- Нежелательно, - поморщился врач, - Конечно сотрясение легкое, но лучше не стоит нагружать его хотя бы декаду. Состояние Ту-Мора получше, но тоже не стоит нагружаться. Рана серьезная и трещина в кости. Минимум две декады на лечение.
- Я здесь, между прочим, - нахмурился Ту-Мор.
- Мы знаем, - Та-Рон серьезно посмотрел на него, - Мы все должны понимать, на что рассчитывать, действовать командой и помогать друг другу. Разве не так? Ведь это будет оптимально.
- Да… Так, - вынужденно согласился Ту-Мор. При всем своем скверном характере он не мог отрицать рациональные решения.
- На-Рол, До-Лан, вы сможете помочь механику?
Те неуверенно кивнули. Действительно – ученый был явно слабым, что он мог поднять? На-Рол был покрепче, но тоже ни в какое сравнение не шел с бойцами.
- Когда надо будет поднимать что-то тяжелое, будете звать меня, - уточнил Та-Рон, - Только надо придумать, чем перегородить вход, чтобы хотя бы узнавать о визитерах.
- Нууу… Идейка есть, - протянул Ру-Таш.
- Как та с арбалетом? – скептически уточнил десятник и механик сник. Да, так и не пригодился толком и лежит теперь, изломанный.
- Говори, - настоял Та-Рон.
- Протянуть на входе тонкие нити, так чтобы входящие точно зацепили их, - Ру-Таш явно нервничал, - А к нитям – что-то гремящее.
- Это как растяжки, только не смертельно, - Ги-Рай одобрительно улыбнулся, - Даже невидимки не пройдут.
- А как нам выходить? – Ту-Мор скептически хмыкнул, - Как придумаете глупость.
- Не глупость. Но надо придумать оптимальный вариант.
- Так двери сделать, - До-Лан непонимающе смотрел на остальных, которые не видели очевидное решение, - Из железных прутьев сварить и поставить, а створки обтянуть нитями. Двери и сразу можно было сделать, между прочим.
- Хм… - механик задумался, - А ведь может получиться. Часа три от силы потрачу, если мне помогут с прутьями. А ведь ещё можно… Хм… Спасибо за идею, До-Лан. Что-то я ступил.
Работали до полуночи, втроем – механик, Та-Рон и До-Лан, который помогал по мелочи. Меряли проход, крепили опорные прутья, варили створки и уже к ним приваривали поперечные, для крепости. Дольше всего провозились с петлями и решили остальное оставить на завтра. Хотя пару нитей До-Лан все-таки натянул, а потом Та-Рон устроился спать в паре метров от этого входа.
Утром он проснулся от того, что кто-то пришел к пещере и возился с костром. Точно, уже рассвет! Значит это вновь тот дикарь? Пришел, как договаривались?
Действительно, он. Принес тушку оленя, но копье и мачете оставил с той стороны входа. Это он правильно сделал. И, конечно же, дикарь поклонился, как и в прошлый раз, и опять же что-то говорил, но знакомых слов Та-Рон не услышал. Дальше они вместе разделывали добычу, при этом дикарь показывал пальцем на разные части тела и называл их. К концу Та-Рон понимал ещё пару десятков слов. Однако когда он поставил котел на костер с намерением сварить мясо, дикарь негодующе отмахнулся и начал делать по-своему. Зачем-то нанизал мясо на прямые палочки, обсыпал их порошками из мешочков и устроил рядом с костром, над углями, частенько переворачивая.
Вскоре от мяса пошел аппетитный запах. Та-Рон с интересом принюхивался и тянулся попробовать, но дикарь упрямо отодвигал его руки, что-то выговаривая ему. Та-Рон разобрал слова «Нет» «мясо»… Другие не понял. «Не готово мясо» может? Наконец дикарь принюхался, поковырял ножом и одобрительно причмокнул. И протянул Та-Рону первую порцию. Тот осторожно взял, принюхался… укусил. А ведь вкусно! Намного вкуснее, чем варенное. Он и не заметил, как доел первую порцию. Дикарь одобрительно кивал, но пока не ел. Чего это он? Ведь остальное тоже готово.
Только после третьей порции, когда Та-Рон понял, что насытился и решительно отверг четвертую, дикарь с аппетитом принялся за трапезу. Явно был голодный. Тогда почему ждал?
