Ася зажмурилась, пытаясь вернуть ясность ума, отмечая так же, что теперь Стас не ведёт себя словно насильник, своими ласками стараясь доставить ей удовольствие. Да только она всё же была напугана до дрожи, сотрясавшей её тело.
— Такие сладкие девочки, — хрипло шептал Станислав, сцеловывая слёзы, что дорожками расчертили пылающие щёки блондинки. — Их так легко обмануть. Ты, как несмышлёный ребёнок… наивный, глупый котёнок…
Корабельникова замотала головой вновь, пытаясь отделаться от сладострастных прикосновений молодого человека, чьи буйные кудри щекотали её шею. Она была не согласна спустить всё на тормозах и принять подобные отношения. Да, она вообще была категорической противницей насильственного секса, даже, если это происходило как бы в игровой форме. Девушка отказывалась понимать тех людей, что добровольно шли на подобные извращения, разрешая себя избивать, душить и связывать. Ася была иначе воспитана и не желала становиться кем-то подобным. Тем не менее мозг пульсацие отдавал указания телу сопротивляться, но то предавало девушку вновь и вновь. Словно она подверглась гипнозу и теперь была безвольной марионеткой в руках умелого кукловода. Но она ведь не хотела ею быть. Как же так?
— Ну же, — Стас прикусил ключицу девушки, чем вызвал волну мурашек, прокатившихся от корней волос до низа живота, вызывая трепет. — Раскройся для меня, мой розовый бутон.
Одна рука парня легко пробежалась по обнажённому животу Аси, который не прикрывала уже задранная к шее маечка, и она широко распахнула глаза, отлично понимая куда устремилась эта длань с длинными шаловливыми пальцами. Инстинктивно девушка попыталась стиснуть колени, да только меж её ног уже давно расположился молодой человек, прижимаясь к её промежности возбуждённым членом, что был хорошо ощутим даже через джинсы.
— Отбрось стеснение, — жар дыхания «брата» опалил губы блондинки. — Ты же этого хотела. Признайся…
Ася в отчаянии замотала головой, хоть практически уже сдала оборону. Он ни за что не выдавит из неё признание поражения. Она не позволит ему уйти безнаказанным после такого кошмара, в который он умудрился её окунуть. Впрочем, где-то на периферии, Корабельникова осознавала, что именно о таком парне в тайне мечтала, и, если бы он не оказался её братом, в чём она в данный момент начала сомневаться, то сама бросилась бы ему на шею.
— Нет? — хмыкнул Стас, глядя в лицо девушки совершенно трезвым взглядом. Но в нём было столько огня, что от ощущения разврата у Аси закружилась голова. Раньше ничего подобного с ней не бывало. Она не верила глупым росказням девчонок, которые говорили, что можно загореться от одного лишь поцелуя, мимолётного прикосновения, от страстного жара, исходящего от тела. Теперь же Ася сама стала заложницей этих незнакомых ощущений.
В тот же самый момент пальцы Станислава добрались до чувствительных складочек тела девушки, погружаясь в их пылающую влагу. Ася внось зажмурилась, отчаянно сопротивляясь возбуждению, вопреки разуму охватывающему её бедное тело. Умом она понимала, что нельзя допускать подобных вольностей, но желание слабого тела пересиливало. Девушка закусила губу, не желая поддаваться вожделению, что упорно сметало все преграды. Ещё немного и она полностью капитулирует, но пока она замерла, будто скованная льдом, сдерживая порывы выгнуться навстречу ласкам и застонать от наслаждения. Она не должна пасть ещё ниже, чем уже есть, показывая, как ей хорошо. Ведь всё это так неправильно, что тошнить начинает. Она просто обязана оказать сопротивление.
