Новая уборщица усердно, при этом неторопливо вычищала клетки в зверинце, приносила животным еду и постаралась обратить на себя внимание, когда однажды утром к вольерам пришли несколько человек, среди которых она узнала по описаниям Фаруха. Посетители в штатской одежде ничем не отличались на первый взгляд от обычных гостей «Рая», но обсуждали животных с явным научным интересом. До слуха Джуди долетали непонятные термины. Мужчины переходили от клетки к клетке, задержались напротив орангутанга Пьетро – молчаливого и ленивого. Большую часть дня занятого приемом пищи, развернувшись к посетителям и работникам зверинца оранжевой с красными всполохами спиной.
Волосы Джуди были такими же яркими, поэтому, оказавшись недалеко от вольера Пьетро, она «случайно» уронила с головы форменный платок, быстро заслужив несколько фраз по поводу своей прически. Оставалось еще приветливо улыбнуться, глядя в черные глаза невысокого мужчины с орлиным носом.
Люси, которая влетела вечером в комнату Джуди и Кристины, светилась от счастья, будто выиграла в лотерее, а не пришла сообщить, что со следующего дня рыженькую Сэл переводят из зверинца кормить лабораторных животных. Под легкий смех девчонки Джуди испытала сразу и радость, и сомнение, не схватила ли она, как глупая рыба, заранее приготовленную для нее наживку?
– Кстати, я договорилась, чтобы тебя раз в три дня отпускали на пару часов в город, – сообщила Сандерс перед уходом. – Ты же недавно в Дриме, вот и пользуйся возможностью с ним познакомиться. Только расписку носи всегда с собой.
В последние месяцы на улицах города Мечты особенно часто проверяли документы и контролировали все выезды. Сердце Острова губкой вбирало в себя всех прибывающих, но не выпускало проигравшихся в казино и других должников.
Сама Люси жила за пределами отеля, и ей почему-то снова вздумалось позаботиться о новенькой работнице.
Обрадованная возможностью Джуди не стала ломать голову о причинах поступков Сандерс и каждые три дня, меняя виды транспорта и преодолевая последнюю часть пути пешком, добиралась до склада. Каждый раз она надеялась, что Тигр окажется на месте. В медных глазах будет сверкать радость от встречи, а не плохо сдерживаемая ярость.
Джуди было так одиноко в ослепительном Дриме! Так сложно прятаться от сомнений, что, ввязавшись не в свое дело, ничего не добьется. Или того хуже – все испортит и лишь попадет в неприятности сама. Чтобы продолжать верить в свои силы и сдерживать волнение, ей необходимо было хотя бы недолго – всего полчаса – слышать урчание громадного кота, чувствовать тепло полосатого тела и ощущать, как влажный нос тычется ей в макушку или лицо.
Тендер рассталась с надеждой, что зверь поможет ей чем-то, как когда задумывала эту поездку, но ей помогало делиться с Тигром всем, что происходит с ней, и тем, что видит в «Раю». Тогда ей казалось, что она не одна.
К сожалению, зверь часто находился внутри вахтерской, куда прятался сам, чувствуя, что становится опасен. Или же склад оказывался пуст, и хищник не возвращался в течение того получаса, что могла подождать Джуди, – большая часть ее свободного времени уходила на дорогу. В такие дни Тендер с трудом сдерживала слезы разочарования и доверяла свои рассказы пыли, кружившей в воздухе склада.
– Лаборатория очень странная, – жаловалась она. – В ней нет людей, одетых в белые халаты. Все сотрудники похожи на обычных служащих или программистов, везде стоят компьютеры. Хотя в некоторых комнатах есть еще столы для опытов с громадными микроскопами и термо-шкафы с чашками Петри и еще множество странных приборов. Я видела мягкие шлемы из прозрачных тонких нитей, окутанные темными проводами. О них спорят, их подключают к мониторам и компьютерам. При этом люди в лаборатории часто болтают о погоде, сплетничают про чужих любовниц и жен, заигрывают со мной. Пьют кофе, едят шоколад и чипсы. Они такие же, как работники в мэрии или в Управлении. У них на головах нет рогов, из штанов не торчат хвосты, и все же за теми стенами творится что-то неправильное. Все эти обычные на вид сотрудники участвуют в этом, – признавалась Тендер пустоте.
