– Спасибо вам! Это именно то, что мне нужно было услышать этим утром, – Эзра почесал бровь и, добавив, – Жду с нетерпением нашей встречи в Лондоне, – сбросил звонок.
– Ты поняла? – спросил он у Грейс.
– Да, информацию слил кто-то, кому, возможно, нужны были деньги.
– Тебе приходит кто-нибудь на ум? – Эзра заглянул ей в глаза.
– Дай подумать. Зависит, конечно, от суммы, – она дёрнула плечом и выложила на сковороду четыре куска хлеба, – но если там действительно хорошее предложение, это может быть вообще кто угодно.
– Может Фрэнсис? – спросил он, назвав первое же имя, которое появилось в его голове, как только речь зашла о деньгах.
Грейс ненадолго застыла, раздумывая.
– Есть такая вероятность, он очень жаден до любых источников финансирования, – она принялась за нарезание сыра, – Мы можем спросить у него сегодня. Прямо. Если его застигнуть врасплох, он точно расколется.
– Тогда так и поступим, сегодня же, – Эзра подошёл к окну и, различив у тропинки, ведущей из леса, силуэт Мейв, хмыкнул, – Смотри-ка, даже не потерялась.
– Скаутский лагерь сделал своё дело, – хохотнула Грейс, – Эх, сейчас придётся читать ей нотации, – протяжно выдохнула, – как же не хочется.
– Думаю, она и так уже всё поняла, – он заглянул ей через плечо, – Это будут сэндвичи?
– Я хотела сделать брускетту, но, кажется, получилось неудачно, – Грейс поджала губы, – Так что да, это будут сэндвичи. На жареном хлебе.
– Ты слишком строга к себе, – Эзра быстро чмокнул её в щеку и, проведя рукой по спине, направился на террасу.
Когда он вышел на улицу, Мейв и Сэнди уже вышагивали по гравийной насыпи.
– В свою защиту скажу, что просто хотела поберечь ваш сон, – перешла Мейви сразу к сути.
– Спасибо тебе за это. Совсем было бы здорово обнаружить записку на холодильнике, но завтра можешь уже не предупреждать, – он с вызовом дёрнул бровями и, взяв собаку на руки, понёс Сэнди в гостевой душ.
– В смысле «завтра»? – ударилось ему в спину, но Эзра не стал ничего объяснять.
Закрылся в ванной, включил воду и вымыл собаку с мылом. Сегодняшняя сушка феном обошлась почти без рычания, будто Сэнди, поняв, что где-то проштрафилась, решила смиренно принять судьбу. Выпустив её из ванной и насыпав в миску корм, он присоединился к общему завтраку, за которым главную скрипку снова играла Мейви.
– И потом мы увидели белку, и Сэнди попыталась вскарабкаться на дерево. Как кошка! Я никогда не видела таких сильных собак, – восторженно рассказывала она, подливая всем кофе, – Короче говоря, это обалденный медитативный опыт. Только мы не сумели открыть калитку, чтобы выйти к Шаннон. Там заржавел замок.
– Сегодня займусь им, только отвезу Грейс в университет, – сделав обжигающий горло глоток, сказал Эзра.
– Я доеду сама, мне нужно подобрать Энн, – Грейс собрала у всех опустевшие тарелки, – Мы собирались вместе выпить кофе, и только потом поехать на репетицию. Мейви, тебе куда-нибудь сегодня нужно?
– Не-а, – Мейв мотнула головой, – Все репетиторы у меня завтра, а сегодня я поищу себе какие-нибудь онлайн-курсы и почитаю учебники наперёд. Может, позалипаю в Нетфликс.
– Поняла… – покивала Грейс в ответ.
– Тогда займусь калиткой и тоже поеду, – Эзра поднялся с места и, открыв один из ящиков, достал оттуда аэрозоль с раствором от ржавчины, – Грейс, я договорюсь с Фрэнсисом о встрече в твой обеденный перерыв?
– Да, отлично, – она невесомо погладила его по плечу и вернулась к посуде.
* * *
– И давно вы решили поменять машину? – спросила Грейс, когда Энн открыла дверь в салон её автомобиля.
– Я требую объяснений! – прозвучало в ответ безапелляционно.
Подруга села на переднее пассажирское, и, пристегнувшись, отправила ей сердитый взгляд.
