– Да, и еще один важный момент; опасайся верховного кардинала, держись от него подальше. Старайся показать, что он тебе неприятен, или что ты его боишься, – предупредил Алекс.
– Лучше второе. Он не любит слабость и не подумает на тихую девушку ничего лишнего.
– Вероятно. И еще. Прежде чем вызвать меня, убедись, что нет скрепляющей стенки.
– А что это такое? – удивленно спросила девушка.
– Это когда невозможно пользоваться магией, но войти через нее вполне реально.
– А ваш друг? Он не может подсказать с этим вопросом? – наивно рассчитывая на удачу, спросила Вали у Дарена.
– Хантер? Да он скорее удавится, чем предаст свои понятия. Красные кардиналы помешаны на своих правилах, и если бы не его должок за спасение дорогого ему человека, то он бы и не подумал что-то такое совершить. Более того, мы вернем эту вещь через определенное время, либо этот ирод сам нас сдаст.
– Ох… А если он решит сдать меня? – спросила испуганная девушка.
– Нет. Исключено. Красные драконы – оборотни слова, они не идут против клятв и обещаний! – уверенно произнес никтрот.
– И еще, если Девил видел Валенсию, нам нужно изменить ей цвет волос и внешность, – с улыбкой предложил дракон, ожидая недовольной реакции девушки.
– Да, и придать запах…
– Внешность менять? Но он видел меня издалека… А когда мы летели, мои длинные волосы мешали ему рассмотреть меня, – старалась защитить свою прическу девушка.
– Адский Нор! Кардиналы почувствуют магию на ней, это вызовет подозрения, – рыкнул Алекс.
– Можно покрасить их… – задумчиво произнес Дарен.
– Покрасить? – в ужасе произнесла Валенсия.
– На время, но это самый легкий вариант. Сейчас позову Сариту, она у меня заправляет хозяйством и все сделает, что нам необходимо. А также подскажет, как выглядеть, чтобы в тебе видели не невинную милашку, а уверенную женщину, которая заключила договор.
– Но…
– А платья? – возмутился дракон. – Ей нужен гардероб…
– Значит, через несколько дней мы сможем…
– Нет! – резко выдала девушка. – Никаких дней. Завтра. Придумывайте, что хотите. Платья мне не важны. Я не знаю, что с моей подругой, и это меня угнетает. Каждая секунда на счету, а вы говорите о днях…
Котран внимательно посмотрел на девушку и четко произнес:
– Согласен с тобой. Я что-нибудь придумаю. Но вот вопрос: сможешь ли ты сделать это?
– Смогу, главное – вытащите нас оттуда.
– Это нелегкое дело…
– Я понимаю…
– И может не одна неделя уйти. Верховный кардинал очень подозрителен.
– Я учту! Но мне необходимо знать, что с Лузарией все хорошо. А если плохо…
– Тогда мы вытащим ее! – уверенно отчеканил Алекс.
– Но…
– Жизнь – самое ценное в мире! И… мы что-нибудь придумаем с солодеей, если у тебя не получится украсть ее.
– А как я буду с вами связываться?
– Никак! Мы только будем ждать твоего сигнала. Хотя, в крайнем случае, скажешь Хантеру, и он передаст нам слова о необходимости встречи, но не более. На рынке, где женщины кардиналов покупают себе барахло, есть маленькая лавка со сладостями, там мы сможем несколько минут поговорить.
– Хорошо.
– Все остальные вопросы мы решим с Алексом. И к вечеру, хотя нет, утром перед встречей с красным драконом тебе все расскажем.
– Поняла.
– А сейчас я позову Сариту, она тебе все покажет. Может, хочешь пока отдохнуть? – заботливо спросил Дарен.
– Нет, хочу знать, что она сможет сделать с моими волосами и внешностью.
Дарен положил руку на красивую необычную колбу с голубой гелиевой жидкостью, отчего она поменяла цвет на темно-синий. И потом мужчина отошел в сторону и, улыбнувшись, посмотрел на выход. Мгновение спустя двери открылись, в помещение вошла женщина средних лет, полноватая, но это ее ничуть не портило, наоборот, даже придавало нежности и доброты, если судить по счастливой улыбке, которую она дарила от чистого сердца.