Но легко сказать, и совсем непросто проявить это на деле. Поцелуй, которым накрыл её губы Стас теперь не был жёстким, и не доставлял дискомфорт. Его язык ласково вырисовывал узоры у неё во рту, который она в немом крике всё же раскрыла, стоило лишь молодому человеку погрузить один из пальцев в её лоно, и начать медленно им двигать. Она дрожала мелкой дрожью, но ничего с собой не могла поделать. Словно бы уже она была не той, кем была до этого. Внизу живота разгоралось пламя, затапливая своим жаром всё её существо, порождая мелкие слепящие искры, что вспыхивали с каждым движением рук парня всё сильнее и ярче. И девушка сама не могла понять, чего же ей сейчас хочется — чтобы Стас прекратил свою пытку и дал ей свободу, и она могла бы оправиться после свершённого насилия, либо, чтобы он продолжил свои искусные ласки, дабы ввергнуть её в пучину наслаждения.
— Нет, — зажмурившись до слёз, вскрикнула Ася, когда Стас прикоснулся другим пальцем к крохотному комочку, сосредоточию сладостного удовольствия. — Нет-нет-нет.
— Хитрюжка, — лукаво усмехнулся тот, ни на мгновение не прекращая свои игры. — Говоришь нет, а твои раздвинутые ножки так и вопрошают противоположного. — Он облизнул её распухшую нижнюю губу, ускоряя темп, и погружая при этом во влажную глубину второй палец. — Попроси… ну же… попроси…
— Нет, — со стоном протянула Ася, распахнув затуманенные упоительным экстазом глаза.
Чего уж обманывать себя — она хотела, до боли желала, чтобы сейчас Стас овладел ею, войдя в неё. Но признаться не могла. Только не после того, что он с ней сотворил до этого. Кроме того, он же её брат! Или нет? Ка бы это проверить…
— Не замечал в тебе строптивости, — прошептал в ушко молодой человек, окатывая девушку новой волной крохотных мурашек, что разносили по всему телу радостное томление. Непроизвольно Корабельникова подалась бёдрами навстречу, чем вызвала улыбку парня. — То-то же.
И в миг, когда Ася поняла свою ошибку, горячий член Станислава толкнулся в неё, наполняя каждую клеточку ликованием. Она до смерти желала именно этого. С губ её сорвался громкий стон, которому вторил такой же из уст Стаса.
Приходила в себя Ася медленно. Что стало тому причиной, она не могла бы точно ответить, но определённо возвращаться в реальность не хотелось. Она была так пугающа, что сердце замирало, а что-то холодное неприятное разливалось внутри, сковывая льдом желудок. Впрочем, тому виной могло быть и то, что она давненько не ела. Правда, думать об этом не хотелось, так как совершенно не об этом было необходимо.
Девушка лежала на своём родном диване, заботливо укрытая одеялом. Подумать только, какая обходительность, будто это не он только что заставил её силой отдаться. Стыд огненной волной тут же опалил щёки блондинки, и она постаралась с головой нырнуть в недра тёплого одеяла. Так ли всё было на самом деле? Чего он заставил её сделать? Принудил испытать яркий оргазм? Это никак не укладывалось в голове Аси.
— Я вижу, что ты не спишь, — ласково промурлыкал Станислав, и Корабельников почувствовала, как пружины дивана прогнулись, оповещая о наличии на предмете мебели ещё одного человека. Паника затопила её, понуждая вцепиться в пододеяльник зубами, чтобы те перестали отстукивать. — Ну же, вылезай.
Голос парня был таким родным, знакомым, и одновременно чужим. Стас раньше с ней так никогда не разговаривал. Или, может быть, это вовсе не тот человек, которого она знала до этого? Вдруг кто-то очень на него похожий. Хотя нет, бред полнейший. Но от того становилось лишь тяжелее на душе. Она переспала с собственным братом. Занималась странным сексом с тем, кого породил её отец. От омерзения к себе затошнило, и она лишь глубже зарылась в одеяло.
— Ася, — нежно проворковал молодой человек, и его руки обхватили её, прижимая к себе прямо в одеяле. Девушка занервничала ещё сильнее. Чего он добивается? Хочет ещё больше её унизить?
— Хватит! — воскликнула Ася, отпинывая «брата». — Ты добился своего, а теперь оставь меня в покое. Дай мне умереть. Я лягу тут и сгнию от той грязи, которой ты меня вымазал.
