Здесь же, уличённые в злодеяниях, их владельцы - и члены экипажа, - заканчивают жизнь на виселице. Однако разумных существ мастер-лекарь никогда у пиратов не покупал, поскольку присоединяться к их компании, танцующей над помостом, не планировал. Зато редкие производные животного - и вовсе не животного, - происхождения учёный муж приобретал довольно регулярно. Как говориться, жизнь заставляла - некоторые оказались так просто незаменимыми,- и запрета на их коммерческий оборот мастер откровенно не одобрял.
А вот эстольское отношение к женщине мастер-лекарь очень даже приветствовал. Молитва, материнство и мастерство - вот он, разумный максимум для всякого существа женского пола. Причём в Эстоле само собой подразумевалось, что мастерство своё женщина должна проявлять только в стенах родного дома. Даже для волшебниц никто не делал исключений.
Как бы мне ни хотелось продлить сказочную пору весёлого Новогодья, видно, боги судили иначе. Так бы сказала наша кухарка. А вот близняшки по отношению к суждениям богов принялись выражаться куда более многословно и эмоционально. Видите ли, вопреки своим собственным - и родительским, - планам Тина и Ника вернулись в училище раньше обычного. Причём не то чтобы злые и мечущие молнии во все стороны - к такому мы с Милой уже привыкли, - а глубоко расстроенные, подавленные и грустные. Признаю, выглядело это просто пугающе. Для меня, по крайней мере.
Причина депрессивного состояния подруг, как оказалось, лежала в сложной области семейной политики. Вы же помните, в последний день семестра сестричек из училища забирали не только братья, но и женихи. Так вот, в силу некоторых, покамест неведомых близняшкам, обстоятельств родичи принялись дружной толпой выпихивать девчонок к алтарю. Самым срочным и настойчивым образом. Близняшки, разумеется, дружно взбрыкнули, пообещали навсегда превратить постылых женихов в каких-нибудь особо мерзких жаб и отпустить в самое дальнее и грязное болото. Но, вопреки ожиданиям, угроза никакого воздействия на окружающих не возымела. Почти не возымела: будущая свекровь пообещала "повышибить из невесток всю эту дурь", а свёкор укорил близняшковых папу с мамой, мол, негоже девицам так себя вести. Им, мол, следует покорно выполнить обещание, данное почти семнадцать лет назад, а не нарушать народные традиции. Близняшки послали бы и традиции, и женихов, и свёкра со свекровью по одному и тому же адресу, но - к их безмерному удивлению и даже ужасу, - родители дружно поддержали данную идею. К счастью, мнение братьев оказалось диаметрально противоположным родительскому и донельзя расстроенные сестрички были тайно вывезены в училище, подальше от происков коварной потенциальной родни.
Самое поганое - ни сёстры, ни братья не имели ни малейшего понятия с какого такого переляду любящие и, в целом, вполне демократичные родители вдруг взялись требовать покорности от дочерей.
- Раньше надо было нас так воспитывать,- обиженно всхлипнула Тина.
- Если они действительно хотели выдать нас замуж, то незачем было нас тогда отправлять на учёбу,- пыталась размышлять Ника.
Мне же вообще ничего конструктивного в голову не приходило. Нет, подумать только! Ну, хорошо, мачеха моя - это понятно. Но собственных дочерей!!!
Два дня в нашей комнате царило похоронное настроение. Даже приезд Милы его почти не поправил. Почти - потому что наша Милочка, как всегда, привезла с собой вкуснейший, ароматнейший мёд с отцовской пасеки. Папа у неё пчеловод-любитель, но какой-то уж очень профессиональный по-моему. Это если судить по качеству конечного продукта. Разумеется, мы заварили отменный чай и отпраздновали Новогодье вкупе с началом нового семестра. Благодаря моей матушке сластей к чаю у нас теперь было в избытке, а где всякие вкусняшки - там и хорошее настроение. Усидев второй заварник и поглотив не меньше ведра печенья, конфет, пряников и булок на всю компанию, коллективным разумом мы твёрдо порешили из-за всяких там женихов - или отсутствия оных, - не портить себе единственные нервы, цвет лица и оставшуюся жизнь. Самим нужна. А с родителями и свояками будем разбираться по ходу пьесы: вдруг у них эта идея отомрёт - самопроизвольно, ни с того ни с сего, как и родилась. Ну, вообще-то зря мы надеялись. Буквально через пару дней выяснилось, что отмирать идея отнюдь не собирается. Совсем наоборот: в училище припёрлись гневный близняшковый отец и ничуть не менее злобный свёкор, учинили девчонкам скандал и выдвинули требование - чтоб те немедленно всё бросали и бежали бегом куда следует. То есть - в храм. А они коллективно, совместно с женихами, потом подумают - прощать их, непутёвых, или нет.
