Даже не подозревала, что кадры нашей свадьбы будут показывать по центральным каналам, думала – дальше музыкальных новость не пойдёт. Но оказалось, дело не в недовольстве, просто Тамир хотел увидеть меня на сцене. Увидел…
В этот раз не клип, фрагмент одного из последних концертов. Зато песня та же, и номер мало чем отличается: тьма, вспышка, я в очень нецеломудренном костюме… и дюжина полуголых танцоров. Они вьются вокруг, кто-то пытается обнять, кого-то обнимаю сама, падаю, давая возможность себя поймать… и петь, разумеется, не забываю. Обещаю Ему - ну тому самому, единственному, из песни - что узнаю, какую бы маску ни надел, и найду как бы ни прятался.
– Интересно… – протянул Тамир. Оторвался от полупрозрачного экрана, чтобы окинуть меня пристальным взглядом. Уголки его губ дрожали.
Я же невозмутимо поправила банный халат, расчесала пятернёй влажные после душа волосы и подошла к столу.
– Нам нужно поговорить, – усаживаясь за стол, сообщила я.
Тамир подцепил вилкой кусочек запечённой рыбы, и только после этого ответил:
– Согласен.
Мой… муж был спокоен, только уголки губ по-прежнему дрожали, а глаза искрились весельем. Нет, он действительно не знал, на ком женится, и новости его явно позабавили.
– Значит, ты певица…
Я кивнула и потянулась к заварному чайнику. Развивать тему своей профессии не собиралась, но не спросить не могла:
– Ты совсем не интересуешься музыкой?
– Как-то не доводилось.
Он явно сдерживал смех, но мне было всё равно. Неосведомлённость Тамира, равно как и его реакция, моего самолюбия не задевала. И я перешла к делу:
– Тамир, для начала хочу прояснить один момент.
– Какой?
Я налила чай, отставила чайник и взглянула на собеседника.
– Понимаю, наша свадьба нетипична, и решение мы принимали в обстоятельствах близких к экстремальным, и у каждого из нас был свой мотив, но…
– Но? – нетерпеливо подтолкнул он.
– Разводиться я не намерена.
– Это прекрасно. – Тамир стал очень серьёзен. – Потому что развод я тебе всё равно не дам.
Я удивлённо вскинула брови, и спустя минуту удостоилась пояснения:
– Эсми, я не из тех людей, которые могут позволить себе жениться по пять раз на дню. В моей профессии очень многое зависит от репутации, а репутация, как понимаешь, складывается из множества факторов. Развод – это поражение в семейной жизни, это минус. А я не из тех, кто проигрывает.
Хотела спросить Тамира о его профессии, но не успела. Собеседник оказался проворней.
– А ты? Чем продиктовано твоё желание сохранить наш брак?
Я пожала плечами и сказала правду:
– Я поклялась себе, что выйду замуж один раз и на всю жизнь.
– Что послужило поводом для такой клятвы?
Ответила я только потому, что передо мной сидел не кто-нибудь, а тот самый человек, с которым я намеревалась жить до конца своих дней. Мне было важно, чтобы он понял.
– Сложно объяснить. Слишком много непостоянства, образ жизни, опять же, и опыт коллег перед глазами. Я не хочу как все. Я не хочу размениваться и прыгать из постели в постель. Я хочу дом. Пусть не тихую, но надёжную гавань.
Губы Тамира тронула улыбка.
– Ты рассуждаешь так здраво, хотя сама…
– Да, я знаю, что вышла замуж за первого встречного, – перебила я. – Но прежде чем называть меня легкомысленной, вспомни, кому принадлежала эта идея.
Я не пыталась уязвить или оскорбить, а Тамир, как оказалось, умел не только слушать, но и слышать. Он подарил ещё одну улыбку и кивнул.
– Итак, ты поёшь…
– Да. А чем занимаешься ты?
Увы, услышать ответ было не суждено. Нас прервал переливчатый звон, возвестивший о появлении Лейлы. Подруга, как и обещала, явилась ровно через час. А я неожиданно для самой себя жалобно взглянула на мужа и попросила:
– Пожелай мне удачи.
Но Тамир промолчал. Просто поднялся и отправился встречать гостью. Мне же пришлось отставить чашку и последовать за ним.
