Глаза большие, ни тебе перешептываний, ни каких-то вопросов, ни сомнений, девушка даже конспектирует основные моменты… поневоле себя важной персоной почувствуешь!
И Артур Ланн разливался соловьем!
Элисон внимательно слушала, но понимала примерно половину.
Жизнь научила ее, что обычно в действиях людей есть определенная логика. То есть каждый человек действует в собственных интересах, а если вдруг нет, то у такого решения есть серьезные причины.
Какие? Вот, их и надо установить.
А тут… Нелогично все было. Непонятно и неправильно.
Оказалось, что Анна Ланн – это не просто первая жена Леона Штромберга, это та самая его большая и чистая любовь, из-за которой он нажрался и в шахту отправился.
Изображений, к сожалению, не сохранилось, но Леон сам, лично, говорил, что Ирма – копия матери.
Вот ее портреты есть.
Элисон оглядела портрет. Даже с учетом того, что художники любят льстить заказчикам. Даже сделав поправку на время и моду…
Ирма Ланн была невероятно хороша собой. Такая нежная женственная красота.
Блондинка, высокая, хрупкая, нежная, с громадными голубыми глазами и тонкими чертами лица. Такую хочется защитить и спрятать. Укутать своим плащом и взять на руки, чтобы она ноги не поранила об эту колючую и совсем не возвышенную землю.
Правда… Учитывая историю?
Вот кем надо быть, чтобы в присутствии своих кавалеров смеяться над парнем, который стоит ниже по положению, зависит от твоего отца и безнадежно в тебя влюблен?
Тут и ответа не надо особо.
Гадиной.
Вывод?
Вид – чистая маскировка. Мимикрия гадюки под бабочку.
Через полгода после этой истории они поженились. И вот это тоже странно. Но Элисон решила отложить этот вопрос на потом. Спросит у ребят.
Еще через год у них появился первый ребенок – не маг. Мальчик. Тоже Леон Штромберг.
Второй ребенок – погодок. Слабый маг. Винсент Штромберг.
Третий ребенок – еще через два года. Девочка, сильная магиня. Ирма Ланн.
Артур являлся ее потомком.
Нет, сам он не маг, но это случается. Вот, его двоюродный брат – тот сильный маг, а сам Артур и спичку зажечь не сможет. С этим надо просто смириться и жить.
Ровно через год после этого умирает Анна Ланн. Точно в день рождения своей дочери. Более того, вместе с ней умирает старший мальчик. Леон, названный в честь отца.
Оба, в один день. Хоронят их вместе. Леон надевает траур.
Элисон потерла нос.
- А откуда известно было, что Леон – младший не маг, а Винсент – маг? Леон же тоже мог быть…
- Вот так. У Винсента с рождения были слабые, но выплески, у Анны… в нашей семье или ты маг с рождения, или точно магом не будешь.
- Семейные особенности, понятно, - кивнула Элисон, – простите, что перебила, рент Артур.
Странно только одно. А у Леона оно тоже так было? Элисон сталкивалась с фамильными отклонениями в магии, и читала о них достаточно много, внутри одного рода такое могло быть. Скажем, магия проявлялась с потерей девственности. Или магия была только одного вида, или она как-то корректировала внешность – это бывало. Но тогда уж из поколения в поколение. И получается, что у Леона магия тоже должна была проявиться при рождении?
- Нет-нет, вы спрашивайте, если непонятно. Посторонним людям сложно разбираться в чужой семейной истории.
Элисон покосилась на своих спутников.
Ну… да.
Вон у них, глаза круглые, и хлопают они ими, как два совенка на ветке, и явно тонут в обилии деталей. Мужчинам вообще сложно со всеми этими мелочами. Ладно, сейчас она не будет им ничего объяснять, потом схему покажет. Им так проще, да и Элисон тоже… мужчины хорошо видят крупное, а женщины – мелочи, вот, вместе они цельную картину и составят.
- Потом, я так понимаю, рент Леон долго не женился?
- Вы как в воду смотрите, - разулыбался рент Артур. – Да… эта история началась, уже когда прошло больше десяти лет.
