Глава 7. Саша Илья
Трофим не представлял, насколько рад будет выходу на работу.
Два дня отдыха, щедро выданные ему начальником, показались изощренным наказанием за небрежное отношение к работе. Грызло подозрение, что Михаил заранее знал, что так и будет.
Хотя откуда он мог знать?
Он мог предполагать – как и Трофим – что Крис замучает новоиспеченного папашу (пусть тот таковым и не был, и это стало известно) придирками и требованиями. Собственно, Трофим этого ожидал и был готов.
Однако подросток оказался отнюдь не так привередлив, как можно было предположить поначалу. Все-таки он рос в Латинском районе, на окраине.
Да, после покупки раскладушки Крис сразу заявил: спать на ней будет Трофим! Тот лишь махнул рукой: все равно он чуть ли не половину времени ночует на работе. Обновить – точнее, собрать с нуля гардероб подростку тоже не составило сложности. Трофим с удивлением обнаружил, что потратился куда меньше, чем рассчитывал.
А уж покупка новенького телефона с расширенным пакетом маячка вовсе привела подростка в восторг.
Вечером зашли Ксюша с Альбиной.
Крис, проболтавший пару часов подряд с младшей из сестер, после их ухода хитро косился на Трофима. И наконец заявил, что знает – отчего тот не торопился менять жилье на более пристойное. И даже сейчас не выказывает особого стремления съезжать.
- А старшая, темненькая, такая ничего себе! – заявил он с ехидной ухмылочкой. – Фигуристая! – и руками обрисовал в воздухе песочные часы.
Трофим поневоле отметил, что получилось похоже. Возмущение и призывы к порядку пропали втуне. Крис острил и фонтанировал ехидством.
Трофим, не выдержав, заявил, что пришла пора отбоя. Несносный подросток, прихватив телефон, отправился на кухню. Перед тем не забыл напомнить – диван принадлежит ему! Он не собирается ютиться, как бедный родственник, возле стенки.
Оставалось только махнуть рукой. И порадоваться, что выбрал удобную, прочную модель с мягким ортопедическим лежаком.
Пусть себе Крис забирает диван – видимость привилегированного положения. А он, Трофим, выбирает место под стенкой – непрезентабельно, зато комфортно!
Вроде бы взаимопонимание оказалось достигнуто?
Как бы не так! Надежда, что Крис забудет о том, что ему стукнуло в голову накануне, не оправдалась. Утро началось с заказанного проснувшимся раньше подростком завтрака – и с вопроса: почему Трофим никак не объяснится в чувствах Ксении?
Увещевания не помогли. Возмущение – тоже.
Не спасло даже то, что сама Ксения эти два дня находилась допоздна на работе. Напротив – это полностью развязывало Крису руки. Все-таки в ее присутствии он себя немного сдерживал. Но, когда соседки не было, позволял себе замечания на грани фола.
«Упорство, достойное лучшего применения», - охарактеризовал Трофим его настырность.
Подростка комментарий не впечатлил.
Утром воскресенья он поднялся ни свет ни заря. Позавтракал, воровато оглядываясь на дверь кухни и стараясь не производить шума. И умчался на работу.
- О, гляжу, бодры и готовы приступить к работе! – поприветствовал его Михаил, окидывая насмешливым взглядом. – Отдых пошел на пользу!
Трофим только зубами скрипнул. Издевается!
- К делу, - начальник посерьезнел. – Вы ведь знаете, что у нас в последнее время были проблемы с кадрами.
Вступление насторожило. Проблемы с кадрами были – и еще какие! Впрочем, как и у почти любого муниципального госпиталя Сан-Сана. Особенно – по окраинам. К чему бы это все? Трофим уже запомнил – любые изменения, как правило, не к добру.
