Дни отдыха и впрямь превратились в очередные учебные дни, только не за партами или на полигонах, а в заброшенных деревнях, где ещё встречалась нежить, в архивах Владыки или на границах и вблизи порталов между мирами. Везло тем, кто в такие моменты оказывался неподалёку от своего родного дома. Плюнув на сон, эльфы успевали за одну ночь домчать до дома, повидаться с родителями или друзьями и вернуться к утреннему построению. Однажды и Тилю повезло таким образом, но он промолчал – с годами юноша чувствовал всё меньшую связь с дедом и прочей роднёй.
Сама практика, звучавшая так романтично и вдохновляюще, оказалась нудным патрулированием абсолютно спокойной местности с обязательной лекцией иссингеля о том, какие виды нечисти или нежити могут прятаться в похожих районах, как с ними бороться и что делать, если победить магией не получается. Дождь, снег, изнуряющая жара подобному уроку помехой не считались. Как ни крути, боевых магов готовят, а не томных комнатных эльфиек воспитывают.
Чуть интереснее было, когда всю группу в десяток эльфов срочно вытаскивали на какое-нибудь задержание нелегальных путешественников между мирами. Здесь было, на что посмотреть и чего послушать, к тому же часто, кроме боевиков, у таких переходов появлялись и стихийные маги, в том числе и братья Заоллены. А один раз падинам довелось даже настоящего демона увидеть. И вот если бы иссингель не сказал, что это – демон, сами бы нипочём не догадались. А высокий мужчина, черноволосый, с пронзительными чёрными глазами, весь в чёрном (траур у него что ли? – попытался пошутить Лад и едва не был отправлен в школу) с лёгкой насмешкой осмотрел падинов и бросил:
- Из всего десятка лишь один толковый маг? Закрытые границы и ауру пространства истончают.
- Не в нашем ведомстве, лорд Кайссандиор, - напряжённо ответил эльф из пограничного отряда.
- И то верно, это проблемы Третьего.
Потом уже падинам сказали, что видели они Тринадцатого стража – самого загадочного из всех Пограничных Стражей, которому уже две сотни лет никто не бросал вызова на Турнире Стражей. Эльфы возбуждённо обсуждали увиденное и услышанное, а Тиль делал свои выводы. Выходит, дело не только в любви? Есть что-то ещё, что мешает появляться на свет сильным магам?
Вообще вопросов становилось всё больше, но иссингели не торопились на них отвечать, предоставляя падинам возможность самим находить ответы. Что правильно? Как не ошибиться? Где спрятана истина?
- Вас уже учили слушать, слышать и запоминать, - вещал древний эльф, лорд Торресиаль, настолько древний, что и сам уже не помнил всей своей жизни. – Теперь учитесь анализировать услышанное, делать выводы и мыслить. Ибо выбор есть движение мысли во имя достижения цели. А уж цель, если не поставите перед собой сами, вам всяко укажут.
Мудрые слова запомнились Тилю, потому что он бы предпочёл сам строить свою судьбу. Вот достигнет возраста самостоятельности – и повторит путь отца! Ниуррасиль, кстати, несколько раз приезжал в школу навестить сына. Однажды не застал – падины были на практике, в другой раз не смог задержаться надолго, ещё как-то даже читал лекцию по порталам – просто попросили помочь. Всё равно приятно было сознавать, что есть хоть кто-то, кому ты нужен и дорог.
Спустя некоторое время начались самостоятельные выезды на смешанную практику. Собирали группы из четырёх-пяти эльфов, падинов Высшей школы боевой и стихийной, назначали руководителя – падина со старшего курса – и воюйте, как знаете. Теперь стало понятно, почему две школы были расположены поблизости, а иссингели пояснили: в любой хорошей команде должны быть маги, обладающие разными способностями.
В своё первое такое задание Тиль отправился вместе с Гатладорелем и Тайлодоналем. За несколько лет обучения в Высшей школе близнецы повзрослели, возмужали, но своего специфического чувства юмора не утратили. А потому буквально на следующий день они учинили безобразие – наложили на себя иллюзию скелетов. Руководитель группы, эльф из Дома, приближенного к Владыке, не обратил внимания на деяние малолеток – так он презрительно обозвал свою группу. Расстроившись, юноши вернули себе первозданный облик, накинув иллюзию скелетов на лошадей, чем вызвали переполох у жителей какой-то деревеньки. Старшекурсник, наконец, обратил внимание на хулиганов, отчитав их от души.