— Ася, — вздохнув, сказал Стас, и в голосе его теперь слышалась усталость. — Я не хотел, чтобы наши с тобой отношения начались вот так.
— А как ты хотел? — взорвалась девушка, вскакивая на ноги на диване, тем не менее, продолжая кутаться в одеяло, которое прикрывало её наготу. — Что ты вообще сделал, хоть понял? Это гадко! Я твоя сестра! А ты меня трахнул! Трахнул свою сестру! Это инцест, если ты не знал. Это мерзко. И мне теперь не отмыться от этого дерьма. Только, если сделать лоботомию, чтобы о своём позоре забыть навсегда. К тому же, ты меня изнасиловал! Взял силой! Изнасиловал свою сестру! Ты мне так омерзителен. Не меньше, чем я сама себе…
— Закончила? — сухо вопросил Стас, продолжая сидеть возле ног Аси. Только, если раньше он смотрел на неё, теперь же, хмурясь, рассматривал стену напротив.
— Нет!.. Да, — блондинка откинула кучерявую прядь, что в порыве пламенной речи упала ей на глаза. — Я ещё не решила.
— Пока ты решаешь, поговорю я, — всё так же не поворачиваясь к ней, сказал Станислав.
— Я не желаю тебя слышать! — воскликнула девушка, топая ногой. — Ты ни кто иной, как насильник!
— Прекрати орать! — повысил в свою очередь голос Стас, поднимаясь на ноги и поворачиваясь к сестрице лицом. — Думаешь, ещё не все соседи знают о наших с тобой интересных отношениях? — Голос его звучал ехидно, а лицо украшала кривая усмешка.
Ася пошла пятнами, сгорая от стыда, и одновременно пылая праведным гневом. Конечно, теперь братец выставит лишь её виноватой. Вроде, как она сама спровоцировала его на интим, последовавший за жестокостью. Как там говорил материн дядька? Сучка не захочет, кобель не вскочит. Но, видит Бог, она не хотела. Очень даже сопротивлялась этому. А что в итоге? Никто не спросил её разрешения, завладевая полностью её телом. При всём при этом, это не какой-то там незнакомец, а родной брат. Да, они не брат и сестра в полном понимании слова, так как у них разные матери, но всё равно в них течёт одна кровь.
— Ты такой гадкий, — с отвращением прошипела девушка, чувствуя, что при мыслях об инцесте её снова начинает активно тошнить.
— Не меньше, чем ты, — откликнулся молодой человек, сверкая в сторону блондинки отнюдь не дружелюбным взглядом.
Так она и знала. Он говорит те же самые слова, которые она уже успела прокрутить в своей голове. Осталось только повторить слова дяди Лёни, и привет. После такого только с моста прыгнуть остаётся, ведь о подобном забыть получится разве что, после дыры в черепе. Ася скрипнула зубами, злясь с каждой секундой всё сильнее, но не предпринимая никаких действий. А зачем? Она уже испытала силу парня на себе и поняла, что голыми руками ей с ним не справиться. Получится так, что она в очередной раз спровоцирует его на очередной сексуальный марафон с удушением, ударами и прочим из этой серии.
— Зачем? Я к тебе со всей душой, а ты… — из глаз Корабельниковой побежали слёзы. — Я приняла тебя. Поверила тебе. Что прикажешь теперь делать? Кто ты такой? Вдруг всё то, что ты мне рассказывал выдумка? — Она уткнулась лицом в одеяло, шмыгая носом и громко всхлипывая. — Ты вывалял меня в грязи. А сделав своё мерзкое дело, получив удовольствие, выставил меня крайней. Это игра такая? Или что?
— Но ведь ты тоже получила удовольствие, — хмыкнул Стас, сложив руки на груди и с некоторой досадой поглядывая на ревущую девушку.