- А что это так вкусно пахнет? – спросил, сонно потирая глаза, До-Лан. Он вышел из пещеры, щурясь на утреннее солнце и принюхиваясь.
- Мясо, конечно, - Та-Рон покосился на дикаря. Вот незадача, а ведь пятая порция была последней. Дикарь доедал её, недоуменно разглядывая ученого. Более того, недоумение быстро сменилось презрением.
- А это кто? – До-Лан наконец заметил гостя и испуганно уточнил, - Дикарь?
- Да, дикарь. Не бойся, если попробует атаковать тебя – мигом получит. Он здесь потому, что я решил учить их язык.
- Зачем? – кажется, ученого не успокоили слова Та-Рона.
Та-Рон объяснил, особо упирая на то, что это решение самое рациональное и оптимальное.
- Что здесь происходит? – завопил Ту-Мор, выйдя из пещеры.
Не мудрено, что он возмутился. То, что свои сидят и завтракают – это ладно. Но дикарь! Жарит мясо на костре! А остальные с удовольствием уплетают! Дикарь взялся за нож и приготовился метнуть, но был остановлен рыком Та-Рона. Слово Ту-Мор не понял, а вот интонацию – ещё как. Та-Рон запретил дикарю атаковать.
- Я учу язык дикарей, - ответил Та-Рон, не отводя взгляда от дикаря.
- Зачем?
- Чтобы понимать их.
- Зачем? – повторил десятник, будто звук поставили на повтор.
- Чтобы понимать, что здесь происходит, почему нас атаковали, почему перестали и так далее. Это наиболее рациональное решение в нашей ситуации.
Ту-Мор молча разевал рот, медленно краснея. Он явно хотел отчитать Та-Рона, но…
Дикарь слушался его. И сейчас внимательно наблюдал за ситуацией, явно оценивая каждого из них и их отношения.
- Ту-Мор, - Ги-Рай сидел в тени, наблюдая за ситуацией со стороны, - Просто подумай об этом. И да, мы уже обсудили, что нерационально учить дикарей языку Таме, - и он вкратце рассказал, к каким выводам они пришли.
Между делом десятника угостили мясом… Хотя каждая порция проходила через руки Та-Рона. Он обнюхивал каждую палочку и брал один кусочек. На-Рол настоял, мол, чтобы не отравили. Дикарь один раз уже попробовал, за что получил знатный фингал под глаз. И два раза по рукам, за попытки напасть на бойцов.
- И почему со мной не согласовали? – проворчал Ту-Мор, - Я командир или кто? И в инструкциях есть прямой запрет на изучение чужих языков.
- А ещё есть правило, позволяющее нарушать любой пункт инструкции, если придерживаться его нерационально, - возразил На-Рол, - Я, как врач, порою сталкиваюсь с такими ситуациями и по итогу пишу отчет. После анализа таких отчетов появляются новые инструкции и правила.
Ту-Мор помрачнел и молча вгрызся в свою порцию.
- Ру-Таш, ты сейчас закончишь с дверью? – спросил Та-Рон.
- Да, я придумал ещё кое-что, - кивнул механик, - До-Лан, поможешь? Твоих сил точно хватит.
- Хорошо, - с готовностью кивнул ученый.
- Я, если что, тоже помогу, - Та-Рон покосился на небо. Сегодня было безоблачно, солнце светило вовсю, и было понятно, что к полудню будет жарко, - Надо бы успеть до полудня, пока животные не начали нападать.
- Успеем, - механик хлопнул по коленям и поднялся, - Ну, пошли.
Все разошлись, остался только Та-Рон и дикарь, которые продолжили изучение языка. Теперь они рисовали в пыли и углем на стенах, изображая животных, растения, погоду, явления… Иногда дикарь уходил в джунгли и приносил что-то, о чем затем подробно рассказывал. Та-Рон слушал и старался разобраться.
Порою дикарь косился в сторону пещеры, откуда шел шум и грохот. Двери решили оббить ненужными досками и палками с внешней стороны, а к потолку прикрепили веревки и подвесили на них железный мусор, который громыхал, когда двери открывали. Угадать какая веревка к чему тянется, было почти невозможно – До-Лан знатно постарался, протягивая их. Изнутри дверь закрывалась по-хитрому – на замок и на палку, которую, не зная как, достать невозможно.