- Нет, хмуриться так не надо – новость, как ни странно, хорошая. У вас будет помощник – к нам перевелся новый врач. Неплохой нарколог, насколько я успел ознакомиться с историей его деятельности. Был у него, правда, перерыв года в полтора – но ничего, втянется. Знакомьтесь, показывайте поле работы – и вперед!
- Что ж, новость и правда хорошая, - Трофим кивнул.
- Он сейчас в ординаторской. Меня не будет до вечера, так что вы за старшего! - с этим Михаил указал на выход из кабинета – мол, пора и честь знать.
Что ж. Добро пожаловать снова на работу. Воскресенье – не понедельник, конечно. Но, видимо, окажется для него тяжелым. Ладно, сам хотел быстрее очутиться здесь! Надо идти, дела ждать не будут. За старшего – это он-то, с его трехмесячным опытом работы! В другое время это было бы недопустимо – но в отделении, кроме Михаила, из врачей только он и остался. Радует, что теперь будет еще один.
*** ***
Саша Илья. Если б Трофим своими глазами не видел, что Илья написано в графе фамилия – ни за что не сообразил бы. Поднял взгляд на стоящего перед ним человека. На широком черном лице – ни единой эмоции. Мимика, достойная булыжника. Интересно, парень всегда такой?
- Именно Саша? – переспросил Трофим. – Или все-таки Александр?
- Саша, - бесстрастно отозвался тот.
- Русский? – не удержался-таки от бестактного вопроса.
И увидел, как каменное выражение лица мгновенно ссыпается, обнажая чистейшее возмущение. Оказывается, этот парень способен-таки на сильные эмоции!
- Это потому что я черный, вы так решили, да?! – рыкнул он гневно.
- Нет, - Трофим даже слегка растерялся от неожиданно экспрессивной реакции. – Из-за вашего имени.
- Роды у матери принимал врач – русский. И она меня назвала в его честь, - хмуро пояснил парень. – А так я – чистокровный марокканец! – прибавил он с гордостью.
- Так-таки чистокровный? – изумился Трофим. – Простите, - повинился он тут же. – Я не хотел обидеть – правда интересно. У нас в Сан-Сане редко можно отыскать чистокровного представителя какой-либо нации.
- Ну, насчет того, что именно марокканец – не знаю, - Саша тут же сдулся. – Но бледнолицых в родословной у меня последние поколений шесть точно не было!
- Что ж, - Трофим энергично кивнул. – Рад знакомству с вами, Саша! Людей у нас в отделении катастрофически не хватает, многие просто не выдерживают нагрузки. В первую очередь – моральной, - он слегка вздохнул. – Да вы и сами все увидите. Так что – добро пожаловать, надеюсь, вы с нами останетесь надолго!
Громадный негр криво усмехнулся.
- Чтоб меня везде так же принимали, - он покачал головой.
- Я думаю, вы в этом не одиноки, - весело хмыкнул Трофим. – Я тоже был бы рад, если бы меня везде так принимали. Однако – идемте, познакомлю вас с фронтом работы! Отделение у нас немаленькое, и, боюсь, будет еще расти. Альпийская горка – это не шуточки, - он слегка помрачнел. – Нынче она у нас лидирует.
Пружинисто поднялся на ноги, и новый сотрудник последовал за ним в коридор.
- Странно, что вы про фамилию не спросили, - заметил он, пока Трофим запирал дверь кабинета.
- Да, необычная, - тот кивнул.
- Сменил, - хмуро пояснил Саша. – Когда перебирался в русский район, решил поменять документы. С моей настоящей фамилией пришлось бы тяжко.
- Теперь ясно, - Трофим покивал. – Что ж, пойдемте, товарищ Илья.
Он кивнул и зашагал впереди к палатам, где находились привезенные последними пациенты. Он и сам еще не видел тех, кто поступил за последние три дня.
