Странно. Как-то слишком она осмелела, раньше не называла его по имени. Да и не позволяла себе проявлять эмоции. Видимо, смерть камеристки произвела на нее неизгладимое впечатление.
А по сути, что он о ней знал? Запуганной она была в замке отца, оказавшись в других условиях, могла и повести себя по-другому. Возможно, в жены ему досталась не такая уж и робкая мышь.
Усадив невесту на диван, сам сел рядом. Так, чтобы не касаться. На позволительном этикетом расстоянии. Как хорошо, что можно спрятаться за него. А ведь его невеста красива, даже сейчас, когда глаза полны слез. Вот только его эта красота почему-то не трогает. И хочется держаться от нее подальше. Что с ним не так? Почему он такой эмоциональный урод?
Джоанна опустила глаза. Правильно, кому понравиться смотреть на холодное, безучастное лицо. Он ведь даже по-человечески жалость не может сыграть.
Ее руки сильнее сжали кружевной платок. Нервничает.
– Охрана дежурила, и когда Амила умерла, – тихим шепотом проговорила девушка. Сложила руки перед собой и смотрит в пол. И губы дрожат.
А у него в груди закручивается спираль глухого раздражения.
– Возможно, это был просто несчастный случай, – сдержанно предположил Кайдел. Стараясь, чтобы голос звучал ровно. – Сердце у драконов тоже может не выдержать.
Он врал. Но надо же было как-то успокоить невесту.
– Кайдел, я боюсь, – она резко развернулась к нему, придвинулась, снова хватая его за руку. А он едва сдержался, чтобы не передернуться от отвращения. Да что за дарх, почему он так на нее реагирует? – Ведь это меня хотели убить! Пожалуйста, не оставляйте меня! Останьтесь со мной!
Что? Он не ослышался? И это робкая, боящаяся собственной тени Джоанна? Кажется, или его круто надули при смотринах?
– Я пришлю тетушку, она с вами побудет, – он снова попытался вырвать руки из ее захвата, не скрывая уже резанувшего по венам раздражения, но Джоанна держала крепко. Цепко. Словно не замечая его изменившегося настроения. И смотрела на него так просительно.
– Пожалуйста, – дрожащим, умоляющим голосом. Заставляющим почувствовать себя последним подлецом.
Кайдел резко встал, вырываясь из ее рук. Стал мерить быстрыми шагами комнату. Чувствовал себя загнанным в угол.
– Джоанна, вы же прекрасно понимаете, что это невозможно! – резко кинул. И рванул ворот рубахи. Стало нечем дышать. – Приличия не позволяют нам проводить ночи до свадьбы!
– Когда речь идет о жизни, о приличиях не думают.
И это ему говорит она? Он резко остановился и строго отчеканил:
- В моем замке о приличиях думают прежде всего. Меньшее, что мне нужно – это княгиня с подмоченной репутацией, о нравственности которой судачат слуги!
Джоанна покраснела. А он снова почувствовал себя последним подлецом. Ведь проблема не в ней. В нем. И если бы все было иначе, совместные ночевки до свадьбы только сблизили бы их. Но нет. Не готов он жертвовать тем единственным временем, когда на законных основаниях может отказать в близости. И лучше его невесте не настаивать.
– Джоанна, я сочувствую вашей потере, – осторожно заговорил он, пытаясь смягчить собственную грубость. – Обещаю, что завтра я непременно уделю вам время. А сейчас позвольте прислать тетю.
– У леди Равены наверняка полно забот, – глухо ответила Джоанна, пряча от него взгляд. – Мне неудобно причинять ей беспокойство. Я побуду одна.
– Мы пошлем вестника вашему отцу, и он пришлет новую камеристку. Или можно подобрать вам компаньонку здесь. Но по статусу, пока мы не женаты, с вами постоянно должна быть спутница.
– Думаю, будет лучше, если компаньонку мне выберите вы, – смиренно согласилась Джоанна.
Эта ее покорность понравилась. Чем меньше в его замке будет шпионов Сальхора, тем лучше.