Это я так подробно всё рассказываю потому, что принимала непосредственное участие в разразившемся несемейном гвалте. А было так: оба шибко гневных, неблагородных мужа глупо бросили телегу с нераспряжённой лошадью ровно посередь двора, ввалились в наше общежитие, прямо в комнату - с угрозами наперевес, - и начали воспитательную работу. Я тут же отправила Милу за завучем, директором или дедом - кого она успеет найти первым, - и принялась посильно отстаивать близняшковую точку зрения. Мол, незачем девчонкам учёбу прерывать, они потом кучу денег в семью принести смогут, пользы в хозяйстве опять же больше будет и всякое такое. Вы не подумайте, на самом деле я считала что, если по-человечески, замуж надо выходить по взаимной любви и всеобщему согласию, но вот просто сердцем чуяла - на сей момент такие аргументы попросту не пройдут. Родня упрётся рогом. Ведь близняшки, дружно апеллировавшие именно к нравственной стороне вопроса, уже были близки к окончательному поражению. Так вот, я оказалась права! Бушующие мужики как-то странно затормозили на моей аргументации: ничего не говорят, стоят, чуток покачиваясь - просто деревца на ветру, - да глазами хлопают. И видно, что их прямо распирает откуда-то изнутри. Даже не знаю как это толком описать. Вот, будто им и хотелось бы возразить, или подумать про что-то ещё, или просто присесть и передохнуть, а не могут - и хоть ты тресни. Каким чудом я тогда додумалась девчонкам рты позакрывать - сама не знаю, не спрашивайте, - хорошо, они рядом стояли, никуда тянуться не пришлось. И вот стоим мы впятером - я ладошки не убираю, мужики качаются, - минуту стоим, две, три, а они всё молчат. Сестрички, не будь дуры, и без меня уж сообразили, что дело здесь нечисто. Только вот что бы такого предпринять и я, и они - без малейшего понятия. Не явись к нам завуч с дедушкой - до ночи так и проторчали бы, как снопы в поле. Дед сходу взялся мужчин диагностировать - прямо как Милу когда-то, - а завуч нам кивнул, очень одобрительно, приложил палец к губам да руки мои от близняшковых лиц отвёл. Потом спокойно присел на стул, похлопал по кровати рядом стоящей - мол, садитесь все, ждать будем, - и принялся наблюдать за процессом.
Процесс занял довольно много времени. Если с Милы дед всю гадость согнал за полчаса, то здесь трудился никак не меньше полутора. По письменному указанию завуча я успела сбегать за травницей, оповестить директора, доложить о сделанном - тоже запиской, - и насидеться по самое немогу. Близняшки так же хотели выскочить, но натолкнулись на завучевский грозный взор и разом прикипели обратно к кровати, до самого триумфального финала. Что это как раз финал и он именно триумфальный, а не какой-нибудь ещё, мы поняли по поведению мужчин: они внезапно перестали изображать молодые дубки под ветром и дружно осели на пол, осматривая окружающую действительность с совершенно ошалелым видом. А потом всё было очень просто: сестрички плакали, визитёры извинялись, рассказывали что сами не поняли какая их холера пробрала, с чего это они сюда вихрем понеслись, зачем орать взялись. Директор вежливо кивал, травница отпаивала их чем-то сложным, пахнущим валерианой, я деду укрепляющий отвар делала и тоже потчевала, чтоб пил, не отлынивал. В общем, шумели да суетились все, один завуч как сидел, так и остался сидеть молча, недвижно: ни дать, ни взять - глыба гранитная.
