По крайней мере они были тут, с родителями. Брал гроши, больше символически. То, что он тут тратил, стоило гораздо больше, чем ему оставляли, но крестьянам знать об этом и не нужно было. Ни у кого не было таких ран, как у Йенса, а были проблемы попроще, но все равно его сумка с лекарствами пустела.
Если так пойдет и дальше, то уже через пару дней нужно будет пополнять запасы, а ближайшее селение с аптекарем было часах в десяти езды отсюда. С другой стороны тут живет не тысяча человек, возможно за сегодня-завтра действительно больные кончаться. Мнимых он сегодня безжалостно отправлял по домам, потому молва разнесет, что к доктору Гайеру можно только на самом деле больным. Прием занял несколько часов. Мария не позволила, Эриху убирать в импровизированной приемной, отослала со всей вежливостью отдыхать. Гайер с закатанными рукавами и вымытыми руками сел на ступеньках крыльца. Он забил трубку и принялся ее неспешно курить. Нужно зайти в школу и пообщаться с учителем. Наверняка девочка там училась. Может что-нибудь расскажет. И стоит в целом присмотреться к жителям деревни.
Разгадка исчезновений скорее всего на поверхности. Нужно узнать не наведывается ли в деревню кто-то чужой время от времени, и если нет, то похититель и скорее всего убийца тут живет. А значит его можно вычислить. Эрих докурил, почистил трубку набором и вернул в свою комнату. Сменил рубашку, отдав прежнюю Марии на стирку, и двинулся к школе. По пути ему встретился идущий впереди и насвистывающий какую-то мелодию солдат, тот пнул попавшуюся ему под ноги курицу и, обругав ее по матери, крикнул хозяевам следить за своими птицами. Из дома торопливо выбежала пожилая женщина, поймала курицу и унесла в дом, чтобы потом, видимо, выпустить во дворе. Эрих обогнал в этот момент солдата, и тот с ним вежливо поздоровался, склонив голову. Гайер тоже ответил приветствием и продолжил движение. Пока он шел на него пялились дети, которым еще рано ходить в школу, старушки и старики с лавочек и из-за заборов огородов. Улыбались молодые крестьянки, идущие на встречу.
Когда Гайер почти дошел до школы, то увидел группу детей не старше четырнадцати лет, некоторые были младше или просто так выглядели. Среди них были и мальчики и девочки, вторых больше. Разумеется ни о какой форме речи ни шло, все были в своей одежде, но одежда была чистой. Он вглядывался в лица, а затем заметил, что кузнец, который стучал до этого, перестал.
Эрих краем глаза взглянул на кузнеца, крупного бородатого мужчину в грубых штанах и буром фартуке на голое тело. Гайер шел по той же стороне улицы, на котором стояла кузня и, оказавшись довольно близко обратил внимание на взгляд мужчины, который наблюдал за идущими чуть отдельно от мальчиков девочками. Он узнал этот взгляд. Так смотрят изголодавшиеся на службе солдаты на крестьянок, так смотрят охочие до женщин мужчины на красивых и недоступных. Так не должен смотреть взрослый мужчина лет пятидесяти на маленьких девочек. Кузнец кажется почувствовал, что за ним наблюдают и быстро перевел взгляд на Эриха, который увлеченно уставился вперед. После заминки вновь застучал молот. Неужели все так просто? Может и нет. Думает - не значит делает. Но тут явно что-то есть. Про кузнеца надо узнать больше.
Эрих дошел до опустевшей школы и поднялся по ступеням на крыльцо. Дверь была открыта настежь, видимо дети забыли закрыть, радуясь окончанию уроков. Эрих остановился у порога и постучал костяшками пальцев по дверной коробке.
-Войдите! - раздался приятный молодой голос.
