Мой ангел словно окаменел.
— На сегодня хватит, — громко произнес он через пару мгновений. — Давай, домой провожу.
Он довел меня до входа в мой дворик, попросил не выходить из комнаты и пошел назад, открыто инвертировавшись через какой-нибудь десяток шагов. Я быстро ретировалась, отметив про себя, что никаких подобных миражу фигур в обозримом пространстве не наблюдалось.
Вернулся мой ангел через добрых полчаса.
— Все еще упражняется, — сообщил он мне с порога, хмурясь. — Надо бы маску со шпиона сорвать. Давай-ка мысленный контакт устанавливать.
— Так ты же говорил, что мысленная связь прослушивается! — удивилась я.
— Это если она легальная, — хитро ухмыльнулся он. — И мой руководитель, и Стас мне официально канал выделили. И частота оператора в открытом доступе. А вот если мы никому не известную найдем…
— Как? — проснулось мое любопытство.
— Это должно быть что-то такое, что известно только нам, — сосредоточенно наморщил он лоб. — Как говорят: «Быть на одной волне». Давай попробуем вспомнить самое счастливое событие нашей жизни.
— Что-то я сомневаюсь, что это будет одно и то же событие, — скептически заметила я.
Мой ангел громко крякнул.
— Хорошо, давай вспоминать все самые счастливые моменты. — В его голосе проворчал отдаленный раскат грома. — Должен же у нас хоть один совпасть…
У меня этот момент возник в памяти мгновенно. Рождение Игоря. Я прислушалась к своим ощущениям, не зная, чего ожидать. Вроде, ничего. Перед моими глазами все также стояло крохотное личико нашего сына. Ладно, тогда, наверно, наша свадьба. Перед моим мысленным взором прошла целая вереница картин — мой ангел с растрепанным букетом в руках, монотонная церемония в ЗАГСе, ресторан, где Галин искуситель впервые появился… И опять никакого отклика.
Я задумалась. Что же у нас было счастливее этих моментов? Разве что в самом начале… Ну, если это не сработает, я вообще не знаю, в чем он счастье видит.
Я вспомнила возвращение моего ангела, когда его в первый раз наверх вызвали. Я тогда даже не знала, отпустят ли его вообще назад, а он вернулся с разрешением начать человеческую жизнь. Как он тогда ужин уплетал!
Вдруг я увидела в этой картине себя. Вернее, даже не совсем в этой картине. Я увидела, как стою в своей кухне, нахмурившись и методично тыча пальцем в моего ангела. Так вот, что он счастливым моментом считает! Я эту часть абсолютно не помнила, но если ему так понравилось, я с удовольствием каждый день эту сцену воссоздавать буду.
Коротко глянув на моего ангела, я увидела, что он смотрит куда-то вдаль с влажным блеском в глазах. Вот же странный, не мог раньше сказать, чего ему не хватает?
Мы опробовали мысленный контакт прямо на следующий день. На тренировке я была особо неуклюжа — после дополнительных занятий с моим ангелом у меня каждая мышца ныла и стонала — и, в конце концов, инструктор отправил меня посидеть у стены. Это была первая команда, которой я подчинилась с восторгом.
Сидя в стороне, я вернулась к любимому занятию — наблюдению. Большей частью, за Тенью. К тому времени к нам двоим уже присоединились некоторые другие студенты, освоившие наконец-то невидимость, и на их фоне Тень был особенно хорош. У него, казалось, вообще костей не было — его тело словно перетекало из одного положения в другое. Я заметила, что мой ангел тоже внимательно следит за ним.
Через некоторое время к нему подошел инструктор и что-то сказал ему. Мой ангел нахмурился и принялся с жаром что-то доказывать ему, но тот только отрицательно качал головой. Когда он отошел, мой ангел остался сидеть, глядя прямо перед собой ничего не видящими глазами. А потом и вовсе прикрыл их рукой.
