- Ничего себе!.. - с изумлением проговорила пораженная Лаки. – Раньше ты никогда не говорила об этом… А что ты чувствуешь сейчас? – спросила она вполголоса.
- Что-то чужое… Беспокойное… И, кажется, враждебное, - медленно произнесла Майка, по-прежнему шагая вперед. – От этого ощущения очень неуютно и все время хочется обернуться. Я оглядывалась несколько раз, не показывая виду, что осматриваюсь специально, но никого не заметила. Я чувствую, что кто-то постоянно прячется за деревьями и следит за нами.
- Тогда домой идти нельзя, - тихо и угрюмо проговорила Лаки. – Иначе нас выследят и узнают, где наше убежище.
- Это верно, - кивнула Майка. – Но что нам тогда делать? Попробуем поймать его?
- Мы его даже не видим, - покачала головой Лаки. – И даже если бы видели – в лесу легко убежать и спрятаться. Послушай, Майя, - Лаки слегка замялась и испытующе посмотрела на Майку, - ты действительно уверена, что за нами кто-то следит?
- Да.
- И тебе точно это не кажется?
- Нет, не кажется, - прошептала Майка.
Лаки отвела взгляд. Некоторое время они шли молча.
- Ты не знаешь, сколько их? – тихо спросила Лаки.
- Это один человек, - ответила Майка. – Я все время чувствую один и тот же взгляд. И кроме этого человека, вокруг больше никого нет.
- Тогда вот что. Давай пока не показывать виду, что мы знаем о нем.
- Но тогда он будет преследовать нас до самого дома.
- Мы не пойдем домой, - совсем тихо проговорила Лаки. – Мы обогнем озеро и пойдем в город. Если он, кто бы это ни был, пойдет за нами, мы зайдем в первое здание на окраине, которое возле ржавого ангара, как будто мы живем там, и спрячемся возле входа. И если кто-то войдет следом за нами, мы сможем схватить его.
- Здорово! – сказала Майка, приободряясь. – Ты хорошо придумала. Я бы так не смогла.
- Зато ты можешь чувствовать на себе чужие взгляды, а я – нет, - дружески потрепала ее по плечу Лаки. – Давай лучше пока болтать о всяких пустяках, чтобы не вызывать подозрения у того, кто идет за нами.
- Давай, - согласилась Майка и, секунду подумав, громко продолжила: – Вода в ручье такая вкусная! Жалко, что от города до него так далеко!
- Жалко! – подтвердила Лаки. – А вода и впрямь вкусная. И прохладная.
Ни разу больше не обернувшись, они вышли из леса на берег, обогнули озеро, и дошли до широкого приземистого ангара с провалившейся крышей, за которым начинался город.
- Как же я устала тащить эти бутылки! – воскликнула Лаки. – Не ушел? – вполголоса спросила она.
- Нет, - тихо ответила Майка. – Но сейчас он намного дальше. Скорее всего, прячется за деревьями вдоль берега. Я едва его чувствую.
- Хорошо. Тогда делаем так, как и хотели. Пошли.
Они миновали ангар, и зашли внутрь небольшого трехэтажного здания неподалеку от него. Затем они быстро поставили бутылки с водой в угол помещения, а сами, не сговариваясь, встали по обеим сторонам от дверного проема, прижавшись к стене.
Прошло несколько долгих минут. Все было спокойно. И внезапно по спине Лаки пробежал озноб – она поняла, что они сами оказались в ловушке.
- Майя, - позвала она тихо. – Он не пойдет сюда. Он или догадался, что мы знаем, или просто боится заходить и выжидает.
- И что теперь? – прошептала Майка, растерянно глядя на Лаки.
- Пошли на второй, а лучше на третий этаж, там все обдумаем и решим. Только не проходи мимо входа, иди по своей стороне до лестницы, а я пойду по своей. Воду я возьму.
Лаки, по-прежнему не спуская глаз с входного проема, прокралась вдоль стены, подобрала все четыре бутылки с водой и так же бесшумно прошла до лестницы, ведущей наверх, где ее уже ждала Майка. Вместе они поднялись на третий этаж, зашли в первое же помещение и уселись на полу так, чтобы держать лестничную площадку под наблюдением.