Только когда девчонки выплакались, окончательно простили несчастных родителей и успокоились настолько, чтобы внимательно слушать, глыба соизволила ожить и стала раздавать распоряжения. Мне было сурово велено отыскать Лялечку, поместить животное в корзинку и вместе с ней и дедом быть готовой поехать туда, куда скажут. Близняшкам никого искать не приказывали, зато категорически запретили умываться и вообще приводить себя в порядок, только в тёплые плащи поплотнее завернули. Затем нас - включая ничего не понимающих родителей, - посадили на телегу и, в сопровождении двух боевиков, повезли обратно, в близняшков трактир. Разумеется, под завучевским предводительством. Я, в принципе, догадывалась что случилось, подозревала что грядёт. Думаю, и вы тоже. Единственный вопрос меня мучил - я-то им там зачем?!
Разумеется, опытный работник магического сыска - он же магистр алхимии, он же завуч магучилища, - отнюдь не планировал подвергать опасности ни нашу героиню, ни иных гражданских лиц. По крайней мере, серьёзной опасности. В отличие от юных леди, напрочь позабывших об обладателе самодельного амулета, который "навестил" их перед Новогодьем, завуч ничего забывать не собирался и все каникулы посвятил поиску незванного "гостя" - в тесном взаимодействии с коллегами по училищу и друзьями с прежнего места работы. Нужно отметить, что гораздо больше преступника представителей охраны правопорядка интересовало орудие преступления, то есть подчиняющий артефакт. А особенно - автор сего творения. Подобные вещи на дороге не валяются, неучтённых и необученных мастеров, способных создать такую игрушку, никак не может быть больше двух-трёх на страну. Или, по крайней мере - не должно быть. Ментальные маги во все времена оставались наиболее редким видом талантов. За ними велась охота как криминальных, так и силовых структур, причём первые не брезговали ничем, а вторых сильно ограничивали нормы законодательства. Неудивительно, что нет-нет, да и всплывали незаконые штучки. Само собой, каждый такой случай тщательно расследовался. Менталы - с одной стороны наименее защищённая, а с другой - наиболее опасная категория волшебников. Порой у них нет иных магических талантов, они не способны сотворить слабейшего заклинания, но покалечить психику человека для них вполне реально. К сожалению, наличие магического дара - не важно какого толка, - не гарантирует присутствия интеллекта. На доверчивости, беспечности, банальной глупости неоднократно попадались и менталисты. Кстати, судя по тому, насколько безалаберно было организовано нападение на студенток училища, искомым преступником оказался не слишком умный человек, так что засады - по мнению завуча, - ждать не стоило. А вот отобрать у негодяя амулет и отправить в тюрьму - совсем наоборот.
Насколько подробно я смогла рассказать вам о ссоре близняшек с родителями, настолько же плохо я способна поведать о поимке Милиного "гостя". Но тут уж ничего не поделаешь: мы все выполняли что велено, и ослушаться нашего главного командования не рискнул бы, думаю, никто. Согласно же полученным распоряжениям близняшки с родителями отправлялись в трактир, где им предписывалось сохранять убитый горем вид и запереться в своей комнате, не высовывая носа наружу. Родителям досталась более активная функция - расползтись по своим жилищам и рассказывать всем о грядущей свадьбе (в первую очередь - семье и родичам), поддерживать все начинания по организации брачных торжеств и выполнять прочие действия, убеждающие общественность в успешном завершении их миссии. Тем временем нашим боевикам следовало перекрыть пути отступления из близняшковой деревни - назовём вещи своими именами, поскольку сей населённый пункт считался городком лишь с большой натяжкой, - по зимней поре это оказалось не сложно. Группа захвата оставалась в училище и должна была прибыть на место действия экстренным телепортом по сигналу завуча, а сам он обязывался обнаружить преступника.
Конечно, звучит всё это очень хорошо, я прямо почувствовала себя героиней какого-нибудь детектива. Тем более что наш главный ловец, прямо как в книжке, искусно замаскировался под идущего домой крестьянина с покупками. Никогда не подозревала в завуче кладезя актёрских талантов! Но, к моему огромному сожалению, главную сцену - с поимкой коварного злодея, - отыграли без всякого нашего участия. А было так: нас с дедушкой и Лялечкой привезли в трактир, усадили в общей зале - типа, мы новые постояльцы, - ждём, когда нас накормят-напоят да комнату приготовят. При этом командир наш с нами не пошёл. Он, обвешавшись целой протьмой артефактов, мотался по селу (да простят меня близняшки, это место городом назвать - всё равно что наше поместье замком взвеличать), по всей вероятности, пытаясь уловить остаточные следы противоправной волшбы. Разумеется, я немедленно пристала к деду - что, да как, да зачем мы тут. Ответ получился длинным и не совсем внятным. Оказывается, обнаружение негодяев - процесс комплексный и, прямо скажем, творческий. Пересчитав всех носителей дара в селе - кроме нас, конечно же, - и владельцев амулетов - снова не наших, - завуч получит примерный список подозреваемых. Из этого списка и выбирается кандидат на арест - по принципу близких отношений с родителями близняшек или женихов. Я принялась с дедом спорить - а вдруг человек купит некий амулет, но тот не ментальный ни разу. И что, ни в чём не виноватого арестовывать? Дед пустился в объяснения, мол - нет, есть разные способы и всякие методы. Ментальная магия очень специфична, её можно точно определить, волноваться за добропорядочных граждан не следует, никого без вины никуда не заберут и всякое такое.
