Крепких, требовательных, отчаянных, оживляющих и даривших шальную надежду. Поцелуев не случилось – зато лоб прижался ко лбу, шершавая щека потерлась о гладкую щеку, нос уткнулся в висок. Джуди таяла и дрожала. Ей хотелось большего. Но когда она потянулась и почти прижалась губами к пересохшим мужским губам, Рэй оттолкнулся от нее и вышел из дома.
Вскоре раздался рев мотоцикла, удалявшийся прочь. Не в силах стоять на ослабевших ногах, Тендер опустилась на пол, прислоняясь к прохладной стене, и устало прикрыла глаза. К ней подбежал Вишенка и тоже сел на пол, привалившись к стене.
Через пару часов Тайгер вернулся с пакетом, наполненным свежими продуктами, и больше не гнал Джуди прочь, но выдерживал расстояние и был малословен.
Первые дни, проведенные вместе, стали осторожным привыканием друг к другу. Гораздо чаще, чем радость, Джуди испытывала разочарование и продолжала чувствовать себя неловко. Порой она даже стеснялась обжигающих взглядов Тайгера: всегда коротких, мгновенно прерывающихся, если становились замеченными – от них становилось больно и тоскливо на душе.
Рэй, который говорил, что она навсегда в его сердце, без тени сомнения обещая долгие годы вместе, не подпускал Джуди к себе своим молчанием и отталкивал короткими фразами.
Рэй, у которого раньше были для нее тысячи горячих поцелуев, сотни ласковых слов и неутолимая жажда обладать ее телом, был холоден и старался не приближаться лишний раз.
Тогда Джуди вспомнила, что она – Тендер – значит нежная, а нежности подходит терпение, и стала приучать Тайгера к своему присутствию. Или приручать?
Потому что у нее не получалось не сравнивать человека со зверем. Тигр не умел прятать своих чувств: раздражение, спокойствие, радость или вспышки ярости – Джуди всегда знала, что он испытывал. Желания зверя были простыми и ясными.
Понимать человека оказалось гораздо сложнее. Рэй почти не использовал мимику лица, будто разучился или постоянно контролировал себя. Все эмоции приходилось выглядывать в глазах, вычитывать из поз и движений тела, терпеливо дожидаясь, что однажды они снова вернутся на лицо.
Джуди не сомневалась, что это непременно случится, но Тайгеру требовалось время.
Она снова прислушивалась к тишине, стараясь уловить в ней непроизнесенные слова, как это делала с тигром. Рэй и раньше мог быть немногословным, теперь же словно совсем отвык говорить. Порой он обращался к ней только жестами или взглядами, мог удивить небольшими знаками внимания – пододвинуть стул, налить кипяток в чашку, предложить пакетик чая, – но большую часть времени проводил, удаляясь в лишь ему ведомые дали. Как в прозрачную капсулу. И он не отвечал на вопросы, будто их не слышал. Джуди становилось очень и очень одиноко...
Тогда она стала делать свое присутствие более заметным, более очевидным: предлагала вместе приготовить еду, попросила показать места в лесу, где искать грибы и орехи. Рэй не отказывался.
Выцветающий лес давал возможность лучше почувствовать друг друга, не отвлекая яркими красками ранней осени или щебетом птиц. Сентябрьская суета сменялась покорным ожиданием зимы. Вдалеке исчезли перелетные птицы, и пожухлая листва лежала под ногами напитавшимся влагой ковром. Когда моросил холодный дождь, охотничий домик казался теплым и уютным, и лишь недавнее прошлое стояло между людьми, прятавшимися под его крышей от непогоды.
Прошлое, которое никак не выливалось в слова, и не было Кота первым высказать вслух неудобную правду.
Но как говорить о том, что, оставив много ран, еще никак не закончится и уже грозит новыми? Разве может Джуди настаивать на разговорах, если чувствует, что Рэй не готов отвечать?
Оба избегали болезненных воспоминаний и неоднозначных тем так же, как в лесу обходили разрушенные временем и забвением строения. Невскрытые тайны прошлого торчали на пути ржавым железом и обломками стен. Но прежде чем начнутся взаимные признания и откровения, следовало вернуть доверие. Вишенка не просто так привел Джуди в лес. Значит, надеялся, что рядом с ней Тайгер снова станет собой.