Я не на шутку испугалась — мой ангел всегда умел себя в руках держать. Это со мной он мог разбушеваться, Ну ладно, и с Мариной. И с Игорем пару раз. Но когда появлялась какая-то внешняя опасность, он всегда был собран и уверен в себе. Я поняла, что не дождусь конца занятия. Особенно сейчас, когда я знаю, как ему настроение улучшить.
Сосредоточившись, я мысленно ткнула пальцем ему в плечо. Он дернулся, как от электрического разряда, и отнял руки от ожившего лица. На котором проступила столь знакомая мне непреклонная решимость. Получилось!
— Что случилось? — спросила все же я мысленно.
— Ничего, — отрезал он. — После тренировки задержись, пожалуйста, сразу в лесу останемся.
Я мысленно застонала. То ли он услышал, то ли сам увидел на тренировке, что от меня в тот день вообще никакого толка не было, но в лесу он не стал гонять меня, а наоборот — сам показывал мне всевозможные трюки. И скоро я поняла, почему.
Не прошло и получаса, как я заметила между деревьями наш шпионский мираж. Мой ангел как раз взвился в воздух в сальто — пришлось ждать, чтобы оно в мортале не превратилось. Как только он приземлился, я мысленно ткнула его для разнообразия в спину и сообщила о прибытии зрителя.
— Что делает? — спросил мой ангел, поводя плечами.
— Стоит, — ответила я. — По-моему, просто смотрит.
— Так, описывай мне каждое его движение, — раскомандовался он, — и в привязке к местности.
Едва договорив, он бросился кружить между деревьями, переворачиваясь с ног на руки, на спину, на голову, на колени… У меня голова закружилась.
Опустившись на всякий случай на землю и даже к дереву для верности привалившись, я принялась изображать спортивного комментатора. С трудом — даже скороговоркой я едва успевала за движениями неясной фигуры, повторяющей кувыркание моего ангела. По крайней мере, его отдельные части.
После очередного кульбита, мой ангел замер, отдуваясь и явно вслушиваясь в мой репортаж, и вдруг пошел колесом в сторону миража, как раз завершающего его предыдущий трюк.
Столкнулись они в воздухе. Мой ангел явно был к этому готов и приземлился на ноги. Неясная фигура грохнулась на землю, громко охнув. Мой ангел бросился на источник звука, придавив его коленом и наощупь схватив его за что-то — я не разглядела, за что.
— В видимость! Быстро! — рявкнул мой ангел вслух.
Это был Тень. Честно говоря, я еще накануне о нем подумала, но очень не хотелось верить, что он за нами подглядывает. Зачем — он ведь и так уже лучшим по физической подготовке в нашей группе стал?
Именно об этом и спросил его мой ангел.
— Я хочу всему научиться, — ответил Тень, глядя себе под ноги. — Я знаю, что могу больше, чем там, в павильоне, дают.
— Почему в невидимости? — снова рявкнул мой ангел.
— У Вас не может быть предпочтений, — поднял на него глаза Тень. — Татьяна не в счет, я знаю, что она — особый случай. А так я мог и у профессионала поучиться, и не подвести его.
Мой ангел хмыкнул.
— А ну, покажите мне, чему Вы научились, — прищурился он.
Тень закрыл глаза, набрал воздух и шумно выдохнул. Оттолкнувшись, он прямо с места кувыркнулся в воздухе, перекатился по земле, плавно вскочил и пошел повторять другие трюки моего ангела. Иногда неловко, иногда теряя равновесие — но мой ангел следил за его движениями с внезапным интересом.
— Пойдем-ка прогуляемся, — сказал он, когда Тень остановился, тяжело дыша. — Есть здесь более подходящие места. Татьяна, может, домой пойдешь?
Я отчаянно замотала головой. Это же опять почти, как на земле, когда мой ангел на старом дубе в парке вертелся, а я наблюдала за ним. А тут, похоже, целое соревнование намечается, и мне в нем, слава Богу, только роль публики отведена. Или еще лучше — группы поддержки сразу всех участников. Да меня все небесное начальство не заставит пропустить такое зрелище!