– Лейла, это Тамир, мой муж, – старательно изображая спокойствие, сообщила я. – Тамир, это Лейла, моя лучшая подруга и личный продюсер по совместительству.
– Очень приятно, – отозвался Тамир. Его голос прозвучал по-кошачьи мягко.
Мне кажется или кто-то пытается произвести на Лейлу впечатление?
– Мне тоже приятно. – Платиновая блондинка нервно дёрнула плечиком. Рядом с Тамиром она казалась даже не худой, а откровенно тощей. Зато улыбалась как заказчику наикрутейшей вечеринки – очень широко, очень профессионально.
С пару минут в прихожей нашего люкса царила тишина. Я по-прежнему старалась держать маску спокойствия, Лейла по-прежнему улыбалась, а Тамир… ну он тоже улыбался, мерял подругу взглядом и явно пытался понять, чего же я так испугалась.
Когда тишина стала поистине неудобной, муж обвил рукой мою талию и притянул ближе. Лёгкий поцелуй в висок смотрелся очень естественно – я знаю, я в зеркале видела.
– Девушки, я вас, пожалуй, оставлю. – Тамир не говорил, мурлыкал. – Только вы не ссорьтесь, ладно?
– А почему мы должны ссориться? – с самым невинным видом спросила Лейла.
– Ну…
Да-да, все всё понимали! И ситуация становилась всё неудобней и неудобней. В конце концов, мне пришлось принять волевое решение.
– Тамир, не волнуйся. Она меня не до смерти, а так… чуть-чуть придушит.
Муж подарил лёгкую улыбку, прижал крепче и снова поцеловал в висок.
– Лейла, не сердитесь на Эсми…
Это прозвучало так, что ух! Если бы я не знала, чем мы занимались ночью и в каком виде проснулись, я бы решила, что между нами есть всё. Причём это «всё» находится в такой стадии, что друзьям и подругам обижаться просто грешно. Пусть скажут спасибо за то, что новобрачные нашли силы оторваться друг от друга и уделить им хоть минутку.
– Эсми вчера очень нервничала, – добавил Тамир.
Подруга шумно вздохнула и закатила глаза, а Тамир улыбнулся и отступил.
Он вернулся в гостиную, а мы с Лейлой прошмыгнули в спальню. Я сразу же выхватила из рук подруги объёмный пластиковый пакет и высыпала его содержимое на кровать. Лейла не подвела, принесла всё, что требовалось.
– Спасительница, – пробормотала я.
– Угу.
Подруга прикрыла дверь и застыла, сложив руки на груди. Несмотря на хрупкость телосложения, выглядела очень грозно, даже мурашки по коже побежали. И допрос, которого мне так хотелось избежать, начался немедленно.
– Когда вы познакомились?
– Вчера. – Говорить правду не хотелось, но солгать я не могла.
Подруга не удивилась. Видимо, известие о моём замужестве исчерпало все лимиты.
– Где?
– У Дворца бракосочетаний.
– И что же ты там делала? – прошипела Лейла.
Я наконец нашла в ворохе принесённых вещей трусики и ответила лишь после того, как оная часть гардероба заняла приличествующее ей место.
– Ждала Джуна.
И снова ни капли удивления, только злость. Сильная, грозящая перейти в ярость.
– Эсми, какого дьявола? Ты что, совсем рехнулась? Ты намеревалась выйти за Джуна? Ты хотела связать свою судьбу с этим уродом? Мало тебя жизнь учила?
Сердце кольнула иголочка боли, но слёз не было.
– Не злись, – сказала я, подхватывая кружевной бюстик. – Ты же видишь, всё обошлось. Ты знаешь мои взгляды на вопрос брака, можешь не сомневаться – с Джуном покончено.
Блондинка запыхтела – верный признак того, что её переполняют эмоции, справиться с которыми она не в силах. Под аккомпанемент этих звуков я натянула майку и брюки, подхватила расчёску и поспешила к зеркалу – нужно привести себя в порядок, прежде чем предстать перед камерами. Кстати…
– Лейла, что творится снаружи?
– Трэш, – буркнула подруга. – Меня чуть не сожрали, прежде чем охрана отеля подоспела. Коммуникатор пришлось поставить на блокировку, только номер твоего Тамира в разрешенных. Почта ломится от писем, и… Ох, Эсми! – Лейла сменила тон, от недавней злости и следа не осталось. – Эсми, эта твоя свадьба…
– Но ты не давала комментариев?