– Есть еще «бокс» – особая часть здания, перекрытая тяжелой металлической дверью. За ней исчезают Фарух и еще несколько человек из тех, что приходили к клеткам зверинца. Вот этих людей легко можно представить в белых халатах врачей. У меня нет туда доступа. Там, где бываю я, есть три аквариума с рыбками, десять клеток с белоснежными крысами. Еще я кормлю морскую свинку и любимца работников лаборатории – енота. Начальство требует от всех закрывать его в клетку, но Боец все равно почти всегда свободно бегает из комнаты в комнату или по коридорам корпуса и хулиганит. Я даже видела пару раз, как его выгоняли из «бокса». Енота иногда обзывают Неудачным Экспериментом или Удачным Балбесом. Похоже, зверек не оправдал чьих-то ожиданий. Но я ни разу не видела, чтобы кто-то занимался его программированием. У Бойца всегда наивный взгляд, и он очень забавен в своей глупости... Как Люси, – добавила Джуди и замолчала на несколько минут. В этот раз она рассказывала не пустоте, а Тигру, который лежал рядом, вылизывая огромные лапы. – Еноту многое прощают. Например, воровство – он тащит к себе в клетку ручки и флакончики с реактивами.
– Представляешь?! Сегодня Бойца наказали за то, что он утопил в вазе для цветов диск с важной информацией. – Джуди сидела на полу возле закрытой вахтерской, а через стенку от нее метался зверь. – Бойцом, между прочим, его назвали потому, что он яростно защищает свои богатства. – Тендер вдруг всхлипнула и призналась: – Я боюсь! Боюсь, Тигр! Я в «Раю» уже больше трех недель, но по-прежнему ничего не узнала. Где искать? Что искать? И все чаще начинаю думать, что скоро станет поздно! Ты почти никогда больше не слушаешь меня.
Она поднялась с пола и, достав из тайника, что организовала недалеко от спальников, металлический браслет, стала рассматривать знаки на нем. Иногда ей казалось, что все дело именно в нем, в этом браслете. И то, что зверь все чаще сходит с ума и становится неуправляемым, тоже связано с куском металла в ее руках, вернее, с тем, что Джуди не знала, как им пользоваться. Но она не решалась нажимать непонятные символы.
Браслет был родом из лабораторий, и это подтверждало, что Тендер находится там, где надо. Она видела похожие металлические пластины у компьютеров в комнате с аквариумом. С нанесенными на них знаками и без.
Джуди решила забрать браслет с собой и лучше припрятать его в своей комнате в «Раю». Ей больше не хотелось оставлять его на складе.
– Они влезли в голову Пьетро – орангутангу – у него появилась на лбу бляшка размером с монету. Его забирали в «бокс» и теперь держат в клетке внутри лабораторий. И мне кажется, что один из мягких шлемов уже на него надевали. Что это значит? Обезьяну готовят для чего-то? Или для кого-то? Или все уже случилось?! Как мне искать ответы? Может, они связаны с продолговатыми ключами, которые хранятся в небольшом сейфе? Но у меня не получается подсмотреть код…
– Вчера мне удалось попасть в пустую лабораторию, и я хотела изучить дверцу этого сейфа. Слышишь?! – Джуди сидела на полу у вахтерской и злилась, что ей не с кем разделить пережитый несколько часов назад ужас. – Мне было очень страшно там находиться. У меня ничего не получилось! И Люси увидела меня у этого дурацкого сейфа. Это значит, она следит за мной? Иначе как бы она оказалась в коридоре именно в тот самый момент? И знаешь, что случилось, когда я едва не потеряла сознание от страха, увидев ее? Знаешь?! Она просто ушла! Развернулась, как если бы ничего не заметила, и ушла! Почему? Кто мне скажет? Меня до сих пор никто не схватил, не арестовал, не пристрелил. Девчонка ведет себя, словно ничего не было, и я не понимаю, что ей от меня нужно? И я все время теперь боюсь. Где тебя искать, Рэй?!