Гайер зашел внутрь и прикрыл за собой дверь. Дом был двухэтажный, за маленькой узкой прихожей находилась прихожая побольше со скамейками и крючками для того, чтобы большая группа людей могла снять теплую одежду и грязную обувь зимой или глубокой осенью. Из этой же прихожей наверх под прямыми углами заворачивалась лестница, под лестницей была маленькая дверь в подсобку или подвал, прямо была видна арка без двери, сквозь которую можно было зайти в просторный класс. Что и сделал Эрих. В классе стояло около пятнадцати небольших столов. Рядом с каждым столом пара стульев. Молодой мужчина стирал с доски квадратные уравнения, стоя спиной.
-Не слишком ли рано для них?- спросил Эрих.
-Рановато, но сложение, вычитание, деление и умножение они освоили, - как ни в чем не бывало ответил мужчина, - а это так добавка, может где-то блеснут тем, что хотя бы знают что это за галочки и цифры над цифрами.
Мужчина вымыл руки от мела в ведерке с водой, вытер их и подошел пожать руку. Эрих представился первым, ведь он итак начал разговор, не представившись.
-Доктор Эрих Гайер из Акланака.
-Гельмут Леман. Наслышан об этом городе и университете. Очень приятно познакомиться.
-Взаимно.
Гельмут Леман был гладко выбрит. Он смотрел на Эриха ясными голубыми глазами, лицо было симпатичным и излучало доброжелательность.
-Некоторых детей после школы встречают взрослые, рассказали, что вы утром приняли чуть ли не половину деревни, - Леман улыбнулся, обнажив ямочки на щеках, и принялся поправлять стулья.
-Я надеюсь завтра придет действительно больная половина
Учитель бархатно рассмеялся.
-Чем обязан вашему визиту доктор?
-Просто знакомлюсь.
-Тогда чаю? - спросил Гельмут и сделал пригласительный жест в сторону соседней комнаты.
-Буду благодарен.
-Только немного тут все поправлю, хорошо?
-Конечно.
Леман проворно вернул все стулья в изначальное положение, цокнул языком, нащупав какие-то нацарапанные надписи на спинке, и пошел в следующую комнату, махнув Эриху:
-Прошу вас, доктор.
Доктор проследовал за ним и сел на предложенный стул. Они оказались на небольшой продолговатой веранде со множеством окон. В ней помимо стола и пары стульев, размещенных под окнами, находилась еще пара небольших шкафчиков и металлическая печка. Леман наполнил ее заранее наколотым деревом, добавил стружку и все это дело поджег, захлопнув металлическую дверцу. Затем наполнил металлический чайник с помощью деревянного ковша и такой же бочки с водой, и водрузил его на печку. Сам сел за стол.
-Чай - редкий гость за столом деревенского учителя, - сказал Эрих.
-Это подарок от леди Вайнер. Я люблю этот напиток еще с учебы в университете, но увы его не раздобыть тут обычными способами В городе с этим гораздо проще.
-Я вас понимаю. Сам практикую в городах время от времени, но больше для того, чтобы накопить средств на поездки в деревни. Тут врачи гораздо нужнее, чем там. Но я обычно не задерживаюсь надолго, чтобы принести максимум пользы и найти больше интересных случаев для опыта. А давно вы в Кориафе гер Леман?
-Около пяти лет, доктор.
А четыре года назад начали пропадать девочки. Может совпадение, а может нет. Учитель - довольно популярный род занятий для таких людей. Кто-то специально становится учителем, чтобы быть поближе к детям, а кто-то это обнаруживает в себе по ходу дела.
-Намерены тут осесть или как я через время двинетесь дальше?
-Пока не решил, но старших скоро заберут работать за стены или куда-то отправят, особенно девочек, ведь Кориаф это деревня лесорубов по большей части, а девочки и топоры не очень совместимые понятия. Лишившиеся нескольких пальцев мужчины это одно, а женщины другое. Потому долго учить мне не дадут. С другой стороны есть младшие, и рождаются новые дети почти каждый год, а мне платят и приносят продукты, потому может быть я тут и надолго.
-Понятно. Вы кстати сказали, что некоторых детей забирают взрослые. Это часом не из-за пропаж?
-Из-за них самых, - Леман стиснул кулаки, - вот скажите доктор, каким надо быть… существом, чтобы похищать и убивать маленьких детей?