Ася замерла с раскрытым ртом. Всё было так. Она испытала свой самый красочный оргазм. Но от этого соитие не стало менее мерзким. Даже наоборот, девушка теперь жить в мире с собой не сможет, постоянно думая, как она опустилась. Она чувствовала себя подзаборной шлюхой, готовой перед каждым мужчиной раздвинуть ноги, получая удовольствие. Неужели, она была такой? Или это Стас таковой её сделал?
— Я не хотела… — проблеяла блондинка, а слёзы полились новым потоком. — Я не хотела… ты заставил… Мне теперь жить не хочется в этом теле. Оно осквернено.
Молодой человек схватил её, усаживаясь на диван и располагая сестру у себя на коленях. Он укутал ту покрепче в одеяло и стал, словно ребёнка, раскачивать. Его действия не были резкими, наоборот, он ласково гладил Асю по спине, и ногам. Но девушка никак не могла перестать плакать, хоть и думала, что уже выплакала все слёзы во время насилия. Стас склонился к блондинке, утыкаясь носом той в волосы, от чего девушка на мгновение замерла. Корабельникова чувствовала себя странно — хотелось и отстраниться, даже оттолкнуть, и одновременно самой же ткнуться кончиком носа в ключицу парня, вдыхая его аромат. Похоже, он подсадил её на себя, как наркомана подсаживают на иглу.
— Ася, котёночек, — нежно мурлыкнул Станислав, убирая кудрявый локон со лба девушки и заглядывая ей в глаза. — Я, и только я, виноват в том, что случилось. Прости меня, я не хотел быть напористым. Просто, я люблю тебя. Давно и безнадёжно. Сгораю каждодневно в этом пожаре.
Та задохнулась от нежности, струящейся у молодого человека из глаз. По телу пробежала дрожь, и мурашки спрятались у корней волос, заставляя те шевелиться. Она не ожидала ничего подобного. Ей приятны были чувства Стаса, на которые захотелось в тот же момент ответить. Но он был ей братом. А это был самый большой камень преткновения. Даже не так, это была пропасть, через которую лично она не была готова перепрыгнуть.
— Это неправильно, — отозвалась сиплым голосом Ася.
— Что поделать, — пожав плечами, грустно сказал парень. — Мы не выбираем любимых. Не выбираем любовь. Это она нами движет. И с ней бороться очень сложно.
— Но когда? — прошептала девушка. В голове её роились мысли, от которых не отмахнуться, но которые причиняли неудобства, даже некоторую боль. — Я не могу так…
— Я хотел добиваться тебя постепенно, но сам налажал. Прости, не так должно было случиться наше с тобой единение.
— Оно вообще не должно было случиться! — вспыхнула до корней волос Ася, пытаясь вырваться. Но Стас крепко держал её в своих руках, отчего отчаяние вновь стало просыпаться в ней. Кроме того, от её ёрзания пробудилось возбуждение брата, которое она отчётливо почувствовала своими ягодицами. И не помогало и то, что она была в одеяле. — Мы родственники! Ты мой брат. Ты сам сказал мне об этом. Или это шутка такая?
— Не шутка, — спокойно проговорил молодой человек. — Мы в самом деле с тобой родственники.
— Ты не облегчаешь мучения моей совести, — жалобно простонала блондинка, замирая. Провоцировать парня на очередной сексуальный подвиг не хотелось.
— Мы поговорим об этом. Но только немного позже, — Станислав поднялся на ноги, опуская свою ношу обратно на кровать. — Сейчас приводи себя в порядок и приходи обедать. Я приготовил что-то, что тебе должно понравиться.
И он ушёл. Ася так и осталась кулём лежать на диване. И что это было? Он решил купить её своими кулинарными способностями? Или что?
Облегчать Стасу задачу Ася не стала. Она совершенно не желала идти у него на поводу. Если он хочет таким глупым образом искупить свою вину, то он слишком плохо её знает. Не так-то легко будет вернуть доверие. И вообще, девушка не была уверена, что хоть когда-нибудь сможет пережить подобное. В то время, когда брат не испытывал и толики стыда за содеянное.