Майка отвинтила крышку одной из бутылок и сделала несколько глотков.
- И что теперь? – с мрачным выражением на лице повторила она свой недавний вопрос.
Лаки посмотрела в проем в стене, ведущий к лестнице, и прислушалась. Вокруг по-прежнему царила ничем не нарушаемая тишина, в ней не было ничего пугающего или подозрительного. Лаки привыкла к этой безмолвной и неподвижной тишине за годы своих странствий и до сегодняшнего дня была уверена, что опасность и угроза звучат совсем по-другому. Она устало вздохнула.
- Майка, - твердо сказала Лаки, - если ты все это придумала…
- Я не вру! – тихо и с каким-то отчаянием перебила Майка, посмотрев ей в глаза.
И Лаки поняла, что Майка действительно ничего не придумывала. Ей снова стало неуютно.
- Ладно, - вздохнула Лаки. – Будем ждать здесь.
- Сколько? – спросила Майка.
- Не знаю. Он или пойдет сюда или уйдет вообще. Если он подумает, что тут наш дом, то он может захотеть нас ограбить. А если он побоится, то просто уйдет. Не будет же он вечно нас караулить…
- А если ничего не случится? Тогда мы пойдем домой?
- Будем ждать, сколько сможем. Воды у нас достаточно. Вход сюда только один. Главное, не спускать глаз с лестницы и слушать.
- Хорошо… - согласилась Майка.
Время тянулось медленно. Лаки и Майка провели почти весь день в полном молчании, лишь изредка обмениваясь незначительными короткими фразами вполголоса. Разговаривать не хотелось – внезапно свалившаяся на них неприятность давила своей неразрешимостью и вгоняла в уныние. Если бы они видели своего противника или хотя бы знали, с кем имеют дело, и если бы даже пришлось драться – им было бы легче. Но неизвестность была хуже всего. Она донимала сознание разрастающимися страхами, заставляла непрерывно думать об угрозе и держала в постоянном напряжении.
Наступил и прошел вечер. А когда в оконные проемы заглянул слабый свет луны и звезд, Майка зевнула.
- Хочешь спать? – заботливо спросила Лаки шепотом.
- Нет, - прошептала Майка, помотав головой. – Больше всего я хочу есть.
- Потерпи, Майенька. – Лаки обняла ее за плечи. – Подождем до утра на всякий случай. Утром вернемся домой.
- Да ничего, все в порядке, - вздохнула Майка. – Можно я лягу?
И она осторожно растянулась на бетонном полу, подложив руку под щеку.
- Только – чур не спать, - вымученно улыбнулась Лаки.
- Хорошо, - согласилась Майка. – Тогда ложись рядом, а то я усну.
Не до конца понимая Майкину логику, Лаки легла на живот и, положив подбородок на руки, посмотрела на Майку.
- У тебя глаза светятся в темноте, - прошептала Майка, глядя на нее. – Красиво так.
- Твои тоже сверкают, - ответила Лаки.
- Правда?
- Правда, Майя. Это отблески лунного света.
- Почему у тебя глаза серые, а у меня зеленые? – спросила вдруг Майка.
- Ну… - замялась Лаки, пытаясь придумать такой ответ, чтобы он пришелся Майке по душе. – Может быть, потому, что ты долго живешь в лесу и любишь его. Вот деревья, цветы и травы и отдают тебе взамен частичку своего зеленого цвета.
При слабом ночном свете Лаки разглядела Майкину улыбку. Объяснение ей явно понравилось. Лаки была рада, что ей удалось хоть немного отвлечь Майку от гнетущих мыслей.
- А у тебя почему тогда серые? – спросила вдруг Майка.
- Может быть, потому, что я с детства часто и подолгу смотрела на небо, а в небе всегда есть серые облака, - задумчиво и с оттенком какой-то странной тоски проговорила Лаки. – Знаешь, раньше я очень часто смотрела на небо…
- Зачем? – серьезно спросила Майка, видимо, почувствовав, что напомнила Лаки о чем-то сокровенном.
