Морис нырнула следом. Вешалки, словно птицы, залетали у потолка. Звенели украшения и стучали каблуки. Неуверенно, Мессалин подошла к одному из шкафов и вытащила оттуда зеленое бархатное платье.
— Замерзнешь в этом! — из соседнего шкафа вылезла голова Морис.
— Мы не пешком пойдем, — раздался голос Ангелы. — Одевайте что хотите.
Она уже сидела у зеркала и подводила глаза черными карандашом. Короткое темное платье идеально обтягивало хрупкую фигуру капитанши. Месса впрыгнула в платье, схватила с полки массивные черные ботинки и побежала к зеркалу. Морис подтянулась следом. Амала с Харон остались кружиться между полок, у них еще было достаточно времени на выбор.
Дверь приоткрылась, внутрь гардеробной просунулась одна лишь рука в синем кителе и махнула, подзывая к себе. Троица, во главе с Ангелой, вышла в коридор.
— Красиво? — Морис покрутилась перед Эшленом.
— Очень, — ответил он, даже не взглянув на нее. Вновь замелькали коридоры, каблуки звонку стучали по паркету. — В первый день держитесь в тени, подальше от больших компаний. Если кто начнет приставать — контроль не терять, молча уходить, внимание не привлекать. — Эш давал советы по пути.
Они вышли на задний двор через черный ход. Прямо к порогу подъехала темная машина в винтажном стиле, с длинным капотом и круглыми большими фарами. За рулем сидел пожилой сухой мужчина в темной фуражке с козырьком. Эшлен открыл заднюю дверь, девушки быстро залезли внутрь и расположились на узком диванчике. Генерал наклонился к ним, окинул взглядом.
— Давайте без происшествий. Маркус вернется за вами ровно в три часа. Если вдруг что-то пойдет не так — идите пешком, не ждите, — он дал последние указания и как-то неискренне улыбнулся.
Ангел кивнула. Генерал захлопнул дверь, машина тут же тронулась с места.
— Здравствуйте, Маркус! Как жизнь? — Морис наклонилась к водителю.
— Не жалуюсь, мисс. А у вас?— Улыбнулся старик.
Девушка игриво посмеялась, Ангела рядом закатила глаза и тяжело вздохнула.
— Господин Эшлен забыл вам кое о чем поведать… — Маркус открыл бардачок и достал оттуда узенькую стопку из бумаг, склеенных между собой с одной стороны. — Чеки. Если вам что-то понадобится в этом месте. Оплатить, купить. Нужно будет заполнить сий документ, а потом вернуть мне. Все ваши траты будут проводиться через казну. — Он передал стопку назад.
Ангела выхватила чеки и пробежалась по ним глазами:
— Ничего мы там оплачивать не будем. Ни есть, ни пить, ни играть. — Она кинула книжку на переднее сидение.
— Мисс, вы… — не успел Маркус договорить, как Ангела перебила его криком.
— Я сказала — ничего! Нехрен растрачивать государственные деньги на развлечения. Мы туда не жрать идем, а по делу!
— Придется воровать с других столов, — фыркнула Морис и откинулась на спинку дивана.
Ангела повернулась к ней лицом:
— Если я увижу, что ты хоть полглотка воды сделала, я тебе лично голову проломлю! Всякой дряни вам подмешают, ласты склеите, а мне отвечать! — она плевалась от злости.
— А если я буду уверена, что все безопасно? — вступила Мессалин.
Ангела придвинулась к ней ближе, завалившись на Морис.
— Что я не понятного сказала?!
Маркус молчал, не желая спорить с капитаншей. Девушки тоже замолчали, Ангел успокоилась и села на место.
— Вообще, сидите в стороне и не отсвечивайте, — зашипела капитанша, отвернувшись к окну. — Только мешать мне будете.
— А как мы такому морозу пойдем домой? — шепотом спросила Мессалин. — Ну, если вдруг что-то пойдет не так?
Все сделали вид, будто не услышали ее. Мессалин прилипла лбом к стеклу, принявшись рассматривать мрачные пейзажи.
