*** ***
Четыре бригады скорой появились почти одновременно с курьером.
Трофим едва успел забрать у парня свой несчастный бифштекс – и ему пришлось срочно нестись в приемное отделение.
Муниципальная скорая по Сан-Сану перемещалась в основном на служебных лифтах, ходивших куда быстрее маршрутных, предназначенных для обывателей. Устройство у них было совершенно иным: внутри и носилки устанавливались, и имелись системы экстренной реанимации.
Обычный транспорт – такой, как автомобиль – по узким коридорам многих кварталов попросту не проходил. И служебные лифты были спасением.
Двоих поступивших из приемного моментально определили в реанимацию, еще двоих отправили к Трофиму. Пока тот разбирался с ними, привезли троих буйных.
С этими пришлось повозиться.
Койки с ними оставили в коридоре – на случай, если проснутся. Трофим собирался идти в ординаторскую, когда девчонка из буйных завозилась на своей койке. Что-то в ее лице привлекло его внимание. Где-то он ее видел. Он остановился, машинально поправил трубку капельницы, тянувшуюся к руке. И замер.
Повернул слегка запястье, чтобы лучше рассмотреть небольшую татуировку.
Так и есть! Он даже не стал вынимать телефон, чтобы сличить рисунки. Должно быть, это и есть – одноклассница Альбины.
Вот так номер! Алька ему фото шлет – а девчонка уже вот она. Свеженькая. Привезли в неадекватном состоянии. Как это она так накачалась?
Трофим склонился, вгляделся в лицо спящей пациентки. Помнится, ее уже привели такой – была невменяема, медбратьям на скорой пришлось вкатить ей успокоительного на месте. Надо взглянуть в документы – что там девчонка ухитрилась накуролесить. Он уловил краем уха обрывок разговора – вроде как выловила ее полиция в каком-то фешенебельном районе. Как только туда попала?
Хотя… дело как раз могло быть в этой ее татуировке.
Он торопливо зашагал к ординаторской. С пациентами пока все в порядке, а значит – есть время ознакомиться с записями о том, что там набедокурила школьница.
*** ***
Даже копия полицейского протокола нашлась!
Так и есть – район, считавшийся вотчиной тех, кто держал в руках округ города, в котором жил Трофим. Простым смертным туда ход был заказан. Тем не менее, школьница из Русского района как-то там очутилась. Уж явно не по своей инициативе – ей наверняка помогли. Самой ей туда бы не пробраться.
Девчонка беспрепятственно прошла по нескольким коридорам, что зафиксировали камеры наблюдения.
Уже любопытно: камеры зафиксировали, а охрана никаких мер не предприняла! Хотя по виду нетрудно было догадаться, что девчонке там не место.
Она дошла до входа в апартаменты второго советника главы администрации, зашла внутрь. Вот снова – выходит, это охрана ее пропустила! С собой школьница пронесла баллончик, заправленный какой-то ядреной кислотой, и травматическое оружие. Трофим возвел глаза к потолку, тяжело вздохнул.
Вернулся к чтению и просмотру.
Удивительно – нашлось даже несколько фотографий дорогущего интерьера, попорченного кислотой из баллончика. Вот обитатель апартаментов гостью не ждал.
Похоже, он оказался единственным, кто не ждал ее, - ввернул про себя Трофим.
Невзирая на эффект неожиданности и собственные преклонные годы, второй советник оказался на удивление резвым товарищем. И с четверть часа метался по собственной гостиной, уворачиваясь от разбрызгиваемой кислоты. Лишь после этого подоспела охрана – неслыханное дело!
Политик остался жив и почти невредим – и это самое удивительное.
Отделался, можно сказать, легким испугом. Странно, что вообще кто-то пришел ему на помощь. Видно, что-то у тех, кто подготовил этот демарш, пошло не так.
Школьницу, что интересно, доставили в муниципальный госпиталь. Не в полицию!
Трофим покачал головой. У этой истории однозначно будет продолжение! И он был уверен – до крайности неприятное для всех причастных. В том числе – и для него. Да и в целом, для госпиталя.