Мы пошли в густой лес, на то место, где с Максом встречались. Там мой ангел принялся гонять Тень вокруг, через и под всевозможные препятствия, но не долго — Тень оказался намного более благодарным учеником, чем я.
Потом они кружили на месте, стараясь захватить другого и не дать захватить себя.
Потом они начали отрабатывать способы устранения физических угроз, которые могут встретиться в жизни человека. У Тени оказался неиссякаемый запас примеров таких угроз.
А потом мы приходили на это место каждый день после тренировок в павильоне, и мой ангел постоянно пребывал в наилучшем расположении духа. И от меня отстал. И инструкторы тоже.
Одним словом, окончание курса обучения у хранителей прошло в атмосфере всеобщего благодушия и довольства. По его результатам выяснилось, что я опередила Тень в ментальной подготовке, а он меня, естественно, в физической. В целом он тоже обошел меня, но совсем чуть-чуть — и, как я постоянно себе напоминала, исключительно благодаря моему ангелу.
Перед следующим курсом нам дали два дня передышки. Один из них я готовилась просто пережить как первое испытание в нашей ангельской жизни, а он обернулся сплошными сюрпризами.
Моему ангелу нужно было отчитаться о первом этапе нашего обучения. Я знала, что он должен лично предоставить свой отчет в их …не знаю, центральный офис, что ли, и было мне очень тревожно — я его отлучки всегда очень тяжело переносила. С другой стороны, теперь он уже не в какое-то не знакомое мне место отправляется. По крайней мере, будет где-то рядом. По крайней мере, точно вернется. По крайней мере, я предпочитала так думать.
Мой ангел, естественно, сделал все возможное, чтобы развеять в пух и прах все мои попытки успокоиться. Накануне нашего первого расставания он — совершенно безапелляционным тоном — дал мне миллион инструкций, что делать и, главное, не делать в его отсутствие. Прямо опять землей повеяло — очень нервно.
А потом он взял мою руку и положил в нее телефон.
— Нет, тебе он нужнее, — запротестовала я.
— Это тебе, — мрачно произнес он. — Подарок.
— Какой подарок? — опешила я.
— Не знаю, — мотнул он головой. — На Восьмое марта.
— А сегодня Восьмое марта? — вскинулась я.
— Понятия не имею, — чуть улыбнулся, наконец, он. — Наверно. Или уже было. Или скоро будет. Не важно. Главное — это самый надежный здесь канал связи. Мысленную оставим на крайний случай.
Мы проверили мой телефон, и, дав мне напоследок указание постоянно держать его при себе, мой ангел удалился. Вот честное слово, он землю никогда с таким похоронным видом не покидал!
Оставшись одна, я принялась разбираться с телефоном. Функций в нем было видимо-невидимо, не все из них были мне понятны, а некоторые вообще не работали — здесь, наверно. Но когда я, в целом, с ним освоилась, грех было подарок моего ангела на опробовать.
И, естественно, первый звонок я сделала Игорю. В отсутствие моего ангела мы с ним от души поговорили и о его делах, и о Дариных, и о моих родителях. Меня очень обрадовало, что он и учебу не забрасывал, и все больше увлекался работой у Марины, и Марина была им довольна.
Один раз нам пришлось прерваться — мой ангел позвонил, чтобы узнать, как у меня дела.
Потом было совершенно логично позвонить Марине, чтобы выслушать ее мнение об Игоре. И все новости из жизни Светки. И, в очередной раз, Маринину точку зрения на небожителей, «возомнивших себя вершителями человеческих судеб». И все ее вопросы: не подвергают ли меня дискриминации, не пытаются ли использовать, не настраивают ли против людей…
С Мариной нам пришлось прерваться дважды — в первый раз я опрометчиво сообщила моему ангелу, с кем разговариваю.
Ну, а потом уже было просто неудобно не позвонить и Тоше. Чтобы и о Гале с девочками справиться, и узнать, как обстоят дела у нас в офисе. Когда Тоша сообщил мне, что на мое место уже нового человека взяли, у меня сердце защемило.
