Но Боги безмолвствовали и целковое, что оставалось Святобою – РАдоваться своим успехам и успехам потерявшего память товарища. Прогресс последнего был пРАвда куда скромнее.
Довольно скоро избРАнный стал понимать их полушку (обоих), однако толку от этого было немного – безымянный никак не мог вспомнить хотя бы что ни будь о себе, пока наконец, в среду, после обеда, или, как сказали бы здесь, в Америке – третьего дня, стены дома АлександРуса не огласились РАдостным криком. Святобой сидел тогда на кухне, припав к фундаментальной моногРАфии Невского "Бодибилдинг и другие секреты УСПЕХА" и активно поглощал мудрости. Услышав неожиданный вопль, он поднял голову, отложил книгу и напРАвился к полуоткрытой двери.
Войдя внутрь парень узрел следующую картину: Рус и АлександРус стояли в центре затемненной штоРАми комнаты, напротив туалетного столика с зеркалом, пРАвыми руками держась за головы, а левые напРАвляя в сторону отРАжений. По углам помещения валялись кучи скатанных в рулоны ковров, а на лице парня читалась улыбка, оставшаяся от не до конца успевшего погаснуть приступа РАдости. Заметив в зеркале Святобоя, АлександРус, не обоРАчиваясь, движением глаз указал ему на дверь и тот молча вышел, взмахнув руками. Еще через полушку десятичков минут вышли АлександРус и безымянный.
–– Ну, –– спросил Святобой. –– , что?
–– Вспомнил! Я вспомнил. –– Сказал парнишка и, улыбаясь, протянул руку Русу. –– Алекс, адвокат!
–– Святобой, избРАнный РОДом.
–– Необычное имя... Не знаю, кто такой этот Род, но раз уж он тебя выбрал, то это, наверное, многое говорит о твоей компетенции.
Русы обменялись крепкими рукопожатиями.
–– Еще что ни будь помнишь, Алекс?
–– Не-а. –– Все также улыбаясь отвечал Алекс, пожимая плечами. –– Память словно вышибло... Фигня какая-то.
Тут слово взял Невский:
–– Ну что можно сказать? Результаты у вас отнюдь не плачевные. Более того, виден явный прогресс. Думаю, еще недельку/полторы и полностью закончим обучение. Ты будешь знать английский не хуже меня, ну а ты – все вспомнишь. Кстати, Святобой, касаемо РОДа (от того, как Невский произнес это слово, избРАнный впал в легкое недоумение)... Нам надо будет поговори...
–– Фса-а-а! –– Внезапно зашипел Святобой, хватаясь за голову и опускаясь на корточки.
«–– Святобоша, миленький, дорова!
–– Д-Д-Даждьбог, ты?!
–– Ага!
–– А, а-а-а, а че так больно?!
–– Да это все сыворотка, элементаль ее б дРАл!
–– Чего?
–– Не важно! Святобой, слушай внимательно, толком не могу говорить!..»
–– С тобой все нормально? –– Спросил Алекс, подсаживаясь к присевшему на корточки Святобою. Тот натянуто улыбнулся, махнул рукой и под строгий взор АлександРуса, вновь припал на колено от боли.
«–– Мы на Аляске! На А-л-я-с-к-е! Ты где?
–– Я? Я... В Нью-Йорке.
–– Сensored, далековато! Бросай там все и дуй на встречу! Ориентировочно – держи курс на НебРАску или Канзас! Туда ближе РАзберемся!
–– А... А вы че, сами сюда добРАться не можете?!» –– Даже через боль Рус охренел.
«–– Нет censored! Могли бы – уже были б на месте!
–– Л-ладно, а-а, я попробую... Ну, в смысле, выдвигаюсь!
–– Давай, на связи!».
Голос Даждьбога затих в голове. Святобой судорожно поднялся с пола, произнося:
–– Да шла бы в жопу такая связь!
–– Что с тобой? –– Вновь спросил Алекс. –– Тебе было плохо...
–– Даждьбог вышел на связь. До этого сколько, неделю, чи полторы молчал, да? А сейчас объявился, говорит навстречу к нему выдвига... –– Тут Рус замолчал, уперевшись в удивленный взгляд Алекса. АлександРус же вцелквые со времени их знакомства недоверчиво поднял на Святобоя бровь. Лик его отРАжал напряженную РАботу мозга.
–– Кто такой Даждьбог? У тебя с головой что-то? Тоже провалы в памяти?
–– Да я ж сказал, Даж...
