— Ну вот, потерял ещё два пера и даже не заметил, – с грустью смотря ему вслед, сказала она.
— Всё, – сказал Леон, закончив вытирать лошадь. – Теперь, видимо, можно ужинать?
— Его ещё приготовить надо, – сказал Андэр.
— Ну, Эрин, нам покажет, как есть сырое мясо.
— Если ты хочешь есть сырое, то, пожалуйста, не смею задерживать, – ответила Эрин, указав на лежавших глухарей.
— А разве у нас выбор есть?
— У того, кто ищет, выбор есть всегда.
— Да?!
— Да!
— Уже темно, мы не успели найти хворост для костра. На чём ты собираешься готовить?
— Хворост есть в… в… внутри, – поводив пальцем, указала она на шалаш.
— У нас не получится его разжечь.
— Получится.
— Мм-м, ты сможешь ещё раз разжечь сырые ветки?
— Прости, именно это не входит в перечень моих умений.
— А, по-моему, не так давно ты это уже делала!
— А, по-моему, кто-то бесится, не пойми, чего.
— Это я бесюсь?! – с вызовом шагнув к ней, указывая себе в грудь, спросил он.
— Леон, хватит! – закрыв собой Эрин и оттолкнув его, сказал Крис.
— Эй! – недовольно воскликнула она.
— Как ты не видишь, что с ней что-то не то?
— Какая муха тебя укусила? – спросил Эдгар.
— Меня никто не кусал! Всюду ветки сырые.
— Они сухие! – крикнула Эрин, выйдя из-за спины Криса.
— Земля сырая! – пнул он в её сторону траву. – Здесь так же недавно был дождь! Сухой хворост мы будем добывать до самого утра. Или ты снова явишь чудо?
— Явлю, если для тебя предусмотрительность – это чудо. Я накрыла хворост шкурой, так как не знала, в какую погоду снова окажусь здесь.
— Давайте сварим похлёбку? – задумчиво предложил Годри. – Мясо у нас есть.
— Для похлёбки нужно не только мясо, – сказал Эдгар.
Поиграв в гляделки с Леоном, Эрин вошла в шалаш и спустя несколько минут вынесла охапку хвороста. Бросив хворост к ногам Леона, она взяла котелок.
— Разводите огонь, а я схожу за водой и зеленью, что смогу найти.
— Подожди, я с тобой, – приободрился Эдгар. При одной только мысли, что они не будут снова давиться сухомяткой, в разы приумножал голод. – А у нас факелы остались?
— У меня один остался, – сказал Николас и, повернувшись, вытянул из седельной сумки обмотанный шкурой факел длиной около тридцати сантиметров. – Только он немного поломался.
— Вот теперь нам будет легче найти зелень, – сказал Эдгар, взяв факел. – У кого кремни?
— У меня, – шаря по карманам, сказал Крис.
Всё это время Эрин стояла молча, чувствуя тяжёлый взгляд Леона. Со второй попытки факел вспыхнул пламенем. Сложив хворост, Эдгар для экономии времени подпалил его. Жаркое пламя, танцуя, осветило поляну, отбрасывая причудливые тени на стволы деревьев. Крис облегченно вздохнул и потер шею. Леон наконец отвёл взгляд от Эрин, его лицо оставалось непроницаемым. В воздухе запахло дымом и сухой травой.
— Пока нас нет, вы разведите огонь побольше, – дал указание Эдгар и радостно посмотрел на Эрин. – Куда идти?
— Туда, – указав направление за шалаш, без энтузиазма ответила она.
— Пошли, – бодрым шагом, будто на прогулку, зашагал он.
На небе взошёл месяц, и в участках леса с малым количеством деревьев было достаточно светло. Шорох листьев под ногами звучал громче, каждый хруст ломающейся ветки эхом отдавался в тишине. Эдгар, освещая дорогу, старался идти поближе к Эрин. Однако она всё как-то сторонилась его. Эрин будто воздвигла между ними невидимую стену, отчего он чувствовал неловкость. Он вздохнул, понимая, что в такой обстановке ничего хорошего не будет. Нужно было что-то менять.
— Ну… далеко ещё до реки? – не зная, как начать разговор, спросил он.
— Близко, – мельком взглянула она на него за столь детский вопрос.
— А откуда зелень у реки?
— Вряд ли ты хочешь это знать.