Мой ангел снова позвонил именно в этот момент, и я довольно резко поинтересовалась у него, что может случиться со мной в моей комнате.
Больше он не звонил. И мне звонить больше было некому. До меня вдруг дошло, сколько тесных связей было у меня на земле, а сейчас от них остались только эти три тонкие ниточки. Ну, и мой ангел, конечно. Хоть бы он поскорее возвращался — больше мне не с кем всеми новостями поделиться. Мог бы, между прочим, побыстрее свои дела заканчивать, вместо того чтобы мне по поводу и без повода трезвонить.
Я вдруг заметила, что хожу по комнате из угла в угол — точно так, как на земле, когда его с нее на ковер вызывали. Но тогда у меня не было доступа к этому ковру, а сейчас он где-то рядом…
Я, конечно, обещала моему ангелу не выходить, но я же только в лес, где все тропинки по сотне раз исхожены, даже к павильону хранителей. А дальше я не пойду. По крайней мере, сразу. И, между прочим, через день нам придется в следующий павильон идти — отчего же не разведать дорогу? А если я моего ангела там встречу и он сразу орать начнет, я тут же инвертируюсь.
Так далеко я не зашла. Не успела я выйти из комнаты и направиться к лесу, как меня догнал Тень. Представив себе реакцию моего ангела на мою вылазку на неизведанную территорию, да еще и в компании (доказывай ему потом, что это не я Тень на это подбила!), я решила прогуливаться исключительно вдоль опушки.
— Вам тоже взаперти не сидится? — спросил меня Тень, поздоровавшись.
— Да нет, — пожала я плечами. — Просто как-то непривычно ничего не делать.
— Да уж, — понимающе кивнул Тень, — лучше бы нам перерыв не делали. Следующее подразделение должно быть интересным.
— А какое следующее? — наморщила я лоб, пытаясь вспомнить расписание, валяющееся у меня на столе.
— Служба внешней охраны, — с удивлением глянул на меня он.
Не успев остановить себя, я страдальчески поморщилась. Один только вид Стаса и его подчиненных ясно говорил о том, что меня ждет усиленная физическая подготовка.
Тень явно заметил мою гримасу.
— А мне казалось, что Вы с ними отлично ладили, — прищурившись, произнес он. — Судя по Вашей истории.
— Ладили, — согласилась я, — когда они людей к своим операциям не привлекали.
— Почему? — недоверчиво вскинул брови Тень. — По-моему, люди должны гордиться, помогая ангелам устанавливать справедливость.
— Даже если им приходиться посмертно этим гордиться? — остро глянула я на него, вспомнив, чем чуть не закончилось участие в операции Стаса для Марины.
— Но мы же с Вами знаем, — усмехнулся он, — что понятие смерти весьма условно.
— Да неужели? — вспыхнула я. — Оно для избранных условно. Избранных ангелами по их критериям. А для большинства…
Тень впился взглядом в мое лицо, но я уже прикусила язык, мучительно пытаясь вспомнить, говорилось ли в нашей истории о распылении и, если да, как подробно.
— А Ваш Анатолий только во время занятий Вас навещает? — не дождавшись от меня продолжения, сменил тему Тень.
— Он отчет сдает, — решила я ограничиться самыми короткими ответами.
— Интересно, — проговорил он в сторону, словно и не ко мне обращаясь, — какова здесь практика отчетов? Только результаты фиксируются или еще и заключение дается?
Мне показалось, что я поняла его неозвученный вопрос.
— Я думаю, и то, и другое, — усмехнулась я. — Ваши результаты наверняка в отчете отмечены, и я даже не удивлюсь, если там окажется рекомендация направить Вас в хранители.
Однако, реакция Тени удивила меня.
— Надеюсь, что нет, — натянуто произнес он. — Хотелось бы сначала ознакомиться со всеми подразделениями.
В этот момент я увидела, что из глубины леса на нас надвигается мой ангел. Пыхтящий, как локомотив. У которого отказали тормоза. Во время спуска с крутой горы. А я даже инвертироваться в присутствии Тени не могу!