– Разумеется, нет! Но пресса сошла с ума. Фан-клуб вообще лютует, и…
Я оборвала подругу жестом. Да, сливая информацию Тиму, я прекрасно понимала, какие последствия нас ждут. Но оно того стоило.
– Всё будет хорошо, – вслух сказала я.
А Лейла опять запыхтела и вернула разговор в прежнее, интересующее её русло.
– Ладно, с тобой всё ясно. А Тамир?
– Что Тамир?
– Как этот… этот кадр оказался у дворца бракосочетаний? Что он там делал?
Я повернулась, чтобы взглянуть на Лейлу. Кадр? Хм… почему она назвала Тамира «кадром»?
– Так что он там делал? – продолжила настаивать подруга.
Я подумала и отрицательно качнула головой.
– Прости, это не моя тайна. – Да, Лейла из тех, кто действительно умеет держать язык за зубами, но я точно знаю, Тамир мою откровенность не оценит.
Лейла фыркнула и принялась мерять спальню шагами. Я же собрала волосы в высокий хвост, отложила расчёску и поспешила за косметичкой.
– Эсми, мне кажется, ты не понимаешь, во что вляпалась, – после очень долгой паузы, сказала Лейла. – Ведь Тамир, он…
По ноткам, которые зазвучали в голосе подруги, я определила – мне грозит долгая, нудная нотация. В другой раз я бы, вероятно, послушала, но сегодня настроения не было.
– Лейла, я знаю, что приняла не самое здравое решение, но поверь, в тот момент я не могла поступить иначе. И вообще… я предпочитаю видеть в этой ситуации не минусы, а плюсы.
– Разве тут есть плюсы?
Я повернулась к собеседнице, подарила ей нарочито бодрую улыбку и сказала совершенно искренне:
– Мы незнакомы, следовательно, я не питаю иллюзий на его счёт. У меня нет ожиданий, которые он может обмануть. Согласись, это не так уж мало.
– Но ты его не любишь…
– Он тоже не любит. Но тут тоже есть плюс. Мы не одурманены чувствами, значит будем руководствоваться разумом. И у нас гораздо больше шансов выстроить правильные отношения, создать хороший, крепкий союз.
Лейла не выдержала, застонала.
– Эсми, ты сама-то в это веришь?
– Прости?
– Ты человек творческой профессии, – пояснила Лейла. – Ты живёшь эмоциями!
– Эмоциями я живу на сцене, а в жизни…
Подруга замотала головой, а я замолчала. Смысл спорить? Смысл объяснять? Конечно, она думает, что ей со стороны виднее. Разумеется, Лейла убеждена, что знает меня лучше, нежели я сама.
– Эсми, ты влипла, – повторила блондинка.
Я скривилась и вернулась к зеркалу. Влипла не влипла, а убиваться по поводу своего замужества я не намерена. Тамир уже доказал, что он человек здравомыслящий, а раз так, мы со всем справимся. И будем очень счастливы!
Из номера Лейла уходила под конвоем. Начальник охраны обещал, что моего продюсера выведут из отеля через один из тех чёрных ходов, о существовании которых пресса и фанаты не знают. Это было очень кстати, потому что кроме прочего, Лейле предстояло вынести из номера моё свадебное платье. Конечно, последнее было необязательно, но я понятия не имела как дальше сложится день, а таскать с собой пакет не хотелось.
Едва Лейла и парни в чёрных костюмах покинули люкс, я вернулась за стол. Тамир уже закончил завтракать и лениво попивал явно остывший кофе.
– Итак, что теперь? – подхватывая булочку и нож для масла, спросила я.
Тамир пожал плечами и задал встречный вопрос:
– Какие у тебя планы?
– Ближайший месяц я в отпуске, дальше начнётся работа над новым альбомом.
– Ага. Хорошо.
– Что хорошо?
Муж поморщился, отставил чашку и подарил очень серьёзный взгляд.
– Эсми, в главном мы с тобой сошлись – никто из нас разводиться не собирается. А раз так, нам придётся…
– Договариваться и налаживать быт. – Знаю, что перебивать некрасиво, но сдержаться не смогла.