— Почему? Это ты её посадила? В этом нет ничего постыдного.
— Её никто не сажал.
— Так не бывает.
— А вот и бывает.
— Эрин, расскажи, интересно же.
— Ты у капитана научился мучать вопросами? Там останавливалась семья с повозкой по дороге на торг.
— И что случилось? – уже без улыбки спросил Эдгар.
— Не знаю.
— У меня складывается впечатление, что ты всё знаешь, просто не хочешь говорить.
— Я действительно не знаю. Когда я первый раз остановилась здесь, я нашла их истерзанные тела. Прошло несколько месяцев после их смерти. Повозка перевёрнута и местами разодранная, растения разбросаны. Большая часть сгнила, но некоторые сумели прижиться.
— Вот что с нашим миром не так?! – зло спросил Эдгар.
— То есть?
— Посмотри вокруг! – остановившись, воскликнул он. – Люди гибнут городами из-за этих тварей. Сколько плодовитых земель брошено из-за них? И ради чего? Здесь только леса да руины, а у нас тем временем растёт нищета и голод. Тварям всё мало, они же не дают нормально засеять поля, вырастить скотину. Чем мы заслужили такую жизнь?! И всё это началось из-за этого Грама, – услышав имя дяди, Эрин испуганно посмотрела на него, но он, к счастью, так был поглощён высказыванием своих чувств, что не заметил этого. – Моя семья всегда знала, что эти ведьмы, колдуны не принесут добра в наш мир. Они посланники дьявола, задача которых рушить и убивать. Вот и создали всех этих монстров, чтобы как можно больше убить.
— Ты думаешь, что все, кто обладает магией, злые?
— Конечно! Это вознаграждение дьявола за их гнусные делишки.
— А ты много знаешь о них.
— Семейная мудрость. Мой дед – знаменитый охотник на ведьм. Даже сложно подсчитать, сколько этих тварей он засудил на костёр. Ты наверняка слышала о нём – Эндрю Прасит.
— Да, слышала, – кивнула она. – А твой отец?
— Он тоже выслеживает их. А старший брат возглавляет отряд ловчих. Только я не продолжил традицию.
— А хочешь?
— А то, это же честь – защищать человечество от такой погани, занять почётное место в семейном кругу. А что, тебе это не нравится?
— Я не приверженец ведьм, просто костры – это как-то слишком, как по мне. Есть же масса других способов казни.
— Да, есть, только вот лишь огонь может убить душу этих тварей. Да и после всех их грехов не заслуживают они милости.
— Ну да, наверное.
— Ты сомневаешься?
— Я никогда не встречала ведьм.
— Ты и не встречала?!
— А что такого?
— Ты добровольно пошла в лагерь огров, в крепость с призраками! Неужели ни одной ведьмы не встречала?!
— Может, и встречала, – пожала она плечами, – но я об этом не знаю.
— Ты всё больше меня удивляешь, – продолжив путь, сказал он.
«Как и ты меня, потомственный охотник на ведьм. Потомок убийцы моего дедушки», – подумала Эрин, идя следом за ним.
Неподалеку послышался тихий шум бегущей воды. Подойдя к небольшому склону, Эдгар увидел внизу блеск воды, отражающей лунный свет.
— Уже пришли. А где зелень? – всматриваясь в землю у реки, спросил он.
— Пройди немного в ту сторону, – ответила Эрин, указав рукой влево. – Только будь осторожен, здесь могут быть змеи.
— Ты издеваешься?! – посмотрел он на неё. – Змеи – это самое малое, чего нужно остерегаться в нашем мире.
— Если они тебя укусят, радости тоже не будет.
— Сначала пойдём за зеленью или наберём воды?
— А разделиться нельзя?
— Нет, я, конечно, понимаю, светит месяц, но здесь всё равно достаточно темно. Я не хочу, чтобы ты упала или наступила на ту же змею.
Посмотрев перед собой, Эрин хоть и не в ярких красках, видела всё словно днём. В нескольких метрах от них из травы выбежала маленькая мышка, быстро перебирая лапками, спеша скрыться с открытого участка. На ближайшем дереве сидела огромная сова, в нетерпении переминаясь на лапках, высматривая свою добычу. С воды на берег выползла лягушка, смакуя пойманного на лету богомола. Прямо перед ними, издавая едва заметный шорох, проползла толстая чёрная змея.
