- Это мы проверим по камерам видеонаблюдения, - снова достал блокнот Симонов. - Если у этого психа есть машина, то это нам здорово поможет.
Следующей в очереди была девушка. Ее больничный халат был разодран, а одежда задрана вверх, обнажая истерзанное тело. На коже, словно уродливая карта, расплылись синяки от ударов и следы сексуального насилия. Все указывало на отчаянную безнадежную борьбу.
- Если бы это было обычное дело, то я бы сказал, что мы имеем дело с насильником-маньяком, - выдал свою версию майор. - Налицо все классические симптомы. Разве что… жертва не была связана, он ее просто держал, что нетипично для насильников. Судя по этим синякам, силы у этого урода было немеряно.
Лена опустилась рядом с Владом, заставляя себя смотреть. Ее взгляд скользил по рваным ранам, по застывшему на лице ужасу. Похоже, что чужой посчитал лишним чрезмерно уродовать девушку, оставив ее почти целой.
- Ее изнасиловал чужой? - с изумлением в голосе спросила Лена.
- Да… - пробубнил Влад, не отрываясь от осмотра тела.
Лена заговорщически огляделась, ее голос упал до шепота:
- А они что, могут?.. Ну… - поинтересовалась она..
- Да… - так же односложно ответил Влад.
- Ладно, я просто помочь хочу.
Лена выпрямилась, стряхивая с себя оцепенение.
- Вы упомянули ритуальные убийства, - снова заговорил Симонов, делая пометки в блокноте. - Я так понимаю, поедание стекла должно что-то значить?
Лена просто отмахнулась от трупа, двигаясь к последнему, третьему телу.
- Ничего особенного, тут повсюду разбитые бутылки с алкашкой, - она окинула рукой все помещение. - Скорее всего, наш общий друг не любит алкоголь и пьющих людей. А учитывая, что мы уже видели наверху, у нашего героя явно какая-то мания величия. Ему не нравятся толстые, пьющие, некрасивые…
- А почему он тогда изнасиловал девушку? - непонимающе спросил майор.
- Ну… - Лена уселась напротив последнего трупа, - там тоже… все очевидно…
Это не было очевидно для Лены, и она искренне пыталась понять, почему чужой изнасиловал девушку.
- Это была злость, - пояснил Влад, поднимаясь.
- Злость? Как это интерпретировать, я не понимаю? Его бывшая, или что?
Влад так же непонимающе посмотрел на майора, словно тот задал вопрос на давно мертвом языке, и уселся рядом с Леной напротив последнего мужского трупа.
- Это было наказание за трусость. Он сделал с ней то, что с ней делали остальные. Наказание за то, что она не говорит “нет”. Если она не говорила, значит, виновата. Предпочитала не замечать, значит, не заметит и этот раз, - монотонно объяснял Влад.
- Ну да, если девушка оделась откровенно, то сама виновата. Я слышала это дерьмо много раз, люди действительно в это верят, - усмехнулась Лена. - Этот упырь убил ее по такой логике?
Влад кивнул.
Симонов опустил блокнот, не записав последний вывод.
- Вообще-то! Современным девушкам стоит быть скромнее, нравственность пока никто еще не отменял, в конце концов…
Лена процедила сквозь зубы.
- В конце концов тебя изнасилует тот, кто не смог сдержаться, и спишет это на твой внешний вид или религию.
Симонов решил не раздувать конфликт и лишь снова схватился за блокнот.
Последнее из тел было лишено глаз и казалось полностью нормальным, если не считать этого факта. Пустые глазницы смотрели в потолок с немым укором. Лена уже собиралась было уточнить, какое символическое значение имеют глаза, помимо зрения, но в этот самый момент Влад начал переворачивать тело. Она увидела, что спина покойного была вскрыта, словно туша животного, а позвоночник - вырван и, судя по всему, похищен в качестве трофея.
- Вот гад же ж… - Лена снова прикрыла нос рукой, но быстро убрала, заметив, что Влад смотрит. - А это что значит?
- Чтобы вырвать позвоночник, не хватит сил даже у гориллы, читал в “National Geographic”, - снова встрял Симонов.