– Слушаю вас, теры. Терина, – и женщина поклонилась.
Валенсии было неудобно, что ее считают той, кем она в действительности не являлась. Ведь тяжело сразу переключиться на такое уважение, когда тебя всю жизнь старались унизить, потому что ты прокаженная.
– Сарита, будь добра, измени нам эту красавицу так, чтобы даже верховный кардинал не узнал ее.
– Угу. Волосы можно обрезать? – сразу уточнила женщина, прикидывая возможные варианты.
– Нет! – в один голос возмущенно ответили все.
– Ого! Значит, только перекрасим. Задачу поняла, выполню.
– И еще… к завтрашнему дню ей нужен полный гардероб на месяц.
– Даже так… Так… Тут нужно подключать несколько магов-портных, а это, знаете…
– Цена не имеет значения. Закажите все, что посчитаете нужным, но только с согласия Валенсии, чтобы ей было в этом приятно ходить, – заявил Дарен, улыбаясь во весь рот.
– Хорошо, котран. Будет выполнено.
– Только на вас и надежда, Сарита! – с уважением произнес мужчина.
Женщина склонила голову, но по ней было видно, что его слова доставили ей истинное удовольствие. Она взяла девушку за руку и повела из помещения, что-то тихо объясняя Валенсии. Как только за дамами закрылась дверь, Алекс произнес:
– Все расходы по девушке возьму я. Так как я ответственен за Валенсию.
– Нет, мой друг. Она моя гостья, и я…
– Дарен, я не понял… Тебе нравится Валенсия? – раздраженно рявкнул дракон.
– Нор! Не знаю. Наверное. А ты против? Я не обязан перед тобой отчитываться! Ты ей не отец и не брат.
– Не знаю, но мне кажется, что ты как-то быстро прешь на нее. Если ты посмеешь задурить ей голову, а потом… то я…
– Нет! Она мне очень интересна и сильно нравится. Клянусь, постараюсь ее не обидеть. Это у вас запахи, внутренний зов, истинные пары. А у нас все просто: чувство, симпатия, доверие и любовь. Тут можно ошибаться множество раз за нашу долгую жизнь, пока не найдешь ту единственную, которая околдует и растопит ледяное сердце, – с тоской сказал Дарен. Потом его лицо приняло обычное выражение, и он произнес: – А ты почему такой агрессивный? Из-за Валенсии? Или потому, что она мне нравится?
– Я не знаю. Мне хочется ее защищать от всех, даже от себя, толкающего ее в адское пекло судебных кардиналов. Чем больше думаю об этом, тем меня сильнее выворачивает наизнанку. Может, просто помочь ей… – тихо произнес он.
– И тогда ты умрешь… Колдунья привела ту, кто выкрадет солодею признания, и если ты не пойдешь по пути, который она тебе указывает, ты умрешь.
– Проклятье! Проклятье! И как быть? Как помочь Валенсии? – прорычал наследник драконов.
– Если она неуловима, тогда, может, дать ей шанс?
– А если кардинал как-то узнает ее…
– Тогда… я дам ей магический кулон, и в случае опасности она сможет телепортироваться ко мне… вместе с подругой.
– Подожди, но магический след покажет, что это твоя магия.
– Не спорю, но пока верховный придет меня обвинять за укрывательство, ты спрячешь Валенсию и Лузарию.
– Но ты…
– Не волнуйся за меня. Девил и я раньше были друзьями, но… он казнил мою женщину, и мы навсегда порвали нашу дружбу.
– Он был неправ и… – стал искать ответы дракон, но Дарен сухо произнес:
– Нет. Это я был неправ, но в тот момент я не верил его доводам… и… Каридия перешла границу дозволенного, жестоко за это поплатившись. В общем, я не хочу об этом говорить. В любом случае мы спрячем Валенсию.
– Замечательно, мне даже дышать стало легче.
– Рад за тебя. А сейчас нужно связаться с Хантером и порадовать его долгом.
– Он не подставит Валенсию? – спросил с опаской Алекс.
– Нет. Он, конечно, та еще сволочь, но точно не подведет, – уверенно ответил никтрот.
– Хорошо. Интересно, как там Сарита и Валенсия? – с интересом осведомился Алекс.