Тендер пыталась понять, чем занят Рэй, спрятавшись от всех на заброшенной базе отдыха. Каждый день он закрывался на час или два вместе с енотом в домике-складе, потом вдруг исчез без предупреждения, и Тендер на целый день осталась одна с Вишенкой.
Было странно вдруг так называть зверька, но имя Боец ему теперь тоже не подходило. Он снова вел себя как обычный ручной енот, днем держась поближе к людям и исчезая в домике-складе по вечерам. Но когда уехал Тайгер, зверек не отходил от Джуди, развлекая тем, что приносил ей мелкие подарочки: то ветки, то шишки, то неизвестно откуда взявшиеся конфеты.
Она старалась сравнивать его поведение с тем, как вел себя Тигр, и находила мало общего. Создавалось впечатление, что енот делает что хочет, а неестественная проникновенность во взгляде и сообразительность проявляются только когда он сам того желает. Джуди больше не сомневалась в той роли, которую Вишенка сыграл в спасении Тайгера и побеге из Дрима. Но здесь, в лесу, как и раньше на ферме, енот редко проявлял свою «разумность».
Она попробовала с ним объясниться, предложив набор простых знаков для коммуникации, но не достигла успеха. Расстроившись и ничего не выяснив, Тендер оставила попытки и просто радовалась компании зверька и его милым шалостям.
Потому что отсутствие Рэя беспокоило ее.
Хорошо еще, уезжая, он не надел черную толстовку, иначе бы в голову лезли совсем тревожные мысли.
Тайгер вернулся через день, вновь с пакетами, полными свежих продуктов, и вел себя так, словно отсутствовал всего короткий час. Джуди с трудом, но удержалась от расспросов, подыгрывая ему. Вспомнив о «Подвальчике», куда ее водил Котовский, она сделала пасту со сливочным соусом. Пусть получилось не как у Клаудии, зато из недавно собранных грибов. Тайгеру понравилось. Он ел с большим удовольствием, заметным даже на его бесстрастном лице. Неужели оно начинало медленно «оживать»?
Джуди счастливо улыбалась, пока мыла после ужина посуду. Рэй рядом с ней вытирал тарелки. Да! Он находился очень близко!
И пусть молчал и избегал случайных прикосновений, зато ласкал взглядом, пока думал, что она не замечает. Но Джуди видела все! Научившись чутко отслеживать эмоции тех, кто их прячет.
– Я испекла кекс, – сказала она, вернув на место последнюю тарелку. – Попробуем, что получилось?
Кекс был самым простым: мука, сахар, яйца, с цедрой от апельсина, похожим на тот, которым пахло в квартире Тайгера в день, когда Рэй принял решение отправиться в Дрим.
Он тоже об этом вспомнил. Потому что был задумчив, пока пил чай и ел кусок бисквита. Потом его руки нашли через стол ладони Джуди. Он смотрел на них, осторожно поглаживая, и это были первые ласковые прикосновения после приезда Джуди. Она замерла, затаив дыхание. А когда Тайгер, раскрыв ее ладони, прижался к ним лицом, гладила большими пальцами его лоб и брови.
Почувствовав прикосновения горячих губ к своим запястьям, задохнулась от этой простой ласки.
Над столом случился и первый долгожданный настоящий поцелуй. Осторожный и мгновенно ставший жадным, резкий.
Оборвавшийся тоже резко.
– Расскажи о своем детстве, – попросил Тайгер.
Он лежал на диване в гостевой части домика, но из-за неполной перегородки казалось, что находится очень близко.
– О детстве? – скрыть удивление не получилось, ведь еще недавно Джуди так много рассказывала о себе. – Ты ничего не помн… – последнее слово удалось поймать, но Рэй догадался, каким оно должно было быть.
– Я многого не помню.
Приняв это важное признание и не сразу представляя все возможные последствия, Тендер стала рассказывать.
Оказывается, она так привыкла говорить вслух! Слова без труда выстраивались в ровные линии или вились замысловатым кружевом. Как когда-то отец Джуди рисовал для нее сказки на холсте, так теперь она составляла истории для своего любимого мужчины. В ночной темноте проступал залитый светом чердак-студия, могучие деревья опускали длинные ветви, и ленивая вода канала с готовностью принимала их тяжесть.
Соседские мальчишки и бумажные кораблики появлялись в лесном домике. Сестры-озера, отражавшие божественные лики, и белокурая девочка, которая боялась пауков и змей и совсем не умела лазить по деревьям.