- Позвоночник - символ силы, несгибаемости… - пояснил Влад. - Он вырвал его, чтобы показать его истинное лицо.
Майор снова схватился за блокнот и быстро что-то записал, уточняя:
- Был терпилой?
- Он пытается показать отсутствие воли у этого человека. Иными словами, он наказал его за многократные попытки не заметить каких-то преступлений, возможно, которые происходили с ним при жизни или с другими, - объяснил Влад.
- Это все тела? - Лена обернулась на майора.
- Да, это все. Три здесь, - он указал на них блокнотом, - и один наверху.
Влад покачал головой и вместе с Леной выпрямился. Его взгляд забегал по комнате, перепрыгивая с персонала Института на стены и медицинскую утварь. Он что-то искал.
- Мы ищем что-то еще? - заметила его бегающий взгляд Лена.
- Не хватает… - больше своим мыслям ответил Влад.
- Чего не хватает? - удивилась она.
- Все это… большая выставка… - он развел руками, демонстрируя кровавые скульптуры, - но нет главного объекта. Трупы лежат под правильными углами, но в центре пусто… они лишь дополнение для главного зрелища.
Лена огляделась, пытаясь понять, о чем он. Все три тела лежали в углах, каждое из них смотрело в центр комнаты. Все остальные столы для трупов были отодвинуты, оставляя место в центре комнаты для чего-то крупного, для алтаря.
- Вижу… - догадалась Лена.
В зале морга раздался мерзкий писк старого телефона “Razor V3”. Низкокачественный глухой звук доносился из кармана куртки Симонова.
- Извините! Минутку! - Симонов выхватил телефон и покинул комнату.
Лена также проследила за ним и не без любопытства уставилась на Влада.
- Нам ждать финальное тело, я так понимаю? - уточнила она.
- Он подготовил жертвенный зал для него, но почему его здесь нет - я не понимаю, - покачал головой Влад. - Возможно, ему повезло и…
Симонов распахнул дверь и ворвался внутрь.
- Срочный звонок! - пояснил он. - Нашли ваш пропавший экспонат! Едем!
Алексей Доротеев не мог сдержать слез. Его реальность, еще вчера такая прочная и предсказуемая, рассыпалась в прах. Он впервые столкнулся с чужими, и теперь его рассудок отчаянно пытался склеить осколки, объяснить то необъяснимое, что происходило последние двенадцать часов.
Он кутался в синее одеяло, привезенное бравыми полицейскими, и дрожащими руками держался за кружку горячего кофе. Полицейская машина, в которой он сидел, пыталась стать надежным барьером между ним и остальным миром - миром, который вдруг ощетинился клыками.
Они нашли его здесь, в снегу, полураздетого, в одном лишь белье, напуганного и немного нетрезвого. Однако страх, первобытный и липкий, полностью вымыл остатки алкоголя из его нервной системы и заставил столкнуться с реальностью.
Полицейские машины окружили его дом, отгоняя зевак, что слетались на чужое горе, как мухи. Желающих посмотреть на раздетого мужчину, который без причины выскочил в парк, было много. Полицейским не оставалось ничего другого, кроме как спрятать его здесь.
Его руки дрожали, а обмороженные пальцы хоть и касались стаканчика с горячим чаем, но все равно не ощущали исходящее от него тепло. Двое полицейских, сидящих на переднем сидении, перебрасывались ничего не значащими фразами.
- Чего ждем-то? - уточнил первый. - Ты передай Борису Анатольевичу, что тут не Крым, а холодно вообще-то. Еще полчаса - и наш болезный вообще дубу даст.
- Да… х*й его знает, спецотряд какой-то, - ответил второй, более полный, чем даже первый.
- Ты чего, бл*дь, несешь, какой еще спецотряд? ФСБшников, что ли?
- Не *бу. Говорят, какой-то спецотдел ФСБ, и чтобы оказывали полное содействие.
- Ну ясно, - крякнул первый, усаживаясь в кресле поудобнее, - опять чьи-то сапоги лизать.
Второй из двух полицейских, более тучный - достаточно тучный, чтобы при повороте головы один из его глаз заплывал так, чтобы терять пятьдесят процентов видимости - повернулся на Алексея.