Вопль Джуди в высокий потолок склада подхватили танцующие пылинки. Их закружило под раздраженный вой Тигра.
Но, похоже, в сумеречной вышине склада подслушивала сама Удача. Та самая, которую заговаривали оперативники, прежде чем отправиться на Остров. Она впитала отчаянные женские просьбы, и утром следующего дня сделала для Джуди особый подарок.
Но, может, это была вовсе не Удача, а затянулась еще одна петля силков, расставленных на глупую жертву, когда Люси остановила Тендер в саду и спросила:
– У тебя сейчас свободное время? Не хочешь мне помочь? Пойдем, я покажу, где держат управленческих обезьян.
Джуди сбилась с шага, быстро отвернулась, чтобы не выдать себя, и попыталась успокоить сердце, которому стало тесно в груди.
Перегородив ей дорогу, Люси замерла, словно прислушиваясь к ее дыханию, и пытливо заглядывала Джуди в лицо.
– Каких обезьян? – выдавила та из себя.
– Управленческих. Тех, кому не сидится на Большой земле, и кому не терпится сунуть свой длинный нос не в свои дела. Идешь со мной?
– Иду, – кажется, Тендер кивнула слишком быстро.
Неважно.
Может быть, всего через несколько минут. Через несколько шагов. Она увидит...
Что тогда сделает? Сможет ли сдержаться?!
Лишь бы все не испортить.
Боец или Неудачный эксперимент в лаборатории
Маленькую тюрьму «Рая» опустили под землю. Она состояла всего из шести камер, из которых занятыми оказались только три.
Люси открывала двери с решетками и ставила через прутья на небольшую полочку внутри кружку с водой и миску с едой.
– Бывший ночной портье, – объявила она у первой камеры.
Джуди увидела незнакомого мужчину средних лет.
– Он украл драгоценности у одного из постояльцев отеля, теперь вот пока сидит здесь.
– Гость с Большой земли, – проговорила девчонка у второй камеры.
Джуди сжала кулаки, впиваясь ногтями в ладони и заставляя себя смотреть, почти не мигая. Внутри находился молодой парень. Небритый, с потухшим взглядом, совершенно ей незнакомый. Тендер никогда не видела его в коридорах Управления или на фотографиях личных дел в отделе кадров. Конечно, она не могла знать всех сотрудников. Но скорее всего, этот мужчина не имел к оперативникам никакого отношения.
– И еще один, – громко усмехнулась Люси, – самый наглый из всех! – открыв дверь, она постучала по решетке, привлекая внимание пленника.
На жесткой лавке, лицом к стене лежал мужчина. Рост, комплекция, цвет волос...
Рэй!
В глазах потемнело, и Джуди изо всех сил вцепилась в косяк двери.
С чего она решила, что ей хватит сил? Смелости. Трусихе Джуди Тендер?!
Которая никак не могла справиться со своими эмоциями, превратившимися в удавку. Только и получилось, что сдержать рвущийся из горла крик.
– Привет, урод, не хочешь сладкого?
Мужчина на лавке сел и повел плечами, разворачиваясь к посетительницам.
Перед Джуди был Котовский.
Не зря в Управлении говорили, что Дим и Рэй похожи. Особенно со спины. Пока не увидишь длинный волнистый чуб Дима.
Парень скользнул по девушкам оценивающим взглядом и с кривой усмешкой задержался на Люси.
– Обманщица ты, Люська. А ведь я тебе даже чупа-чупс притащил на целых два килограмма.
– Жаль, что я его об твою голову не разбила.