-Больным, - Гайер скрестил руки на груди и чуть склонил голову, наблюдая за Леманом.
-Узнал бы кто, придушил бы своими руками, честное слово! - затряс Леман руками над столом, его симпатичное лицо исказилось гримасой ненависти, - ведь я их каждый день вижу, представить не могу, что с ними что-то случиться. И тех девочек помню, каждую. Вот они сидели в классе, смотрели на доску, записывали, каждый день приходили и уходили, а затем однажды не появились на уроке. Гертруда также.
Речь видимо была о последней пропавшей девочке. Леман уставился в стол, глаза увлажнились, кулаки разжались и руки безвольно расположились поверхности стола, ухоженные, но со следами физической работы.
-Чайник кипит, - заметил Эрих.
-Ой, извините, доктор, заговорился, задумался, - вскочил Леман и принялся переставлять чайник на подставку, - больная тема просто, сами понимаете.
-Понимаю.
-Мы на внешнем кольце и за стенами чудовища, но не ожидаешь, что и внутри стен тоже.
-Там обычно водятся как раз самые страшные, - уверенно сказал Эрих.
Леман залил кипяток в заварочный чайник, снова сел за стол. Эрих в это время через окно рассматривал задний двор. Заметил там вальер и будку.
-Держите собак?
-Да, Уве мальчик и Нора девочка, привез с собой из Флаоберна, где рос и учился. Нора периодически щенится, кого-то отдаю крестьянским детям, если взрослые разрешают, кого-то егерям вместо старых или погибших собак.
-Дети, наверное, в восторге от них, даете поиграть?
Учитель с щенками, которых можно пойти посмотреть, могло бы быть смешно за счет образа каноничного “raptor-а”, если бы не было так грустно. Вдобавок у насильника обычно нет никаких щенков, которых тот зовет показать.
-Да, после уроков бывает остаются ребята поиграть с щенками, дополнительный стимул ходить в школу. Дети естественно не понимают как им повезло получать образование, которое можно как правило получить только в городах и за совсем другие деньги, чем здесь.
Эрих кивнул.
-С Уве и Норой дети играют?
-Не разрешаю, они у меня немного кусачие.
Чай заварился, и Леман разлил его по чашкам. Эрих попробовал и решил, что чай неплохой, он не мог быть другим, так как был из запасов Регины, а у той чай Эрих уже пробовал.
-До исчезновения Гертруды вы не замечали в ее поведении чего-либо странного гер Леман?
-Нет, доктор. Вела себя как обычно, в последний раз я ее видел, когда уходила с урока с остальными, а на следующий день ее уже не было. Урока собственно тоже, искали всей деревней внутри стен, а затем и в лесу за их пределами с солдатами.
-А не было ли в городе чужаков?
-Нет, доктор Гайер. Никого незнакомого не было, насколько я знаю. Но лучше уточнить у старосты и командира гарнизона. Интересуетесь словно дознаватель, - улыбнулся Гельмут.
-К сожалению, я всего лишь врач, которому небезразличны такие вещи. Вы детей учите, а я их лечу. Когда становится некого учить и лечить из-за того, что его похитили, вероятно изнасиловали и убили, мой покой, как и ваш нарушается и очень хочется встретиться с таким человеком лицом к лицу. разумеется не для разговора, - без улыбки сказал доктор, пристально взглянув на Лемана сквозь очки.
Гельмут посерьезнел и кивнул.
-С такими не о чем разговаривать. Староста и гер Шредер захотели бы казнь, голову с плеч или веревку, но я считаю, что это слишком просто, и надо отдать его толпе или кому-нибудь вроде нас с вами, доктор.
-Согласен, гер Леман, подписываюсь под каждым словом.
