Сладкий, почти медовый аромат – с вплетением ноты чего-то тяжелого – был густым и насыщенным. Агата по наитию поднесла рукав к носу, прежде чем сделать новый вдох, но едва ли эта мера имела хоть какое-то действие.
Паучьи лилии.
Так вот где собрали букет, который некромантка получила от рыжего посыльного с щербинкой, его же загадочного Мыши, постоянно появляющегося на их пути.
Себастьян, растеряв весь свой первоначальный пыл, остановился посреди оранжереи и оглянулся через плечо.
– Мертвые боги… – Едва не простонал он. – Ну, конечно… Агата, уходи из этого места! Я же на мольхарском говорил, паучьи лилии опасны. Не хватало только, чтобы ты надышалась этой дрянью и отключилась прямо здесь…
Некромантка не слушала его. Ее ожерелье завибрировало.
Она медленно пошла вперед, наконец, заметив среди цветов нежить, из-за которой они с Себастьяном сюда попали.
На низкой плите из светлого мрамора, вытянувшись во весь рост, лежала женщина. Кто-то с удивительно бережностью расправил складки платья и сложил ее руки на груди.
Она была очень худа, как бывают худы мучимые долгой болезнью. Пышное красное платье не скрывало остроты ключиц и неестественной тонкости запястий. Распущенные русые волосы серебрила обильная седина – они рассыпались по мраморной плите, длинными прядями смешиваясь с опавшими лепестками паучьих лилий.
Глаза женщины были закрыты, а лицо – обращено вверх. И оно кого-то напоминала Агате, того, кого она видела совсем недавно.
– Неужели… Амелия Корц?.. – Негромко охнула Агата.
Она узнала ее из-за картины. Хотя портрет явно был написан минимум десяток лет назад.
– Что все это значит? – Громко спросила некромантка. – Амелия Корц, почему вы…
Агата услышала за спиной глубокий вздох Себастьяна.
– Нет смысла задавать вопросы. Она тебе не ответит. Как видишь, она глубоко мертва.
Глаз Агаты едва заметно дернулся.
– Твои шутки сейчас неуместны! Ты говорил, что здесь может быть новообращенный лич, и вообще, какая-то аномалия, а теперь…
– Это моя вина. Я, кажется, теряю хватку, раз принял обычное кощунство за аномалию. – Напарник встал рядом с Агатой и отодвинул маску. – Да, эта женщина совершенно точно пуста. И у меня нет сомнений, что ее душа достаточно давно покинула бренное тело.
– Пуста?.. – переспросила Агата.
– Как и любой другой низший мертвяк. – Удивительно сдержанно улыбнулся Себастьян. – У нее нет души. Нет личности. Как и памяти, разума, эмоций... Только исключительно щедро влитая некротика, которая обернула гниение вспять. Слишком много для такой мелочи, но, возможно, тот, кто сделал это, желал надолго забыть о проблеме сохранности тела. В любом случае, он обладает тонким мастерством и огромным опытом. Вложить столько в это слабое тело… Но, когда некротика развеется, уверяю, ты не отличишь эту нежить от обычного упыря.
Агата подошла ближе и остановилась всего в нескольких шагах от Амелии Корц.
– Эта не просто труп. – Упрямо сказала она. – Это нежить. И она лежит, никак не реагируя на близость человека. Это нехарактерно для низших мертвяков. Может, ее хозяин не желает, чтобы она нападала?
– Нет. Я не чувствую и толики чужой воли в ее присутствии. – Качнул головой Себастьян. – А значит, у нее нет хозяина. Эту нежить определенно подняли силой, но она никому не служит.
– Так, Бездна подери, почему поднятый труп так неподвижен?!
– Это все паучья лилия, Агата. – С какой-то усталостью откликнулся Себастьян. – Смертные навсегда засыпают, долго вдыхая ее запах, а нежить – обретает покой…
Он коснулся красного мраморный плиты и смахнул лепесток.
– … Если так можно назвать абсолютную пассивность, в которую впадают низшие мертвые из-за аромата пыльцы этого цветка. Знаешь, на моей родине, еще задолго до моего рождения, паучьи лилии сажали на кладбищах… Если, конечно, там доставало воды. Отчасти именно поэтому паучья лилия сакральный символ Дейшар. Символ дара смерти. И ее равнодушной богини.