– Я думаю, на ужин нас будет ожидать сюрприз, – усмехнулся котран, добавив: – Сарита – просто мастерица, особенно в том, чтобы изменить все до неузнаваемости. У нее к этому талант.
– Мне уже страшно за Валенсию.
– О нет, не переживай. Сарита сделает ее прекрасной незнакомкой даже для нас.
Валенсия смотрела в зеркало и не верила отражению в нем. Эта неизвестная девушка не могла быть ей. Темно-русые волосы оказались заплетены в сложную прическу, кожа стала значительно темнее от тех неприятных процедур, что творили с ней маги и добрая женщина. Нет, конечно, они идеально выполнили поставленную задачу, однако сам процесс во многом был неприятен. Но… Нужен сохраняющий эффект на месяц, поэтому стоило потерпеть. А потом… в случае неудачи… на повтор процедур.
Значит так. Темноволосая женщина, лицо которой было полностью изменено: нос, рот и лоб. Скорее всего, Валенсия даже похорошела, да что уж там, стала очень красивой. Ведь не зря она пятнадцать минут стояла перед зеркалом с открытым ртом и пыталась осмыслить, что отражение – это она.
– Я стала выше? – спросила мелодичным чужим голосом Валенсия.
– Конечно, ягодка! Мы решили чуток роста тебе добавить, хотя ты, конечно, не низенькая, но все же.
– И я… как бы в весе прибавила…
– Красные кардиналы не любят костлявых женщин. Они еще те жеребцы, прощу прощения, поэтому все удивятся, когда чересчур худенькая особа залетит к ним в клетку.
– М-м-м, а я смогу ходить с такой добавкой?
– Даже не почувствуешь! Мои кудесники – на все руки мастера. Не зря же они содрали с котрана столько золотых.
– Очень много? – с женским любопытством спросила Валенсия.
– Мне и не снилось, хотя котран мне хорошо платит. Но что поделать, мальчики – специалисты, и никто, даже верховный кардинал не поймет, что под видом этой статной ошеломляющей женщины прячется худющая маленькая девочка. Кстати, у тебя теперь запах появился. Ты заметила? – спросила Сарита.
– Аромат магнолии? А я думаю, почему этот запах у меня в носу сидит.
– Странно, первый раз вижу девушку без запаха. Ты, красавица моя, вообще кто?
– Если честно признаться, сама не знаю, – с грустью произнесла девушка.
– Ничего, не расстраивайся. Я вот что хотела спросить. Между нами, девочками.
– Я вас слушаю, – ответила Валенсия.
– Лекарь утверждает, что ты невинна.
– Да, – тихо прошептала девушка.
– Но драконы по запаху определяют зрелость, а у тебя его нет. Вопрос… Поэтому в твоем новом аромате нет нежной чистоты, так как ты будешь считаться женщиной по договору. А туда девочками не идут, только взрослые самки заключают договора с этими бугаями.
– Понятно.
– Да, и еще, если ты сама захочешь… быть с мужчиной, то тут кроется опасность.
– Почему?
– Во-первых, плева и кровь. Во-вторых, «наш» запах может измениться из-за вмешательства в твое тело. Поэтому у нас еще есть время, мы можем магией разорвать плеву и подкорректировать запах. Либо ты и дальше блюдешь свою чистоту. Ты знаешь, в нашем мире не ценится девичье целомудрие, если только ты не собираешься сорвать огромный куш в виде богатого мужа, который до ужаса помешан на невинности. Тогда лучше оставить.
– Нет, я не из богатой семьи, но… и невинность не хочу трогать. Уверена, что ничто не изменится со мной в этом плане за месяц. Я вообще постараюсь в ближайшее время сделать все, что от меня хотят, чтобы скорее оттуда уйти.
Сарита и Валенсия за то время, пока девушка проходила неприятные процедуры, разговорились, каждая вкратце рассказала о себе. Сарита относилась к тем женщинам, которым можно было и даже хотелось довериться. Женщина располагала к себе дружелюбием, честностью и сердечностью. Поэтому ей было искренне жаль девочку, которая собиралась лезть в пекло. Но упрямость в глазах Вали говорила о том, что она не отступится от своей цели и сделает все возможное, чтобы спасти подругу и помочь Алексу.