— На сегодня хватит, — громко произнес он через пару мгновений. — Давай, домой провожу.
Он довел меня до входа в мой дворик, попросил не выходить из комнаты и пошел назад, открыто инвертировавшись через какой-нибудь десяток шагов. Я быстро ретировалась, отметив про себя, что никаких подобных миражу фигур в обозримом пространстве не наблюдалось.
Вернулся мой ангел через добрых полчаса.
— Все еще упражняется, — сообщил он мне с порога, хмурясь. — Надо бы маску со шпиона сорвать. Давай-ка мысленный контакт устанавливать.
— Так ты же говорил, что мысленная связь прослушивается! — удивилась я.
— Это если она легальная, — хитро ухмыльнулся он. — И мой руководитель, и Стас мне официально канал выделили. И частота оператора в открытом доступе. А вот если мы никому не известную найдем…
— Как? — проснулось мое любопытство.
— Это должно быть что-то такое, что известно только нам, — сосредоточенно наморщил он лоб. — Как говорят: «Быть на одной волне». Давай попробуем вспомнить самое счастливое событие нашей жизни.
— Что-то я сомневаюсь, что это будет одно и то же событие, — скептически заметила я.
Мой ангел громко крякнул.
— Хорошо, давай вспоминать все самые счастливые моменты. — В его голосе проворчал отдаленный раскат грома. — Должен же у нас хоть один совпасть…
У меня этот момент возник в памяти мгновенно. Рождение Игоря. Я прислушалась к своим ощущениям, не зная, чего ожидать. Вроде, ничего. Перед моими глазами все также стояло крохотное личико нашего сына. Ладно, тогда, наверно, наша свадьба. Перед моим мысленным взором прошла целая вереница картин — мой ангел с растрепанным букетом в руках, монотонная церемония в ЗАГСе, ресторан, где Галин искуситель впервые появился… И опять никакого отклика.
Я задумалась. Что же у нас было счастливее этих моментов? Разве что в самом начале… Ну, если это не сработает, я вообще не знаю, в чем он счастье видит.
Я вспомнила возвращение моего ангела, когда его в первый раз наверх вызвали. Я тогда даже не знала, отпустят ли его вообще назад, а он вернулся с разрешением начать человеческую жизнь. Как он тогда ужин уплетал!
Вдруг я увидела в этой картине себя. Вернее, даже не совсем в этой картине. Я увидела, как стою в своей кухне, нахмурившись и методично тыча пальцем в моего ангела. Так вот, что он счастливым моментом считает! Я эту часть абсолютно не помнила, но если ему так понравилось, я с удовольствием каждый день эту сцену воссоздавать буду.
Коротко глянув на моего ангела, я увидела, что он смотрит куда-то вдаль с влажным блеском в глазах. Вот же странный, не мог раньше сказать, чего ему не хватает?
Мы опробовали мысленный контакт прямо на следующий день. На тренировке я была особо неуклюжа — после дополнительных занятий с моим ангелом у меня каждая мышца ныла и стонала — и, в конце концов, инструктор отправил меня посидеть у стены. Это была первая команда, которой я подчинилась с восторгом.
Сидя в стороне, я вернулась к любимому занятию — наблюдению. Большей частью, за Тенью. К тому времени к нам двоим уже присоединились некоторые другие студенты, освоившие наконец-то невидимость, и на их фоне Тень был особенно хорош. У него, казалось, вообще костей не было — его тело словно перетекало из одного положения в другое. Я заметила, что мой ангел тоже внимательно следит за ним.
Через некоторое время к нему подошел инструктор и что-то сказал ему. Мой ангел нахмурился и принялся с жаром что-то доказывать ему, но тот только отрицательно качал головой. Когда он отошел, мой ангел остался сидеть, глядя прямо перед собой ничего не видящими глазами. А потом и вовсе прикрыл их рукой.