Не спеша блондинка выкарабкалась из одеяла, пытаясь, тем не менее, прикрыть все стратегические части тела. Мышкой она прокралась к шкафу, выуживая из него максимально закрытые вещи.
— Такие сладкие девочки, — хрипло шептал Станислав, сцеловывая слёзы, что дорожками расчертили пылающие щёки блондинки. — Их так легко обмануть. Ты, как несмышлёный ребёнок… наивный, глупый котёнок…
Корабельникова замотала головой вновь, пытаясь отделаться от сладострастных прикосновений молодого человека, чьи буйные кудри щекотали её шею. Она была не согласна спустить всё на тормозах и принять подобные отношения. Да, она вообще была категорической противницей насильственного секса, даже, если это происходило как бы в игровой форме. Девушка отказывалась понимать тех людей, что добровольно шли на подобные извращения, разрешая себя избивать, душить и связывать. Ася была иначе воспитана и не желала становиться кем-то подобным. Тем не менее мозг пульсацие отдавал указания телу сопротивляться, но то предавало девушку вновь и вновь. Словно она подверглась гипнозу и теперь была безвольной марионеткой в руках умелого кукловода. Но она ведь не хотела ею быть. Как же так?
— Ну же, — Стас прикусил ключицу девушки, чем вызвал волну мурашек, прокатившихся от корней волос до низа живота, вызывая трепет. — Раскройся для меня, мой розовый бутон.
Одна рука парня легко пробежалась по обнажённому животу Аси, который не прикрывала уже задранная к шее маечка, и она широко распахнула глаза, отлично понимая куда устремилась эта длань с длинными шаловливыми пальцами. Инстинктивно девушка попыталась стиснуть колени, да только меж её ног уже давно расположился молодой человек, прижимаясь к её промежности возбуждённым членом, что был хорошо ощутим даже через джинсы.
— Отбрось стеснение, — жар дыхания «брата» опалил губы блондинки. — Ты же этого хотела. Признайся…
Ася в отчаянии замотала головой, хоть практически уже сдала оборону. Он ни за что не выдавит из неё признание поражения. Она не позволит ему уйти безнаказанным после такого кошмара, в который он умудрился её окунуть. Впрочем, где-то на периферии, Корабельникова осознавала, что именно о таком парне в тайне мечтала, и, если бы он не оказался её братом, в чём она в данный момент начала сомневаться, то сама бросилась бы ему на шею.
— Нет? — хмыкнул Стас, глядя в лицо девушки совершенно трезвым взглядом. Но в нём было столько огня, что от ощущения разврата у Аси закружилась голова. Раньше ничего подобного с ней не бывало. Она не верила глупым росказням девчонок, которые говорили, что можно загореться от одного лишь поцелуя, мимолётного прикосновения, от страстного жара, исходящего от тела. Теперь же Ася сама стала заложницей этих незнакомых ощущений.
В тот же самый момент пальцы Станислава добрались до чувствительных складочек тела девушки, погружаясь в их пылающую влагу. Ася внось зажмурилась, отчаянно сопротивляясь возбуждению, вопреки разуму охватывающему её бедное тело. Умом она понимала, что нельзя допускать подобных вольностей, но желание слабого тела пересиливало. Девушка закусила губу, не желая поддаваться вожделению, что упорно сметало все преграды. Ещё немного и она полностью капитулирует, но пока она замерла, будто скованная льдом, сдерживая порывы выгнуться навстречу ласкам и застонать от наслаждения. Она не должна пасть ещё ниже, чем уже есть, показывая, как ей хорошо. Ведь всё это так неправильно, что тошнить начинает. Она просто обязана оказать сопротивление.