– Тогда позвольте пожелать вам спокойной ночи, – он церемонно наклонился, заставляя себя поцеловать изящную ручку. И снова едва смог сдержать отвращение, мимолетно коснувшись губами прохладной кожи.
Чувство было такое гадостное, как будто жабу поцеловал. Да что ж такое, раньше он подобного к ней не испытывал! Холодное равнодушие - да, но чтобы прямо так...
Кай вылетел из покоев невесты неприлично стремительно.
Несмотря на усталость, первая ночь в замке превратилась в пытку. Как ни пытался, Кай долго не мог сомкнуть глаз. Мягкая постель казалась тверже камня, тело выламывало в суставах, как у древнего старика. Да и демон в кольце словно сошел с ума, палец жгло беспрерывно. А еще мысли. И это дархово чувство вины.
А потом словно провалился в вязкое туманное нечто. И сквозь него он видел Кераю. Которая ускользала от него, он шел за ней, бежал, кричал, звал ее, казалось, вот-вот схватит за руку, но девчонка ловко уворачивалась, растворяясь в белесом мареве. И когда она в очередной раз исчезла, возникло ощущение чужого тяжелого взгляда. Инстинкты кричали, что где-то рядом в тумане находится ужасное нечто, пристально следящее за каждым движением Кая.
И белесая мгла менялась прямо на глазах. Тонкая струйка черноты, возникшая ниоткуда, быстро распространялась, закрашивая туман густыми клубами тьмы, завоевывая все больше пространства. Он теперь двигался медленно, внимательно всматриваясь в зловеще клубящийся сумрак, туда, где еще оставался какой-то просвет.
И вскоре замер, увидев, как из тумана стали проступать контуры человеческого тела. Крупный мужик, крепкое тело покрыто серебристыми пластинами. Закованный в кандалы, цепи от оков на его руках и ногах тянулись куда-то назад, теряясь в мареве. Длинные белые волосы устрашающе шевелились, словно щупальца осьминога. Ослабленный, но не сломленный. На бледном лице особенно поразили глаза: ярко голубые, с огромными, практически закрывающими все глазное яблоко радужками. Цепкие, пронзительные. И в глубине чернильных зрачков клубилась тьма, именно оттуда она тонкими струйками растекалась по округе.
– Убей ее, – донесся слабый, едва слышный, словно шипение змеи, шепот, от которого волосы встали дыбом. И зловещим эхом в сознании: – Убей… Убей… Убей…
Кай резко сел на кровати, сдавливая ладонями ноющие виски. Чувствуя, как его прошибает холодный пот. Дарх! Демон, похоже, окреп, и уже добрался до его снов. Еще и приказы отдает. Вот только кого он требует убить? Неужели Кераю? Интересно, чем девчонка ему неугодила?
Устав сражаться с собственным организмом и поняв, что сегодня он больше не уснет, Кай встал. Жаль, не может обернуться и полетать. Проклятые барсы лишили его этой возможности.
Барсы. А ведь он может наведаться к пленнику. Один. И поговорить по душам. Возможно, когда не будет лишних ушей, получится вывести оборотня на откровенность. К тому же сейчас ему есть, что сказать зарвавшемуся кошаку.
Ночью замок был погружен во мрак. Лишь редкие светильники у самого потолка развеивали черноту, выделяя серые очертания окружающих предметов. Темнота для дракона не преграда, а люди в такое время спят.
Сейчас, казалось, спит и сам замок. Оглушающая тишина, в которой гулким эхом отдавалась его легкая поступь. Кай не сдержался, с любовью погладил каменную кладку стены. Он столько сил и труда вложил в его восстановление. А сейчас снова над ним сгущаются тучи. Вот только в этот раз он не будет прятать голову в песок, как делал его отец. Не позволит разрушить то, что создавалось его предками, и было лично им восстановлено.
Ради Райохана он мог наступить на горло не только собственной гордыне.
Караульные, выставленные у клетки с барсом, не спали, что не могло не радовать. Как и сам барс. За эти дни его вид стал еще более жалок. А валяющаяся в углу полная миска еды говорила об объявленной голодовке. Кай кивнул охране, чтобы их оставили одних. И как только стихли звуки шагов, стал напротив барса.