Эрих проговорил с Леманом еще четверть часа о собаках, в частности об их болезнях, способах их лечения и том, как вырастить здорового крепкого пса, подобные знания в Акланаке приветствовались даже среди врачей, чьей специальностью были люди, сменив тему на более позитивную, а затем откланялся, пообещав зайти еще. Эрих решил зайти в церковь, поговорить с тем самым Корнелиусом, который безуспешно пишет инквизиции по словам окружающих. Церковь была скромная и деревянная, представляла из себя одноэтажное здание с классической двускатной крышей и невысокой узкой колокольней, приютившейся на краю задней стены. В ней было много окон по бокам, потому внутри утром и днем, должно было быть довольно светло. Гайер зашел внутрь, аккуратно отворив правую створку единственной широкой двери. Внутри было действительно довольно светло и пусто. Слева и справа стояли деревянные скамьи, впереди по центру распятие на алтаре. Около него зажигал свечи священник. Эрих подошел к нему и поздоровался:
-Добрый день, меня зовут Эрих Гайер. Я доктор из Акланака.
-Добрый день, доктор Гайер. Я - отец Корнелиус, чем могу быть полезен?
Отцу Корнелиусу было на вид около 60 лет, у него было морщинистое лицо и уставшие глаза, сухие пальцы подчеркнуто спокойно покоились на бедрах. Смотрел он с прищуром и чуть наклонив голову.
-Я пришел познакомиться, так как намереваюсь пробыть в вашей деревне некоторое время и полезно знать с кем трудишься бок о бок.
-Ну тут вы преувеличили, доктор, - улыбнулся Корнелиус, - это вы трудитесь, а я лишь несу слово Божие нуждающимся, это благословение и дар господа.
-А вот мне кажется, что это вы преуменьшаете, святой отец. Как дела у вашего прихода?
Корнелиус двинулся к ближайшей скамье, сделав приглашающий жест Эриху. Гайер кивнул и сел рядом.
-Бывало и лучше. Мы живем во внешнем кольце, доктор, - Корнелиус вздохнул, - каждый поход за дровами или поездка в другое поселение может быть последним. Бывает люди гибнут от несчастных случаев, теряют руки или пальцы при рубке, кто-то тонет, упав в реку, но больше гибнет от когтей и зубов, несмотря на охрану и защиту дневного света. Потому все стараются жить дальше, смиряясь с потерями и оставаясь на пути Господа.
Эрих уперся руками в колени и стал внимательно смотреть за лицом собеседника.
-Я полагаю, что им сейчас особенно тяжело. Я слышал, что у вас тут пропадают дети. Много где на внешнем кольце люди гибнут от чудищ, но дети пропадают так как у вас далеко не везде.
Священник снова вздохнул. Глаза стали еще более уставшие и печальные.
-Да, это страшная беда. Я молюсь за души этих девочек каждый день.
-Говорят, что вы писали инквизиции, чтобы те прислали кого-нибудь расследовать это. Ведь всем известно, что у них хорошие следователи, и в этих исчезновениях может быть замешано колдовство. Есть какие-то результаты?
-Увы нет. Королевство велико, видимо у церкви не хватает людей, чтобы охватить все. Во внутреннем кольце свирепствуют ведьмы, младенцы пропадают, гибнут люди от темных чар. Во многих городах внутреннего демоны и их слуги мучают людей. Что говорить о нас?
-А сколько вы в общей сложности написали писем?
Корнелиус замер на несколько секунд.
-Пять, доктор. Три письма после каждого исчезновения и еще два после четырех.
-И не получили ответа.
-Не получил.
Корнелиус сцепил руки на коленях и уставился в пол, прикрыв глаза.
-А как вы их отправляли, святой отец?
Корнелиус выпрямился, повернул лицо к Эриху и ответил:
-Во время сплава древесины в Друнвайн. Стволы плывут туда за световой день, часть связывают в плоты и на них плывут сторожа. Из Друнвайна до Урифнарда ходит почтовая карета. А дальше по внутреннему кольцу такими же каретами и конными почтальонами.
-Понятно. Письма запечатаны, никто кроме вас не знает содержимого?
-Да, я запечатываю их после того, как они написаны, как и отчеты для церкви, - Корнелиус нахмурился, - а почему вы спрашивает, доктор?
