Да, если бы я выпила хоть треть от того, что уже выдул Маркус — то давным-давно позорно отрубилась бы. А у него даже язык не заплетается.
— И почему же ваша первая брачная ночь оказалась последней? — поинтересовалась я, изо всех сил стараясь, чтобы мой голос прозвучал как можно спокойнее и ровнее.
— Потому что в эту же ночь я попытался его убить, — меланхолично ответил Шейн. — И мне это почти удалось.
И опять я некрасиво раззявила рот от столь удивительных откровений. Правда, спохватившись, тут же его захлопнула.
А ведь я видела шрам на боку Маркуса и еще подумала, что ранение было очень серьезным. Правда, тогда мне показалось, что это произошло не так давно.
— Раны от когтей демона заживают очень долго, — все с той же ленцой сообщил мне Шейн.
— Ты же сам сказал, что не демон, — настороженно протянула я.
— Да неужели? — насмешливо удивился Шейн. — Если мне память не изменяет, а она мне никогда не изменяет, то дословно я сказал, что не демон в общепринятом смысле слова.
После чего вновь самым наглым образом замолчал.
— И-и?.. — вопросительно протянула я, осознав, что продолжения не последует.
— Дело в том, что я… как бы так сформулировать… предшественник Маркуса. — Шейн пару раз прошелся по комнате. Затем остановился напротив меня и скрестил на груди руки.
— Что, ты бывший муж Терезы? — Я не удержалась и фыркнула было от смеха. Правда, тут же посерьезнела, когда увидела, каким гневом полыхнули светлые глаза блондина.
Сдается, я начинаю завидовать Терезе. Я никогда не считала себя дурнушкой и, в общем-то, не страдала от недостатка поклонников. Но я точно ей и в подметки не гожусь.
— Нет, брачными узами мы не были связаны, — пробурчал Шейн. — К счастью для меня. Хотя, не скрою, предложение я ей делал. И не раз. Ради ее благосклонности даже стал тем, кем теперь являюсь!
Последнюю фразу Шейн выпалил с нескрываемым раздражением. Одновременно с этим в его глазах опять полыхнул огонь, потом затаился на дне зрачков ярко-алыми точками, как будто я смотрела на еще не остывшие угли.
Это зрелище и притягивало, и пугало. А еще оно ясно давало понять мне, что передо мной действительно не человек.
— Демоны тебя раздери, тогда кто ты? — выдохнула я.
— Я маг, который в свое время имел глупость пообещать душу богу хаоса, — сказал Шейн. — Эта была своего рода плата за силу, которая мне в итоге досталась. Но главное условие сделки бог хаоса не выполнил. Тереза не стала моей. Поэтому, собственно, в некотором роде я остался человеком. — Помолчал и вдруг спросил: — Тесса, как по-твоему, сколько мне лет?
Я внимательно посмотрела на блондина. Тот ответил мне спокойной улыбкой. Багровые искры в его глазах уже погасли, и он выглядел совершенно обычным человеком.
Ну… почти.
Хм-м… Вопрос явно с подвохом. Шейн выглядит ровесником Маркуса, а последнему вроде как не больше сорока. Поэтому пойдем от обратного.
— Сто? — неуверенно предположила я.
Лицо блондина вытянулось в немом удивлении. Кончики рта дернулись вниз из-за раздражения.
— Двести? — тут же исправилась я.
Под пристальным немигающим взором блондина мне было ну очень неуютно. Почему он так глазеет на меня? Как будто в мыслях уже убил и сейчас раздумывает, куда надлежит спрятать тело.
Гнетущую тишину в комнате внезапно нарушило хихиканье. Маркус, который все это время кусал губы, силясь сохранить как можно более независимый и равнодушный вид, все-таки не выдержал. Сначала издал слабый смешок, а потом и вовсе грохнул хохотом. Спрятал лицо в ладонях, приглушенно всхлипывая от все новых и новых раскатов смеха.
Шейн мгновенно развернулся к инквизитору. Одарил его мрачным взглядом и буквально прошипел:
— Не вижу ничего забавного!