- Голодовка не поможет тебе отсюда выйти, разве что только на тот свет. – И с небольшой паузой и чуть насмешливо: – Ты ведь должен это понимать, Стил.
Барс вскинул голову, в янтарных глазах зажглась ярость.
- Откуда знаешь мое имя, дракон?
Надо же, чуть ли не рычит. Священно оно у них, что ли? А он, грешник, так опрометчиво и фамильярно им воспользовался.
- А ты думал, что только ты можешь наведаться в гости? – Кай многозначительно улыбнулся. – Мои люди заглянули к твоему брату. Поговорили по душам.
Барс застыл, словно натянутая стрела. Лицо как безэмоциональная маска. И только глаза жили отдельной жизнью от владельца. Мечущихся в них яростных молний скрыть не мог. Не зря говорил наместник, молодой, вспыльчивый, импульсивный.
- Кстати, - веско добавил Кай, - вытаскивать они тебя не собираются. Говорят, сам виноват, что гонор и бахвальство тебя сгубило. И рисковать ради тебя своей шкурой никто не будет.
– Врешь! – зло процедил сквозь зубы барс и резко бросился на клетку. Кандалы жалобно звякнули, натягиваясь и отбрасывая его обратно.
Кай демонстративно пожал плечами. Мол, думай, как хочешь.
- Ты, конечно, можешь и дальше надеяться на помощь собратьев, а можешь помочь мне. И взамен тебя проведут до границ княжества.
Барс зло сузил глаза.
- Нам не о чем с тобой договариваться, ящерица! – презрительно выплюнул ему в лицо.
По спокойствию Кая ощутимо ударила волна холодного гнева, поднимающаяся изнутри. Сдержался.
- Мне нужна информация по оружию, которое скупаете. И кто из деругов вам его поставляет.
А вот барс владел собой хуже. Так как удивления скрыть не смог.
Кай позволил себе снисходительно улыбнуться.
- Как видишь, я и это знаю.
- Ничего ты не знаешь, дракон! – выплюнул барс, возвращая показное хладнокровие. – Знал бы, не торговался бы здесь со мной, как продажная девка в базарный день. А бежал бы и прятался отсюда подальше, в глубоких пещерах!
- Все, что я еще не знаю, я узнаю обязательно. – Твердо отчеканил. – Можешь не сомневаться. Не для того я отстраивал княжество, чтобы позволить кому-то его уничтожить. Вот только если информацию я узнаю сам, ты сгниешь в этих застенках. Это я тебе обещаю.
Пару мгновений мерялись взглядами. Упрямыми. Злыми. И никто первый не спешил отводить свой.
- Подумай об этом. – Холодно посоветовав ему напоследок, Кай резко развернулся. И ушел.
Спину жег чужой и колючий взгляд. Барс свой так и не опустил. И не отвел.
Разговор поднял в душе глухое раздражение. Хотя изначально понимал, что облезлый кошак так просто не расколется. Ничего, подольше посидит и поймет, что он не врал, и сородичи не станут его спасать. А там, глядишь, и поумнеет. Передумает. Почву для размышлений Кай дал. Выбор за ним.
Вот только раздражение, поднявшееся во время визита к барсу, не спешило отпускать. Да и демон в кольце, чувствуя его состояние, активнее жег ему палец. Дарх! Скоро у него на руке будет такой ожог, что и иллюзией не скроешь. Внезапная мысль, скорее озарение заставили буквально бегом подняться на этаж правящей семьи. И разбудить Рея.
- Я понял, почему демон в последнее время стал активнее, – сообщил, когда чуть ли не волоком затянул ничего не понимающего брата в свой кабинет.
Рей совсем не по-княжески зевнул и потер глаза. Бросив беглый взгляд на черноту за окном и на до неприличия бодрого и возбужденного Кая.
- До утра подождать не мог? Демон тысячу лет просидел в кольце, думаю, за несколько часов он никуда не денется.
- В том то и дело, что может деться! – Кай взволнованно метался из угла в угол. – Ты помнишь, что держит его в кольце?
- Если ты поднял меня среди ночи, чтобы решать сложные задачи, ты не угадал со временем. Я сейчас на это не способен.