-Я сейчас подумал, что виновник пропаж или причастный к ним может быть местным, и как раз сторожем на лесосплаве. Они одни и те же всегда?
Если так пойдет и дальше, то уже через пару дней нужно будет пополнять запасы, а ближайшее селение с аптекарем было часах в десяти езды отсюда. С другой стороны тут живет не тысяча человек, возможно за сегодня-завтра действительно больные кончаться. Мнимых он сегодня безжалостно отправлял по домам, потому молва разнесет, что к доктору Гайеру можно только на самом деле больным. Прием занял несколько часов. Мария не позволила, Эриху убирать в импровизированной приемной, отослала со всей вежливостью отдыхать. Гайер с закатанными рукавами и вымытыми руками сел на ступеньках крыльца. Он забил трубку и принялся ее неспешно курить. Нужно зайти в школу и пообщаться с учителем. Наверняка девочка там училась. Может что-нибудь расскажет. И стоит в целом присмотреться к жителям деревни.
Разгадка исчезновений скорее всего на поверхности. Нужно узнать не наведывается ли в деревню кто-то чужой время от времени, и если нет, то похититель и скорее всего убийца тут живет. А значит его можно вычислить. Эрих докурил, почистил трубку набором и вернул в свою комнату. Сменил рубашку, отдав прежнюю Марии на стирку, и двинулся к школе. По пути ему встретился идущий впереди и насвистывающий какую-то мелодию солдат, тот пнул попавшуюся ему под ноги курицу и, обругав ее по матери, крикнул хозяевам следить за своими птицами. Из дома торопливо выбежала пожилая женщина, поймала курицу и унесла в дом, чтобы потом, видимо, выпустить во дворе. Эрих обогнал в этот момент солдата, и тот с ним вежливо поздоровался, склонив голову. Гайер тоже ответил приветствием и продолжил движение. Пока он шел на него пялились дети, которым еще рано ходить в школу, старушки и старики с лавочек и из-за заборов огородов. Улыбались молодые крестьянки, идущие на встречу.
Когда Гайер почти дошел до школы, то увидел группу детей не старше четырнадцати лет, некоторые были младше или просто так выглядели. Среди них были и мальчики и девочки, вторых больше. Разумеется ни о какой форме речи ни шло, все были в своей одежде, но одежда была чистой. Он вглядывался в лица, а затем заметил, что кузнец, который стучал до этого, перестал.
Эрих краем глаза взглянул на кузнеца, крупного бородатого мужчину в грубых штанах и буром фартуке на голое тело. Гайер шел по той же стороне улицы, на котором стояла кузня и, оказавшись довольно близко обратил внимание на взгляд мужчины, который наблюдал за идущими чуть отдельно от мальчиков девочками. Он узнал этот взгляд. Так смотрят изголодавшиеся на службе солдаты на крестьянок, так смотрят охочие до женщин мужчины на красивых и недоступных. Так не должен смотреть взрослый мужчина лет пятидесяти на маленьких девочек. Кузнец кажется почувствовал, что за ним наблюдают и быстро перевел взгляд на Эриха, который увлеченно уставился вперед. После заминки вновь застучал молот. Неужели все так просто? Может и нет. Думает - не значит делает. Но тут явно что-то есть. Про кузнеца надо узнать больше.
Эрих дошел до опустевшей школы и поднялся по ступеням на крыльцо. Дверь была открыта настежь, видимо дети забыли закрыть, радуясь окончанию уроков. Эрих остановился у порога и постучал костяшками пальцев по дверной коробке.
-Войдите! - раздался приятный молодой голос.
Гайер зашел внутрь и прикрыл за собой дверь. Дом был двухэтажный, за маленькой узкой прихожей находилась прихожая побольше со скамейками и крючками для того, чтобы большая группа людей могла снять теплую одежду и грязную обувь зимой или глубокой осенью. Из этой же прихожей наверх под прямыми углами заворачивалась лестница, под лестницей была маленькая дверь в подсобку или подвал, прямо была видна арка без двери, сквозь которую можно было зайти в просторный класс. Что и сделал Эрих. В классе стояло около пятнадцати небольших столов. Рядом с каждым столом пара стульев. Молодой мужчина стирал с доски квадратные уравнения, стоя спиной.