- Не знаю, - тихо ответила Лаки. – Еще когда я была маленькая, я любила лежать на спине где-нибудь, где никого нет, и глядеть на небо. И небо было таким высоким-высоким, с недостижимыми облаками на нем. Я могла лежать так долго-долго, пока родители не позовут. А потом, уже когда я осталась одна, я все равно часто смотрела в небо. Потому что когда ты одна, глядя вверх, можно снова представить, что мир вокруг такой же, каким был в то время, когда ты была еще ребенком. Ведь небо совсем не меняется, оно всегда остается прежним. И поэтому, когда я смотрю на него, мне иногда кажется, что ничего в мире не изменилось. Что все вокруг – как в детстве. И что скоро мама позовет домой… – Лаки словно очнулась от легкой задумчивости и немного сконфуженно посмотрела на Майку. – Прости, я разболталась. Несу всякую ерунду.
- Нет, - прошептала Майка. Она взяла Лаки за руку и сжала ее пальцы. – Это не ерунда. Хорошо, что ты рассказала мне об этом.
- Младшая сестренка, а ведешь себя, как старшая, - смущенно улыбнулась Лаки. Ей были приятны Майкины забота и понимание. – Спасибо тебе.
- Мы же друзья, - просто ответила Майка.
- Да, - согласилась Лаки. – И я очень счастлива, что у меня есть такой друг, как ты.
- И я счастлива, - сказала Майка и задумалась. – Интересно… - проговорила она. – А если у человека синие глаза…
И вдруг где-то внизу раздался тихий, едва слышный стук. Словно упал на бетонные ступеньки маленький камешек.
Голос Майки оборвался на полуслове. Лаки тут же почувствовала, как задрожала мелкой дрожью Майкина рука, а ее собственное сердце забилось так сильно, что, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди.
- Тихо! – еле слышно прошептала Лаки. – Может быть, это просто само здание…
Они затаили дыхание и, замерев, ждали. Больше никаких звуков слышно не было.
- Кажется, ничего… - шепнула Лаки. – Если так, то…
- Вот он! – взвизгнула Майка, вскочив с пола и выбросив руку в сторону прохода на лестничную площадку, и от этого крика сердце Лаки сковало ужасом.
Лаки смотрит в указанном направлении, но там уже никого нет, а есть совсем в другом месте, намного ближе – рядом с Майкой. Рядом с Майкой стоит абсолютно черное и оттого очень страшное существо, почти неразличимое во мраке, с длинными и черными, растрепанными от резкого рывка волосами, с занесенной над Майкой рукой, и из руки поднимается вверх что-то узкое и блестящее, что-то, вроде ножа, но намного длиннее, в два, в три раза длиннее. Лаки цепенеет от страха за Майку, и не может заставить себя подняться с колен, потому что с неумолимой достоверностью знает, что даже если она и бросится вперед, то все равно уже не успеет, знает, что этот уже несущийся на Майку удар решит все.
- Майя!!! – в ужасе и отчаянии кричит Лаки.
Но Майка оказывается быстрее. Она бросается на руку противника, когда та еще только начинает опускаться, и вцепляется в нее пальцами и зубами. Черный человек с неимоверной силой отбрасывает Майку от себя, и она отлетает к стене и ударяется об нее, сжимая в руках что-то длинное и блестящее. Мгновение враг, словно в каком-то оцепенении, стоит неподвижно, а потом бросается в сторону Майки. Но этого мгновения хватает Лаки, чтобы сорваться с места и встать между Майкой и страшным незнакомцем.
- Стой! – кричит Лаки, выставив перед собой нож и крепко сжимая его дрожащими руками.
Противник, не раздумывая, бросается на нее, и нож летит куда-то в сторону.
- Ааа! – падая, восклицает Лаки, ошеломленная силой и быстротой врага.