Путь был довольно длинный, все оставшееся время они сидели молча. В окне мелькали старые здания с залитыми желтым светом окошками. Затем сменились пустыми площадями с монументами в центре, а потом опять на полуразрушенные домики. Солнце давно зашло за горизонт, температура опустилась до -25, и во дворах не было ни души.
Машина остановилась за углом заброшенного трехэтажного дома в ста метрах от «Мэджик сити». Не глуша мотор, Маркус вышел наружу и неторопливо огляделся, делая вид, что осматривает автомобиль. Он сел обратно и стряхнул снег с фуражки.
— Удачи вам. — Не оборачиваясь сказал Маркус.
Группа вылезла из машины и быстрым шагом направилась ко входу.
Яркая неоновая вывеска слепила глаза. На улице никого не было, ни охраны, ни гостей. Само здание выглядело жутковато: заколоченные окна, облупившаяся краска, потертая лестница. От одного взгляда на это место по спине бежали мурашки.
— И здесь отдыхает элита преступного мира? — высказалась Морис полушепотом. — Жуткое здание.
Ангела цыкнула на нее и показала кулак. Звонкий стук каблуков капитанши эхом прошелся по темной улице. Троица остановилась у большой двери, Морис толкнула ее внутрь. Та поддалась и отворилась без каких-либо проблем. Ангел и Морис нырнули в теплое помещение. Как только Месса сделала шаг, чтобы пойти за ними, за спиной раздался негромкий оклик.
— Как дела? — прозвучало где-то вдалеке.
Мессалин обернулась. Вдали, меж двух заброшенных зданий, стоял темный низкий силуэт, напоминающий ребенка. Он помахал ей рукой. Мессалин удивленно замерла, рассматривая его. Ребенок был в широком капюшоне, так что ничего кроме очертаний тела разглядеть не получалось.
— Можно с тобой? — крикнул он.
Сделав шаг назад, Мессалин вгляделась во тьму внимательнее. По телу пробежали мурашки. Ребенок в дали прыгал, махал руками и смеялся.
— Можно с тобой? — повторил он еще громче. — Пожалуйста!
В горле застрял ком, холод прошелся по голым ногам. Кто-то крепко схватил Мессалин за запястье, от чего она подпрыгнула на месте. Из дверей клуба высунулась Морис:
— Ты где пропала? — Она крепко сжимала руку Мессалин. — Идем. — Потянула она на себя.
— Там ребенок.
Морис выглянула наружу, хищным взглядом прошлась по переулку. Ребенок пропал.
— Показалось тебе. — Она потащила Мессалин внутрь. — Идем.
Дверь захлопнулась, откуда-то с потолка повеяло теплым воздухом. Впереди ступеньки наверх, стены слегка вибрировали, еле слышно играла музыка, пахло дымом. Ангела уже стояла вверху и злобно стучала ногой, смотря на девушек внизу.
— Мы тут! — сказала Морис и побежала к капитанше, не выпуская запястье Мессалин. Та летела следом, безвольно, как шарик на веревке.
За спиной капитанши стоял широкоплечий мужчина с суровым лицом. Спиной он загораживал проход внутрь и не собирался двигаться. Морис вышла вперед, игриво потеребила свою длинную косу:
— Мы недавно переехали, и друг сказал у вас тут… клуб? Очень рекомендовал посетить.
Охранник поднял одну бровь, надменно хмыкнул. Девушки глупо улыбались ему и хлопали глазами.
— Ну и как друга зовут? — спросил он грубым басом.
Морис стала копошиться в карманах.
— Ну не совсем прям друг. Сейчас. У меня была его визитка. Где-то была… — Она выворачивала карманы в надежде, что вышибале надоест ждать, и он их пропустит.
Охранник переступил с ноги на ногу, сложил руки на груди, всем видом демонстрируя, что уступать не собирается. Морис вывернулась уже все карманы, потерянный взгляд упал на Ангелу. Капитанша краснела от злости, хотя сама не знала, что делать. Мессалин прокрутила единственный урок истории, на который она успела попасть. Преступный клан Миглиоров, чей род тянется уже несколько сотен лет.
— Миглиор, — выпалила она уверенно.
Охранник нахмурился. Морис словила эту реакцию.
— Да! Точно! — улыбнулась она. — Роджер!
Вышибала щелкнул языком и поднял глаза на потолок, раздумывая.