Хотя какая там, в сущности, история? Жил маг двенадцатого уровня, детей растил, причем у Винсента была его фамилия, а вот Ирме дали фамилию матери, чтобы не пресекся род. И муж потом в ее род пошел, а сын получил фамилию – Ланн и родовое поместье Ланнов. Да-да, Анна Ланн была единственной дочерью, а шахта была ее родовым владением… сейчас, правда, королевским, леоний-то и там нашли, выход к нему, и активно разрабатывали, жила богатая оказалась, до сих пор хватало добычи, потому Ланны не бедствовали.
Вот, когда маленькой Ирме Ланн исполнилось одиннадцать лет, Леон решил прервать затянувшееся вдовство, и женился вновь. На Азалии Вильс.
Если от Анны Ланн не было даже портрета, так, несколько карандашных набросков, то Азалия была представлена во всей красе.
И была она как раз противоположностью хрупкой Анне.
Такая роковая, страстная, грудастая брюнетка, достоинства которой занимали добрую половину холста. Черные волосы, мраморно-белая кожа, черные глаза… Леон рядом с ней не смотрелся совсем. Маг воды двенадцатого уровня не был ни сильным, ни мощным, ни широкоплечим, так… очень так себе. Как-то на парадных портретах он выглядел получше, а если на семейные посмотреть, сразу видно, и что он невысокий, и сутулый, и волосы у него редеть начали… очень средняя внешность. Мимо пройдешь – не оглянешься.
- Она не местная?
- Нет. Из империи.
- Никогда бы не сказал, - хмыкнул Матео. – в Империи, конечно, много кто живет, и смешение кровей там невероятное, но мне кажется, она больше похожа на довернку. Вот, если взять ее ростовой портрет?
- А что с ним не так?
- Все так. Просто или художник нарушал пропорции, или… ну, по фигуре – это типично для довернок именно. Не слишком высокий рост, большие объемы, короткие ноги, отвислый зад… Лисси, прости за подробности.
- Анатомию мы изучали. Кстати, да. Глаза те же самые, она их сильно подводит, но так-то они круглые, и низкий лоб, и скулы характерные… нет? Черные волосы и черные глаза у довернца вообще обычное дело.
- Но кожа?
- Белая? Так или пудра, или рена мало бывала на солнце, или отбеливатель пила, - спокойно объяснила Элисон, – может, и все три фактора сразу. Даже на портрете видно, что она очень уважает косметику. Явно подправляла недостатки…
- Довернка? Я никогда этот вариант не рассматривал.
- А в этом нет ничего удивительного. Соседи же… и то, что она про себя не рассказывала, не странно. Вы же знаете, какие у них дикие, иначе и не скажешь, обычаи! Довернским мужчинам можно и туда, и сюда, а вот женщинам – никогда. Иначе смерть.
- Могла быть и полукровка, - заметила Элисон. – О ее семье что-то известно?
- Сирота, из приюта.
Элисон развела руками. Мол, вот и еще одно косвенное, но подтверждение.
- Хммм… вы мне дали новую пищу для размышлений и поисков, - задумался рент Артур. – Спасибо. Продолжаю?
- Да, конечно, просим вас, рент.
Во втором браке у Леона Штромберга родилось еще трое детей. Две девочки – Аделина и Милана, и мальчик Гораций. Девочки – без магии, а мальчик – сильный маг, сильнее старшего брата. По этому поводу Леон был счастлив и поил всех без устали. Ну и ребенка с рук не спускал.
Примерно через два года умирает его супруга. Причина смерти та же, что и в первом случае. Болезнь.
Какая? Чего? Нет, не указано.
- А где их похоронили? – словно мимоходом поинтересовалась Элисон.
- Мою прабабку – тут, в фамильном склепе. А Азалию у Штромбергов. У них же тоже свой склеп есть…
- Понятно, - задумчиво кивнула Элисон. – Скажите… а нет ничего в записях? Может, Анна сама ребенка кормила? Или Азалия?
- Не понимаю? – вылупился рент Артур.
- Ну… у Анны погодки?
- Да.
- А у Азалии? Срок побольше? Года два-три между детьми?