-Не слишком ли рано для них?- спросил Эрих.
-Рановато, но сложение, вычитание, деление и умножение они освоили, - как ни в чем не бывало ответил мужчина, - а это так добавка, может где-то блеснут тем, что хотя бы знают что это за галочки и цифры над цифрами.
Мужчина вымыл руки от мела в ведерке с водой, вытер их и подошел пожать руку. Эрих представился первым, ведь он итак начал разговор, не представившись.
-Доктор Эрих Гайер из Акланака.
-Гельмут Леман. Наслышан об этом городе и университете. Очень приятно познакомиться.
-Взаимно.
Гельмут Леман был гладко выбрит. Он смотрел на Эриха ясными голубыми глазами, лицо было симпатичным и излучало доброжелательность.
-Некоторых детей после школы встречают взрослые, рассказали, что вы утром приняли чуть ли не половину деревни, - Леман улыбнулся, обнажив ямочки на щеках, и принялся поправлять стулья.
-Я надеюсь завтра придет действительно больная половина
Учитель бархатно рассмеялся.
-Чем обязан вашему визиту доктор?
-Просто знакомлюсь.
-Тогда чаю? - спросил Гельмут и сделал пригласительный жест в сторону соседней комнаты.
-Буду благодарен.
-Только немного тут все поправлю, хорошо?
-Конечно.
Леман проворно вернул все стулья в изначальное положение, цокнул языком, нащупав какие-то нацарапанные надписи на спинке, и пошел в следующую комнату, махнув Эриху:
-Прошу вас, доктор.
Доктор проследовал за ним и сел на предложенный стул. Они оказались на небольшой продолговатой веранде со множеством окон. В ней помимо стола и пары стульев, размещенных под окнами, находилась еще пара небольших шкафчиков и металлическая печка. Леман наполнил ее заранее наколотым деревом, добавил стружку и все это дело поджег, захлопнув металлическую дверцу. Затем наполнил металлический чайник с помощью деревянного ковша и такой же бочки с водой, и водрузил его на печку. Сам сел за стол.
-Чай - редкий гость за столом деревенского учителя, - сказал Эрих.
-Это подарок от леди Вайнер. Я люблю этот напиток еще с учебы в университете, но увы его не раздобыть тут обычными способами В городе с этим гораздо проще.
-Я вас понимаю. Сам практикую в городах время от времени, но больше для того, чтобы накопить средств на поездки в деревни. Тут врачи гораздо нужнее, чем там. Но я обычно не задерживаюсь надолго, чтобы принести максимум пользы и найти больше интересных случаев для опыта. А давно вы в Кориафе гер Леман?
-Около пяти лет, доктор.
А четыре года назад начали пропадать девочки. Может совпадение, а может нет. Учитель - довольно популярный род занятий для таких людей. Кто-то специально становится учителем, чтобы быть поближе к детям, а кто-то это обнаруживает в себе по ходу дела.
-Намерены тут осесть или как я через время двинетесь дальше?
-Пока не решил, но старших скоро заберут работать за стены или куда-то отправят, особенно девочек, ведь Кориаф это деревня лесорубов по большей части, а девочки и топоры не очень совместимые понятия. Лишившиеся нескольких пальцев мужчины это одно, а женщины другое. Потому долго учить мне не дадут. С другой стороны есть младшие, и рождаются новые дети почти каждый год, а мне платят и приносят продукты, потому может быть я тут и надолго.
-Понятно. Вы кстати сказали, что некоторых детей забирают взрослые. Это часом не из-за пропаж?
-Из-за них самых, - Леман стиснул кулаки, - вот скажите доктор, каким надо быть… существом, чтобы похищать и убивать маленьких детей?
-Больным, - Гайер скрестил руки на груди и чуть склонил голову, наблюдая за Леманом.