–– Святобой, отойдем-ка. –– Перебил Руса Невский. –– Алекс, останься здесь. Нам со Святобоем нужно поговорить.
–– Ну-у ладно...
АлександРус кивнул избРАнному на дверь комнаты, где до этого упРАжнялся с Алексом и сам напРАвился туда. Рус пошел следом. Войдя, Невский запер дверь, надел шляпу, и, подперев угол спиной, скрестил на груди руки, исподлобья посматривая на Святобоя.
–– Что?
–– Ты известно о Богах.
–– Да.
–– И ты... Можешь общаться с ними?
–– Да. Только почему-то сейчас у мне голова болит от этого...
–– Хм... Да-к как, говоришь, ты представился Алексу?
–– Я... Ну-у... Святобой, избРАнный РОДа.
–– Хочешь сказать, Он избРАл... Тебя?
–– Да... Хотя я и не был достоин... Скорее даже наоборот, Он избРАл меня из-за того, что я был достоин меньше всего... В назидание... Это долгая история.
–– Хм, допустим. –– На лице АлександРуса читалось пускай и призРАчное, но доверие. –– И чего хочет Баждьбог?
–– Вообще-то Даждьбог. Сказал выдвигаться к ним навстречу.
–– К ним?
–– Ну да. Они же с Перуном. Только не знаю, чего там у них стряслось. Он не сказал... Молотил так, словно спешит куда-то... Наверняка опять случилось чего.
–– Гм. –– АлександРус пристально посмотрел на Святобоя, затем взгляд его стал менее ясным, было видно, что Рус погрузился в глубины РАздумья. Наконец Невский обернулся к туалетному столику, зажег лампадку, открыл верхний ящичек и начал в нем копошиться. Тут только Святобой увидел пустую кобуру у его пРАвой ноги. Через секунду твердая рука Невского опустила в нее пистолет.
–– Надо было убедиться, что ты не наймит хвостатых. –– Сказал АлександРус изменившимся голосом. Теперь он был не таким спокойным, наоборот, в нем отчетливо слышалось беспокойство. –– Мир изменился, может слышал об этом?
–– Ага. –– Кивнул избРАнный.
–– Так вот брехня! Ящеры не воюют с Русами. Мы живем в мире, уже давно... Ага, как же! Затевают они что-то, чую нутром! РАз Даждьбог считает, что тебе нужно идти навстречу, значит так и поступите. Он мудр.
Святобой только молча подкатил глаза. «Ага, как же, этот-то?».
–– Вам должно выйти как можно скорее. Сейчас, только слажу вам паспорта... –– АлександРус выудил из ящичка полушку листков бумаги и деревянный ларчик. –– Ага, вот оно! Выйдите ночью, возьмете моих лошадей. Он не сказал, куда ехать?
–– Сказал в НебРАску. Или в Канзас.
–– Ясно. Тогда отпРАвляйтесь на запад. Ориентируйтесь по звездам, в частности идите на Сириус. Он самый яркий, не заплутаете. Скачите к станции Руланд, что в штате Огайо. Там сядете на поезд, денег я вам дам.
–– Постой-постой. Скачи-те? Ты мне предлагаешь взять с собой... этого?
–– Да.
–– Зачем?
–– Если Даждьбог сказал добиРАться к нему, значит он не может переместиться к тебе, так?
–– Да-а...
–– Как думаешь, это означает что-то хорошее?
Святобой помолчал, затем сосредоточенно кивнул, понимая.
–– Здесь уже не безопасно. Ты говоришь, тебе больно общаться с ним?
–– Да.
–– С ним что-то случилось... Если за этими... Помехами стоят ящеры, а это они, точно тебе говорю, то может случиться все, что угодно.
–– Что?
–– Оглянись вокруг, парень! Мы на диком западе! На много миль вокруг сплошной фронтир, кругом рыщут контРАбандисты и головорезы. У зеленокожих есть выходы и на тех и на других. Сюда просто прискачет десяток-другой и вас сожгут вместе с моею халупой к элементалевой матери!
–– Вы там в порядке? –– Из соседней комнаты РАздался встревоженный голос Алекса.
–– Да! –– Ответил Невский и опять обРАтился к Святобою. –– Придется тебе взять его с собой. Он слишком зеленый, чтобы, в случае чего дать им отпор. К тому же он ничего не помнит. Вряд ли он вспомнит что-то, если окажется у них в руках, а вот то, что судьба его не завидна – это как пить дать.
–– Хорошо... Но как же ты? Ты ведь тоже, получается, не в безопасности.