- Вы абсолютно правы, рента. Но в чем смысл?
- Пока женщина кормит грудью, она не беременеет второй раз? – подсказала рена Джесси.*
*- чушь страшная. Как и насчет «не забеременеешь в первый раз». Еще как влетишь. Но поскольку у нас есть магия, автор своей волей вводит небольшой произвол. Прим. авт.
- Ну да, - обрадовалась Элисон. – в больницах же так делают!
Женщины с пониманием переглянулись.
Как известно, беременность и роды – дело затратное. Нет, не о деньгах сейчас речь, просто и сами по себе они сказываются на женском организме. И восстанавливаются все по-разному. Кому-то хватает года, кому-то два нужно, а кому и пяти мало.
А если женщина забеременеет раньше восстановления, то бывает всякое. Выкидыш, кровотечение, ребенок может родиться больным, беременность будет проходить очень тяжело… да мало ли осложнений? Очень много. Вот и придумали такое небольшое заклинание.
Накладывается оно на женщину в лечебнице, причем ЭТО заклинание оплачивает Корона. И пока женщина кормит грудью, она не беременеет.
Конечно, случается всякое.
И мужчина, который одержим рождением наследника «вот прямо сразу и сейчас», и женщины, которые считают, что нельзя магией вмешиваться в Божественное предначертание, и… да чего только не бывает! Но большинство все же за здравый смысл, и от полезного заклинания не отказывается. Вполне возможно, что обе супруги его использовали.
Бросаешь кормить грудью – заклинание прекращается. Дальше уже сама-сама, как пожелаешь.
Если обе жены Штромберга пользовались заклинанием, что это значит?
Может, и ничего.
А может… Элисон это потом обдумает.
- Обе умерли от болезни.
- Вы думаете, что Леон…?
- Уверена, что нет, - твердо сказала Элисон. – я видела его портрет, он не похож на человека жестокого, коварного… сильный маг, но слабый человек.
Матео зааплодировал.
Артур кивнул.
- Да, пожалуй. Есть дневники дочерей, из них видно, что они крутили отцом, как хотели. И приданое, и потом, помощь, должен сказать, что Леон под конец жизни жил то у одного ребенка, то у второго, пожалуй, больше всего его любила как раз Ирма.
- А умер он у кого?
- В своем поместье, - пожал плечами рент Артур. – Оно потом отошло старшему сыну. Младшему там тоже много досталось, да и сейчас семья не бедствует, могу себе позволить заниматься своим хобби, раз уж жизнь оказалась так немилосердна.
Элисон задумчиво кивнула.
Робин смотрел на нее, и думал, что девушка очень красива. Глаза ее сейчас сияли собственным колдовским светом, она о чем-то думала, и это выражение невероятно преображало ее лицо. Кто-то красив всегда, а кто-то вот, как Элисон, когда увлечен делом. Хотя нет.
Элисон тоже всегда красива, просто не всем это видно. И хорошо. Ему довольно, а остальным и незачем…
Визит затянулся до позднего вечера, Элисон задавала вопросы, что-то выписывала, делала в тетради пометки, и только когда стемнело гости и хозяева смогли расстаться. Правда, с обещанием еще приехать. И почаще вообще приезжать, редко же встретишь людей, которым интересно то же, что и тебе. Поди, поговори об истории со всеми подряд? Если слушать вообще соберутся!
А тут – наоборот! И слушают, и спорят, и своими мнением делятся, и всем интересно…
Рена Джесси тихонько улыбалась. Вот, и мужу приятно!
Артур всегда был деятельным и подвижным, ему скучно было сидеть дома, он и на шахту потому пошел, хоть денег и хватало! Но интересно же!
Работа, дело… причем то дело, которым его предок занимался! А вдруг и ему леониевая жила улыбнется? И тут обвал… и Артура зажало под обвалом на несколько часов. А потом даже маги жизни не смогли ему помочь восстановиться до конца. Не маг же!
Магам проще, энергия, которая циркулирует по каналам, сама восстанавливает тело, а вот обычному человеку это недоступно, и не все болезни в результате поддаются лечению.
Обидно.
