Нельзя сказать, что дриада была от всего этого в восторге, но теперь она спокойнее относилась к тому, что для всех окружающих было естественным и очевидным. Хуже дело обстояло с едой.
К полудню Берёзка загрустила. Причина её грусти была очевидна – девушка то и дело поглаживала живот, который отчаянно урчал. Вот тут-то и начались сложности. Ни яблоки, ни морковка, ни огурцы, ни даже шикарные апельсины, не вызвали у дриады ничего похожего на аппетит. Наоборот, она приходила в ужас от каждого предложения, как, наверное, пришёл бы в ужас человек цивилизованный, которому, не шутя, предложили бы отведать блюдо из ближнего своего.
Выяснив, что в своих древесных чертогах Берёзка питалась только соком, Фоллиана обратилась за помощью к Фигу, и тот посоветовал для начала напоить дриаду водой. Это действительно сработало, но по словам того же Фига не могло полностью заменить еду.
- Человеческие инстинкты должны, наконец, проснуться! – уверенно заявил всё знающий Фиглориус. – Но лучше, если это произойдёт поскорее, а то у неё не будет сил ноги носить.
Следующую ночь все снова провели попарно – Фиг ушёл спать на конюшню под бок к Быку, Фоллиана заботливо укрывала и гладила по головке хныкавшую во сне Берёзку, а из спальни Драси и Анджелики раздалась первая настоящая песня любви. Но утром забота о том, как накормить дриаду коснулась всех.
- Бедная травка!
Берёзку нельзя было обвинить в отсутствии логики. Наверное, на всех присутствующих точно так же подействовало бы блюдо из свеже нарезанных человеческих пальцев.
- Похоже, ей больше подошла бы мясная пища! – заметил Фиг, глядя, как Фоллиана уводит от стола подругу, которая снова взялась за своё.
- И не только ей одной, - пожала плечами Анджелика. – Но где же её взять?
- Дождь утих, - сказал Драся, посмотрев в окно. – Подождите немного, я постараюсь обернуться быстро.
Анджелика собралась было с ним, но Драся настойчиво, мягко и ласково приказал ей остаться со всеми. Девушка слегка надулась, но послушалась.
Он вернулся меньше чем через час, сжимая в руках лук и стрелы, позаимствованные в рыцарском зале, и с головы до ног увешанный утками.
- Взял грех на душу! – развёл руками тот, для кого в прошлой жизни было обычным делом задрать буйвола или слизнуть пару овец. – Птица здесь непуганая, ведь хозяева замка травоядные. Но мы, если продолжим дальше миндальничать, то ножки протянем.
Никто не подумал на это возражать. Фиг вызвался выпотрошить уток, после чего зажарить часть в камине немедленно, а остальных положить в имеющийся под кухней ледник. Он попросил только помочь ему ощипать битую птицу, если только благородное собрание не хочет отложить завтрак на следующий день.
Когда по залу поплыл ни с чем несравнимый запах свежего жаркого, Берёзка вдруг подняла голову и принюхалась. В её глазах блеснула заинтересованность, а маленький аккуратный носик, казалось, вот-вот поведёт за собой хозяйку к заветной цели.
- Слава Богу! – проговорил Фиг вполголоса. – А то я думал, уж не придётся ли нам кормить эту девицу чернозёмом? Или лучше выбрать местечко, вырыть ямку и посадить её туда, как саженец, пока она у нас не засохла.
Дело пошло на лад, но не сразу. Сначала дриада попыталась утиное мясо пить, так что её пришлось учить работать челюстями. Но когда она, наконец, поняла, как это делается, то в одиночку одолела целого селезня. Фоллиана с трудом отобрала у неё кости.
- К растительной пище тоже приучим, - уверенно сказал Фиг. – Она ей так же необходима, как любому из нас.
- Чем займёмся? – спросил Драся, когда все наелись. – Дождя, вроде не намечается.
- Вот их мужа искать пойдём, - ответил Фиг, кивнув в сторону Фоллианы и Берёзки. – Не бросать же мужика в этих самых древесных чертогах. Сам он не выберется.