На помощь вовремя приходит Майка. Она набрасывается на чужака сбоку и каким-то чудом ей удается повалить его на пол. Лаки вскакивает и тоже кидается на него. Вдвоем они неимоверными усилиями прижимают его спиной к полу, и тогда Лаки, движимая отчаянным страхом, наносит ему несколько неверных, но сильных ударов локтем в живот. Противник хрипит и кашляет, его стальная хватка ослабевает, и он перестает сопротивляться, пытаясь подтянуть к себе колени и перевернуться на бок. Воспользовавшись этим, Лаки быстро подбирает с пола свой нож и резко ударяет по затылку концом рукояти. Незнакомец откидывает голову и неподвижно застывает на полу. Все кончено, и лишь полная луна по-прежнему холодно и безучастно глядит в пустой оконный проем…
- Майя, ты ранена?! – воскликнула Лаки, схватив Майку за плечи.
- Нет! – помотала головой Майка, тяжело дыша. – Я в порядке… Он мертв?
- Не знаю, - ответила Лаки, все еще дрожа всем телом от пережитого ужаса. – Наверное, просто потерял сознание. Мне говорили, что для этого надо бить чем-нибудь тяжелым по затылку, но я никогда раньше так не делала. Сейчас посмотрю…
Она протянула ладонь и с опаской просунула ее под куртку поверженного врага, пытаясь определить, бьется ли сердце.
- Ой! – вдруг воскликнула Лаки, отдернув руку.
- Что там? – тут же спросила Майка.
- Это… По-моему, это – женщина… - растерянно проговорила Лаки.
- Что? – удивилась Майка и, склонившись над лицом незнакомца, убрала с него черные волосы. – И правда… - в недоумении проговорила она, глядя на слабо освещенное ночным светом бледное лицо. – Женщина… Молодая… Я думала, что это мародер… А сердце?
- Бьется, - сказала Лаки, проверив сердцебиение.
- Но зачем она напала на нас? – изумленно спросила Майка у Лаки.
- Не знаю, - растерянно покачала головой Лаки. – Значит, бывают и плохие женщины. Может быть, она тоже мародер и убийца?..
- Брр! – вздрогнула Майка. – И волосы черные, как у них. Может быть, она тоже синеглазая? Какого цвета у нее глаза?
- Не знаю, я не разглядела. Все произошло так быстро…
- Давай посмотрим?
- Лучше не надо! – поежилась Лаки. – Страшно…
- Тогда, может, свяжем ее на всякий случай?
- Чем? Веревки дома.
- Я сбегаю! – сказала Майка и поднялась на ноги. – Я быстро.
- Нет! – с ужасом в голосе воскликнула Лаки. – Не оставляй меня с ней одну, Майя!
- Почему? Она же избитая. И у тебя нож. Если она начнет приходить в себя, ты можешь снова ударить ее по голове.
- Я все равно очень боюсь, - призналась Лаки. – Майя, пожалуйста!..
- Тогда сбегай сама, - пожала плечами Майка, - а я покараулю.
- Нет, - тихо проговорила Лаки, - Так еще страшнее. Вдруг она очнется и… Нам с тобой лучше не разделяться. Может, просто оставим ее здесь и уйдем?
- Ты что? Она может попытаться нам отомстить и будет нас выслеживать. – Майка вдруг посмотрела прямо в глаза Лаки. – Давай просто убьем ее.
- Что? – Лаки с недоумением посмотрела на Майку.
- Убьем ее. Заколем ножом, пока она без сознания.
- Нет! – вздрогнула Лаки. – Нет, Майя. Нельзя!
- Почему? Она же хотела убить нас. Значит, она – плохая!
- Все равно. Нельзя этого делать. – Лаки тяжело вздохнула. – Ладно! Беги за веревкой, Майя, только быстрее. Я останусь здесь. Только умоляю тебя, возвращайся скорее.
- Хорошо, - кивнула Майка и бросилась к лестнице. – Я мигом!
- Майя! – окликнула ее Лаки.
Майка обернулась.
- Пожалуйста, будь осторожна, - с мольбой в голосе проговорила Лаки.
У нее язык не поворачивался сказать Майке, чтобы она остерегалась возможных сообщников напавшей на них убийцы, слишком уж страшными казались ей эти слова.
- Хорошо, - серьезно ответила Майка, конечно же, поняв все, что хотела сказать Лаки, и побежала вниз.
Лаки осталась одна с лежащей без сознания черноволосой девушкой. Первым делом она осмотрела и проверила ее одежду в поисках всего, что может представлять опасность, но ничего не нашла кроме легких узких ножен на спине незнакомки.