— Да, ты прав, тогда давай найдём зелень.
— А зелень, конечно, на том берегу?
— На том.
— А моста здесь, конечно, нет?
— Нет, но есть мелководье.
— И вода наверняка холодная.
— Подпитываясь из подземных родников, да, – с лёгкой улыбкой ответила Эрин.
— Придётся ноги мочить.
— Ты боишься промочить ножки?
— Не люблю я холод, – всматриваясь под ноги, пошёл он вперёд.
— Вряд ли его вообще кто-то любит, – идя рядом, сказала Эрин.
Через несколько метров от подножья склона Эдгар увидел высокое растение, что в этой местности казалось странным.
— Это то, что я думаю? – указывая на него рукой, спросил он.
— Если ты думаешь, что это земляная груша, то да.
— Ты же сказала, что зелень на том берегу?
— На том она тоже есть.
— Тогда почему ты не сказала, что на этом берегу она тоже есть?
— Ты не спрашивал об этом береге. И твоё выражение лица, когда ты представил, что придётся идти по воде, было бесподобным.
— Скажи только честно, тебе когда-нибудь перепадало за подобные шуточки?
— И не один раз.
— Тогда почему ты не перестала это делать?
— Идеальных людей нет, вот эти шуточки – мой недостаток.
— И проклятье для остальных.
— Не преувеличивай.
— Ой, я боюсь, что даже преуменьшаю.
— Давай лучше браться за дело, а то пока мы вернёмся и приготовим ужин, большая часть группы умрёт с голоду.
— Ты переживаешь за Годри? – передав ей факел, спросил он и направился к земляной груше.
— Только не говори ему.
Рассмеявшись, Эдгар начал подрывать ножом кусты с ещё не совсем созревшими плодами. Подняв голову и посмотрев на россыпь звёзд, Эрин медленно вдохнула свежий воздух. Она правда переживала, но не за Годри, а за Эдгара и Леона. Леон словно с цепи сорвался: следит за каждым её словом и действием, практически в открытую заявляет, что она ведьма. А Эдгар – внук самого ужасного охотника на ведьм, спалившего тысячи людей, виновных и невиновных, получавшего удовольствие от страданий других. И Эдгар желал продолжить поток убийств лишь по одной причине – одобрение близких. Она опустила на него взгляд. Он спокойно откапывал груши, даже не подозревая, кто у него за спиной.
«Как ты поступишь, встретив ведьму? – мысленно спросила его Эрин. – Сразу соберёшь кострище или среди ночи подпалишь дом, перекрыв все выходы, как делал твой дед? Что сделаешь… узнав, что меня можно отнести к ведьмам? Обвинишь во всех грехах и бедах мира? Соберёшь кострище, да побольше? Или отпустишь, признав, что не все обладающие магией злые? Конечно, отпустишь… все грехи на костре».
— Эрин, ты слышишь меня? – громко спросил Эдгар явно уже не в первый раз.
— А? Что? – спросила Эрин, вернувшись из своих мыслей.
— Я говорю, что завтра с утра нужно будет прийти и набрать растений в дорогу.
— Да… конечно.
— О чём ты думала? – обернувшись, спросил он.
— Да так… пустяки, – слегка улыбнувшись махнула она рукой.
— Это касается Леона?
— С чего ты так решил?
— На самом деле я хотел поговорить об этом, – встав, признался он.
— О чём? – сильнее сжала она факел.
— Не держи на него зла. Просто Леон такой человек. Он довольно задиристый и ему тяжело признать, что кто-то или что-то заставило его бежать. Вот и срывается на тебе, но скоро его попустит, и ты устанешь от его извинений.
— Тогда я ещё немного его потерплю. Но я тоже задиристая, так что могу и не выдержать.
— Я тебя поддержу, если что.
— Договорились, – улыбнулась она и мысленно добавила: – «Да если я сорвусь, вы вшестером меня не удержите».
— Груши нам хватит. Пошли, может ещё что-нибудь найдём?
— Пока кидай их в котелок, – протянув котелок, сказала она.
Поблуждав ещё немного, они нашли два лука, практически пропавший куст петрушки, сухой укроп, одну морковь.
— Неплохо, – посмотрев по сторонам, остался он довольный.
— Может, ещё поищем?
— Вряд ли мы в темноте ещё что-то найдём. Тем более на весьма неплохую похлёбку нам хватит.