Артур, конечно, все принял, как мужчина, он не запил, не стал злиться на Джесси, но… история – это не то, к чему он привык. Скучные бумажки, пыльные архивы…. Даже дети не всегда интересовались отцовским увлечением. А теперь вдруг оказалось, что его дело кому-то интересно и необходимо!
Это очень важно.
Просто мало кто понимает, насколько это важно, когда ты – нужен людям. Нужен этому миру.
Определенно, она еще не раз пригласит этих замечательных ребят. И ведь тоже… им досталось, а они не сломались! Отличный пример для мужа! Два мага, лишенных силы, да и девочке точно в жизни солоно пришлось, вон она как прячется!
А как держатся?
Молодцы, ах, какие молодцы! Такими детьми гордиться можно!
- Лисси, оставайся у нас ночевать?
Матео уступил место за рулем Робину, и зря, рамбиль даже слегка дернулся. Предложеньице!
- Рена Астрид будет волноваться.
- Тогда мы сначала тебя завезем, а уж потом домой. Ты так внимательно слушала… не поделишься мыслями?
Элисон пожала плечами.
- Не знаю… пока то, что я думаю, слишком невероятно. Нам бы с некромантом определиться?
- Некромантом? Зачем?
- Потому что такого не может быть. Но у меня пока есть только один ответ на это самое невозможное. Если его подставить в формулу, все сходится. А если нет, то я не знаю.
- Лисси, ты как-то непонятно говоришь?
- Я еще подумаю ночью, завтра приеду и расскажу, что предполагаю. А пока - извини. Все слишком зыбко. Но… мне и правда хотелось бы найти некроманта.
- Я знаком с одним. Но я не уверен, что он согласится для нас поработать. А что надо будет делать?
- Допросить Леона Штромберга. Или хотя бы кого-то из его жен.
- Ладно. Я поговорю. Он скоро должен будет приехать в Левенсберг, но я не знаю, что он запросит взамен.
Элисон пожала плечами.
- Пусть скажет. Я понимаю, что это сложно, это не просто так себе игрушки, но это и правда важно. И… ему точно можно доверять?
- Доверять?
- Если мои предположения оправдаются, то мы можем узнать нечто весьма неприятное, - качнула головой Элисон. – Может быть, смертельно неприятное.
- Доверять – можно. Он всецело предан Короне.
Элисон кивнула.
- Тогда хорошо. А он поставит интересы Короны вперед своих?
- И своих, и наших, если что.
Это Элисон тоже устраивало. Она кивнула, привалилась к плечу Матео и задремала. Устала. Мужчины переглянулись через зеркало заднего вида – и примолкли.
А правда, что такого сообразила Элисон?
Вроде бы слышали все одно и то же, но что-то же она такое предположила, а они – нет? Непонятно…
Зеев Басс сдаваться не привык, и своего друга и начальника подводить тоже не хотелось.
Им нужен кусок гор? Нужен!
Воевать за него нельзя? Нельзя!
Тогда вывод прост. Базиль им и горы, и норы, и что хочешь отдаст. А вот Риберто и Дамиан – точно нет. Так что… или Риберто, или Дамиана надо устранить. Он все равно на месте не сидит, опять собирается… надо же! В Левенсберг!
Ну, тут Зееву и карты в руки, всей колодой! Там у него и свои люди, целая группа, и вообще…
Нельзя получить добром?
Нельзя получить войной?
Ну так вот вам третий вариант в копилку: создать в государстве такой бардак, чтобы никому не было дела до окраин! И под шумок выгрести все ценное и необходимое.
Или как-то узаконить свои права на нужный участок…
Зеев этим примерно и занялся. Создать в столице нестабильность и проблемы? Это сложно, а вот чего проще…
Слабое место правителя Эллары?
Ее величество Лидия.
Да-да, именно она.
Не маг, не воин, обычная, не слишком молодая женщина. А помолодеть ей хочется, и сильно. Муж-то вон, на двадцать лет моложе выглядит, и к жене давно интерес потерял. Не в постели даже дело, нет! Хотя и этот фактор не надо списывать со счета, просто… Лидия далеко не дура, и сама все понимает.