От дивана донесся звук, похожий на хриплый смешок.
– Что? – насторожилась Джуди.
– Ты хорошо научилась лазить по деревьям. Быстро.
Но эти слова означали… что Рэй не все забыл?!
Как Джуди привыкла рассказывать, так Тайгер – внимательно слушать. Она говорила и говорила, пока тишина не стала сытой. Тогда Тендер заснула со счастливой улыбкой на лице.
На следующий день она нашла охотничий нож в ящике кухонного стола. Собиралась готовить ужин, искала в ящиках маленькую терку, а достала что-то совершенно иное. Охотничий нож выскользнул из простых ножен и пропел натянутой струной в задрожавших руках. Острое лезвие опасно блеснуло в свете свечей.
– Зачем он тебе? – вырвалось у Джуди.
И зачем она только показала его занятому чисткой картошки Рэю!
Тайгер коротко посмотрел ей на руки, потом – внимательно – в глаза и пожал плечами:
– Он острый. Им удобно резать мясо, – отвернулся, продолжая очищать клубни.
Через день нож исчез.
Стараясь не привлекать внимание к поискам, Тендер проверила возможные укромные места в маленьком домике и ничего не нашла. Не стала задавать вопросов, но для себя решила, что Рэй убрал нож специально, заметив ее испуг.
Потому что Рэй Тайгер чувствовал ее страх.
Это выяснилось, когда Джуди искала недалеко от базы на полянке грибы и едва не наступила на сонную змею. Тендер не потеряла от испуга сознание, как давно в юности – со времен неудачной шутки соседского парнишки с ней приключилось много чего гораздо более страшного. Даже не закричала, только захлебнулась воздухом и забралась с ногами на ближайший пень.
Рэй оказался рядом мгновение спустя. Быстро осмотрел поляну, стремительностью движений еще сильнее напомнив зверя.
– Уж.
Подойдя вплотную, он взял Джуди на руки, чтобы снять с невысокого пня, и оставил в объятиях на несколько долгих минут.
– Откуда ты узнал? – спросила она, плавясь в его жестких руках.
Надо было обнимать! Целовать, пользуясь моментом невиданной до этого близости, а не задавать вопросы.
– Я почувствовал твой страх.
После этих слов Джуди забыла о поцелуях, осторожно высвободившись из мужских рук. По дороге к домику не заметила под ногами кривой железной палки. Споткнулась. Рэй тут же поддержал. Она немного отодвинулась от него, заслужив внимательный взгляд.
Спрятала растерянный свой.
Молчание ближайших часов было неуютным и давящим.
Тайгер сидел на диване с планшетом на коленях, Вишенка то заглядывал к нему в экран, то вдруг спешил к одному из своих хранилищ, возвращаясь с какой-нибудь ерундой в лапах.
Джуди пребывала в смятении.
Ну что такого случилось, чтобы она вдруг сильно разволновалась? Расстроилась. И очень похоже… потеряла совсем немного надежды? Тайгер почувствовал ее страх.
Но точно так же чувствовал ее страх Тигр. А Рэй долгое время был с ним единым целым. Так почему ее пугает то, что человек сохранил некоторые способности зверя? Наверное, не должно было, но пугало.
Чтобы отвлечься, Джуди принялась готовить ранний ужин – чем еще заняться в охотничьем домике, запрятанном от остального мира далеко в лесу? Готовить итальянскую пасту и разбираться со своими мыслями и чувствами.
Вот уже неделю как Джуди находилась на заброшенной базе.
Ее усилия работали. Терпение и нежность понемногу растапливали холод отчуждения и разрушали стенки прозрачной капсулы, окружавшей Тайгера. В его взгляды добавлялось тепла – еще не жарким солнцем, а короткими лучиками, но они пробивались сквозь плотные тучи недоверия.
Рэй реже отводил в сторону взгляд.
Но он ничего не рассказывал о себе и Джуди до сих пор не знала, что он помнит из недавнего прошлого. Не могла понять, что беспокоит и мучает Тайгера, заставляя вести себя так, будто ничего не было раньше между ним и Джуди.
И Рэй никогда не оставался с ней ночью в одном домике.
Тендер заметила это, проснувшись однажды еще до рассвета и увидев пустой диван. Она проверила свои подозрения следующей ночью, притворившись быстро заснувшей. Дождавшись, пока Джуди наговорится и отправится на свидание со снами, Тайгер уходил. Почему?