Агата с минуту молчала, разглядывая профиль Амелии Корц. Женщины, которая давно была мертва – но не для тех, кто приехал на устроенный якобы ею праздник.
– Но… Я не понимаю. Зачем?
– Судя по тому, что мы видим, кому-то госпожа Корц была очень дорога. Причем настолько, что этот кто-то решился поднять ее из могилы. Возможно, он просто не знал основ – душа Амелии покинула тело в момент ее смерти, и никакая некромантия не могла помочь вернуть ее обратно. Ну, или этот некромант абсолютно чокнут. По мне, может, и не скажешь, но даже для меня подобное за гранью…
– Постой, – медленно сказала Агата, – правильно ли я поняла, ты считаешь, что тот, кто ее поднял из мертвых и тот, кто восстановил тело – два разных некроманта?
– Естественно. Подумай сама. Только маг уровня истинного повелителя мертвых может легко распоряжаться большим количеством некротики. Но личи лишены глубоких чувств. Да и чтобы сохранить тело, не обязательно было так издеваться над останками Амелии Корц… Кто-то из высшей нежити, и далеко не за доброе слово, исправил чужую ошибку.
– Просто упокоить несчастную значило навсегда превратить ее в горстку тлена и костей. – Прошептала некромантка. – Что, наверняка, не устроило бы того, кто ее воскресил. Происхождение происхождением, но господин Корц, судя по всему, так любивший свою жену…
– По моему личному опыту, никогда не стоит связываться с Дланью Дейшар. – Мрачно улыбнулся Себастьян.
09.05
Агата собиралась что-то сказать, когда ее локоть неловко соскользнул с края мраморного ложа, сбивая с мысли. Девушка вдруг поняла, что и сама не заметила, что оперлась на плиту. Для нее это было слишком беспечно, когда в двух ладонях лежала нежить, пусть и спящая под ароматом особых цветов.
Кстати, на счет цветов. Сладость в воздухе стала менее выраженной, как бывает, когда привыкаешь к чересчур сильному запаху и почти перестаешь его замечать. Вкрадчивая, ненавязчивая сонливость успела незаметно утяжелить веки.
Агата инстинктивно мотнула головой, будто это могло помочь скинуть подступившую дремоту.
– Пойдем отсюда. – Услышала она голос Себастьяна. – Тебе пора на свежий воздух. Кроме того, за нами следят… Никакого уважения к личной жизни. Мало ли чем может заниматься уединившаяся парочка во время прогулки?
– Себастьян, ты… – Агата поперхнулась и моргнула. – Следят?
Без лишних сантиментов напарник схватил ее за руку и потащил в сторону выхода. Та непонимающе оглянулась, силясь понять, что Себастьян имел в виду.
Сломанная дверь тревожно скрипнула. Некромантка не без облегчения сделала глубокий вдох, но у нее не было времени насладиться моментом.
От зарослей напротив отчетливо повеяло некротикой, и стоило Агате взглянуть на них, как раздался звук ломающихся веток и удаляющийся шорох листьев.
– Еще один мертвец, – сказал Себастьян, отряхивая манию от несуществующей грязи. – Вполне разумный, кстати. Но далеко не лич. Сколько же здесь мертвых недоразумений, один одного краше.
– Низший и разумный… Мертвый некромант. Прямо, как наш серийный убийца, – заметила Агата и вздрогнула. – Бездна! Да чего ты ждешь?!
Некромантка сделала резкий шаг вперед и тут же опасно покачнулась, цепляясь за низкие ветви ближайшего фруктового дерева. Как никогда она ненавидела эти треклятые паучьи лилии, чтобы им всем иссохнуть!
– Для начала приди в себя. – Себастьян чуть наклонил голову, что с учетом его птичьей маски выглядело достаточно жутко. – Или бросить тебя прямо здесь? Ты и без дурманящей пыльцы ходячая мишень. Может, мне сразу обвязать тебя подарочной ленточкой и преподнести местному лже-культу?