И тем легче ее поймать в подготовленную ловушку. Пара слов там, пара сплетен тут…
И Артур Ланн разливался соловьем!
Элисон внимательно слушала, но понимала примерно половину.
Жизнь научила ее, что обычно в действиях людей есть определенная логика. То есть каждый человек действует в собственных интересах, а если вдруг нет, то у такого решения есть серьезные причины.
Какие? Вот, их и надо установить.
А тут… Нелогично все было. Непонятно и неправильно.
Оказалось, что Анна Ланн – это не просто первая жена Леона Штромберга, это та самая его большая и чистая любовь, из-за которой он нажрался и в шахту отправился.
Изображений, к сожалению, не сохранилось, но Леон сам, лично, говорил, что Ирма – копия матери.
Вот ее портреты есть.
Элисон оглядела портрет. Даже с учетом того, что художники любят льстить заказчикам. Даже сделав поправку на время и моду…
Ирма Ланн была невероятно хороша собой. Такая нежная женственная красота.
Блондинка, высокая, хрупкая, нежная, с громадными голубыми глазами и тонкими чертами лица. Такую хочется защитить и спрятать. Укутать своим плащом и взять на руки, чтобы она ноги не поранила об эту колючую и совсем не возвышенную землю.
Правда… Учитывая историю?
Вот кем надо быть, чтобы в присутствии своих кавалеров смеяться над парнем, который стоит ниже по положению, зависит от твоего отца и безнадежно в тебя влюблен?
Тут и ответа не надо особо.
Гадиной.
Вывод?
Вид – чистая маскировка. Мимикрия гадюки под бабочку.
Через полгода после этой истории они поженились. И вот это тоже странно. Но Элисон решила отложить этот вопрос на потом. Спросит у ребят.
Еще через год у них появился первый ребенок – не маг. Мальчик. Тоже Леон Штромберг.
Второй ребенок – погодок. Слабый маг. Винсент Штромберг.
Третий ребенок – еще через два года. Девочка, сильная магиня. Ирма Ланн.
Артур являлся ее потомком.
Нет, сам он не маг, но это случается. Вот, его двоюродный брат – тот сильный маг, а сам Артур и спичку зажечь не сможет. С этим надо просто смириться и жить.
Ровно через год после этого умирает Анна Ланн. Точно в день рождения своей дочери. Более того, вместе с ней умирает старший мальчик. Леон, названный в честь отца.
Оба, в один день. Хоронят их вместе. Леон надевает траур.
Элисон потерла нос.
- А откуда известно было, что Леон – младший не маг, а Винсент – маг? Леон же тоже мог быть…
- Вот так. У Винсента с рождения были слабые, но выплески, у Анны… в нашей семье или ты маг с рождения, или точно магом не будешь.
- Семейные особенности, понятно, - кивнула Элисон, – простите, что перебила, рент Артур.
Странно только одно. А у Леона оно тоже так было? Элисон сталкивалась с фамильными отклонениями в магии, и читала о них достаточно много, внутри одного рода такое могло быть. Скажем, магия проявлялась с потерей девственности. Или магия была только одного вида, или она как-то корректировала внешность – это бывало. Но тогда уж из поколения в поколение. И получается, что у Леона магия тоже должна была проявиться при рождении?
- Нет-нет, вы спрашивайте, если непонятно. Посторонним людям сложно разбираться в чужой семейной истории.
Элисон покосилась на своих спутников.
Ну… да.
Вон у них, глаза круглые, и хлопают они ими, как два совенка на ветке, и явно тонут в обилии деталей. Мужчинам вообще сложно со всеми этими мелочами. Ладно, сейчас она не будет им ничего объяснять, потом схему покажет. Им так проще, да и Элисон тоже… мужчины хорошо видят крупное, а женщины – мелочи, вот, вместе они цельную картину и составят.
- Потом, я так понимаю, рент Леон долго не женился?
- Вы как в воду смотрите, - разулыбался рент Артур. – Да… эта история началась, уже когда прошло больше десяти лет.