Ближе к полудню дикарь сказал, что надо что-то добыть из растений, чтобы что-то сделать с животными и надолго ушел в джунгли. Все успели пообедать и разойтись по делам, когда дикарь вернулся с охапкой синеватых лоз. Вытребовал котелок, чистую воду, нарезал лозы кусочками и принялся варить. Готовый густой синий отвар, крайне дурно пахнущий, разлил по краю скальной площадки… И вышедшие к пещере животные, принюхавшись, заворачивали обратно.
Экспедиция выдохнула с облегчением. До самого вечера их посещали только четырехглазые птицы и насекомые, которые хоть и кусались, но хотя бы не убивали. Правда, и дикарь не отходил от костра, предпочтя уже не соваться в джунгли.
Работа над лебедкой продвигалась туго – Та-Рон не решался оставлять дикаря одного, даже за запертой дверью, а без него получалось плохо. Зато в изучении языка он неплохо продвинулся, хотя голова к вечеру гудела и слова путались. Но простые вещи он уже понимал и мог что-то сказать. Например, вечером отправил дикаря восвояси, выдав съестного. И до полуночи, буквально через не могу, помогал все-таки делать лебедку, пока их не разогнал На-Рол.
Ещё два дня продолжались тем же образом. Утром дикарь приносил добычу, они её разделывали и готовили, а после начинали беседовать. И с каждым днём Та-Рон понимал все больше. Доделывать лебедку, по настоянию На-Рола, не спешили. Все равно им сейчас не хватит сил, чтобы спустить плот и погрузить вещи. Сперва надо, чтобы все выздоровели… Так что теперь Ги-Рай спокойно дремал за дверью, наблюдая за происходящим в «прихожей». Ту-Мор шатался по пещере и ворчал. Механик с ученым перебирали мусор и чинили поломанное по мере сил. Например, пару солнечных панелей, которые поставили возле маяка. А врач… тоже отдыхал и присматривал за больными. По сути все доверились Та-Рону.
Между делом выяснилось и имя дикаря – Ркураги. Что-то вроде «тигр красный». Он был хорошим охотником и тем, кто ведет людей – вроде командира.
На третий вечер, Та-Рон решил узнать и значение своего имени. «Он», как выяснилось, значило… «сын». А «Тар» – характеристика опасного животного, при чем не важно хищного или нет, главное, что весьма злого и страшного. Людей в этом состоянии называли «тарса».
Вид Та-Рона Ркураги назвал «Рар». И нарисовал углем крылатого ящера. В ответ Та-Рон показал голограмму с изображением отца. Дикарь одобрительно кивнул и сказал, что это «хороший рисунок в воздухе».
- Так выглядит мой отец, - уточнил Та-Рон.
- Тар? – вот тут Ркураги проняло. Он заметно округлил глаза и жадно впился взглядом в голограмму, - Это могучий рар! Рар, который разрушает и убивает!
- Нет, - возразил Та-Рон, - Отец сильный и мудрый, он ведет рар за собой, защищает и помогает.
- Глупый Тар Он! – дикарь скривился и замахал на него руками, - Мы знаем, что было. Рар Пьющий Красное рассказывал.
- Рар сейчас на острове? – Та-Рон встрепенулся. Кто-то из его вида тут?
- Да, он там, - Ркураги махнул рукой куда-то на юг, - Плоть засохла на костях и чешуя осыпалась на камень, но он лежит там, где смерть забрала его. Люди сикао чтут его и помнят его слова.
Значит тот рар мертв... Та-Рон почувствовал жестокое разочарование. А ему показалось, что он близко…
- Ты видел других рар?
- Нет, никто из сикао не видел рар очень давно, - ответил дикарь.
- Ты выяснил что-то полезное? – прервал их разговор Ту-Мор. Дикарь привычно оскалился ему, показав зубы. Десятник едва сдержался, чтобы не ответить тем же.
- Только то, что когда-то такие как я прилетали сюда, - Та-Рон удрученно вздохнул, - Но очень давно. Последний умер, и плоть успела засохнуть на костях.
- Кхм… А почему они нападали, выяснил? – и добавил скептически, - Или все ещё слов не хватает?