— Моркови мало.
— Ничего, хватит, а то лошади Годри будет очень тяжело. Давай моя очередь нести котелок.
— Тогда пошли мыть.
— Я собирал, значит ты моешь, – радостно будто ребёнок, покачивая котелком он пошел к воде.
— Так не честно, – сказала она, посмотрев на плантацию густо растущей моркови.
— Эрин, ты идёшь?
— Иду, иду, – ответила она и, повернувшись, быстрым шагом стала его догонять.
— Не иди так быстро, ещё упадёшь.
— Неужели ты не сможешь донести бедную девушку? – сложив руки словно в молитве возле лица и мило похлопала она глазками.
— Боюсь, в этом случае мне придётся выбирать между тобой и едой.
— И я, конечно, выиграю! – слегка подпрыгнув, радостно воскликнула Эрин.
— Ну… вообще-то… нет.
— То есть ты между прекрасной девушкой, – с возвышенной интонацией сказала она и, затем понизив голос, продолжила, – и грязными овощами выберешь последние?!
— Да, – даже не задумываясь, ответил Эдгар.
— Хотя бы для приличия сделал бы паузу, – укорила она его.
— Не делай вид, будто ждала другого ответа.
— А почему ты думаешь, что не ждала?
— Ну мне кажется, ты не такая.
— Какая не такая? И почему вообще я всем не такая?
— Ты не похожа на девушек, которым… Как же сказать?
— Которым что?! – уперев руки в бока, спросила она.
— Которым очень важно внимание мужчин.
— То есть, по-твоему, меня не интересуют мужчины?!
— Я этого не говорил.
— А что ты говорил?
— Что ты не расстраиваешься из-за того, что думают и как ведут себя мужчины по отношению к тебе.
— Эдгар, ты женат?
— Нет пока. А причём здесь это?
— Почему?
— Время ещё не пришло.
— А сколько тебе лет?
— Двадцать восемь, а что?
— То есть в двадцать восемь лет ещё рано обзавестись семьёй?
— Думаешь, уже поздно? Я старый, по-твоему?
— Заметь, это сказала не я.
— А тебе сколько лет?
— Фу, женщинам такие вопросы не задают, – скривившись Эрин продолжила путь.
— У тебя есть семья? – догнав её у самой воды, спросил он.
— Зачем тебе моя семья? – резко обернулась она.
— Интересно, ты же спрашивала.
— Держи факел, только следи за носом.
— А зачем следить за носом?
— Вдруг факелом припечёшь, – присев на корточки и начав мыть овощи, ответила Эрин и зашипела. – Господи, какая вода холодная.
— Давай я помою, – сдался он без боя.
— А как же: «Я собирал»?
— Мы никому не скажем, – отдав факел Эдгар присев, спросил: – Очень холодная?
— Не ошпаришься – это точно.
Стоя сбоку, чтобы ему было видно, Эрин услышала приближающийся шорох и едва слышное шипение. Опустив факел пониже, чтобы он не слепил, она внимательно всмотрелась в землю.
— Я плохо мою?
— А, нет, не плохо. Тебе же так лучше видно?
— Да, спасибо.
Трава качнулась, выдав крупную змею, намеренно направляющуюся прямо на них. Чем ближе она подбиралась, тем агрессивнее были её движения. Медленно присев, оставив руку вытянутой вверх, чтобы Эдгар не заметил, Эрин собралась. Скажи она ему, он чего доброго вскочит или обернётся, спровоцировав змею на спонтанные действия. Остановившись в полуметре от них, змея приняла боевую стойку. Взявшись за мытьё земляной груши, Эдгар издавал довольно громкие всплески воды, из-за чего не мог расслышать угрожающее шипение.
Выбрав удачный, как ей казалось, момент, змея сделала прыжок вперёд, направив свои ядовитые зубы в спину рыцарю. Моментально среагировав, Эрин перехватила её в двадцати сантиметрах от Эдгара, схватив чуть ниже головы.
— Как думаешь, они уже исходят слюной? — смеясь, спросил Эдгар.
Змея яростно выворачивалась, пытаясь освободиться. Снова встав, Эрин замахнулась и, пока змея не обвила руку, выбросила её подальше в реку. Услышав громкий всплеск, Эдгар вскочил. ?Вода в реке успокоилась, и лишь легкие круги на поверхности напоминали о недавнем происшествии.