- Что-то чужое… Беспокойное… И, кажется, враждебное, - медленно произнесла Майка, по-прежнему шагая вперед. – От этого ощущения очень неуютно и все время хочется обернуться. Я оглядывалась несколько раз, не показывая виду, что осматриваюсь специально, но никого не заметила. Я чувствую, что кто-то постоянно прячется за деревьями и следит за нами.
- Тогда домой идти нельзя, - тихо и угрюмо проговорила Лаки. – Иначе нас выследят и узнают, где наше убежище.
- Это верно, - кивнула Майка. – Но что нам тогда делать? Попробуем поймать его?
- Мы его даже не видим, - покачала головой Лаки. – И даже если бы видели – в лесу легко убежать и спрятаться. Послушай, Майя, - Лаки слегка замялась и испытующе посмотрела на Майку, - ты действительно уверена, что за нами кто-то следит?
- Да.
- И тебе точно это не кажется?
- Нет, не кажется, - прошептала Майка.
Лаки отвела взгляд. Некоторое время они шли молча.
- Ты не знаешь, сколько их? – тихо спросила Лаки.
- Это один человек, - ответила Майка. – Я все время чувствую один и тот же взгляд. И кроме этого человека, вокруг больше никого нет.
- Тогда вот что. Давай пока не показывать виду, что мы знаем о нем.
- Но тогда он будет преследовать нас до самого дома.
- Мы не пойдем домой, - совсем тихо проговорила Лаки. – Мы обогнем озеро и пойдем в город. Если он, кто бы это ни был, пойдет за нами, мы зайдем в первое здание на окраине, которое возле ржавого ангара, как будто мы живем там, и спрячемся возле входа. И если кто-то войдет следом за нами, мы сможем схватить его.
- Здорово! – сказала Майка, приободряясь. – Ты хорошо придумала. Я бы так не смогла.
- Зато ты можешь чувствовать на себе чужие взгляды, а я – нет, - дружески потрепала ее по плечу Лаки. – Давай лучше пока болтать о всяких пустяках, чтобы не вызывать подозрения у того, кто идет за нами.
- Давай, - согласилась Майка и, секунду подумав, громко продолжила: – Вода в ручье такая вкусная! Жалко, что от города до него так далеко!
- Жалко! – подтвердила Лаки. – А вода и впрямь вкусная. И прохладная.
Ни разу больше не обернувшись, они вышли из леса на берег, обогнули озеро, и дошли до широкого приземистого ангара с провалившейся крышей, за которым начинался город.
- Как же я устала тащить эти бутылки! – воскликнула Лаки. – Не ушел? – вполголоса спросила она.
- Нет, - тихо ответила Майка. – Но сейчас он намного дальше. Скорее всего, прячется за деревьями вдоль берега. Я едва его чувствую.
- Хорошо. Тогда делаем так, как и хотели. Пошли.
Они миновали ангар, и зашли внутрь небольшого трехэтажного здания неподалеку от него. Затем они быстро поставили бутылки с водой в угол помещения, а сами, не сговариваясь, встали по обеим сторонам от дверного проема, прижавшись к стене.
Прошло несколько долгих минут. Все было спокойно. И внезапно по спине Лаки пробежал озноб – она поняла, что они сами оказались в ловушке.
- Майя, - позвала она тихо. – Он не пойдет сюда. Он или догадался, что мы знаем, или просто боится заходить и выжидает.
- И что теперь? – прошептала Майка, растерянно глядя на Лаки.
- Пошли на второй, а лучше на третий этаж, там все обдумаем и решим. Только не проходи мимо входа, иди по своей стороне до лестницы, а я пойду по своей. Воду я возьму.
Лаки, по-прежнему не спуская глаз с входного проема, прокралась вдоль стены, подобрала все четыре бутылки с водой и так же бесшумно прошла до лестницы, ведущей наверх, где ее уже ждала Майка. Вместе они поднялись на третий этаж, зашли в первое же помещение и уселись на полу так, чтобы держать лестничную площадку под наблюдением.