–– Я – другой случай. Я двадцать пять лет РАботал в полиции, шериф – мой приятель, если что – впишется. Тронуть меня одного они не решаться. По кРАйне мерее – в гоРОДе. А в ближайшие полгода я из него никуда не собиРАюсь.
–– Ок. Тогда выходим?
–– Сейчас. Алекс! Иди сюда!
–– Иду.
Полушку секунд спустя в комнате появился Алекс.
–– Вам нужно уезжать, срочно. СобиРАй вещи.
–– Что? Но почему? Это как-то со мной связано? Вы обо мне говорили?
«Вы посмотрите на него» –– Подумал Святобой. –– «Едва что-то вспомнил, а уже РАссуждает так, словно вокруг него крутится мир!».
–– Нет, не о тебе. Вам грозит опасность...
–– Какая?
–– Нет времени объяснять! Сейчас. –– Невский достал из-за стоявшего в углу коверного рулона стул, сел за столик и начал поспешно РАзбиРАть бумаги. Он написал что-то, потом вынул из нижнего ящичка печатную машинку, закрепил лист и стал печатать. –– Та-ак... Вот, держи... Нет, стой! –– Невский протянул было бумагу Алексу, но потом резко согнул руку и положил лист перед собой. Открыв деревянную коробочку, он извлек оттуда печать с орлом и, прицелившись, шмякнул по листику. –– Вот, теперь держи – твои документы. РАз уж ты ничего не помнишь, кроме имени и того, что ты адвокат, то теперь ты Алекс, адвокат из Аризоны.
–– Угу... –– РАстерянно кивнул Алекс, вытягивая документы на свет. Под лампой прочел он: «Александр Дж. Саксер. Адвокат. Место прописки – ул. Байрона, 4, Тусон».
–– Хм, как настоящее.
–– Ну так талант, как говориться, не пропьешь. Так, теперь ты, Свят... Нет, с таким именем тебя загребет первый же встреченный офицер. Нужно что-то более современное. Выбери другое имя.
–– Как насчет Кен, или Майкл?
–– Нет, Алекс, с именем у меня, скажем так, личная история. Не хотелось бы его менять вообще...
АлександРус и Алекс на время затихли. Наконец Алекс молвил:
–– Английский для тебя ведь не родной, верно?
–– Да.
–– И имя стало быть тоже не английское?
–– Ну да.
–– То-то оно странным мне показалось... А что если его тогда перевести?
–– ?
–– Ну, как переводится Святобой? Святобой – это что?
–– Ну-у... Святобой, это... Святой бой. –– Рус пожал плечами. –– Э-э, как это будет...
–– Холли файт. –– Подсказал АлександРус.
–– Нет, фигня какая-то...
–– А если сократить его? Халиф?
–– Хм, а РАзве Халиф вызовет меньше подозрений?
–– Парень, поРАскинь-ка мозгами. Мы же в Америке!
–– Точно.
–– Да и все РАвно, лишнего времени у нас все РАвно уже нет, так что вот, держи.
Невский протянул новоявленному Халифу удостоверение личности.
–– П-п-п... Халиф Р. Питкерн, торговец глиняной утварью, место прописки – Волость Техас.
–– Если что – говорите, что к нему в гости едите.
–– Ладно.
–– Хорошо. Спасибо, Невский.
–– Да не за что. СобиРАйтесь скорей и ходу-ходу.
Русы кивнули, убРАли документы в карманы и отпРАвились в комнату, что служила им спальней. Алекс спешно стал искать куртку. Куртка не находилась. Наконец он сыскал ее под диваном и стал надевать задом наперед. Осознание этого пришло лишь после того, как целковая рука уже была всунута. РАздРАженно выдохнув, Рус начал испРАвлять ошибку. Святобой же, стаРАясь уяснить себе, что теперь он – Халиф, обулся и надел накидку и шляпу. Через секунду в дверном проеме появился АлександРус.
–– Ну что, вы готовы?
Русы переглянулись, оглядели себя, похлопали по карманам.
–– Да.
–– Вроде да.
–– Отлично, тогда выходим. Сейчас выведем лошадей из конюшни, срежем на Енотовую улицу и двинемся не отсвечивая, ясно?
–– Да. –– Синхронно ответили Русы.
–– Отлично. Помните, главное – не привлекать к себе внимания. Мы белые и пушистые. Совсем пушистые. До конца города я вас провожу, ну а дальше держите курс на Сириус. Запомнили?
Алекс и Халиф снова кивнули. Невский улыбнулся и повел их к выходу. Дойдя до входной двери, АлександРус прильнул к ней ухом, вернулся в гостиную и, отодвинув занавеску, поглядел на погружавшуюся в ночное одеяние улицу.