Теперь стало ясно, что он хорошо чувствует ее страх.
Сами собой из памяти стали появляться короткие, пристальные взгляды, которые Рэй иногда бросал на нее. Взгляды – клинки. Взгляды – острые лезвия, способные пронзить грудь, проникая прямо в сердце.
Неудачное вышло сравнение.
Тут же дополнилось фотографиями и строками из газет, недавней пропажей охотничьего ножа из домика, и вот уже страх выпростал из темноты когтистые лапы, набрасываясь на Джуди. Она застыла над плитой, снова чувствуя себя овечкой, попавшей в логово Зверя.
Рэй отреагировал мгновенно.
Отбросив на диван планшет, он так стремительно поднялся, что испуганный енот метнулся прочь, едва не задев головой ножку стола. Джуди прыжком развернулась к нему и дернулась назад, прижимаясь спиной к столешнице.
– Не надо… так… бояться, – глухо выговорил Тайгер.
Он был заметно раздражен, подергивались, расправляясь, напряженные плечи.
«Зверь никогда не трогал тебя! – схватилась за другие важные воспоминания Джуди, отгоняя заставшую ее врасплох панику. – Никогда не трогал».
– Не надо так бояться, – повторил Рэй. – Я это чувствую.
Тяжело ступая, он вышел из домика.
Вскоре раздался треск мотоцикла.
Не в первый раз Тайгер резко прервал то, что делал, и исчез.
Джуди уже видела раньше такие моменты: взгляд Рэя начинал метаться с предмета на предмет, на лбу и висках проступал бисер пота, движения тела становились отрывистыми. Рэй спешно покидал территорию базы и пропадал на время неизвестно где.
Уезжал на мотоцикле. Растворялся в лесу.
Она не хотела сравнивать, но часто думала о Тигре. Подобные «переключения» случались и с ним, когда хищник чувствовал, что теряет над собой контроль, и уходил прочь, чтобы не напугать Джуди и не причинить ей вреда. Она всегда думала, что это Рэй заставлял зверя вовремя исчезнуть.
Как исчезал теперь сам.
Казалось бы, такое поведение должно вселять надежду, но выходило наоборот. То, что радовало в повадках Тигра, беспокоило Джуди Тендер в поступках человека. Потому что означало, что в Тайгере еще жив зверь.
Вскоре раздался рев мотоцикла, удалявшийся прочь. Не в силах стоять на ослабевших ногах, Тендер опустилась на пол, прислоняясь к прохладной стене, и устало прикрыла глаза. К ней подбежал Вишенка и тоже сел на пол, привалившись к стене.
***
Через пару часов Тайгер вернулся с пакетом, наполненным свежими продуктами, и больше не гнал Джуди прочь, но выдерживал расстояние и был малословен.
Первые дни, проведенные вместе, стали осторожным привыканием друг к другу. Гораздо чаще, чем радость, Джуди испытывала разочарование и продолжала чувствовать себя неловко. Порой она даже стеснялась обжигающих взглядов Тайгера: всегда коротких, мгновенно прерывающихся, если становились замеченными – от них становилось больно и тоскливо на душе.
Рэй, который говорил, что она навсегда в его сердце, без тени сомнения обещая долгие годы вместе, не подпускал Джуди к себе своим молчанием и отталкивал короткими фразами.
Рэй, у которого раньше были для нее тысячи горячих поцелуев, сотни ласковых слов и неутолимая жажда обладать ее телом, был холоден и старался не приближаться лишний раз.
Тогда Джуди вспомнила, что она – Тендер – значит нежная, а нежности подходит терпение, и стала приучать Тайгера к своему присутствию. Или приручать?
Потому что у нее не получалось не сравнивать человека со зверем. Тигр не умел прятать своих чувств: раздражение, спокойствие, радость или вспышки ярости – Джуди всегда знала, что он испытывал. Желания зверя были простыми и ясными.
Понимать человека оказалось гораздо сложнее. Рэй почти не использовал мимику лица, будто разучился или постоянно контролировал себя. Все эмоции приходилось выглядывать в глазах, вычитывать из поз и движений тела, терпеливо дожидаясь, что однажды они снова вернутся на лицо.
Джуди не сомневалась, что это непременно случится, но Тайгеру требовалось время.