- Ты чего такого натворил, бедолага, что за тобой ФСБшники едут?
- Н-н-ничего… она сама пришла, - дрожащим голосом ответил Алексей.
- Ага, сама, - поддакнул его словам толстяк, - небось сейчас поднимемся к тебе в квартиру и обнаружим, что изнасиловала она себя сама, потом взяла с кухни нож и отрезала себе руки и ноги тоже сама. А потом найдем ее части тела в разных чемоданах на разных улицах Питера. И всё сама!
Алексей игнорировал их. Перед его глазами все еще стояла та мертвая девушка, что явилась к нему сегодня ночью. Он уже собирался на свой день рождения, когда пришла она… Какой же она была настойчивой… Какой соблазнительной… Она предельно четко знала, чего он хотел, а человеку вроде Алексея не с руки отказываться, не такой он человек. “Я ведь мужик, мужики не отказываются!” - думал он про себя.
Двери автомобиля открылись, и внутрь, попросив выйти полицейских, уселись трое. Крайне неоднозначная компания. Высокий и странный мужик, молодая девчонка, одетая вовсе не по погоде, и явно ФСБшник.
Алексей подвинулся ближе к окну. Он не испытывал особого энтузиазма оттого, что сейчас ему придется снова рассказывать историю, в которую никто не поверит.
- Добрый день, - начал ФСБшник, усаживаясь поудобнее и открывая блокнот. - Вы - Алексей Юрьевич Доротеев, не так ли?
Тот закивал, но ничего не ответил.
- Великолепно. Это мои коллеги, - он показал на Влада и Лену, сидящих на передних сиденьях, рукой. - У них к вам будут вопросы. Постарайтесь ответить на них максимально честно, вы понимаете меня?
Алексей снова неуверенно закивал. Похоже, что ужас от увиденного все еще не отпускал его. Даже у таких людей, как Алексей, появляется воображение и страх неизведанного, когда они сталкиваются с чужими.
- Как он выглядел? - начал Влад, говоря больше со своим отражением в лобовом стекле.
А вот Лена, напротив, обхватила сиденье руками и, поджав ноги, повернулась к свидетелю лицом, ей было интересно.
- Она… - промямлил Алексей.
Влад не растерялся, а вот на лице Лены выступило изумление.
- Она, - согласился Влад.
- Она была, бл*дь, п*здец как похожа на Настю “Марго” Романову, - он закивал. - Ну, помните, такая… в десятых была очень известная певица. У меня дети… сходят по ней с ума.
- Где были дети, когда она пришла к вам? - уточнил Влад.
- С матерью… - Алексей сделал глубокий глоток, пытаясь дышать глубже. - У нас сейчас некоторые терки… Вернется, не первый раз. Жрать захочет - и вернется.
- Вы в разводе? - уточнил Симонов.
- Нет, не получит она развода! - Алексей почти бросился на майора. - Это мои дети тоже, я эту семью поднял! Мы - нормальная семья! Никаких разводов у нас не будет!
- Что она хотела, когда пришла? - продолжил Влад, игнорируя эмоциональное состояние свидетеля.
- По*баться она хотела, чего еще, - пожал плечами Алексей. - Пришла, как шалава, разодетая, сиськи разве что наружу не торчали.
- Опишите ее подробнее, если помните, - Симонов схватился за карандаш.
- Ну… - замялся Алексей, - чего ее описывать, я же говорю. В красном как бы концертном платье она была, вырез аж до живота, нормальная баба такое не наденет. Поверх этого у нее была шуба такая, серо-белая. Ну, как шлюха, в общем, она была одета, чего вы еще хотите услышать? Туфли красные. Помада была такая, что сама просилась в рот взять!
- Яркий макияж? - уточнил Симонов.
- Такой яркий, что я думал, она будто прямо с концерта.
- Как она объяснила свой визит? - уточнил Влад, все так же спрашивая у своего отражения.
Алексей задумался, явно вспоминая. Судя по всему, то, что случилось после, застряло в его подсознании намного прочнее, чем события до.
- Сказала, что, вроде как, позвонить ей нужно, - с трудом вспоминая, начал он. - Спросила, нет ли у меня мобильника.