— Всё, – сказал Леон, закончив вытирать лошадь. – Теперь, видимо, можно ужинать?
— Его ещё приготовить надо, – сказал Андэр.
— Ну, Эрин, нам покажет, как есть сырое мясо.
— Если ты хочешь есть сырое, то, пожалуйста, не смею задерживать, – ответила Эрин, указав на лежавших глухарей.
— А разве у нас выбор есть?
— У того, кто ищет, выбор есть всегда.
— Да?!
— Да!
— Уже темно, мы не успели найти хворост для костра. На чём ты собираешься готовить?
— Хворост есть в… в… внутри, – поводив пальцем, указала она на шалаш.
— У нас не получится его разжечь.
— Получится.
— Мм-м, ты сможешь ещё раз разжечь сырые ветки?
— Прости, именно это не входит в перечень моих умений.
— А, по-моему, не так давно ты это уже делала!
— А, по-моему, кто-то бесится, не пойми, чего.
— Это я бесюсь?! – с вызовом шагнув к ней, указывая себе в грудь, спросил он.
— Леон, хватит! – закрыв собой Эрин и оттолкнув его, сказал Крис.
— Эй! – недовольно воскликнула она.
— Как ты не видишь, что с ней что-то не то?
— Какая муха тебя укусила? – спросил Эдгар.
— Меня никто не кусал! Всюду ветки сырые.
— Они сухие! – крикнула Эрин, выйдя из-за спины Криса.
— Земля сырая! – пнул он в её сторону траву. – Здесь так же недавно был дождь! Сухой хворост мы будем добывать до самого утра. Или ты снова явишь чудо?
— Явлю, если для тебя предусмотрительность – это чудо. Я накрыла хворост шкурой, так как не знала, в какую погоду снова окажусь здесь.
— Давайте сварим похлёбку? – задумчиво предложил Годри. – Мясо у нас есть.
— Для похлёбки нужно не только мясо, – сказал Эдгар.
Поиграв в гляделки с Леоном, Эрин вошла в шалаш и спустя несколько минут вынесла охапку хвороста. Бросив хворост к ногам Леона, она взяла котелок.
— Разводите огонь, а я схожу за водой и зеленью, что смогу найти.
— Подожди, я с тобой, – приободрился Эдгар. При одной только мысли, что они не будут снова давиться сухомяткой, в разы приумножал голод. – А у нас факелы остались?
— У меня один остался, – сказал Николас и, повернувшись, вытянул из седельной сумки обмотанный шкурой факел длиной около тридцати сантиметров. – Только он немного поломался.
— Вот теперь нам будет легче найти зелень, – сказал Эдгар, взяв факел. – У кого кремни?
— У меня, – шаря по карманам, сказал Крис.
Всё это время Эрин стояла молча, чувствуя тяжёлый взгляд Леона. Со второй попытки факел вспыхнул пламенем. Сложив хворост, Эдгар для экономии времени подпалил его. Жаркое пламя, танцуя, осветило поляну, отбрасывая причудливые тени на стволы деревьев. Крис облегченно вздохнул и потер шею. Леон наконец отвёл взгляд от Эрин, его лицо оставалось непроницаемым. В воздухе запахло дымом и сухой травой.
— Пока нас нет, вы разведите огонь побольше, – дал указание Эдгар и радостно посмотрел на Эрин. – Куда идти?
— Туда, – указав направление за шалаш, без энтузиазма ответила она.
— Пошли, – бодрым шагом, будто на прогулку, зашагал он.
На небе взошёл месяц, и в участках леса с малым количеством деревьев было достаточно светло. Шорох листьев под ногами звучал громче, каждый хруст ломающейся ветки эхом отдавался в тишине. Эдгар, освещая дорогу, старался идти поближе к Эрин. Однако она всё как-то сторонилась его. Эрин будто воздвигла между ними невидимую стену, отчего он чувствовал неловкость. Он вздохнул, понимая, что в такой обстановке ничего хорошего не будет. Нужно было что-то менять.
— Ну… далеко ещё до реки? – не зная, как начать разговор, спросил он.
— Близко, – мельком взглянула она на него за столь детский вопрос.
— А откуда зелень у реки?
— Вряд ли ты хочешь это знать.
— Почему? Это ты её посадила? В этом нет ничего постыдного.