Она снова прислушивалась к тишине, стараясь уловить в ней непроизнесенные слова, как это делала с тигром. Рэй и раньше мог быть немногословным, теперь же словно совсем отвык говорить. Порой он обращался к ней только жестами или взглядами, мог удивить небольшими знаками внимания – пододвинуть стул, налить кипяток в чашку, предложить пакетик чая, – но большую часть времени проводил, удаляясь в лишь ему ведомые дали. Как в прозрачную капсулу. И он не отвечал на вопросы, будто их не слышал. Джуди становилось очень и очень одиноко...
Тогда она стала делать свое присутствие более заметным, более очевидным: предлагала вместе приготовить еду, попросила показать места в лесу, где искать грибы и орехи. Рэй не отказывался.
Выцветающий лес давал возможность лучше почувствовать друг друга, не отвлекая яркими красками ранней осени или щебетом птиц. Сентябрьская суета сменялась покорным ожиданием зимы. Вдалеке исчезли перелетные птицы, и пожухлая листва лежала под ногами напитавшимся влагой ковром. Когда моросил холодный дождь, охотничий домик казался теплым и уютным, и лишь недавнее прошлое стояло между людьми, прятавшимися под его крышей от непогоды.
Прошлое, которое никак не выливалось в слова, и не было Кота первым высказать вслух неудобную правду.
Но как говорить о том, что, оставив много ран, еще никак не закончится и уже грозит новыми? Разве может Джуди настаивать на разговорах, если чувствует, что Рэй не готов отвечать?
Оба избегали болезненных воспоминаний и неоднозначных тем так же, как в лесу обходили разрушенные временем и забвением строения. Невскрытые тайны прошлого торчали на пути ржавым железом и обломками стен. Но прежде чем начнутся взаимные признания и откровения, следовало вернуть доверие. Вишенка не просто так привел Джуди в лес. Значит, надеялся, что рядом с ней Тайгер снова станет собой.
Тендер пыталась понять, чем занят Рэй, спрятавшись от всех на заброшенной базе отдыха. Каждый день он закрывался на час или два вместе с енотом в домике-складе, потом вдруг исчез без предупреждения, и Тендер на целый день осталась одна с Вишенкой.
Было странно вдруг так называть зверька, но имя Боец ему теперь тоже не подходило. Он снова вел себя как обычный ручной енот, днем держась поближе к людям и исчезая в домике-складе по вечерам. Но когда уехал Тайгер, зверек не отходил от Джуди, развлекая тем, что приносил ей мелкие подарочки: то ветки, то шишки, то неизвестно откуда взявшиеся конфеты.
Она старалась сравнивать его поведение с тем, как вел себя Тигр, и находила мало общего. Создавалось впечатление, что енот делает что хочет, а неестественная проникновенность во взгляде и сообразительность проявляются только когда он сам того желает. Джуди больше не сомневалась в той роли, которую Вишенка сыграл в спасении Тайгера и побеге из Дрима. Но здесь, в лесу, как и раньше на ферме, енот редко проявлял свою «разумность».
Она попробовала с ним объясниться, предложив набор простых знаков для коммуникации, но не достигла успеха. Расстроившись и ничего не выяснив, Тендер оставила попытки и просто радовалась компании зверька и его милым шалостям.
Потому что отсутствие Рэя беспокоило ее.
Хорошо еще, уезжая, он не надел черную толстовку, иначе бы в голову лезли совсем тревожные мысли.
Тайгер вернулся через день, вновь с пакетами, полными свежих продуктов, и вел себя так, словно отсутствовал всего короткий час. Джуди с трудом, но удержалась от расспросов, подыгрывая ему. Вспомнив о «Подвальчике», куда ее водил Котовский, она сделала пасту со сливочным соусом. Пусть получилось не как у Клаудии, зато из недавно собранных грибов. Тайгеру понравилось. Он ел с большим удовольствием, заметным даже на его бесстрастном лице. Неужели оно начинало медленно «оживать»?
Джуди счастливо улыбалась, пока мыла после ужина посуду. Рэй рядом с ней вытирал тарелки. Да! Он находился очень близко!
И пусть молчал и избегал случайных прикосновений, зато ласкал взглядом, пока думал, что она не замечает. Но Джуди видела все! Научившись чутко отслеживать эмоции тех, кто их прячет.
– Я испекла кекс, – сказала она, вернув на место последнюю тарелку. – Попробуем, что получилось?