– Нет, ты им стену пробить пыталась. – Котовский поднялся с лавки и подошел поближе к решетке. – Или это ты его так на мелкие крошки расчленяла, чтобы было удобнее есть?
Джуди отвернулась, скрывая облегчение, слишком похожее на разочарование. Или наоборот? Одно было ясно – из нее вышла плохая актриса – если бы не хладнокровность Котовского и то, как он отвлек на себя внимание Люси, Тендер бы выдала себя.
– Что это у тебя?! – в нервном девичьем голосе зазвенело возмущение.
Джуди посмотрела на Дима. Рукав рубашки, завернутый до локтя, задрался немного вверх, когда парень потянулся за миской с едой, оголяя синяки у вен.
– Кровь у меня выкачивали, Люсь. Вампиры ваши райские. И вливали разные мутные жидкости. Не подскажешь, зачем?
– Зачем? – растерялась Люси.
– И скафандр мне примеряли, может, в космос хотят запустить?
– Зачем? – снова повторила девчонка.
– Это я тебя спрашиваю, Люськ, – рассмеялся Котовский. – Хотя ты – верный Острову папуас. Своих людоедов не сдаешь.
Сандерс громко фыркнула, быстро становясь сама собой, и развернулась к спутнице:
– Нет, я только чужих привожу.
Если она хотела высмотреть на лице Джуди какие-то особенные эмоции, то опоздала – горе-шпионка успела взять себя в руки и лишь недоуменно пожала плечами, показывая, что не понимает, зачем они задержалась у этой камеры, и на что намекает Люси.
А девчонка все разглядывала то ее, то Котовского. Джуди даже показалось, что с затаенной ревностью. Но когда минут через десять девушки выходили из подвала во двор, Тендер решила, что ошиблась. Люси была явно чем-то раздражена и сердилась.
– Тебе что, трудно еще поулыбаться Фаруху? – вдруг спросила она.
– Я ведь и так уже кормлю лабораторных животных? – растерялась Джуди.
– А если бы он разрешил тебе мыть пробирки в «боксе»? Там платят больше!
– Почему ты сама ему тогда не поулыбаешься?
– Рожей не вышла, – со злостью выплюнула Люси. – Он на меня никакого внимания не обращает. Ему больше нравятся такие, как ты – антиквариат.
– А я говорю, это Боец его куда-то задевал, – услышала Джуди голоса, как только появилась в лаборатории с тележкой, полной кормов для животных.
– Сэл! А вот и Сэл… Пойдем, он тебе руки еще не кусал, – проговорил Жак, смешливый пожилой мужчина, который постоянно носил в карманах леденцы и карамельки и часто дарил, в том числе и Джуди и еноту.
– Правильно, может, он хоть красивую женщину пожалеет? – добавил Сераф – самый молодой из работников этой смены.
– О ком речь? – спросила Джуди, хотя уже догадывалась, что услышит.
– Боец стащил ключ и куда-то его задевал. Никак найти не можем. А за пропажу нам такое устроят! – признался Сераф. – Ты поищи в клетке, пока мы с ребятами будем его отвлекать.
Ключ, который припрятал енот, был одним из тех, продолговатых, необычных, из сейфа. Но в клетке зверька его тоже не нашлось. Испытывая необъяснимое волнение, Джуди включилась в поиски. Она смотрела за шкафами и под ними, даже проверила в мышиной норке, подсвечивая фонариком и ковыряя карандашом.
За диваном обнаружилось еще одно секретное место Бойца, из которого достали семь ручек, три заплесневелых яблочных огрызка и моток ниток.
– Мои пропавшие запонки! – прокричал Жак.
Много мелких шариков из конфетных оберток.
– Джойстик моего сына… Я брал на работу, чтобы починить.
– Кольцо Юдит на помолвку! А ведь я его в машине искал!
Неслось с разных сторон, пока Сераф держал дверь в комнату закрытой, а из коридора в нее бился енот – с визгом, достойным Люси, и ударами гораздо тяжелее, чем вес его тела.
– Ключа нет.