*** ***
- В смысле – на выписку?! – Трофим подавился воздухом.
- Тром, не кипятитесь, - мягко проговорил Мигель. – Мы их состояние стабилизировали? Стабилизировали. Значит, на выписку! – он тяжело вздохнул. – Тром, поймите. Их никто не заберет. Никто, понимаете? Другие клиники не обязаны это делать. И они не станут. Куда вы прикажете девать этих наркоманов? Точнее даже – куда вы прикажете девать вновь поступающих?
Главврач, сгорбившись, стоял у окна спиной к ним двоим, глазел на улицу. На перепалку никак не реагировал.
- Мы их убьем, - устало выдохнул Трофим.
- Нет. Мы их всего-навсего отправим лечиться амбулаторно, - отозвался Мигель. – И дальше от них самих будет зависеть – смогут они вернуться к нормальной жизни, или возьмутся за прежнее.
- Михаил, вы сами знаете – к нормальной жизни они не вернутся! Спустя какое-то время – скорее всего, очень короткое – они снова окажутся у нас.
- Может, у нас. А может, и в другой клинике.
- Понимаю, - Трофим устало понурился. – Я все понимаю…
- Что вы понимаете? – рявкнул неожиданно главврач, разворачиваясь круто к ним. – Вот что вы такое понимаете?!
- Понимаю, что еще не завтракал, - тускло отозвался Трофим. – Я прогуляюсь до ближайшего кафе – всю ночь провел на дежурстве. К полудню подготовлю выписки.
- А! Да, конечно, - главврач кивнул. – Пока я и Мигель в больнице, вы, разумеется, можете отправиться позавтракать. К полудню – прекрасно! Поручите этому вашему практиканту – как его, Саша Илья? – пусть обзвонит родственников. Желательно, чтобы выписанных пациентов разобрали часам к двум пополудни. Не позже!
- Я ему непременно передам, - Трофим кивнул.
Круто развернулся и вышел. Дверь аккуратно прикрыл – не хватало, чтобы ее сквозняком шарахнуло. Будет потом Михаил припоминать, как он в кабинете главврача дверьми хлопал!
Значит, сейчас в ординаторскую.
Саша наверняка не вернулся с утреннего обхода. Оставит ему записку. То-то будет удивления! И возмущения – это к гадалке не ходи. Особенно из-за того, что оставил поручение в письменном виде, ничего не объяснив.
Ладно, дождется его. Позавтракает на полчаса позже – не умрет с голода.
В полученном распоряжении, в принципе, нет ничего удивительного. Ни одна из ближайших муниципальных клиник не пожелала разбирать пациентов, которые переполнили их отделение. В этом как раз таки ничего удивительного нет. Придется выгонять пациентов, едва их состояние стабилизируется. И надеяться, что в следующий раз их отвезут в другую клинику.
Глава 9. Лопух из Жопы
- Вы это серьезно? – Саша недоверчиво воззрился на Трофима. – И вы согласны с этим решением?!
- С этим решением не согласны ни главврач, ни заведующий отделением, - тот вздохнул. – Но иного выхода нет. Лично я его не вижу! Имеются предложения?
Саша упрямо мотнул головой.
- В таком случае – обзвоните родственников. Я займусь выписками, как вернусь, - он, не обращая внимания на укоризненный взгляд новоиспеченного коллеги, направился к выходу. – Да, вот еще, - спохватившись, обернулся. – Тех, кто поступил нынче ночью, мы, разумеется, оставляем. И, - помолчал пару секунд. – Приглядите за школьницей, я вас прошу. За ней – особенно. Ее в невменяемом состоянии нынче доставили.
- Конечно, - новоиспеченный коллега тяжко вздохнул.
Ну, что ж поделать! Все, что от него зависело, он сделал: передал поручение лично, не по телефону и не через записку. Станет размазывать эту тему – вообще не позавтракает. А потом у него планы!