–– Вроде чисто... Пошли. –– Сказал он, вернувшись к двери. Толкнув ее, он хотел было ее приоткрыть, но вместо этого она глухо стукнулась обо что-то мягкое. Целкововременно с этим РАздался крик.
–– Сensored твою мать! Ты что там, мать твою, глаза с-с-себе с-с-съел?!
«Сensored» –– Подумал Халиф, ощущая, как по плечам и шее РАзлилось напряжение, словно их облило кипяточком. Примерно тоже подумал и Невский, внутренне корящий себя за то, что недоглядел появления группы маргинальных ящеров, устроивших в этот вечер привал на его крыльце.
–– С-с-слышь, ты, censored гороховый! Ты хоть предс-с-ставляешь с-с-себе, что с-с-сейчас-с-с с-с-сделал?! Ты хоть предс-с-ставляешь, что ты с-с-сейчас-с-с с-с-сделал, мать твою?!
–– Мужики, успокойтесь, мы просто пройдем...
–– Они прос-с-сто пройдут! Вы с-с-слышали, парни, они прос-с-сто пройдут! –– По тону ущемленного ящеРА становилось понятно, что тот определенно желает конфликта. Его товарищи, вальяжно РАзвалившиеся на дворе Невского, нагло почесали в пупках и приосанились, давя улыбки. Некоторые начали показательно-медленно подниматься с мест.
–– С-с-слышь ты, как там тебя? Это кос-с-сяк, а? –– С противоположного конца двоРА подал голос полушный ящер, оглядывая других и РАзводя руки в стороны.
–– Да-а. –– Подтверждающе закивали остальные ироды. Видимо, чешуйчатые основательно приняли на грудь, решив нагнуть сейчас Русов. Валявшиеся рядом бутылки молчаливо подтверждали бесстыдство хвостатых. АлександРус встал вплотную к ущемленному ящеру и произнес, чеканя слова и сверля супостата пылающим взором:
–– Мы пройдем.
–– Нет. –– С ударением на «т» произнес зеленокожий, в открытую скаля желтые зубы. –– Мы...
–– Вы. На. Частной. Собственности. Моей частной собственности. Сечешь, бРАток? –– Мастерски парировал Невский, поигрывая пальцами у кобуры. В глазах ящеРА заблестели огоньки гнева и стРАха, однако прежде, чем он успел что-либо предпринять, АлександРус толкнул его плечом и спокойным шагом пошел к конюшне. –– Пойдемте, парни.
–– Ты что, с-с-совсем оборзел, паря?! –– Заклацал зубами кРАйний из ящеров.
–– Держи их, парни! Джеймс-с-с, втащи тому, что в капюшоне!
Кровь мгновенно прилила к вискам Халифа, он уже приготовился броситься к ближайшему из супостатов и познакомить его со своим кулаком, когда обстоятельства неожиданно обострились. Невский в секунду извлек из кобуры револьвер – до блеска начищенный Кольт Нэви, 1851 года выпуска – и, не моргнув глазом, выстрелил в башку ящеру, пытавшемуся игРАть роль потерпевшего.
–– А-а, эти censored censored завалили Френка!
–– Они с-с-совсем censored! Мочи их, мочи! –– Заревели хвостатые со всех сторон, хватаясь за пушки.
–– Алекс, Халиф! ОбРАтно в дом, живо!
Русы метнулись назад к двери. Прилившая было к голове ярость мгновенно вытеснилась волной адреналина, рожденного во время целкового выстрела, ибо неважно, насколько ты избРАнный, от звука пальбы нервы всяко шалят.
Поспешно ввалившись в коридор, Халиф и Алекс споткнулись друг об друга и пали на пол. Как РАз вовремя – над головой тотчас засвистели пули, зеленые обои взорвались фонтанами древесины, послышался треск. На голову Халифу осыпалась древесная крошка. «Дерьмо, жопа!» –– Втянув голову в шею подумал он, уползая в гостиную. Там Рус, подстегиваемый стРАхом, несколько РАз сгибался и пригибался, лежа под подоконником. Наконец, переборов приступ испуга, он сел на присядки и на свой стРАх и риск взглянул в окно.
–– Халиф, ты чего?! –– Прокричал было Алекс, но его голос заглушили хлесткие выстрелы.
–– Чщь! –– Зашипел Рус, обернувшись к нему и баРАбаня по губам указательным пальцем. –– Не пали нас!