Кекс был самым простым: мука, сахар, яйца, с цедрой от апельсина, похожим на тот, которым пахло в квартире Тайгера в день, когда Рэй принял решение отправиться в Дрим.
Он тоже об этом вспомнил. Потому что был задумчив, пока пил чай и ел кусок бисквита. Потом его руки нашли через стол ладони Джуди. Он смотрел на них, осторожно поглаживая, и это были первые ласковые прикосновения после приезда Джуди. Она замерла, затаив дыхание. А когда Тайгер, раскрыв ее ладони, прижался к ним лицом, гладила большими пальцами его лоб и брови.
Почувствовав прикосновения горячих губ к своим запястьям, задохнулась от этой простой ласки.
Над столом случился и первый долгожданный настоящий поцелуй. Осторожный и мгновенно ставший жадным, резкий.
Оборвавшийся тоже резко.
– Расскажи о своем детстве, – попросил Тайгер.
Он лежал на диване в гостевой части домика, но из-за неполной перегородки казалось, что находится очень близко.
– О детстве? – скрыть удивление не получилось, ведь еще недавно Джуди так много рассказывала о себе. – Ты ничего не помн… – последнее слово удалось поймать, но Рэй догадался, каким оно должно было быть.
– Я многого не помню.
Приняв это важное признание и не сразу представляя все возможные последствия, Тендер стала рассказывать.
Оказывается, она так привыкла говорить вслух! Слова без труда выстраивались в ровные линии или вились замысловатым кружевом. Как когда-то отец Джуди рисовал для нее сказки на холсте, так теперь она составляла истории для своего любимого мужчины. В ночной темноте проступал залитый светом чердак-студия, могучие деревья опускали длинные ветви, и ленивая вода канала с готовностью принимала их тяжесть.
Соседские мальчишки и бумажные кораблики появлялись в лесном домике. Сестры-озера, отражавшие божественные лики, и белокурая девочка, которая боялась пауков и змей и совсем не умела лазить по деревьям.
От дивана донесся звук, похожий на хриплый смешок.
– Что? – насторожилась Джуди.
– Ты хорошо научилась лазить по деревьям. Быстро.
Но эти слова означали… что Рэй не все забыл?!
Как Джуди привыкла рассказывать, так Тайгер – внимательно слушать. Она говорила и говорила, пока тишина не стала сытой. Тогда Тендер заснула со счастливой улыбкой на лице.
***
На следующий день она нашла охотничий нож в ящике кухонного стола. Собиралась готовить ужин, искала в ящиках маленькую терку, а достала что-то совершенно иное. Охотничий нож выскользнул из простых ножен и пропел натянутой струной в задрожавших руках. Острое лезвие опасно блеснуло в свете свечей.
– Зачем он тебе? – вырвалось у Джуди.
И зачем она только показала его занятому чисткой картошки Рэю!
Тайгер коротко посмотрел ей на руки, потом – внимательно – в глаза и пожал плечами:
– Он острый. Им удобно резать мясо, – отвернулся, продолжая очищать клубни.
Через день нож исчез.
Стараясь не привлекать внимание к поискам, Тендер проверила возможные укромные места в маленьком домике и ничего не нашла. Не стала задавать вопросов, но для себя решила, что Рэй убрал нож специально, заметив ее испуг.
Потому что Рэй Тайгер чувствовал ее страх.
Это выяснилось, когда Джуди искала недалеко от базы на полянке грибы и едва не наступила на сонную змею. Тендер не потеряла от испуга сознание, как давно в юности – со времен неудачной шутки соседского парнишки с ней приключилось много чего гораздо более страшного. Даже не закричала, только захлебнулась воздухом и забралась с ногами на ближайший пень.
Рэй оказался рядом мгновение спустя. Быстро осмотрел поляну, стремительностью движений еще сильнее напомнив зверя.
– Уж.
Подойдя вплотную, он взял Джуди на руки, чтобы снять с невысокого пня, и оставил в объятиях на несколько долгих минут.
– Откуда ты узнал? – спросила она, плавясь в его жестких руках.
Надо было обнимать! Целовать, пользуясь моментом невиданной до этого близости, а не задавать вопросы.
– Я почувствовал твой страх.
