-Какое ужасное предположение, доктор, - выдохнул Корнелиус и прикрыл рот рукой, затем отнял ее от лица и сказал, повернувшись к Эриху, - крестьяне одни и те же, разве что кто заболеет, а лучники графа меняются. Я отдавал письма лучникам.
-Всегда разным?
-Да, тому, кого старшим назначали.
-Понятно. Пойду, поговорю с командиром гарнизона, может прольем какой-то свет. Вы уже писали письмо по поводу последней пропажи?
-Писал, но еще не отправлял, - священник замялся, - я если честно несколько отчаялся, и не отнес его сразу как написал, думаю все же стоит это сделать, может в этот раз будет по-другому.
-Может быть. У меня только одна просьба, святой отец. Перед тем как отправлять, подождите меня. Может ситуация переменится.
-Хорошо, доктор. Но даже подумать страшно, что кто-то из солдат гарнизона причастен к этим пропажам. Буду молиться, чтобы это оказалось не так.
-Молитесь наоборот, чтобы это было так, потому что тогда мы быстро вычислим негодяя.
-А вы точно всего лишь доктор, а не следователь?
-Вы уже второй, кто упоминает следователей, святой отец, - Эрих слегка улыбнулся, - я не всего лишь доктор, но и не следователь. Хотя я также имею и желание и способности узнать причину исчезновений, как человек, чье призвание исцелять, и как человек, кому дали образование и натренировали ум.
-Благослови вас Господь, доктор Гайер, буду молиться за ваш успех.
-Вот это уже правильная молитва, святой отец, до скорого свидания, - сказал Эрих, вставая, и направился к выходу.
-До скорого свидания, доктор Гайер, - тихо и несколько обреченно сказал Корнелиус.
Следующим в списке был Ойген Шредер.
Глава 15 - Константин. Отделение инквизиции и новые задачи
Через полчаса после вдохновляющего разговора со старостой Малых горок Константин Вёргер получил своих лошадей. Выглядели животные неплохо, от седел и сбруи не начали нервничать. Хэксэнкиллер, как его назвал местный житель, не попросил у старейшины людей для того, чтобы оседлать лошадей. Он это умел сам и более того всегда предпочитал делать это самостоятельно.
Шмиц рвался предложить Вёргеру свою лошадь, близко к сердцу приняв слова Константина про плуговую лошадь и канаву, а также желая задобрить вышестоящего, хоть тот уже и написал письмо. В его голове видимо давала надежду мысль, что можно же и лично сказать то, что не понравилось в поведении помощника инквизитора или как раз наоборот простить и не говорить, не доверять же такую ерунду бумаге. По крайней мере Якоб ничем кроме как ерундой не воспринимал сцену, свидетелем которой стал Убийца ведьм. Константин совсем не разделял его мнение, так как терпеть не мог злоупотребления властью, особенно когда этой власти было немного по сути, но ее обладатели делали вид, что ее в разы больше. Для обычной крестьянки кто угодно из инквизиции это власть, и когда ее используют в личных низменных целях, нарушая правила, это порочило и Святой орден и что более важно - веру в Создателя.
Вёргер, как многие убийцы ведьм скорее не верил в Бога, а знал что он есть и то, как все устроено. Такие как он ему служат и очищают землю от зла, ведьмы служат Люциферу, колдуны заключили с ним сделку, а чемпионы демонов с кем-то из них, и все они получают буквальную колдовскую силу. Крайне строгое обучение, жестокая подготовка, высокая смертность делала большую часть таких как Константин в их собственных головах инструментами Создателя, молотами, сокрушающими головы врагов его. Они верили, что это важно, они знали кому и зачем они служат, но это вера не имела много общего с тем, как верят крестьяне или даже клирики, церковных санов у убийц ведьм не было, хотя молитвы и церковные ритуалы они знали.