– Я в порядке, – с нажимом пробормотала Агата. – Просто иди и…
Ветка выскользнула из ее пальцев. Себастьян в последний момент поймал Агату за талию и, пробормотав какое-то смутно знакомое ругательство, уже отработанным движением забросил себе на плечо.
– Седьмица, только не снова… – простонала Агата, вцепляясь в его плащ. – Что за вечное проклятье?.. Я тебе не мешок с костями, слышишь?
Себастьян молча перехватил ее поудобнее и сорвался с места.
Бешено замельтешили стволы деревьев, тонкие ветви хлестнули по кружевным перчаткам. Агата скрипнула зубами, но мысленно признала правильность решения Себастьяна, моля Седьмицу лишь о том, чтобы не оставить маску или кусок платья где-то в глубоких зарослях.
Судя по рывкам напарника Агаты, нежить впереди петляла. И она оказалась достаточно быстра, чтобы Себастьян мгновенно не догнал ее.
Все закончилось неожиданно быстро. Себастьян резко затормозил, от чего девушка поморщилась, с трудом сдерживая содержимое желудка.
Себастьян опустил Агату на землю и его руки соскользнули с ее плеч только тогда, когда он удостоверился, что девушка может стоять.
– В чем дело?! Почему мы остановились? – Прошипела она.
– Тебе не угодишь… Он там, – некромант указал в просвет между кронами. – Но схватить его так просто не получится. Если, конечно, мы не хотим вызвать сильный переполох.
Агата повернулась и увидела усыпанную гравием и ярко освещенную аллею, а прямо за ней – вид на террасу особняка.
Она оказалась огромной. Отсюда было сложно судить наверняка, но некромантка насчитала три уровня: нижний ярус террасы уходил в сторону слабо поблескивающего пруда, средний был шириной с хорошую танцевальную залу, а верхний, ближний к особняку, возвышался над уклоном парка подобно широкому мосту. Площадки были уложены затейливой плиткой и соединялись изящными лестницами из светлого камня.
И, конечно же, по террасе уже гуляли люди.
– А еще там тоже нежить. – Продолжил Себастьян. – Вроде той, что была у входа. Видишь, ближе к пруду, там, где все усыпано чем-то белым – наверняка, опять идиотские лепестки…
Агата раздраженно дернула плечом и первая ступила на аллею. Себастьян последовал за ней.
– …честное слово, если это лорд Октиус, то он перещеголял себя, – громко говорила румяная дама в розовом платье, тонкая белая полумаска которой почти не скрывала ее лица. Она горделиво улыбнулась и еще повысила голос. – Он рассказывал мне по секрету, что фейерверк будет грандиозный, и длится это будет не меньше получаса. Он отдал своего мастера госпоже Корц, когда она лично...
– Полчаса? – изумилась другая, в сиреневом платье. – Не слишком ли долго? Хорошо, здесь есть куда присесть.
Агата едва не наступила на шлейф румяный дамы, когда та поднялась на первую ступеньку лестницы к среднему ярусу террасы. Аристократка раздраженно цокнула языком и с нескрываемым раздражение повернулась к некромантке. И, так и не сумев сказать ни слова, уставилась на алые глаза Агаты.
– Ох… – только и сказала дама, заметно побледнев.
– Анна, вот ты где! Прошу прощения, моя дочь редко выходит в свет, – как из ниоткуда вынырнул господин Шер.
Никакая маска не мешала ему источать волны обаяния, мягко окатившие румяную аристократку и ее подругу.
– Отец, мы с Эндрю спешим, – быстро сказала Агата, изобразив улыбку.
– О, нет-нет, моя дорогая. Куда бы вы вдвоем не спешили, есть дела поважнее. – Вампир кивнул застывшим дамам и, прихватив Агату за локоток, увлек в сторону.
– Очень в этом не уверена, отец, – напряженно процедила девушка, пытаясь незаметно вырвать руку. Себастьян маячил за ее спиной явно не с самыми добрыми намерениями к вампиру.
– Да послушай же меня!.. Все несколько усложнилось. Видишь ли, госпожа Корц, наконец, вышла к гостям. – Шепнул господин Шер ей на ухо. Затем он глубоко вздохнул. – И она изъявила желание как можно скорее познакомиться со мной и моими отпрысками.