Майка отвинтила крышку одной из бутылок и сделала несколько глотков.
- И что теперь? – с мрачным выражением на лице повторила она свой недавний вопрос.
Лаки посмотрела в проем в стене, ведущий к лестнице, и прислушалась. Вокруг по-прежнему царила ничем не нарушаемая тишина, в ней не было ничего пугающего или подозрительного. Лаки привыкла к этой безмолвной и неподвижной тишине за годы своих странствий и до сегодняшнего дня была уверена, что опасность и угроза звучат совсем по-другому. Она устало вздохнула.
- Майка, - твердо сказала Лаки, - если ты все это придумала…
- Я не вру! – тихо и с каким-то отчаянием перебила Майка, посмотрев ей в глаза.
И Лаки поняла, что Майка действительно ничего не придумывала. Ей снова стало неуютно.
- Ладно, - вздохнула Лаки. – Будем ждать здесь.
- Сколько? – спросила Майка.
- Не знаю. Он или пойдет сюда или уйдет вообще. Если он подумает, что тут наш дом, то он может захотеть нас ограбить. А если он побоится, то просто уйдет. Не будет же он вечно нас караулить…
- А если ничего не случится? Тогда мы пойдем домой?
- Будем ждать, сколько сможем. Воды у нас достаточно. Вход сюда только один. Главное, не спускать глаз с лестницы и слушать.
- Хорошо… - согласилась Майка.
Время тянулось медленно. Лаки и Майка провели почти весь день в полном молчании, лишь изредка обмениваясь незначительными короткими фразами вполголоса. Разговаривать не хотелось – внезапно свалившаяся на них неприятность давила своей неразрешимостью и вгоняла в уныние. Если бы они видели своего противника или хотя бы знали, с кем имеют дело, и если бы даже пришлось драться – им было бы легче. Но неизвестность была хуже всего. Она донимала сознание разрастающимися страхами, заставляла непрерывно думать об угрозе и держала в постоянном напряжении.
Наступил и прошел вечер. А когда в оконные проемы заглянул слабый свет луны и звезд, Майка зевнула.
- Хочешь спать? – заботливо спросила Лаки шепотом.
- Нет, - прошептала Майка, помотав головой. – Больше всего я хочу есть.
- Потерпи, Майенька. – Лаки обняла ее за плечи. – Подождем до утра на всякий случай. Утром вернемся домой.
- Да ничего, все в порядке, - вздохнула Майка. – Можно я лягу?
И она осторожно растянулась на бетонном полу, подложив руку под щеку.
- Только – чур не спать, - вымученно улыбнулась Лаки.
- Хорошо, - согласилась Майка. – Тогда ложись рядом, а то я усну.
Не до конца понимая Майкину логику, Лаки легла на живот и, положив подбородок на руки, посмотрела на Майку.
- У тебя глаза светятся в темноте, - прошептала Майка, глядя на нее. – Красиво так.
- Твои тоже сверкают, - ответила Лаки.
- Правда?
- Правда, Майя. Это отблески лунного света.
- Почему у тебя глаза серые, а у меня зеленые? – спросила вдруг Майка.
- Ну… - замялась Лаки, пытаясь придумать такой ответ, чтобы он пришелся Майке по душе. – Может быть, потому, что ты долго живешь в лесу и любишь его. Вот деревья, цветы и травы и отдают тебе взамен частичку своего зеленого цвета.
При слабом ночном свете Лаки разглядела Майкину улыбку. Объяснение ей явно понравилось. Лаки была рада, что ей удалось хоть немного отвлечь Майку от гнетущих мыслей.
- А у тебя почему тогда серые? – спросила вдруг Майка.
- Может быть, потому, что я с детства часто и подолгу смотрела на небо, а в небе всегда есть серые облака, - задумчиво и с оттенком какой-то странной тоски проговорила Лаки. – Знаешь, раньше я очень часто смотрела на небо…
- Зачем? – серьезно спросила Майка, видимо, почувствовав, что напомнила Лаки о чем-то сокровенном.