Тамир кивнул. Я же, воодушевлённая душем, свежей одеждой и встречей с Лейлой, которая, как оказалось, не намерена дуться на меня до скончания времён, продолжила:
– Я зарабатываю довольно неплохо, так что разорить тебя при всём желании не смогу. У меня очень напряженный рабочий график, следовательно, кофе в постель каждое утро не обещаю. Ещё у меня есть поклонники и фанаты, часть из них – очень влиятельные и состоятельные, но ревновать не стоит. Поверь, я умею держать дистанцию. Жить предлагаю вместе, иначе наш брак будет вызывать слишком много вопросов. Где именно жить, мне всё равно, но могу предложить свою квартиру, она достаточно большая, чтобы…
Собеседник поднял руку, и мне пришлось замолчать.
– Эсми, я понял. Я умею делать выводы из полученной информации, а этого… – он кивнул на выключенный уже галавизор, – было достаточно, чтобы понять, кто ты и как живёшь.
Я не могла не улыбнуться. Люблю сообразительных мужчин.
– Меня сейчас другой вопрос волнует, – продолжил Тамир. Он поджал губы, слегка нахмурился. – Меня волнует тот факт, что мы… Понимаешь, эта свадьба неожиданность не только для прессы и твоих фанатов.
Тамир замолчал, а моя улыбка, вопреки желаниям, стала шире.
Ну да, ну да… Главный Дворец бракосочетаний, будний день, никаких гостей на церемонии… Только банкет постфактум, причём банкет для друзей со стороны жениха. Хотя при таком раскладе он вполне мог позвать друзей на церемонию. Ума не приложу, что его остановило. Впрочем, это не важно. Какая мне разница, что было «до»? Главное, что происходит сейчас.
– Твоя семья не одобрила брак с той брюнеткой?
– Моя семья не знала, что я всерьёз намерен на ней жениться, – поправил Тамир. – А если бы знала, то приложила бы все усилия, чтобы помешать свадьбе. Сейчас я понимаю, что их мнение было правильным, тогда – не понимал.
Какая знакомая ситуация.
– Но теперь твоя семья в курсе…
– Да. И мне необходимо представить тебя своим родственникам.
Эти слова не удивили, я с самого начала знала, что придётся. Это ему повезло жениться на сироте, а мне… ладно, не важно.
– Я готова.
Тамир вскинул бровь. Кажется, не ожидал столь быстрого согласия.
– Эсми, это может быть утомительно.
– Но ведь этой встречи всё равно не избежать.
В глазах цвета стали сверкнули искорки тепла, а уголки тонких губ дрогнули. Да, ещё одна монетка в копилку наших плюсов – мы мыслим в одном направлении.
– Женщина, которая не закатывает истерик – это счастье.
Я не выдержала, рассмеялась.
– Что? – тут же насупился… муж. Нет, определённо пора привыкнуть к этому слову. Я же почти целые сутки замужем.
– Ничего. Просто мои истерики в твоих руках. Не доводи, и всё будет в порядке.
– Ну вот… – Тамир вздохнула так тяжко, окинул меня таким говорящим взглядом… – Значит, сейчас мне придётся сильно рискнуть.
Я удивлённо приподняла брови, а в ответ услышала:
– У нас вылет через полтора часа.
Сволочь. Нет, ну какая сволочь! Мы же в отеле! Мне до дома час, и это если пресса не поймает… Ладно, смеюсь. Плевать мне на все эти трудности. Тем более что умница Лейла принесла не только одежду и косметику, но и кредитку.
Проблема только одна – я вряд ли успею подобрать гардероб за оставшееся до вылета время. Но ведь покупки можно отложить на потом – бренды, которые я ношу, продают в любом уголке планеты.
Желание потрепать нерв Тамиру я задушила в зародыше. В конце концов, мне с ним жить и, что куда важнее, мне от него рожать.
– Отлично, – сказала я. – Куда летим?
– На Ритору.
Та-ак… А вот это действительно жесть. Вот это действительно подстава.
– Ты… с Риторы? – Мой голос прозвучал жалобно, а ещё я скривилась, хотя отлично знала, что такое выражение лица мне очень не идёт…
– Ну да.
Мат. Просто мат!
– Что не так? – резко насторожился муж.