– Как думаешь, они удивятся? – взволнованно спросила Валенсия.
– Конечно, особенно на голодный желудок. Ведь мы с тобой задержались с прической и твоим удивлением у зеркала.
– Простите, – извинилась девушка, чувствуя себя глупой куклой.
– Ничего страшного! Так и должно быть. Мужчины потерпят! Тем более из-за такой прекрасной спасительницы.
Через пять минут женщины спускались по лестнице, и оборотни тут же повернули головы, чтобы впасть в оцепенение. Первым очнулся Алекс, кинувшись к обворожительной незнакомке, которую он никогда бы не принял за милую девочку, принесенную им в свою комнату.
– Ты прелестна! – восхищенно произнес он, предлагая свою руку.
– Спасибо, – вежливо ответила девушка.
Дарен все это время поедал глазами измененную Валенсию, стараясь держать себя в руках и не рявкнуть на лучшего друга с большим пожеланием ему провалиться куда-нибудь. Но… решив не пугать девушку внутри этой утонченной и восхитительной женщины, он пошел следом за ней и Алексом, прошептав Сарите, что она выше всяких похвал.
Ужин прошел замечательно. Валенсия внимательно слушала информацию о законах и правилах в судебном дворце. А когда они переместились в гостиную, Дарен поведал Вали в точности, как выглядела солодея, рассказал про всевозможные выходы и входы во дворец и немного о представителях закона, красных кардиналах: субординацию и нормы поведения.
На часах пробило одиннадцать часов вечера, и девушка уже из последних сил слушала возможные варианты ее побега.
– Валенсия, ты устала? – с ноткой переживания спросил Дарен.
– Простите, просто я…
– Конечно, устала! – буркнул Алекс и тут же подошел к ней. – Завтра на всякий случай обсудим то, что осталось непонятно, и будем готовы к встрече с Хантером, а сейчас – отдыхать.
– Спасибо! – мило ответила Валенсия, чувствуя, что уже умирает от желания закрыть глаза.
– Спокойных снов, девочка! – ласково произнес Дарен, зная, что Вали уже почти спала и не слышала его.
Алекс взял девушку за руку и телепортировал в ее комнату. Когда он исчез, Валенсия счастливо улыбнулась и, сняв нежное и мягкое платье, определила его в шкаф. Как только ее голова коснулась подушки, девушка моментально уснула.
…Констанция со слезами на глазах лежала в кровати, дрожа всем телом, и хрипела:
– Умоляю, дай мне взглянуть на нее. Один… раз. Я хочу… взглянуть на свою девочку.
– Нет, – ненавидя себя за такое отношение к умирающей женщине, прорычала Ринория. Но мысль, что она будет королевой, грела сердце, поэтому она старалась перебороть щемящее чувство жалости к бывшей ненавистной подруге.
– Умоляю…. Заклинаю… Один раз… На несколько секунд.
Ринория запеленала ребенка и, посмотрев, как маленькая девочка морщит носик и кривит губки в поисках молока матери, решила быть доброй. Она поднесла Констанции ребенка и положила ей на руку.
– Смотри, пока я буду собираться в путь. Дорога долгая. Не спрашивай куда, любуйся в последний раз, – процедила приверженка темных сил и пошла в кладовую, чтобы взять корзину для обреченной девочки.
Констанция, закусывая до крови треснувшие губы, старалась не закричать от ужасной боли, которая стягивала ее тело, и со слезами на глазах прошептала:
– Прости, моя маленькая… что не сберегла.
Затем она замолчала, набираясь сил, чтобы говорить через боль. А потом женщина стала концентрировать оставшуюся силу, пытаясь отдать остатки энергии в клятву:
– Заклинаю своей смертью: пусть дракон… внутри дитяти… возьмет мою душу до того момента, пока не наступит время… свободы для пророчества. Душа на душу, обмен на силу. Заклинаю своей жизнью, – прохрипела она, испуская последний вздох.
Раздался плач малышки, и недовольная женщина бросилась к кровати, чтобы забрать ребенка. Когда она приблизилась, то увидела: подруга мертва, а ее кожа неестественно белого цвета. Малышка же… казалось, светилась, но Ринория отмахнулась от этой мысли, подумав, что это ей после темноты в кладовой померещилось.
