уставала восхищенно вздыхать каждый раз, когда Перс элегантно уходил от очередной атаки. Кот и Бандерас поддерживали друга, подбадривая, когда тот проводил удачную комбинацию. И когда, казалось, нож почти коснулся горла тренера, тот развернулся, перехватив руку Самурая, и швырнул его на землю.
- Ты мертв, - констатировал Перс. – Но дрался хорошо. Еще немного потренируешься, и можно против упырей выпускать. Маугли. Теперь ты.
- Удачи, - шепнула Селена.
Чувствуя спиной ее взгляд, я подошел к Персу. Несмотря на напряженную схватку, выглядел он совсем не уставшим. И даже не запыхавшимся.
- Приступим? – спросил он, отступая на шаг.
- Приступим.
Схватка только началась, а у меня уже перехватило дыхание. Перс провел ментальный удар, прежде чем я успел выставить защиту. Ледяной кулак сжал горло, черный взгляд не отпускал, подчинял, делал тело ватным, лишал сил. Тренер раздвоился, расстроился, окружая меня со всех сторон. С таким сильным мороком сталкиваться прежде не приходилось. Даже на занятиях у Кобры.
- Давай же, Маугли! – крик Селены облил ушатом холодной воды. Я моргнул, преображая зрение в «тепловизор», сбросил контроль. Персы слились в одного – истинного, обладающего алой аурой. Он стоял слева и еще не почувствовал, что жертва сорвалась с крючка. Я сделал выпад, целясь клыком в шею. Но Перс ушел, переместившись мне за спину. Хотел ударить по ногам, но я вовремя отпрыгнул, развернулся, разрезав ножом воздух в миллиметре от его живота. Тренер прогнулся, отлетел назад и, поднырнув под рукой, оказался сбоку от меня. Перехватил правое запястье, дернул на себя, одновременно блокируя левый хук снизу. В считанные доли секунды я понял – следующий его удар будет коленом поддых и опередил его. Вывернул левую руку из блока, одновременно разжав кулак с клыком. На лету подхватил нож, рванул его вверх. Пробив защиту противника, замер, прижав лезвие к горлу Перса.
Аплодисменты напарников ворвались в черно-серый мир, заставили взглянуть на него обычным зрением. Перс сдержанно улыбнулся, признавая поражение. Мы пожали друг другу руки.
- Отлично! – сказал он. – То, что я ждал – правильная стратегия и импровизация. Умение просчитать действие врага и вывернуться из самой тупиковой ситуации. Твоя группа заслужила боевые клинки в честном соревновании.
В сторону Самурая не нужно было и смотреть. Волны исходящей от него бессильной ярости и бешенства затопили целиком, хлестнули по нервам. И если бы мы научились передавать мысли, ментальной ругани было бы не избежать.
- Хочу вам напомнить, - обратился Перс к адептам, будто не замечая недовольства проигравшего. – До конца учебного полугодия осталось совсем немного. Послезавтра состоится последний зачет на выносливость. Истинные бегут сорок километров, их напарники – десять. После этого подведем итоги и объявим победителя.
- А каникулы у нас будут? – спросила Герда.
- Отдыхать будете после выпуска из Обители. Деление на полугодия у нас символическое. Но, окончив первое, вы вступаете в совершенно новую жизнь. Истинные проходят инициацию, и тогда, с подстраховкой старших, вы сможете участвовать в настоящих операциях.
- Реальный бой? – воскликнул Бес. – Круто!
- Не слишком круто, Бес. Охота на вампиров – занятие исключительно опасное. Одна ошибка – и все. А теперь все свободны.
К вечеру погода разгулялась. Дождь прекратился, землю остветили солнечные лучи, согревая ее последним теплом. Идти на ужин расхотелось. В воздухе вкусно пахло осенью, жухлой листвой и озерной свежестью, так что я развернулся и направился к тренировочной башне. Оглянувшись и проверив, что меня никто не видит, запрыгнул по проторенному пути на парапет, а потом перемахнул на крышу. Усевшись на самом пике, засмотрелся на окрестности.
Лес буйствовал множеством красок: от пронзительно-желтого и коричневого, до багряного и изумрудно-зеленого. Солнце садилось, оттеняя небо и озеро розовым и фиолетовым цветами. Даже не верилось, что через месяц-другой все здесь покроется снегом и замрет до будущей весны.
Не знаю, сколько я просидел на крыше, наблюдая за закатом, за медленно надвигавшейся темнотой, за появляющимися тут и там искорками звезд. Подмораживало, но особенного холода я не чувствовал: душу грел полученный Клык. Вообще-то на территории охотников ходить с оружием не приветствовалось, но я просто не успел занести его домой. Еще раз вытянув клинок из ножен, залюбовался совершенством линий, холодным блеском стали, искусной отделкой.
- Никак не расстанешься с прелестью?
Ироничное замечание прозвучало так неожиданно, что я вздрогнул и едва не уронил кукри.
- Сел? Ты что здесь делаешь? – я убрал его в ножны.
- Не один ты мастак скакать по крышам, - она присела рядом, подперев руками подбородок.
- Ты не ответила на мой вопрос.