Кай бросил на брата недовольный взгляд. Злясь на то, что тот не понимает очевидного.
- Демона сдерживает сила черного дракона. Самого сильного в роду черного дракона. Понимаешь, о чем я? – Кай остановился, пытливо всматриваясь в резко побледневшее лицо брата.
- Твой дракон сейчас ослаблен.
- Вот! – Кай стукнул со злостью кулаком по столу. – И я не знаю, насколько его сил хватит, чтобы сдерживать демона. Дархов темный уже пролез в мои сны!
Рей поражено замер. Да и сам Кай, как только проговорил то, что вертелось в голове, словно оцепенел. Картина получалась нерадостная. И весьма опасная.
- Я с утра свяжусь с Сайфордами.
Кай кивнул. Они в принципе и собирались это делать. Вот только если раньше можно было потянуть с вызовом, то сейчас промедление могло стать фатальным.
- А почему ты не спишь? – подозрительно прищурившись, поинтересовался Рей.
Дарх! Не хватало, чтобы брат сунул нос, куда не просят.
- Не спится! – огрызнулся, видимо, слишком поспешно: взгляд брата стал еще подозрительнее. Как у проклятого некроманта у входа в пещеру. Мальчишка точно плохо влияет на Рея. У них даже повадки становятся похожими.
- С чего бы это?
Вот чего прицепился?
- В моем замке произошло убийство, пропал человек, у барсов появилось оружие против драконов, мало поводов для бессонницы?
- Я понял. – Как-то слишком быстро брат согласился и отстал. На душе неприятно заскребло. Не хватало еще, чтобы сопоставил его бессонницу с Кераей. И напридумывал всяких романтичных глупостей. Что он запал на девчонку и теперь мучается чувством вины.
Хотя отчасти так оно и было. Вот только признаваться в этом он не хотел даже себе. Поэтому заставил себя переключиться на насущные проблемы:
– Нужно прямо сейчас послать вестников с предупреждением для всех драконов, чтобы не летали на Ирбироном. Это опасно, барсы могут еще кого-то подстрелить.
– Понял, сделаю, – собранно кивнул Рей.
- И иди спать, завтра у нас тяжелый день.
Брат иронично хмыкнул:
- Тебе стоило об этом подумать, когда поднимал среди ночи. После таких новостей я, думаешь, смогу уснуть?
- Ну раз спать не хочешь, распорядишься насчет вестников и возвращайся – у нас куча непроверенных накладных, – Кай кивнул на стопку, сложенную на столе.
С которой они провозились до самого утра. И когда первые лучи солнца окрасили багряными полосами кабинет, у Кая болезненно сжалось сердце.
Хоть бы она не пришла. Вот только мало верил, что девчонка отступится от задуманного.
Керая подходила к замку с замирающим сердцем. И среди белого дня. Непривычно для такой, как она. И опасно. Настолько, что скрытая сущность вставала на дыбы, пытаясь прорваться наружу. С трудом удавалось держать ее в узде.
Нащупала в кармане специальную смесь из обычных специй, усиленную магией. Все так, как учил ее мастер. Ее страховка. Если швырнуть такую смесь в воздух, то противник будет на несколько мгновений дезориентирован, что даст ей возможность уйти. Но это на крайний случай, в замке вряд ли поможет, скорее для собственного успокоения.
Остановилась на мгновение, давая себе возможность собраться. И задирая голову вверх. Рассматривая уносящиеся ввысь каменные стены. Массивные, призванные защищать, но при этом не лишенные красоты и изящества. С мощеными барельефами и фигурами драконов.
Керая фыркнула. Самомнение у чешуйчатых, конечно, еще то. Даже на стены себя налепили. И это еще не парадный вход. А задняя стена, с небольшой дверкой, через которую проходила прислуга, чтобы не мозолить господам взор.
Протянула руку, дотрагиваясь до массивного колокольчика. Легкая трель осела мелодичным перезвоном в сознании. Несмотря на внешне невозмутимый вид, Керая нервничала. И не по поводу того, как примут. Они с Карием договорились, что она придет в это время, и в глубине души надеялась, что он встретит лично. Или хотя бы будет ее ждать. И именно ожидание встречи заставляло сбиваться с ритма сердце.