— Миглиор значит… Давненько я его не видел. И как он? — спросил мужчина.
— Крутится как может, — смело сказала Мессалин.
Охранник усмехнулся:
— Да, время сейчас такое…— он отошел от двери, пропуская девушек.
Девушки прошли внутрь, вышибала проводил их странным взглядом, а затем захлопнул стальную дверь.
— Какой, нахрен, Миглиор? — зашипела Ангела. — Откуда ты его знаешь? — Острые ногти вцепились в платье Мессалин на груди.
— Неужели ты не поняла? — Морис схватила Ангелу за плечи и оттянула в сторону. — Это ложь, чтобы нас пустили! — Клан Миглиоров! Очевидно, что тут его знают!
— Вчера о них рассказывали… — Мессалин поправила платье.
Ангела недовольно хмыкнула и успокоилась. Троица осмотрелась, бар был полон гостей. Всюду летали ароматы еды и менкоина. Яркие лучи прожекторов бегали по стенам, громкая музыка басами стучала по костям. Не было ни одного метра свободного места, везде либо танцевали гости, либо носились официанты, либо стояли полураздетые женщины в перьях, в ожидании работы.
Ангела бросила недовольный взгляд на подчиненных, закатила глаза и удалилась куда-то вглубь зала, аккуратно виляя между посетителями, как фигуристка на льду.
Месса осмотрелась. Внимательный взгляд сразу нашел нужную цель сквозь толпу. Светлая голова то и дело мелькала за дальним столом. Мессалин кивком головы указала в нужном направлении, Морис радостно закусила губы.
Повезло найти свободный стол прямо напротив нужного, но на достаточном удалении от него. По одной стороне располагались высокие, декоративные кустарники, сквозь которые легко можно было наблюдать за всем баром, не привлекая вниманияю
Как только девушки присели, к ним тут же подбежал официант. Раскрыл блокнот, ткнул в него ручкой, приготовившись записывать, и замер с широкой улыбкой. Месса бегло осмотрела стол, никакого меню или списка с вариантами на нем не было. Только салфетница и деревянная коробочка со специями.
— Я вас слушаю. — Официант улыбнулся еще шире, до треска за ушами.
Мессалин сглотнула ком и посмотрела на Морис. Та задумалась, уставилась куда-то вверх, взгляд забегал по потолку.
— Я хочу фруктов… Салат из сыра в меду… И бокал вина. Обязательного южного, на ваш вкус. — сказала Морис. Опустила голову, и увидев испуганные глаза Мессалин, добавила.— И ей тоже самое.
Официант сделал пометки в блокноте, слегка поклонился и, как призрак, растворился в толпах гостей.
— Как мы за это заплатим? — Мессалин крутила головой, выискивая Ангелу поблизости.
Морис усмехнулась и вытащила из кармана смятую бумажку. Развернула ее, разгладила о край стола. Это оказался один из чеков, которые давал водитель. По лицу Мессалин расползлась счастливая улыбка.
— Только надо быстро все слопать, чтобы эта больная не увидела. — Морис посмотрела сквозь куст на толпу в зале. Капитанши нигде не было.
Мессалин почувствовала чей-то взгляд на затылке и резко обернулась. За дальним столом, в самом углу зала, сидел мужчина в белой расстегнутой рубашке, весь покрытый татуировками. Закинув ногу на ногу, он болтал ступней в такт музыке и постукивал пальцами одной руки по столешнице. Он в открытую пялился на Мессалин. Она тут же отвернулась обратно.
— Тот человек сзади. По-моему это хозяин заведения, — прошептала Мессалин.
Морис привстала, заглянув подруга за голову. Мужчина сверкнул золотыми зубами.
— Кажется да…
Месса убрала волосы за ухо. На пару секунд ее охватила легкая паника. Чтобы сбить наваждение, она придвинулась ближе к зеленому кусту и посмотрела сквозь листья. С трудом Мессалин признала в блондине впереди — Лисандра. Он сидел в расслабленной позе, раскинув руки по спинке дивана. На запястьях сверкали золотые браслеты, на пальцах перстни и кольца. Драгоценные камни в них сверкали так ярко, что слепили глаза. У него на коленях расположилась танцовщица, практически без одежды. Руках девушка держала рокс, и под радостные улюлюкания остальных за столом, выливала содержимое в рот Лисандру. По щекам, шее, рубашке текла темная струя. Несколько мужчин напротив хлопали в ладоши, кричали и смеялись. Швырнув опустевший стакан на пол, танцовщица впилась Лисандру в губы. Тот приподнял голову и положил ладонь ей на затылок, крепко прижав к себе. По женской груди потек алкоголь.