- Ркураги, почему твои люди нападали на нас? – просто спросил Та-Рон, не реагируя на выпад десятника.
- Вы чужаки. Сикао убивают чужаков.
- А почему перестали нападать?
- Ты – Тар Он. Они – твои люди. Сикао тоже твои люди. Мы не нападаем на своих. Но я не понимаю, почему ты взял их под крыло? Они слабые, не умеют охотиться и драться.
- Их народ растил меня, - объяснил Та-Рон, старательно подбирая слова, - Они учили меня и воспитывали. Потом нас отправили сюда и мы вместе сражались. Они взяли меня, теперь я взял их под крыло.
- Тар Он добрый и глупый, - покачал головой Ркураги, - Убей слабых, раненых и больных и оставь сильных, чтобы сражаться вместе. Чтобы слабые не задерживали твой путь.
Та-Рон возмущенно уставился на дикаря. Что за глупости? Или он что-то не так понял? Убить товарищей?
- Ркураги, кого ты считаешь слабым? – спросил настороженно.
- До-Лан слабый. Ту-Мор и Ги-Рай больные. На-Рол и Ру-Таш сильные, но не умеют драться, - разъяснил дикарь, - Надо всех убить и идти самому, а не кормить просто так.
- Ркураги глупый! – вспылил Та-Рон и не заметил, как руки покрыла чешуя, а сам он встал и надвинулся на дикаря, - На-Рол помогает больным снова стать здоровыми и сильными. Ру-Таш делает крепкие и полезные вещи. До-Лан знает звезды, и многое про мир и помогает Ру-Ташу. Ту-Мор и Ги-Рай – хорошие охотники. Ги-Рай – зоркий стрелок! Ту-Мор водил охотников! И если ты, или другие сикао, попробуете им навредить, я убью вас и сброшу в реку!
Во время этой тирады лицо дикаря медленно вытягивалось. Он явно растерялся и не знал, что сказать. А Та-Рон, закончив, сел обратно и уставился на Ркураги как на врага. Забытый ими Ту-Мор мялся возле входа.
- Та-Рон, что произошло? – спросил он тихо и заработал два взгляда – злой и растерянный.
- Ркураги сказал, что их народ убивает всех чужаков, - наконец ответил Та-Рон, все еще подрагивая от злости и продолжая наблюдать за дикарем, - Но если есть общий командир, то его подчиненные не убивают друг друга. А потом он сказал, что я глупый и должен убить слабых и больных, чтобы остались только сильные охотники.
- Чт-то? – заикнулся Ту-Мор и побледнел, но Та-Рон будто не заметил.
- А я разозлился и рассказал ему, что он не прав и каждый из нас сильный и полезный. Ту-Мор, он не убивает вас только потому, что я запретил. Поэтому, если хотите жить – не нарывайтесь.
- Хорошо… - десятник сглотнул и уже четче добавил, - Принято. А почему они считают тебя командиром?
- Ркураги, почему ты решил, что я тот, кто ведет сикао?
- Не только сикао, - покачал тот головой, - Всех, кто на островах! Киба, видящие то, что будет, говорили, что когда придет Тар Он, те, кого он возьмет под крыло, будут хорошо жить. И люди островов поплывут на большую землю, и прольется много крови, и люди островов будут пить ее, как воду. И Тар Он будет летать над ними, и огонь его принесет смерть врагам его. И возьмет он под крыло многие народы и будут они жить хорошо. А потом придет черный рар и бросит Тар Он себя самого и все, что имеет к ногам его, но черный рар возвысит его и поставит вровень с собой и будут люди жить под крыльями их. И всегда будет у людей еда, вода и хорошее жилье, и всегда будет у них победа, а у всех врагов – поражение. Трукур-киба знает больше. Позови его, и он покажет тебе много рисунков в воздухе и расскажет много историй о том, что было и о том, что будет.
- Но Ркураги, как люди могут знать то, что будет? – скептически спросил Та-Рон. Знать будущее? Да как это вообще возможно?
- Я не знаю, - дикарь развел руками, - Может Трукур знает. Он и другие киба иногда знают, что будет. А иногда нет.