Лошадей в порядок они привели, но в отместку братцы сотворили позади него морок весьма потрёпанного зомби с мерцающими алым цветом глазами. Городок, через который довелось проезжать, слыл мирным местом. Лорд Вайс, так велел называть себя старшекурсник, планировал попроситься на ночлег к городскому главе, но Заоллены довольно тёрли руки, наблюдая, как в испуге прячутся жители. Эльф недоумевал, в чём дело, пока не остановил случайного прохожего. Дрожа и заикаясь от страха, тот пояснил, что некромантов в городе не почитают. Тогда-то только и раскрылась забава мстительных близнецов.
Ох, и орал же лорд Вайс! Весь городок слышал эпитеты, которыми он осыпал Лода и Лада, объясняя, что шутка вовсе не смешная. Те только улыбались во все зубы, а потом хохотали вместе в Тилем и Кантеурилем, четвёртым в их группе, когда старший так и не сумел развеять иллюзию. Да уж, один маг против близнецов ничего не стоил.
Эту практику им зачли с большой натяжкой, но после вся школа шёпотом передавала от одного к другому, что даже иссингели то и дело вворачивали фразу: «Вот зачаруют тебя Заоллены, то-то за тобой зомби побегают!»
На практике же Тиль осознал и то, ради чего принимается у всех магов клятва. Из камня, дарующего связь, он давно уже с помощью отца изготовил серьгу, которую, не снимая, носил в левом ухе. И как-то раз вдруг почувствовал страшное жжение. Камень амулета раскалился едва не добела, что означало – рядом маг, которому требуется помощь.
Поскуливая от боли, Тиль как руководитель спешно выстраивал заклинание перемещения, используя вместо чётких координат тонкие линии силы, что опутывали серьгу. Вынесло его с группой на какое-то горное плато. Резкий ветер врывался в лёгкие и нёс с собой настолько ледяной воздух, что невозможно было вдохнуть ещё раз. Глаза тут же заслезились, и сквозь полуопущенные ресницы эльфы разглядели то, что не заметили сразу. Над самым краем обрыва неправильной кляксой чернело пятно незарегистрированного портала, а под ним, весь в крови, лежал бессознательный маг. Видимо, он прошёл по сигналу на место возмущения ауры пространства, но столкнулся с кем-то, кому не смог противостоять.
Закрыть портал, а тем более искать тех, кто прорвался в Силиралион, Тиль не мог себе позволить – сегодня с ним были младшекурсники, за которых он отвечал. Коротко комментируя свои действия, эльф наложил на портал заклинание ловчей сети, подсказал подопечным, какие исцеляющие заклинания они могут использовать в настоящий момент, и вызвал подмогу. Амулет вновь обжёг силой, но Тиль просто не обратил на это внимания. Пусть он и не планировал возвращаться к деду, защищать свой мир ему это не должно помешать.
Возвращаться всё же пришлось, потому как одним из следующих практических заданий оказалось выслеживание каких-то тёмных созданий, окопавшихся в лесном массиве Тордейн. Пришла память о последнем пути через этот лес. После изучения магического следа неизвестных, юноше стало казаться, что те разбойники были чем-то схожи с новой проблемой – лес до сих пор был пронизан отзвуками тёмной силы похожей на ту, которую он привычно сдерживал в себе.
Конечно, группа Эстаззийаился удивилась бы, если бы он не появился в усадьбе своего Дома.
Казалось, время здесь остановилось. По-прежнему цвели клумбы у главного крыльца, тяжко поскрипывал на ветру вяз, с помощью которого мальчишкой Тиль сбегал из дома. Сновали по дорожкам домочадцы, где-то звенели клинки, наверное, шла тренировка. Лошадей приняли и увели знакомые, постаревшие слуги. Привычно налетели ласкаться фаркасы – выведенные местными псы.
К деду провожал Шулин, недавно сменивший отца на должности управляющего. По годам он был равен Тилю, но, будучи полукровкой, выглядел старше. Да уж, теперь и не скажешь ему «Привет, как дела», даже обратился бывший друг как к постороннему – оду-Валькарр, то есть маг. А вот дед ни капли не изменился – всё так же щурил зелёные глаза насмешливо улыбался и плёл свою паутину, словно огромный паук. По крайней мере, этого ожидал Тиль.
