Так что пока твой приятель побудет в темнице. А вот после заключительной части переговоров и торжественного ужина по этому поводу, возможно, еще до прощального приема и отъезда делегации демонов я займусь им вплотную.
Ашасси слушала императора затаив дыхание вплоть до слова «казнь».
- Он не собирался ни убивать вас, ни срывать переговоры, мы ничего не знали о них! Прошу вас…
- Девочка, - холодно прервал император. Ашасси ожидала очередного ледяного упрека с воспитательным подтекстом, но вампир ее удивил: - Девочка, никогда не ручайся за вампира. Вас, людей, слишком легко обмануть, а потому твое мнение я не намерен принимать в расчет и прошу в дальнейшем держать его при себе. Я буду судить честно и беспристрастно.
- Пытки могут кого угодно вынудить…
- Пытки?! – император резко повернулся к ней. Одно смазанное движение – и он уже вглядывается в ее глаза. – Я не применяю пыток к невиновным! – прошипел он. – Я не знаю, что ты успела себе придумать, но я правитель, а не палач! На моих допросах всегда вскрывается правда – вся правда, и бывает даже так, что казнят человека вовсе не за то, за что он был отправлен в темницу…
Ашасси не выдержала и зажмурилась.
Дуновение воздуха – и низкий, холодный голос донесся уже издалека, спокойный, ровный, словно не было этой вспышки.
- Повторяю, мнение человечки никакой роли не играет. Я все равно узнаю правду. В соответствии с ней приму решение.
Ашасси приоткрыла глаза. Император снова стоял вполоборота к ней.
Что же это получается? Проблема не в ее низком происхождении, а в том, что она человек?
Император оказался очень странным. Она не понимала его отношения к окружающим. Всыпать плетей за пустяковую ошибку служанки – запросто, а казнить без допроса - нет? В первом случае он целиком полагается на слова других, а во втором будет судить сам? Нет ли тут противоречия?
Но с другой стороны, зачем ему ей врать? Может, попросить потом разрешения присутствовать на допросе или хотя бы поговорить с Даном?..
Но сначала надо каким-то образом научиться не раздражать его, чтобы не испытывать на себе впредь его магии, не оказываться под этим страшным взглядом. Ашасси не понимала ни его намерений, ни образа мыслей; аура властности подавляла; легкость и изобретательность, с которыми он ставил ее на место, пугали, как и виртуозное владение магией…
Да, теперь она прекрасно понимала, почему его так боятся!
- А почему вы сразу не убили Дана? – вдруг спросила девушка. – Если вы думали, что он представляет угрозу вам и всей империи?
Император внезапно поморщился. Это было так неожиданно и так по-человечески, что Ашасси удивленно моргнула.
- Вопросы здесь задаю я. На главный твой вопрос я и так ответил в первую очередь.
Он снова отвернулся к окну, встав спиной к ней.
Ушел от ответа?
Его поведение окончательно озадачило девушку. Он думал, что Дан – убийца, зверь, без разума и воли, безумец. Но его спутницу не только не отправили вместе с ним в темницу, а еще и поселили во дворце, в крыле самого императора! А теперь он и вовсе спиной к ней повернулся! А вдруг бы она в нее кинжал всадила? Или эта светлая мысль не посещала его венценосную голову? А может, он как раз проверяет, можно ли ей доверять? Или у него просто глаза не глядят на безродную человечку?
Боги, как же все непонятно!
И от этого было только страшнее.
Помолчав, император спросил:
- Кто ты?
И что прикажете отвечать?
- А… Ашасси.
Он чуть заметно вздрогнул. Затем медленно выпрямился и, все так же не глядя на нее, задал новый вопрос:
- Откуда?
Ох, как ей не хотелось это говорить…
- Аркхана.
Вот и все. Сейчас он…
- Владения лорда Праша, насколько я помню?
- Да, - она постаралась успокоиться, взять себя в руки. Не телепат же он, в конце концов, надо лишь сделать вид, что ей нечего скрыва…
- Что тебя связывает с этим вампиром?