— Не получается! — крикнула она, отринув от мужских губ и, смеясь, и слегка стукнула Лисандра по плечу.
Тот утер рот рукавом и залился смехом.
— Ну и гадость… — Отринула от куста Морис.
Мессалин стыдливо зажала рот ладонью, сдержав смех, и снова уставилась на стол в дали. Темные брови подпрыгнули от удивления, улыбка в секунду исчезла.
К компании мужчин подошла Ангела, игриво виляя бедрами, а затем плюхнулась на диван рядом с Лисандром. Она что-то рассказывала, выгибалась, улыбалась во все зубы, проводила руками по груди и ногам. Мужчины рядом как-то подозрительно затихли, обменялись молчаливыми улыбками друг с другом. Лисандр приобнял Ангелу, что-то шепнул на ухо. Ангел замерла на месте, изменившись в лице. Один из мужчин за столом что-то сказал, от чего все остальные, кроме капитанши, громко рассмеялись. Капитанша вскочила с места, возмущенно сжала кулаки.
— Месса, — шепнула Морис.
Мессалин отмахнулась и продолжила смотреть. Ангела ушла, обиженно стуча каблуками. Компания за столом залилась смехом. Лисандр схватился за живот и распластался на диване, истошно гогоча. Один из мужчин, почти задыхаясь, закричал вслед Ангеле: «Ну куда же ты!».
— Месса!— снова шепнула Морис.
— Да подожди ты!— она вновь отмахнулась.
Холодная рука легла на ее плечо. Мессалин недовольно обернулась. Золотые зубы сверкнули в свете софитов. Ган широко улыбался, Морис напротив медленно бледнела.
— Что это ты там так внимательно высматриваешь? — Ган наклонился к Мессалин и взглянул сквозь куст.
Сердце замерло на секунду. Прокуреное дыхание щекотало щеку, Ган щурился, бегал взглядом по всему залу.
— Парень понравился,— выпалила Мессалин.
— Какой из?
— С белыми волосами. — Она медленно вжималась в диван.
Ган усмехнулся, отодвинулся назад и окинул Мессу оценивающим взглядом. В этот момент вернулся официант с большим подносом. Равнодушно он принялся расставлять посуду, бутылки и бокалы. Двумя пальцами Ган вытащил из салата кусок сыр и закинул в рот.
— Не твоего полета птичка, — нахмурился он. Татуированная ладонь сжала щеки Мессалин. Ган слегка поворачивал ее голову, рассматривая лицо со всех сторон. — Темновата… Крупновата…
Мессалин сохраняла идеальное спокойствие и податливо поворачивала голову. Ган отпустил ее голову и откинулся на спинку дивана. Морис нервно рассмеялась, голос задрожал. Трясущимися руками она схватилась за бокал, капли вина упали на стол. Залпом, Морис опустошила его.
— Что-то я вас раньше тут не видел. — Многозначно хмурился Ган. — Приятно видеть новые лица!
— Мы тут впервые.— Мессалин слегка улыбнулась в ответ. — Красивое место.
Под столом Морис била ее по ноге туфлей. Всеми силами пыталась привлечь внимание, вертела головой, выискивая Ангелу. Мессалин же молчала, не опуская улыбки. Она рассматривала татуировки на руках и груди Гана. Помимо банальных черепов и пауков, на нем было набито множество имен разными шрифтами. Ган обернулся на Морис и щелкнул языком.
— Необычные у вас рисунки, — сказала Мессалин, вернув внимание мужчины себе.
Ган на секунду замер, пытаясь понять о чем речь. Взглянув на свои руки, он довольно расхохотался и закатал рукава до плеч. На сгибе локтя располагался рисунок из пяти маленьких, кривеньких, человечков.
