Как? А мириться придется! Хоть как.
- Ой, знаю я эту мерзкую улыбочку, - протянула Алисента, потягиваясь на ее кровати. – Что-то уже надумала. Гадкое.
- У меня мерзкая улыбочка?! – возмутилась Сабина, вычленив из тирады только это.
- А ты в зеркало глянь, - ехидно отозвалась сестра. – Сознавайся, что надумала?
- Да что я могла надумать!
- Ну, - Алисента изобразила глубокомысленное выражение на хитрой мордашке. – Ты, наверное, думаешь – вот поймет он, что ты постоянно мотаешься по южным окраинам и гарнизонам, а ты еще поразишь его своими солдатскими манерами – и он немедля пожалеет о своем скоропалительном решении. Может даже, рискнет отказаться! Или просто – пока маркграф будет занят делами своей марки, ты сможешь безнаказанно изменять ему в своих разъездах, и никто ничего не узнает!
- Планы – один другого краше, - пробормотала Сабина. – А уж коварство зашкаливает.
- Ну, если ты ничего не отчебучишь – я буду разочарована.
- Алисента! Ты будешь представлена двору через год или два, - воззвала к разуму Сабина, не выдержав. – Что за возмутительные выражения?! Такие не подобают юной леди. Кто из нас – грубый солдафон, в конце концов?!
Сестра выразительно изогнула бровь.
Ну да, смешно. Сабина сообразила, что она ляпнула: немного времени понадобилось, чтоб ей превратиться в копию их отца! Не сдержавшись, прыснула. Попыталась напустить на себя серьезный вид – и расхохоталась безудержно. Алисента, уже полминуты сдерживавшая рвущийся хохот, присоединилась к ней.
- Надо тебе всё-таки собрать вещи, - заметила сестра, когда обе отсмеялись.
- Сама знаю, - Сабина махнула рукой. – Думаю, стоит взять все платья, что остались от последней поездки ко двору. Дальше разберемся…
Нет, разумеется, платья, в которых она блистала при дворе нынешним летом, не подходили. Во-первых, Сабину в них уже видели. Во-вторых, помолвка – это не представление двору новой ловчей на королевской службе!
Сабина задумчиво разглядывала плотный черный атлас с тонкой серебряной вышивкой. Роскошно!
- Изысканный выбор, графиня Эрнхилд, - напомнила о себе хофмейстерина фон Вестенберг. – У вас недурной вкус! Мало кто из юных девушек вашего возраста остановил бы выбор на таком варианте.
Сабина вздрогнула. Она пока не останавливала выбора ни на каком варианте! Просто задумалась.
- Очень необычно выглядит, - проговорила она. – Не то, чтобы я уже решила…
- Вы задумались, - хофмейстерина дружелюбно улыбнулась. – Это понятно. Но какая-нибудь ваша ровесница задумалась бы, разглядывая вон тот розовый муслин. Или палевый сатин – взгляните!
- Тоже серебряная вышивка, - пробормотала Сабина. – Только еще тоньше. И мягче.
- Так ведь совсем скоро зима. В преддверии зимы так естественны узоры, повторяющие рисунки изморози!
О. А густые оборки и тяжелые воланы, что украшали ее платья в летний приезд, должно быть, символизировали изобилие и урожай.
Хофмейстерина фон Вестенберг появилась в отведенных ей покоях спустя пару часов после ее приезда. И, едва кинув взгляд на ее гардероб, не до конца распакованный усердной Амели, сразу повела к портному.
Властителю придворной моды оказалось отведено целое крыло дворца. Сабина впервые попала в его владения, и обстановка здесь поразила ее. Черный атлас и привлек ее внимание, потому что глазу необходимо было хоть за что-то зацепиться в царящем разноцветье.