Хотя какая там, в сущности, история? Жил маг двенадцатого уровня, детей растил, причем у Винсента была его фамилия, а вот Ирме дали фамилию матери, чтобы не пресекся род. И муж потом в ее род пошел, а сын получил фамилию – Ланн и родовое поместье Ланнов. Да-да, Анна Ланн была единственной дочерью, а шахта была ее родовым владением… сейчас, правда, королевским, леоний-то и там нашли, выход к нему, и активно разрабатывали, жила богатая оказалась, до сих пор хватало добычи, потому Ланны не бедствовали.
Вот, когда маленькой Ирме Ланн исполнилось одиннадцать лет, Леон решил прервать затянувшееся вдовство, и женился вновь. На Азалии Вильс.
Если от Анны Ланн не было даже портрета, так, несколько карандашных набросков, то Азалия была представлена во всей красе.
И была она как раз противоположностью хрупкой Анне.
Такая роковая, страстная, грудастая брюнетка, достоинства которой занимали добрую половину холста. Черные волосы, мраморно-белая кожа, черные глаза… Леон рядом с ней не смотрелся совсем. Маг воды двенадцатого уровня не был ни сильным, ни мощным, ни широкоплечим, так… очень так себе. Как-то на парадных портретах он выглядел получше, а если на семейные посмотреть, сразу видно, и что он невысокий, и сутулый, и волосы у него редеть начали… очень средняя внешность. Мимо пройдешь – не оглянешься.
- Она не местная?
- Нет. Из империи.
- Никогда бы не сказал, - хмыкнул Матео. – в Империи, конечно, много кто живет, и смешение кровей там невероятное, но мне кажется, она больше похожа на довернку. Вот, если взять ее ростовой портрет?
- А что с ним не так?
- Все так. Просто или художник нарушал пропорции, или… ну, по фигуре – это типично для довернок именно. Не слишком высокий рост, большие объемы, короткие ноги, отвислый зад… Лисси, прости за подробности.
- Анатомию мы изучали. Кстати, да. Глаза те же самые, она их сильно подводит, но так-то они круглые, и низкий лоб, и скулы характерные… нет? Черные волосы и черные глаза у довернца вообще обычное дело.
- Но кожа?
- Белая? Так или пудра, или рена мало бывала на солнце, или отбеливатель пила, - спокойно объяснила Элисон, – может, и все три фактора сразу. Даже на портрете видно, что она очень уважает косметику. Явно подправляла недостатки…
- Довернка? Я никогда этот вариант не рассматривал.
- А в этом нет ничего удивительного. Соседи же… и то, что она про себя не рассказывала, не странно. Вы же знаете, какие у них дикие, иначе и не скажешь, обычаи! Довернским мужчинам можно и туда, и сюда, а вот женщинам – никогда. Иначе смерть.
- Могла быть и полукровка, - заметила Элисон. – О ее семье что-то известно?
- Сирота, из приюта.
Элисон развела руками. Мол, вот и еще одно косвенное, но подтверждение.
- Хммм… вы мне дали новую пищу для размышлений и поисков, - задумался рент Артур. – Спасибо. Продолжаю?
- Да, конечно, просим вас, рент.
Во втором браке у Леона Штромберга родилось еще трое детей. Две девочки – Аделина и Милана, и мальчик Гораций. Девочки – без магии, а мальчик – сильный маг, сильнее старшего брата. По этому поводу Леон был счастлив и поил всех без устали. Ну и ребенка с рук не спускал.
Примерно через два года умирает его супруга. Причина смерти та же, что и в первом случае. Болезнь.
Какая? Чего? Нет, не указано.
- А где их похоронили? – словно мимоходом поинтересовалась Элисон.
- Мою прабабку – тут, в фамильном склепе. А Азалию у Штромбергов. У них же тоже свой склеп есть…
- Понятно, - задумчиво кивнула Элисон. – Скажите… а нет ничего в записях? Может, Анна сама ребенка кормила? Или Азалия?
- Не понимаю? – вылупился рент Артур.
- Ну… у Анны погодки?
- Да.
- А у Азалии? Срок побольше? Года два-три между детьми?
- Вы абсолютно правы, рента. Но в чем смысл?