— Шейн, видел бы ты себя сейчас! — Маркус осторожно отнял ладони от лица. С широченной улыбкой уставился на блондина. Поинтересовался с ехидцей: — И что тебя так возмутило в предположении Тессы?
— Неужели я так плохо выгляжу? — Шейн, проигнорировав его вопрос, подскочил к зеркалу в дальнем углу комнаты. С сомнением уставился на свое отражение. Затем обернулся, невежливо ткнул в меня указательным пальцем и спросил: — С чего ты решила, будто мне двести?
Да что за муха его укусила? Ишь как взвился на месте. Я думала, только женщины обижаются, когда на кокетливый вопрос о своем возрасте получают нелицеприятный ответ с явным завышением лет.
— Ты сам сказал, что тебе столько лет, что давно плевать на приличия, — честно ответила я. — В принципе, выглядишь ты ровесником Маркусу. Но если бы я сказала, что тебе сорок, то точно бы ошиблась. Разве нет?
Шейн после этого с нескрываемым облегчением перевел дыхание. В последний раз покосился в зеркало и отошел от него.
— Мне, конечно, не двести лет, — проговорил он сухо. — И даже не сто, а всего семьдесят.
— Ты неплохо сохранился, — елейно проговорила я, решив приободрить Шейна. А то, по-моему, он как-то обиделся на меня.
Вышло, правда, не очень. Маркус опять сдавленно захрюкал, а правый глаз Шейна как-то подозрительно задергался. Блондин на короткий миг зажмурился, несколько раз глубоко втянул в себя воздух, каждый раз при этом выдыхая через рот, а затем хмуро посмотрел на меня.
— Тереза Гремгольд является верховной ведьмой уже тридцать лет, — пробурчал он. — По традиции на церемонию передачи власти всегда приглашаются представители магического надзора. В то время я как раз руководил ведьминским отделением. Приехал в Грег — и в Дарес больше не вернулся. Отправил письмо с заявлением об увольнении по собственному желанию. Конечно, меня пытались переубедить. Помнится, ко мне целая церемония из магов явилась, которая пыталась убедиться, точно ли я не попал под влияние каких-нибудь чар. Но после нескольких проверок от меня отстали.
— О, так ты предшественник Маркуса не только в постели верховной ведьмы, — невольно вырвалось у меня. — Но и по работе.
И тут же пожалела, что вообще рот открыла.
Шейн наотмашь полоснул меня возмущенным взглядом. Воздух в гостиной мгновенно похолодел. Удивительно, что снег не пошел. Не отводя от меня глаз, блондин шагнул вперед, недвусмысленно сжав кулаки.
— Шейн, — почти не разжимая губ, обронил Маркус.
В свою очередь скользнул вперед, встав между мной и блондином.
Несколько минут царило напряженное молчание. Такое густое и плотное, что я дышала через раз. Но, наконец, блондин издал тихий сдавленный смешок.
— Пожалуй, что ты права, — проговорил спокойно. Добавил с едва заметным одобрением: — А в твоих жилах действительно течет кровь рода Гремгольд. До сего момента так вывести меня из себя могла только Тереза.
Сомнительный комплимент, если честно.
Шейн скользнул к столику с напитками. Выбрал пузатую бутылку с темно-ореховым содержимым, распечатал ее и, повторяя действия Маркуса, надолго приложился к горлышку. Инквизитор не заставил себя долго ждать, тоже сделав несколько глубоких глотков можжевелового напитка, неторопливо вернувшись на прежнее место.
Я покрепче сжала губы. Эта парочка глушит крепкий алкоголь будто обычную воду. Как бы не напились на моих глазах.
— Как я понимаю, ты тоже влюбился в Терезу, — подчеркнуто ровно проговорила я, стараясь, чтобы голос не дрогнул ненароком.
Жуть как любопытно, что же такого необычного в верховной ведьме, раз мужчины в нее влюбляются без памяти. Да не абы какие, а сильные маги, инквизиторы, которые по идее должны быть очень устойчивы к действию ведьминских любовных чар.