- Что ж. Изморозь так изморозь, - вздохнула ловчая. – Хотя узоры на этом черном атласе – скорее цветочные, - она помолчала. Тоже еще, нашла к чему придраться! – Так вы считаете – черный подойдет? Не слишком вызывающе? – она окинула взглядом разложенные рулоны материи. – Розовый и палевый – даже не знаю. Разве что вон тот сиреневый, - она потянулась к фиалковой ткани. – Если бы вместо полоски…
- Да, эта тонкая полоска выглядит несколько по-детски. Но, думаю, мы найдем ткань такого же оттенка с другой вышивкой. Для дневных выходов – недурно. А черный – на вечер. И черный с темно-серой полоской, - вытянула из-под рулона, что привлек внимание Сабины, еще один. – И, думаю, вам пойдет темно-синий.
- Мне остается только вам довериться, - девушка рассмеялась.
- Думаю, на завтрашний вечер лучшего, чем вы выбрали с самого начала, не придумать, - хофмейстерина кивнула модистке на черный атлас с вышивкой. – А что вызывающе – так самая юная ловчая королевства, да еще и невеста маркграфа цу Кирксена, просто обязана выглядеть вызывающе! Тем более, завтра – оглашение вашей помолвки… нет, милочка, не убирайте те ленты! – окликнула она модистку. – Вот к этой материи…
- Темно-синий атлас на черном, - отозвалась та с живостью. – Должно получиться эффектно! Есть еще кружево, вышивка…
- Прекрасно, я посмотрю, - кивнула фон Вестенберг. – Ступайте, графиня. С вас пока снимут мерки, - она улыбнулась.
Вот и славно. Ей же лучше – не копаться в этих кружевах и лентах! Они в первый же миг обезоружили ее внимание. Сабина направилась в соседнюю комнатку. Хотя, если подумать, она ведь хотела когда-то и наряжаться, и выбирать из красивых дорогих тканей. И носить вышивки, кружева, ленты… и почему желания сбываются так нелепо – когда это уже вроде как и не особо надо?
- Для нынешнего ужина подойдет любое из привезенных вами платьев, - инструктировала ее фон Вестенберг, когда они снова очутились в покоях Сабины. – Маркграф прибудет завтра, завтра же и состоится оглашение вашей помолвки!
- Так скоро? – удивилась девушка. – Я хотела сказать – швеи так быстро справятся?
- Это придворные швеи, - рассмеялась хофмейстерина. – Не стоит недооценивать их! Эти девушки дорожат своим местом. Итак, маркграф будет либо в бордовом, либо в синем. Так или иначе – черный атлас и синие ленты вашего платья будут изумительно гармонировать с его костюмом.
- Прибудет лишь завтра, а уже известно, в чем будет?
Собеседница рассмеялась.
- Маркграф – старый закаленный вояка. Чем-то он похож на вас – только еще хуже в вопросах моды. Так что вопрос своего придворного гардероба целиком отдал на откуп портному.
- О, - протянула Сабина.
Старый закаленный вояка, похожий на нее. И почему ее не радует эта новость? Наверное, потому что жить с престарелым черствым сухарем будет не слишком-то радостно.
Она широко улыбнулась, заставив глаза засиять.
- Я почти ничего не слышала о маркграфе, - поведала она, опуская взгляд. – На самом деле, вы меня немного успокоили. Думаю, брак с человеком, который сходен со мною во взглядах и характере, должен оказаться удачным, - снова глянула на хофмейстерину. – А вы, должно быть, неплохо знаете маркграфа? Расскажите о нем.
Вестенберг хмыкнула. Вид у нее сделался озадаченный.
Сабина сама не могла бы сказать, к чему понадобилось это представление. Тирада содержала чистое вранье. Вот только выдавать свои истинные мысли опекающей ее фрейлине почему-то не хотелось.
- Не то, чтобы я хорошо знала маркграфа, - хмыкнула та наконец. – Он не так давно при дворе. Но слышала я о нем много. Полагаю, как и вы.
- Увы. Имя маркграфа цу Кирксена я впервые услышала, когда отец сообщил мне о помолвке, - Сабина снова широко улыбнулась. – И потому он представляется мне таким загадочным.
- Загадочным?!