Повезло? Нет, вот правда повезло?
- Мы многое пережили, - уклончиво ответила девушка, не представляя, как пересказать все, через что они с Даном успели пройти, чтобы не вызвать у императора еще больших подозрений.
- Я. Задал. Вопрос.
Каждое слово – падение сосульки с крыши.
- Я не знаю, что еще вам ответить, - честно призналась Ашасси. – Я не до конца понимаю, что вы хотите услышать.
- Я хочу понять, как одна беглая человечка связалась с безумным вампиром и выжила. Более того, почему она пытается его защищать.
Ашасси пошатнулась. Императору все известно? Но как? Откуда? И почему она до сих пор…
- Сядь.
- Что? – не поняла опешившая девушка.
- Твой император приказывает тебе сесть, дабы ему не пришлось марать руки прикосновениями к безродной человечке, когда та рухнет в обморок, - меланхолично сообщила спина правителя.
- А вы уже ко мне прикасались, - ляпнула Ашасси и запоздало замерла от ужаса. Ей конец. Теперь ей точно…
Но неожиданно вместо отповеди император тихо хмыкнул и иронично произнес:
- И как ты только не боишься-то…
- Очень боюсь, - искренне заверила его девушка.
В ответ раздался тихий, низкий смешок.
Ашасси так и села от неожиданности. На пуф.
- Правильно делаешь, - похвалил правитель. – Так что у тебя с вампиром?
- Я спасла его, он меня. От безумия, отчаяния, смерти, насилия. Как я уже сказала, мы многое пережили за короткий срок.
Император неожиданно вскинул руку к лицу и поглядел на браслет из белого металла, обвивающий запястье.
- Похоже, это долгий и весьма интересный рассказ, но я вынужден временно лишить себя удовольствия его выслушать.
Однако выходить он почему-то не спешил, как и поворачиваться. Ашасси решила рискнуть еще раз.
- А… почему вы стоите ко мне спиной?
Вампир повернулся к ней, и по бесстрастному, ледяному лицу вдруг скользнуло подобие ухмылки.
- Так ты меньше боишься, а я – раздражаюсь.
Ашасси смутилась.
- Высочайшая аудиенция будет вновь дарована тебе в ближайшее время, до тех пор – следуй указаниям Аиды и лорда-смотрителя, - надменно сообщил император.
Ашасси подумала, что прекрасно пережила бы и без высочайшего внимания, но говорить это не рискнула.
- Не выходи из комнаты. Не впускай никого, кроме лорда-смотрителя – его ты уже знаешь, - лорда-распорядителя и служанок, которых я к тебе приставил. Если…
Раздалось негромкое урчание. Покраснев, как мак, девушка прижала локтем забурчавший желудок.
В глазах правителя, при всей их чуждости, отчетливо блеснуло веселье.
- Счастлив знать, что мой визит не лишил тебя аппетита, - произнес он, и девушке в его голосе почудилась добродушная издевка. Впрочем, в следующий миг лед вернулся, хищное лицо снова похолодело, и правитель отчеканил: - Подытожим: делаешь все, что тебе скажут, сидишь здесь и не высовываешься. Это приказ. И поднимись, императора провожают не взглядом, а поклоном.
Ошеломленная очередной резкой сменой его настроения, Ашасси кое-как встала и склонилась перед ним, как умела. И насколько позволяло платье.
В следующий миг тихо отворилась и закрылась дверь.
Ашасси медленно выпрямилась и осторожно села в кресло, тупо глядя перед собой.
И что это было?!
Дверь вновь открылась, и в нее проскользнули уже знакомые девушке вампирши, обе с подносами, на которых стояли накрытые крышками тарелки, приборы и чайничек с чашкой.
- Вы в порядке? – деликатно осведомилась Аида, вслед за Ионной ставя свою ношу на столик и с любопытством глядя на «госпожу».
Та перевела на нее обалделый взгляд и выдала:
- Он что, всегда такой?!