Ну, вот - пока я просвещалась и спорила, и переживала, преступник был изобличён и пойман. Хотя - пойман, наверное, неправильно. Он сам себя в кладовке запер. Про это нам на обратном пути с дружным хохотом поведала радостная ватага боевиков, решившая поразмять ноги, раз уж почесать кулаки толком не получилось. Надо сказать, маги ничуть не меньше поваров поболтать любят, особенно когда есть что рассказать и над чем посмеяться. Само собой, сперва нам живописали акт поимки, потом объяснили в чём этот дурак был не прав, а уж следом мы понемногу выяснили с чего вообще весь-сыр-бор разгорелся. Признаюсь, это ужасно неудобно - составлять ситуацию по кусочкам, поэтому стану излагать с начала. А началась эта история пятнадцать лет назад, когда у владельца постоялого двора, конкурента близняшковых родителей появилась дочь. До этого супруга успела осчастливить мужчину четырьмя сыновьями, которых тоже, разумеется, любила, но дочурка ей стала, как говориться, единым светом в окошке. Время шло, старшие сыновья отправились счастья искать - кто в столицу, кто поближе, - младшие намеревались последовать их примеру, а фамильное дело логично приобрести статус приличного приданого. Многие матери радовались бы за дочурку, но хозяйка постоялого двора не принадлежала к их числу: работа круглосуточная, тяжёлая, деточка замается, обхудеет, обвянет, да того и гляди - помрёт от перегрузки. Не говоря уже о том, что деточка и сама работать не рвалась, чаще в зеркало смотрелась и глазками хлопала, а тут ещё объявился в деревне красавчик - глаз не отвести.
А вот эстольское отношение к женщине мастер-лекарь очень даже приветствовал. Молитва, материнство и мастерство - вот он, разумный максимум для всякого существа женского пола. Причём в Эстоле само собой подразумевалось, что мастерство своё женщина должна проявлять только в стенах родного дома. Даже для волшебниц никто не делал исключений.
***
Как бы мне ни хотелось продлить сказочную пору весёлого Новогодья, видно, боги судили иначе. Так бы сказала наша кухарка. А вот близняшки по отношению к суждениям богов принялись выражаться куда более многословно и эмоционально. Видите ли, вопреки своим собственным - и родительским, - планам Тина и Ника вернулись в училище раньше обычного. Причём не то чтобы злые и мечущие молнии во все стороны - к такому мы с Милой уже привыкли, - а глубоко расстроенные, подавленные и грустные. Признаю, выглядело это просто пугающе. Для меня, по крайней мере.
Причина депрессивного состояния подруг, как оказалось, лежала в сложной области семейной политики. Вы же помните, в последний день семестра сестричек из училища забирали не только братья, но и женихи. Так вот, в силу некоторых, покамест неведомых близняшкам, обстоятельств родичи принялись дружной толпой выпихивать девчонок к алтарю. Самым срочным и настойчивым образом. Близняшки, разумеется, дружно взбрыкнули, пообещали навсегда превратить постылых женихов в каких-нибудь особо мерзких жаб и отпустить в самое дальнее и грязное болото. Но, вопреки ожиданиям, угроза никакого воздействия на окружающих не возымела. Почти не возымела: будущая свекровь пообещала "повышибить из невесток всю эту дурь", а свёкор укорил близняшковых папу с мамой, мол, негоже девицам так себя вести. Им, мол, следует покорно выполнить обещание, данное почти семнадцать лет назад, а не нарушать народные традиции. Близняшки послали бы и традиции, и женихов, и свёкра со свекровью по одному и тому же адресу, но - к их безмерному удивлению и даже ужасу, - родители дружно поддержали данную идею. К счастью, мнение братьев оказалось диаметрально противоположным родительскому и донельзя расстроенные сестрички были тайно вывезены в училище, подальше от происков коварной потенциальной родни.