К слову, я встречалась с Терезой лично лишь однажды — когда она вручала мне диплом о завершении грегской ведьминской школы. И тогда она не произвела на меня особого впечатления. Да, в красоте ей не откажешь. Темноволосая, зеленоглазая, высокая, с прекрасно очерченными скулами и пухлыми губами. Но бросать из-за нее карьеру в магическом надзоре?
А впрочем, я не мужчина, поэтому пристрастна.
— Влюбился… — с какой-то странной интонацией протянул Шейн. — Нет, Тесса, это неправильное слово. Я был одержим ею. Даже миг, проведенный без нее, казался мне вечностью, наполненной одними страданиями. Больше всего на свете я хотел никогда не расставаться с нею. И какое-то время я был счастлив, Тесса. Действительно счастлив.
— До тех пор, пока от тебя не отвязались бывшие коллеги с благородным желанием вправить поехавшие мозги, — заметил Мор.
Хранитель гримуара, все это время мудро помалкивающий, ловким стремительным прыжком перемахнул ко мне на кресло и удобно устроился на моем плече.
— А ведь я пытался тебя предупредить, — с явным неодобрением продолжил Мор. — Прямо рассказать тебе о преступлениях Терезы я не мог. Но отправлял тебе недвусмысленные сны. Однако ты взял — и разболтал их содержимое Терезе, после чего мне ой как не поздоровилось.
Шейн дернул щекой. Нервно взболтал содержимое бутылки, которую по-прежнему сжимал в руках.
— Как бы то ни было, но прошло чуть больше года — и Тереза стала все чаще избегать моего общества, — сказал он. — На мое недовольство она постоянно отвечала, что слишком занята. Мол, столько дел в Греге, столько проблем. И ни одного стоящего помощника рядом. И я… Я сделал глупость. Я подумал, что слишком слаб в ее глазах, поэтому она не может поручить мне никаких заданий. Тереза умело подталкивала меня к мысли, что обычный сильный маг рядом ей не нужен. Ей нужен некто иной. Верный соратник, человек с легендарной мощью. А для этого требуется самая малость. Заключить договор с богом хаоса. Я ему — свою душу. Он мне — власть, о которой обычный смертный может лишь мечтать. И Терезу.
— И впрямь глупость. — Я неодобрительно цокнула языком. — Шейн, ты же работал в магическом надзоре. Занимал там далеко не последнюю должность. Как, ну как ты пошел на сделку с тьмой?
Дзынь!
Я испуганно дернулась, когда бутылка в руках Шейна разлетелась на тысячи осколков — с такой силой он сжал пальцы. На белоснежный ковер потоком хлынул алкоголь, густо перемешенный с его кровью. Блондин недовольно махнул рукой, стряхнув остатки стекла на пол. Взглянул на пораненную ладонь — и я с замиранием сердца заметила, как глубокие порезы начали затягиваться прямо на глазах.
— Этот же вопрос я задаю себе лет двадцать, не меньше, — пробормотал он себе под нос.
— Но ты ведь не стал демоном, так? — на всякий случай уточнила я.
— У тебя проблемы с памятью? — резко спросил Шейн. — По-моему, я говорил тебе это уже не раз.
Я обиженно насупилась.
Зачем же грубить? Шейн так ни разу прямо не ответил на вопрос, кто же он. Откуда мне знать, что означают его в высшей степени загадочные намеки? Я никогда в жизни не увлекалась темным колдовством.
— Шейн пока не демон, — внезапно подал голос Маркус, который с любопытством слушал наш разговор, опустившись на диван. — Основное условие его сделки с богом хаоса не было выполнено. Тереза не стала его женщиной, как он того жаждал. Но и человеком он после этого быть перестал. Приобрел способность изменять свой вид. Получил силу, о которой обычный смертный может только мечтать. А про его способности к регенерации и говорить нечего. Да ты и сама их только что наблюдала.
— Тереза сама проводила этот ритуал, — сказал Шейн. — Естественно, она не хотела терять независимость, поэтому, думаю, слегка подправила некоторые детали обряда. Ее вполне устраивало то, кем я стал в итоге. Пусть и не демон, но сильнее мага в Трибаде нет, а скорее всего — и во всем мире.