Вёргер слышал, что некоторые истово верующие инквизиторы и сам понтифик могут даже творить чудеса с помощью веры и противостоять колдовству и земным угрозам, но никогда не видел. Зато видел, что работают различные приспособления: серебряные и костяные пули, распятия, противоведьмовские знаки, которые в том числе можно самим воспроизводить на любой подходящей поверхности, зная как, а также конечно же огонь. Огонь с гарантией убивает ведьм и колдунов. Без него или костяной пули в голову с правильными знаками, в которые втерта кровь убийцы ведьм, смертельные для обычного человека раны вероятнее всего не убьют слугу Дьявола.
Константин от щедрого предложения Шмица своей лошади отказался. По своим причинам, а также было полезно взять то, что дали в поселке, показав, что доверяешь и проверяешь. Тогда Шмиц предложил тоже самое Иоганну, так и не узнав пока статус спутника Вёргера и опасаясь задавать вопрос. Торговец поблагодарил с улыбкой и согласился, а Якоб с рвением подготовил животное, довольный хотя бы тем, что оказал услугу спутнику Вёргера, для которого тот реквизировал лошадь у поселка.
По дороге никто друг с другом особо не говорил, Шмиц пытался общаться с Вёргером, но тот отвечал крайне немногословно и холодно самым деловым образом, которым умел. Это отбило желание у помощника инквизитора предпринимать дальнейшие попытки расположить к себе убийцу ведьм, который видел и слышал то, что Якобу очень не хотелось доводить до сведения инквизитора Урслера. Шмиц смирился со своей возможной участью и устремил взор вперед, даже не попробовал сделать заход в сторону Иоганна.
Дорога проходила мимо небольших лесных чащ, но все чаще стали попадаться крестьянские поля с мельницами, а также то на одной стороне дороги, то на другой на приличных расстояниях виднелись крыши деревень и поселков, какие-то на холмах, какие наоборот в низинах. На полях активно работали несмотря на то, что лето прошло и ранняя осень подходила к концу. Все чаще шел дождь, дул ветер, предвещая приближающуюся зиму. Староста Малых горок не лукавил - работа за городами была в самом разгаре, народ торопился собрать пшеницу и зерновые пока погода не испортилась окончательно и не сгубила все, что не собрали. В каждом поле трудились десятки мужчин, женщин и детей. Первые с косами и вилами, вторые с серпами, дети в основном собирали и носили. Потом часть урожа останется у них и пойдет в хлева для скотины, а часть отправитс на продажу в города типа Мадины.
Молчаливая троица прибыла в Мадину поздно ночью. Иоганна дорога почти прикончила. Четыре часа пешком с утра и еще десять с перерывами после были для торговца испытанием. Константин отмел утреннюю мысль про то, что торговец привык к седлу или повозке. Было явно, что только ко второму. Ворота Мадины ночью открывать по началу не хотели, но услышав заветное слово на букву “и” открыли споро. Быстро взглянули на красную форму Шмица, на сверкнувший белым в факельном свете перстень Вёргера и пропустили, пожелав доброй ночи. Заночевали путники в отделении инквизиции Мадины. Шмиц в покоях, которые для него держали, Вёргер вместе с Иоганном в гостевой комнате на соседних койках. Константин уже спал с торговцем в таверне, не видел он причин делать иначе этой ночью в Мадине, расселяясь в две отдельные комнаты. Лишних коек не бывает, уставшие инквизиторы с их людьми и Убийцы ведьм могли приехать в отделение в любой час.
Утром Иоганн откланялся в банк, Константину было любопытно вернется ли, но опять же больше было похоже на то, что да. После ухода Клеца Вёргер заглянул в кабинет Урслера перекинуться парой слов. Шмиц разумеется не присутствовал. Он доложил рано утром обо всем начальнику, отдал письмо и скрылся, надеясь, что Вёргер про него не скажет ничего дурного.