Но легко сказать, и совсем непросто проявить это на деле. Поцелуй, которым накрыл её губы Стас теперь не был жёстким, и не доставлял дискомфорт. Его язык ласково вырисовывал узоры у неё во рту, который она в немом крике всё же раскрыла, стоило лишь молодому человеку погрузить один из пальцев в её лоно, и начать медленно им двигать. Она дрожала мелкой дрожью, но ничего с собой не могла поделать. Словно бы уже она была не той, кем была до этого. Внизу живота разгоралось пламя, затапливая своим жаром всё её существо, порождая мелкие слепящие искры, что вспыхивали с каждым движением рук парня всё сильнее и ярче. И девушка сама не могла понять, чего же ей сейчас хочется — чтобы Стас прекратил свою пытку и дал ей свободу, и она могла бы оправиться после свершённого насилия, либо, чтобы он продолжил свои искусные ласки, дабы ввергнуть её в пучину наслаждения.
— Нет, — зажмурившись до слёз, вскрикнула Ася, когда Стас прикоснулся другим пальцем к крохотному комочку, сосредоточию сладостного удовольствия. — Нет-нет-нет.
— Хитрюжка, — лукаво усмехнулся тот, ни на мгновение не прекращая свои игры. — Говоришь нет, а твои раздвинутые ножки так и вопрошают противоположного. — Он облизнул её распухшую нижнюю губу, ускоряя темп, и погружая при этом во влажную глубину второй палец. — Попроси… ну же… попроси…
— Нет, — со стоном протянула Ася, распахнув затуманенные упоительным экстазом глаза.
Чего уж обманывать себя — она хотела, до боли желала, чтобы сейчас Стас овладел ею, войдя в неё. Но признаться не могла. Только не после того, что он с ней сотворил до этого. Кроме того, он же её брат! Или нет? Ка бы это проверить…
— Не замечал в тебе строптивости, — прошептал в ушко молодой человек, окатывая девушку новой волной крохотных мурашек, что разносили по всему телу радостное томление. Непроизвольно Корабельникова подалась бёдрами навстречу, чем вызвала улыбку парня. — То-то же.
И в миг, когда Ася поняла свою ошибку, горячий член Станислава толкнулся в неё, наполняя каждую клеточку ликованием. Она до смерти желала именно этого. С губ её сорвался громкий стон, которому вторил такой же из уст Стаса.
Приходила в себя Ася медленно. Что стало тому причиной, она не могла бы точно ответить, но определённо возвращаться в реальность не хотелось. Она была так пугающа, что сердце замирало, а что-то холодное неприятное разливалось внутри, сковывая льдом желудок. Впрочем, тому виной могло быть и то, что она давненько не ела. Правда, думать об этом не хотелось, так как совершенно не об этом было необходимо.
Девушка лежала на своём родном диване, заботливо укрытая одеялом. Подумать только, какая обходительность, будто это не он только что заставил её силой отдаться. Стыд огненной волной тут же опалил щёки блондинки, и она постаралась с головой нырнуть в недра тёплого одеяла. Так ли всё было на самом деле? Чего он заставил её сделать? Принудил испытать яркий оргазм? Это никак не укладывалось в голове Аси.
— Я вижу, что ты не спишь, — ласково промурлыкал Станислав, и Корабельников почувствовала, как пружины дивана прогнулись, оповещая о наличии на предмете мебели ещё одного человека. Паника затопила её, понуждая вцепиться в пододеяльник зубами, чтобы те перестали отстукивать. — Ну же, вылезай.
Голос парня был таким родным, знакомым, и одновременно чужим. Стас раньше с ней так никогда не разговаривал. Или, может быть, это вовсе не тот человек, которого она знала до этого? Вдруг кто-то очень на него похожий. Хотя нет, бред полнейший. Но от того становилось лишь тяжелее на душе. Она переспала с собственным братом. Занималась странным сексом с тем, кого породил её отец. От омерзения к себе затошнило, и она лишь глубже зарылась в одеяло.
— Ася, — нежно проворковал молодой человек, и его руки обхватили её, прижимая к себе прямо в одеяле. Девушка занервничала ещё сильнее. Чего он добивается? Хочет ещё больше её унизить?
— Хватит! — воскликнула Ася, отпинывая «брата». — Ты добился своего, а теперь оставь меня в покое. Дай мне умереть. Я лягу тут и сгнию от той грязи, которой ты меня вымазал.