– Лучше второе. Он не любит слабость и не подумает на тихую девушку ничего лишнего.
– Вероятно. И еще. Прежде чем вызвать меня, убедись, что нет скрепляющей стенки.
– А что это такое? – удивленно спросила девушка.
– Это когда невозможно пользоваться магией, но войти через нее вполне реально.
– А ваш друг? Он не может подсказать с этим вопросом? – наивно рассчитывая на удачу, спросила Вали у Дарена.
– Хантер? Да он скорее удавится, чем предаст свои понятия. Красные кардиналы помешаны на своих правилах, и если бы не его должок за спасение дорогого ему человека, то он бы и не подумал что-то такое совершить. Более того, мы вернем эту вещь через определенное время, либо этот ирод сам нас сдаст.
– Ох… А если он решит сдать меня? – спросила испуганная девушка.
– Нет. Исключено. Красные драконы – оборотни слова, они не идут против клятв и обещаний! – уверенно произнес никтрот.
– И еще, если Девил видел Валенсию, нам нужно изменить ей цвет волос и внешность, – с улыбкой предложил дракон, ожидая недовольной реакции девушки.
– Да, и придать запах…
– Внешность менять? Но он видел меня издалека… А когда мы летели, мои длинные волосы мешали ему рассмотреть меня, – старалась защитить свою прическу девушка.
– Адский Нор! Кардиналы почувствуют магию на ней, это вызовет подозрения, – рыкнул Алекс.
– Можно покрасить их… – задумчиво произнес Дарен.
– Покрасить? – в ужасе произнесла Валенсия.
– На время, но это самый легкий вариант. Сейчас позову Сариту, она у меня заправляет хозяйством и все сделает, что нам необходимо. А также подскажет, как выглядеть, чтобы в тебе видели не невинную милашку, а уверенную женщину, которая заключила договор.
– Но…
– А платья? – возмутился дракон. – Ей нужен гардероб…
– Значит, через несколько дней мы сможем…
– Нет! – резко выдала девушка. – Никаких дней. Завтра. Придумывайте, что хотите. Платья мне не важны. Я не знаю, что с моей подругой, и это меня угнетает. Каждая секунда на счету, а вы говорите о днях…
Котран внимательно посмотрел на девушку и четко произнес:
– Согласен с тобой. Я что-нибудь придумаю. Но вот вопрос: сможешь ли ты сделать это?
– Смогу, главное – вытащите нас оттуда.
– Это нелегкое дело…
– Я понимаю…
– И может не одна неделя уйти. Верховный кардинал очень подозрителен.
– Я учту! Но мне необходимо знать, что с Лузарией все хорошо. А если плохо…
– Тогда мы вытащим ее! – уверенно отчеканил Алекс.
– Но…
– Жизнь – самое ценное в мире! И… мы что-нибудь придумаем с солодеей, если у тебя не получится украсть ее.
– А как я буду с вами связываться?
– Никак! Мы только будем ждать твоего сигнала. Хотя, в крайнем случае, скажешь Хантеру, и он передаст нам слова о необходимости встречи, но не более. На рынке, где женщины кардиналов покупают себе барахло, есть маленькая лавка со сладостями, там мы сможем несколько минут поговорить.
– Хорошо.
– Все остальные вопросы мы решим с Алексом. И к вечеру, хотя нет, утром перед встречей с красным драконом тебе все расскажем.
– Поняла.
– А сейчас я позову Сариту, она тебе все покажет. Может, хочешь пока отдохнуть? – заботливо спросил Дарен.
– Нет, хочу знать, что она сможет сделать с моими волосами и внешностью.
Дарен положил руку на красивую необычную колбу с голубой гелиевой жидкостью, отчего она поменяла цвет на темно-синий. И потом мужчина отошел в сторону и, улыбнувшись, посмотрел на выход. Мгновение спустя двери открылись, в помещение вошла женщина средних лет, полноватая, но это ее ничуть не портило, наоборот, даже придавало нежности и доброты, если судить по счастливой улыбке, которую она дарила от чистого сердца.
– Слушаю вас, теры. Терина, – и женщина поклонилась.