- И вы позволили ей позвонить, как я понимаю? - спросил майор.
- Ну, почему нет? - удивился Алексей. - Она вошла и сразу взяла мой телефон. Наглая такая была, сразу пошла в кухню, словно знала, что я дома один. Идет и, главное, жопой трясет так, что видно, под платьем - них*я! Вообще! Ну, упала она, значит, у меня на диване в кухне, болтает с кем-то, а сама ногу на ногу перекидывает, свою п*зденку, значит, мне светит, приглашает, мол.
- А вас это не смутило? - все же не выдержала Лена.
- Ну, немного, - Алексей бросил на нее взгляд, - а теб… вам сколько лет?
Он уставился на Симонова, переадресовав вопрос ему.
- Уже в ФСБ? В таком возрасте? У меня сын чуть младше нее. Так максимум, что он делает, так это др*чит и играет в доту, а иногда все одновременно, - пояснил Алексей.
- Вы продолжайте свой рассказ, мы все документируем, - майор, словно в подтверждение, указал на блокнот.
Алексей кивнул.
- Ну да… - он набрал воздуха в грудь. - Ну, а потом вся эта п*здопляска и началась. С*ка, вспоминать тошно…
- Постарайтесь взять себя в руки и продолжить, - успокоил его майор. - Я понимаю, что ситуация не из простых.
Алексей психанул и, всплеснув руками, выкрикнул:
- Непростая - это когда х*й в ширинке застрял, а это, с*ка, п*здец был!
Наконец, осознав, что он кричит на майора ФСБ, он действительно взял себя в руки и сделал новый глубокий вдох, поправляя единственный предмет гардероба на себе.
- Ну… - продолжил Алексей, - *бу ее, значит… все вроде бы хорошо, мне там коллеги звонят, у меня же днюха сегодня. И вроде бы все хорошо, но в какой-то момент…
Он закрыл глаза и сдавил веки, словно пытаясь избавиться от видения в своей голове.
- У нее кровь из глаз течет, черная, артериальная, а по телу начинают ползти трупные пятна. Слушайте, я же патологоанатом, это уже профессиональная болезнь. Я по симптомам могу понять, что она дохлая уже год.
- Она что-нибудь сказала? - спросил Влад.
- Д-да… - закивал Алексей. - Эта тварь сказала, что будет навещать меня.
В какой-то момент неожиданно для всех Лена резко пересела лицом к Владу и, всплеснув руками, воскликнула:
- Точно, он и есть наш последний арт-объект!
Влад скосил на нее взгляд, его лицо не выражало ничего.
Лена явно ожидала поддержки, но в какой-то момент поняла, что, кажется, вмешалась в расследование и допрос и, возможно, что-то испортила.
- Какой еще, нах*й, объект? - поинтересовался врач.
- Владислав, - обратился к охотнику Симонов, - мы хотим осмотреть квартиру потерпевшего?
Влад начал открывать дверь и ответил уже снаружи, когда за ним последовали Лена и майор.
- В этом нет нужды, - пояснил Влад. - Он убьет его завтра-послезавтра, если мы не найдем его. Куда бы вы его ни спрятали, он придет туда.
- Как это возможно? - растерялся майор.
Лена снова поняла, что это - ее звездный час, после того как увидела, что Влад не собирается отвечать.
- Он для него - надкушенное яблоко. Все, чего чужие касаются, они без проблем могут достигнуть, - она развела руками. - Расстояние не важно, имеет смысл только то, что он хочет. Можете бежать, куда хотите, он все равно вас найдет и придет. Иными словами, Владислав сказал, что этому парню жить два-три дня, а все это время он будет мучаться.
- Найдите адрес сотрудника, которого уволили или он ушёл в течение последнего года, - спокойно объяснил Влад. - У вас есть книга посещения и учета, вы без труда найдете его, но я не советую вам самим ехать на его квартиру. Я почти уверен, что там вы найдете гнездо.
После этих слов Влад направился к машине.
- Гнездо?! - бросил ему вслед майор.
Лена на мгновение задержалась, обдумывая, а не объяснить ли и этот термин, но после вслух добавила:
- Не-е-ет, на объяснение этого уйдет минут двадцать. Просто найдите его и позвоните нам!