А по сути, что он о ней знал? Запуганной она была в замке отца, оказавшись в других условиях, могла и повести себя по-другому. Возможно, в жены ему досталась не такая уж и робкая мышь.
Усадив невесту на диван, сам сел рядом. Так, чтобы не касаться. На позволительном этикетом расстоянии. Как хорошо, что можно спрятаться за него. А ведь его невеста красива, даже сейчас, когда глаза полны слез. Вот только его эта красота почему-то не трогает. И хочется держаться от нее подальше. Что с ним не так? Почему он такой эмоциональный урод?
Джоанна опустила глаза. Правильно, кому понравиться смотреть на холодное, безучастное лицо. Он ведь даже по-человечески жалость не может сыграть.
Ее руки сильнее сжали кружевной платок. Нервничает.
– Охрана дежурила, и когда Амила умерла, – тихим шепотом проговорила девушка. Сложила руки перед собой и смотрит в пол. И губы дрожат.
А у него в груди закручивается спираль глухого раздражения.
– Возможно, это был просто несчастный случай, – сдержанно предположил Кайдел. Стараясь, чтобы голос звучал ровно. – Сердце у драконов тоже может не выдержать.
Он врал. Но надо же было как-то успокоить невесту.
– Кайдел, я боюсь, – она резко развернулась к нему, придвинулась, снова хватая его за руку. А он едва сдержался, чтобы не передернуться от отвращения. Да что за дарх, почему он так на нее реагирует? – Ведь это меня хотели убить! Пожалуйста, не оставляйте меня! Останьтесь со мной!
Что? Он не ослышался? И это робкая, боящаяся собственной тени Джоанна? Кажется, или его круто надули при смотринах?
– Я пришлю тетушку, она с вами побудет, – он снова попытался вырвать руки из ее захвата, не скрывая уже резанувшего по венам раздражения, но Джоанна держала крепко. Цепко. Словно не замечая его изменившегося настроения. И смотрела на него так просительно.
– Пожалуйста, – дрожащим, умоляющим голосом. Заставляющим почувствовать себя последним подлецом.
Кайдел резко встал, вырываясь из ее рук. Стал мерить быстрыми шагами комнату. Чувствовал себя загнанным в угол.
– Джоанна, вы же прекрасно понимаете, что это невозможно! – резко кинул. И рванул ворот рубахи. Стало нечем дышать. – Приличия не позволяют нам проводить ночи до свадьбы!
– Когда речь идет о жизни, о приличиях не думают.
И это ему говорит она? Он резко остановился и строго отчеканил:
- В моем замке о приличиях думают прежде всего. Меньшее, что мне нужно – это княгиня с подмоченной репутацией, о нравственности которой судачат слуги!
Джоанна покраснела. А он снова почувствовал себя последним подлецом. Ведь проблема не в ней. В нем. И если бы все было иначе, совместные ночевки до свадьбы только сблизили бы их. Но нет. Не готов он жертвовать тем единственным временем, когда на законных основаниях может отказать в близости. И лучше его невесте не настаивать.
– Джоанна, я сочувствую вашей потере, – осторожно заговорил он, пытаясь смягчить собственную грубость. – Обещаю, что завтра я непременно уделю вам время. А сейчас позвольте прислать тетю.
– У леди Равены наверняка полно забот, – глухо ответила Джоанна, пряча от него взгляд. – Мне неудобно причинять ей беспокойство. Я побуду одна.
– Мы пошлем вестника вашему отцу, и он пришлет новую камеристку. Или можно подобрать вам компаньонку здесь. Но по статусу, пока мы не женаты, с вами постоянно должна быть спутница.
– Думаю, будет лучше, если компаньонку мне выберите вы, – смиренно согласилась Джоанна.
Эта ее покорность понравилась. Чем меньше в его замке будет шпионов Сальхора, тем лучше.
– Тогда позвольте пожелать вам спокойной ночи, – он церемонно наклонился, заставляя себя поцеловать изящную ручку. И снова едва смог сдержать отвращение, мимолетно коснувшись губами прохладной кожи.