Самое поганое - ни сёстры, ни братья не имели ни малейшего понятия с какого такого переляду любящие и, в целом, вполне демократичные родители вдруг взялись требовать покорности от дочерей.
- Раньше надо было нас так воспитывать,- обиженно всхлипнула Тина.
- Если они действительно хотели выдать нас замуж, то незачем было нас тогда отправлять на учёбу,- пыталась размышлять Ника.
Мне же вообще ничего конструктивного в голову не приходило. Нет, подумать только! Ну, хорошо, мачеха моя - это понятно. Но собственных дочерей!!!
Два дня в нашей комнате царило похоронное настроение. Даже приезд Милы его почти не поправил. Почти - потому что наша Милочка, как всегда, привезла с собой вкуснейший, ароматнейший мёд с отцовской пасеки. Папа у неё пчеловод-любитель, но какой-то уж очень профессиональный по-моему. Это если судить по качеству конечного продукта. Разумеется, мы заварили отменный чай и отпраздновали Новогодье вкупе с началом нового семестра. Благодаря моей матушке сластей к чаю у нас теперь было в избытке, а где всякие вкусняшки - там и хорошее настроение. Усидев второй заварник и поглотив не меньше ведра печенья, конфет, пряников и булок на всю компанию, коллективным разумом мы твёрдо порешили из-за всяких там женихов - или отсутствия оных, - не портить себе единственные нервы, цвет лица и оставшуюся жизнь. Самим нужна. А с родителями и свояками будем разбираться по ходу пьесы: вдруг у них эта идея отомрёт - самопроизвольно, ни с того ни с сего, как и родилась. Ну, вообще-то зря мы надеялись. Буквально через пару дней выяснилось, что отмирать идея отнюдь не собирается. Совсем наоборот: в училище припёрлись гневный близняшковый отец и ничуть не менее злобный свёкор, учинили девчонкам скандал и выдвинули требование - чтоб те немедленно всё бросали и бежали бегом куда следует. То есть - в храм. А они коллективно, совместно с женихами, потом подумают - прощать их, непутёвых, или нет.
Это я так подробно всё рассказываю потому, что принимала непосредственное участие в разразившемся несемейном гвалте. А было так: оба шибко гневных, неблагородных мужа глупо бросили телегу с нераспряжённой лошадью ровно посередь двора, ввалились в наше общежитие, прямо в комнату - с угрозами наперевес, - и начали воспитательную работу. Я тут же отправила Милу за завучем, директором или дедом - кого она успеет найти первым, - и принялась посильно отстаивать близняшковую точку зрения. Мол, незачем девчонкам учёбу прерывать, они потом кучу денег в семью принести смогут, пользы в хозяйстве опять же больше будет и всякое такое. Вы не подумайте, на самом деле я считала что, если по-человечески, замуж надо выходить по взаимной любви и всеобщему согласию, но вот просто сердцем чуяла - на сей момент такие аргументы попросту не пройдут. Родня упрётся рогом. Ведь близняшки, дружно апеллировавшие именно к нравственной стороне вопроса, уже были близки к окончательному поражению. Так вот, я оказалась права! Бушующие мужики как-то странно затормозили на моей аргументации: ничего не говорят, стоят, чуток покачиваясь - просто деревца на ветру, - да глазами хлопают. И видно, что их прямо распирает откуда-то изнутри. Даже не знаю как это толком описать. Вот, будто им и хотелось бы возразить, или подумать про что-то ещё, или просто присесть и передохнуть, а не могут - и хоть ты тресни. Каким чудом я тогда додумалась девчонкам рты позакрывать - сама не знаю, не спрашивайте, - хорошо, они рядом стояли, никуда тянуться не пришлось. И вот стоим мы впятером - я ладошки не убираю, мужики качаются, - минуту стоим, две, три, а они всё молчат. Сестрички, не будь дуры, и без меня уж сообразили, что дело здесь нечисто. Только вот что бы такого предпринять и я, и они - без малейшего понятия. Не явись к нам завуч с дедушкой - до ночи так и проторчали бы, как снопы в поле. Дед сходу взялся мужчин диагностировать - прямо как Милу когда-то, - а завуч нам кивнул, очень одобрительно, приложил палец к губам да руки мои от близняшковых лиц отвёл. Потом спокойно присел на стул, похлопал по кровати рядом стоящей - мол, садитесь все, ждать будем, - и принялся наблюдать за процессом.