- Не очень-то мне хочется его видеть, но ладно, - сказал Драся, вставая.
- Я может его бы там и оставил, ввиду прошлых заслуг, - задумчиво проговорил Фиг. – Но девчонок этих жалко. Любят его обе, я это вижу. Хотя им и друг с дружкой не скучно!
Злольга: Ведь вы не муж мне!
Злоскервиль: О чём вы говорите, душа моя? Зледи Злольга, это я ваш муж – сэр Злорик...
Злольга: Не лгите мне! Я ли не знаю своего мужа? Да, вы похожи на него, как отражение в хорошо отполированном зеркале, но вы не он.
Злоскервиль: А кто же я, по-вашему?
Злольга (внимательно в него вглядывается): Возможно вы какой-то родственник, который хочет занять его место. Правда, он говорил мне, что все его братья пали в набегах ещё до того, как Злольгельм Зловоеватель поднял паруса, чтобы навсегда покинуть берега Злормандии. Двоюродных же братьев у него не было, так-как отец его – Злолаф Злормандский был единственным наследником прославленного ярла Злигурда Злормандского...
Злоскервиль (в сторону): Ничего себе, как она проштудировала историю! И когда только успела?
(Злольге)
Вот видите, душа моя! Как же я могу быть родственником вашего мужа, если у него не было родственников?
Злольга: Но у его отца могли быть побочные дети, а значит, у сэра Злорика есть братья-бастарды. Я подозреваю, сэр, что вы один из них.
Злоскервиль: Бастард, который ничем не отличается от законного наследника?
Злольга: Такое случается. Да, вы очень похожи, но всё же отличия есть. Вы не точная копия моего мужа, сэр бастард.
Злоскервиль (смеясь): Так в чём же вы видите отличие, душа моя?
Злольга: Будьте так любезны, сэр бастард, не называйте меня этим прозвищем. Оно священно для меня, когда звучит из уст моего супруга, но из ваших я его не приемлю. Что же касается отличий между вами и сэром Злориком, то вот они – сэр Злорик тяжелее вас телом, но легче на ногу, ведь он прирождённый воин и охотник. А ещё, он очень силён. Например, ему ничего не стоит согнуть каминную кочергу...
Злоскервиль (берёт из каминного прибора кочергу и с усилием сгибает её): Вот так, зледи Злольга?
Злольга: И завязать её в узел.
Злоскервиль (страшно пыхтит, напрягая мускулы, но всё же завязывает кочергу, после чего смахивает пот и отдувается): А что вы скажете на это?
Злольга: Очень неплохо, сэр бастард! Но моему супругу не требуется такое напряжение. Однако в вас видна благородная кровь Злолафа и Злигурда, что лишний раз убеждает меня в том, что моя догадка верна.
Злоскервиль: На вас не угодишь, миледи! Не может же мужчина быть одинаково силён всю свою жизнь.
Злольга: Вы правы, сэр бастард. Хорошо, я поверю вам, если вы правильно ответите на мои вопросы.
Злоскервиль: Задавайте ваши вопросы, зледи Злольга! Надеюсь, их будет не слишком много?
Злольга: Всего два. Итак, первый вопрос – какую драгоценность мой батюшка, князь Злодислав, дал за мной в приданое?
Злоскервиль (замявшись): Боюсь, что не смогу ответить на этот вопрос, миледи! Щедрость князя Злодислава известна, а потому мне сложно будет выделить среди ценностей, которые он дал за вами в приданое, что-либо особенное...
Злольга: Вот как? В таком случае ответьте на второй вопрос – что находится за дубовыми дверьми, прямо после зала Топоров, где ещё изображены новый и старый гербы Злордов?
Злоскервиль: Зал Топоров? Ах, да! Я и забыл, что он так называется, даже не знаю, почему его так назвали и, причём здесь топоры... А за теми дверьми находится библиотека.
Злольга: Библиотека?
Злоскервиль: Совершенно верно, миледи, библиотека – собрание уникальных книг, а так же хроники семейства Злордов. Но ведь вы же это знаете, не так ли?