Краем глаза я заметила, как Маркус презрительно усмехнулся после столь смелого утверждения, явно не согласный с ним. Но спорить с Шейном он не стал. Вместо этого откинулся на спинку дивана, поспешно спрятав ухмылку.
Этот дом создал я, Тесса. — Шейн широко развел руки. — Это было наше любовное гнездышко с Терезой. Сюда я переносил ее, когда она снисходила до меня. Добраться сюда можно только порталом. Причем обычный маг не сумеет его построить, если прежде тут не бывал. Да даже если и бывал — это выпьет все его силы. Я не поскупился на заклинания, искажающие реальность. Представить себе не можешь, сколько ночей мы провели здесь. Только вдвоем. В томной неге, наслаждаясь друг другом.
Я почувствовала, как мои щеки потеплели от столь смелых откровений. Голос Шейна звучал так бархатно, с такой чувственной хрипотцой, что мельчайшие волоски на моем теле встали дыбом.
Но куда важнее то, что я увидела, как Маркус скривился после этих слов. Опять откупорил бутылку и надолго припал к ней, почти осушив за раз.
Я поспешно отвела глаза. Ну и подумаешь. Мне-то что за беда от этого?
Шейн тем временем не торопился продолжать. Он замер, отсутствующим взглядом уставившись поверх моей головы. На его губах застыла слабая мечтательная улыбка, как будто он вновь в памяти переживал эти романтические моменты с Терезой.
От следующей мысли меня аж подкинуло в кресле с такой силой, что Мор, удобно примостившийся на моем плече, едва не свалился.
— Эй, ты чего? — прошуршал возмущенно, покрепче цепляясь коготками в мое платье. — Чего дергаешься, как припадочная?
— Другими словами, Тереза знает про существование этого дома? — спросила я тонким, срывающимся от волнения голоском. — И в любой момент может сюда заявиться? Более того, на мне сейчас ее платье?
Шейн медленно моргнул и посмотрел на меня.
— Думаешь, что Тереза явится сюда? — скептически вопросил он. — Тесса, я очень в этом сомневаюсь. Год назад, когда она принялась охмурять Маркуса, не стесняясь моего присутствия, мы крупно поссорились. И я покинул Грег, заявив, что ноги моей больше там не будет.
— Но прежде едва не располовинил меня, — буркнул Маркус.
— Сам виноват! — огрызнулся Шейн. — Да, за прошедшие годы мои чувства к Терезе остыли. Но ваша свадьба взбесила меня до невозможности! А особенно ваша брачная ночь.
— Сам виноват, — передразнил его Маркус. — Подглядывать не надо было! И, говоря откровенно, тебе дико повезло, что в момент нападения я был… м-м… немного не в форме. Иначе наш поединок закончился бы с другим итогом.
— Желаешь повторить? Как вижу, сейчас ты одет, а следовательно, схватка будет честной.
Маркус уже был на ногах, при этом его движения я вообще не заметила. Только что он с ленцой покачивал бутылкой, удобно развалившись на диване, как вдруг оказался напротив Шейна.
Я мученически возвела глаза к потолку. О небо! По-моему, эта парочка никогда не угомонится в попытках прикончить друг друга.
— Любезнейшие, — вдруг проскрипел Мор. — Вы договорились на время забыть о своих разногласиях. По крайней мере, до тех пор, пока у нас общий враг.
Несколько секунд мужчины буравили друг друга неподвижными взглядами, грозно играя желваками. Наконец, словно по команде одновременно сделали по шагу назад.
— Другими словами, Тереза все-таки может заявиться сюда, — поторопилась я вернуться к той теме, которая по вполне понятным причинам волновала меня больше прочего. — Могущественными союзниками не разбрасываются. Вдруг она решит помириться с тобой?
— Крайне маловероятно. — Шейн покачал головой. — Тесса… В общем, после того, как я чуть не убил Маркуса, у меня состоялся очень неприятный разговор с Терезой. Я поставил, так сказать, вопрос ребром. Или она выполняет свое обещание и уходит со мной, или же мы навсегда расстаемся.
Шейн вдруг запнулся. На его высоких острых скулах вспыхнул чахоточный румянец, который донельзя странно выглядел по сравнению с его бледной кожей.