Седовласый Вольфганг сидел за массивным деревянным столом с красной обивкой столешницы, на которой лежали стопки бумаг, чернильница с позолоченной крышкой, пресс папье и много небольших предметов, часть из которых вполне могла иметь магическую природу судя по их виду. Раз они хранились тут, а не в спецкомнате, значит не несли постоянной опасности или угрозы. Может они были связаны с каким-то делом или делами, которые вел инквизитор. Какие-то кинжалы из камня, несколько круглых предметов, ровных и нет, которые могли быть амулетами или чем-то похожим, связки трав и волос, что-то с косточками и лентами. Урслер отодвинул фигуру из косточек, чтобы взять письмо второй рукой, и положить ее на стол, где уже покоилась первая. Он откашлялся, дочитав, и поднял свои кустистые седые брови.
-Значит ты добил ту, которую ранил Леон под Мадиной. По крайней мере похоже на то, что это она.
-Похоже на то, - сказал Вёргер из кресла напротив стола инквизитора.
-Пряталась у брата. Вряд ли это совпадение, что сестру Матиаса Краузе звали Изабелла по словам старосты, и он кричал это же имя в таверне, когда она получила пулю. Отправлю людей все там осмотреть и прибраться, а затем проверим всю семейку Краузе, родственников и друзей. Спасибо за помощь.
-Они можно сказать пришли ко мне в руки.
Урслер поднял палец вверх.
-Господь направил их в твои руки Вёргер. А из твоих рук ведьмы и их помощники редко уходят живыми, а если уходят то только для того, чтобы попасть на большой костер или в темницы.
-Вы преувеличиваете,
Старик отмахнулся.
-Может лишь самую малость. Еще о чем-то хотел сказать?
-Я реквизировал лошадей в Малых Горках, могут их вернуть, когда поедут в таверну?
Вольфганг покачал головой.
-Нет, сегодня у меня группа едет на дело, с лошадьми в городе туго, очень кстати ты их привел.
-Тогда пусть заплатят их стоимость старейшине.
Инквизитор вздохнул.
-Заплатим, но не сейчас, отделение недавно заказало партию арбалетных болтов и новые клинки, бюджет этого месяца не потянет компенсацию, придется им подождать следующего.
-Еще нет и середины месяца. Ушел весь бюджет?
-Не весь, но те небольшие свободные средства, что остались мы пустим не на лошадок деревенского старосты. Пригодятся при операциях и расследованиях, наклевывается несколько поводов их потратить. Лошадки подождут. Пойми, не я это решаю, нас в отделении еще несколько инквизиторов и есть штабс-инквизитор, который болтов и мечей как раз накупил.
Проклинать слуг инквизиции большой грех, но старосту Ветцеля это вряд ли остановит.
-Подам запрос в таком случае, пусть имеют ввиду. Надо следовать правилам.
-И будем, но не так быстро как хотелось бы. И может лучше без запроса? Я скажу Буссо, он возьмет на заметку.
-Скажите, будет хорошо вместе с запросом, - сказал Вёргер и поднялся.
Урслер только цокнул языком. Старый пройдоха видимо любит все решать в кулуарах отделения, рукой мыть руку и оттягивать компенсации, Мадине не слишком повезло. Он передумал сообщать Урслеру о неподобающем поведении помощника. Что-то подсказывало ему, что вместо наказания будет крючок, за который можно будет тягать сопляка для своих нужд.
Абсолютного послушания у помощников инквизиторов не было, они много чего не были обязаны делать и могли подать жалобу вышестоящим, если инквизиторы дают незаконные приказы. А такие жалобы не подать, если протокол может подписать Убийца ведьм, ставший свидетелем злоупотреблений полномочиями со стороны жалобщика. Что, конечно, не отменяло того, что большинство помощников делали больше обязательного ради карьеры или доброго расположения непосредственного начальника, а также того, что Официум мог составить вполне законную де юре бумагу, которая будет преступной де факто. Вёргер был рад тому, что в его службе задачи простые, полномочия узкие, а пространства для злоупотреблений куда меньше, чем у инквизиторов.