В том, что новый сотрудник поменял документы, сменив по своему произволу фамилию, не было ничего удивительного. Законы Сан-Сана позволяли такие финты. Любой желающий мог сменить имя и фамилию, если те его не устраивали. Достаточно обратиться в центральную паспортную службу – и спустя несколько суток новый документ будет на руках. Узнать прежнее имя можно будет только по прямому запросу к паспортистам – а такие полномочия имелись разве что у правоохранителей.
- Наверняка слышали, что у нас тут творится? – Трофим решил сменить тему на более подходящую к рабочей обстановке.
- Вы про альпийскую горку? О ней только ленивый еще не слышал.
- К нам уже почти неделю свозят детей. Кто с передозировкой, а у кого – ломка. Я знаю, что эту дрянь несколько недель, как выкинули на рынок. А уже столько зависимых.
- А хотите инсайдерскую инфу? – парень фыркнул насмешливо и оглянулся по сторонам.
Трофим невольно последовал его примеру. Однако по коридору шагали они одни. Отделение в принципе было немноголюдным. Все-таки раннее утро.
- Ну давайте, - хмыкнул он.
Откуда, интересно, у новенького инсайдерская инфа взялась?
- Я ведь не по пустой блажи в русский район переехал, - понизив голос, поведал Саша. – Мне у себя, в Сахаре, оставаться нельзя было. Опасно. Это в нашем районе находится лаборатория, из которой альпийскую горку выкинули в продажу.
- Вот это интересно! – Трофим, споткнувшись на ровном месте, замер, уставился с интересом на нового сотрудника.
- Не застревайте! – окликнул тот. – Ну да, я случайно узнал. Вернее, как случайно – я в каком-то смысле оказался в числе причастных, - он смешался.
С полминуты шагали молча. Трофим напряженно размышлял. Оказался в числе причастных – ну да, а как бы иначе он узнал?! Возможно, работал при той лаборатории…
Вынужден был сбежать в другой район, сменив фамилию. Разумеется, не проблема для полиции – если бы та искала парня. Но никто в криминальных структурах рыть носом землю не будет – видимо, не такая-то он большая сошка. Случайный свидетель, который очутился не в то время и не в том месте? Скорее всего.
- Пришли, - нарушил молчание Трофим. – В этой палате у нас самые тяжелые.
На секунду укололо сожаление. Обещанной инсайдерской информации он так и не услышал – они успели дойти до крыла, где находились пациенты.
Хотя… если подумать, то можно догадаться. Альпийская горка была заказом одной из группировок, которые делили между собою город. Здесь в политической борьбе шли в ход самые грязные приемы. А правление давным-давно выродилось в околокриминальные группировки, державшие город в руках. И грызшиеся за абсолютную власть. Точнее даже, не выродилось – а выросло из таковых.
Ладно, если парень посчитает нужным – у него еще будет возможность рассказать то, что не успел.
- Они что, все спят? – удивился Саша, приглядываясь к телам на койках.
- Не включайте свет, - предостерег Трофим. – Да, они все под седативными.
- А чего тогда свет не включать? Если под седативными – не проснутся!
- Ну, кого-то свет может и побеспокоить. Не стоит их лишний раз нервировать – всех этих ребят привезли в скверном состоянии. И у меня нет ни малейшего желания их снова успокаивать.
- Кстати, в отделении всегда так пусто?
Трофим вздохнул. Дошли до самого неприятного.
- Госпиталь муниципальный, сюда никто не хочет идти, - пояснил он. – Люди бегут с рабочих мест – и ведь я их понимаю! А в наркологическом отделении вовсе почти никого не осталось. Все скверно, Саша, - сознался сокрушенно. – И будет только хуже – потому что новые пациенты прибывают и прибывают. И никому они в большинстве своем не нужны! А наших сил слишком мало.
- Н-да, - протянул тот. – Понимаю теперь, откуда ваше радушие. А младшие сотрудники – медицинские сестры и братья, санитары?
- Их чуть больше, чем врачей, - Трофим помолчал. – Но меньше, чем нужно в этом отделении. В наркологии сейчас хуже всего с комплектацией.