- Я слышала, марка Кирксен десятка два лет как пробыла без хозяина. Переходила из рук в руки временных наместников.
- Вы, должно быть, располагаете устаревшими сведениями, - тонко улыбнулась Вестенберг. – Впрочем, неудивительно: марка Кирксен, при своем значении, невелика и небогата. Ею и правда долго управляли временные лорды. Маркграф же служил изначально под началом маркграфа Саар. Однако заслуги его позволили ему получить титул из рук его величества. Теперь он почти на равных со своим прежним сюзереном.
- О, - протянула удивленная Сабина. – Почти на равных – с учетом разницы в значении их марок для королевства, верно?
- Маркграфы Саар не одно поколение служат Гринвальдену, - Вестенберг поджала губы.
О! А она, не иначе, как гордится заслугами рода Саар. Эх, у нее всегда было скверно со знанием генеалогии! Но не исключено, что хофмейстерина – родственница им? Не просто ж так она получила свое положение при дворе.
Любопытно. И это почти на равных – могло ли случиться так, что, получив титул, цу Кирксен рассорился с прежним покровителем? Тот мог испытывать досаду, что вассал теперь независим от него…
- Я слыхала о маркграфах Саар – правда, немного, - Сабина потупилась. – Осенью даже ездила в Саарскую марку – правда, была занята поручением, - она осеклась. – Вы, кажется, гордитесь их древним родом, - и слегка улыбнулась.
- Я глубоко уважаю дядюшку за его заслуги перед Гринвальденом, - сухо подтвердила Вестенберг. Помолчала, по губам зазмеилась тонкая улыбка. – И не нужно пытаться меня подловить, юная леди, будущая маркграфиня цу Кирксен. Если хотите что-то знать – спросите прямо, - с этим она вышла, оставив Сабину в задумчивости.
Она хмыкнула озадаченно, запустила пятерню в волосы.
- Госпожа! – возглас Амели от дверей гардеробной заставил встряхнуться. – Ну, что ж вы делаете? Мне снова вас причесывать, - укорила горничная. – И… вы разозлили госпожу хофмейстерину? – прибавила она.
- Не стоит так пугаться. Просто слегка рассердила. Ну, всем свойственны иногда промахи, - Сабина изобразила улыбку. – А причесаться и правда нужно: я растрепалась еще у портного, во время примерки! На ужин в таком виде нельзя. То есть, можно конечно, но нежелательно.
- А этот маркграф… ваш будущий супруг, - робко начала девушка. – Кажется, суровый человек.
- Похоже на то, - вздохнула ловчая. – Завтра и взгляну на него!
Маркграф оказался заметно моложе, чем Сабина себе представляла.
Воспаленное воображение рисовало облик высокомерного старца, жестокого и хмурого. Вместо этого ее представили молодому, полному сил мужчине. При всей внешней суровости и хмуром выражении лица, тот оказался безупречно вежлив и даже не чужд галантности.
Высокий, подтянутый, темноволосый, с жестким загорелым лицом.
Сразу видно – не сидит сиднем в замке. Взгляд пронзительный – словно привык вглядываться вдаль. Не понять только, какого цвета глаза…
Хотя ей-то какая разница! Что за мысли только лезут в голову.
Она бездумно таращилась на жениха, пока окружающие произносили полагающиеся по случаю слова. Ее задачей было кивать и улыбаться.
Вообще, в определенном смысле ей повезло. Не каждая невеста имеет возможность познакомиться с женихом до свадьбы! Некоторые видят мужа впервые лишь возле алтаря. А тут – она сможет даже немного побеседовать с ним. В ближайшие несколько дней они не единожды встретятся во время приемов.
- Безмерно рад знакомству, - он коснулся губами ее руки.
И этот безмерно рад! В душе всколыхнулось невольное раздражение. И Сабина старательно растянула губы в улыбке. Опустила ресницы.
По совести, ей грех привередничать. Она улыбается и хлопает глазами ровно так, как ее учили. Так, как это приличествует юной девушке. А маркграф тоже вправе раздражаться: мол, неужели у юных девиц одно выражение лица на всех!