-Хорошего вам дня, инквизитор, - сказал Константин, открывая дверь.
-И тебе, Убийца ведьм.
Дверь закрылась.
-Хорошего, - договорил Вольфганг и вздохнул.
Вёргер получил в канцелярии новые средства на расходы, оставив бланк о предыдущих вместе с отчетом для раденского отделения, перед которым отвечал. Затем пополнил в арсенале запасы пуль и пороха, забрал из ячейки №37, которая в Мадине была единоразово прикреплена к его фамилии, новое задание. Прочитал его суть в холле отделения, усевшись за свободный стол.
На воске стояла печать раденского отделения инквизиции, большая буква “R”, вписанная в узорчатый круг, по краям которого стояли маленькие “I”. Под воском была ленточка с молитвой о защите от темных сил. Составителем и отправителем был Великий инквизитор Килиан Майндхарт. Заданий было два.
Первое состояло в том, чтобы выследить одну из последних, как надеялись, в Раденском отделении, ведьм ковена, орудующего в графстве Ротштайн. Инквизиция полагала, что ведьма, на которую отправили Вёргера, состояла в этом небольшом слабо организованном ковене. Но несмотря на то, что этот ковен был грубо говоря больше знакомством нескольких ведьм у одного котла, где они делились информацией и иногда планировали совместные действия, он представлял опасность.
Вёргер и двое других Убийц ведьм, приписанных к графству, очень вероятно колдовскую активность снизили почти до нуля. Особенно если учесть, что Константин добил ведьму, на которую у него не было наводок и приказов, доделав работу собрата. Ему предписывалось прибыть к деревням Веверц, Эссдинг, Трорд, Малри с городом Блауштадт меж ними, который являлся негласным центром района, расследовать пропажу детей, а также взрослых вместе с местной инквизицией и разобраться с теми, кто в этом замешан. Отделение ставило на ведьму.
По завершению первого дела, нужно будет выследить и ликвидировать подозреваемого во владении и применении заговоренного оружия. Подозреваемый совершил несколько убийств в других странах, несколько в Фарнадии. Последний инцидент произошел в гостинице недалеко от Урифнарда, преступника пытались арестовать королевские солдаты и охрана гостиницы после убийства в соседнем городе, но все восемь человек погибли. Следователи магистрата вызвали инквизицию на место преступления, и дознаватели инквизиции обнаружили невозможные при использовании обычного оружия повреждения тел жертв, а также следы колдовства.
Человека с похожими приметами видели на границе Урифнарда в компании светловолосой красивой девушки три дня назад, но на тот момент ни у стражи, ни у инквизиции не было ориентировок на него. Личность девушки не установлена. Портреты подозреваемого и его спутницы, нарисованные со слов Убийцы ведьм Адриана Келлера, дежурившего в тот день на воротах, прилагались к письму. Делом заинтересован лично Архиепископ Нандор Фараго. Необходимо приложить максимальные усилия. Сареф Монье должен быть найден и ликвидирован, девушка арестована и доставлена в ближайшее отделение инквизиции. В случае малейшего подозрения на колдовство девушка также должна быть ликвидирована. Похожее задание выдано еще нескольким Убийцам ведьм, чье число не сообщается, некоторые приступят к нему немедленно, арест Монье не предусматривается. Адриан Келлер с небольшим отряд отправлен в погоню из Урифнарда, так как может опознать Монье и его спутницу. Его в срочном порядке на воротах Урифнарда сменит другой убийца ведьм.
В конверте лежал еще один квадратный конверт меньшего размера. Он тоже был запечатан воском, на нем нем оттиснули точки и черточки в разном порядке. Вёргер достал набор печатей из сумки, достал подходящую и сравнил с тем, что было на воске, затем сверился с блокнотом, в котором был указан месяц, неделя и имелись некие пометки.