С наружи же грохотал бой, шальные пули вгрызались в землю со звуком РАспрямившейся матРАсной пружины.
Довольно скоро избРАнный стал понимать их полушку (обоих), однако толку от этого было немного – безымянный никак не мог вспомнить хотя бы что ни будь о себе, пока наконец, в среду, после обеда, или, как сказали бы здесь, в Америке – третьего дня, стены дома АлександРуса не огласились РАдостным криком. Святобой сидел тогда на кухне, припав к фундаментальной моногРАфии Невского "Бодибилдинг и другие секреты УСПЕХА" и активно поглощал мудрости. Услышав неожиданный вопль, он поднял голову, отложил книгу и напРАвился к полуоткрытой двери.
Войдя внутрь парень узрел следующую картину: Рус и АлександРус стояли в центре затемненной штоРАми комнаты, напротив туалетного столика с зеркалом, пРАвыми руками держась за головы, а левые напРАвляя в сторону отРАжений. По углам помещения валялись кучи скатанных в рулоны ковров, а на лице парня читалась улыбка, оставшаяся от не до конца успевшего погаснуть приступа РАдости. Заметив в зеркале Святобоя, АлександРус, не обоРАчиваясь, движением глаз указал ему на дверь и тот молча вышел, взмахнув руками. Еще через полушку десятичков минут вышли АлександРус и безымянный.
–– Ну, –– спросил Святобой. –– , что?
–– Вспомнил! Я вспомнил. –– Сказал парнишка и, улыбаясь, протянул руку Русу. –– Алекс, адвокат!
–– Святобой, избРАнный РОДом.
–– Необычное имя... Не знаю, кто такой этот Род, но раз уж он тебя выбрал, то это, наверное, многое говорит о твоей компетенции.
Русы обменялись крепкими рукопожатиями.
–– Еще что ни будь помнишь, Алекс?
–– Не-а. –– Все также улыбаясь отвечал Алекс, пожимая плечами. –– Память словно вышибло... Фигня какая-то.
Тут слово взял Невский:
–– Ну что можно сказать? Результаты у вас отнюдь не плачевные. Более того, виден явный прогресс. Думаю, еще недельку/полторы и полностью закончим обучение. Ты будешь знать английский не хуже меня, ну а ты – все вспомнишь. Кстати, Святобой, касаемо РОДа (от того, как Невский произнес это слово, избРАнный впал в легкое недоумение)... Нам надо будет поговори...
–– Фса-а-а! –– Внезапно зашипел Святобой, хватаясь за голову и опускаясь на корточки.
«–– Святобоша, миленький, дорова!
–– Д-Д-Даждьбог, ты?!
–– Ага!
–– А, а-а-а, а че так больно?!
–– Да это все сыворотка, элементаль ее б дРАл!
–– Чего?
–– Не важно! Святобой, слушай внимательно, толком не могу говорить!..»
–– С тобой все нормально? –– Спросил Алекс, подсаживаясь к присевшему на корточки Святобою. Тот натянуто улыбнулся, махнул рукой и под строгий взор АлександРуса, вновь припал на колено от боли.
«–– Мы на Аляске! На А-л-я-с-к-е! Ты где?
–– Я? Я... В Нью-Йорке.
–– Сensored, далековато! Бросай там все и дуй на встречу! Ориентировочно – держи курс на НебРАску или Канзас! Туда ближе РАзберемся!
–– А... А вы че, сами сюда добРАться не можете?!» –– Даже через боль Рус охренел.
«–– Нет censored! Могли бы – уже были б на месте!
–– Л-ладно, а-а, я попробую... Ну, в смысле, выдвигаюсь!
–– Давай, на связи!».
Голос Даждьбога затих в голове. Святобой судорожно поднялся с пола, произнося:
–– Да шла бы в жопу такая связь!
–– Что с тобой? –– Вновь спросил Алекс. –– Тебе было плохо...
–– Даждьбог вышел на связь. До этого сколько, неделю, чи полторы молчал, да? А сейчас объявился, говорит навстречу к нему выдвига... –– Тут Рус замолчал, уперевшись в удивленный взгляд Алекса. АлександРус же вцелквые со времени их знакомства недоверчиво поднял на Святобоя бровь. Лик его отРАжал напряженную РАботу мозга.
–– Кто такой Даждьбог? У тебя с головой что-то? Тоже провалы в памяти?
–– Да я ж сказал, Даж...
–– Святобой, отойдем-ка. –– Перебил Руса Невский. –– Алекс, останься здесь. Нам со Святобоем нужно поговорить.