Его недоумение в очередной раз доказало – он не знал, на ком женится, потому что о моём страхе межпланетных перелётов легенды ходят.
В этот раз не клип, фрагмент одного из последних концертов. Зато песня та же, и номер мало чем отличается: тьма, вспышка, я в очень нецеломудренном костюме… и дюжина полуголых танцоров. Они вьются вокруг, кто-то пытается обнять, кого-то обнимаю сама, падаю, давая возможность себя поймать… и петь, разумеется, не забываю. Обещаю Ему - ну тому самому, единственному, из песни - что узнаю, какую бы маску ни надел, и найду как бы ни прятался.
– Интересно… – протянул Тамир. Оторвался от полупрозрачного экрана, чтобы окинуть меня пристальным взглядом. Уголки его губ дрожали.
Я же невозмутимо поправила банный халат, расчесала пятернёй влажные после душа волосы и подошла к столу.
– Нам нужно поговорить, – усаживаясь за стол, сообщила я.
Тамир подцепил вилкой кусочек запечённой рыбы, и только после этого ответил:
– Согласен.
Мой… муж был спокоен, только уголки губ по-прежнему дрожали, а глаза искрились весельем. Нет, он действительно не знал, на ком женится, и новости его явно позабавили.
– Значит, ты певица…
Я кивнула и потянулась к заварному чайнику. Развивать тему своей профессии не собиралась, но не спросить не могла:
– Ты совсем не интересуешься музыкой?
– Как-то не доводилось.
Он явно сдерживал смех, но мне было всё равно. Неосведомлённость Тамира, равно как и его реакция, моего самолюбия не задевала. И я перешла к делу:
– Тамир, для начала хочу прояснить один момент.
– Какой?
Я налила чай, отставила чайник и взглянула на собеседника.
– Понимаю, наша свадьба нетипична, и решение мы принимали в обстоятельствах близких к экстремальным, и у каждого из нас был свой мотив, но…
– Но? – нетерпеливо подтолкнул он.
– Разводиться я не намерена.
– Это прекрасно. – Тамир стал очень серьёзен. – Потому что развод я тебе всё равно не дам.
Я удивлённо вскинула брови, и спустя минуту удостоилась пояснения:
– Эсми, я не из тех людей, которые могут позволить себе жениться по пять раз на дню. В моей профессии очень многое зависит от репутации, а репутация, как понимаешь, складывается из множества факторов. Развод – это поражение в семейной жизни, это минус. А я не из тех, кто проигрывает.
Хотела спросить Тамира о его профессии, но не успела. Собеседник оказался проворней.
– А ты? Чем продиктовано твоё желание сохранить наш брак?
Я пожала плечами и сказала правду:
– Я поклялась себе, что выйду замуж один раз и на всю жизнь.
– Что послужило поводом для такой клятвы?
Ответила я только потому, что передо мной сидел не кто-нибудь, а тот самый человек, с которым я намеревалась жить до конца своих дней. Мне было важно, чтобы он понял.
– Сложно объяснить. Слишком много непостоянства, образ жизни, опять же, и опыт коллег перед глазами. Я не хочу как все. Я не хочу размениваться и прыгать из постели в постель. Я хочу дом. Пусть не тихую, но надёжную гавань.
Губы Тамира тронула улыбка.
– Ты рассуждаешь так здраво, хотя сама…
– Да, я знаю, что вышла замуж за первого встречного, – перебила я. – Но прежде чем называть меня легкомысленной, вспомни, кому принадлежала эта идея.
Я не пыталась уязвить или оскорбить, а Тамир, как оказалось, умел не только слушать, но и слышать. Он подарил ещё одну улыбку и кивнул.
– Итак, ты поёшь…
– Да. А чем занимаешься ты?
Увы, услышать ответ было не суждено. Нас прервал переливчатый звон, возвестивший о появлении Лейлы. Подруга, как и обещала, явилась ровно через час. А я неожиданно для самой себя жалобно взглянула на мужа и попросила:
– Пожелай мне удачи.
Но Тамир промолчал. Просто поднялся и отправился встречать гостью. Мне же пришлось отставить чашку и последовать за ним.
– Лейла, это Тамир, мой муж, – старательно изображая спокойствие, сообщила я. – Тамир, это Лейла, моя лучшая подруга и личный продюсер по совместительству.