Чувство было такое гадостное, как будто жабу поцеловал. Да что ж такое, раньше он подобного к ней не испытывал! Холодное равнодушие - да, но чтобы прямо так...
Кай вылетел из покоев невесты неприлично стремительно.
Несмотря на усталость, первая ночь в замке превратилась в пытку. Как ни пытался, Кай долго не мог сомкнуть глаз. Мягкая постель казалась тверже камня, тело выламывало в суставах, как у древнего старика. Да и демон в кольце словно сошел с ума, палец жгло беспрерывно. А еще мысли. И это дархово чувство вины.
А потом словно провалился в вязкое туманное нечто. И сквозь него он видел Кераю. Которая ускользала от него, он шел за ней, бежал, кричал, звал ее, казалось, вот-вот схватит за руку, но девчонка ловко уворачивалась, растворяясь в белесом мареве. И когда она в очередной раз исчезла, возникло ощущение чужого тяжелого взгляда. Инстинкты кричали, что где-то рядом в тумане находится ужасное нечто, пристально следящее за каждым движением Кая.
И белесая мгла менялась прямо на глазах. Тонкая струйка черноты, возникшая ниоткуда, быстро распространялась, закрашивая туман густыми клубами тьмы, завоевывая все больше пространства. Он теперь двигался медленно, внимательно всматриваясь в зловеще клубящийся сумрак, туда, где еще оставался какой-то просвет.
И вскоре замер, увидев, как из тумана стали проступать контуры человеческого тела. Крупный мужик, крепкое тело покрыто серебристыми пластинами. Закованный в кандалы, цепи от оков на его руках и ногах тянулись куда-то назад, теряясь в мареве. Длинные белые волосы устрашающе шевелились, словно щупальца осьминога. Ослабленный, но не сломленный. На бледном лице особенно поразили глаза: ярко голубые, с огромными, практически закрывающими все глазное яблоко радужками. Цепкие, пронзительные. И в глубине чернильных зрачков клубилась тьма, именно оттуда она тонкими струйками растекалась по округе.
– Убей ее, – донесся слабый, едва слышный, словно шипение змеи, шепот, от которого волосы встали дыбом. И зловещим эхом в сознании: – Убей… Убей… Убей…
Кай резко сел на кровати, сдавливая ладонями ноющие виски. Чувствуя, как его прошибает холодный пот. Дарх! Демон, похоже, окреп, и уже добрался до его снов. Еще и приказы отдает. Вот только кого он требует убить? Неужели Кераю? Интересно, чем девчонка ему неугодила?
Устав сражаться с собственным организмом и поняв, что сегодня он больше не уснет, Кай встал. Жаль, не может обернуться и полетать. Проклятые барсы лишили его этой возможности.
Барсы. А ведь он может наведаться к пленнику. Один. И поговорить по душам. Возможно, когда не будет лишних ушей, получится вывести оборотня на откровенность. К тому же сейчас ему есть, что сказать зарвавшемуся кошаку.
Ночью замок был погружен во мрак. Лишь редкие светильники у самого потолка развеивали черноту, выделяя серые очертания окружающих предметов. Темнота для дракона не преграда, а люди в такое время спят.
Сейчас, казалось, спит и сам замок. Оглушающая тишина, в которой гулким эхом отдавалась его легкая поступь. Кай не сдержался, с любовью погладил каменную кладку стены. Он столько сил и труда вложил в его восстановление. А сейчас снова над ним сгущаются тучи. Вот только в этот раз он не будет прятать голову в песок, как делал его отец. Не позволит разрушить то, что создавалось его предками, и было лично им восстановлено.
Ради Райохана он мог наступить на горло не только собственной гордыне.
Караульные, выставленные у клетки с барсом, не спали, что не могло не радовать. Как и сам барс. За эти дни его вид стал еще более жалок. А валяющаяся в углу полная миска еды говорила об объявленной голодовке. Кай кивнул охране, чтобы их оставили одних. И как только стихли звуки шагов, стал напротив барса.
- Голодовка не поможет тебе отсюда выйти, разве что только на тот свет. – И с небольшой паузой и чуть насмешливо: – Ты ведь должен это понимать, Стил.