- Внук! – приветствовал он Эстаззийаиля, чуть привстав в знак приветствия. – Давно тебя не было в родных краях. Спасибо, знакомые предавали, что у тебя всё хорошо. Думали, ты уж дорогу к своему Дому позабыл.
- Дед, - юноша почтительно поклонился, но в голосе его звенел лёд. – Рад видеть вас здоровым. Обучение не позволяло мне выкроить время, дабы навестить вас. А теперь вот по заданию мы прибыли в наши края, и я явился засвидетельствовать вам своё уважение.
Корриоталь заметно поморщился. То ли от стылого тона внука, то ли от безразличия его слов. Стандартный набор фраз, который обычно говорят абсолютно посторонним эльфам, резал ухо. Неужели ему вдруг стало не всё равно? На память пришли выводы отца и Лиуссайнааля о том, что Валькаррам просто нужен некромант для усиления Дома. Эстаззийаиль мысленно усмехнулся: теперь-то он знает замыслы старого интригана и больше не попадётся на провокацию!
- Представь нам своих друзей, - продолжил между тем глава Дома.
Дяди и братья, находящиеся рядом с главой Дома согласно кивнули.
- Это моя команда, с которой мы выполняем задание. Господа Марлат, Шерру и Савой, - притихшие первокурсники вежливо кланялись, когда Тиль называл их имена. – С вашего позволения, сегодня мы переночуем, а завтра отправимся дальше.
- Что же за задание в наших мирных краях? – Тилю вспомнилось, что дядя Тэикаэль, наследник Дома, всегда его недолюбливал. – Наверное, не так ты силён, как о том говорят, что тебя к Дому ближе отправили.
- Вы ошибаетесь, лорд Тэикаэль, - всё тем же замороженным тоном отвечал Тиль. – Дороги Тордейна и сорок лет назад были неспокойны, а сейчас всё чаще поступают жалобы от жителей самого леса.
- Ну, что ж, Тиль, - продолжил насмехаться дядя, - коль не встретишь достойного противника, возвращайся, твоя семья ещё не забыла, что такое хорошая драка.
Дед молчал. Наверное, Эстаззийаиль ждал, что он вмешается, одёрнет своего старшего сына, но нет – наследнику никто не противоречил. Обида, слабая, словно давно уже изжитая, кольнула сердце и растаяла. Какая разница, что думают и говорят о нём эльфы, мнение которых давно уже перестало быть значимым? Осталось совсем немного – год в Высшей школе, десять лет в Пограничной сотне – и он свободен!
Комнату Тилю выделили его прежнюю, а вот чтобы команду поселили с ним рядом, пришлось поругаться. Прислужницы едва не рыдали, объясняя, что лорд Тэикаэль запретил пускать эльфов не высоких Домов выше первого этажа. Тиль рычал и велел готовить тогда и себе комнату внизу, на что девушки отвечали - не положено, потому как лорд член семьи. Хотелось ругаться и смеяться.
Прения продолжались до тех пор, пока на шум не вышла леди Миунниати, дочь Тэикаэля.
- Исполнять, - коротко велела она, выслушать причину спора и требования юноши, затем обратилась к Тилю: - Прости отца, он стал жесток.
- Он ко мне никогда и не был снисходителен.
- И в том правда, - нежная, как цветок, с пылающими закатным пламенем волосами, Миунниати опустила голову. – Лорд Корриоталь рад твоему приезду, но никогда тебе этого не скажет, Тиль. И многие скучали. Жаль, что ты думаешь иначе и не хочешь навещать нас.
- Леди Нита, - Эстаззийаиль поклонился женщине, осторожно целуя её руку, - благодарю за ваши слова. Но вынужден признать – здесь давно уже нет моего дома.
И вскоре он отправится на поиски места, которое назовёт своим. Осталось потерпеть совсем чуть-чуть.
По Тордейну бродили почти неделю. Первокурсники, степные эльфы, среди деревьев чувствовали себя неуверенно, и Тилю приходилось объяснять и показывать им буквально прописные истины, известные каждому выросшему под сенью великих деревьев. Ни следов нечисти, на которую жаловались местные жители, ни незаконных порталов, ни залётных разбойников – дороги были чисты. А едва заметное присутствие тёмного эха могло ничего и не значить.