– Очень приятно, – отозвался Тамир. Его голос прозвучал по-кошачьи мягко.
Мне кажется или кто-то пытается произвести на Лейлу впечатление?
– Мне тоже приятно. – Платиновая блондинка нервно дёрнула плечиком. Рядом с Тамиром она казалась даже не худой, а откровенно тощей. Зато улыбалась как заказчику наикрутейшей вечеринки – очень широко, очень профессионально.
С пару минут в прихожей нашего люкса царила тишина. Я по-прежнему старалась держать маску спокойствия, Лейла по-прежнему улыбалась, а Тамир… ну он тоже улыбался, мерял подругу взглядом и явно пытался понять, чего же я так испугалась.
Когда тишина стала поистине неудобной, муж обвил рукой мою талию и притянул ближе. Лёгкий поцелуй в висок смотрелся очень естественно – я знаю, я в зеркале видела.
– Девушки, я вас, пожалуй, оставлю. – Тамир не говорил, мурлыкал. – Только вы не ссорьтесь, ладно?
– А почему мы должны ссориться? – с самым невинным видом спросила Лейла.
– Ну…
Да-да, все всё понимали! И ситуация становилась всё неудобней и неудобней. В конце концов, мне пришлось принять волевое решение.
– Тамир, не волнуйся. Она меня не до смерти, а так… чуть-чуть придушит.
Муж подарил лёгкую улыбку, прижал крепче и снова поцеловал в висок.
– Лейла, не сердитесь на Эсми…
Это прозвучало так, что ух! Если бы я не знала, чем мы занимались ночью и в каком виде проснулись, я бы решила, что между нами есть всё. Причём это «всё» находится в такой стадии, что друзьям и подругам обижаться просто грешно. Пусть скажут спасибо за то, что новобрачные нашли силы оторваться друг от друга и уделить им хоть минутку.
– Эсми вчера очень нервничала, – добавил Тамир.
Подруга шумно вздохнула и закатила глаза, а Тамир улыбнулся и отступил.
Он вернулся в гостиную, а мы с Лейлой прошмыгнули в спальню. Я сразу же выхватила из рук подруги объёмный пластиковый пакет и высыпала его содержимое на кровать. Лейла не подвела, принесла всё, что требовалось.
– Спасительница, – пробормотала я.
– Угу.
Подруга прикрыла дверь и застыла, сложив руки на груди. Несмотря на хрупкость телосложения, выглядела очень грозно, даже мурашки по коже побежали. И допрос, которого мне так хотелось избежать, начался немедленно.
– Когда вы познакомились?
– Вчера. – Говорить правду не хотелось, но солгать я не могла.
Подруга не удивилась. Видимо, известие о моём замужестве исчерпало все лимиты.
– Где?
– У Дворца бракосочетаний.
– И что же ты там делала? – прошипела Лейла.
Я наконец нашла в ворохе принесённых вещей трусики и ответила лишь после того, как оная часть гардероба заняла приличествующее ей место.
– Ждала Джуна.
И снова ни капли удивления, только злость. Сильная, грозящая перейти в ярость.
– Эсми, какого дьявола? Ты что, совсем рехнулась? Ты намеревалась выйти за Джуна? Ты хотела связать свою судьбу с этим уродом? Мало тебя жизнь учила?
Сердце кольнула иголочка боли, но слёз не было.
– Не злись, – сказала я, подхватывая кружевной бюстик. – Ты же видишь, всё обошлось. Ты знаешь мои взгляды на вопрос брака, можешь не сомневаться – с Джуном покончено.
Блондинка запыхтела – верный признак того, что её переполняют эмоции, справиться с которыми она не в силах. Под аккомпанемент этих звуков я натянула майку и брюки, подхватила расчёску и поспешила к зеркалу – нужно привести себя в порядок, прежде чем предстать перед камерами. Кстати…
– Лейла, что творится снаружи?
– Трэш, – буркнула подруга. – Меня чуть не сожрали, прежде чем охрана отеля подоспела. Коммуникатор пришлось поставить на блокировку, только номер твоего Тамира в разрешенных. Почта ломится от писем, и… Ох, Эсми! – Лейла сменила тон, от недавней злости и следа не осталось. – Эсми, эта твоя свадьба…
– Но ты не давала комментариев?