Может, поделиться с Сашей соображениями по поводу девчонки? В конце концов, он-то ему рассказал о своем уходе из клиники в Сахаре! Ладно, дальше видно будет.
Как бы и этот новобранец не сбежал, не выдержав моральной нагрузки!
Сам Трофим, кажется, успел зачерстветь за истекшие месяцы работы. Пожалуйста: ему поручили выдворить с больничных коек пациентов, которых никак нельзя отпускать. А он спокойно пошел завтракать! С другой стороны – что он может поделать?
К тому же он собирался позвонить одному давнему знакомому.
Ну, как давнему: с учетом, сколько он времени вообще здесь живет, да – давнему. Их знакомство началось, когда Трофим только-только начинал самостоятельную жизнь.
Любопытно, тот еще помнит о нем? И о том разговоре в баре…
Сейчас, по истечении трех месяцев самостоятельной жизни, Трофим понимал, насколько откровенной вышла та беседа. И как они рисковали оба – и его собеседник, и он сам, поднимая темы, которые они тогда обсудили.
Нет, законодательство Сан-Сана не предусматривало политических статей за несогласие с действиями администрации. И все же…
Трофим тогда, ошалевший от всего, что на него свалилось, безобразно напился в баре. И охотно поддержал разговор о политическом несовершенстве мира. Сейчас он пытался вспомнить подробности того вечера и не мог понять, что заставило Кантимира заводить такое обсуждение с первым встречным. Кажется, он и сам находился не в лучшем расположении духа. Почему? Этого Трофим не выяснил: слишком сам был пьян.
Насколько он помнил тот давний вечер, Кантимир обитал где-то в одном из неоновых поясов города.
Трофим устроился за столиком в укромном углу, вдалеке от суеты, сделал заказ и, поколебавшись, набрал номер.
В конце концов, что он теряет? В крайнем случае – Кантимир не вспомнит о нем и пошлет его подальше, чтоб не звонил. Ну, или номер окажется недоступен.
Гудок, другой, третий. Не-а, не ответит.
Трофим хотел уже положить трубку, когда на той стороне все-таки отозвались. И заспанный голос осведомился, какого черта ему нужно.
- Здравствуйте, Кантимир, - выдавил Трофим, мысленно ругая себя. – Извините, я, кажется, разбудил вас. Вы меня помните – я Трофим…
- Трофим, - повторил заспанный голос. – Напомните, где мы с вами пересекались.
- Мы с вами пили в баре месяца три назад, - отозвался он. – Не знаю, помните ли вы меня.
- А! Трофим! – заорал неожиданно собеседник. – Это ты тот лопух из Жопы?!
- Видимо, да, - он не сдержавшись, хохотнул. – Однако, неожиданно. Метко сказано.
- Эва как, - протянул Кантимир хрипло. – Я думал, тебя уж замели, субчик. С такими замашками – и на свободе!
- Сам в шоке, - мрачновато отозвался Трофим.
- Давай-ка так, - хмуро уронил собеседник. – Подъезжай ко мне. Тут и поговорим. Нечего по телефону трепаться. С таким же успехом можно в баре потрындеть. Или вовсе прийти в управу жандармов, и прямиком у них под носом…
- Ладно, - отозвался он, ошарашенный напором. – Постараюсь до обеда управиться на работе, а часов после двух – отпроситься.
- А! Ты ж врач вроде, - протянул тот.
- Врач. И на работе сейчас адский завал. Да и ты, кажется, спал, - Трофим невольно перенял манеру собеседника разговаривать.
- Спал. Ага, - отозвался ворчливо Кантимир. – Спал, пока ты не позвонил. Ладно, как раз проснусь. Ты скажи, чего случилось-то? Вляпался во что, срочное?
- Не то, чтобы особенно срочное. И пока ни во что не вляпался. Но подумываю об этом.
- А! Подумываешь, - собеседник хмыкнул. – Ну-ну. Приходи часам к трем-четырем, вместе подумаем. Адрес я тебе в три скину.
*** ***
Трофим, споткнувшись впотьмах, выругался.