- Мы просто не там ищем, – уверял Шерру, лучший следопыт своего потока. – Здесь ходит весьма много народу, вот след и поистрепался. Надо…
А что надо, он и не мог предложить, потому как лес – не его вотчина. Так, наверное, и уехали бы они ни с чем, если бы однажды не началась гроза. Степные рассказывали, что дома у них грозы страшные – во всё небо сверкают молнии, стрелами пронзающие небеса. Деревья, курганы, случайные путники – неведомо, что может навлечь на себя гнев Создателей, никому и ничему нет спасения от стихии. Но и магам хорошо, потому как энергия, выделяемая разрядами, скапливается в особых амулетах, а некоторая нечисть так вообще специально вылезает из укрытий, чтобы «подзарядиться».
Марлат и сам не единожды отправлялся в грозу в степные дали, чтобы ловить молнии. Он и тут сумел бы смастерить амулет, чтобы набрать сил, но Тиль не велел. Сказал, что здесь грозы иные, не то что в степях. Только благодаря этому маги и сумели заметить, что молнии почему-то кучно ложатся вокруг одного и того же места.
Осторожно пробираясь под мокрыми ветвями деревьев, приблизились к загадочной аномалии и обнаружили магический купол, о который и разбивались заряды.
- Амулеты, - прошептал на ухо руководителю Марлат. – Могу снять незаметно.
- А сам по макушке не получишь? – насмешливо побеспокоился Савой. Его талантов Тиль пока не знал, но вряд ли ученику Лиуссайнааля, как его продолжали называть, подсунули бы негодящего эльфа в команду.
Взвесив все за и против, Тиль кивнул – можешь, значит делай. Во тьме, наполненной шумом дождя, было сложно разобрать, что именно делал степной, но постепенно кольцо молний расширялось, оказываясь за спиной эльфов. Позже Марлат пояснил, что он просто расширил границу, нейтрализовав одни амулеты другими. Тиль, никогда не работавший с артефакторами, лишь кивнул – всё эти формулы и схемы были для него, что гномьи договоры: вроде и понятно, о чём речь, а всё равно мимо проскакивает.
Нарушителей оказалось десятка два. Они расположились на глухой поляне, развели костёр. Под деревьями скрывались землянки – так обозвал эти похожие на грибы насыпи Шерру.
- Усыпить бы их и связать, да сил не хватит, - вздыхал Савой, любовно поглаживая меч. – Будем так прорываться, начальник?
- Ждём, - коротко ответил Тиль. – Они заканчивают ужин…
- А мы и не начинали, - буркнул Шерру.
- Скоро пойдут спать, - продолжил невозмутимо юноша. – У меня есть одна травка. Если нюхать её дым, начинает клонить ко сну, а спящий засыпает ещё крепче. Не заклинание, кончено, но силы сэкономим.
Травка – жгун-корень – подействовала достаточно быстро, и команде осталось лишь связать задремавших разбойников. Некоторые из них сумели противиться сну, и тут-то в дело вмешался Савой. Не проявивший себя в качестве сильного мага, он оказался просто великолепным бойцом – быстрым, внезапным, осторожным. Уже после, передав задержанных представителям Пограничной сотни, вызванной с помощью всё той же магической связи, Тиль понял, что не заснувшие воины оказались не эльфами.
Сама практика, звучавшая так романтично и вдохновляюще, оказалась нудным патрулированием абсолютно спокойной местности с обязательной лекцией иссингеля о том, какие виды нечисти или нежити могут прятаться в похожих районах, как с ними бороться и что делать, если победить магией не получается. Дождь, снег, изнуряющая жара подобному уроку помехой не считались. Как ни крути, боевых магов готовят, а не томных комнатных эльфиек воспитывают.
Чуть интереснее было, когда всю группу в десяток эльфов срочно вытаскивали на какое-нибудь задержание нелегальных путешественников между мирами. Здесь было, на что посмотреть и чего послушать, к тому же часто, кроме боевиков, у таких переходов появлялись и стихийные маги, в том числе и братья Заоллены. А один раз падинам довелось даже настоящего демона увидеть. И вот если бы иссингель не сказал, что это – демон, сами бы нипочём не догадались. А высокий мужчина, черноволосый, с пронзительными чёрными глазами, весь в чёрном (траур у него что ли? – попытался пошутить Лад и едва не был отправлен в школу) с лёгкой насмешкой осмотрел падинов и бросил:
- Из всего десятка лишь один толковый маг? Закрытые границы и ауру пространства истончают.
- Не в нашем ведомстве, лорд Кайссандиор, - напряжённо ответил эльф из пограничного отряда.
- И то верно, это проблемы Третьего.