– Разумеется, нет! Но пресса сошла с ума. Фан-клуб вообще лютует, и…
Я оборвала подругу жестом. Да, сливая информацию Тиму, я прекрасно понимала, какие последствия нас ждут. Но оно того стоило.
– Всё будет хорошо, – вслух сказала я.
А Лейла опять запыхтела и вернула разговор в прежнее, интересующее её русло.
– Ладно, с тобой всё ясно. А Тамир?
– Что Тамир?
– Как этот… этот кадр оказался у дворца бракосочетаний? Что он там делал?
Я повернулась, чтобы взглянуть на Лейлу. Кадр? Хм… почему она назвала Тамира «кадром»?
– Так что он там делал? – продолжила настаивать подруга.
Я подумала и отрицательно качнула головой.
– Прости, это не моя тайна. – Да, Лейла из тех, кто действительно умеет держать язык за зубами, но я точно знаю, Тамир мою откровенность не оценит.
Лейла фыркнула и принялась мерять спальню шагами. Я же собрала волосы в высокий хвост, отложила расчёску и поспешила за косметичкой.
– Эсми, мне кажется, ты не понимаешь, во что вляпалась, – после очень долгой паузы, сказала Лейла. – Ведь Тамир, он…
По ноткам, которые зазвучали в голосе подруги, я определила – мне грозит долгая, нудная нотация. В другой раз я бы, вероятно, послушала, но сегодня настроения не было.
– Лейла, я знаю, что приняла не самое здравое решение, но поверь, в тот момент я не могла поступить иначе. И вообще… я предпочитаю видеть в этой ситуации не минусы, а плюсы.
– Разве тут есть плюсы?
Я повернулась к собеседнице, подарила ей нарочито бодрую улыбку и сказала совершенно искренне:
– Мы незнакомы, следовательно, я не питаю иллюзий на его счёт. У меня нет ожиданий, которые он может обмануть. Согласись, это не так уж мало.
– Но ты его не любишь…
– Он тоже не любит. Но тут тоже есть плюс. Мы не одурманены чувствами, значит будем руководствоваться разумом. И у нас гораздо больше шансов выстроить правильные отношения, создать хороший, крепкий союз.
Лейла не выдержала, застонала.
– Эсми, ты сама-то в это веришь?
– Прости?
– Ты человек творческой профессии, – пояснила Лейла. – Ты живёшь эмоциями!
– Эмоциями я живу на сцене, а в жизни…
Подруга замотала головой, а я замолчала. Смысл спорить? Смысл объяснять? Конечно, она думает, что ей со стороны виднее. Разумеется, Лейла убеждена, что знает меня лучше, нежели я сама.
– Эсми, ты влипла, – повторила блондинка.
Я скривилась и вернулась к зеркалу. Влипла не влипла, а убиваться по поводу своего замужества я не намерена. Тамир уже доказал, что он человек здравомыслящий, а раз так, мы со всем справимся. И будем очень счастливы!
Глава 3
Из номера Лейла уходила под конвоем. Начальник охраны обещал, что моего продюсера выведут из отеля через один из тех чёрных ходов, о существовании которых пресса и фанаты не знают. Это было очень кстати, потому что кроме прочего, Лейле предстояло вынести из номера моё свадебное платье. Конечно, последнее было необязательно, но я понятия не имела как дальше сложится день, а таскать с собой пакет не хотелось.
Едва Лейла и парни в чёрных костюмах покинули люкс, я вернулась за стол. Тамир уже закончил завтракать и лениво попивал явно остывший кофе.
– Итак, что теперь? – подхватывая булочку и нож для масла, спросила я.
Тамир пожал плечами и задал встречный вопрос:
– Какие у тебя планы?
– Ближайший месяц я в отпуске, дальше начнётся работа над новым альбомом.
– Ага. Хорошо.
– Что хорошо?
Муж поморщился, отставил чашку и подарил очень серьёзный взгляд.
– Эсми, в главном мы с тобой сошлись – никто из нас разводиться не собирается. А раз так, нам придётся…
– Договариваться и налаживать быт. – Знаю, что перебивать некрасиво, но сдержаться не смогла.