Следующей в очереди была девушка. Ее больничный халат был разодран, а одежда задрана вверх, обнажая истерзанное тело. На коже, словно уродливая карта, расплылись синяки от ударов и следы сексуального насилия. Все указывало на отчаянную безнадежную борьбу.
- Если бы это было обычное дело, то я бы сказал, что мы имеем дело с насильником-маньяком, - выдал свою версию майор. - Налицо все классические симптомы. Разве что… жертва не была связана, он ее просто держал, что нетипично для насильников. Судя по этим синякам, силы у этого урода было немеряно.
Лена опустилась рядом с Владом, заставляя себя смотреть. Ее взгляд скользил по рваным ранам, по застывшему на лице ужасу. Похоже, что чужой посчитал лишним чрезмерно уродовать девушку, оставив ее почти целой.
- Ее изнасиловал чужой? - с изумлением в голосе спросила Лена.
- Да… - пробубнил Влад, не отрываясь от осмотра тела.
Лена заговорщически огляделась, ее голос упал до шепота:
- А они что, могут?.. Ну… - поинтересовалась она..
- Да… - так же односложно ответил Влад.
- Ладно, я просто помочь хочу.
Лена выпрямилась, стряхивая с себя оцепенение.
- Вы упомянули ритуальные убийства, - снова заговорил Симонов, делая пометки в блокноте. - Я так понимаю, поедание стекла должно что-то значить?
Лена просто отмахнулась от трупа, двигаясь к последнему, третьему телу.
- Ничего особенного, тут повсюду разбитые бутылки с алкашкой, - она окинула рукой все помещение. - Скорее всего, наш общий друг не любит алкоголь и пьющих людей. А учитывая, что мы уже видели наверху, у нашего героя явно какая-то мания величия. Ему не нравятся толстые, пьющие, некрасивые…
- А почему он тогда изнасиловал девушку? - непонимающе спросил майор.
- Ну… - Лена уселась напротив последнего трупа, - там тоже… все очевидно…
Это не было очевидно для Лены, и она искренне пыталась понять, почему чужой изнасиловал девушку.
- Это была злость, - пояснил Влад, поднимаясь.
- Злость? Как это интерпретировать, я не понимаю? Его бывшая, или что?
Влад так же непонимающе посмотрел на майора, словно тот задал вопрос на давно мертвом языке, и уселся рядом с Леной напротив последнего мужского трупа.
- Это было наказание за трусость. Он сделал с ней то, что с ней делали остальные. Наказание за то, что она не говорит “нет”. Если она не говорила, значит, виновата. Предпочитала не замечать, значит, не заметит и этот раз, - монотонно объяснял Влад.
- Ну да, если девушка оделась откровенно, то сама виновата. Я слышала это дерьмо много раз, люди действительно в это верят, - усмехнулась Лена. - Этот упырь убил ее по такой логике?
Влад кивнул.
Симонов опустил блокнот, не записав последний вывод.
- Вообще-то! Современным девушкам стоит быть скромнее, нравственность пока никто еще не отменял, в конце концов…
Лена процедила сквозь зубы.
- В конце концов тебя изнасилует тот, кто не смог сдержаться, и спишет это на твой внешний вид или религию.
Симонов решил не раздувать конфликт и лишь снова схватился за блокнот.
Последнее из тел было лишено глаз и казалось полностью нормальным, если не считать этого факта. Пустые глазницы смотрели в потолок с немым укором. Лена уже собиралась было уточнить, какое символическое значение имеют глаза, помимо зрения, но в этот самый момент Влад начал переворачивать тело. Она увидела, что спина покойного была вскрыта, словно туша животного, а позвоночник - вырван и, судя по всему, похищен в качестве трофея.
- Вот гад же ж… - Лена снова прикрыла нос рукой, но быстро убрала, заметив, что Влад смотрит. - А это что значит?
- Чтобы вырвать позвоночник, не хватит сил даже у гориллы, читал в “National Geographic”, - снова встрял Симонов.
- Позвоночник - символ силы, несгибаемости… - пояснил Влад. - Он вырвал его, чтобы показать его истинное лицо.