Она подняла взгляд и увидела, как он заинтересованно глядит на нее.
Любопытно, сам-то он рад грядущему приобретению? Сабина представила, как прямо спрашивает об этом, и лицо его вытягивается. Мысль вызвала кривую ухмылку, которую она кое-как замаскировала вежливой улыбкой.
Кажется, скверно замаскировала.
Жених окинул ее пристальным взглядом, от которого сделалось не по себе. Между бровей легла складка. Сабине немедленно захотелось попросить прощения. Только за что?
- Я тоже рада нашему знакомству, - нашлась она после нескольких секунд мучительных раздумий. – Все-таки не каждой невесте везет увидеть жениха раньше, чем они окажутся вдвоем возле алтаря, - и совершенно искренне улыбнулась, радуясь, что удалось уйти от неловкого молчания.
- Я так понимаю, вас радует сам факт знакомства заранее, - жених весело улыбнулся.
А до Сабины дошло, что она только сейчас сморозила. Она радуется, что удалось увидеть жениха заранее. Но не знакомству именно с ним!
Она в замешательстве глянула ему в лицо. Он откровенно потешался над ней. Не разозлился? – изумилась девушка. И даже возмутилась этому.
- А вы, похоже, не слишком сердитесь на это, - не удержалась она.
Нет, не умеет она вести подолгу светские беседы! И долго изображать из себя светскую даму тоже не умеет. Не приучена!
Да, за последние месяцы ей не единожды довелось бывать при дворе. Но куда привычнее были казарма, питомник и походная палатка.
- А вы, похоже, не на шутку возмущены тем, что я не сержусь, - хмыкнул жених. – Хотя мне и полагалось бы!
- Ну… я все-таки ляпнула не подумав, - повинилась Сабина. – Мне жаль, - прибавила она.
- Не стоит! – отмахнулся маркграф. – Прекрасно понимаю вас. И, поверьте, мне куда больше нравится ваша непосредственность, чем жеманство и притворство. Я знал, чьей руки прошу. Видел вас не единожды – пусть и издали, много слышал о вас, - ну да, отец ведь говорил! Маркграф, с его слов, выбрал именно ее – а не приданое и даже не древний род. – Вы же обо мне не знаете ничего, - продолжил маркграф. – И видите впервые, - он огляделся. – Позвольте пригласить вас в более уединенное место!
- Это куда?! – мгновенно запаниковала девушка.
- Всего лишь в сторону, - хмыкнул жених, кивая вбок – туда, где возле стен, между колоннами, примостились удобные кресла и диванчики. – Сейчас начнутся танцы. Неохота быть затоптанным.
И правда! Толпа вокруг пришла в движение.
Кстати, а куда делся отец?! Он подвел ее к жениху – и она напрочь о нем забыла, поглощенная знакомством.
Спохватившись, подала руку маркграфу и направилась следом к свободному месту. А не так и страшно оказалось это знакомство! Может, они даже поладят? Со временем. У них есть еще несколько дней. И он, кажется, неплохой человек.
Сердце сжала тоска. Не о таком она мечтала, как ни крути! Не о таком.
Хотя о чем она вообще мечтала? Уж точно не о замужестве! Она хотела и дальше заниматься отловом и приручением крыланов. Эти удивительные животные завораживали ее. Мечтала девушка о новой сбруе. Еще мечтала побывать в далеких странах, о которых лишь слышала. Или даже в тех, о которых не слышала. А теперь… что ее ждет? Она зависит от мужа и его доброй воли!
Пока еще не мужа, - поправила она себя мысленно. Но это-то – дело нескольких дней!
- А вы, кажется, не слишком жалуете танцы, - заметила она.
- А вы хотели бы потанцевать?
- Разве что немного позже, - Сабина поморщилась.
- Почему-то я так и подумал. А для начала – недурно бы выпить и побеседовать без спешки и суеты, верно?
А танцевать мне теперь придется только с тобой, верно? – хотелось ей передразнить.