Вампирши не удержались от смеха, но в глазах притаилась тревога.
- Император Дариэт… имеет полное право быть таким, каким хочет, госпожа. Он не терпит неповиновения, не выносит дерзости, не приемлет нарушений этикета. Людям незнатным… Императора нельзя перебивать, его слушают, ему не возражают, его не критикуют. Это очень древние правила, госпожа, не он их придумал. А вам…
Воцарилась тишина.
- Я удивлена, что он не наказал вас, - призналась Ионна, опуская глаза. – И меня заодно. Император проявил не свойственное ему обычно терпение. Но вы все же прочтите свод правил этикета, госпожа. В другой раз Аргихар может оказаться не столь снисходительным.
Ашасси со вздохом кивнула, покосившись на толстый, ветхий талмуд на столике, а потом задумчиво спросила:
- А почему вы так странно к нему обращаетесь? Это титул такой или что?
Аида наконец снова улыбнулась.
- Да, госпожа, это титул. Он происходит от двух древних слов нашего языка и обозначает «верховный властитель». Со временем, конечно, язык менялся, слова становились короче, но титул остался, и мы, вампиры, обращаемся к нему в том числе и так. Постепенно он вошел в обиход всего двора.
Ашасси кивнула, а затем медленно произнесла:
- Древний язык вампиров? Я мало что знаю о нем, если честно, и это слово мне не знакомо. Я знаю некоторые другие, которые родственны словам древнего человеческого языка, и пару фраз, но и только. Бабушка научила, она говорила, мы не должны забывать историю этого мира, а также себя и своих предков, даже если язык и кровь – это все, что они смогли нам оставить в память о себе.
Вампирши обменялись быстрыми взглядами, а потом Ионна произнесла:
- Ваша бабушка очень мудра для человечки.
- Да, пожалуй, - улыбнулась травница. – К ней за советом вечно бегала вся деревня, а я, когда пришла нужда, сглупила, даже не подумав посоветоваться с ней, и в итоге… - Ашасси упрямо стиснула губы, глядя в пустоту, а потому не заметила нового обмена взглядами между вампиршами.
- Если вам нужно выговориться… - тихо начала Аида, но девушка покачала головой.
- Нет. Дело прошлое. Словами ничего не исправишь. Мне придется научиться жить в настоящем, созданном моими ошибками.
- Тогда я очень советую вам начать с этой книги, - улыбнулась Аида, по счастью, не обидевшись, и принесла Ашасси толстое пособие по этикету империи. – Ваши шансы выжить существенно возрастут, и вы быстрее адаптируетесь. Можете читать целиком, можете сперва изучить те разделы, которые я для вас отметила. И постарайтесь сегодня как следует отдохнуть.
Ионна тем временем сноровисто сервировала столик.
- Спасибо вам обеим, - искренне поблагодарила Ашасси.
Теплые улыбки странно сочетались с белоснежными клыками. Но девушка улыбнулась в ответ, и вампирши вышли, пожелав ей долгой ночи.
А она уставилась на столовые приборы. Странного вида тупоносый нож с зазубринами, две вилки – одна с четырьмя зубчиками, одна с двумя. Три ложки, обычная, которой дома ели суп, одна поменьше, одна явно для чая. О боги, похоже, ей придется научиться всем этим пользоваться…
Она приподняла крышку на ближайшем блюде. Какой-то суп, густой, желтоватого цвета… с мелкими кусочками курятины и овощей…
Ну, попробуем.
Даскалиар вернулся в свои покои, занимающие немалую часть верхнего этажа. В число его комнат входили приемная, гостиная, рабочий кабинет, спальня, библиотека – и умело скрытая в башне лаборатория, в которой он занимался магическими и научными изысканиями, втайне от всего двора. Великий и высокородный император не допускал в нее посторонних, укрыл от любых попыток проникновения, заговорив и дверь, и саму комнату, и даже тайный ход к ней на свою собственную кровь. Родных у него не было, и даже если бы кому-то удалось открыть дверь, капнув на нее взятой у него крови, для того, чтобы дойти до лаборатории потребовалось бы оставить по капле в нужных местах по всей длине коридора. Если бы у него смогли взять такое количество крови и узнать, где именно она применяется, это означало бы одно: лаборатория больше не понадобится своему хозяину.