–– Ну-у ладно...
АлександРус кивнул избРАнному на дверь комнаты, где до этого упРАжнялся с Алексом и сам напРАвился туда. Рус пошел следом. Войдя, Невский запер дверь, надел шляпу, и, подперев угол спиной, скрестил на груди руки, исподлобья посматривая на Святобоя.
–– Что?
–– Ты известно о Богах.
–– Да.
–– И ты... Можешь общаться с ними?
–– Да. Только почему-то сейчас у мне голова болит от этого...
–– Хм... Да-к как, говоришь, ты представился Алексу?
–– Я... Ну-у... Святобой, избРАнный РОДа.
–– Хочешь сказать, Он избРАл... Тебя?
–– Да... Хотя я и не был достоин... Скорее даже наоборот, Он избРАл меня из-за того, что я был достоин меньше всего... В назидание... Это долгая история.
–– Хм, допустим. –– На лице АлександРуса читалось пускай и призРАчное, но доверие. –– И чего хочет Баждьбог?
–– Вообще-то Даждьбог. Сказал выдвигаться к ним навстречу.
–– К ним?
–– Ну да. Они же с Перуном. Только не знаю, чего там у них стряслось. Он не сказал... Молотил так, словно спешит куда-то... Наверняка опять случилось чего.
–– Гм. –– АлександРус пристально посмотрел на Святобоя, затем взгляд его стал менее ясным, было видно, что Рус погрузился в глубины РАздумья. Наконец Невский обернулся к туалетному столику, зажег лампадку, открыл верхний ящичек и начал в нем копошиться. Тут только Святобой увидел пустую кобуру у его пРАвой ноги. Через секунду твердая рука Невского опустила в нее пистолет.
–– Надо было убедиться, что ты не наймит хвостатых. –– Сказал АлександРус изменившимся голосом. Теперь он был не таким спокойным, наоборот, в нем отчетливо слышалось беспокойство. –– Мир изменился, может слышал об этом?
–– Ага. –– Кивнул избРАнный.
–– Так вот брехня! Ящеры не воюют с Русами. Мы живем в мире, уже давно... Ага, как же! Затевают они что-то, чую нутром! РАз Даждьбог считает, что тебе нужно идти навстречу, значит так и поступите. Он мудр.
Святобой только молча подкатил глаза. «Ага, как же, этот-то?».
–– Вам должно выйти как можно скорее. Сейчас, только слажу вам паспорта... –– АлександРус выудил из ящичка полушку листков бумаги и деревянный ларчик. –– Ага, вот оно! Выйдите ночью, возьмете моих лошадей. Он не сказал, куда ехать?
–– Сказал в НебРАску. Или в Канзас.
–– Ясно. Тогда отпРАвляйтесь на запад. Ориентируйтесь по звездам, в частности идите на Сириус. Он самый яркий, не заплутаете. Скачите к станции Руланд, что в штате Огайо. Там сядете на поезд, денег я вам дам.
–– Постой-постой. Скачи-те? Ты мне предлагаешь взять с собой... этого?
–– Да.
–– Зачем?
–– Если Даждьбог сказал добиРАться к нему, значит он не может переместиться к тебе, так?
–– Да-а...
–– Как думаешь, это означает что-то хорошее?
Святобой помолчал, затем сосредоточенно кивнул, понимая.
–– Здесь уже не безопасно. Ты говоришь, тебе больно общаться с ним?
–– Да.
–– С ним что-то случилось... Если за этими... Помехами стоят ящеры, а это они, точно тебе говорю, то может случиться все, что угодно.
–– Что?
–– Оглянись вокруг, парень! Мы на диком западе! На много миль вокруг сплошной фронтир, кругом рыщут контРАбандисты и головорезы. У зеленокожих есть выходы и на тех и на других. Сюда просто прискачет десяток-другой и вас сожгут вместе с моею халупой к элементалевой матери!
–– Вы там в порядке? –– Из соседней комнаты РАздался встревоженный голос Алекса.
–– Да! –– Ответил Невский и опять обРАтился к Святобою. –– Придется тебе взять его с собой. Он слишком зеленый, чтобы, в случае чего дать им отпор. К тому же он ничего не помнит. Вряд ли он вспомнит что-то, если окажется у них в руках, а вот то, что судьба его не завидна – это как пить дать.
–– Хорошо... Но как же ты? Ты ведь тоже, получается, не в безопасности.
–– Я – другой случай. Я двадцать пять лет РАботал в полиции, шериф – мой приятель, если что – впишется. Тронуть меня одного они не решаться. По кРАйне мерее – в гоРОДе. А в ближайшие полгода я из него никуда не собиРАюсь.