- Красиво здесь, - напарница усиленно делала вид, что не слышит. – Я тоже иногда сюда прихожу. Моя комната несколькими этажами ниже.
Поднявшееся было чувство радости тут же сменилось досадой. Вот остолоп. И почему я решил, что ее присутствие здесь - не простое совпадение.
- Ты на ужин не ходил, - она не сводила глаз с неба, темнеющего с каждой минутой. – Что-то случилось?
- Нет, ничего. Просто…
- Захотелось укрыться там, где тебя не найдут? Почему? Сегодня ты - герой дня. Одолел Перса, принес нам победу и право носить настоящее оружие.
- Разве это так важно? – Я усиленно старался не смотреть на нежные ямочки возле ее губ, на родинку чуть ниже скулы. – Какое значение имеет победа? Вампирам плевать, кто на них вышел охотиться – отличник или двоечник.
- Ты прав, наверное, не важно. – Она расстроилась, напряглась, будто я сказал нечто неприятное. – Просто я привыкла быть первой. В школе, когда училась на одни пятерки, в танцевальном кружке, когда выкладывалась за медали и кубки. В первом классе у меня не получалось прыгать в резиночку. Знаешь такую игру?
Честно говоря, я не слишком разбирался в девчоночьих забавах. Видел издалека, но никогда не вникал в правила. Ну, хорошо, признаюсь, что пару раз ее отбирал у одноклассниц, чтоб дорогу не загораживали.
- На самом деле это очень сложно – прыгнуть так, чтобы не зацепиться, особенно, если она высоко. Так вот… у меня не получалось. И я натягивала ее дома, между стульями. И тренировалась, тренировалась. Многие бы плюнули, сочли бесполезной тратой времени. Но не я. Мама говорила, - тут Селена осеклась, поежилась и тихо продолжила, - что я как танк. Пру напролом, пока не добьюсь своего.
- Она была права, - мягко улыбнулся я. – Та Селена, которую я знаю, никогда не отступает.
- Еще как отступает, - прошептала девушка. – Тогда… когда все случилось…
Мы сидели рядом, плечом к плечу, и я чувствовал, как ее терзает горечь утраты, ищет выхода, но не находит. Не так просто заново пережить то, что разрушило твою жизнь. По себе знаю.
- Мы спали, - вдруг начала она. - Я в одной комнате, родители и трехмесячный братишка – в другой. Мама по ночам кормила его и укачивала. Той ночью я проснулась от плача. Еще удивилась – Темка меня никогда не будил. А потом поняла, что плач какой-то неправильный. Знаешь, похожий на писк. Или визг. Жалобный. Душераздирающий. Я бросилась к родителям и там… - Селена сделала паузу и продолжила холодно, отстранено, будто пересказывала фильм. – И там увидела его. Сначала решила, что к нам пробрался грабитель. Высокий, с бледным, как у мертвяка лицом. Я его никогда не забуду. Пронзительные карие глаза и, что самое ужасное, острые клыки, торчащие из-под губ. Щеки, рот и подбородок у него были чем-то перемазаны. Только потом до меня дошло, что это кровь. Мама лежала на кровати с разорванным горлом – она даже проснуться не успела, когда на нее напали. А папа… папу я увидела на полу. Истерзанного, в багровой луже, словно на него напал дикий зверь.
Голос Селены дрогнул, из глаз покатились крупные слезы.
- Я хотела кричать, но не могла. Меня будто голоса лишили. Темка извивался у этого чудовища в руках и отчаянно пищал… А нежить смотрела на меня так… пристально, тяжело… Я онемела, не могла и пальцем пошевелить, но тут он сделал шаг, и я пришла в себя. От страха закричала. И нет, чтобы взять что-нибудь в руки. Нож там, или предмет какой тяжелый, все равно что… А я побежала. Хлопнула дверью, вырвалась из квартиры и понеслась прочь… Со всех ног. До сих пор не могу поверить… Я их оставила… бросила… струсила…
- Ты бы ничего не сделала, - тихо произнес я.
- Потом меня нашли охотники, - она спрятала лицо, вытерла слезы. – Сказали, что я выжила чудом. Что у меня несвойственная людям устойчивость к вампирскому гипнозу, иначе мне бы не удалось его побороть. И что у меня будет возможность найти упыря, напавшего на мою семью, и самолично перерезать ему глотку. В Обитель я поступила, а вот шанс отомстить, увы, потеряла.
- Почему?
Селена вздохнула и улыбнулась. Горько, иронично, облегченно ли?
- Да потому что ты уже с ним разобрался.
Я потерял дар речи. Нет. Не бывает таких совпадений!
- Самир?
- Да. Его морда отлично отпечаталась на той записи в ю-тюбе. Еще подумала – вот так парень… Столкнулся с тварью и не струсил. В отличие от меня.
- Ты не должна винить себя. У нас разные…
- Возможности? – вздохнула она. – Конечно, ведь я всего лишь человек.
- Ты сильнее любого человека. - Я коснулся ее пальцев – холодных и тонких. Сжал ее руку, стараясь согреть своим теплом. - Ты выжила и поборола свой страх.