Судя по встревоженным лицам, в лаборатории назревал серьезный скандал. Головы могли полететь не только за то, что енота снова выпустили из клетки, но за ключ от какой-то капсулы био-хранилища.
– Нервы у начальства и так на пределе. В «Рай» внезапно заявилась делегация с Большой земли, а у нас операция на носу, – сетовал Жак.
Волосы Джуди были такими же яркими, поэтому, оказавшись недалеко от вольера Пьетро, она «случайно» уронила с головы форменный платок, быстро заслужив несколько фраз по поводу своей прически. Оставалось еще приветливо улыбнуться, глядя в черные глаза невысокого мужчины с орлиным носом.
Люси, которая влетела вечером в комнату Джуди и Кристины, светилась от счастья, будто выиграла в лотерее, а не пришла сообщить, что со следующего дня рыженькую Сэл переводят из зверинца кормить лабораторных животных. Под легкий смех девчонки Джуди испытала сразу и радость, и сомнение, не схватила ли она, как глупая рыба, заранее приготовленную для нее наживку?
– Кстати, я договорилась, чтобы тебя раз в три дня отпускали на пару часов в город, – сообщила Сандерс перед уходом. – Ты же недавно в Дриме, вот и пользуйся возможностью с ним познакомиться. Только расписку носи всегда с собой.
В последние месяцы на улицах города Мечты особенно часто проверяли документы и контролировали все выезды. Сердце Острова губкой вбирало в себя всех прибывающих, но не выпускало проигравшихся в казино и других должников.
Сама Люси жила за пределами отеля, и ей почему-то снова вздумалось позаботиться о новенькой работнице.
Обрадованная возможностью Джуди не стала ломать голову о причинах поступков Сандерс и каждые три дня, меняя виды транспорта и преодолевая последнюю часть пути пешком, добиралась до склада. Каждый раз она надеялась, что Тигр окажется на месте. В медных глазах будет сверкать радость от встречи, а не плохо сдерживаемая ярость.
Джуди было так одиноко в ослепительном Дриме! Так сложно прятаться от сомнений, что, ввязавшись не в свое дело, ничего не добьется. Или того хуже – все испортит и лишь попадет в неприятности сама. Чтобы продолжать верить в свои силы и сдерживать волнение, ей необходимо было хотя бы недолго – всего полчаса – слышать урчание громадного кота, чувствовать тепло полосатого тела и ощущать, как влажный нос тычется ей в макушку или лицо.
Тендер рассталась с надеждой, что зверь поможет ей чем-то, как когда задумывала эту поездку, но ей помогало делиться с Тигром всем, что происходит с ней, и тем, что видит в «Раю». Тогда ей казалось, что она не одна.
К сожалению, зверь часто находился внутри вахтерской, куда прятался сам, чувствуя, что становится опасен. Или же склад оказывался пуст, и хищник не возвращался в течение того получаса, что могла подождать Джуди, – большая часть ее свободного времени уходила на дорогу. В такие дни Тендер с трудом сдерживала слезы разочарования и доверяла свои рассказы пыли, кружившей в воздухе склада.
– Лаборатория очень странная, – жаловалась она. – В ней нет людей, одетых в белые халаты. Все сотрудники похожи на обычных служащих или программистов, везде стоят компьютеры. Хотя в некоторых комнатах есть еще столы для опытов с громадными микроскопами и термо-шкафы с чашками Петри и еще множество странных приборов. Я видела мягкие шлемы из прозрачных тонких нитей, окутанные темными проводами. О них спорят, их подключают к мониторам и компьютерам. При этом люди в лаборатории часто болтают о погоде, сплетничают про чужих любовниц и жен, заигрывают со мной. Пьют кофе, едят шоколад и чипсы. Они такие же, как работники в мэрии или в Управлении. У них на головах нет рогов, из штанов не торчат хвосты, и все же за теми стенами творится что-то неправильное. Все эти обычные на вид сотрудники участвуют в этом, – признавалась Тендер пустоте.