По коридору Даскалиар шел уверенной, величественной походкой, как и подобает правителю, но едва закрыл за собой дверь приемной, как поведение его изменилось. Вихрем пролетев по ней, затем по кабинету и гостиной, он рывком распахнул дверь в спальню и от души захлопнул ее за собой. Пометался по комнате, успокаиваясь. Поняв, что это не помогает, ударил кулаком по колонне из весьма интересного материала, привезенного в подарок ему послом приморского королевства Анэке, вотчины водных, единственного, в котором добывалась эта странная субстанция. С виду твердая, как камень, на деле она была упругой и вместе с тем в меру податливой. Самое то, чтобы спустить пар.
Проклятье! Все должно было произойти совсем не так! Почему этот выродок явился мало того что в здравом уме, так еще и с человечкой, которую он, Даскалиар, опрометчиво взял под свою защиту во время разбирательства с зарвавшимся лордом Аркханы? Которая к тому же так трогательно за эту мразь переживает…
Новый удар.
Нет, ему положительно не везет. Первым порывом Даскалиара при виде ненавистного Актара Ассимира Селиэта было убить его на месте. До того, как тот хотя бы попытается нанести первый удар. Но мерзавец сыграл иначе – отдал салют, традиционное приветствие, адресованное тому, кто обладал более высоким статусом, фактически выражение покорности и готовности служить. Признание власти над собой. И у него банально не поднялась рука. Даскалиар всегда гордился тем, что поступал по справедливости, не позволяя эмоциям взять верх над разумом, не позволяя себе такой слабости, как порыв, импульс, непродуманный шаг. И несмотря на четкое осознание того, что лучше было бы уничтожить даже потенциальную угрозу со стороны Актара, что-то в нем воспротивилось такому способу решения этой проблемы. А потом выяснилось, что демонов идиот к тому же не помнит даже собственного имени… Одни рефлексы и остались, вбитые с младенчества!
Удар. Удар.
Девчонка отказалась рассказывать, что ее связывает с этим выродком…
Он прекратил избиение колонны и невольно усмехнулся. Забавная такая. Глупая, наивная, перепуганная до заикания – и несмотря на все его одергивания держащаяся с непонятной смелостью. Другая бы на ее месте молчала в тряпочку, а эта еще и задавала вопросы, даже после того, как он ясно дал понять: они неуместны и злят его. Боялась – и все равно спрашивала, словно перед ней не император, а обычный вампир.
Ухмылка сменилась хмурой сосредоточенностью. Придется ей усвоить раз и навсегда, что с императором можно позволить себе лишь то, что разрешает этикет или он сам, не более и не менее. Что до остального… Он бы смог ее разговорить, в этом Даскалиар не сомневался – но не хватило времени. Ничего, он побеседует с ней позже, а сегодня у него по плану еще обсуждение с послами из Черноземи договора по поставкам заготовок для черных мечей и доспехов из драконьей чешуи, а также подписание уже готового договора о сотрудничестве и взаимовыручке. Что-то зачастили к их континенту корабли Термита Первого, гордого властителя варварской империи Сун на другом материке. Видимо, на своем все селения до последнего разграбили, потянули загребущие лапы на чужие…
Император злобно ткнул колонну кулаком и привалился к ней плечом.
Ладно, пока главное – договор. Если Термит и впрямь поставил себе цель завоевать Йерихо, его ждет сюрприз. Договор с Черноземью был предпоследним в списке, причем, как Даскалиару показалось, глава делегации, лорд Эн’Крарго, был только рад предложенным условиям. Значит, тоже опасаются за свою территориальную целостность. В конце концов, король Аргаэр Эр’Серх, в отличие от последнего представителя предыдущей династии, не дурак, хоть и демон…
Поймав себя на этой расистской мысли, недостойной истинного правителя, Даскалиар ухмыльнулся.