- Не знаю, - тихо ответила Лаки. – Еще когда я была маленькая, я любила лежать на спине где-нибудь, где никого нет, и глядеть на небо. И небо было таким высоким-высоким, с недостижимыми облаками на нем. Я могла лежать так долго-долго, пока родители не позовут. А потом, уже когда я осталась одна, я все равно часто смотрела в небо. Потому что когда ты одна, глядя вверх, можно снова представить, что мир вокруг такой же, каким был в то время, когда ты была еще ребенком. Ведь небо совсем не меняется, оно всегда остается прежним. И поэтому, когда я смотрю на него, мне иногда кажется, что ничего в мире не изменилось. Что все вокруг – как в детстве. И что скоро мама позовет домой… – Лаки словно очнулась от легкой задумчивости и немного сконфуженно посмотрела на Майку. – Прости, я разболталась. Несу всякую ерунду.
- Нет, - прошептала Майка. Она взяла Лаки за руку и сжала ее пальцы. – Это не ерунда. Хорошо, что ты рассказала мне об этом.
- Младшая сестренка, а ведешь себя, как старшая, - смущенно улыбнулась Лаки. Ей были приятны Майкины забота и понимание. – Спасибо тебе.
- Мы же друзья, - просто ответила Майка.
- Да, - согласилась Лаки. – И я очень счастлива, что у меня есть такой друг, как ты.
- И я счастлива, - сказала Майка и задумалась. – Интересно… - проговорила она. – А если у человека синие глаза…
И вдруг где-то внизу раздался тихий, едва слышный стук. Словно упал на бетонные ступеньки маленький камешек.
Голос Майки оборвался на полуслове. Лаки тут же почувствовала, как задрожала мелкой дрожью Майкина рука, а ее собственное сердце забилось так сильно, что, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди.
- Тихо! – еле слышно прошептала Лаки. – Может быть, это просто само здание…
Они затаили дыхание и, замерев, ждали. Больше никаких звуков слышно не было.
- Кажется, ничего… - шепнула Лаки. – Если так, то…
- Вот он! – взвизгнула Майка, вскочив с пола и выбросив руку в сторону прохода на лестничную площадку, и от этого крика сердце Лаки сковало ужасом.
Лаки смотрит в указанном направлении, но там уже никого нет, а есть совсем в другом месте, намного ближе – рядом с Майкой. Рядом с Майкой стоит абсолютно черное и оттого очень страшное существо, почти неразличимое во мраке, с длинными и черными, растрепанными от резкого рывка волосами, с занесенной над Майкой рукой, и из руки поднимается вверх что-то узкое и блестящее, что-то, вроде ножа, но намного длиннее, в два, в три раза длиннее. Лаки цепенеет от страха за Майку, и не может заставить себя подняться с колен, потому что с неумолимой достоверностью знает, что даже если она и бросится вперед, то все равно уже не успеет, знает, что этот уже несущийся на Майку удар решит все.
- Майя!!! – в ужасе и отчаянии кричит Лаки.
Но Майка оказывается быстрее. Она бросается на руку противника, когда та еще только начинает опускаться, и вцепляется в нее пальцами и зубами. Черный человек с неимоверной силой отбрасывает Майку от себя, и она отлетает к стене и ударяется об нее, сжимая в руках что-то длинное и блестящее. Мгновение враг, словно в каком-то оцепенении, стоит неподвижно, а потом бросается в сторону Майки. Но этого мгновения хватает Лаки, чтобы сорваться с места и встать между Майкой и страшным незнакомцем.
- Стой! – кричит Лаки, выставив перед собой нож и крепко сжимая его дрожащими руками.
Противник, не раздумывая, бросается на нее, и нож летит куда-то в сторону.
- Ааа! – падая, восклицает Лаки, ошеломленная силой и быстротой врага.
На помощь вовремя приходит Майка. Она набрасывается на чужака сбоку и каким-то чудом ей удается повалить его на пол. Лаки вскакивает и тоже кидается на него. Вдвоем они неимоверными усилиями прижимают его спиной к полу, и тогда Лаки, движимая отчаянным страхом, наносит ему несколько неверных, но сильных ударов локтем в живот. Противник хрипит и кашляет, его стальная хватка ослабевает, и он перестает сопротивляться, пытаясь подтянуть к себе колени и перевернуться на бок. Воспользовавшись этим, Лаки быстро подбирает с пола свой нож и резко ударяет по затылку концом рукояти. Незнакомец откидывает голову и неподвижно застывает на полу. Все кончено, и лишь полная луна по-прежнему холодно и безучастно глядит в пустой оконный проем…
- Майя, ты ранена?! – воскликнула Лаки, схватив Майку за плечи.