-Узнал бы кто, придушил бы своими руками, честное слово! - затряс Леман руками над столом, его симпатичное лицо исказилось гримасой ненависти, - ведь я их каждый день вижу, представить не могу, что с ними что-то случиться. И тех девочек помню, каждую. Вот они сидели в классе, смотрели на доску, записывали, каждый день приходили и уходили, а затем однажды не появились на уроке. Гертруда также.
Речь видимо была о последней пропавшей девочке. Леман уставился в стол, глаза увлажнились, кулаки разжались и руки безвольно расположились поверхности стола, ухоженные, но со следами физической работы.
-Чайник кипит, - заметил Эрих.
-Ой, извините, доктор, заговорился, задумался, - вскочил Леман и принялся переставлять чайник на подставку, - больная тема просто, сами понимаете.
-Понимаю.
-Мы на внешнем кольце и за стенами чудовища, но не ожидаешь, что и внутри стен тоже.
-Там обычно водятся как раз самые страшные, - уверенно сказал Эрих.
Леман залил кипяток в заварочный чайник, снова сел за стол. Эрих в это время через окно рассматривал задний двор. Заметил там вальер и будку.
-Держите собак?
-Да, Уве мальчик и Нора девочка, привез с собой из Флаоберна, где рос и учился. Нора периодически щенится, кого-то отдаю крестьянским детям, если взрослые разрешают, кого-то егерям вместо старых или погибших собак.
-Дети, наверное, в восторге от них, даете поиграть?
Учитель с щенками, которых можно пойти посмотреть, могло бы быть смешно за счет образа каноничного “raptor-а”, если бы не было так грустно. Вдобавок у насильника обычно нет никаких щенков, которых тот зовет показать.
-Да, после уроков бывает остаются ребята поиграть с щенками, дополнительный стимул ходить в школу. Дети естественно не понимают как им повезло получать образование, которое можно как правило получить только в городах и за совсем другие деньги, чем здесь.
Эрих кивнул.
-С Уве и Норой дети играют?
-Не разрешаю, они у меня немного кусачие.
Чай заварился, и Леман разлил его по чашкам. Эрих попробовал и решил, что чай неплохой, он не мог быть другим, так как был из запасов Регины, а у той чай Эрих уже пробовал.
-До исчезновения Гертруды вы не замечали в ее поведении чего-либо странного гер Леман?
-Нет, доктор. Вела себя как обычно, в последний раз я ее видел, когда уходила с урока с остальными, а на следующий день ее уже не было. Урока собственно тоже, искали всей деревней внутри стен, а затем и в лесу за их пределами с солдатами.
-А не было ли в городе чужаков?
-Нет, доктор Гайер. Никого незнакомого не было, насколько я знаю. Но лучше уточнить у старосты и командира гарнизона. Интересуетесь словно дознаватель, - улыбнулся Гельмут.
-К сожалению, я всего лишь врач, которому небезразличны такие вещи. Вы детей учите, а я их лечу. Когда становится некого учить и лечить из-за того, что его похитили, вероятно изнасиловали и убили, мой покой, как и ваш нарушается и очень хочется встретиться с таким человеком лицом к лицу. разумеется не для разговора, - без улыбки сказал доктор, пристально взглянув на Лемана сквозь очки.
Гельмут посерьезнел и кивнул.
-С такими не о чем разговаривать. Староста и гер Шредер захотели бы казнь, голову с плеч или веревку, но я считаю, что это слишком просто, и надо отдать его толпе или кому-нибудь вроде нас с вами, доктор.
-Согласен, гер Леман, подписываюсь под каждым словом.