Валенсии было неудобно, что ее считают той, кем она в действительности не являлась. Ведь тяжело сразу переключиться на такое уважение, когда тебя всю жизнь старались унизить, потому что ты прокаженная.
– Сарита, будь добра, измени нам эту красавицу так, чтобы даже верховный кардинал не узнал ее.
– Угу. Волосы можно обрезать? – сразу уточнила женщина, прикидывая возможные варианты.
– Нет! – в один голос возмущенно ответили все.
– Ого! Значит, только перекрасим. Задачу поняла, выполню.
– И еще… к завтрашнему дню ей нужен полный гардероб на месяц.
– Даже так… Так… Тут нужно подключать несколько магов-портных, а это, знаете…
– Цена не имеет значения. Закажите все, что посчитаете нужным, но только с согласия Валенсии, чтобы ей было в этом приятно ходить, – заявил Дарен, улыбаясь во весь рот.
– Хорошо, котран. Будет выполнено.
– Только на вас и надежда, Сарита! – с уважением произнес мужчина.
Женщина склонила голову, но по ней было видно, что его слова доставили ей истинное удовольствие. Она взяла девушку за руку и повела из помещения, что-то тихо объясняя Валенсии. Как только за дамами закрылась дверь, Алекс произнес:
– Все расходы по девушке возьму я. Так как я ответственен за Валенсию.
– Нет, мой друг. Она моя гостья, и я…
– Дарен, я не понял… Тебе нравится Валенсия? – раздраженно рявкнул дракон.
– Нор! Не знаю. Наверное. А ты против? Я не обязан перед тобой отчитываться! Ты ей не отец и не брат.
– Не знаю, но мне кажется, что ты как-то быстро прешь на нее. Если ты посмеешь задурить ей голову, а потом… то я…
– Нет! Она мне очень интересна и сильно нравится. Клянусь, постараюсь ее не обидеть. Это у вас запахи, внутренний зов, истинные пары. А у нас все просто: чувство, симпатия, доверие и любовь. Тут можно ошибаться множество раз за нашу долгую жизнь, пока не найдешь ту единственную, которая околдует и растопит ледяное сердце, – с тоской сказал Дарен. Потом его лицо приняло обычное выражение, и он произнес: – А ты почему такой агрессивный? Из-за Валенсии? Или потому, что она мне нравится?
– Я не знаю. Мне хочется ее защищать от всех, даже от себя, толкающего ее в адское пекло судебных кардиналов. Чем больше думаю об этом, тем меня сильнее выворачивает наизнанку. Может, просто помочь ей… – тихо произнес он.
– И тогда ты умрешь… Колдунья привела ту, кто выкрадет солодею признания, и если ты не пойдешь по пути, который она тебе указывает, ты умрешь.
– Проклятье! Проклятье! И как быть? Как помочь Валенсии? – прорычал наследник драконов.
– Если она неуловима, тогда, может, дать ей шанс?
– А если кардинал как-то узнает ее…
– Тогда… я дам ей магический кулон, и в случае опасности она сможет телепортироваться ко мне… вместе с подругой.
– Подожди, но магический след покажет, что это твоя магия.
– Не спорю, но пока верховный придет меня обвинять за укрывательство, ты спрячешь Валенсию и Лузарию.
– Но ты…
– Не волнуйся за меня. Девил и я раньше были друзьями, но… он казнил мою женщину, и мы навсегда порвали нашу дружбу.
– Он был неправ и… – стал искать ответы дракон, но Дарен сухо произнес:
– Нет. Это я был неправ, но в тот момент я не верил его доводам… и… Каридия перешла границу дозволенного, жестоко за это поплатившись. В общем, я не хочу об этом говорить. В любом случае мы спрячем Валенсию.
– Замечательно, мне даже дышать стало легче.
– Рад за тебя. А сейчас нужно связаться с Хантером и порадовать его долгом.
– Он не подставит Валенсию? – спросил с опаской Алекс.
– Нет. Он, конечно, та еще сволочь, но точно не подведет, – уверенно ответил никтрот.
– Хорошо. Интересно, как там Сарита и Валенсия? – с интересом осведомился Алекс.