— Её никто не сажал.
— Так не бывает.
— А вот и бывает.
— Эрин, расскажи, интересно же.
— Ты у капитана научился мучать вопросами? Там останавливалась семья с повозкой по дороге на торг.
— И что случилось? – уже без улыбки спросил Эдгар.
— Не знаю.
— У меня складывается впечатление, что ты всё знаешь, просто не хочешь говорить.
— Я действительно не знаю. Когда я первый раз остановилась здесь, я нашла их истерзанные тела. Прошло несколько месяцев после их смерти. Повозка перевёрнута и местами разодранная, растения разбросаны. Большая часть сгнила, но некоторые сумели прижиться.
— Вот что с нашим миром не так?! – зло спросил Эдгар.
— То есть?
— Посмотри вокруг! – остановившись, воскликнул он. – Люди гибнут городами из-за этих тварей. Сколько плодовитых земель брошено из-за них? И ради чего? Здесь только леса да руины, а у нас тем временем растёт нищета и голод. Тварям всё мало, они же не дают нормально засеять поля, вырастить скотину. Чем мы заслужили такую жизнь?! И всё это началось из-за этого Грама, – услышав имя дяди, Эрин испуганно посмотрела на него, но он, к счастью, так был поглощён высказыванием своих чувств, что не заметил этого. – Моя семья всегда знала, что эти ведьмы, колдуны не принесут добра в наш мир. Они посланники дьявола, задача которых рушить и убивать. Вот и создали всех этих монстров, чтобы как можно больше убить.
— Ты думаешь, что все, кто обладает магией, злые?
— Конечно! Это вознаграждение дьявола за их гнусные делишки.
— А ты много знаешь о них.
— Семейная мудрость. Мой дед – знаменитый охотник на ведьм. Даже сложно подсчитать, сколько этих тварей он засудил на костёр. Ты наверняка слышала о нём – Эндрю Прасит.
— Да, слышала, – кивнула она. – А твой отец?
— Он тоже выслеживает их. А старший брат возглавляет отряд ловчих. Только я не продолжил традицию.
— А хочешь?
— А то, это же честь – защищать человечество от такой погани, занять почётное место в семейном кругу. А что, тебе это не нравится?
— Я не приверженец ведьм, просто костры – это как-то слишком, как по мне. Есть же масса других способов казни.
— Да, есть, только вот лишь огонь может убить душу этих тварей. Да и после всех их грехов не заслуживают они милости.
— Ну да, наверное.
— Ты сомневаешься?
— Я никогда не встречала ведьм.
— Ты и не встречала?!
— А что такого?
— Ты добровольно пошла в лагерь огров, в крепость с призраками! Неужели ни одной ведьмы не встречала?!
— Может, и встречала, – пожала она плечами, – но я об этом не знаю.
— Ты всё больше меня удивляешь, – продолжив путь, сказал он.
«Как и ты меня, потомственный охотник на ведьм. Потомок убийцы моего дедушки», – подумала Эрин, идя следом за ним.
Неподалеку послышался тихий шум бегущей воды. Подойдя к небольшому склону, Эдгар увидел внизу блеск воды, отражающей лунный свет.
— Уже пришли. А где зелень? – всматриваясь в землю у реки, спросил он.
— Пройди немного в ту сторону, – ответила Эрин, указав рукой влево. – Только будь осторожен, здесь могут быть змеи.
— Ты издеваешься?! – посмотрел он на неё. – Змеи – это самое малое, чего нужно остерегаться в нашем мире.
— Если они тебя укусят, радости тоже не будет.
— Сначала пойдём за зеленью или наберём воды?
— А разделиться нельзя?
— Нет, я, конечно, понимаю, светит месяц, но здесь всё равно достаточно темно. Я не хочу, чтобы ты упала или наступила на ту же змею.
Посмотрев перед собой, Эрин хоть и не в ярких красках, видела всё словно днём. В нескольких метрах от них из травы выбежала маленькая мышка, быстро перебирая лапками, спеша скрыться с открытого участка. На ближайшем дереве сидела огромная сова, в нетерпении переминаясь на лапках, высматривая свою добычу. С воды на берег выползла лягушка, смакуя пойманного на лету богомола. Прямо перед ними, издавая едва заметный шорох, проползла толстая чёрная змея.
— Да, ты прав, тогда давай найдём зелень.