– Есть еще «бокс» – особая часть здания, перекрытая тяжелой металлической дверью. За ней исчезают Фарух и еще несколько человек из тех, что приходили к клеткам зверинца. Вот этих людей легко можно представить в белых халатах врачей. У меня нет туда доступа. Там, где бываю я, есть три аквариума с рыбками, десять клеток с белоснежными крысами. Еще я кормлю морскую свинку и любимца работников лаборатории – енота. Начальство требует от всех закрывать его в клетку, но Боец все равно почти всегда свободно бегает из комнаты в комнату или по коридорам корпуса и хулиганит. Я даже видела пару раз, как его выгоняли из «бокса». Енота иногда обзывают Неудачным Экспериментом или Удачным Балбесом. Похоже, зверек не оправдал чьих-то ожиданий. Но я ни разу не видела, чтобы кто-то занимался его программированием. У Бойца всегда наивный взгляд, и он очень забавен в своей глупости... Как Люси, – добавила Джуди и замолчала на несколько минут. В этот раз она рассказывала не пустоте, а Тигру, который лежал рядом, вылизывая огромные лапы. – Еноту многое прощают. Например, воровство – он тащит к себе в клетку ручки и флакончики с реактивами.
– Представляешь?! Сегодня Бойца наказали за то, что он утопил в вазе для цветов диск с важной информацией. – Джуди сидела на полу возле закрытой вахтерской, а через стенку от нее метался зверь. – Бойцом, между прочим, его назвали потому, что он яростно защищает свои богатства. – Тендер вдруг всхлипнула и призналась: – Я боюсь! Боюсь, Тигр! Я в «Раю» уже больше трех недель, но по-прежнему ничего не узнала. Где искать? Что искать? И все чаще начинаю думать, что скоро станет поздно! Ты почти никогда больше не слушаешь меня.
Она поднялась с пола и, достав из тайника, что организовала недалеко от спальников, металлический браслет, стала рассматривать знаки на нем. Иногда ей казалось, что все дело именно в нем, в этом браслете. И то, что зверь все чаще сходит с ума и становится неуправляемым, тоже связано с куском металла в ее руках, вернее, с тем, что Джуди не знала, как им пользоваться. Но она не решалась нажимать непонятные символы.
Браслет был родом из лабораторий, и это подтверждало, что Тендер находится там, где надо. Она видела похожие металлические пластины у компьютеров в комнате с аквариумом. С нанесенными на них знаками и без.
Джуди решила забрать браслет с собой и лучше припрятать его в своей комнате в «Раю». Ей больше не хотелось оставлять его на складе.
– Они влезли в голову Пьетро – орангутангу – у него появилась на лбу бляшка размером с монету. Его забирали в «бокс» и теперь держат в клетке внутри лабораторий. И мне кажется, что один из мягких шлемов уже на него надевали. Что это значит? Обезьяну готовят для чего-то? Или для кого-то? Или все уже случилось?! Как мне искать ответы? Может, они связаны с продолговатыми ключами, которые хранятся в небольшом сейфе? Но у меня не получается подсмотреть код…
– Вчера мне удалось попасть в пустую лабораторию, и я хотела изучить дверцу этого сейфа. Слышишь?! – Джуди сидела на полу у вахтерской и злилась, что ей не с кем разделить пережитый несколько часов назад ужас. – Мне было очень страшно там находиться. У меня ничего не получилось! И Люси увидела меня у этого дурацкого сейфа. Это значит, она следит за мной? Иначе как бы она оказалась в коридоре именно в тот самый момент? И знаешь, что случилось, когда я едва не потеряла сознание от страха, увидев ее? Знаешь?! Она просто ушла! Развернулась, как если бы ничего не заметила, и ушла! Почему? Кто мне скажет? Меня до сих пор никто не схватил, не арестовал, не пристрелил. Девчонка ведет себя, словно ничего не было, и я не понимаю, что ей от меня нужно? И я все время теперь боюсь. Где тебя искать, Рэй?!