– Я думаю, на ужин нас будет ожидать сюрприз, – усмехнулся котран, добавив: – Сарита – просто мастерица, особенно в том, чтобы изменить все до неузнаваемости. У нее к этому талант.
– Мне уже страшно за Валенсию.
– О нет, не переживай. Сарита сделает ее прекрасной незнакомкой даже для нас.
ГЛАВА 8
Валенсия смотрела в зеркало и не верила отражению в нем. Эта неизвестная девушка не могла быть ей. Темно-русые волосы оказались заплетены в сложную прическу, кожа стала значительно темнее от тех неприятных процедур, что творили с ней маги и добрая женщина. Нет, конечно, они идеально выполнили поставленную задачу, однако сам процесс во многом был неприятен. Но… Нужен сохраняющий эффект на месяц, поэтому стоило потерпеть. А потом… в случае неудачи… на повтор процедур.
Значит так. Темноволосая женщина, лицо которой было полностью изменено: нос, рот и лоб. Скорее всего, Валенсия даже похорошела, да что уж там, стала очень красивой. Ведь не зря она пятнадцать минут стояла перед зеркалом с открытым ртом и пыталась осмыслить, что отражение – это она.
– Я стала выше? – спросила мелодичным чужим голосом Валенсия.
– Конечно, ягодка! Мы решили чуток роста тебе добавить, хотя ты, конечно, не низенькая, но все же.
– И я… как бы в весе прибавила…
– Красные кардиналы не любят костлявых женщин. Они еще те жеребцы, прощу прощения, поэтому все удивятся, когда чересчур худенькая особа залетит к ним в клетку.
– М-м-м, а я смогу ходить с такой добавкой?
– Даже не почувствуешь! Мои кудесники – на все руки мастера. Не зря же они содрали с котрана столько золотых.
– Очень много? – с женским любопытством спросила Валенсия.
– Мне и не снилось, хотя котран мне хорошо платит. Но что поделать, мальчики – специалисты, и никто, даже верховный кардинал не поймет, что под видом этой статной ошеломляющей женщины прячется худющая маленькая девочка. Кстати, у тебя теперь запах появился. Ты заметила? – спросила Сарита.
– Аромат магнолии? А я думаю, почему этот запах у меня в носу сидит.
– Странно, первый раз вижу девушку без запаха. Ты, красавица моя, вообще кто?
– Если честно признаться, сама не знаю, – с грустью произнесла девушка.
– Ничего, не расстраивайся. Я вот что хотела спросить. Между нами, девочками.
– Я вас слушаю, – ответила Валенсия.
– Лекарь утверждает, что ты невинна.
– Да, – тихо прошептала девушка.
– Но драконы по запаху определяют зрелость, а у тебя его нет. Вопрос… Поэтому в твоем новом аромате нет нежной чистоты, так как ты будешь считаться женщиной по договору. А туда девочками не идут, только взрослые самки заключают договора с этими бугаями.
– Понятно.
– Да, и еще, если ты сама захочешь… быть с мужчиной, то тут кроется опасность.
– Почему?
– Во-первых, плева и кровь. Во-вторых, «наш» запах может измениться из-за вмешательства в твое тело. Поэтому у нас еще есть время, мы можем магией разорвать плеву и подкорректировать запах. Либо ты и дальше блюдешь свою чистоту. Ты знаешь, в нашем мире не ценится девичье целомудрие, если только ты не собираешься сорвать огромный куш в виде богатого мужа, который до ужаса помешан на невинности. Тогда лучше оставить.
– Нет, я не из богатой семьи, но… и невинность не хочу трогать. Уверена, что ничто не изменится со мной в этом плане за месяц. Я вообще постараюсь в ближайшее время сделать все, что от меня хотят, чтобы скорее оттуда уйти.
Сарита и Валенсия за то время, пока девушка проходила неприятные процедуры, разговорились, каждая вкратце рассказала о себе. Сарита относилась к тем женщинам, которым можно было и даже хотелось довериться. Женщина располагала к себе дружелюбием, честностью и сердечностью. Поэтому ей было искренне жаль девочку, которая собиралась лезть в пекло. Но упрямость в глазах Вали говорила о том, что она не отступится от своей цели и сделает все возможное, чтобы спасти подругу и помочь Алексу.
– Как думаешь, они удивятся? – взволнованно спросила Валенсия.