— Ася, — вздохнув, сказал Стас, и в голосе его теперь слышалась усталость. — Я не хотел, чтобы наши с тобой отношения начались вот так.
— А как ты хотел? — взорвалась девушка, вскакивая на ноги на диване, тем не менее, продолжая кутаться в одеяло, которое прикрывало её наготу. — Что ты вообще сделал, хоть понял? Это гадко! Я твоя сестра! А ты меня трахнул! Трахнул свою сестру! Это инцест, если ты не знал. Это мерзко. И мне теперь не отмыться от этого дерьма. Только, если сделать лоботомию, чтобы о своём позоре забыть навсегда. К тому же, ты меня изнасиловал! Взял силой! Изнасиловал свою сестру! Ты мне так омерзителен. Не меньше, чем я сама себе…
— Закончила? — сухо вопросил Стас, продолжая сидеть возле ног Аси. Только, если раньше он смотрел на неё, теперь же, хмурясь, рассматривал стену напротив.
— Нет!.. Да, — блондинка откинула кучерявую прядь, что в порыве пламенной речи упала ей на глаза. — Я ещё не решила.
— Пока ты решаешь, поговорю я, — всё так же не поворачиваясь к ней, сказал Станислав.
— Я не желаю тебя слышать! — воскликнула девушка, топая ногой. — Ты ни кто иной, как насильник!
— Прекрати орать! — повысил в свою очередь голос Стас, поднимаясь на ноги и поворачиваясь к сестрице лицом. — Думаешь, ещё не все соседи знают о наших с тобой интересных отношениях? — Голос его звучал ехидно, а лицо украшала кривая усмешка.
Ася пошла пятнами, сгорая от стыда, и одновременно пылая праведным гневом. Конечно, теперь братец выставит лишь её виноватой. Вроде, как она сама спровоцировала его на интим, последовавший за жестокостью. Как там говорил материн дядька? Сучка не захочет, кобель не вскочит. Но, видит Бог, она не хотела. Очень даже сопротивлялась этому. А что в итоге? Никто не спросил её разрешения, завладевая полностью её телом. При всём при этом, это не какой-то там незнакомец, а родной брат. Да, они не брат и сестра в полном понимании слова, так как у них разные матери, но всё равно в них течёт одна кровь.
— Ты такой гадкий, — с отвращением прошипела девушка, чувствуя, что при мыслях об инцесте её снова начинает активно тошнить.
— Не меньше, чем ты, — откликнулся молодой человек, сверкая в сторону блондинки отнюдь не дружелюбным взглядом.
Так она и знала. Он говорит те же самые слова, которые она уже успела прокрутить в своей голове. Осталось только повторить слова дяди Лёни, и привет. После такого только с моста прыгнуть остаётся, ведь о подобном забыть получится разве что, после дыры в черепе. Ася скрипнула зубами, злясь с каждой секундой всё сильнее, но не предпринимая никаких действий. А зачем? Она уже испытала силу парня на себе и поняла, что голыми руками ей с ним не справиться. Получится так, что она в очередной раз спровоцирует его на очередной сексуальный марафон с удушением, ударами и прочим из этой серии.
— Зачем? Я к тебе со всей душой, а ты… — из глаз Корабельниковой побежали слёзы. — Я приняла тебя. Поверила тебе. Что прикажешь теперь делать? Кто ты такой? Вдруг всё то, что ты мне рассказывал выдумка? — Она уткнулась лицом в одеяло, шмыгая носом и громко всхлипывая. — Ты вывалял меня в грязи. А сделав своё мерзкое дело, получив удовольствие, выставил меня крайней. Это игра такая? Или что?
— Но ведь ты тоже получила удовольствие, — хмыкнул Стас, сложив руки на груди и с некоторой досадой поглядывая на ревущую девушку.
Ася замерла с раскрытым ртом. Всё было так. Она испытала свой самый красочный оргазм. Но от этого соитие не стало менее мерзким. Даже наоборот, девушка теперь жить в мире с собой не сможет, постоянно думая, как она опустилась. Она чувствовала себя подзаборной шлюхой, готовой перед каждым мужчиной раздвинуть ноги, получая удовольствие. Неужели, она была такой? Или это Стас таковой её сделал?