12.05
Вампир выпустил локоть Агаты, но лишь затем, чтобы нервно поправить кружево на собственной манжете.
– Невозможно. Это не может быть Амелия Корц, – прошептала некромантка.
– Это еще почему?..
– Госпожа Корц мертва, – просто сказала девушка.
Клауд замер, забыв стереть с лица любезную улыбку. Отец Измаил, все это время незаметно присутствующий рядом, явно хотел услышать пояснения и шагнул ближе.
Некромантка кинула взгляд вскользь на разодетую толпу. Гости неподалеку, к счастью, не обращали на них внимание, слишком увлеченные светскими беседами и чудесным прохладным шампанским.
«Тот нежить-некромант, он уже сбежал? Где он?» – Мысленно обратилась она к Себастьяну, воспользовавшись магией печати.
Напарник качнул головой в сторону особняка.
– Не говорите мне, что вы к этому как-то причастны… – выдохнул господин Шер сквозь белоснежные зубы. – Нет, только не здесь, не под личиной моих детей… Это будет абсолютная катастрофа для положения вампиров в Рэймоне!
– Да не парься ты так, все в полном порядке. – Себастьян фамильярно хлопнул господина Шер по плечу, заставив того от неожиданности вздрогнуть. – Мы здесь не причем. Да и мертва она довольно давно, чтобы кто-то вдруг решил бы нас подозревать.
– Насколько давно? – Обманчиво спокойно уточнил Клауд, неуловимым движением скидывая с себя руку.
– Я бы дал лет шесть. – Потянул Себастьян. – Может, около семи.
– Что?.. – Клауд, казалось, потерял дар речи.
– Вот как. Да не оставит Седьмица ее несчастную душу. – Медленно изрек отец Измаил. К чести бывшего карателя, он держал себя в руках лучше, чем вампир. – Но, насколько помню, фонду ее имени примерно столько же лет. Не таким ли образом семья Амелии почтила ее память, зачем-то утаив от всех сам факт смерти?.. Так получается, вы нашли могилу госпожи Корц?
– Что-то вроде того, – кивнула Агата, не желая тратить драгоценное время на подробные объяснения. – В любом случае, Амелия Корц – я имею в виду, настоящая Амелия Корц – не имеет никакого отношения к тому, что сейчас твориться в Рэймоне.
– Что за нелепейший фарс, – со злостью фыркнул вампир. – Зачем прикрываться ее именем? Что тут происходит? И кто же тогда, простите, пожелал познакомиться с моим семейством?..
– Это мы скоро и выясним, – негромко откликнулась Агата.
В отличие от господина Шер она догадывалась, зачем смерть Амелии могли бы утаить близкие погибшей. Крайне неприятные подозрения, связывающие в логическую цепочку многие, прежде разрозненные события, тяжестью легли на сердце. Некромантка посмотрела на напарника, на мгновение позабыв, что из-за идиотской маски она не увидит выражение его лица.
Он как ни в чем ни бывало продолжал подтрунивать над вампиром и в целом вел себя достаточно легкомысленно, чтобы, хорошо его зная, Агата окончательно утвердилась в своей догадке.
Клауд каким-то обреченным жестом подозвал служанку – все они сегодня были наряжены в одинаковые красные платья с золотистой цветочной вышивкой – и та, сразу поняв, что господин хочет, пригласила последовать за собой.
Все поддельное семейство Шер во главе с самим вампиром преодолели террасу в полном молчании. Путь, выбранный служанкой, уводил прочь от доносящейся музыки, и вскоре стало слышно, как деликатно шелестела юбка из алой тафты.
– Куда вы нас ведете? – Спросила Агата в повисшей тишине. – Я думала, Амелия Корц ждет нас где-то в бальном зале.
– Не стоит беспокоиться. Наша госпожа хочет с вами поговорить и поэтому выбрала для встречи более уединённое место.
Служанка кивнула охране у знакомой некромантам лестнице и повела всю компанию на второй этаж. Стоило им ступить в длинный коридор, как провожающая остановилась, достала из складок платья сложенный листок бумаги и с дежурной улыбкой протянула господину Шер.