Барс вскинул голову, в янтарных глазах зажглась ярость.
- Откуда знаешь мое имя, дракон?
Надо же, чуть ли не рычит. Священно оно у них, что ли? А он, грешник, так опрометчиво и фамильярно им воспользовался.
- А ты думал, что только ты можешь наведаться в гости? – Кай многозначительно улыбнулся. – Мои люди заглянули к твоему брату. Поговорили по душам.
Барс застыл, словно натянутая стрела. Лицо как безэмоциональная маска. И только глаза жили отдельной жизнью от владельца. Мечущихся в них яростных молний скрыть не мог. Не зря говорил наместник, молодой, вспыльчивый, импульсивный.
- Кстати, - веско добавил Кай, - вытаскивать они тебя не собираются. Говорят, сам виноват, что гонор и бахвальство тебя сгубило. И рисковать ради тебя своей шкурой никто не будет.
– Врешь! – зло процедил сквозь зубы барс и резко бросился на клетку. Кандалы жалобно звякнули, натягиваясь и отбрасывая его обратно.
Кай демонстративно пожал плечами. Мол, думай, как хочешь.
- Ты, конечно, можешь и дальше надеяться на помощь собратьев, а можешь помочь мне. И взамен тебя проведут до границ княжества.
Барс зло сузил глаза.
- Нам не о чем с тобой договариваться, ящерица! – презрительно выплюнул ему в лицо.
По спокойствию Кая ощутимо ударила волна холодного гнева, поднимающаяся изнутри. Сдержался.
- Мне нужна информация по оружию, которое скупаете. И кто из деругов вам его поставляет.
А вот барс владел собой хуже. Так как удивления скрыть не смог.
Кай позволил себе снисходительно улыбнуться.
- Как видишь, я и это знаю.
- Ничего ты не знаешь, дракон! – выплюнул барс, возвращая показное хладнокровие. – Знал бы, не торговался бы здесь со мной, как продажная девка в базарный день. А бежал бы и прятался отсюда подальше, в глубоких пещерах!
- Все, что я еще не знаю, я узнаю обязательно. – Твердо отчеканил. – Можешь не сомневаться. Не для того я отстраивал княжество, чтобы позволить кому-то его уничтожить. Вот только если информацию я узнаю сам, ты сгниешь в этих застенках. Это я тебе обещаю.
Пару мгновений мерялись взглядами. Упрямыми. Злыми. И никто первый не спешил отводить свой.
- Подумай об этом. – Холодно посоветовав ему напоследок, Кай резко развернулся. И ушел.
Спину жег чужой и колючий взгляд. Барс свой так и не опустил. И не отвел.
Разговор поднял в душе глухое раздражение. Хотя изначально понимал, что облезлый кошак так просто не расколется. Ничего, подольше посидит и поймет, что он не врал, и сородичи не станут его спасать. А там, глядишь, и поумнеет. Передумает. Почву для размышлений Кай дал. Выбор за ним.
Вот только раздражение, поднявшееся во время визита к барсу, не спешило отпускать. Да и демон в кольце, чувствуя его состояние, активнее жег ему палец. Дарх! Скоро у него на руке будет такой ожог, что и иллюзией не скроешь. Внезапная мысль, скорее озарение заставили буквально бегом подняться на этаж правящей семьи. И разбудить Рея.
- Я понял, почему демон в последнее время стал активнее, – сообщил, когда чуть ли не волоком затянул ничего не понимающего брата в свой кабинет.
Рей совсем не по-княжески зевнул и потер глаза. Бросив беглый взгляд на черноту за окном и на до неприличия бодрого и возбужденного Кая.
- До утра подождать не мог? Демон тысячу лет просидел в кольце, думаю, за несколько часов он никуда не денется.
- В том то и дело, что может деться! – Кай взволнованно метался из угла в угол. – Ты помнишь, что держит его в кольце?
- Если ты поднял меня среди ночи, чтобы решать сложные задачи, ты не угадал со временем. Я сейчас на это не способен.
Кай бросил на брата недовольный взгляд. Злясь на то, что тот не понимает очевидного.