Ашасси слушала императора затаив дыхание вплоть до слова «казнь».
- Он не собирался ни убивать вас, ни срывать переговоры, мы ничего не знали о них! Прошу вас…
- Девочка, - холодно прервал император. Ашасси ожидала очередного ледяного упрека с воспитательным подтекстом, но вампир ее удивил: - Девочка, никогда не ручайся за вампира. Вас, людей, слишком легко обмануть, а потому твое мнение я не намерен принимать в расчет и прошу в дальнейшем держать его при себе. Я буду судить честно и беспристрастно.
- Пытки могут кого угодно вынудить…
- Пытки?! – император резко повернулся к ней. Одно смазанное движение – и он уже вглядывается в ее глаза. – Я не применяю пыток к невиновным! – прошипел он. – Я не знаю, что ты успела себе придумать, но я правитель, а не палач! На моих допросах всегда вскрывается правда – вся правда, и бывает даже так, что казнят человека вовсе не за то, за что он был отправлен в темницу…
Ашасси не выдержала и зажмурилась.
Дуновение воздуха – и низкий, холодный голос донесся уже издалека, спокойный, ровный, словно не было этой вспышки.
- Повторяю, мнение человечки никакой роли не играет. Я все равно узнаю правду. В соответствии с ней приму решение.
Ашасси приоткрыла глаза. Император снова стоял вполоборота к ней.
Что же это получается? Проблема не в ее низком происхождении, а в том, что она человек?
Император оказался очень странным. Она не понимала его отношения к окружающим. Всыпать плетей за пустяковую ошибку служанки – запросто, а казнить без допроса - нет? В первом случае он целиком полагается на слова других, а во втором будет судить сам? Нет ли тут противоречия?
Но с другой стороны, зачем ему ей врать? Может, попросить потом разрешения присутствовать на допросе или хотя бы поговорить с Даном?..
Но сначала надо каким-то образом научиться не раздражать его, чтобы не испытывать на себе впредь его магии, не оказываться под этим страшным взглядом. Ашасси не понимала ни его намерений, ни образа мыслей; аура властности подавляла; легкость и изобретательность, с которыми он ставил ее на место, пугали, как и виртуозное владение магией…
Да, теперь она прекрасно понимала, почему его так боятся!
- А почему вы сразу не убили Дана? – вдруг спросила девушка. – Если вы думали, что он представляет угрозу вам и всей империи?
Император внезапно поморщился. Это было так неожиданно и так по-человечески, что Ашасси удивленно моргнула.
- Вопросы здесь задаю я. На главный твой вопрос я и так ответил в первую очередь.
Он снова отвернулся к окну, встав спиной к ней.
Ушел от ответа?
Его поведение окончательно озадачило девушку. Он думал, что Дан – убийца, зверь, без разума и воли, безумец. Но его спутницу не только не отправили вместе с ним в темницу, а еще и поселили во дворце, в крыле самого императора! А теперь он и вовсе спиной к ней повернулся! А вдруг бы она в нее кинжал всадила? Или эта светлая мысль не посещала его венценосную голову? А может, он как раз проверяет, можно ли ей доверять? Или у него просто глаза не глядят на безродную человечку?
Боги, как же все непонятно!
И от этого было только страшнее.
Помолчав, император спросил:
- Кто ты?
И что прикажете отвечать?
- А… Ашасси.
Он чуть заметно вздрогнул. Затем медленно выпрямился и, все так же не глядя на нее, задал новый вопрос:
- Откуда?
Ох, как ей не хотелось это говорить…
- Аркхана.
Вот и все. Сейчас он…
- Владения лорда Праша, насколько я помню?
- Да, - она постаралась успокоиться, взять себя в руки. Не телепат же он, в конце концов, надо лишь сделать вид, что ей нечего скрыва…
- Что тебя связывает с этим вампиром?
Повезло? Нет, вот правда повезло?