Паучьи лилии.
Так вот где собрали букет, который некромантка получила от рыжего посыльного с щербинкой, его же загадочного Мыши, постоянно появляющегося на их пути.
Себастьян, растеряв весь свой первоначальный пыл, остановился посреди оранжереи и оглянулся через плечо.
– Мертвые боги… – Едва не простонал он. – Ну, конечно… Агата, уходи из этого места! Я же на мольхарском говорил, паучьи лилии опасны. Не хватало только, чтобы ты надышалась этой дрянью и отключилась прямо здесь…
Некромантка не слушала его. Ее ожерелье завибрировало.
Она медленно пошла вперед, наконец, заметив среди цветов нежить, из-за которой они с Себастьяном сюда попали.
На низкой плите из светлого мрамора, вытянувшись во весь рост, лежала женщина. Кто-то с удивительно бережностью расправил складки платья и сложил ее руки на груди.
Она была очень худа, как бывают худы мучимые долгой болезнью. Пышное красное платье не скрывало остроты ключиц и неестественной тонкости запястий. Распущенные русые волосы серебрила обильная седина – они рассыпались по мраморной плите, длинными прядями смешиваясь с опавшими лепестками паучьих лилий.
Глаза женщины были закрыты, а лицо – обращено вверх. И оно кого-то напоминала Агате, того, кого она видела совсем недавно.
– Неужели… Амелия Корц?.. – Негромко охнула Агата.
Она узнала ее из-за картины. Хотя портрет явно был написан минимум десяток лет назад.
– Что все это значит? – Громко спросила некромантка. – Амелия Корц, почему вы…
Агата услышала за спиной глубокий вздох Себастьяна.
– Нет смысла задавать вопросы. Она тебе не ответит. Как видишь, она глубоко мертва.
Глаз Агаты едва заметно дернулся.
– Твои шутки сейчас неуместны! Ты говорил, что здесь может быть новообращенный лич, и вообще, какая-то аномалия, а теперь…
– Это моя вина. Я, кажется, теряю хватку, раз принял обычное кощунство за аномалию. – Напарник встал рядом с Агатой и отодвинул маску. – Да, эта женщина совершенно точно пуста. И у меня нет сомнений, что ее душа достаточно давно покинула бренное тело.
– Пуста?.. – переспросила Агата.
– Как и любой другой низший мертвяк. – Удивительно сдержанно улыбнулся Себастьян. – У нее нет души. Нет личности. Как и памяти, разума, эмоций... Только исключительно щедро влитая некротика, которая обернула гниение вспять. Слишком много для такой мелочи, но, возможно, тот, кто сделал это, желал надолго забыть о проблеме сохранности тела. В любом случае, он обладает тонким мастерством и огромным опытом. Вложить столько в это слабое тело… Но, когда некротика развеется, уверяю, ты не отличишь эту нежить от обычного упыря.
Агата подошла ближе и остановилась всего в нескольких шагах от Амелии Корц.
– Эта не просто труп. – Упрямо сказала она. – Это нежить. И она лежит, никак не реагируя на близость человека. Это нехарактерно для низших мертвяков. Может, ее хозяин не желает, чтобы она нападала?
– Нет. Я не чувствую и толики чужой воли в ее присутствии. – Качнул головой Себастьян. – А значит, у нее нет хозяина. Эту нежить определенно подняли силой, но она никому не служит.
– Так, Бездна подери, почему поднятый труп так неподвижен?!
– Это все паучья лилия, Агата. – С какой-то усталостью откликнулся Себастьян. – Смертные навсегда засыпают, долго вдыхая ее запах, а нежить – обретает покой…
Он коснулся красного мраморный плиты и смахнул лепесток.
– … Если так можно назвать абсолютную пассивность, в которую впадают низшие мертвые из-за аромата пыльцы этого цветка. Знаешь, на моей родине, еще задолго до моего рождения, паучьи лилии сажали на кладбищах… Если, конечно, там доставало воды. Отчасти именно поэтому паучья лилия сакральный символ Дейшар. Символ дара смерти. И ее равнодушной богини.