Я не на шутку испугалась — мой ангел всегда умел себя в руках держать. Это со мной он мог разбушеваться, Ну ладно, и с Мариной. И с Игорем пару раз. Но когда появлялась какая-то внешняя опасность, он всегда был собран и уверен в себе. Я поняла, что не дождусь конца занятия. Особенно сейчас, когда я знаю, как ему настроение улучшить.
Сосредоточившись, я мысленно ткнула пальцем ему в плечо. Он дернулся, как от электрического разряда, и отнял руки от ожившего лица. На котором проступила столь знакомая мне непреклонная решимость. Получилось!
— Что случилось? — спросила все же я мысленно.
— Ничего, — отрезал он. — После тренировки задержись, пожалуйста, сразу в лесу останемся.
Я мысленно застонала. То ли он услышал, то ли сам увидел на тренировке, что от меня в тот день вообще никакого толка не было, но в лесу он не стал гонять меня, а наоборот — сам показывал мне всевозможные трюки. И скоро я поняла, почему.
Не прошло и получаса, как я заметила между деревьями наш шпионский мираж. Мой ангел как раз взвился в воздух в сальто — пришлось ждать, чтобы оно в мортале не превратилось. Как только он приземлился, я мысленно ткнула его для разнообразия в спину и сообщила о прибытии зрителя.
— Что делает? — спросил мой ангел, поводя плечами.
— Стоит, — ответила я. — По-моему, просто смотрит.
— Так, описывай мне каждое его движение, — раскомандовался он, — и в привязке к местности.
Едва договорив, он бросился кружить между деревьями, переворачиваясь с ног на руки, на спину, на голову, на колени… У меня голова закружилась.
Опустившись на всякий случай на землю и даже к дереву для верности привалившись, я принялась изображать спортивного комментатора. С трудом — даже скороговоркой я едва успевала за движениями неясной фигуры, повторяющей кувыркание моего ангела. По крайней мере, его отдельные части.
После очередного кульбита, мой ангел замер, отдуваясь и явно вслушиваясь в мой репортаж, и вдруг пошел колесом в сторону миража, как раз завершающего его предыдущий трюк.
Столкнулись они в воздухе. Мой ангел явно был к этому готов и приземлился на ноги. Неясная фигура грохнулась на землю, громко охнув. Мой ангел бросился на источник звука, придавив его коленом и наощупь схватив его за что-то — я не разглядела, за что.
— В видимость! Быстро! — рявкнул мой ангел вслух.
Это был Тень. Честно говоря, я еще накануне о нем подумала, но очень не хотелось верить, что он за нами подглядывает. Зачем — он ведь и так уже лучшим по физической подготовке в нашей группе стал?
Именно об этом и спросил его мой ангел.
— Я хочу всему научиться, — ответил Тень, глядя себе под ноги. — Я знаю, что могу больше, чем там, в павильоне, дают.
— Почему в невидимости? — снова рявкнул мой ангел.
— У Вас не может быть предпочтений, — поднял на него глаза Тень. — Татьяна не в счет, я знаю, что она — особый случай. А так я мог и у профессионала поучиться, и не подвести его.
Мой ангел хмыкнул.
— А ну, покажите мне, чему Вы научились, — прищурился он.
Тень закрыл глаза, набрал воздух и шумно выдохнул. Оттолкнувшись, он прямо с места кувыркнулся в воздухе, перекатился по земле, плавно вскочил и пошел повторять другие трюки моего ангела. Иногда неловко, иногда теряя равновесие — но мой ангел следил за его движениями с внезапным интересом.
— Пойдем-ка прогуляемся, — сказал он, когда Тень остановился, тяжело дыша. — Есть здесь более подходящие места. Татьяна, может, домой пойдешь?
Я отчаянно замотала головой. Это же опять почти, как на земле, когда мой ангел на старом дубе в парке вертелся, а я наблюдала за ним. А тут, похоже, целое соревнование намечается, и мне в нем, слава Богу, только роль публики отведена. Или еще лучше — группы поддержки сразу всех участников. Да меня все небесное начальство не заставит пропустить такое зрелище!