- Ой, знаю я эту мерзкую улыбочку, - протянула Алисента, потягиваясь на ее кровати. – Что-то уже надумала. Гадкое.
- У меня мерзкая улыбочка?! – возмутилась Сабина, вычленив из тирады только это.
- А ты в зеркало глянь, - ехидно отозвалась сестра. – Сознавайся, что надумала?
- Да что я могла надумать!
- Ну, - Алисента изобразила глубокомысленное выражение на хитрой мордашке. – Ты, наверное, думаешь – вот поймет он, что ты постоянно мотаешься по южным окраинам и гарнизонам, а ты еще поразишь его своими солдатскими манерами – и он немедля пожалеет о своем скоропалительном решении. Может даже, рискнет отказаться! Или просто – пока маркграф будет занят делами своей марки, ты сможешь безнаказанно изменять ему в своих разъездах, и никто ничего не узнает!
- Планы – один другого краше, - пробормотала Сабина. – А уж коварство зашкаливает.
- Ну, если ты ничего не отчебучишь – я буду разочарована.
- Алисента! Ты будешь представлена двору через год или два, - воззвала к разуму Сабина, не выдержав. – Что за возмутительные выражения?! Такие не подобают юной леди. Кто из нас – грубый солдафон, в конце концов?!
Сестра выразительно изогнула бровь.
Ну да, смешно. Сабина сообразила, что она ляпнула: немного времени понадобилось, чтоб ей превратиться в копию их отца! Не сдержавшись, прыснула. Попыталась напустить на себя серьезный вид – и расхохоталась безудержно. Алисента, уже полминуты сдерживавшая рвущийся хохот, присоединилась к ней.
- Надо тебе всё-таки собрать вещи, - заметила сестра, когда обе отсмеялись.
- Сама знаю, - Сабина махнула рукой. – Думаю, стоит взять все платья, что остались от последней поездки ко двору. Дальше разберемся…
Глава 2
Нет, разумеется, платья, в которых она блистала при дворе нынешним летом, не подходили. Во-первых, Сабину в них уже видели. Во-вторых, помолвка – это не представление двору новой ловчей на королевской службе!
Сабина задумчиво разглядывала плотный черный атлас с тонкой серебряной вышивкой. Роскошно!
- Изысканный выбор, графиня Эрнхилд, - напомнила о себе хофмейстерина фон Вестенберг. – У вас недурной вкус! Мало кто из юных девушек вашего возраста остановил бы выбор на таком варианте.
Сабина вздрогнула. Она пока не останавливала выбора ни на каком варианте! Просто задумалась.
- Очень необычно выглядит, - проговорила она. – Не то, чтобы я уже решила…
- Вы задумались, - хофмейстерина дружелюбно улыбнулась. – Это понятно. Но какая-нибудь ваша ровесница задумалась бы, разглядывая вон тот розовый муслин. Или палевый сатин – взгляните!
- Тоже серебряная вышивка, - пробормотала Сабина. – Только еще тоньше. И мягче.
- Так ведь совсем скоро зима. В преддверии зимы так естественны узоры, повторяющие рисунки изморози!
О. А густые оборки и тяжелые воланы, что украшали ее платья в летний приезд, должно быть, символизировали изобилие и урожай.
Хофмейстерина фон Вестенберг появилась в отведенных ей покоях спустя пару часов после ее приезда. И, едва кинув взгляд на ее гардероб, не до конца распакованный усердной Амели, сразу повела к портному.
Властителю придворной моды оказалось отведено целое крыло дворца. Сабина впервые попала в его владения, и обстановка здесь поразила ее. Черный атлас и привлек ее внимание, потому что глазу необходимо было хоть за что-то зацепиться в царящем разноцветье.