Процесс занял довольно много времени. Если с Милы дед всю гадость согнал за полчаса, то здесь трудился никак не меньше полутора. По письменному указанию завуча я успела сбегать за травницей, оповестить директора, доложить о сделанном - тоже запиской, - и насидеться по самое немогу. Близняшки так же хотели выскочить, но натолкнулись на завучевский грозный взор и разом прикипели обратно к кровати, до самого триумфального финала. Что это как раз финал и он именно триумфальный, а не какой-нибудь ещё, мы поняли по поведению мужчин: они внезапно перестали изображать молодые дубки под ветром и дружно осели на пол, осматривая окружающую действительность с совершенно ошалелым видом. А потом всё было очень просто: сестрички плакали, визитёры извинялись, рассказывали что сами не поняли какая их холера пробрала, с чего это они сюда вихрем понеслись, зачем орать взялись. Директор вежливо кивал, травница отпаивала их чем-то сложным, пахнущим валерианой, я деду укрепляющий отвар делала и тоже потчевала, чтоб пил, не отлынивал. В общем, шумели да суетились все, один завуч как сидел, так и остался сидеть молча, недвижно: ни дать, ни взять - глыба гранитная.
Только когда девчонки выплакались, окончательно простили несчастных родителей и успокоились настолько, чтобы внимательно слушать, глыба соизволила ожить и стала раздавать распоряжения. Мне было сурово велено отыскать Лялечку, поместить животное в корзинку и вместе с ней и дедом быть готовой поехать туда, куда скажут. Близняшкам никого искать не приказывали, зато категорически запретили умываться и вообще приводить себя в порядок, только в тёплые плащи поплотнее завернули. Затем нас - включая ничего не понимающих родителей, - посадили на телегу и, в сопровождении двух боевиков, повезли обратно, в близняшков трактир. Разумеется, под завучевским предводительством. Я, в принципе, догадывалась что случилось, подозревала что грядёт. Думаю, и вы тоже. Единственный вопрос меня мучил - я-то им там зачем?!
***
Разумеется, опытный работник магического сыска - он же магистр алхимии, он же завуч магучилища, - отнюдь не планировал подвергать опасности ни нашу героиню, ни иных гражданских лиц. По крайней мере, серьёзной опасности. В отличие от юных леди, напрочь позабывших об обладателе самодельного амулета, который "навестил" их перед Новогодьем, завуч ничего забывать не собирался и все каникулы посвятил поиску незванного "гостя" - в тесном взаимодействии с коллегами по училищу и друзьями с прежнего места работы. Нужно отметить, что гораздо больше преступника представителей охраны правопорядка интересовало орудие преступления, то есть подчиняющий артефакт. А особенно - автор сего творения. Подобные вещи на дороге не валяются, неучтённых и необученных мастеров, способных создать такую игрушку, никак не может быть больше двух-трёх на страну. Или, по крайней мере - не должно быть. Ментальные маги во все времена оставались наиболее редким видом талантов. За ними велась охота как криминальных, так и силовых структур, причём первые не брезговали ничем, а вторых сильно ограничивали нормы законодательства. Неудивительно, что нет-нет, да и всплывали незаконые штучки. Само собой, каждый такой случай тщательно расследовался. Менталы - с одной стороны наименее защищённая, а с другой - наиболее опасная категория волшебников. Порой у них нет иных магических талантов, они не способны сотворить слабейшего заклинания, но покалечить психику человека для них вполне реально. К сожалению, наличие магического дара - не важно какого толка, - не гарантирует присутствия интеллекта. На доверчивости, беспечности, банальной глупости неоднократно попадались и менталисты. Кстати, судя по тому, насколько безалаберно было организовано нападение на студенток училища, искомым преступником оказался не слишком умный человек, так что засады - по мнению завуча, - ждать не стоило. А вот отобрать у негодяя амулет и отправить в тюрьму - совсем наоборот.