- Мы многое пережили, - уклончиво ответила девушка, не представляя, как пересказать все, через что они с Даном успели пройти, чтобы не вызвать у императора еще больших подозрений.
- Я. Задал. Вопрос.
Каждое слово – падение сосульки с крыши.
- Я не знаю, что еще вам ответить, - честно призналась Ашасси. – Я не до конца понимаю, что вы хотите услышать.
- Я хочу понять, как одна беглая человечка связалась с безумным вампиром и выжила. Более того, почему она пытается его защищать.
Ашасси пошатнулась. Императору все известно? Но как? Откуда? И почему она до сих пор…
- Сядь.
- Что? – не поняла опешившая девушка.
- Твой император приказывает тебе сесть, дабы ему не пришлось марать руки прикосновениями к безродной человечке, когда та рухнет в обморок, - меланхолично сообщила спина правителя.
- А вы уже ко мне прикасались, - ляпнула Ашасси и запоздало замерла от ужаса. Ей конец. Теперь ей точно…
Но неожиданно вместо отповеди император тихо хмыкнул и иронично произнес:
- И как ты только не боишься-то…
- Очень боюсь, - искренне заверила его девушка.
В ответ раздался тихий, низкий смешок.
Ашасси так и села от неожиданности. На пуф.
- Правильно делаешь, - похвалил правитель. – Так что у тебя с вампиром?
- Я спасла его, он меня. От безумия, отчаяния, смерти, насилия. Как я уже сказала, мы многое пережили за короткий срок.
Император неожиданно вскинул руку к лицу и поглядел на браслет из белого металла, обвивающий запястье.
- Похоже, это долгий и весьма интересный рассказ, но я вынужден временно лишить себя удовольствия его выслушать.
Однако выходить он почему-то не спешил, как и поворачиваться. Ашасси решила рискнуть еще раз.
- А… почему вы стоите ко мне спиной?
Вампир повернулся к ней, и по бесстрастному, ледяному лицу вдруг скользнуло подобие ухмылки.
- Так ты меньше боишься, а я – раздражаюсь.
Ашасси смутилась.
- Высочайшая аудиенция будет вновь дарована тебе в ближайшее время, до тех пор – следуй указаниям Аиды и лорда-смотрителя, - надменно сообщил император.
Ашасси подумала, что прекрасно пережила бы и без высочайшего внимания, но говорить это не рискнула.
- Не выходи из комнаты. Не впускай никого, кроме лорда-смотрителя – его ты уже знаешь, - лорда-распорядителя и служанок, которых я к тебе приставил. Если…
Раздалось негромкое урчание. Покраснев, как мак, девушка прижала локтем забурчавший желудок.
В глазах правителя, при всей их чуждости, отчетливо блеснуло веселье.
- Счастлив знать, что мой визит не лишил тебя аппетита, - произнес он, и девушке в его голосе почудилась добродушная издевка. Впрочем, в следующий миг лед вернулся, хищное лицо снова похолодело, и правитель отчеканил: - Подытожим: делаешь все, что тебе скажут, сидишь здесь и не высовываешься. Это приказ. И поднимись, императора провожают не взглядом, а поклоном.
Ошеломленная очередной резкой сменой его настроения, Ашасси кое-как встала и склонилась перед ним, как умела. И насколько позволяло платье.
В следующий миг тихо отворилась и закрылась дверь.
Ашасси медленно выпрямилась и осторожно села в кресло, тупо глядя перед собой.
И что это было?!
Дверь вновь открылась, и в нее проскользнули уже знакомые девушке вампирши, обе с подносами, на которых стояли накрытые крышками тарелки, приборы и чайничек с чашкой.
- Вы в порядке? – деликатно осведомилась Аида, вслед за Ионной ставя свою ношу на столик и с любопытством глядя на «госпожу».
Та перевела на нее обалделый взгляд и выдала:
- Он что, всегда такой?!
Вампирши не удержались от смеха, но в глазах притаилась тревога.