Злольга (задумчиво): Сэр бастард... Если, конечно, таково ваше звание. Вынуждена сказать, что вы действительно похожи на моего мужа чрезвычайно. Настолько, что я даже пару раз усомнилась, справедливы ли мои подозрения, ведь у вас с ним даже родимые пятна одинаковые. По крайней мере, те, что я вижу не закрытыми одеждой. Временами я даже начинала думать, что схожу с ума, ведь голос и манеры у вас с ним тоже одни на двоих... Но теперь я вижу, что права – вы не сэр Злорик.
Злоскервиль: Что же вас убедило в этом, зледи Злольга?
Злольга: Вы не ответили на мои вопросы, сэр бастард, и попались во все ловушки, которые я вам расставила. И даже в те, которые вы расставили сами себе.
Злоскервиль (с добродушным смешком): Если вас не затруднит, объяснитесь, пожалуйста!
Злольга: Мой отец, князь Злодислав, известен среди соседей и соотечественников, как невероятный скряга. Когда сэр Злорик сватался ко мне, то заявил, что не желает получить ни единой монеты из богатств князя Злодислава, чем окончательно покорил его сердце. Моё приданое составили десять полотняных рубах, пять шалей и один черепаховый гребень, который отец никак не хотел отдавать и расстался с ним, лишь скрепя сердце. Но одну драгоценность мой муж всё же получил за мной в приданое. Этой драгоценностью была юная служанка-наложница, как две капли воды похожая на меня. Догадываетесь почему? Да, старый скупец, таким образом, не потратил на меня ни гроша, сделал ценный подарок своему зятю и пристроил побочную дочь. Но всё вышло к лучшему – Зледа моя лучшая подруга с детских лет. Я очень горевала, что нам придётся расстаться из-за моего замужества и несказанно обрадовалась, узнав, что этого не случиться. Я счастлива, видеть её рядом с собой и рада тому, что она замещает меня в постели сэра Злорика, когда я не могу служить ему, как подобает преданной и любящей супруге. Правда, сэр Злорик не обходит вниманием и других служанок, чего нельзя сказать о вас, сэр бастард. Мой муж никогда не отказался бы от той милой пышки, которую я вам посылала. Как её зовут? Злуша, кажется. Интересно в чём дело? Вас одолевают мужские немочи или вы предпочитаете женскому обществу мальчиков? Впрочем, это не моё дело, ведь вы не муж мне.
Злоскервиль: Не думал, что супружескую верность мне когда-либо поставят в вину. Но ведь это ещё не всё?
Злольга: Извините, если задела ваши чувства, сэр... Но, я продолжу. Вы рассказали мне, что за дубовыми дверьми с гербами Злордов находится... библиотека. Между тем, сэр Злорик не умеет читать и писать, считая это дело недостойным воина. Конечно, ему приходится посылать и получать письма, а также делать необходимые хозяйственные записи. Но для этого у него есть грамотные слуги, Зледа и я. Отец велел обучить грамоте и ещё кое-каким наукам меня и Зледу, чтобы сэкономить на писцах и секретарях в своём хозяйстве. Если капеллан и ключник занимаются ведением необходимых книг, то я иногда пишу под диктовку мужа, а ещё, я недавно начала труд под названием – «Семейные хроники Злордов».
(Смотрит на Злоскервиля с подозрением)
Об этом никто не знает, даже мой муж, потому что я хотела сделать ему сюрприз и ждала лишь появления нашего первенца, чтобы вписать в «Хроники» его имя. Что же касается помещения за дубовыми дверьми, то сэр Злорик категорически запретил мне туда входить, и я не знаю, что там находится, но сомневаюсь, что это библиотека.
Злоскервиль: У вас есть ещё какие-то доводы против того, что я являюсь вашим мужем, миледи?
Злольга: Остались лишь мелочи, но их не мог не знать сэр Злорик. Например, зал Топоров назван так из-за того, что на его стенах вывешены трофеи, взятые моим мужем в битвах. Большую часть этих трофеев составляют топоры, отсюда и название. Я никогда не поверю, что сэр Злорик мог забыть об этом. Что ещё? От вас совершенно не пахнет элем, а ведь мой муж кроме него ничего не пьёт. Даже запас драгоценного вина в подвале замка так и остаётся нетронутым. Ну и напоследок – сэр Злорик никогда бы не согласился отказаться называть меня – «Душа моя!», даже если бы я его об этом попросила.