Агата с минуту молчала, разглядывая профиль Амелии Корц. Женщины, которая давно была мертва – но не для тех, кто приехал на устроенный якобы ею праздник.
– Но… Я не понимаю. Зачем?
– Судя по тому, что мы видим, кому-то госпожа Корц была очень дорога. Причем настолько, что этот кто-то решился поднять ее из могилы. Возможно, он просто не знал основ – душа Амелии покинула тело в момент ее смерти, и никакая некромантия не могла помочь вернуть ее обратно. Ну, или этот некромант абсолютно чокнут. По мне, может, и не скажешь, но даже для меня подобное за гранью…
– Постой, – медленно сказала Агата, – правильно ли я поняла, ты считаешь, что тот, кто ее поднял из мертвых и тот, кто восстановил тело – два разных некроманта?
– Естественно. Подумай сама. Только маг уровня истинного повелителя мертвых может легко распоряжаться большим количеством некротики. Но личи лишены глубоких чувств. Да и чтобы сохранить тело, не обязательно было так издеваться над останками Амелии Корц… Кто-то из высшей нежити, и далеко не за доброе слово, исправил чужую ошибку.
– Просто упокоить несчастную значило навсегда превратить ее в горстку тлена и костей. – Прошептала некромантка. – Что, наверняка, не устроило бы того, кто ее воскресил. Происхождение происхождением, но господин Корц, судя по всему, так любивший свою жену…
– По моему личному опыту, никогда не стоит связываться с Дланью Дейшар. – Мрачно улыбнулся Себастьян.
09.05
Агата собиралась что-то сказать, когда ее локоть неловко соскользнул с края мраморного ложа, сбивая с мысли. Девушка вдруг поняла, что и сама не заметила, что оперлась на плиту. Для нее это было слишком беспечно, когда в двух ладонях лежала нежить, пусть и спящая под ароматом особых цветов.
Кстати, на счет цветов. Сладость в воздухе стала менее выраженной, как бывает, когда привыкаешь к чересчур сильному запаху и почти перестаешь его замечать. Вкрадчивая, ненавязчивая сонливость успела незаметно утяжелить веки.
Агата инстинктивно мотнула головой, будто это могло помочь скинуть подступившую дремоту.
– Пойдем отсюда. – Услышала она голос Себастьяна. – Тебе пора на свежий воздух. Кроме того, за нами следят… Никакого уважения к личной жизни. Мало ли чем может заниматься уединившаяся парочка во время прогулки?
– Себастьян, ты… – Агата поперхнулась и моргнула. – Следят?
Без лишних сантиментов напарник схватил ее за руку и потащил в сторону выхода. Та непонимающе оглянулась, силясь понять, что Себастьян имел в виду.
Сломанная дверь тревожно скрипнула. Некромантка не без облегчения сделала глубокий вдох, но у нее не было времени насладиться моментом.
От зарослей напротив отчетливо повеяло некротикой, и стоило Агате взглянуть на них, как раздался звук ломающихся веток и удаляющийся шорох листьев.
– Еще один мертвец, – сказал Себастьян, отряхивая манию от несуществующей грязи. – Вполне разумный, кстати. Но далеко не лич. Сколько же здесь мертвых недоразумений, один одного краше.
– Низший и разумный… Мертвый некромант. Прямо, как наш серийный убийца, – заметила Агата и вздрогнула. – Бездна! Да чего ты ждешь?!
Некромантка сделала резкий шаг вперед и тут же опасно покачнулась, цепляясь за низкие ветви ближайшего фруктового дерева. Как никогда она ненавидела эти треклятые паучьи лилии, чтобы им всем иссохнуть!
– Для начала приди в себя. – Себастьян чуть наклонил голову, что с учетом его птичьей маски выглядело достаточно жутко. – Или бросить тебя прямо здесь? Ты и без дурманящей пыльцы ходячая мишень. Может, мне сразу обвязать тебя подарочной ленточкой и преподнести местному лже-культу?