- Император Дариэт… имеет полное право быть таким, каким хочет, госпожа. Он не терпит неповиновения, не выносит дерзости, не приемлет нарушений этикета. Людям незнатным… Императора нельзя перебивать, его слушают, ему не возражают, его не критикуют. Это очень древние правила, госпожа, не он их придумал. А вам…
Воцарилась тишина.
- Я удивлена, что он не наказал вас, - призналась Ионна, опуская глаза. – И меня заодно. Император проявил не свойственное ему обычно терпение. Но вы все же прочтите свод правил этикета, госпожа. В другой раз Аргихар может оказаться не столь снисходительным.
Ашасси со вздохом кивнула, покосившись на толстый, ветхий талмуд на столике, а потом задумчиво спросила:
- А почему вы так странно к нему обращаетесь? Это титул такой или что?
Аида наконец снова улыбнулась.
- Да, госпожа, это титул. Он происходит от двух древних слов нашего языка и обозначает «верховный властитель». Со временем, конечно, язык менялся, слова становились короче, но титул остался, и мы, вампиры, обращаемся к нему в том числе и так. Постепенно он вошел в обиход всего двора.
Ашасси кивнула, а затем медленно произнесла:
- Древний язык вампиров? Я мало что знаю о нем, если честно, и это слово мне не знакомо. Я знаю некоторые другие, которые родственны словам древнего человеческого языка, и пару фраз, но и только. Бабушка научила, она говорила, мы не должны забывать историю этого мира, а также себя и своих предков, даже если язык и кровь – это все, что они смогли нам оставить в память о себе.
Вампирши обменялись быстрыми взглядами, а потом Ионна произнесла:
- Ваша бабушка очень мудра для человечки.
- Да, пожалуй, - улыбнулась травница. – К ней за советом вечно бегала вся деревня, а я, когда пришла нужда, сглупила, даже не подумав посоветоваться с ней, и в итоге… - Ашасси упрямо стиснула губы, глядя в пустоту, а потому не заметила нового обмена взглядами между вампиршами.
- Если вам нужно выговориться… - тихо начала Аида, но девушка покачала головой.
- Нет. Дело прошлое. Словами ничего не исправишь. Мне придется научиться жить в настоящем, созданном моими ошибками.
- Тогда я очень советую вам начать с этой книги, - улыбнулась Аида, по счастью, не обидевшись, и принесла Ашасси толстое пособие по этикету империи. – Ваши шансы выжить существенно возрастут, и вы быстрее адаптируетесь. Можете читать целиком, можете сперва изучить те разделы, которые я для вас отметила. И постарайтесь сегодня как следует отдохнуть.
Ионна тем временем сноровисто сервировала столик.
- Спасибо вам обеим, - искренне поблагодарила Ашасси.
Теплые улыбки странно сочетались с белоснежными клыками. Но девушка улыбнулась в ответ, и вампирши вышли, пожелав ей долгой ночи.
А она уставилась на столовые приборы. Странного вида тупоносый нож с зазубринами, две вилки – одна с четырьмя зубчиками, одна с двумя. Три ложки, обычная, которой дома ели суп, одна поменьше, одна явно для чая. О боги, похоже, ей придется научиться всем этим пользоваться…
Она приподняла крышку на ближайшем блюде. Какой-то суп, густой, желтоватого цвета… с мелкими кусочками курятины и овощей…
Ну, попробуем.
***
Даскалиар вернулся в свои покои, занимающие немалую часть верхнего этажа. В число его комнат входили приемная, гостиная, рабочий кабинет, спальня, библиотека – и умело скрытая в башне лаборатория, в которой он занимался магическими и научными изысканиями, втайне от всего двора. Великий и высокородный император не допускал в нее посторонних, укрыл от любых попыток проникновения, заговорив и дверь, и саму комнату, и даже тайный ход к ней на свою собственную кровь. Родных у него не было, и даже если бы кому-то удалось открыть дверь, капнув на нее взятой у него крови, для того, чтобы дойти до лаборатории потребовалось бы оставить по капле в нужных местах по всей длине коридора. Если бы у него смогли взять такое количество крови и узнать, где именно она применяется, это означало бы одно: лаборатория больше не понадобится своему хозяину.