– Какие именно объяснения тебе нужны? – ухватилась Грейс за шанс притвориться идиоткой.
– Ты закрутила роман с Эзрой, а я узнаю об этом из таблоидов! – кажется, Энн не на шутку разозлила эта ситуация, – Это просто возмутительно!
– Возмутительно то, Энн, что ты читаешь подобные издания, – Грейс нажала на педаль газа и повернула с Милфорд Роуд в сторону Пласси-Парк.
– Даже не пытайся съехать с темы, дорогуша, – всплеснула руками подруга, – И давно это продолжается?
– Нет, недавно, – опешив от такого напора, пробормотала Грейс, – Началось как-то случайно, и вот вылилось в полный бардак, как будто мне до того не хватало проблем.
– Я ожидаю подробностей, а не пространных формулировок! – воскликнула Энн, – честное слово, Грейси, наша дружба висит на волоске! И почему ты ничего не сказала мне?
– Потому что всё как-то очень по-дурацки началось, и я даже не понимаю до сих пор, что именно происходит и к чему всё это идёт, – пояснила она, плохо скрывая раздражение, – Мы не планировали ничего афишировать, но эта статья спутала все карты.
– Не кажется ли тебе, что если мужчина знакомится с твоей дочерью и решает её проблемы, это значит, что всё уже очень серьёзно? – с иронией заметила Энн.
– Мне сейчас вообще ничего не кажется и я не хочу ничего формулировать. Энн, мы просто плывём по течению и всё. Будь, что будет.
Они помолчали.
– И как он? – лукаво спросила Энн, – Ну, в целом?
Грейс задумалась, в попытке нашарить подходящие слова.
– Ищу подвох, а его всё нет, – выдохнула первую нейтральную формулировку.
– Признаюсь честно, я в замешательстве, – заключила подруга, – Вы же поначалу были как кошка с собакой. Как так вышло, что вы оказались в этой точке?
– Так и оказались, – Грейс дёрнула плечом и свернула на съезд перед длинным двухэтажным кирпичным зданием, – Мы просто ругались, а в следующий миг уже… не ругались.
– Что-о? – Энн округлила глаза, – Подожди… Секс на почве ссоры? Грейси, даже с учетом всей твоей темпераментности, не кажется ли тебе, что это как-то слишком?
– Кажется, это всё как-то слишком для меня, – она припарковалась у входа и, повернув ключ зажигания, заглушила двигатель, – Но что поделать, – она повернула голову к Энн, – Он говорит, что все его недавние песни обо мне. Как тут устоять и не потерять голову, а?
– Никак, Грейси. Теряй голову, спокойно тони в этих отношениях и, быть может, все его сотни тысяч, если не миллионы долларов однажды станут вашим совместно нажитым имуществом, – Энн весело ткнула её локтем и, покачав головой, откинулась на спинку сидения, – Ну-у Грейс! Ну чертовка!
– Брось! Идём, я задолжала тебе большой капучино с каким-нибудь из этих сумасшедших сиропов, которые ты так обожаешь, – она выбралась из машины и хлопнула дверью, – А теперь расскажи, что там у вас с машиной?
Энн вышла из салона и, обойдя тойоту, в ногу с Грейс направилась ко входу в кофейню.
– Примерно месяц назад мы снова заглохли на пустой дороге среди полей, и я психанула. Карл нашёл новый фольксваген, мы немного влезли в кредит, но зато довольно выгодно продали предыдущую ласточку. Честно, я даже не надеялась на то, что наш убитый воксхол вообще кому-то будет нужен.
– Вам очень повезло, я слышала, сейчас сложно продать машину с большим пробегом не на запчасти, – покивала Грейс.
Дальше их разговор свернул совсем в другую сторону. Энн кратко поделилась с Грейс своим видением программы на зимний сезон, Грейс же сообщила ей об одобренных заявках на конкурсы.
– И Холли сегодня вернётся в оркестр, – добавила она, когда бариста отдала им стаканчики кофе и два упакованных в картонные коробки чизкейка «Нью-Йорк».
– Шутишь? После той своей выходки она сможет показать нос на репетиции? – хмыкнула Энн.
– Да, мы случайно встретились накануне и обо всём договорились. Но продолжит так же косячить, сама выгонишь её, я умываю руки, – она сделала осторожный глоток американо и, толкнув дверь, направилась обратно к машине.