Вопль Джуди в высокий потолок склада подхватили танцующие пылинки. Их закружило под раздраженный вой Тигра.
Но, похоже, в сумеречной вышине склада подслушивала сама Удача. Та самая, которую заговаривали оперативники, прежде чем отправиться на Остров. Она впитала отчаянные женские просьбы, и утром следующего дня сделала для Джуди особый подарок.
Но, может, это была вовсе не Удача, а затянулась еще одна петля силков, расставленных на глупую жертву, когда Люси остановила Тендер в саду и спросила:
– У тебя сейчас свободное время? Не хочешь мне помочь? Пойдем, я покажу, где держат управленческих обезьян.
Джуди сбилась с шага, быстро отвернулась, чтобы не выдать себя, и попыталась успокоить сердце, которому стало тесно в груди.
Перегородив ей дорогу, Люси замерла, словно прислушиваясь к ее дыханию, и пытливо заглядывала Джуди в лицо.
– Каких обезьян? – выдавила та из себя.
– Управленческих. Тех, кому не сидится на Большой земле, и кому не терпится сунуть свой длинный нос не в свои дела. Идешь со мной?
– Иду, – кажется, Тендер кивнула слишком быстро.
Неважно.
Может быть, всего через несколько минут. Через несколько шагов. Она увидит...
Что тогда сделает? Сможет ли сдержаться?!
Лишь бы все не испортить.
Боец или Неудачный эксперимент в лаборатории
***
Маленькую тюрьму «Рая» опустили под землю. Она состояла всего из шести камер, из которых занятыми оказались только три.
Люси открывала двери с решетками и ставила через прутья на небольшую полочку внутри кружку с водой и миску с едой.
– Бывший ночной портье, – объявила она у первой камеры.
Джуди увидела незнакомого мужчину средних лет.
– Он украл драгоценности у одного из постояльцев отеля, теперь вот пока сидит здесь.
– Гость с Большой земли, – проговорила девчонка у второй камеры.
Джуди сжала кулаки, впиваясь ногтями в ладони и заставляя себя смотреть, почти не мигая. Внутри находился молодой парень. Небритый, с потухшим взглядом, совершенно ей незнакомый. Тендер никогда не видела его в коридорах Управления или на фотографиях личных дел в отделе кадров. Конечно, она не могла знать всех сотрудников. Но скорее всего, этот мужчина не имел к оперативникам никакого отношения.
– И еще один, – громко усмехнулась Люси, – самый наглый из всех! – открыв дверь, она постучала по решетке, привлекая внимание пленника.
На жесткой лавке, лицом к стене лежал мужчина. Рост, комплекция, цвет волос...
Рэй!
В глазах потемнело, и Джуди изо всех сил вцепилась в косяк двери.
С чего она решила, что ей хватит сил? Смелости. Трусихе Джуди Тендер?!
Которая никак не могла справиться со своими эмоциями, превратившимися в удавку. Только и получилось, что сдержать рвущийся из горла крик.
– Привет, урод, не хочешь сладкого?
Мужчина на лавке сел и повел плечами, разворачиваясь к посетительницам.
Перед Джуди был Котовский.
Не зря в Управлении говорили, что Дим и Рэй похожи. Особенно со спины. Пока не увидишь длинный волнистый чуб Дима.
Парень скользнул по девушкам оценивающим взглядом и с кривой усмешкой задержался на Люси.
– Обманщица ты, Люська. А ведь я тебе даже чупа-чупс притащил на целых два килограмма.
– Жаль, что я его об твою голову не разбила.
– Нет, ты им стену пробить пыталась. – Котовский поднялся с лавки и подошел поближе к решетке. – Или это ты его так на мелкие крошки расчленяла, чтобы было удобнее есть?
Джуди отвернулась, скрывая облегчение, слишком похожее на разочарование. Или наоборот? Одно было ясно – из нее вышла плохая актриса – если бы не хладнокровность Котовского и то, как он отвлек на себя внимание Люси, Тендер бы выдала себя.