- Угум. И поэтому больные у вас большей частью усыплены. Большей частью ребята из окрестностей, как я понимаю? Русский район и Белла Прома?
- Разумеется.
- Ну да. Что и требовалось доказать…
Трофим с любопытством поглядел на него. Саша, видимо, отвечал каким-то своим мыслям. Помимо воли всколыхнулось любопытство.
Перевел взгляд на койки, где лежали больные. Обошел, вглядываясь в лица – трое появились за те дни, что его не было на месте.
- Так вот – по поводу инсайдерской инфы, - снова заговорил Саша, когда они вышли. – Альпийскую горку разработали в одной из лабораторий в Сахаре. По заказу! По чьему – угадайте сами. И забросили сюда – большая часть сбыта ведется в Русском районе. Сами можете пробить через маячок – в вашем госпитале самая высокая загруженность. Именно – пациенты с альпийской горкой.
Через маячок? Ну да, специализированная сеть Профи! – сообразил Трофим.
В Профи регистрировались городские предприятия и конторы. В том числе – и больницы со школами. И частные, и муниципальные. Эдакая социальная сеть для специалистов и работодателей. В Профи можно было проследить как путь любого специалиста, так и узнать, как обстоят дела в том или ином учреждении.
- В Сахаре, значит, - протянул он задумчиво – и тут же снова оглянулся по сторонам.
- Только я вам этого не говорил!
- Само собой, - Трофим кивнул.
А на кой тогда вообще говорил? – тут же подумалось. Что это за аттракцион невиданного доверия? Саша его впервые видит – и такие откровения! С чего он взял, что Трофим не сдаст его? Откуда ему вообще знать, что у Трофима нет связей с людьми, которым интересными покажутся эти откровения?
Следом пришла еще одна мысль: наверняка лаборатория находилась в той самой клинике, в которой Саша работал.
Мысли бестолково крутились. Трофим водил нового сотрудника по отделению, рассеянно показывая палаты и рассказывая о состоянии дел. Но сам думал о том, что только что услышал.
*** ***
- Вы всегда так рассеянны? – полюбопытствовал Саша, когда оба вернулись в ординаторскую.
- Извините, - Трофим слегка улыбнулся. – Не вошел в колею после двух выходных. Да и в последнее время многовато всего свалилось на голову.
- Знаете, я ведь хотел работать именно с вами, - внезапно заявил коллега.
Трофим вздрогнул. Что еще за новости? И что он имеет в виду?
- Скажите, почему вы убрали свою последнюю публикацию в соцсети? – Саша склонил голову набок.
- Просьба руководства, - отозвался Трофим после некоторого раздумья.
Интересный поворот приобретает дело! Кажется, он своей публикацией по поводу альпийской горки сам себе подложил свинью. Кто бы предположил, что она ему аукнется после удаления! Да еще и так внезапно.
- Неожиданно, - проговорил он, включая настенный кипятильник и доставая две кружки – остро захотелось выпить горячего. – Вы на основании единственной публикации в социальной сети, которую я к тому же почти сразу удалил, сделали далеко идущие выводы на мой счет? Решили, что можно мне рассказывать то, что вы рассказали? Я бы назвал это избыточной склонностью к риску, - он примолк.
- Не только публикации, - мягко отозвался Саша. – Ваша биография в сети Профи тоже имеется. Не каждый день встретишь человека, чей официальный возраст насчитывает чуть больше трех месяцев! Я имею в виду тех, кому давно уж не три месяца, - прибавил он.
- Вот здесь не понял, - Трофим нахмурился.
- Вы подтвердили профессиональную квалификацию – но сведений о вашем прошлом нет. А еще – ваша история начинается в Мертвой Игле. Как вы там очутились в тот день?
Бросило в жар. Саша что-то знает? Или же у него какие-то свои предположения и выводы – поди еще знай, что хуже!