– Я в порядке, – с нажимом пробормотала Агата. – Просто иди и…
Ветка выскользнула из ее пальцев. Себастьян в последний момент поймал Агату за талию и, пробормотав какое-то смутно знакомое ругательство, уже отработанным движением забросил себе на плечо.
– Седьмица, только не снова… – простонала Агата, вцепляясь в его плащ. – Что за вечное проклятье?.. Я тебе не мешок с костями, слышишь?
Себастьян молча перехватил ее поудобнее и сорвался с места.
Бешено замельтешили стволы деревьев, тонкие ветви хлестнули по кружевным перчаткам. Агата скрипнула зубами, но мысленно признала правильность решения Себастьяна, моля Седьмицу лишь о том, чтобы не оставить маску или кусок платья где-то в глубоких зарослях.
Судя по рывкам напарника Агаты, нежить впереди петляла. И она оказалась достаточно быстра, чтобы Себастьян мгновенно не догнал ее.
Все закончилось неожиданно быстро. Себастьян резко затормозил, от чего девушка поморщилась, с трудом сдерживая содержимое желудка.
Себастьян опустил Агату на землю и его руки соскользнули с ее плеч только тогда, когда он удостоверился, что девушка может стоять.
– В чем дело?! Почему мы остановились? – Прошипела она.
– Тебе не угодишь… Он там, – некромант указал в просвет между кронами. – Но схватить его так просто не получится. Если, конечно, мы не хотим вызвать сильный переполох.
Агата повернулась и увидела усыпанную гравием и ярко освещенную аллею, а прямо за ней – вид на террасу особняка.
Она оказалась огромной. Отсюда было сложно судить наверняка, но некромантка насчитала три уровня: нижний ярус террасы уходил в сторону слабо поблескивающего пруда, средний был шириной с хорошую танцевальную залу, а верхний, ближний к особняку, возвышался над уклоном парка подобно широкому мосту. Площадки были уложены затейливой плиткой и соединялись изящными лестницами из светлого камня.
И, конечно же, по террасе уже гуляли люди.
– А еще там тоже нежить. – Продолжил Себастьян. – Вроде той, что была у входа. Видишь, ближе к пруду, там, где все усыпано чем-то белым – наверняка, опять идиотские лепестки…
Агата раздраженно дернула плечом и первая ступила на аллею. Себастьян последовал за ней.
– …честное слово, если это лорд Октиус, то он перещеголял себя, – громко говорила румяная дама в розовом платье, тонкая белая полумаска которой почти не скрывала ее лица. Она горделиво улыбнулась и еще повысила голос. – Он рассказывал мне по секрету, что фейерверк будет грандиозный, и длится это будет не меньше получаса. Он отдал своего мастера госпоже Корц, когда она лично...
– Полчаса? – изумилась другая, в сиреневом платье. – Не слишком ли долго? Хорошо, здесь есть куда присесть.
Агата едва не наступила на шлейф румяный дамы, когда та поднялась на первую ступеньку лестницы к среднему ярусу террасы. Аристократка раздраженно цокнула языком и с нескрываемым раздражение повернулась к некромантке. И, так и не сумев сказать ни слова, уставилась на алые глаза Агаты.
– Ох… – только и сказала дама, заметно побледнев.
– Анна, вот ты где! Прошу прощения, моя дочь редко выходит в свет, – как из ниоткуда вынырнул господин Шер.
Никакая маска не мешала ему источать волны обаяния, мягко окатившие румяную аристократку и ее подругу.
– Отец, мы с Эндрю спешим, – быстро сказала Агата, изобразив улыбку.
– О, нет-нет, моя дорогая. Куда бы вы вдвоем не спешили, есть дела поважнее. – Вампир кивнул застывшим дамам и, прихватив Агату за локоток, увлек в сторону.
– Очень в этом не уверена, отец, – напряженно процедила девушка, пытаясь незаметно вырвать руку. Себастьян маячил за ее спиной явно не с самыми добрыми намерениями к вампиру.
– Да послушай же меня!.. Все несколько усложнилось. Видишь ли, госпожа Корц, наконец, вышла к гостям. – Шепнул господин Шер ей на ухо. Затем он глубоко вздохнул. – И она изъявила желание как можно скорее познакомиться со мной и моими отпрысками.