Эрих проговорил с Леманом еще четверть часа о собаках, в частности об их болезнях, способах их лечения и том, как вырастить здорового крепкого пса, подобные знания в Акланаке приветствовались даже среди врачей, чьей специальностью были люди, сменив тему на более позитивную, а затем откланялся, пообещав зайти еще. Эрих решил зайти в церковь, поговорить с тем самым Корнелиусом, который безуспешно пишет инквизиции по словам окружающих. Церковь была скромная и деревянная, представляла из себя одноэтажное здание с классической двускатной крышей и невысокой узкой колокольней, приютившейся на краю задней стены. В ней было много окон по бокам, потому внутри утром и днем, должно было быть довольно светло. Гайер зашел внутрь, аккуратно отворив правую створку единственной широкой двери. Внутри было действительно довольно светло и пусто. Слева и справа стояли деревянные скамьи, впереди по центру распятие на алтаре. Около него зажигал свечи священник. Эрих подошел к нему и поздоровался:
-Добрый день, меня зовут Эрих Гайер. Я доктор из Акланака.
-Добрый день, доктор Гайер. Я - отец Корнелиус, чем могу быть полезен?
Отцу Корнелиусу было на вид около 60 лет, у него было морщинистое лицо и уставшие глаза, сухие пальцы подчеркнуто спокойно покоились на бедрах. Смотрел он с прищуром и чуть наклонив голову.
-Я пришел познакомиться, так как намереваюсь пробыть в вашей деревне некоторое время и полезно знать с кем трудишься бок о бок.
-Ну тут вы преувеличили, доктор, - улыбнулся Корнелиус, - это вы трудитесь, а я лишь несу слово Божие нуждающимся, это благословение и дар господа.
-А вот мне кажется, что это вы преуменьшаете, святой отец. Как дела у вашего прихода?
Корнелиус двинулся к ближайшей скамье, сделав приглашающий жест Эриху. Гайер кивнул и сел рядом.
-Бывало и лучше. Мы живем во внешнем кольце, доктор, - Корнелиус вздохнул, - каждый поход за дровами или поездка в другое поселение может быть последним. Бывает люди гибнут от несчастных случаев, теряют руки или пальцы при рубке, кто-то тонет, упав в реку, но больше гибнет от когтей и зубов, несмотря на охрану и защиту дневного света. Потому все стараются жить дальше, смиряясь с потерями и оставаясь на пути Господа.
Эрих уперся руками в колени и стал внимательно смотреть за лицом собеседника.
-Я полагаю, что им сейчас особенно тяжело. Я слышал, что у вас тут пропадают дети. Много где на внешнем кольце люди гибнут от чудищ, но дети пропадают так как у вас далеко не везде.
Священник снова вздохнул. Глаза стали еще более уставшие и печальные.
-Да, это страшная беда. Я молюсь за души этих девочек каждый день.
-Говорят, что вы писали инквизиции, чтобы те прислали кого-нибудь расследовать это. Ведь всем известно, что у них хорошие следователи, и в этих исчезновениях может быть замешано колдовство. Есть какие-то результаты?
-Увы нет. Королевство велико, видимо у церкви не хватает людей, чтобы охватить все. Во внутреннем кольце свирепствуют ведьмы, младенцы пропадают, гибнут люди от темных чар. Во многих городах внутреннего демоны и их слуги мучают людей. Что говорить о нас?
-А сколько вы в общей сложности написали писем?
Корнелиус замер на несколько секунд.
-Пять, доктор. Три письма после каждого исчезновения и еще два после четырех.
-И не получили ответа.
-Не получил.
Корнелиус сцепил руки на коленях и уставился в пол, прикрыв глаза.
-А как вы их отправляли, святой отец?
Корнелиус выпрямился, повернул лицо к Эриху и ответил:
-Во время сплава древесины в Друнвайн. Стволы плывут туда за световой день, часть связывают в плоты и на них плывут сторожа. Из Друнвайна до Урифнарда ходит почтовая карета. А дальше по внутреннему кольцу такими же каретами и конными почтальонами.
-Понятно. Письма запечатаны, никто кроме вас не знает содержимого?
-Да, я запечатываю их после того, как они написаны, как и отчеты для церкви, - Корнелиус нахмурился, - а почему вы спрашивает, доктор?
-Я сейчас подумал, что виновник пропаж или причастный к ним может быть местным, и как раз сторожем на лесосплаве. Они одни и те же всегда?