- Что ж. Изморозь так изморозь, - вздохнула ловчая. – Хотя узоры на этом черном атласе – скорее цветочные, - она помолчала. Тоже еще, нашла к чему придраться! – Так вы считаете – черный подойдет? Не слишком вызывающе? – она окинула взглядом разложенные рулоны материи. – Розовый и палевый – даже не знаю. Разве что вон тот сиреневый, - она потянулась к фиалковой ткани. – Если бы вместо полоски…
- Да, эта тонкая полоска выглядит несколько по-детски. Но, думаю, мы найдем ткань такого же оттенка с другой вышивкой. Для дневных выходов – недурно. А черный – на вечер. И черный с темно-серой полоской, - вытянула из-под рулона, что привлек внимание Сабины, еще один. – И, думаю, вам пойдет темно-синий.
- Мне остается только вам довериться, - девушка рассмеялась.
- Думаю, на завтрашний вечер лучшего, чем вы выбрали с самого начала, не придумать, - хофмейстерина кивнула модистке на черный атлас с вышивкой. – А что вызывающе – так самая юная ловчая королевства, да еще и невеста маркграфа цу Кирксена, просто обязана выглядеть вызывающе! Тем более, завтра – оглашение вашей помолвки… нет, милочка, не убирайте те ленты! – окликнула она модистку. – Вот к этой материи…
- Темно-синий атлас на черном, - отозвалась та с живостью. – Должно получиться эффектно! Есть еще кружево, вышивка…
- Прекрасно, я посмотрю, - кивнула фон Вестенберг. – Ступайте, графиня. С вас пока снимут мерки, - она улыбнулась.
Вот и славно. Ей же лучше – не копаться в этих кружевах и лентах! Они в первый же миг обезоружили ее внимание. Сабина направилась в соседнюю комнатку. Хотя, если подумать, она ведь хотела когда-то и наряжаться, и выбирать из красивых дорогих тканей. И носить вышивки, кружева, ленты… и почему желания сбываются так нелепо – когда это уже вроде как и не особо надо?
*** ***
- Для нынешнего ужина подойдет любое из привезенных вами платьев, - инструктировала ее фон Вестенберг, когда они снова очутились в покоях Сабины. – Маркграф прибудет завтра, завтра же и состоится оглашение вашей помолвки!
- Так скоро? – удивилась девушка. – Я хотела сказать – швеи так быстро справятся?
- Это придворные швеи, - рассмеялась хофмейстерина. – Не стоит недооценивать их! Эти девушки дорожат своим местом. Итак, маркграф будет либо в бордовом, либо в синем. Так или иначе – черный атлас и синие ленты вашего платья будут изумительно гармонировать с его костюмом.
- Прибудет лишь завтра, а уже известно, в чем будет?
Собеседница рассмеялась.
- Маркграф – старый закаленный вояка. Чем-то он похож на вас – только еще хуже в вопросах моды. Так что вопрос своего придворного гардероба целиком отдал на откуп портному.
- О, - протянула Сабина.
Старый закаленный вояка, похожий на нее. И почему ее не радует эта новость? Наверное, потому что жить с престарелым черствым сухарем будет не слишком-то радостно.
Она широко улыбнулась, заставив глаза засиять.
- Я почти ничего не слышала о маркграфе, - поведала она, опуская взгляд. – На самом деле, вы меня немного успокоили. Думаю, брак с человеком, который сходен со мною во взглядах и характере, должен оказаться удачным, - снова глянула на хофмейстерину. – А вы, должно быть, неплохо знаете маркграфа? Расскажите о нем.
Вестенберг хмыкнула. Вид у нее сделался озадаченный.
Сабина сама не могла бы сказать, к чему понадобилось это представление. Тирада содержала чистое вранье. Вот только выдавать свои истинные мысли опекающей ее фрейлине почему-то не хотелось.
- Не то, чтобы я хорошо знала маркграфа, - хмыкнула та наконец. – Он не так давно при дворе. Но слышала я о нем много. Полагаю, как и вы.
- Увы. Имя маркграфа цу Кирксена я впервые услышала, когда отец сообщил мне о помолвке, - Сабина снова широко улыбнулась. – И потому он представляется мне таким загадочным.
- Загадочным?!
- Я слышала, марка Кирксен десятка два лет как пробыла без хозяина. Переходила из рук в руки временных наместников.