После этих слов Джуди забыла о поцелуях, осторожно высвободившись из мужских рук. По дороге к домику не заметила под ногами кривой железной палки. Споткнулась. Рэй тут же поддержал. Она немного отодвинулась от него, заслужив внимательный взгляд.
Спрятала растерянный свой.
Молчание ближайших часов было неуютным и давящим.
Тайгер сидел на диване с планшетом на коленях, Вишенка то заглядывал к нему в экран, то вдруг спешил к одному из своих хранилищ, возвращаясь с какой-нибудь ерундой в лапах.
Джуди пребывала в смятении.
Ну что такого случилось, чтобы она вдруг сильно разволновалась? Расстроилась. И очень похоже… потеряла совсем немного надежды? Тайгер почувствовал ее страх.
Но точно так же чувствовал ее страх Тигр. А Рэй долгое время был с ним единым целым. Так почему ее пугает то, что человек сохранил некоторые способности зверя? Наверное, не должно было, но пугало.
Чтобы отвлечься, Джуди принялась готовить ранний ужин – чем еще заняться в охотничьем домике, запрятанном от остального мира далеко в лесу? Готовить итальянскую пасту и разбираться со своими мыслями и чувствами.
Вот уже неделю как Джуди находилась на заброшенной базе.
Ее усилия работали. Терпение и нежность понемногу растапливали холод отчуждения и разрушали стенки прозрачной капсулы, окружавшей Тайгера. В его взгляды добавлялось тепла – еще не жарким солнцем, а короткими лучиками, но они пробивались сквозь плотные тучи недоверия.
Рэй реже отводил в сторону взгляд.
Но он ничего не рассказывал о себе и Джуди до сих пор не знала, что он помнит из недавнего прошлого. Не могла понять, что беспокоит и мучает Тайгера, заставляя вести себя так, будто ничего не было раньше между ним и Джуди.
И Рэй никогда не оставался с ней ночью в одном домике.
Тендер заметила это, проснувшись однажды еще до рассвета и увидев пустой диван. Она проверила свои подозрения следующей ночью, притворившись быстро заснувшей. Дождавшись, пока Джуди наговорится и отправится на свидание со снами, Тайгер уходил. Почему?
Теперь стало ясно, что он хорошо чувствует ее страх.
Сами собой из памяти стали появляться короткие, пристальные взгляды, которые Рэй иногда бросал на нее. Взгляды – клинки. Взгляды – острые лезвия, способные пронзить грудь, проникая прямо в сердце.
Неудачное вышло сравнение.
Тут же дополнилось фотографиями и строками из газет, недавней пропажей охотничьего ножа из домика, и вот уже страх выпростал из темноты когтистые лапы, набрасываясь на Джуди. Она застыла над плитой, снова чувствуя себя овечкой, попавшей в логово Зверя.
Рэй отреагировал мгновенно.
Отбросив на диван планшет, он так стремительно поднялся, что испуганный енот метнулся прочь, едва не задев головой ножку стола. Джуди прыжком развернулась к нему и дернулась назад, прижимаясь спиной к столешнице.
– Не надо… так… бояться, – глухо выговорил Тайгер.
Он был заметно раздражен, подергивались, расправляясь, напряженные плечи.
«Зверь никогда не трогал тебя! – схватилась за другие важные воспоминания Джуди, отгоняя заставшую ее врасплох панику. – Никогда не трогал».
– Не надо так бояться, – повторил Рэй. – Я это чувствую.
Тяжело ступая, он вышел из домика.
Вскоре раздался треск мотоцикла.
Не в первый раз Тайгер резко прервал то, что делал, и исчез.
Джуди уже видела раньше такие моменты: взгляд Рэя начинал метаться с предмета на предмет, на лбу и висках проступал бисер пота, движения тела становились отрывистыми. Рэй спешно покидал территорию базы и пропадал на время неизвестно где.
Уезжал на мотоцикле. Растворялся в лесу.
Она не хотела сравнивать, но часто думала о Тигре. Подобные «переключения» случались и с ним, когда хищник чувствовал, что теряет над собой контроль, и уходил прочь, чтобы не напугать Джуди и не причинить ей вреда. Она всегда думала, что это Рэй заставлял зверя вовремя исчезнуть.
Как исчезал теперь сам.
Казалось бы, такое поведение должно вселять надежду, но выходило наоборот. То, что радовало в повадках Тигра, беспокоило Джуди Тендер в поступках человека. Потому что означало, что в Тайгере еще жив зверь.