Злоскервиль (со вздохом): Вы правы, миледи, я не сэр Злорик! Но ведь и вы не зледи Злольга...
Злольга (смотрит на него, округлив глаза): Но кто же я, по-вашему?
Злоскервиль: Моя дорогая жена – Злося, разум которой повредился в результате болезни связанной с беременностью. Но должен признать, что в логике и наблюдательности вам не откажешь... Душа моя!
Злольга (после некоторого молчания): Вы не бастард, желающий занять место моего мужа, вы кто-то ещё. Хотелось бы думать также, что вы не демон, вызванный каким-нибудь чародеем, чтобы смущать добрых христиан и сбивать их с пути истинного. Мне кажется, что и вы, и я стали жертвами какой-то запутанной интриги, в которой, возможно была даже применена алхимия или что-то в этом роде.
(снова замолкает, потом продолжает более дружелюбным тоном)
Мне жаль вас разочаровывать, но я именно та, кем представляюсь, и я не являюсь вашей женой, как и вы не являетесь моим мужем. Нам с вами необходимо во всём этом разобраться. Вы говорите, что «Хроники семьи Злордов» находятся в этой самой библиотеке? Позвольте мне на них взглянуть. Интересно, какой отрезок времени они охватывают?
Злоскервиль: Семь столетий, если мне не изменяет память.
Злольга: Ах!..
Её не взяли...
Анджелика тряхнула головой, чтобы отогнать глупую навязчивую мысль. Не её не взяли, а их всех не взяли. И даже не «не взяли», а попросили остаться в замке, поскольку на это было несколько причин.
Во-первых, после дождя сильно похолодало, лес стонал и гнулся под порывами ветра и выглядел сырым, серым и неприветливым.
- Куда в такую погоду вы босиком-то пойдёте? – махал на них руками Фиг. – И какими вернётесь обратно? Сляжете все втроём, и что нам тогда с вами делать без лекарств? Себя не жалеете, так хоть Берёзку пожалейте! Она ведь, как младенец – хрупкая.
Это было правдой. Берёзка была очень нежной и ранимой, как душевно, так и физически. Как дриада, она была сильна в своих древесных чертогах, но то была особая сила, не сравнимая с человеческой. Сейчас же она и в самом деле напоминала младенца – за ней требовался уход и присмотр, иначе это нежное существо могло погибнуть из-за незначительной мелочи. Вести её с собой в лес в такую погоду, означало подвергать подругу неоправданному смертельному риску. Оставлять в замке одну, тоже нельзя.
Во-вторых, кто-то должен был остаться, чтобы кормить Быка и убирать за ним. Странно было бы поручать это Фоллиане, несмотря на то, что она продемонстрировала уже отсутствие мстительности по отношению к тому, кто разлучил её с мужем и мог стать причиной его гибели. Анджелике так же «не светило» оставаться нянькой при Берёзке и одновременно скотницей при Быке, хоть она и не брезговала его навозом, когда надо было навести порядок в стойле. Значит, остаться в замке следовало и ей и Фоллиане сразу.
В-третьих, мужчины могли найти требующуюся им берёзу самостоятельно. Для этого дриада дала им один из своих зелёных волосков.
- Он будет показывать путь к моим древесным чертогам, едва вы выйдете наружу, - сказала Берёзка, объясняя как им найти нужное дерево. – Надо только зажать один его кончик между пальцами и отпустить другой. Но не отпускайте его совсем, а то он улетит! Это хорошо, что я не увижу больше своих древесных чертогов – они уже засохли, наверное, а мне было бы очень жаль на это смотреть. Но ничего, я выращу себе новые! А вам лучше поторопиться, иначе засыхающее дерево задушит нашего мужа!
Хорошо, что последнюю фразу не слышала Фоллиана, а то бы удержать её в замке было бы невозможно. Но, по счастью, Фоллиана в это время на что-то отвлеклась, а Анджелика сочла за лучшее ничего ей не рассказывать.