- Вы, должно быть, располагаете устаревшими сведениями, - тонко улыбнулась Вестенберг. – Впрочем, неудивительно: марка Кирксен, при своем значении, невелика и небогата. Ею и правда долго управляли временные лорды. Маркграф же служил изначально под началом маркграфа Саар. Однако заслуги его позволили ему получить титул из рук его величества. Теперь он почти на равных со своим прежним сюзереном.
- О, - протянула удивленная Сабина. – Почти на равных – с учетом разницы в значении их марок для королевства, верно?
- Маркграфы Саар не одно поколение служат Гринвальдену, - Вестенберг поджала губы.
О! А она, не иначе, как гордится заслугами рода Саар. Эх, у нее всегда было скверно со знанием генеалогии! Но не исключено, что хофмейстерина – родственница им? Не просто ж так она получила свое положение при дворе.
Любопытно. И это почти на равных – могло ли случиться так, что, получив титул, цу Кирксен рассорился с прежним покровителем? Тот мог испытывать досаду, что вассал теперь независим от него…
- Я слыхала о маркграфах Саар – правда, немного, - Сабина потупилась. – Осенью даже ездила в Саарскую марку – правда, была занята поручением, - она осеклась. – Вы, кажется, гордитесь их древним родом, - и слегка улыбнулась.
- Я глубоко уважаю дядюшку за его заслуги перед Гринвальденом, - сухо подтвердила Вестенберг. Помолчала, по губам зазмеилась тонкая улыбка. – И не нужно пытаться меня подловить, юная леди, будущая маркграфиня цу Кирксен. Если хотите что-то знать – спросите прямо, - с этим она вышла, оставив Сабину в задумчивости.
Она хмыкнула озадаченно, запустила пятерню в волосы.
- Госпожа! – возглас Амели от дверей гардеробной заставил встряхнуться. – Ну, что ж вы делаете? Мне снова вас причесывать, - укорила горничная. – И… вы разозлили госпожу хофмейстерину? – прибавила она.
- Не стоит так пугаться. Просто слегка рассердила. Ну, всем свойственны иногда промахи, - Сабина изобразила улыбку. – А причесаться и правда нужно: я растрепалась еще у портного, во время примерки! На ужин в таком виде нельзя. То есть, можно конечно, но нежелательно.
- А этот маркграф… ваш будущий супруг, - робко начала девушка. – Кажется, суровый человек.
- Похоже на то, - вздохнула ловчая. – Завтра и взгляну на него!
*** ***
Маркграф оказался заметно моложе, чем Сабина себе представляла.
Воспаленное воображение рисовало облик высокомерного старца, жестокого и хмурого. Вместо этого ее представили молодому, полному сил мужчине. При всей внешней суровости и хмуром выражении лица, тот оказался безупречно вежлив и даже не чужд галантности.
Высокий, подтянутый, темноволосый, с жестким загорелым лицом.
Сразу видно – не сидит сиднем в замке. Взгляд пронзительный – словно привык вглядываться вдаль. Не понять только, какого цвета глаза…
Хотя ей-то какая разница! Что за мысли только лезут в голову.
Она бездумно таращилась на жениха, пока окружающие произносили полагающиеся по случаю слова. Ее задачей было кивать и улыбаться.
Вообще, в определенном смысле ей повезло. Не каждая невеста имеет возможность познакомиться с женихом до свадьбы! Некоторые видят мужа впервые лишь возле алтаря. А тут – она сможет даже немного побеседовать с ним. В ближайшие несколько дней они не единожды встретятся во время приемов.
- Безмерно рад знакомству, - он коснулся губами ее руки.
И этот безмерно рад! В душе всколыхнулось невольное раздражение. И Сабина старательно растянула губы в улыбке. Опустила ресницы.
По совести, ей грех привередничать. Она улыбается и хлопает глазами ровно так, как ее учили. Так, как это приличествует юной девушке. А маркграф тоже вправе раздражаться: мол, неужели у юных девиц одно выражение лица на всех!