Майор снова схватился за блокнот и быстро что-то записал, уточняя:
- Был терпилой?
- Он пытается показать отсутствие воли у этого человека. Иными словами, он наказал его за многократные попытки не заметить каких-то преступлений, возможно, которые происходили с ним при жизни или с другими, - объяснил Влад.
- Это все тела? - Лена обернулась на майора.
- Да, это все. Три здесь, - он указал на них блокнотом, - и один наверху.
Влад покачал головой и вместе с Леной выпрямился. Его взгляд забегал по комнате, перепрыгивая с персонала Института на стены и медицинскую утварь. Он что-то искал.
- Мы ищем что-то еще? - заметила его бегающий взгляд Лена.
- Не хватает… - больше своим мыслям ответил Влад.
- Чего не хватает? - удивилась она.
- Все это… большая выставка… - он развел руками, демонстрируя кровавые скульптуры, - но нет главного объекта. Трупы лежат под правильными углами, но в центре пусто… они лишь дополнение для главного зрелища.
Лена огляделась, пытаясь понять, о чем он. Все три тела лежали в углах, каждое из них смотрело в центр комнаты. Все остальные столы для трупов были отодвинуты, оставляя место в центре комнаты для чего-то крупного, для алтаря.
- Вижу… - догадалась Лена.
В зале морга раздался мерзкий писк старого телефона “Razor V3”. Низкокачественный глухой звук доносился из кармана куртки Симонова.
- Извините! Минутку! - Симонов выхватил телефон и покинул комнату.
Лена также проследила за ним и не без любопытства уставилась на Влада.
- Нам ждать финальное тело, я так понимаю? - уточнила она.
- Он подготовил жертвенный зал для него, но почему его здесь нет - я не понимаю, - покачал головой Влад. - Возможно, ему повезло и…
Симонов распахнул дверь и ворвался внутрь.
- Срочный звонок! - пояснил он. - Нашли ваш пропавший экспонат! Едем!
***
Алексей Доротеев не мог сдержать слез. Его реальность, еще вчера такая прочная и предсказуемая, рассыпалась в прах. Он впервые столкнулся с чужими, и теперь его рассудок отчаянно пытался склеить осколки, объяснить то необъяснимое, что происходило последние двенадцать часов.
Он кутался в синее одеяло, привезенное бравыми полицейскими, и дрожащими руками держался за кружку горячего кофе. Полицейская машина, в которой он сидел, пыталась стать надежным барьером между ним и остальным миром - миром, который вдруг ощетинился клыками.
Они нашли его здесь, в снегу, полураздетого, в одном лишь белье, напуганного и немного нетрезвого. Однако страх, первобытный и липкий, полностью вымыл остатки алкоголя из его нервной системы и заставил столкнуться с реальностью.
Полицейские машины окружили его дом, отгоняя зевак, что слетались на чужое горе, как мухи. Желающих посмотреть на раздетого мужчину, который без причины выскочил в парк, было много. Полицейским не оставалось ничего другого, кроме как спрятать его здесь.
Его руки дрожали, а обмороженные пальцы хоть и касались стаканчика с горячим чаем, но все равно не ощущали исходящее от него тепло. Двое полицейских, сидящих на переднем сидении, перебрасывались ничего не значащими фразами.
- Чего ждем-то? - уточнил первый. - Ты передай Борису Анатольевичу, что тут не Крым, а холодно вообще-то. Еще полчаса - и наш болезный вообще дубу даст.
- Да… х*й его знает, спецотряд какой-то, - ответил второй, более полный, чем даже первый.
- Ты чего, бл*дь, несешь, какой еще спецотряд? ФСБшников, что ли?
- Не *бу. Говорят, какой-то спецотдел ФСБ, и чтобы оказывали полное содействие.
- Ну ясно, - крякнул первый, усаживаясь в кресле поудобнее, - опять чьи-то сапоги лизать.
Второй из двух полицейских, более тучный - достаточно тучный, чтобы при повороте головы один из его глаз заплывал так, чтобы терять пятьдесят процентов видимости - повернулся на Алексея.
- Ты чего такого натворил, бедолага, что за тобой ФСБшники едут?