К полудню Берёзка загрустила. Причина её грусти была очевидна – девушка то и дело поглаживала живот, который отчаянно урчал. Вот тут-то и начались сложности. Ни яблоки, ни морковка, ни огурцы, ни даже шикарные апельсины, не вызвали у дриады ничего похожего на аппетит. Наоборот, она приходила в ужас от каждого предложения, как, наверное, пришёл бы в ужас человек цивилизованный, которому, не шутя, предложили бы отведать блюдо из ближнего своего.
Выяснив, что в своих древесных чертогах Берёзка питалась только соком, Фоллиана обратилась за помощью к Фигу, и тот посоветовал для начала напоить дриаду водой. Это действительно сработало, но по словам того же Фига не могло полностью заменить еду.
- Человеческие инстинкты должны, наконец, проснуться! – уверенно заявил всё знающий Фиглориус. – Но лучше, если это произойдёт поскорее, а то у неё не будет сил ноги носить.
Следующую ночь все снова провели попарно – Фиг ушёл спать на конюшню под бок к Быку, Фоллиана заботливо укрывала и гладила по головке хныкавшую во сне Берёзку, а из спальни Драси и Анджелики раздалась первая настоящая песня любви. Но утром забота о том, как накормить дриаду коснулась всех.
- Бедная травка!
Берёзку нельзя было обвинить в отсутствии логики. Наверное, на всех присутствующих точно так же подействовало бы блюдо из свеже нарезанных человеческих пальцев.
- Похоже, ей больше подошла бы мясная пища! – заметил Фиг, глядя, как Фоллиана уводит от стола подругу, которая снова взялась за своё.
- И не только ей одной, - пожала плечами Анджелика. – Но где же её взять?
- Дождь утих, - сказал Драся, посмотрев в окно. – Подождите немного, я постараюсь обернуться быстро.
Анджелика собралась было с ним, но Драся настойчиво, мягко и ласково приказал ей остаться со всеми. Девушка слегка надулась, но послушалась.
Он вернулся меньше чем через час, сжимая в руках лук и стрелы, позаимствованные в рыцарском зале, и с головы до ног увешанный утками.
- Взял грех на душу! – развёл руками тот, для кого в прошлой жизни было обычным делом задрать буйвола или слизнуть пару овец. – Птица здесь непуганая, ведь хозяева замка травоядные. Но мы, если продолжим дальше миндальничать, то ножки протянем.
Никто не подумал на это возражать. Фиг вызвался выпотрошить уток, после чего зажарить часть в камине немедленно, а остальных положить в имеющийся под кухней ледник. Он попросил только помочь ему ощипать битую птицу, если только благородное собрание не хочет отложить завтрак на следующий день.
Когда по залу поплыл ни с чем несравнимый запах свежего жаркого, Берёзка вдруг подняла голову и принюхалась. В её глазах блеснула заинтересованность, а маленький аккуратный носик, казалось, вот-вот поведёт за собой хозяйку к заветной цели.
- Слава Богу! – проговорил Фиг вполголоса. – А то я думал, уж не придётся ли нам кормить эту девицу чернозёмом? Или лучше выбрать местечко, вырыть ямку и посадить её туда, как саженец, пока она у нас не засохла.
Дело пошло на лад, но не сразу. Сначала дриада попыталась утиное мясо пить, так что её пришлось учить работать челюстями. Но когда она, наконец, поняла, как это делается, то в одиночку одолела целого селезня. Фоллиана с трудом отобрала у неё кости.
- К растительной пище тоже приучим, - уверенно сказал Фиг. – Она ей так же необходима, как любому из нас.
- Чем займёмся? – спросил Драся, когда все наелись. – Дождя, вроде не намечается.
- Вот их мужа искать пойдём, - ответил Фиг, кивнув в сторону Фоллианы и Берёзки. – Не бросать же мужика в этих самых древесных чертогах. Сам он не выберется.
- Не очень-то мне хочется его видеть, но ладно, - сказал Драся, вставая.