– Конечно, особенно на голодный желудок. Ведь мы с тобой задержались с прической и твоим удивлением у зеркала.
– Простите, – извинилась девушка, чувствуя себя глупой куклой.
– Ничего страшного! Так и должно быть. Мужчины потерпят! Тем более из-за такой прекрасной спасительницы.
Через пять минут женщины спускались по лестнице, и оборотни тут же повернули головы, чтобы впасть в оцепенение. Первым очнулся Алекс, кинувшись к обворожительной незнакомке, которую он никогда бы не принял за милую девочку, принесенную им в свою комнату.
– Ты прелестна! – восхищенно произнес он, предлагая свою руку.
– Спасибо, – вежливо ответила девушка.
Дарен все это время поедал глазами измененную Валенсию, стараясь держать себя в руках и не рявкнуть на лучшего друга с большим пожеланием ему провалиться куда-нибудь. Но… решив не пугать девушку внутри этой утонченной и восхитительной женщины, он пошел следом за ней и Алексом, прошептав Сарите, что она выше всяких похвал.
Ужин прошел замечательно. Валенсия внимательно слушала информацию о законах и правилах в судебном дворце. А когда они переместились в гостиную, Дарен поведал Вали в точности, как выглядела солодея, рассказал про всевозможные выходы и входы во дворец и немного о представителях закона, красных кардиналах: субординацию и нормы поведения.
На часах пробило одиннадцать часов вечера, и девушка уже из последних сил слушала возможные варианты ее побега.
– Валенсия, ты устала? – с ноткой переживания спросил Дарен.
– Простите, просто я…
– Конечно, устала! – буркнул Алекс и тут же подошел к ней. – Завтра на всякий случай обсудим то, что осталось непонятно, и будем готовы к встрече с Хантером, а сейчас – отдыхать.
– Спасибо! – мило ответила Валенсия, чувствуя, что уже умирает от желания закрыть глаза.
– Спокойных снов, девочка! – ласково произнес Дарен, зная, что Вали уже почти спала и не слышала его.
Алекс взял девушку за руку и телепортировал в ее комнату. Когда он исчез, Валенсия счастливо улыбнулась и, сняв нежное и мягкое платье, определила его в шкаф. Как только ее голова коснулась подушки, девушка моментально уснула.
…Констанция со слезами на глазах лежала в кровати, дрожа всем телом, и хрипела:
– Умоляю, дай мне взглянуть на нее. Один… раз. Я хочу… взглянуть на свою девочку.
– Нет, – ненавидя себя за такое отношение к умирающей женщине, прорычала Ринория. Но мысль, что она будет королевой, грела сердце, поэтому она старалась перебороть щемящее чувство жалости к бывшей ненавистной подруге.
– Умоляю…. Заклинаю… Один раз… На несколько секунд.
Ринория запеленала ребенка и, посмотрев, как маленькая девочка морщит носик и кривит губки в поисках молока матери, решила быть доброй. Она поднесла Констанции ребенка и положила ей на руку.
– Смотри, пока я буду собираться в путь. Дорога долгая. Не спрашивай куда, любуйся в последний раз, – процедила приверженка темных сил и пошла в кладовую, чтобы взять корзину для обреченной девочки.
Констанция, закусывая до крови треснувшие губы, старалась не закричать от ужасной боли, которая стягивала ее тело, и со слезами на глазах прошептала:
– Прости, моя маленькая… что не сберегла.
Затем она замолчала, набираясь сил, чтобы говорить через боль. А потом женщина стала концентрировать оставшуюся силу, пытаясь отдать остатки энергии в клятву:
– Заклинаю своей смертью: пусть дракон… внутри дитяти… возьмет мою душу до того момента, пока не наступит время… свободы для пророчества. Душа на душу, обмен на силу. Заклинаю своей жизнью, – прохрипела она, испуская последний вздох.
Раздался плач малышки, и недовольная женщина бросилась к кровати, чтобы забрать ребенка. Когда она приблизилась, то увидела: подруга мертва, а ее кожа неестественно белого цвета. Малышка же… казалось, светилась, но Ринория отмахнулась от этой мысли, подумав, что это ей после темноты в кладовой померещилось.