Мы пошли в густой лес, на то место, где с Максом встречались. Там мой ангел принялся гонять Тень вокруг, через и под всевозможные препятствия, но не долго — Тень оказался намного более благодарным учеником, чем я.
Потом они кружили на месте, стараясь захватить другого и не дать захватить себя.
Потом они начали отрабатывать способы устранения физических угроз, которые могут встретиться в жизни человека. У Тени оказался неиссякаемый запас примеров таких угроз.
А потом мы приходили на это место каждый день после тренировок в павильоне, и мой ангел постоянно пребывал в наилучшем расположении духа. И от меня отстал. И инструкторы тоже.
Одним словом, окончание курса обучения у хранителей прошло в атмосфере всеобщего благодушия и довольства. По его результатам выяснилось, что я опередила Тень в ментальной подготовке, а он меня, естественно, в физической. В целом он тоже обошел меня, но совсем чуть-чуть — и, как я постоянно себе напоминала, исключительно благодаря моему ангелу.
Перед следующим курсом нам дали два дня передышки. Один из них я готовилась просто пережить как первое испытание в нашей ангельской жизни, а он обернулся сплошными сюрпризами.
Глава 11.5
Моему ангелу нужно было отчитаться о первом этапе нашего обучения. Я знала, что он должен лично предоставить свой отчет в их …не знаю, центральный офис, что ли, и было мне очень тревожно — я его отлучки всегда очень тяжело переносила. С другой стороны, теперь он уже не в какое-то не знакомое мне место отправляется. По крайней мере, будет где-то рядом. По крайней мере, точно вернется. По крайней мере, я предпочитала так думать.
Мой ангел, естественно, сделал все возможное, чтобы развеять в пух и прах все мои попытки успокоиться. Накануне нашего первого расставания он — совершенно безапелляционным тоном — дал мне миллион инструкций, что делать и, главное, не делать в его отсутствие. Прямо опять землей повеяло — очень нервно.
А потом он взял мою руку и положил в нее телефон.
— Нет, тебе он нужнее, — запротестовала я.
— Это тебе, — мрачно произнес он. — Подарок.
— Какой подарок? — опешила я.
— Не знаю, — мотнул он головой. — На Восьмое марта.
— А сегодня Восьмое марта? — вскинулась я.
— Понятия не имею, — чуть улыбнулся, наконец, он. — Наверно. Или уже было. Или скоро будет. Не важно. Главное — это самый надежный здесь канал связи. Мысленную оставим на крайний случай.
Мы проверили мой телефон, и, дав мне напоследок указание постоянно держать его при себе, мой ангел удалился. Вот честное слово, он землю никогда с таким похоронным видом не покидал!
Оставшись одна, я принялась разбираться с телефоном. Функций в нем было видимо-невидимо, не все из них были мне понятны, а некоторые вообще не работали — здесь, наверно. Но когда я, в целом, с ним освоилась, грех было подарок моего ангела на опробовать.
И, естественно, первый звонок я сделала Игорю. В отсутствие моего ангела мы с ним от души поговорили и о его делах, и о Дариных, и о моих родителях. Меня очень обрадовало, что он и учебу не забрасывал, и все больше увлекался работой у Марины, и Марина была им довольна.
Один раз нам пришлось прерваться — мой ангел позвонил, чтобы узнать, как у меня дела.
Потом было совершенно логично позвонить Марине, чтобы выслушать ее мнение об Игоре. И все новости из жизни Светки. И, в очередной раз, Маринину точку зрения на небожителей, «возомнивших себя вершителями человеческих судеб». И все ее вопросы: не подвергают ли меня дискриминации, не пытаются ли использовать, не настраивают ли против людей…
С Мариной нам пришлось прерваться дважды — в первый раз я опрометчиво сообщила моему ангелу, с кем разговариваю.
Ну, а потом уже было просто неудобно не позвонить и Тоше. Чтобы и о Гале с девочками справиться, и узнать, как обстоят дела у нас в офисе. Когда Тоша сообщил мне, что на мое место уже нового человека взяли, у меня сердце защемило.