- Я может его бы там и оставил, ввиду прошлых заслуг, - задумчиво проговорил Фиг. – Но девчонок этих жалко. Любят его обе, я это вижу. Хотя им и друг с дружкой не скучно!
Глава 33. Семь столетий
Злольга: Ведь вы не муж мне!
Злоскервиль: О чём вы говорите, душа моя? Зледи Злольга, это я ваш муж – сэр Злорик...
Злольга: Не лгите мне! Я ли не знаю своего мужа? Да, вы похожи на него, как отражение в хорошо отполированном зеркале, но вы не он.
Злоскервиль: А кто же я, по-вашему?
Злольга (внимательно в него вглядывается): Возможно вы какой-то родственник, который хочет занять его место. Правда, он говорил мне, что все его братья пали в набегах ещё до того, как Злольгельм Зловоеватель поднял паруса, чтобы навсегда покинуть берега Злормандии. Двоюродных же братьев у него не было, так-как отец его – Злолаф Злормандский был единственным наследником прославленного ярла Злигурда Злормандского...
Злоскервиль (в сторону): Ничего себе, как она проштудировала историю! И когда только успела?
(Злольге)
Вот видите, душа моя! Как же я могу быть родственником вашего мужа, если у него не было родственников?
Злольга: Но у его отца могли быть побочные дети, а значит, у сэра Злорика есть братья-бастарды. Я подозреваю, сэр, что вы один из них.
Злоскервиль: Бастард, который ничем не отличается от законного наследника?
Злольга: Такое случается. Да, вы очень похожи, но всё же отличия есть. Вы не точная копия моего мужа, сэр бастард.
Злоскервиль (смеясь): Так в чём же вы видите отличие, душа моя?
Злольга: Будьте так любезны, сэр бастард, не называйте меня этим прозвищем. Оно священно для меня, когда звучит из уст моего супруга, но из ваших я его не приемлю. Что же касается отличий между вами и сэром Злориком, то вот они – сэр Злорик тяжелее вас телом, но легче на ногу, ведь он прирождённый воин и охотник. А ещё, он очень силён. Например, ему ничего не стоит согнуть каминную кочергу...
Злоскервиль (берёт из каминного прибора кочергу и с усилием сгибает её): Вот так, зледи Злольга?
Злольга: И завязать её в узел.
Злоскервиль (страшно пыхтит, напрягая мускулы, но всё же завязывает кочергу, после чего смахивает пот и отдувается): А что вы скажете на это?
Злольга: Очень неплохо, сэр бастард! Но моему супругу не требуется такое напряжение. Однако в вас видна благородная кровь Злолафа и Злигурда, что лишний раз убеждает меня в том, что моя догадка верна.
Злоскервиль: На вас не угодишь, миледи! Не может же мужчина быть одинаково силён всю свою жизнь.
Злольга: Вы правы, сэр бастард. Хорошо, я поверю вам, если вы правильно ответите на мои вопросы.
Злоскервиль: Задавайте ваши вопросы, зледи Злольга! Надеюсь, их будет не слишком много?
Злольга: Всего два. Итак, первый вопрос – какую драгоценность мой батюшка, князь Злодислав, дал за мной в приданое?
Злоскервиль (замявшись): Боюсь, что не смогу ответить на этот вопрос, миледи! Щедрость князя Злодислава известна, а потому мне сложно будет выделить среди ценностей, которые он дал за вами в приданое, что-либо особенное...
Злольга: Вот как? В таком случае ответьте на второй вопрос – что находится за дубовыми дверьми, прямо после зала Топоров, где ещё изображены новый и старый гербы Злордов?
Злоскервиль: Зал Топоров? Ах, да! Я и забыл, что он так называется, даже не знаю, почему его так назвали и, причём здесь топоры... А за теми дверьми находится библиотека.
Злольга: Библиотека?
Злоскервиль: Совершенно верно, миледи, библиотека – собрание уникальных книг, а так же хроники семейства Злордов. Но ведь вы же это знаете, не так ли?