- Н-н-ничего… она сама пришла, - дрожащим голосом ответил Алексей.
- Ага, сама, - поддакнул его словам толстяк, - небось сейчас поднимемся к тебе в квартиру и обнаружим, что изнасиловала она себя сама, потом взяла с кухни нож и отрезала себе руки и ноги тоже сама. А потом найдем ее части тела в разных чемоданах на разных улицах Питера. И всё сама!
Алексей игнорировал их. Перед его глазами все еще стояла та мертвая девушка, что явилась к нему сегодня ночью. Он уже собирался на свой день рождения, когда пришла она… Какой же она была настойчивой… Какой соблазнительной… Она предельно четко знала, чего он хотел, а человеку вроде Алексея не с руки отказываться, не такой он человек. “Я ведь мужик, мужики не отказываются!” - думал он про себя.
Двери автомобиля открылись, и внутрь, попросив выйти полицейских, уселись трое. Крайне неоднозначная компания. Высокий и странный мужик, молодая девчонка, одетая вовсе не по погоде, и явно ФСБшник.
Алексей подвинулся ближе к окну. Он не испытывал особого энтузиазма оттого, что сейчас ему придется снова рассказывать историю, в которую никто не поверит.
- Добрый день, - начал ФСБшник, усаживаясь поудобнее и открывая блокнот. - Вы - Алексей Юрьевич Доротеев, не так ли?
Тот закивал, но ничего не ответил.
- Великолепно. Это мои коллеги, - он показал на Влада и Лену, сидящих на передних сиденьях, рукой. - У них к вам будут вопросы. Постарайтесь ответить на них максимально честно, вы понимаете меня?
Алексей снова неуверенно закивал. Похоже, что ужас от увиденного все еще не отпускал его. Даже у таких людей, как Алексей, появляется воображение и страх неизведанного, когда они сталкиваются с чужими.
- Как он выглядел? - начал Влад, говоря больше со своим отражением в лобовом стекле.
А вот Лена, напротив, обхватила сиденье руками и, поджав ноги, повернулась к свидетелю лицом, ей было интересно.
- Она… - промямлил Алексей.
Влад не растерялся, а вот на лице Лены выступило изумление.
- Она, - согласился Влад.
- Она была, бл*дь, п*здец как похожа на Настю “Марго” Романову, - он закивал. - Ну, помните, такая… в десятых была очень известная певица. У меня дети… сходят по ней с ума.
- Где были дети, когда она пришла к вам? - уточнил Влад.
- С матерью… - Алексей сделал глубокий глоток, пытаясь дышать глубже. - У нас сейчас некоторые терки… Вернется, не первый раз. Жрать захочет - и вернется.
- Вы в разводе? - уточнил Симонов.
- Нет, не получит она развода! - Алексей почти бросился на майора. - Это мои дети тоже, я эту семью поднял! Мы - нормальная семья! Никаких разводов у нас не будет!
- Что она хотела, когда пришла? - продолжил Влад, игнорируя эмоциональное состояние свидетеля.
- По*баться она хотела, чего еще, - пожал плечами Алексей. - Пришла, как шалава, разодетая, сиськи разве что наружу не торчали.
- Опишите ее подробнее, если помните, - Симонов схватился за карандаш.
- Ну… - замялся Алексей, - чего ее описывать, я же говорю. В красном как бы концертном платье она была, вырез аж до живота, нормальная баба такое не наденет. Поверх этого у нее была шуба такая, серо-белая. Ну, как шлюха, в общем, она была одета, чего вы еще хотите услышать? Туфли красные. Помада была такая, что сама просилась в рот взять!
- Яркий макияж? - уточнил Симонов.
- Такой яркий, что я думал, она будто прямо с концерта.
- Как она объяснила свой визит? - уточнил Влад, все так же спрашивая у своего отражения.
Алексей задумался, явно вспоминая. Судя по всему, то, что случилось после, застряло в его подсознании намного прочнее, чем события до.
- Сказала, что, вроде как, позвонить ей нужно, - с трудом вспоминая, начал он. - Спросила, нет ли у меня мобильника.
- И вы позволили ей позвонить, как я понимаю? - спросил майор.