–– Ок. Тогда выходим?
–– Сейчас. Алекс! Иди сюда!
–– Иду.
Полушку секунд спустя в комнате появился Алекс.
–– Вам нужно уезжать, срочно. СобиРАй вещи.
–– Что? Но почему? Это как-то со мной связано? Вы обо мне говорили?
«Вы посмотрите на него» –– Подумал Святобой. –– «Едва что-то вспомнил, а уже РАссуждает так, словно вокруг него крутится мир!».
–– Нет, не о тебе. Вам грозит опасность...
–– Какая?
–– Нет времени объяснять! Сейчас. –– Невский достал из-за стоявшего в углу коверного рулона стул, сел за столик и начал поспешно РАзбиРАть бумаги. Он написал что-то, потом вынул из нижнего ящичка печатную машинку, закрепил лист и стал печатать. –– Та-ак... Вот, держи... Нет, стой! –– Невский протянул было бумагу Алексу, но потом резко согнул руку и положил лист перед собой. Открыв деревянную коробочку, он извлек оттуда печать с орлом и, прицелившись, шмякнул по листику. –– Вот, теперь держи – твои документы. РАз уж ты ничего не помнишь, кроме имени и того, что ты адвокат, то теперь ты Алекс, адвокат из Аризоны.
–– Угу... –– РАстерянно кивнул Алекс, вытягивая документы на свет. Под лампой прочел он: «Александр Дж. Саксер. Адвокат. Место прописки – ул. Байрона, 4, Тусон».
–– Хм, как настоящее.
–– Ну так талант, как говориться, не пропьешь. Так, теперь ты, Свят... Нет, с таким именем тебя загребет первый же встреченный офицер. Нужно что-то более современное. Выбери другое имя.
–– Как насчет Кен, или Майкл?
–– Нет, Алекс, с именем у меня, скажем так, личная история. Не хотелось бы его менять вообще...
АлександРус и Алекс на время затихли. Наконец Алекс молвил:
–– Английский для тебя ведь не родной, верно?
–– Да.
–– И имя стало быть тоже не английское?
–– Ну да.
–– То-то оно странным мне показалось... А что если его тогда перевести?
–– ?
–– Ну, как переводится Святобой? Святобой – это что?
–– Ну-у... Святобой, это... Святой бой. –– Рус пожал плечами. –– Э-э, как это будет...
–– Холли файт. –– Подсказал АлександРус.
–– Нет, фигня какая-то...
–– А если сократить его? Халиф?
–– Хм, а РАзве Халиф вызовет меньше подозрений?
–– Парень, поРАскинь-ка мозгами. Мы же в Америке!
–– Точно.
–– Да и все РАвно, лишнего времени у нас все РАвно уже нет, так что вот, держи.
Невский протянул новоявленному Халифу удостоверение личности.
–– П-п-п... Халиф Р. Питкерн, торговец глиняной утварью, место прописки – Волость Техас.
–– Если что – говорите, что к нему в гости едите.
–– Ладно.
–– Хорошо. Спасибо, Невский.
–– Да не за что. СобиРАйтесь скорей и ходу-ходу.
Русы кивнули, убРАли документы в карманы и отпРАвились в комнату, что служила им спальней. Алекс спешно стал искать куртку. Куртка не находилась. Наконец он сыскал ее под диваном и стал надевать задом наперед. Осознание этого пришло лишь после того, как целковая рука уже была всунута. РАздРАженно выдохнув, Рус начал испРАвлять ошибку. Святобой же, стаРАясь уяснить себе, что теперь он – Халиф, обулся и надел накидку и шляпу. Через секунду в дверном проеме появился АлександРус.
–– Ну что, вы готовы?
Русы переглянулись, оглядели себя, похлопали по карманам.
–– Да.
–– Вроде да.
–– Отлично, тогда выходим. Сейчас выведем лошадей из конюшни, срежем на Енотовую улицу и двинемся не отсвечивая, ясно?
–– Да. –– Синхронно ответили Русы.
–– Отлично. Помните, главное – не привлекать к себе внимания. Мы белые и пушистые. Совсем пушистые. До конца города я вас провожу, ну а дальше держите курс на Сириус. Запомнили?
Алекс и Халиф снова кивнули. Невский улыбнулся и повел их к выходу. Дойдя до входной двери, АлександРус прильнул к ней ухом, вернулся в гостиную и, отодвинув занавеску, поглядел на погружавшуюся в ночное одеяние улицу.