Злольга (задумчиво): Сэр бастард... Если, конечно, таково ваше звание. Вынуждена сказать, что вы действительно похожи на моего мужа чрезвычайно. Настолько, что я даже пару раз усомнилась, справедливы ли мои подозрения, ведь у вас с ним даже родимые пятна одинаковые. По крайней мере, те, что я вижу не закрытыми одеждой. Временами я даже начинала думать, что схожу с ума, ведь голос и манеры у вас с ним тоже одни на двоих... Но теперь я вижу, что права – вы не сэр Злорик.
Злоскервиль: Что же вас убедило в этом, зледи Злольга?
Злольга: Вы не ответили на мои вопросы, сэр бастард, и попались во все ловушки, которые я вам расставила. И даже в те, которые вы расставили сами себе.
Злоскервиль (с добродушным смешком): Если вас не затруднит, объяснитесь, пожалуйста!
Злольга: Мой отец, князь Злодислав, известен среди соседей и соотечественников, как невероятный скряга. Когда сэр Злорик сватался ко мне, то заявил, что не желает получить ни единой монеты из богатств князя Злодислава, чем окончательно покорил его сердце. Моё приданое составили десять полотняных рубах, пять шалей и один черепаховый гребень, который отец никак не хотел отдавать и расстался с ним, лишь скрепя сердце. Но одну драгоценность мой муж всё же получил за мной в приданое. Этой драгоценностью была юная служанка-наложница, как две капли воды похожая на меня. Догадываетесь почему? Да, старый скупец, таким образом, не потратил на меня ни гроша, сделал ценный подарок своему зятю и пристроил побочную дочь. Но всё вышло к лучшему – Зледа моя лучшая подруга с детских лет. Я очень горевала, что нам придётся расстаться из-за моего замужества и несказанно обрадовалась, узнав, что этого не случиться. Я счастлива, видеть её рядом с собой и рада тому, что она замещает меня в постели сэра Злорика, когда я не могу служить ему, как подобает преданной и любящей супруге. Правда, сэр Злорик не обходит вниманием и других служанок, чего нельзя сказать о вас, сэр бастард. Мой муж никогда не отказался бы от той милой пышки, которую я вам посылала. Как её зовут? Злуша, кажется. Интересно в чём дело? Вас одолевают мужские немочи или вы предпочитаете женскому обществу мальчиков? Впрочем, это не моё дело, ведь вы не муж мне.
Злоскервиль: Не думал, что супружескую верность мне когда-либо поставят в вину. Но ведь это ещё не всё?
Злольга: Извините, если задела ваши чувства, сэр... Но, я продолжу. Вы рассказали мне, что за дубовыми дверьми с гербами Злордов находится... библиотека. Между тем, сэр Злорик не умеет читать и писать, считая это дело недостойным воина. Конечно, ему приходится посылать и получать письма, а также делать необходимые хозяйственные записи. Но для этого у него есть грамотные слуги, Зледа и я. Отец велел обучить грамоте и ещё кое-каким наукам меня и Зледу, чтобы сэкономить на писцах и секретарях в своём хозяйстве. Если капеллан и ключник занимаются ведением необходимых книг, то я иногда пишу под диктовку мужа, а ещё, я недавно начала труд под названием – «Семейные хроники Злордов».
(Смотрит на Злоскервиля с подозрением)
Об этом никто не знает, даже мой муж, потому что я хотела сделать ему сюрприз и ждала лишь появления нашего первенца, чтобы вписать в «Хроники» его имя. Что же касается помещения за дубовыми дверьми, то сэр Злорик категорически запретил мне туда входить, и я не знаю, что там находится, но сомневаюсь, что это библиотека.
Злоскервиль: У вас есть ещё какие-то доводы против того, что я являюсь вашим мужем, миледи?
Злольга: Остались лишь мелочи, но их не мог не знать сэр Злорик. Например, зал Топоров назван так из-за того, что на его стенах вывешены трофеи, взятые моим мужем в битвах. Большую часть этих трофеев составляют топоры, отсюда и название. Я никогда не поверю, что сэр Злорик мог забыть об этом. Что ещё? От вас совершенно не пахнет элем, а ведь мой муж кроме него ничего не пьёт. Даже запас драгоценного вина в подвале замка так и остаётся нетронутым. Ну и напоследок – сэр Злорик никогда бы не согласился отказаться называть меня – «Душа моя!», даже если бы я его об этом попросила.