По коридору Даскалиар шел уверенной, величественной походкой, как и подобает правителю, но едва закрыл за собой дверь приемной, как поведение его изменилось. Вихрем пролетев по ней, затем по кабинету и гостиной, он рывком распахнул дверь в спальню и от души захлопнул ее за собой. Пометался по комнате, успокаиваясь. Поняв, что это не помогает, ударил кулаком по колонне из весьма интересного материала, привезенного в подарок ему послом приморского королевства Анэке, вотчины водных, единственного, в котором добывалась эта странная субстанция. С виду твердая, как камень, на деле она была упругой и вместе с тем в меру податливой. Самое то, чтобы спустить пар.
Проклятье! Все должно было произойти совсем не так! Почему этот выродок явился мало того что в здравом уме, так еще и с человечкой, которую он, Даскалиар, опрометчиво взял под свою защиту во время разбирательства с зарвавшимся лордом Аркханы? Которая к тому же так трогательно за эту мразь переживает…
Новый удар.
Нет, ему положительно не везет. Первым порывом Даскалиара при виде ненавистного Актара Ассимира Селиэта было убить его на месте. До того, как тот хотя бы попытается нанести первый удар. Но мерзавец сыграл иначе – отдал салют, традиционное приветствие, адресованное тому, кто обладал более высоким статусом, фактически выражение покорности и готовности служить. Признание власти над собой. И у него банально не поднялась рука. Даскалиар всегда гордился тем, что поступал по справедливости, не позволяя эмоциям взять верх над разумом, не позволяя себе такой слабости, как порыв, импульс, непродуманный шаг. И несмотря на четкое осознание того, что лучше было бы уничтожить даже потенциальную угрозу со стороны Актара, что-то в нем воспротивилось такому способу решения этой проблемы. А потом выяснилось, что демонов идиот к тому же не помнит даже собственного имени… Одни рефлексы и остались, вбитые с младенчества!
Удар. Удар.
Девчонка отказалась рассказывать, что ее связывает с этим выродком…
Он прекратил избиение колонны и невольно усмехнулся. Забавная такая. Глупая, наивная, перепуганная до заикания – и несмотря на все его одергивания держащаяся с непонятной смелостью. Другая бы на ее месте молчала в тряпочку, а эта еще и задавала вопросы, даже после того, как он ясно дал понять: они неуместны и злят его. Боялась – и все равно спрашивала, словно перед ней не император, а обычный вампир.
Ухмылка сменилась хмурой сосредоточенностью. Придется ей усвоить раз и навсегда, что с императором можно позволить себе лишь то, что разрешает этикет или он сам, не более и не менее. Что до остального… Он бы смог ее разговорить, в этом Даскалиар не сомневался – но не хватило времени. Ничего, он побеседует с ней позже, а сегодня у него по плану еще обсуждение с послами из Черноземи договора по поставкам заготовок для черных мечей и доспехов из драконьей чешуи, а также подписание уже готового договора о сотрудничестве и взаимовыручке. Что-то зачастили к их континенту корабли Термита Первого, гордого властителя варварской империи Сун на другом материке. Видимо, на своем все селения до последнего разграбили, потянули загребущие лапы на чужие…
Император злобно ткнул колонну кулаком и привалился к ней плечом.
Ладно, пока главное – договор. Если Термит и впрямь поставил себе цель завоевать Йерихо, его ждет сюрприз. Договор с Черноземью был предпоследним в списке, причем, как Даскалиару показалось, глава делегации, лорд Эн’Крарго, был только рад предложенным условиям. Значит, тоже опасаются за свою территориальную целостность. В конце концов, король Аргаэр Эр’Серх, в отличие от последнего представителя предыдущей династии, не дурак, хоть и демон…
Поймав себя на этой расистской мысли, недостойной истинного правителя, Даскалиар ухмыльнулся.