— Я не хотела… — проблеяла блондинка, а слёзы полились новым потоком. — Я не хотела… ты заставил… Мне теперь жить не хочется в этом теле. Оно осквернено.
Молодой человек схватил её, усаживаясь на диван и располагая сестру у себя на коленях. Он укутал ту покрепче в одеяло и стал, словно ребёнка, раскачивать. Его действия не были резкими, наоборот, он ласково гладил Асю по спине, и ногам. Но девушка никак не могла перестать плакать, хоть и думала, что уже выплакала все слёзы во время насилия. Стас склонился к блондинке, утыкаясь носом той в волосы, от чего девушка на мгновение замерла. Корабельникова чувствовала себя странно — хотелось и отстраниться, даже оттолкнуть, и одновременно самой же ткнуться кончиком носа в ключицу парня, вдыхая его аромат. Похоже, он подсадил её на себя, как наркомана подсаживают на иглу.
— Ася, котёночек, — нежно мурлыкнул Станислав, убирая кудрявый локон со лба девушки и заглядывая ей в глаза. — Я, и только я, виноват в том, что случилось. Прости меня, я не хотел быть напористым. Просто, я люблю тебя. Давно и безнадёжно. Сгораю каждодневно в этом пожаре.
Та задохнулась от нежности, струящейся у молодого человека из глаз. По телу пробежала дрожь, и мурашки спрятались у корней волос, заставляя те шевелиться. Она не ожидала ничего подобного. Ей приятны были чувства Стаса, на которые захотелось в тот же момент ответить. Но он был ей братом. А это был самый большой камень преткновения. Даже не так, это была пропасть, через которую лично она не была готова перепрыгнуть.
— Это неправильно, — отозвалась сиплым голосом Ася.
— Что поделать, — пожав плечами, грустно сказал парень. — Мы не выбираем любимых. Не выбираем любовь. Это она нами движет. И с ней бороться очень сложно.
— Но когда? — прошептала девушка. В голове её роились мысли, от которых не отмахнуться, но которые причиняли неудобства, даже некоторую боль. — Я не могу так…
— Я хотел добиваться тебя постепенно, но сам налажал. Прости, не так должно было случиться наше с тобой единение.
— Оно вообще не должно было случиться! — вспыхнула до корней волос Ася, пытаясь вырваться. Но Стас крепко держал её в своих руках, отчего отчаяние вновь стало просыпаться в ней. Кроме того, от её ёрзания пробудилось возбуждение брата, которое она отчётливо почувствовала своими ягодицами. И не помогало и то, что она была в одеяле. — Мы родственники! Ты мой брат. Ты сам сказал мне об этом. Или это шутка такая?
— Не шутка, — спокойно проговорил молодой человек. — Мы в самом деле с тобой родственники.
— Ты не облегчаешь мучения моей совести, — жалобно простонала блондинка, замирая. Провоцировать парня на очередной сексуальный подвиг не хотелось.
— Мы поговорим об этом. Но только немного позже, — Станислав поднялся на ноги, опуская свою ношу обратно на кровать. — Сейчас приводи себя в порядок и приходи обедать. Я приготовил что-то, что тебе должно понравиться.
И он ушёл. Ася так и осталась кулём лежать на диване. И что это было? Он решил купить её своими кулинарными способностями? Или что?
Глава 6.
Облегчать Стасу задачу Ася не стала. Она совершенно не желала идти у него на поводу. Если он хочет таким глупым образом искупить свою вину, то он слишком плохо её знает. Не так-то легко будет вернуть доверие. И вообще, девушка не была уверена, что хоть когда-нибудь сможет пережить подобное. В то время, когда брат не испытывал и толики стыда за содеянное.
Не спеша блондинка выкарабкалась из одеяла, пытаясь, тем не менее, прикрыть все стратегические части тела. Мышкой она прокралась к шкафу, выуживая из него максимально закрытые вещи.