— И почему же ваша первая брачная ночь оказалась последней? — поинтересовалась я, изо всех сил стараясь, чтобы мой голос прозвучал как можно спокойнее и ровнее.
— Потому что в эту же ночь я попытался его убить, — меланхолично ответил Шейн. — И мне это почти удалось.
И опять я некрасиво раззявила рот от столь удивительных откровений. Правда, спохватившись, тут же его захлопнула.
А ведь я видела шрам на боку Маркуса и еще подумала, что ранение было очень серьезным. Правда, тогда мне показалось, что это произошло не так давно.
— Раны от когтей демона заживают очень долго, — все с той же ленцой сообщил мне Шейн.
— Ты же сам сказал, что не демон, — настороженно протянула я.
— Да неужели? — насмешливо удивился Шейн. — Если мне память не изменяет, а она мне никогда не изменяет, то дословно я сказал, что не демон в общепринятом смысле слова.
После чего вновь самым наглым образом замолчал.
— И-и?.. — вопросительно протянула я, осознав, что продолжения не последует.
— Дело в том, что я… как бы так сформулировать… предшественник Маркуса. — Шейн пару раз прошелся по комнате. Затем остановился напротив меня и скрестил на груди руки.
— Что, ты бывший муж Терезы? — Я не удержалась и фыркнула было от смеха. Правда, тут же посерьезнела, когда увидела, каким гневом полыхнули светлые глаза блондина.
Сдается, я начинаю завидовать Терезе. Я никогда не считала себя дурнушкой и, в общем-то, не страдала от недостатка поклонников. Но я точно ей и в подметки не гожусь.
— Нет, брачными узами мы не были связаны, — пробурчал Шейн. — К счастью для меня. Хотя, не скрою, предложение я ей делал. И не раз. Ради ее благосклонности даже стал тем, кем теперь являюсь!
Последнюю фразу Шейн выпалил с нескрываемым раздражением. Одновременно с этим в его глазах опять полыхнул огонь, потом затаился на дне зрачков ярко-алыми точками, как будто я смотрела на еще не остывшие угли.
Это зрелище и притягивало, и пугало. А еще оно ясно давало понять мне, что передо мной действительно не человек.
— Демоны тебя раздери, тогда кто ты? — выдохнула я.
— Я маг, который в свое время имел глупость пообещать душу богу хаоса, — сказал Шейн. — Эта была своего рода плата за силу, которая мне в итоге досталась. Но главное условие сделки бог хаоса не выполнил. Тереза не стала моей. Поэтому, собственно, в некотором роде я остался человеком. — Помолчал и вдруг спросил: — Тесса, как по-твоему, сколько мне лет?
Я внимательно посмотрела на блондина. Тот ответил мне спокойной улыбкой. Багровые искры в его глазах уже погасли, и он выглядел совершенно обычным человеком.
Ну… почти.
Хм-м… Вопрос явно с подвохом. Шейн выглядит ровесником Маркуса, а последнему вроде как не больше сорока. Поэтому пойдем от обратного.
— Сто? — неуверенно предположила я.
Лицо блондина вытянулось в немом удивлении. Кончики рта дернулись вниз из-за раздражения.
— Двести? — тут же исправилась я.
Под пристальным немигающим взором блондина мне было ну очень неуютно. Почему он так глазеет на меня? Как будто в мыслях уже убил и сейчас раздумывает, куда надлежит спрятать тело.
Гнетущую тишину в комнате внезапно нарушило хихиканье. Маркус, который все это время кусал губы, силясь сохранить как можно более независимый и равнодушный вид, все-таки не выдержал. Сначала издал слабый смешок, а потом и вовсе грохнул хохотом. Спрятал лицо в ладонях, приглушенно всхлипывая от все новых и новых раскатов смеха.
Шейн мгновенно развернулся к инквизитору. Одарил его мрачным взглядом и буквально прошипел:
— Не вижу ничего забавного!
— Шейн, видел бы ты себя сейчас! — Маркус осторожно отнял ладони от лица. С широченной улыбкой уставился на блондина. Поинтересовался с ехидцей: — И что тебя так возмутило в предположении Тессы?