По Дублин роуд они мигом долетели до университета и, забросив чизкейки к Энн в кабинет, направились в Большой концертный зал, откуда уже звучали голоса некоторых инструментов. Грейс остановилась у двери, ведущей за сцену и, протяжно вздохнув, обернулась к подруге.
– Не очень понимаю, как сейчас заходить туда, – призналась она, – Наверняка они уже в курсе статьи и… Как мне вести себя?
– Как ни в чём не бывало, дорогая, – Энн похлопала её по плечу и мягко подтолкнула в спину, – Ты всё ещё ты, а всё, что понаписано где-то там в таблоидах: бесконечно далеко и не имеет к тебе никакого отношения.
– Спасибо, – Грейс благодарно улыбнулась Энн и, распахнув двери, шагнула в черноту пространства за сценой.
Вопреки опасениям Грейс, первая часть репетиции прошла в обычном режиме и пролетела как один миг. Рахманинов вымотал музыкантов настолько, что когда Энн объявила перерыв на обед, по рядам духовых и струнных инструментов пронеслись вздохи облегчения.
– Ребятушки, ну что же вы так вздыхаете! – смеясь, воскликнула Энн, – Впереди у нас Моцарт, так что не расслабляемся! Чтобы все как один выпили по огромной чашке черного кофе! Я хочу слышать звуки острой тахикардии в качестве перкуссионного сопровождения!
Грейс размяла пальцы и поднялась со стула. Закрыла крышку инструмента и направилась к дирижёрскому подиуму.
– Энн, я присоединюсь к тебе позже сегодня, – сообщила она, – Мне нужно поговорить с Мёрфи.
– Фу, соболезную, – скривила губы подруга, – Смотри не растеряй там остатки аппетита. Твой чизкейк будет ждать тебя в моём кабинете.
– Помню, – Грейс выдавила некоторое подобие улыбки и, развернувшись, устремилась за сцену.
Взбежала по чёрной лестнице и подошла к двери в кабинет Фрэнсиса. Анна, секретарша, сидевшая сейчас в приёмной, сообщила:
– Мисс Галлахер, там сейчас мистер О’Доннелл, боюсь, вам придётся подождать.
– А, он уже в кабинете? Чудненько, значит они уже ожидают меня! – она открыла дверь и зашла в кабинет, пока Анна не успела ей возразить.
– А вот и ты, Грейси! – воскликнул Фрэнсис, натягивая на лицо доброжелательное выражение, – Чем обязан визитом такого чудного тандема?
– Мы хотели обсудить с тобой репутационные риски, – начал Эзра, откинувшись на спинку стула.
– Ох, вы что, переживаете из-за той дурацкой статьи в Long Story Short? – вскинул Фрэнсис кустистые брови, – Не стоит! Это никак не повлияет на вашу репутацию, тем более, я слышал, готовится опровержение.
– Фрэнсис, ты не понял, – тихо сказала Грейс, – Мы говорим не про нашу репутацию. А про твою.
– Про мою? В каком это смысле? – переспросил профессор.
– Ну, подумай сам, – Эзра уложил локти на стол Фрэнсиса и, немного наклонившись вперёд, пояснил, – Я привожу к тебе сюда телевидение, всячески упоминаю твою площадку как место, в котором пишется мой новый альбом, делаются аранжировки и записываются синглы для лейбла. А ты, в свою очередь, берёшь и сливаешь информацию о готовящемся релизе.
– Что? Эзра, с чего ты это взял? – недоумение на лице Мёрфи не показалось Грейс притворным.
– Я просто подумал: кто на моей памяти постоянно плетёт интриги и не отличается уважительным отношением к тем, кто приносит институту заметную прибыль, и почему-то первым в памяти возникло именно твоё имя, – Эзра внимательно посмотрел в глаза Фрэнсису, – Убеди нас в том, что это был не ты.
– И где тогда здесь моя выгода? – Фрэнсис достал из переднего кармана платок и протёр кончик носа.
– Мы слышали, что таблоиды неплохо платят своим инсайдерам, – проговорила Грейс.