- Ркураги, уходи, - подумав, сказал Та-Рон, - Вернись на третий день утром и приведи Трукура. Я хочу с ним говорить. И скажи мне сейчас, как долго ты идёшь до места, где живешь?
- Я здесь, между прочим, - нахмурился Ту-Мор.
- Мы знаем, - Та-Рон серьезно посмотрел на него, - Мы все должны понимать, на что рассчитывать, действовать командой и помогать друг другу. Разве не так? Ведь это будет оптимально.
- Да… Так, - вынужденно согласился Ту-Мор. При всем своем скверном характере он не мог отрицать рациональные решения.
- На-Рол, До-Лан, вы сможете помочь механику?
Те неуверенно кивнули. Действительно – ученый был явно слабым, что он мог поднять? На-Рол был покрепче, но тоже ни в какое сравнение не шел с бойцами.
- Когда надо будет поднимать что-то тяжелое, будете звать меня, - уточнил Та-Рон, - Только надо придумать, чем перегородить вход, чтобы хотя бы узнавать о визитерах.
- Нууу… Идейка есть, - протянул Ру-Таш.
- Как та с арбалетом? – скептически уточнил десятник и механик сник. Да, так и не пригодился толком и лежит теперь, изломанный.
- Говори, - настоял Та-Рон.
- Протянуть на входе тонкие нити, так чтобы входящие точно зацепили их, - Ру-Таш явно нервничал, - А к нитям – что-то гремящее.
- Это как растяжки, только не смертельно, - Ги-Рай одобрительно улыбнулся, - Даже невидимки не пройдут.
- А как нам выходить? – Ту-Мор скептически хмыкнул, - Как придумаете глупость.
- Не глупость. Но надо придумать оптимальный вариант.
- Так двери сделать, - До-Лан непонимающе смотрел на остальных, которые не видели очевидное решение, - Из железных прутьев сварить и поставить, а створки обтянуть нитями. Двери и сразу можно было сделать, между прочим.
- Хм… - механик задумался, - А ведь может получиться. Часа три от силы потрачу, если мне помогут с прутьями. А ведь ещё можно… Хм… Спасибо за идею, До-Лан. Что-то я ступил.
Работали до полуночи, втроем – механик, Та-Рон и До-Лан, который помогал по мелочи. Меряли проход, крепили опорные прутья, варили створки и уже к ним приваривали поперечные, для крепости. Дольше всего провозились с петлями и решили остальное оставить на завтра. Хотя пару нитей До-Лан все-таки натянул, а потом Та-Рон устроился спать в паре метров от этого входа.
Утром он проснулся от того, что кто-то пришел к пещере и возился с костром. Точно, уже рассвет! Значит это вновь тот дикарь? Пришел, как договаривались?
Действительно, он. Принес тушку оленя, но копье и мачете оставил с той стороны входа. Это он правильно сделал. И, конечно же, дикарь поклонился, как и в прошлый раз, и опять же что-то говорил, но знакомых слов Та-Рон не услышал. Дальше они вместе разделывали добычу, при этом дикарь показывал пальцем на разные части тела и называл их. К концу Та-Рон понимал ещё пару десятков слов. Однако когда он поставил котел на костер с намерением сварить мясо, дикарь негодующе отмахнулся и начал делать по-своему. Зачем-то нанизал мясо на прямые палочки, обсыпал их порошками из мешочков и устроил рядом с костром, над углями, частенько переворачивая.
Вскоре от мяса пошел аппетитный запах. Та-Рон с интересом принюхивался и тянулся попробовать, но дикарь упрямо отодвигал его руки, что-то выговаривая ему. Та-Рон разобрал слова «Нет» «мясо»… Другие не понял. «Не готово мясо» может? Наконец дикарь принюхался, поковырял ножом и одобрительно причмокнул. И протянул Та-Рону первую порцию. Тот осторожно взял, принюхался… укусил. А ведь вкусно! Намного вкуснее, чем варенное. Он и не заметил, как доел первую порцию. Дикарь одобрительно кивал, но пока не ел. Чего это он? Ведь остальное тоже готово.
Только после третьей порции, когда Та-Рон понял, что насытился и решительно отверг четвертую, дикарь с аппетитом принялся за трапезу. Явно был голодный. Тогда почему ждал?