12.05
Вампир выпустил локоть Агаты, но лишь затем, чтобы нервно поправить кружево на собственной манжете.
– Невозможно. Это не может быть Амелия Корц, – прошептала некромантка.
– Это еще почему?..
– Госпожа Корц мертва, – просто сказала девушка.
Клауд замер, забыв стереть с лица любезную улыбку. Отец Измаил, все это время незаметно присутствующий рядом, явно хотел услышать пояснения и шагнул ближе.
Некромантка кинула взгляд вскользь на разодетую толпу. Гости неподалеку, к счастью, не обращали на них внимание, слишком увлеченные светскими беседами и чудесным прохладным шампанским.
«Тот нежить-некромант, он уже сбежал? Где он?» – Мысленно обратилась она к Себастьяну, воспользовавшись магией печати.
Напарник качнул головой в сторону особняка.
– Не говорите мне, что вы к этому как-то причастны… – выдохнул господин Шер сквозь белоснежные зубы. – Нет, только не здесь, не под личиной моих детей… Это будет абсолютная катастрофа для положения вампиров в Рэймоне!
– Да не парься ты так, все в полном порядке. – Себастьян фамильярно хлопнул господина Шер по плечу, заставив того от неожиданности вздрогнуть. – Мы здесь не причем. Да и мертва она довольно давно, чтобы кто-то вдруг решил бы нас подозревать.
– Насколько давно? – Обманчиво спокойно уточнил Клауд, неуловимым движением скидывая с себя руку.
– Я бы дал лет шесть. – Потянул Себастьян. – Может, около семи.
– Что?.. – Клауд, казалось, потерял дар речи.
– Вот как. Да не оставит Седьмица ее несчастную душу. – Медленно изрек отец Измаил. К чести бывшего карателя, он держал себя в руках лучше, чем вампир. – Но, насколько помню, фонду ее имени примерно столько же лет. Не таким ли образом семья Амелии почтила ее память, зачем-то утаив от всех сам факт смерти?.. Так получается, вы нашли могилу госпожи Корц?
– Что-то вроде того, – кивнула Агата, не желая тратить драгоценное время на подробные объяснения. – В любом случае, Амелия Корц – я имею в виду, настоящая Амелия Корц – не имеет никакого отношения к тому, что сейчас твориться в Рэймоне.
– Что за нелепейший фарс, – со злостью фыркнул вампир. – Зачем прикрываться ее именем? Что тут происходит? И кто же тогда, простите, пожелал познакомиться с моим семейством?..
– Это мы скоро и выясним, – негромко откликнулась Агата.
В отличие от господина Шер она догадывалась, зачем смерть Амелии могли бы утаить близкие погибшей. Крайне неприятные подозрения, связывающие в логическую цепочку многие, прежде разрозненные события, тяжестью легли на сердце. Некромантка посмотрела на напарника, на мгновение позабыв, что из-за идиотской маски она не увидит выражение его лица.
Он как ни в чем ни бывало продолжал подтрунивать над вампиром и в целом вел себя достаточно легкомысленно, чтобы, хорошо его зная, Агата окончательно утвердилась в своей догадке.
Клауд каким-то обреченным жестом подозвал служанку – все они сегодня были наряжены в одинаковые красные платья с золотистой цветочной вышивкой – и та, сразу поняв, что господин хочет, пригласила последовать за собой.
Все поддельное семейство Шер во главе с самим вампиром преодолели террасу в полном молчании. Путь, выбранный служанкой, уводил прочь от доносящейся музыки, и вскоре стало слышно, как деликатно шелестела юбка из алой тафты.
– Куда вы нас ведете? – Спросила Агата в повисшей тишине. – Я думала, Амелия Корц ждет нас где-то в бальном зале.
– Не стоит беспокоиться. Наша госпожа хочет с вами поговорить и поэтому выбрала для встречи более уединённое место.
Служанка кивнула охране у знакомой некромантам лестнице и повела всю компанию на второй этаж. Стоило им ступить в длинный коридор, как провожающая остановилась, достала из складок платья сложенный листок бумаги и с дежурной улыбкой протянула господину Шер.