- Пока женщина кормит грудью, она не беременеет второй раз? – подсказала рена Джесси.*
*- чушь страшная. Как и насчет «не забеременеешь в первый раз». Еще как влетишь. Но поскольку у нас есть магия, автор своей волей вводит небольшой произвол. Прим. авт.
- Ну да, - обрадовалась Элисон. – в больницах же так делают!
Женщины с пониманием переглянулись.
Как известно, беременность и роды – дело затратное. Нет, не о деньгах сейчас речь, просто и сами по себе они сказываются на женском организме. И восстанавливаются все по-разному. Кому-то хватает года, кому-то два нужно, а кому и пяти мало.
А если женщина забеременеет раньше восстановления, то бывает всякое. Выкидыш, кровотечение, ребенок может родиться больным, беременность будет проходить очень тяжело… да мало ли осложнений? Очень много. Вот и придумали такое небольшое заклинание.
Накладывается оно на женщину в лечебнице, причем ЭТО заклинание оплачивает Корона. И пока женщина кормит грудью, она не беременеет.
Конечно, случается всякое.
И мужчина, который одержим рождением наследника «вот прямо сразу и сейчас», и женщины, которые считают, что нельзя магией вмешиваться в Божественное предначертание, и… да чего только не бывает! Но большинство все же за здравый смысл, и от полезного заклинания не отказывается. Вполне возможно, что обе супруги его использовали.
Бросаешь кормить грудью – заклинание прекращается. Дальше уже сама-сама, как пожелаешь.
Если обе жены Штромберга пользовались заклинанием, что это значит?
Может, и ничего.
А может… Элисон это потом обдумает.
- Обе умерли от болезни.
- Вы думаете, что Леон…?
- Уверена, что нет, - твердо сказала Элисон. – я видела его портрет, он не похож на человека жестокого, коварного… сильный маг, но слабый человек.
Матео зааплодировал.
Артур кивнул.
- Да, пожалуй. Есть дневники дочерей, из них видно, что они крутили отцом, как хотели. И приданое, и потом, помощь, должен сказать, что Леон под конец жизни жил то у одного ребенка, то у второго, пожалуй, больше всего его любила как раз Ирма.
- А умер он у кого?
- В своем поместье, - пожал плечами рент Артур. – Оно потом отошло старшему сыну. Младшему там тоже много досталось, да и сейчас семья не бедствует, могу себе позволить заниматься своим хобби, раз уж жизнь оказалась так немилосердна.
Элисон задумчиво кивнула.
Робин смотрел на нее, и думал, что девушка очень красива. Глаза ее сейчас сияли собственным колдовским светом, она о чем-то думала, и это выражение невероятно преображало ее лицо. Кто-то красив всегда, а кто-то вот, как Элисон, когда увлечен делом. Хотя нет.
Элисон тоже всегда красива, просто не всем это видно. И хорошо. Ему довольно, а остальным и незачем…
Визит затянулся до позднего вечера, Элисон задавала вопросы, что-то выписывала, делала в тетради пометки, и только когда стемнело гости и хозяева смогли расстаться. Правда, с обещанием еще приехать. И почаще вообще приезжать, редко же встретишь людей, которым интересно то же, что и тебе. Поди, поговори об истории со всеми подряд? Если слушать вообще соберутся!
А тут – наоборот! И слушают, и спорят, и своими мнением делятся, и всем интересно…
Рена Джесси тихонько улыбалась. Вот, и мужу приятно!
Артур всегда был деятельным и подвижным, ему скучно было сидеть дома, он и на шахту потому пошел, хоть денег и хватало! Но интересно же!
Работа, дело… причем то дело, которым его предок занимался! А вдруг и ему леониевая жила улыбнется? И тут обвал… и Артура зажало под обвалом на несколько часов. А потом даже маги жизни не смогли ему помочь восстановиться до конца. Не маг же!
Магам проще, энергия, которая циркулирует по каналам, сама восстанавливает тело, а вот обычному человеку это недоступно, и не все болезни в результате поддаются лечению.
Обидно.