–– Вроде чисто... Пошли. –– Сказал он, вернувшись к двери. Толкнув ее, он хотел было ее приоткрыть, но вместо этого она глухо стукнулась обо что-то мягкое. Целкововременно с этим РАздался крик.
–– Сensored твою мать! Ты что там, мать твою, глаза с-с-себе с-с-съел?!
«Сensored» –– Подумал Халиф, ощущая, как по плечам и шее РАзлилось напряжение, словно их облило кипяточком. Примерно тоже подумал и Невский, внутренне корящий себя за то, что недоглядел появления группы маргинальных ящеров, устроивших в этот вечер привал на его крыльце.
–– С-с-слышь, ты, censored гороховый! Ты хоть предс-с-ставляешь с-с-себе, что с-с-сейчас-с-с с-с-сделал?! Ты хоть предс-с-ставляешь, что ты с-с-сейчас-с-с с-с-сделал, мать твою?!
–– Мужики, успокойтесь, мы просто пройдем...
–– Они прос-с-сто пройдут! Вы с-с-слышали, парни, они прос-с-сто пройдут! –– По тону ущемленного ящеРА становилось понятно, что тот определенно желает конфликта. Его товарищи, вальяжно РАзвалившиеся на дворе Невского, нагло почесали в пупках и приосанились, давя улыбки. Некоторые начали показательно-медленно подниматься с мест.
–– С-с-слышь ты, как там тебя? Это кос-с-сяк, а? –– С противоположного конца двоРА подал голос полушный ящер, оглядывая других и РАзводя руки в стороны.
–– Да-а. –– Подтверждающе закивали остальные ироды. Видимо, чешуйчатые основательно приняли на грудь, решив нагнуть сейчас Русов. Валявшиеся рядом бутылки молчаливо подтверждали бесстыдство хвостатых. АлександРус встал вплотную к ущемленному ящеру и произнес, чеканя слова и сверля супостата пылающим взором:
–– Мы пройдем.
–– Нет. –– С ударением на «т» произнес зеленокожий, в открытую скаля желтые зубы. –– Мы...
–– Вы. На. Частной. Собственности. Моей частной собственности. Сечешь, бРАток? –– Мастерски парировал Невский, поигрывая пальцами у кобуры. В глазах ящеРА заблестели огоньки гнева и стРАха, однако прежде, чем он успел что-либо предпринять, АлександРус толкнул его плечом и спокойным шагом пошел к конюшне. –– Пойдемте, парни.
–– Ты что, с-с-совсем оборзел, паря?! –– Заклацал зубами кРАйний из ящеров.
–– Держи их, парни! Джеймс-с-с, втащи тому, что в капюшоне!
Кровь мгновенно прилила к вискам Халифа, он уже приготовился броситься к ближайшему из супостатов и познакомить его со своим кулаком, когда обстоятельства неожиданно обострились. Невский в секунду извлек из кобуры револьвер – до блеска начищенный Кольт Нэви, 1851 года выпуска – и, не моргнув глазом, выстрелил в башку ящеру, пытавшемуся игРАть роль потерпевшего.
–– А-а, эти censored censored завалили Френка!
–– Они с-с-совсем censored! Мочи их, мочи! –– Заревели хвостатые со всех сторон, хватаясь за пушки.
–– Алекс, Халиф! ОбРАтно в дом, живо!
Русы метнулись назад к двери. Прилившая было к голове ярость мгновенно вытеснилась волной адреналина, рожденного во время целкового выстрела, ибо неважно, насколько ты избРАнный, от звука пальбы нервы всяко шалят.
Поспешно ввалившись в коридор, Халиф и Алекс споткнулись друг об друга и пали на пол. Как РАз вовремя – над головой тотчас засвистели пули, зеленые обои взорвались фонтанами древесины, послышался треск. На голову Халифу осыпалась древесная крошка. «Дерьмо, жопа!» –– Втянув голову в шею подумал он, уползая в гостиную. Там Рус, подстегиваемый стРАхом, несколько РАз сгибался и пригибался, лежа под подоконником. Наконец, переборов приступ испуга, он сел на присядки и на свой стРАх и риск взглянул в окно.
–– Халиф, ты чего?! –– Прокричал было Алекс, но его голос заглушили хлесткие выстрелы.
–– Чщь! –– Зашипел Рус, обернувшись к нему и баРАбаня по губам указательным пальцем. –– Не пали нас!
С наружи же грохотал бой, шальные пули вгрызались в землю со звуком РАспрямившейся матРАсной пружины.