- Нет! – помотала головой Майка, тяжело дыша. – Я в порядке… Он мертв?
- Не знаю, - ответила Лаки, все еще дрожа всем телом от пережитого ужаса. – Наверное, просто потерял сознание. Мне говорили, что для этого надо бить чем-нибудь тяжелым по затылку, но я никогда раньше так не делала. Сейчас посмотрю…
Она протянула ладонь и с опаской просунула ее под куртку поверженного врага, пытаясь определить, бьется ли сердце.
- Ой! – вдруг воскликнула Лаки, отдернув руку.
- Что там? – тут же спросила Майка.
- Это… По-моему, это – женщина… - растерянно проговорила Лаки.
- Что? – удивилась Майка и, склонившись над лицом незнакомца, убрала с него черные волосы. – И правда… - в недоумении проговорила она, глядя на слабо освещенное ночным светом бледное лицо. – Женщина… Молодая… Я думала, что это мародер… А сердце?
- Бьется, - сказала Лаки, проверив сердцебиение.
- Но зачем она напала на нас? – изумленно спросила Майка у Лаки.
- Не знаю, - растерянно покачала головой Лаки. – Значит, бывают и плохие женщины. Может быть, она тоже мародер и убийца?..
- Брр! – вздрогнула Майка. – И волосы черные, как у них. Может быть, она тоже синеглазая? Какого цвета у нее глаза?
- Не знаю, я не разглядела. Все произошло так быстро…
- Давай посмотрим?
- Лучше не надо! – поежилась Лаки. – Страшно…
- Тогда, может, свяжем ее на всякий случай?
- Чем? Веревки дома.
- Я сбегаю! – сказала Майка и поднялась на ноги. – Я быстро.
- Нет! – с ужасом в голосе воскликнула Лаки. – Не оставляй меня с ней одну, Майя!
- Почему? Она же избитая. И у тебя нож. Если она начнет приходить в себя, ты можешь снова ударить ее по голове.
- Я все равно очень боюсь, - призналась Лаки. – Майя, пожалуйста!..
- Тогда сбегай сама, - пожала плечами Майка, - а я покараулю.
- Нет, - тихо проговорила Лаки, - Так еще страшнее. Вдруг она очнется и… Нам с тобой лучше не разделяться. Может, просто оставим ее здесь и уйдем?
- Ты что? Она может попытаться нам отомстить и будет нас выслеживать. – Майка вдруг посмотрела прямо в глаза Лаки. – Давай просто убьем ее.
- Что? – Лаки с недоумением посмотрела на Майку.
- Убьем ее. Заколем ножом, пока она без сознания.
- Нет! – вздрогнула Лаки. – Нет, Майя. Нельзя!
- Почему? Она же хотела убить нас. Значит, она – плохая!
- Все равно. Нельзя этого делать. – Лаки тяжело вздохнула. – Ладно! Беги за веревкой, Майя, только быстрее. Я останусь здесь. Только умоляю тебя, возвращайся скорее.
- Хорошо, - кивнула Майка и бросилась к лестнице. – Я мигом!
- Майя! – окликнула ее Лаки.
Майка обернулась.
- Пожалуйста, будь осторожна, - с мольбой в голосе проговорила Лаки.
У нее язык не поворачивался сказать Майке, чтобы она остерегалась возможных сообщников напавшей на них убийцы, слишком уж страшными казались ей эти слова.
- Хорошо, - серьезно ответила Майка, конечно же, поняв все, что хотела сказать Лаки, и побежала вниз.
Лаки осталась одна с лежащей без сознания черноволосой девушкой. Первым делом она осмотрела и проверила ее одежду в поисках всего, что может представлять опасность, но ничего не нашла кроме легких узких ножен на спине незнакомки.