- А что это так вкусно пахнет? – спросил, сонно потирая глаза, До-Лан. Он вышел из пещеры, щурясь на утреннее солнце и принюхиваясь.
- Мясо, конечно, - Та-Рон покосился на дикаря. Вот незадача, а ведь пятая порция была последней. Дикарь доедал её, недоуменно разглядывая ученого. Более того, недоумение быстро сменилось презрением.
- А это кто? – До-Лан наконец заметил гостя и испуганно уточнил, - Дикарь?
- Да, дикарь. Не бойся, если попробует атаковать тебя – мигом получит. Он здесь потому, что я решил учить их язык.
- Зачем? – кажется, ученого не успокоили слова Та-Рона.
Та-Рон объяснил, особо упирая на то, что это решение самое рациональное и оптимальное.
- Что здесь происходит? – завопил Ту-Мор, выйдя из пещеры.
Не мудрено, что он возмутился. То, что свои сидят и завтракают – это ладно. Но дикарь! Жарит мясо на костре! А остальные с удовольствием уплетают! Дикарь взялся за нож и приготовился метнуть, но был остановлен рыком Та-Рона. Слово Ту-Мор не понял, а вот интонацию – ещё как. Та-Рон запретил дикарю атаковать.
- Я учу язык дикарей, - ответил Та-Рон, не отводя взгляда от дикаря.
- Зачем?
- Чтобы понимать их.
- Зачем? – повторил десятник, будто звук поставили на повтор.
- Чтобы понимать, что здесь происходит, почему нас атаковали, почему перестали и так далее. Это наиболее рациональное решение в нашей ситуации.
Ту-Мор молча разевал рот, медленно краснея. Он явно хотел отчитать Та-Рона, но…
Дикарь слушался его. И сейчас внимательно наблюдал за ситуацией, явно оценивая каждого из них и их отношения.
- Ту-Мор, - Ги-Рай сидел в тени, наблюдая за ситуацией со стороны, - Просто подумай об этом. И да, мы уже обсудили, что нерационально учить дикарей языку Таме, - и он вкратце рассказал, к каким выводам они пришли.
Между делом десятника угостили мясом… Хотя каждая порция проходила через руки Та-Рона. Он обнюхивал каждую палочку и брал один кусочек. На-Рол настоял, мол, чтобы не отравили. Дикарь один раз уже попробовал, за что получил знатный фингал под глаз. И два раза по рукам, за попытки напасть на бойцов.
- И почему со мной не согласовали? – проворчал Ту-Мор, - Я командир или кто? И в инструкциях есть прямой запрет на изучение чужих языков.
- А ещё есть правило, позволяющее нарушать любой пункт инструкции, если придерживаться его нерационально, - возразил На-Рол, - Я, как врач, порою сталкиваюсь с такими ситуациями и по итогу пишу отчет. После анализа таких отчетов появляются новые инструкции и правила.
Ту-Мор помрачнел и молча вгрызся в свою порцию.
- Ру-Таш, ты сейчас закончишь с дверью? – спросил Та-Рон.
- Да, я придумал ещё кое-что, - кивнул механик, - До-Лан, поможешь? Твоих сил точно хватит.
- Хорошо, - с готовностью кивнул ученый.
- Я, если что, тоже помогу, - Та-Рон покосился на небо. Сегодня было безоблачно, солнце светило вовсю, и было понятно, что к полудню будет жарко, - Надо бы успеть до полудня, пока животные не начали нападать.
- Успеем, - механик хлопнул по коленям и поднялся, - Ну, пошли.
Все разошлись, остался только Та-Рон и дикарь, которые продолжили изучение языка. Теперь они рисовали в пыли и углем на стенах, изображая животных, растения, погоду, явления… Иногда дикарь уходил в джунгли и приносил что-то, о чем затем подробно рассказывал. Та-Рон слушал и старался разобраться.
Порою дикарь косился в сторону пещеры, откуда шел шум и грохот. Двери решили оббить ненужными досками и палками с внешней стороны, а к потолку прикрепили веревки и подвесили на них железный мусор, который громыхал, когда двери открывали. Угадать какая веревка к чему тянется, было почти невозможно – До-Лан знатно постарался, протягивая их. Изнутри дверь закрывалась по-хитрому – на замок и на палку, которую, не зная как, достать невозможно.