— А зелень, конечно, на том берегу?
— На том.
— А моста здесь, конечно, нет?
— Нет, но есть мелководье.
— И вода наверняка холодная.
— Подпитываясь из подземных родников, да, – с лёгкой улыбкой ответила Эрин.
— Придётся ноги мочить.
— Ты боишься промочить ножки?
— Не люблю я холод, – всматриваясь под ноги, пошёл он вперёд.
— Вряд ли его вообще кто-то любит, – идя рядом, сказала Эрин.
Через несколько метров от подножья склона Эдгар увидел высокое растение, что в этой местности казалось странным.
— Это то, что я думаю? – указывая на него рукой, спросил он.
— Если ты думаешь, что это земляная груша, то да.
— Ты же сказала, что зелень на том берегу?
— На том она тоже есть.
— Тогда почему ты не сказала, что на этом берегу она тоже есть?
— Ты не спрашивал об этом береге. И твоё выражение лица, когда ты представил, что придётся идти по воде, было бесподобным.
— Скажи только честно, тебе когда-нибудь перепадало за подобные шуточки?
— И не один раз.
— Тогда почему ты не перестала это делать?
— Идеальных людей нет, вот эти шуточки – мой недостаток.
— И проклятье для остальных.
— Не преувеличивай.
— Ой, я боюсь, что даже преуменьшаю.
— Давай лучше браться за дело, а то пока мы вернёмся и приготовим ужин, большая часть группы умрёт с голоду.
— Ты переживаешь за Годри? – передав ей факел, спросил он и направился к земляной груше.
— Только не говори ему.
Рассмеявшись, Эдгар начал подрывать ножом кусты с ещё не совсем созревшими плодами. Подняв голову и посмотрев на россыпь звёзд, Эрин медленно вдохнула свежий воздух. Она правда переживала, но не за Годри, а за Эдгара и Леона. Леон словно с цепи сорвался: следит за каждым её словом и действием, практически в открытую заявляет, что она ведьма. А Эдгар – внук самого ужасного охотника на ведьм, спалившего тысячи людей, виновных и невиновных, получавшего удовольствие от страданий других. И Эдгар желал продолжить поток убийств лишь по одной причине – одобрение близких. Она опустила на него взгляд. Он спокойно откапывал груши, даже не подозревая, кто у него за спиной.
«Как ты поступишь, встретив ведьму? – мысленно спросила его Эрин. – Сразу соберёшь кострище или среди ночи подпалишь дом, перекрыв все выходы, как делал твой дед? Что сделаешь… узнав, что меня можно отнести к ведьмам? Обвинишь во всех грехах и бедах мира? Соберёшь кострище, да побольше? Или отпустишь, признав, что не все обладающие магией злые? Конечно, отпустишь… все грехи на костре».
— Эрин, ты слышишь меня? – громко спросил Эдгар явно уже не в первый раз.
— А? Что? – спросила Эрин, вернувшись из своих мыслей.
— Я говорю, что завтра с утра нужно будет прийти и набрать растений в дорогу.
— Да… конечно.
— О чём ты думала? – обернувшись, спросил он.
— Да так… пустяки, – слегка улыбнувшись махнула она рукой.
— Это касается Леона?
— С чего ты так решил?
— На самом деле я хотел поговорить об этом, – встав, признался он.
— О чём? – сильнее сжала она факел.
— Не держи на него зла. Просто Леон такой человек. Он довольно задиристый и ему тяжело признать, что кто-то или что-то заставило его бежать. Вот и срывается на тебе, но скоро его попустит, и ты устанешь от его извинений.
— Тогда я ещё немного его потерплю. Но я тоже задиристая, так что могу и не выдержать.
— Я тебя поддержу, если что.
— Договорились, – улыбнулась она и мысленно добавила: – «Да если я сорвусь, вы вшестером меня не удержите».
— Груши нам хватит. Пошли, может ещё что-нибудь найдём?
— Пока кидай их в котелок, – протянув котелок, сказала она.
Поблуждав ещё немного, они нашли два лука, практически пропавший куст петрушки, сухой укроп, одну морковь.
— Неплохо, – посмотрев по сторонам, остался он довольный.
— Может, ещё поищем?
— Вряд ли мы в темноте ещё что-то найдём. Тем более на весьма неплохую похлёбку нам хватит.
— Моркови мало.