– Что это у тебя?! – в нервном девичьем голосе зазвенело возмущение.
Джуди посмотрела на Дима. Рукав рубашки, завернутый до локтя, задрался немного вверх, когда парень потянулся за миской с едой, оголяя синяки у вен.
– Кровь у меня выкачивали, Люсь. Вампиры ваши райские. И вливали разные мутные жидкости. Не подскажешь, зачем?
– Зачем? – растерялась Люси.
– И скафандр мне примеряли, может, в космос хотят запустить?
– Зачем? – снова повторила девчонка.
– Это я тебя спрашиваю, Люськ, – рассмеялся Котовский. – Хотя ты – верный Острову папуас. Своих людоедов не сдаешь.
Сандерс громко фыркнула, быстро становясь сама собой, и развернулась к спутнице:
– Нет, я только чужих привожу.
Если она хотела высмотреть на лице Джуди какие-то особенные эмоции, то опоздала – горе-шпионка успела взять себя в руки и лишь недоуменно пожала плечами, показывая, что не понимает, зачем они задержалась у этой камеры, и на что намекает Люси.
А девчонка все разглядывала то ее, то Котовского. Джуди даже показалось, что с затаенной ревностью. Но когда минут через десять девушки выходили из подвала во двор, Тендер решила, что ошиблась. Люси была явно чем-то раздражена и сердилась.
– Тебе что, трудно еще поулыбаться Фаруху? – вдруг спросила она.
– Я ведь и так уже кормлю лабораторных животных? – растерялась Джуди.
– А если бы он разрешил тебе мыть пробирки в «боксе»? Там платят больше!
– Почему ты сама ему тогда не поулыбаешься?
– Рожей не вышла, – со злостью выплюнула Люси. – Он на меня никакого внимания не обращает. Ему больше нравятся такие, как ты – антиквариат.
– А я говорю, это Боец его куда-то задевал, – услышала Джуди голоса, как только появилась в лаборатории с тележкой, полной кормов для животных.
– Сэл! А вот и Сэл… Пойдем, он тебе руки еще не кусал, – проговорил Жак, смешливый пожилой мужчина, который постоянно носил в карманах леденцы и карамельки и часто дарил, в том числе и Джуди и еноту.
– Правильно, может, он хоть красивую женщину пожалеет? – добавил Сераф – самый молодой из работников этой смены.
– О ком речь? – спросила Джуди, хотя уже догадывалась, что услышит.
– Боец стащил ключ и куда-то его задевал. Никак найти не можем. А за пропажу нам такое устроят! – признался Сераф. – Ты поищи в клетке, пока мы с ребятами будем его отвлекать.
Ключ, который припрятал енот, был одним из тех, продолговатых, необычных, из сейфа. Но в клетке зверька его тоже не нашлось. Испытывая необъяснимое волнение, Джуди включилась в поиски. Она смотрела за шкафами и под ними, даже проверила в мышиной норке, подсвечивая фонариком и ковыряя карандашом.
За диваном обнаружилось еще одно секретное место Бойца, из которого достали семь ручек, три заплесневелых яблочных огрызка и моток ниток.
– Мои пропавшие запонки! – прокричал Жак.
Много мелких шариков из конфетных оберток.
– Джойстик моего сына… Я брал на работу, чтобы починить.
– Кольцо Юдит на помолвку! А ведь я его в машине искал!
Неслось с разных сторон, пока Сераф держал дверь в комнату закрытой, а из коридора в нее бился енот – с визгом, достойным Люси, и ударами гораздо тяжелее, чем вес его тела.
– Ключа нет.
Судя по встревоженным лицам, в лаборатории назревал серьезный скандал. Головы могли полететь не только за то, что енота снова выпустили из клетки, но за ключ от какой-то капсулы био-хранилища.
– Нервы у начальства и так на пределе. В «Рай» внезапно заявилась делегация с Большой земли, а у нас операция на носу, – сетовал Жак.