Она подняла взгляд и увидела, как он заинтересованно глядит на нее.
Любопытно, сам-то он рад грядущему приобретению? Сабина представила, как прямо спрашивает об этом, и лицо его вытягивается. Мысль вызвала кривую ухмылку, которую она кое-как замаскировала вежливой улыбкой.
Кажется, скверно замаскировала.
Жених окинул ее пристальным взглядом, от которого сделалось не по себе. Между бровей легла складка. Сабине немедленно захотелось попросить прощения. Только за что?
- Я тоже рада нашему знакомству, - нашлась она после нескольких секунд мучительных раздумий. – Все-таки не каждой невесте везет увидеть жениха раньше, чем они окажутся вдвоем возле алтаря, - и совершенно искренне улыбнулась, радуясь, что удалось уйти от неловкого молчания.
- Я так понимаю, вас радует сам факт знакомства заранее, - жених весело улыбнулся.
А до Сабины дошло, что она только сейчас сморозила. Она радуется, что удалось увидеть жениха заранее. Но не знакомству именно с ним!
Она в замешательстве глянула ему в лицо. Он откровенно потешался над ней. Не разозлился? – изумилась девушка. И даже возмутилась этому.
- А вы, похоже, не слишком сердитесь на это, - не удержалась она.
Нет, не умеет она вести подолгу светские беседы! И долго изображать из себя светскую даму тоже не умеет. Не приучена!
Да, за последние месяцы ей не единожды довелось бывать при дворе. Но куда привычнее были казарма, питомник и походная палатка.
- А вы, похоже, не на шутку возмущены тем, что я не сержусь, - хмыкнул жених. – Хотя мне и полагалось бы!
- Ну… я все-таки ляпнула не подумав, - повинилась Сабина. – Мне жаль, - прибавила она.
- Не стоит! – отмахнулся маркграф. – Прекрасно понимаю вас. И, поверьте, мне куда больше нравится ваша непосредственность, чем жеманство и притворство. Я знал, чьей руки прошу. Видел вас не единожды – пусть и издали, много слышал о вас, - ну да, отец ведь говорил! Маркграф, с его слов, выбрал именно ее – а не приданое и даже не древний род. – Вы же обо мне не знаете ничего, - продолжил маркграф. – И видите впервые, - он огляделся. – Позвольте пригласить вас в более уединенное место!
- Это куда?! – мгновенно запаниковала девушка.
- Всего лишь в сторону, - хмыкнул жених, кивая вбок – туда, где возле стен, между колоннами, примостились удобные кресла и диванчики. – Сейчас начнутся танцы. Неохота быть затоптанным.
И правда! Толпа вокруг пришла в движение.
Кстати, а куда делся отец?! Он подвел ее к жениху – и она напрочь о нем забыла, поглощенная знакомством.
Спохватившись, подала руку маркграфу и направилась следом к свободному месту. А не так и страшно оказалось это знакомство! Может, они даже поладят? Со временем. У них есть еще несколько дней. И он, кажется, неплохой человек.
Сердце сжала тоска. Не о таком она мечтала, как ни крути! Не о таком.
Хотя о чем она вообще мечтала? Уж точно не о замужестве! Она хотела и дальше заниматься отловом и приручением крыланов. Эти удивительные животные завораживали ее. Мечтала девушка о новой сбруе. Еще мечтала побывать в далеких странах, о которых лишь слышала. Или даже в тех, о которых не слышала. А теперь… что ее ждет? Она зависит от мужа и его доброй воли!
Пока еще не мужа, - поправила она себя мысленно. Но это-то – дело нескольких дней!
- А вы, кажется, не слишком жалуете танцы, - заметила она.
- А вы хотели бы потанцевать?
- Разве что немного позже, - Сабина поморщилась.
- Почему-то я так и подумал. А для начала – недурно бы выпить и побеседовать без спешки и суеты, верно?
А танцевать мне теперь придется только с тобой, верно? – хотелось ей передразнить.