— Неужели я так плохо выгляжу? — Шейн, проигнорировав его вопрос, подскочил к зеркалу в дальнем углу комнаты. С сомнением уставился на свое отражение. Затем обернулся, невежливо ткнул в меня указательным пальцем и спросил: — С чего ты решила, будто мне двести?
Да что за муха его укусила? Ишь как взвился на месте. Я думала, только женщины обижаются, когда на кокетливый вопрос о своем возрасте получают нелицеприятный ответ с явным завышением лет.
— Ты сам сказал, что тебе столько лет, что давно плевать на приличия, — честно ответила я. — В принципе, выглядишь ты ровесником Маркусу. Но если бы я сказала, что тебе сорок, то точно бы ошиблась. Разве нет?
Шейн после этого с нескрываемым облегчением перевел дыхание. В последний раз покосился в зеркало и отошел от него.
— Мне, конечно, не двести лет, — проговорил он сухо. — И даже не сто, а всего семьдесят.
— Ты неплохо сохранился, — елейно проговорила я, решив приободрить Шейна. А то, по-моему, он как-то обиделся на меня.
Вышло, правда, не очень. Маркус опять сдавленно захрюкал, а правый глаз Шейна как-то подозрительно задергался. Блондин на короткий миг зажмурился, несколько раз глубоко втянул в себя воздух, каждый раз при этом выдыхая через рот, а затем хмуро посмотрел на меня.
— Тереза Гремгольд является верховной ведьмой уже тридцать лет, — пробурчал он. — По традиции на церемонию передачи власти всегда приглашаются представители магического надзора. В то время я как раз руководил ведьминским отделением. Приехал в Грег — и в Дарес больше не вернулся. Отправил письмо с заявлением об увольнении по собственному желанию. Конечно, меня пытались переубедить. Помнится, ко мне целая церемония из магов явилась, которая пыталась убедиться, точно ли я не попал под влияние каких-нибудь чар. Но после нескольких проверок от меня отстали.
— О, так ты предшественник Маркуса не только в постели верховной ведьмы, — невольно вырвалось у меня. — Но и по работе.
И тут же пожалела, что вообще рот открыла.
Шейн наотмашь полоснул меня возмущенным взглядом. Воздух в гостиной мгновенно похолодел. Удивительно, что снег не пошел. Не отводя от меня глаз, блондин шагнул вперед, недвусмысленно сжав кулаки.
— Шейн, — почти не разжимая губ, обронил Маркус.
В свою очередь скользнул вперед, встав между мной и блондином.
Несколько минут царило напряженное молчание. Такое густое и плотное, что я дышала через раз. Но, наконец, блондин издал тихий сдавленный смешок.
— Пожалуй, что ты права, — проговорил спокойно. Добавил с едва заметным одобрением: — А в твоих жилах действительно течет кровь рода Гремгольд. До сего момента так вывести меня из себя могла только Тереза.
Сомнительный комплимент, если честно.
Шейн скользнул к столику с напитками. Выбрал пузатую бутылку с темно-ореховым содержимым, распечатал ее и, повторяя действия Маркуса, надолго приложился к горлышку. Инквизитор не заставил себя долго ждать, тоже сделав несколько глубоких глотков можжевелового напитка, неторопливо вернувшись на прежнее место.
Я покрепче сжала губы. Эта парочка глушит крепкий алкоголь будто обычную воду. Как бы не напились на моих глазах.
— Как я понимаю, ты тоже влюбился в Терезу, — подчеркнуто ровно проговорила я, стараясь, чтобы голос не дрогнул ненароком.
Жуть как любопытно, что же такого необычного в верховной ведьме, раз мужчины в нее влюбляются без памяти. Да не абы какие, а сильные маги, инквизиторы, которые по идее должны быть очень устойчивы к действию ведьминских любовных чар.
К слову, я встречалась с Терезой лично лишь однажды — когда она вручала мне диплом о завершении грегской ведьминской школы. И тогда она не произвела на меня особого впечатления. Да, в красоте ей не откажешь. Темноволосая, зеленоглазая, высокая, с прекрасно очерченными скулами и пухлыми губами. Но бросать из-за нее карьеру в магическом надзоре?