***
Насколько подробно я смогла рассказать вам о ссоре близняшек с родителями, настолько же плохо я способна поведать о поимке Милиного "гостя". Но тут уж ничего не поделаешь: мы все выполняли что велено, и ослушаться нашего главного командования не рискнул бы, думаю, никто. Согласно же полученным распоряжениям близняшки с родителями отправлялись в трактир, где им предписывалось сохранять убитый горем вид и запереться в своей комнате, не высовывая носа наружу. Родителям досталась более активная функция - расползтись по своим жилищам и рассказывать всем о грядущей свадьбе (в первую очередь - семье и родичам), поддерживать все начинания по организации брачных торжеств и выполнять прочие действия, убеждающие общественность в успешном завершении их миссии. Тем временем нашим боевикам следовало перекрыть пути отступления из близняшковой деревни - назовём вещи своими именами, поскольку сей населённый пункт считался городком лишь с большой натяжкой, - по зимней поре это оказалось не сложно. Группа захвата оставалась в училище и должна была прибыть на место действия экстренным телепортом по сигналу завуча, а сам он обязывался обнаружить преступника.
Конечно, звучит всё это очень хорошо, я прямо почувствовала себя героиней какого-нибудь детектива. Тем более что наш главный ловец, прямо как в книжке, искусно замаскировался под идущего домой крестьянина с покупками. Никогда не подозревала в завуче кладезя актёрских талантов! Но, к моему огромному сожалению, главную сцену - с поимкой коварного злодея, - отыграли без всякого нашего участия. А было так: нас с дедушкой и Лялечкой привезли в трактир, усадили в общей зале - типа, мы новые постояльцы, - ждём, когда нас накормят-напоят да комнату приготовят. При этом командир наш с нами не пошёл. Он, обвешавшись целой протьмой артефактов, мотался по селу (да простят меня близняшки, это место городом назвать - всё равно что наше поместье замком взвеличать), по всей вероятности, пытаясь уловить остаточные следы противоправной волшбы. Разумеется, я немедленно пристала к деду - что, да как, да зачем мы тут. Ответ получился длинным и не совсем внятным. Оказывается, обнаружение негодяев - процесс комплексный и, прямо скажем, творческий. Пересчитав всех носителей дара в селе - кроме нас, конечно же, - и владельцев амулетов - снова не наших, - завуч получит примерный список подозреваемых. Из этого списка и выбирается кандидат на арест - по принципу близких отношений с родителями близняшек или женихов. Я принялась с дедом спорить - а вдруг человек купит некий амулет, но тот не ментальный ни разу. И что, ни в чём не виноватого арестовывать? Дед пустился в объяснения, мол - нет, есть разные способы и всякие методы. Ментальная магия очень специфична, её можно точно определить, волноваться за добропорядочных граждан не следует, никого без вины никуда не заберут и всякое такое.
Ну, вот - пока я просвещалась и спорила, и переживала, преступник был изобличён и пойман. Хотя - пойман, наверное, неправильно. Он сам себя в кладовке запер. Про это нам на обратном пути с дружным хохотом поведала радостная ватага боевиков, решившая поразмять ноги, раз уж почесать кулаки толком не получилось. Надо сказать, маги ничуть не меньше поваров поболтать любят, особенно когда есть что рассказать и над чем посмеяться. Само собой, сперва нам живописали акт поимки, потом объяснили в чём этот дурак был не прав, а уж следом мы понемногу выяснили с чего вообще весь-сыр-бор разгорелся. Признаюсь, это ужасно неудобно - составлять ситуацию по кусочкам, поэтому стану излагать с начала. А началась эта история пятнадцать лет назад, когда у владельца постоялого двора, конкурента близняшковых родителей появилась дочь. До этого супруга успела осчастливить мужчину четырьмя сыновьями, которых тоже, разумеется, любила, но дочурка ей стала, как говориться, единым светом в окошке. Время шло, старшие сыновья отправились счастья искать - кто в столицу, кто поближе, - младшие намеревались последовать их примеру, а фамильное дело логично приобрести статус приличного приданого. Многие матери радовались бы за дочурку, но хозяйка постоялого двора не принадлежала к их числу: работа круглосуточная, тяжёлая, деточка замается, обхудеет, обвянет, да того и гляди - помрёт от перегрузки. Не говоря уже о том, что деточка и сама работать не рвалась, чаще в зеркало смотрелась и глазками хлопала, а тут ещё объявился в деревне красавчик - глаз не отвести.