- Ну, почему нет? - удивился Алексей. - Она вошла и сразу взяла мой телефон. Наглая такая была, сразу пошла в кухню, словно знала, что я дома один. Идет и, главное, жопой трясет так, что видно, под платьем - них*я! Вообще! Ну, упала она, значит, у меня на диване в кухне, болтает с кем-то, а сама ногу на ногу перекидывает, свою п*зденку, значит, мне светит, приглашает, мол.
- А вас это не смутило? - все же не выдержала Лена.
- Ну, немного, - Алексей бросил на нее взгляд, - а теб… вам сколько лет?
Он уставился на Симонова, переадресовав вопрос ему.
- Уже в ФСБ? В таком возрасте? У меня сын чуть младше нее. Так максимум, что он делает, так это др*чит и играет в доту, а иногда все одновременно, - пояснил Алексей.
- Вы продолжайте свой рассказ, мы все документируем, - майор, словно в подтверждение, указал на блокнот.
Алексей кивнул.
- Ну да… - он набрал воздуха в грудь. - Ну, а потом вся эта п*здопляска и началась. С*ка, вспоминать тошно…
- Постарайтесь взять себя в руки и продолжить, - успокоил его майор. - Я понимаю, что ситуация не из простых.
Алексей психанул и, всплеснув руками, выкрикнул:
- Непростая - это когда х*й в ширинке застрял, а это, с*ка, п*здец был!
Наконец, осознав, что он кричит на майора ФСБ, он действительно взял себя в руки и сделал новый глубокий вдох, поправляя единственный предмет гардероба на себе.
- Ну… - продолжил Алексей, - *бу ее, значит… все вроде бы хорошо, мне там коллеги звонят, у меня же днюха сегодня. И вроде бы все хорошо, но в какой-то момент…
Он закрыл глаза и сдавил веки, словно пытаясь избавиться от видения в своей голове.
- У нее кровь из глаз течет, черная, артериальная, а по телу начинают ползти трупные пятна. Слушайте, я же патологоанатом, это уже профессиональная болезнь. Я по симптомам могу понять, что она дохлая уже год.
- Она что-нибудь сказала? - спросил Влад.
- Д-да… - закивал Алексей. - Эта тварь сказала, что будет навещать меня.
В какой-то момент неожиданно для всех Лена резко пересела лицом к Владу и, всплеснув руками, воскликнула:
- Точно, он и есть наш последний арт-объект!
Влад скосил на нее взгляд, его лицо не выражало ничего.
Лена явно ожидала поддержки, но в какой-то момент поняла, что, кажется, вмешалась в расследование и допрос и, возможно, что-то испортила.
- Какой еще, нах*й, объект? - поинтересовался врач.
- Владислав, - обратился к охотнику Симонов, - мы хотим осмотреть квартиру потерпевшего?
Влад начал открывать дверь и ответил уже снаружи, когда за ним последовали Лена и майор.
- В этом нет нужды, - пояснил Влад. - Он убьет его завтра-послезавтра, если мы не найдем его. Куда бы вы его ни спрятали, он придет туда.
- Как это возможно? - растерялся майор.
Лена снова поняла, что это - ее звездный час, после того как увидела, что Влад не собирается отвечать.
- Он для него - надкушенное яблоко. Все, чего чужие касаются, они без проблем могут достигнуть, - она развела руками. - Расстояние не важно, имеет смысл только то, что он хочет. Можете бежать, куда хотите, он все равно вас найдет и придет. Иными словами, Владислав сказал, что этому парню жить два-три дня, а все это время он будет мучаться.
- Найдите адрес сотрудника, которого уволили или он ушёл в течение последнего года, - спокойно объяснил Влад. - У вас есть книга посещения и учета, вы без труда найдете его, но я не советую вам самим ехать на его квартиру. Я почти уверен, что там вы найдете гнездо.
После этих слов Влад направился к машине.
- Гнездо?! - бросил ему вслед майор.
Лена на мгновение задержалась, обдумывая, а не объяснить ли и этот термин, но после вслух добавила:
- Не-е-ет, на объяснение этого уйдет минут двадцать. Просто найдите его и позвоните нам!