А впрочем, я не мужчина, поэтому пристрастна.
— Влюбился… — с какой-то странной интонацией протянул Шейн. — Нет, Тесса, это неправильное слово. Я был одержим ею. Даже миг, проведенный без нее, казался мне вечностью, наполненной одними страданиями. Больше всего на свете я хотел никогда не расставаться с нею. И какое-то время я был счастлив, Тесса. Действительно счастлив.
— До тех пор, пока от тебя не отвязались бывшие коллеги с благородным желанием вправить поехавшие мозги, — заметил Мор.
Хранитель гримуара, все это время мудро помалкивающий, ловким стремительным прыжком перемахнул ко мне на кресло и удобно устроился на моем плече.
— А ведь я пытался тебя предупредить, — с явным неодобрением продолжил Мор. — Прямо рассказать тебе о преступлениях Терезы я не мог. Но отправлял тебе недвусмысленные сны. Однако ты взял — и разболтал их содержимое Терезе, после чего мне ой как не поздоровилось.
Шейн дернул щекой. Нервно взболтал содержимое бутылки, которую по-прежнему сжимал в руках.
— Как бы то ни было, но прошло чуть больше года — и Тереза стала все чаще избегать моего общества, — сказал он. — На мое недовольство она постоянно отвечала, что слишком занята. Мол, столько дел в Греге, столько проблем. И ни одного стоящего помощника рядом. И я… Я сделал глупость. Я подумал, что слишком слаб в ее глазах, поэтому она не может поручить мне никаких заданий. Тереза умело подталкивала меня к мысли, что обычный сильный маг рядом ей не нужен. Ей нужен некто иной. Верный соратник, человек с легендарной мощью. А для этого требуется самая малость. Заключить договор с богом хаоса. Я ему — свою душу. Он мне — власть, о которой обычный смертный может лишь мечтать. И Терезу.
— И впрямь глупость. — Я неодобрительно цокнула языком. — Шейн, ты же работал в магическом надзоре. Занимал там далеко не последнюю должность. Как, ну как ты пошел на сделку с тьмой?
Дзынь!
Я испуганно дернулась, когда бутылка в руках Шейна разлетелась на тысячи осколков — с такой силой он сжал пальцы. На белоснежный ковер потоком хлынул алкоголь, густо перемешенный с его кровью. Блондин недовольно махнул рукой, стряхнув остатки стекла на пол. Взглянул на пораненную ладонь — и я с замиранием сердца заметила, как глубокие порезы начали затягиваться прямо на глазах.
— Этот же вопрос я задаю себе лет двадцать, не меньше, — пробормотал он себе под нос.
— Но ты ведь не стал демоном, так? — на всякий случай уточнила я.
— У тебя проблемы с памятью? — резко спросил Шейн. — По-моему, я говорил тебе это уже не раз.
Я обиженно насупилась.
Зачем же грубить? Шейн так ни разу прямо не ответил на вопрос, кто же он. Откуда мне знать, что означают его в высшей степени загадочные намеки? Я никогда в жизни не увлекалась темным колдовством.
— Шейн пока не демон, — внезапно подал голос Маркус, который с любопытством слушал наш разговор, опустившись на диван. — Основное условие его сделки с богом хаоса не было выполнено. Тереза не стала его женщиной, как он того жаждал. Но и человеком он после этого быть перестал. Приобрел способность изменять свой вид. Получил силу, о которой обычный смертный может только мечтать. А про его способности к регенерации и говорить нечего. Да ты и сама их только что наблюдала.
— Тереза сама проводила этот ритуал, — сказал Шейн. — Естественно, она не хотела терять независимость, поэтому, думаю, слегка подправила некоторые детали обряда. Ее вполне устраивало то, кем я стал в итоге. Пусть и не демон, но сильнее мага в Трибаде нет, а скорее всего — и во всем мире.