Злоскервиль (со вздохом): Вы правы, миледи, я не сэр Злорик! Но ведь и вы не зледи Злольга...
Злольга (смотрит на него, округлив глаза): Но кто же я, по-вашему?
Злоскервиль: Моя дорогая жена – Злося, разум которой повредился в результате болезни связанной с беременностью. Но должен признать, что в логике и наблюдательности вам не откажешь... Душа моя!
Злольга (после некоторого молчания): Вы не бастард, желающий занять место моего мужа, вы кто-то ещё. Хотелось бы думать также, что вы не демон, вызванный каким-нибудь чародеем, чтобы смущать добрых христиан и сбивать их с пути истинного. Мне кажется, что и вы, и я стали жертвами какой-то запутанной интриги, в которой, возможно была даже применена алхимия или что-то в этом роде.
(снова замолкает, потом продолжает более дружелюбным тоном)
Мне жаль вас разочаровывать, но я именно та, кем представляюсь, и я не являюсь вашей женой, как и вы не являетесь моим мужем. Нам с вами необходимо во всём этом разобраться. Вы говорите, что «Хроники семьи Злордов» находятся в этой самой библиотеке? Позвольте мне на них взглянуть. Интересно, какой отрезок времени они охватывают?
Злоскервиль: Семь столетий, если мне не изменяет память.
Злольга: Ах!..
Глава 34. Обязательно дождётся
Её не взяли...
Анджелика тряхнула головой, чтобы отогнать глупую навязчивую мысль. Не её не взяли, а их всех не взяли. И даже не «не взяли», а попросили остаться в замке, поскольку на это было несколько причин.
Во-первых, после дождя сильно похолодало, лес стонал и гнулся под порывами ветра и выглядел сырым, серым и неприветливым.
- Куда в такую погоду вы босиком-то пойдёте? – махал на них руками Фиг. – И какими вернётесь обратно? Сляжете все втроём, и что нам тогда с вами делать без лекарств? Себя не жалеете, так хоть Берёзку пожалейте! Она ведь, как младенец – хрупкая.
Это было правдой. Берёзка была очень нежной и ранимой, как душевно, так и физически. Как дриада, она была сильна в своих древесных чертогах, но то была особая сила, не сравнимая с человеческой. Сейчас же она и в самом деле напоминала младенца – за ней требовался уход и присмотр, иначе это нежное существо могло погибнуть из-за незначительной мелочи. Вести её с собой в лес в такую погоду, означало подвергать подругу неоправданному смертельному риску. Оставлять в замке одну, тоже нельзя.
Во-вторых, кто-то должен был остаться, чтобы кормить Быка и убирать за ним. Странно было бы поручать это Фоллиане, несмотря на то, что она продемонстрировала уже отсутствие мстительности по отношению к тому, кто разлучил её с мужем и мог стать причиной его гибели. Анджелике так же «не светило» оставаться нянькой при Берёзке и одновременно скотницей при Быке, хоть она и не брезговала его навозом, когда надо было навести порядок в стойле. Значит, остаться в замке следовало и ей и Фоллиане сразу.
В-третьих, мужчины могли найти требующуюся им берёзу самостоятельно. Для этого дриада дала им один из своих зелёных волосков.
- Он будет показывать путь к моим древесным чертогам, едва вы выйдете наружу, - сказала Берёзка, объясняя как им найти нужное дерево. – Надо только зажать один его кончик между пальцами и отпустить другой. Но не отпускайте его совсем, а то он улетит! Это хорошо, что я не увижу больше своих древесных чертогов – они уже засохли, наверное, а мне было бы очень жаль на это смотреть. Но ничего, я выращу себе новые! А вам лучше поторопиться, иначе засыхающее дерево задушит нашего мужа!
Хорошо, что последнюю фразу не слышала Фоллиана, а то бы удержать её в замке было бы невозможно. Но, по счастью, Фоллиана в это время на что-то отвлеклась, а Анджелика сочла за лучшее ничего ей не рассказывать.