Тамир кивнул. Я же, воодушевлённая душем, свежей одеждой и встречей с Лейлой, которая, как оказалось, не намерена дуться на меня до скончания времён, продолжила:
– Я зарабатываю довольно неплохо, так что разорить тебя при всём желании не смогу. У меня очень напряженный рабочий график, следовательно, кофе в постель каждое утро не обещаю. Ещё у меня есть поклонники и фанаты, часть из них – очень влиятельные и состоятельные, но ревновать не стоит. Поверь, я умею держать дистанцию. Жить предлагаю вместе, иначе наш брак будет вызывать слишком много вопросов. Где именно жить, мне всё равно, но могу предложить свою квартиру, она достаточно большая, чтобы…
Собеседник поднял руку, и мне пришлось замолчать.
– Эсми, я понял. Я умею делать выводы из полученной информации, а этого… – он кивнул на выключенный уже галавизор, – было достаточно, чтобы понять, кто ты и как живёшь.
Я не могла не улыбнуться. Люблю сообразительных мужчин.
– Меня сейчас другой вопрос волнует, – продолжил Тамир. Он поджал губы, слегка нахмурился. – Меня волнует тот факт, что мы… Понимаешь, эта свадьба неожиданность не только для прессы и твоих фанатов.
Тамир замолчал, а моя улыбка, вопреки желаниям, стала шире.
Ну да, ну да… Главный Дворец бракосочетаний, будний день, никаких гостей на церемонии… Только банкет постфактум, причём банкет для друзей со стороны жениха. Хотя при таком раскладе он вполне мог позвать друзей на церемонию. Ума не приложу, что его остановило. Впрочем, это не важно. Какая мне разница, что было «до»? Главное, что происходит сейчас.
– Твоя семья не одобрила брак с той брюнеткой?
– Моя семья не знала, что я всерьёз намерен на ней жениться, – поправил Тамир. – А если бы знала, то приложила бы все усилия, чтобы помешать свадьбе. Сейчас я понимаю, что их мнение было правильным, тогда – не понимал.
Какая знакомая ситуация.
– Но теперь твоя семья в курсе…
– Да. И мне необходимо представить тебя своим родственникам.
Эти слова не удивили, я с самого начала знала, что придётся. Это ему повезло жениться на сироте, а мне… ладно, не важно.
– Я готова.
Тамир вскинул бровь. Кажется, не ожидал столь быстрого согласия.
– Эсми, это может быть утомительно.
– Но ведь этой встречи всё равно не избежать.
В глазах цвета стали сверкнули искорки тепла, а уголки тонких губ дрогнули. Да, ещё одна монетка в копилку наших плюсов – мы мыслим в одном направлении.
– Женщина, которая не закатывает истерик – это счастье.
Я не выдержала, рассмеялась.
– Что? – тут же насупился… муж. Нет, определённо пора привыкнуть к этому слову. Я же почти целые сутки замужем.
– Ничего. Просто мои истерики в твоих руках. Не доводи, и всё будет в порядке.
– Ну вот… – Тамир вздохнула так тяжко, окинул меня таким говорящим взглядом… – Значит, сейчас мне придётся сильно рискнуть.
Я удивлённо приподняла брови, а в ответ услышала:
– У нас вылет через полтора часа.
Сволочь. Нет, ну какая сволочь! Мы же в отеле! Мне до дома час, и это если пресса не поймает… Ладно, смеюсь. Плевать мне на все эти трудности. Тем более что умница Лейла принесла не только одежду и косметику, но и кредитку.
Проблема только одна – я вряд ли успею подобрать гардероб за оставшееся до вылета время. Но ведь покупки можно отложить на потом – бренды, которые я ношу, продают в любом уголке планеты.
Желание потрепать нерв Тамиру я задушила в зародыше. В конце концов, мне с ним жить и, что куда важнее, мне от него рожать.
– Отлично, – сказала я. – Куда летим?
– На Ритору.
Та-ак… А вот это действительно жесть. Вот это действительно подстава.
– Ты… с Риторы? – Мой голос прозвучал жалобно, а ещё я скривилась, хотя отлично знала, что такое выражение лица мне очень не идёт…
– Ну да.
Мат. Просто мат!
– Что не так? – резко насторожился муж.
Его недоумение в очередной раз доказало – он не знал, на ком женится, потому что о моём страхе межпланетных перелётов легенды ходят.