Артур, конечно, все принял, как мужчина, он не запил, не стал злиться на Джесси, но… история – это не то, к чему он привык. Скучные бумажки, пыльные архивы…. Даже дети не всегда интересовались отцовским увлечением. А теперь вдруг оказалось, что его дело кому-то интересно и необходимо!
Это очень важно.
Просто мало кто понимает, насколько это важно, когда ты – нужен людям. Нужен этому миру.
Определенно, она еще не раз пригласит этих замечательных ребят. И ведь тоже… им досталось, а они не сломались! Отличный пример для мужа! Два мага, лишенных силы, да и девочке точно в жизни солоно пришлось, вон она как прячется!
А как держатся?
Молодцы, ах, какие молодцы! Такими детьми гордиться можно!
***
- Лисси, оставайся у нас ночевать?
Матео уступил место за рулем Робину, и зря, рамбиль даже слегка дернулся. Предложеньице!
- Рена Астрид будет волноваться.
- Тогда мы сначала тебя завезем, а уж потом домой. Ты так внимательно слушала… не поделишься мыслями?
Элисон пожала плечами.
- Не знаю… пока то, что я думаю, слишком невероятно. Нам бы с некромантом определиться?
- Некромантом? Зачем?
- Потому что такого не может быть. Но у меня пока есть только один ответ на это самое невозможное. Если его подставить в формулу, все сходится. А если нет, то я не знаю.
- Лисси, ты как-то непонятно говоришь?
- Я еще подумаю ночью, завтра приеду и расскажу, что предполагаю. А пока - извини. Все слишком зыбко. Но… мне и правда хотелось бы найти некроманта.
- Я знаком с одним. Но я не уверен, что он согласится для нас поработать. А что надо будет делать?
- Допросить Леона Штромберга. Или хотя бы кого-то из его жен.
- Ладно. Я поговорю. Он скоро должен будет приехать в Левенсберг, но я не знаю, что он запросит взамен.
Элисон пожала плечами.
- Пусть скажет. Я понимаю, что это сложно, это не просто так себе игрушки, но это и правда важно. И… ему точно можно доверять?
- Доверять?
- Если мои предположения оправдаются, то мы можем узнать нечто весьма неприятное, - качнула головой Элисон. – Может быть, смертельно неприятное.
- Доверять – можно. Он всецело предан Короне.
Элисон кивнула.
- Тогда хорошо. А он поставит интересы Короны вперед своих?
- И своих, и наших, если что.
Это Элисон тоже устраивало. Она кивнула, привалилась к плечу Матео и задремала. Устала. Мужчины переглянулись через зеркало заднего вида – и примолкли.
А правда, что такого сообразила Элисон?
Вроде бы слышали все одно и то же, но что-то же она такое предположила, а они – нет? Непонятно…
***
Зеев Басс сдаваться не привык, и своего друга и начальника подводить тоже не хотелось.
Им нужен кусок гор? Нужен!
Воевать за него нельзя? Нельзя!
Тогда вывод прост. Базиль им и горы, и норы, и что хочешь отдаст. А вот Риберто и Дамиан – точно нет. Так что… или Риберто, или Дамиана надо устранить. Он все равно на месте не сидит, опять собирается… надо же! В Левенсберг!
Ну, тут Зееву и карты в руки, всей колодой! Там у него и свои люди, целая группа, и вообще…
Нельзя получить добром?
Нельзя получить войной?
Ну так вот вам третий вариант в копилку: создать в государстве такой бардак, чтобы никому не было дела до окраин! И под шумок выгрести все ценное и необходимое.
Или как-то узаконить свои права на нужный участок…
Зеев этим примерно и занялся. Создать в столице нестабильность и проблемы? Это сложно, а вот чего проще…
Слабое место правителя Эллары?
Ее величество Лидия.
Да-да, именно она.
Не маг, не воин, обычная, не слишком молодая женщина. А помолодеть ей хочется, и сильно. Муж-то вон, на двадцать лет моложе выглядит, и к жене давно интерес потерял. Не в постели даже дело, нет! Хотя и этот фактор не надо списывать со счета, просто… Лидия далеко не дура, и сама все понимает.
И тем легче ее поймать в подготовленную ловушку. Пара слов там, пара сплетен тут…