Ближе к полудню дикарь сказал, что надо что-то добыть из растений, чтобы что-то сделать с животными и надолго ушел в джунгли. Все успели пообедать и разойтись по делам, когда дикарь вернулся с охапкой синеватых лоз. Вытребовал котелок, чистую воду, нарезал лозы кусочками и принялся варить. Готовый густой синий отвар, крайне дурно пахнущий, разлил по краю скальной площадки… И вышедшие к пещере животные, принюхавшись, заворачивали обратно.
Экспедиция выдохнула с облегчением. До самого вечера их посещали только четырехглазые птицы и насекомые, которые хоть и кусались, но хотя бы не убивали. Правда, и дикарь не отходил от костра, предпочтя уже не соваться в джунгли.
Работа над лебедкой продвигалась туго – Та-Рон не решался оставлять дикаря одного, даже за запертой дверью, а без него получалось плохо. Зато в изучении языка он неплохо продвинулся, хотя голова к вечеру гудела и слова путались. Но простые вещи он уже понимал и мог что-то сказать. Например, вечером отправил дикаря восвояси, выдав съестного. И до полуночи, буквально через не могу, помогал все-таки делать лебедку, пока их не разогнал На-Рол.
Ещё два дня продолжались тем же образом. Утром дикарь приносил добычу, они её разделывали и готовили, а после начинали беседовать. И с каждым днём Та-Рон понимал все больше. Доделывать лебедку, по настоянию На-Рола, не спешили. Все равно им сейчас не хватит сил, чтобы спустить плот и погрузить вещи. Сперва надо, чтобы все выздоровели… Так что теперь Ги-Рай спокойно дремал за дверью, наблюдая за происходящим в «прихожей». Ту-Мор шатался по пещере и ворчал. Механик с ученым перебирали мусор и чинили поломанное по мере сил. Например, пару солнечных панелей, которые поставили возле маяка. А врач… тоже отдыхал и присматривал за больными. По сути все доверились Та-Рону.
Между делом выяснилось и имя дикаря – Ркураги. Что-то вроде «тигр красный». Он был хорошим охотником и тем, кто ведет людей – вроде командира.
На третий вечер, Та-Рон решил узнать и значение своего имени. «Он», как выяснилось, значило… «сын». А «Тар» – характеристика опасного животного, при чем не важно хищного или нет, главное, что весьма злого и страшного. Людей в этом состоянии называли «тарса».
Вид Та-Рона Ркураги назвал «Рар». И нарисовал углем крылатого ящера. В ответ Та-Рон показал голограмму с изображением отца. Дикарь одобрительно кивнул и сказал, что это «хороший рисунок в воздухе».
- Так выглядит мой отец, - уточнил Та-Рон.
- Тар? – вот тут Ркураги проняло. Он заметно округлил глаза и жадно впился взглядом в голограмму, - Это могучий рар! Рар, который разрушает и убивает!
- Нет, - возразил Та-Рон, - Отец сильный и мудрый, он ведет рар за собой, защищает и помогает.
- Глупый Тар Он! – дикарь скривился и замахал на него руками, - Мы знаем, что было. Рар Пьющий Красное рассказывал.
- Рар сейчас на острове? – Та-Рон встрепенулся. Кто-то из его вида тут?
- Да, он там, - Ркураги махнул рукой куда-то на юг, - Плоть засохла на костях и чешуя осыпалась на камень, но он лежит там, где смерть забрала его. Люди сикао чтут его и помнят его слова.
Значит тот рар мертв... Та-Рон почувствовал жестокое разочарование. А ему показалось, что он близко…
- Ты видел других рар?
- Нет, никто из сикао не видел рар очень давно, - ответил дикарь.
- Ты выяснил что-то полезное? – прервал их разговор Ту-Мор. Дикарь привычно оскалился ему, показав зубы. Десятник едва сдержался, чтобы не ответить тем же.
- Только то, что когда-то такие как я прилетали сюда, - Та-Рон удрученно вздохнул, - Но очень давно. Последний умер, и плоть успела засохнуть на костях.
- Кхм… А почему они нападали, выяснил? – и добавил скептически, - Или все ещё слов не хватает?
- Ркураги, почему твои люди нападали на нас? – просто спросил Та-Рон, не реагируя на выпад десятника.