Глаз выколи! Что за дыра, мать ее за ногу? Это здесь живет Кантимир?!
А вот заорать, когда его крепко ухватили за шиворот и втащили куда-то, он не успел. Онемел от неожиданности. Запоздало затрепыхался – да куда там! Тот, кто держал его, был явно сильнее. Намного.
- Не дергайся, - миролюбиво посоветовали ему негромко.
Ощупали сноровисто руки и ноги, шею, туловище. Залезли в волосы, прошерстили их, проверили карманы.
- Вроде чист, - сообщил тот же голос, что советовал не трепыхаться.
Вспыхнувший яркий свет ударил по глазам. Трофим невольно зажмурился, ослепленный. И почему он не удивлен? Ну да, учитывая характер их единственной с Кантимиром беседы и то, что он вспомнил о случайном знакомом лишь сейчас, поневоле заставляло соблюдать осторожность! Сам он на месте Кантимира, скорее всего, поступил бы ровно так же.
- Ну, здорово, Трофим, - а это уже голос самого Кантимира. – Давно не виделись! Так чему, говоришь, обязан?
- А присесть не пригласишь? – проворчал тот. – До сих пор ничерта не вижу!
Его по прежнему держали за шиворот.
- Присесть можно, - согласился Кантимир.
Трофима бесцеремонно проволокли с полдесятка шагов – так же за шиворот. И шмякнули на низкий мягкий продавленный диван. Он неосознанно положил обе ладони на сиденье по сторонам от себя, словно пытаясь убедиться в реальности окружающего мира.
Под веками разливалась краснота, так что он продолжал беспомощно жмуриться. Прикрыл лицо ладонями – даже краснота под закрытыми веками слепила после кромешной тьмы.
Ладно, этой пройдет. Его не торопили. Где-то метрах в трех-четырех засвистел знакомо кипятильник. Интересно, чаю нальют или кипяточку за воротник?
Трофим сам удивился своему спокойствию.
Впрочем, не маленький – набирая номер, прекрасно понимал, какие последствия это может повлечь. Он намеренно связывался с человеком, который мало того, что не слишком доволен общественным устройством мегаполиса. Этот человек еще и явно осведомлен о многом, о чем не задумываются рядовые обыватели.
- У меня, в общем, комплексный вопрос, - начал Трофим неловко. – И я даже не знаю, стоило ли к тебе обращаться…
- Ты не суетись, - остановил Кантимир. – Проморгайся толком. Я вот сейчас кофейку заварю. Горячего.
Что это за упор на слове «горячего»? В животе скрутился неприятный комок. Его собираются-таки полить кипятком, прежде чем выслушать? Ну да, действенный способ отсечь лишнюю болтовню и перейти к сути. Вот только ему едва ли поверят. Зачем тогда Кантимир назначил встречу?
А затем, что решил – Трофим пытается под него копать. Надо ведь выяснить – на кого он работает! А у него-то как раз нужных сведений и нет…
Он принялся тереть глаза, пытаясь привыкнуть к яркому свету. Через пару минут заморгал, оглядывая с трудом просторное помещение неопределенной формы с голыми композитными стенами.
В отдалении, возле кипятильника и расшатанного кухонного стола, стоял Кантимир, протирал кружки. Кроме них двоих, в комнате никого больше не было.
- Ну и темнотища здесь в коридорах, - подал голос слегка обнадеженный этой картиной Трофим. – В Жопе-то таких не найдешь!
- У нас, в четвертом Неоновом, и не такое можно найти, - хмыкнул Кантимир.
Ну да. В Неоновых поясах можно много чего найти. Вот только Трофим уже успел взглянуть на карту, проложенную навигатором его личного нейрокомпьютера. И, судя по этой карте, находились они отнюдь не в Неоновом поясе. Пусть и совсем рядом с ним.
Да и в целом, Трофим начинал подозревать, что карта города, скачанная им с маячка, не соответствует действительности. И не отражает множества внутренних областей между официально существующими районами.