– Это полная чушь! – Мёрфи отрицательно мотнул головой, – Я знаю, сколько они предлагают за эксклюзивную информацию с подтверждением. Это три тысячи евро максимум. Этого не хватит примерно ни на что. Наши жертвователи дают куда больше, а на твоих, Эзра, сессиях мы зарабатывали по пятьдесят тысяч от канала только за один день съемок. Какой мне смысл?
– А откуда ты в курсе расценок? – с сомнением спросила Грейс.
– Навёл справки после первой публикации о Джолин, – Фрэнсис взял с подставки ручку и принялся прокручивать её меж пальцев, – Можете спросить у Анны, – кивнул на дверь, – это она им звонила. Нам пришлось оправдываться перед менеджментом миссис Йейтс. Вы вообще видели, какие акулы работают на неё? Не будь я уже стар, то поседел бы в тот день, когда они вломились сюда с угрозами иском. А теперь представьте: следующий день, то же издание и уже публикация про тебя, – обратился он к Эзре, – Я себе капельницы ставил, чтобы не двинуть коней прямо тут! Думал, придут от тебя.
– Ладно, – Эзра покивал и повернул голову к Грейс.
Она поджала губы и, встав со стула, спросила у Фрэнсиса:
– Сколько в этом году стоит обучение на нашем факультете?
– Две с половиной тысячи евро, – с недоумением протянул он.
– Понятно. Пока закончим на этом, – она направилась прочь из кабинета.
– Чёртовы Чип и Дейл! – услышала она скрипучий голос Фрэнсиса за дверью, когда они с Эзрой вышли в приёмную.
– Что думаешь? – тихо спросила Грейс и, взяв его за руку, утянула в сторону лестницы.
– Складно стелет, – остановившись у ступеней, вполголоса заключил Эзра, – и, если честно, теперь мне кажется, что дело тут вовсе не в деньгах.
– И мне, – она покивала, – Честно признаюсь, я даже на секунду подумала на Холли, но три тысячи евро полностью покрыли бы её обучение за год. Смысл тогда работать в забегаловке.
– Не припомню её на записи, – признался Эзра, – но тут уже ты виновата.
– Это ещё почему? – удивлённо спросила.
– Я вообще обо всём позабыл, как только ты вошла в том своём потрясающем платье, – он огляделся и притянул её ближе.
Грейс рассмеялась ему в губы и, оставив на них быстрый поцелуй, тихо сказала:
– Мне уже пора, – немного отстранилась, – увидимся вечером?
– Да, только мне нужно будет собраться, завтра утренний рейс в Лондон.
– Во сколько? – спросила, заглянув ему в глаза.
– В десять, но вылет из Дублина, поэтому из дома выйти планирую часов в шесть,– Эзра погладил её по волосам и, намотав локон на палец, отпустил, – обратно в тот же день, запишем эфир и сразу же помчу в аэропорт.
– Я присмотрю за Сэнди, – Грейс провела пальцами по щетинистой щеке и отняла ладонь от его лица.
– Мейвис обещала погулять с ней утром, – сообщил.
Спустившись на один пролёт вниз, Грейс обернулась и, кивнув, улыбнулась ему:
– До вечера, – произнесла и, больше не оборачиваясь, направилась к кабинету Энн.
Подруга сейчас сидела в своём кресле и, откинувшись на спинку стула, говорила с кем-то по телефону. Увидев Грейс, она приставила палец к губам и продолжила слушать то, что говорила ей трубка.
– Хорошо, Эндрю, я тебя услышала, – раздражённо проговорила она, – Тогда поставим прослушивание на послезавтра? Да, мне нужен исключительный гобоист, пойми, у нас под угрозой целый сезон. Совсем скоро новый репертуар и мы начнём репетиции уже со следующей недели. И ещё мы прошли на ряд конкурсов, поэтому уровень срочности – молния. Да, ага. Пока.
Грейс смерила её взглядом.
– Всё так плохо? – спросила, опускаясь на диван.
– Он просто бесит меня своей медлительностью, – призналась Энн, – Опять перенёс прослушивания. Ох, Грейси, я так устала! Скажу честно, твой контракт закончится, и я умываю руки.
– Ты же понимаешь, что тогда всё точно развалится?
– А без тебя тут развалюсь я, – выдохнула подруга, – Да и смысла особого нет. Наша фишка – виртуозный пианист и идеальное интонирование. Без одного из этих компонентов, всё тщетно.