- Вы чужаки. Сикао убивают чужаков.
- А почему перестали нападать?
- Ты – Тар Он. Они – твои люди. Сикао тоже твои люди. Мы не нападаем на своих. Но я не понимаю, почему ты взял их под крыло? Они слабые, не умеют охотиться и драться.
- Их народ растил меня, - объяснил Та-Рон, старательно подбирая слова, - Они учили меня и воспитывали. Потом нас отправили сюда и мы вместе сражались. Они взяли меня, теперь я взял их под крыло.
- Тар Он добрый и глупый, - покачал головой Ркураги, - Убей слабых, раненых и больных и оставь сильных, чтобы сражаться вместе. Чтобы слабые не задерживали твой путь.
Та-Рон возмущенно уставился на дикаря. Что за глупости? Или он что-то не так понял? Убить товарищей?
- Ркураги, кого ты считаешь слабым? – спросил настороженно.
- До-Лан слабый. Ту-Мор и Ги-Рай больные. На-Рол и Ру-Таш сильные, но не умеют драться, - разъяснил дикарь, - Надо всех убить и идти самому, а не кормить просто так.
- Ркураги глупый! – вспылил Та-Рон и не заметил, как руки покрыла чешуя, а сам он встал и надвинулся на дикаря, - На-Рол помогает больным снова стать здоровыми и сильными. Ру-Таш делает крепкие и полезные вещи. До-Лан знает звезды, и многое про мир и помогает Ру-Ташу. Ту-Мор и Ги-Рай – хорошие охотники. Ги-Рай – зоркий стрелок! Ту-Мор водил охотников! И если ты, или другие сикао, попробуете им навредить, я убью вас и сброшу в реку!
Во время этой тирады лицо дикаря медленно вытягивалось. Он явно растерялся и не знал, что сказать. А Та-Рон, закончив, сел обратно и уставился на Ркураги как на врага. Забытый ими Ту-Мор мялся возле входа.
- Та-Рон, что произошло? – спросил он тихо и заработал два взгляда – злой и растерянный.
- Ркураги сказал, что их народ убивает всех чужаков, - наконец ответил Та-Рон, все еще подрагивая от злости и продолжая наблюдать за дикарем, - Но если есть общий командир, то его подчиненные не убивают друг друга. А потом он сказал, что я глупый и должен убить слабых и больных, чтобы остались только сильные охотники.
- Чт-то? – заикнулся Ту-Мор и побледнел, но Та-Рон будто не заметил.
- А я разозлился и рассказал ему, что он не прав и каждый из нас сильный и полезный. Ту-Мор, он не убивает вас только потому, что я запретил. Поэтому, если хотите жить – не нарывайтесь.
- Хорошо… - десятник сглотнул и уже четче добавил, - Принято. А почему они считают тебя командиром?
- Ркураги, почему ты решил, что я тот, кто ведет сикао?
- Не только сикао, - покачал тот головой, - Всех, кто на островах! Киба, видящие то, что будет, говорили, что когда придет Тар Он, те, кого он возьмет под крыло, будут хорошо жить. И люди островов поплывут на большую землю, и прольется много крови, и люди островов будут пить ее, как воду. И Тар Он будет летать над ними, и огонь его принесет смерть врагам его. И возьмет он под крыло многие народы и будут они жить хорошо. А потом придет черный рар и бросит Тар Он себя самого и все, что имеет к ногам его, но черный рар возвысит его и поставит вровень с собой и будут люди жить под крыльями их. И всегда будет у людей еда, вода и хорошее жилье, и всегда будет у них победа, а у всех врагов – поражение. Трукур-киба знает больше. Позови его, и он покажет тебе много рисунков в воздухе и расскажет много историй о том, что было и о том, что будет.
- Но Ркураги, как люди могут знать то, что будет? – скептически спросил Та-Рон. Знать будущее? Да как это вообще возможно?
- Я не знаю, - дикарь развел руками, - Может Трукур знает. Он и другие киба иногда знают, что будет. А иногда нет.
- Ркураги, уходи, - подумав, сказал Та-Рон, - Вернись на третий день утром и приведи Трукура. Я хочу с ним говорить. И скажи мне сейчас, как долго ты идёшь до места, где живешь?