Мой ангел снова позвонил именно в этот момент, и я довольно резко поинтересовалась у него, что может случиться со мной в моей комнате.
Больше он не звонил. И мне звонить больше было некому. До меня вдруг дошло, сколько тесных связей было у меня на земле, а сейчас от них остались только эти три тонкие ниточки. Ну, и мой ангел, конечно. Хоть бы он поскорее возвращался — больше мне не с кем всеми новостями поделиться. Мог бы, между прочим, побыстрее свои дела заканчивать, вместо того чтобы мне по поводу и без повода трезвонить.
Я вдруг заметила, что хожу по комнате из угла в угол — точно так, как на земле, когда его с нее на ковер вызывали. Но тогда у меня не было доступа к этому ковру, а сейчас он где-то рядом…
Я, конечно, обещала моему ангелу не выходить, но я же только в лес, где все тропинки по сотне раз исхожены, даже к павильону хранителей. А дальше я не пойду. По крайней мере, сразу. И, между прочим, через день нам придется в следующий павильон идти — отчего же не разведать дорогу? А если я моего ангела там встречу и он сразу орать начнет, я тут же инвертируюсь.
Так далеко я не зашла. Не успела я выйти из комнаты и направиться к лесу, как меня догнал Тень. Представив себе реакцию моего ангела на мою вылазку на неизведанную территорию, да еще и в компании (доказывай ему потом, что это не я Тень на это подбила!), я решила прогуливаться исключительно вдоль опушки.
— Вам тоже взаперти не сидится? — спросил меня Тень, поздоровавшись.
— Да нет, — пожала я плечами. — Просто как-то непривычно ничего не делать.
— Да уж, — понимающе кивнул Тень, — лучше бы нам перерыв не делали. Следующее подразделение должно быть интересным.
— А какое следующее? — наморщила я лоб, пытаясь вспомнить расписание, валяющееся у меня на столе.
— Служба внешней охраны, — с удивлением глянул на меня он.
Не успев остановить себя, я страдальчески поморщилась. Один только вид Стаса и его подчиненных ясно говорил о том, что меня ждет усиленная физическая подготовка.
Тень явно заметил мою гримасу.
— А мне казалось, что Вы с ними отлично ладили, — прищурившись, произнес он. — Судя по Вашей истории.
— Ладили, — согласилась я, — когда они людей к своим операциям не привлекали.
— Почему? — недоверчиво вскинул брови Тень. — По-моему, люди должны гордиться, помогая ангелам устанавливать справедливость.
— Даже если им приходиться посмертно этим гордиться? — остро глянула я на него, вспомнив, чем чуть не закончилось участие в операции Стаса для Марины.
— Но мы же с Вами знаем, — усмехнулся он, — что понятие смерти весьма условно.
— Да неужели? — вспыхнула я. — Оно для избранных условно. Избранных ангелами по их критериям. А для большинства…
Тень впился взглядом в мое лицо, но я уже прикусила язык, мучительно пытаясь вспомнить, говорилось ли в нашей истории о распылении и, если да, как подробно.
— А Ваш Анатолий только во время занятий Вас навещает? — не дождавшись от меня продолжения, сменил тему Тень.
— Он отчет сдает, — решила я ограничиться самыми короткими ответами.
— Интересно, — проговорил он в сторону, словно и не ко мне обращаясь, — какова здесь практика отчетов? Только результаты фиксируются или еще и заключение дается?
Мне показалось, что я поняла его неозвученный вопрос.
— Я думаю, и то, и другое, — усмехнулась я. — Ваши результаты наверняка в отчете отмечены, и я даже не удивлюсь, если там окажется рекомендация направить Вас в хранители.
Однако, реакция Тени удивила меня.
— Надеюсь, что нет, — натянуто произнес он. — Хотелось бы сначала ознакомиться со всеми подразделениями.
В этот момент я увидела, что из глубины леса на нас надвигается мой ангел. Пыхтящий, как локомотив. У которого отказали тормоза. Во время спуска с крутой горы. А я даже инвертироваться в присутствии Тени не могу!