— Ничего, хватит, а то лошади Годри будет очень тяжело. Давай моя очередь нести котелок.
— Тогда пошли мыть.
— Я собирал, значит ты моешь, – радостно будто ребёнок, покачивая котелком он пошел к воде.
— Так не честно, – сказала она, посмотрев на плантацию густо растущей моркови.
— Эрин, ты идёшь?
— Иду, иду, – ответила она и, повернувшись, быстрым шагом стала его догонять.
— Не иди так быстро, ещё упадёшь.
— Неужели ты не сможешь донести бедную девушку? – сложив руки словно в молитве возле лица и мило похлопала она глазками.
— Боюсь, в этом случае мне придётся выбирать между тобой и едой.
— И я, конечно, выиграю! – слегка подпрыгнув, радостно воскликнула Эрин.
— Ну… вообще-то… нет.
— То есть ты между прекрасной девушкой, – с возвышенной интонацией сказала она и, затем понизив голос, продолжила, – и грязными овощами выберешь последние?!
— Да, – даже не задумываясь, ответил Эдгар.
— Хотя бы для приличия сделал бы паузу, – укорила она его.
— Не делай вид, будто ждала другого ответа.
— А почему ты думаешь, что не ждала?
— Ну мне кажется, ты не такая.
— Какая не такая? И почему вообще я всем не такая?
— Ты не похожа на девушек, которым… Как же сказать?
— Которым что?! – уперев руки в бока, спросила она.
— Которым очень важно внимание мужчин.
— То есть, по-твоему, меня не интересуют мужчины?!
— Я этого не говорил.
— А что ты говорил?
— Что ты не расстраиваешься из-за того, что думают и как ведут себя мужчины по отношению к тебе.
— Эдгар, ты женат?
— Нет пока. А причём здесь это?
— Почему?
— Время ещё не пришло.
— А сколько тебе лет?
— Двадцать восемь, а что?
— То есть в двадцать восемь лет ещё рано обзавестись семьёй?
— Думаешь, уже поздно? Я старый, по-твоему?
— Заметь, это сказала не я.
— А тебе сколько лет?
— Фу, женщинам такие вопросы не задают, – скривившись Эрин продолжила путь.
— У тебя есть семья? – догнав её у самой воды, спросил он.
— Зачем тебе моя семья? – резко обернулась она.
— Интересно, ты же спрашивала.
— Держи факел, только следи за носом.
— А зачем следить за носом?
— Вдруг факелом припечёшь, – присев на корточки и начав мыть овощи, ответила Эрин и зашипела. – Господи, какая вода холодная.
— Давай я помою, – сдался он без боя.
— А как же: «Я собирал»?
— Мы никому не скажем, – отдав факел Эдгар присев, спросил: – Очень холодная?
— Не ошпаришься – это точно.
Стоя сбоку, чтобы ему было видно, Эрин услышала приближающийся шорох и едва слышное шипение. Опустив факел пониже, чтобы он не слепил, она внимательно всмотрелась в землю.
— Я плохо мою?
— А, нет, не плохо. Тебе же так лучше видно?
— Да, спасибо.
Трава качнулась, выдав крупную змею, намеренно направляющуюся прямо на них. Чем ближе она подбиралась, тем агрессивнее были её движения. Медленно присев, оставив руку вытянутой вверх, чтобы Эдгар не заметил, Эрин собралась. Скажи она ему, он чего доброго вскочит или обернётся, спровоцировав змею на спонтанные действия. Остановившись в полуметре от них, змея приняла боевую стойку. Взявшись за мытьё земляной груши, Эдгар издавал довольно громкие всплески воды, из-за чего не мог расслышать угрожающее шипение.
Выбрав удачный, как ей казалось, момент, змея сделала прыжок вперёд, направив свои ядовитые зубы в спину рыцарю. Моментально среагировав, Эрин перехватила её в двадцати сантиметрах от Эдгара, схватив чуть ниже головы.
— Как думаешь, они уже исходят слюной? — смеясь, спросил Эдгар.
Змея яростно выворачивалась, пытаясь освободиться. Снова встав, Эрин замахнулась и, пока змея не обвила руку, выбросила её подальше в реку. Услышав громкий всплеск, Эдгар вскочил. ?Вода в реке успокоилась, и лишь легкие круги на поверхности напоминали о недавнем происшествии.