- Демона сдерживает сила черного дракона. Самого сильного в роду черного дракона. Понимаешь, о чем я? – Кай остановился, пытливо всматриваясь в резко побледневшее лицо брата.
- Твой дракон сейчас ослаблен.
- Вот! – Кай стукнул со злостью кулаком по столу. – И я не знаю, насколько его сил хватит, чтобы сдерживать демона. Дархов темный уже пролез в мои сны!
Рей поражено замер. Да и сам Кай, как только проговорил то, что вертелось в голове, словно оцепенел. Картина получалась нерадостная. И весьма опасная.
- Я с утра свяжусь с Сайфордами.
Кай кивнул. Они в принципе и собирались это делать. Вот только если раньше можно было потянуть с вызовом, то сейчас промедление могло стать фатальным.
- А почему ты не спишь? – подозрительно прищурившись, поинтересовался Рей.
Дарх! Не хватало, чтобы брат сунул нос, куда не просят.
- Не спится! – огрызнулся, видимо, слишком поспешно: взгляд брата стал еще подозрительнее. Как у проклятого некроманта у входа в пещеру. Мальчишка точно плохо влияет на Рея. У них даже повадки становятся похожими.
- С чего бы это?
Вот чего прицепился?
- В моем замке произошло убийство, пропал человек, у барсов появилось оружие против драконов, мало поводов для бессонницы?
- Я понял. – Как-то слишком быстро брат согласился и отстал. На душе неприятно заскребло. Не хватало еще, чтобы сопоставил его бессонницу с Кераей. И напридумывал всяких романтичных глупостей. Что он запал на девчонку и теперь мучается чувством вины.
Хотя отчасти так оно и было. Вот только признаваться в этом он не хотел даже себе. Поэтому заставил себя переключиться на насущные проблемы:
– Нужно прямо сейчас послать вестников с предупреждением для всех драконов, чтобы не летали на Ирбироном. Это опасно, барсы могут еще кого-то подстрелить.
– Понял, сделаю, – собранно кивнул Рей.
- И иди спать, завтра у нас тяжелый день.
Брат иронично хмыкнул:
- Тебе стоило об этом подумать, когда поднимал среди ночи. После таких новостей я, думаешь, смогу уснуть?
- Ну раз спать не хочешь, распорядишься насчет вестников и возвращайся – у нас куча непроверенных накладных, – Кай кивнул на стопку, сложенную на столе.
С которой они провозились до самого утра. И когда первые лучи солнца окрасили багряными полосами кабинет, у Кая болезненно сжалось сердце.
Хоть бы она не пришла. Вот только мало верил, что девчонка отступится от задуманного.
Глава 8
Керая подходила к замку с замирающим сердцем. И среди белого дня. Непривычно для такой, как она. И опасно. Настолько, что скрытая сущность вставала на дыбы, пытаясь прорваться наружу. С трудом удавалось держать ее в узде.
Нащупала в кармане специальную смесь из обычных специй, усиленную магией. Все так, как учил ее мастер. Ее страховка. Если швырнуть такую смесь в воздух, то противник будет на несколько мгновений дезориентирован, что даст ей возможность уйти. Но это на крайний случай, в замке вряд ли поможет, скорее для собственного успокоения.
Остановилась на мгновение, давая себе возможность собраться. И задирая голову вверх. Рассматривая уносящиеся ввысь каменные стены. Массивные, призванные защищать, но при этом не лишенные красоты и изящества. С мощеными барельефами и фигурами драконов.
Керая фыркнула. Самомнение у чешуйчатых, конечно, еще то. Даже на стены себя налепили. И это еще не парадный вход. А задняя стена, с небольшой дверкой, через которую проходила прислуга, чтобы не мозолить господам взор.
Протянула руку, дотрагиваясь до массивного колокольчика. Легкая трель осела мелодичным перезвоном в сознании. Несмотря на внешне невозмутимый вид, Керая нервничала. И не по поводу того, как примут. Они с Карием договорились, что она придет в это время, и в глубине души надеялась, что он встретит лично. Или хотя бы будет ее ждать. И именно ожидание встречи заставляло сбиваться с ритма сердце.