Краем глаза я заметила, как Маркус презрительно усмехнулся после столь смелого утверждения, явно не согласный с ним. Но спорить с Шейном он не стал. Вместо этого откинулся на спинку дивана, поспешно спрятав ухмылку.
Этот дом создал я, Тесса. — Шейн широко развел руки. — Это было наше любовное гнездышко с Терезой. Сюда я переносил ее, когда она снисходила до меня. Добраться сюда можно только порталом. Причем обычный маг не сумеет его построить, если прежде тут не бывал. Да даже если и бывал — это выпьет все его силы. Я не поскупился на заклинания, искажающие реальность. Представить себе не можешь, сколько ночей мы провели здесь. Только вдвоем. В томной неге, наслаждаясь друг другом.
Я почувствовала, как мои щеки потеплели от столь смелых откровений. Голос Шейна звучал так бархатно, с такой чувственной хрипотцой, что мельчайшие волоски на моем теле встали дыбом.
Но куда важнее то, что я увидела, как Маркус скривился после этих слов. Опять откупорил бутылку и надолго припал к ней, почти осушив за раз.
Я поспешно отвела глаза. Ну и подумаешь. Мне-то что за беда от этого?
Шейн тем временем не торопился продолжать. Он замер, отсутствующим взглядом уставившись поверх моей головы. На его губах застыла слабая мечтательная улыбка, как будто он вновь в памяти переживал эти романтические моменты с Терезой.
От следующей мысли меня аж подкинуло в кресле с такой силой, что Мор, удобно примостившийся на моем плече, едва не свалился.
— Эй, ты чего? — прошуршал возмущенно, покрепче цепляясь коготками в мое платье. — Чего дергаешься, как припадочная?
— Другими словами, Тереза знает про существование этого дома? — спросила я тонким, срывающимся от волнения голоском. — И в любой момент может сюда заявиться? Более того, на мне сейчас ее платье?
Шейн медленно моргнул и посмотрел на меня.
— Думаешь, что Тереза явится сюда? — скептически вопросил он. — Тесса, я очень в этом сомневаюсь. Год назад, когда она принялась охмурять Маркуса, не стесняясь моего присутствия, мы крупно поссорились. И я покинул Грег, заявив, что ноги моей больше там не будет.
— Но прежде едва не располовинил меня, — буркнул Маркус.
— Сам виноват! — огрызнулся Шейн. — Да, за прошедшие годы мои чувства к Терезе остыли. Но ваша свадьба взбесила меня до невозможности! А особенно ваша брачная ночь.
— Сам виноват, — передразнил его Маркус. — Подглядывать не надо было! И, говоря откровенно, тебе дико повезло, что в момент нападения я был… м-м… немного не в форме. Иначе наш поединок закончился бы с другим итогом.
— Желаешь повторить? Как вижу, сейчас ты одет, а следовательно, схватка будет честной.
Маркус уже был на ногах, при этом его движения я вообще не заметила. Только что он с ленцой покачивал бутылкой, удобно развалившись на диване, как вдруг оказался напротив Шейна.
Я мученически возвела глаза к потолку. О небо! По-моему, эта парочка никогда не угомонится в попытках прикончить друг друга.
— Любезнейшие, — вдруг проскрипел Мор. — Вы договорились на время забыть о своих разногласиях. По крайней мере, до тех пор, пока у нас общий враг.
Несколько секунд мужчины буравили друг друга неподвижными взглядами, грозно играя желваками. Наконец, словно по команде одновременно сделали по шагу назад.
— Другими словами, Тереза все-таки может заявиться сюда, — поторопилась я вернуться к той теме, которая по вполне понятным причинам волновала меня больше прочего. — Могущественными союзниками не разбрасываются. Вдруг она решит помириться с тобой?
— Крайне маловероятно. — Шейн покачал головой. — Тесса… В общем, после того, как я чуть не убил Маркуса, у меня состоялся очень неприятный разговор с Терезой. Я поставил, так сказать, вопрос ребром. Или она выполняет свое обещание и уходит со мной, или же мы навсегда расстаемся.
Шейн вдруг запнулся. На его высоких острых скулах вспыхнул чахоточный румянец, который донельзя странно выглядел по сравнению с его бледной кожей.