Потом уже падинам сказали, что видели они Тринадцатого стража – самого загадочного из всех Пограничных Стражей, которому уже две сотни лет никто не бросал вызова на Турнире Стражей. Эльфы возбуждённо обсуждали увиденное и услышанное, а Тиль делал свои выводы. Выходит, дело не только в любви? Есть что-то ещё, что мешает появляться на свет сильным магам?
Вообще вопросов становилось всё больше, но иссингели не торопились на них отвечать, предоставляя падинам возможность самим находить ответы. Что правильно? Как не ошибиться? Где спрятана истина?
- Вас уже учили слушать, слышать и запоминать, - вещал древний эльф, лорд Торресиаль, настолько древний, что и сам уже не помнил всей своей жизни. – Теперь учитесь анализировать услышанное, делать выводы и мыслить. Ибо выбор есть движение мысли во имя достижения цели. А уж цель, если не поставите перед собой сами, вам всяко укажут.
Мудрые слова запомнились Тилю, потому что он бы предпочёл сам строить свою судьбу. Вот достигнет возраста самостоятельности – и повторит путь отца! Ниуррасиль, кстати, несколько раз приезжал в школу навестить сына. Однажды не застал – падины были на практике, в другой раз не смог задержаться надолго, ещё как-то даже читал лекцию по порталам – просто попросили помочь. Всё равно приятно было сознавать, что есть хоть кто-то, кому ты нужен и дорог.
Спустя некоторое время начались самостоятельные выезды на смешанную практику. Собирали группы из четырёх-пяти эльфов, падинов Высшей школы боевой и стихийной, назначали руководителя – падина со старшего курса – и воюйте, как знаете. Теперь стало понятно, почему две школы были расположены поблизости, а иссингели пояснили: в любой хорошей команде должны быть маги, обладающие разными способностями.
В своё первое такое задание Тиль отправился вместе с Гатладорелем и Тайлодоналем. За несколько лет обучения в Высшей школе близнецы повзрослели, возмужали, но своего специфического чувства юмора не утратили. А потому буквально на следующий день они учинили безобразие – наложили на себя иллюзию скелетов. Руководитель группы, эльф из Дома, приближенного к Владыке, не обратил внимания на деяние малолеток – так он презрительно обозвал свою группу. Расстроившись, юноши вернули себе первозданный облик, накинув иллюзию скелетов на лошадей, чем вызвали переполох у жителей какой-то деревеньки. Старшекурсник, наконец, обратил внимание на хулиганов, отчитав их от души.
Лошадей в порядок они привели, но в отместку братцы сотворили позади него морок весьма потрёпанного зомби с мерцающими алым цветом глазами. Городок, через который довелось проезжать, слыл мирным местом. Лорд Вайс, так велел называть себя старшекурсник, планировал попроситься на ночлег к городскому главе, но Заоллены довольно тёрли руки, наблюдая, как в испуге прячутся жители. Эльф недоумевал, в чём дело, пока не остановил случайного прохожего. Дрожа и заикаясь от страха, тот пояснил, что некромантов в городе не почитают. Тогда-то только и раскрылась забава мстительных близнецов.
Ох, и орал же лорд Вайс! Весь городок слышал эпитеты, которыми он осыпал Лода и Лада, объясняя, что шутка вовсе не смешная. Те только улыбались во все зубы, а потом хохотали вместе в Тилем и Кантеурилем, четвёртым в их группе, когда старший так и не сумел развеять иллюзию. Да уж, один маг против близнецов ничего не стоил.
Эту практику им зачли с большой натяжкой, но после вся школа шёпотом передавала от одного к другому, что даже иссингели то и дело вворачивали фразу: «Вот зачаруют тебя Заоллены, то-то за тобой зомби побегают!»
На практике же Тиль осознал и то, ради чего принимается у всех магов клятва. Из камня, дарующего связь, он давно уже с помощью отца изготовил серьгу, которую, не снимая, носил в левом ухе. И как-то раз вдруг почувствовал страшное жжение. Камень амулета раскалился едва не добела, что означало – рядом маг, которому требуется помощь.
Поскуливая от боли, Тиль как руководитель спешно выстраивал заклинание перемещения, используя вместо чётких координат тонкие линии силы, что опутывали серьгу. Вынесло его с группой на какое-то горное плато. Резкий ветер врывался в лёгкие и нёс с собой настолько ледяной воздух, что невозможно было вдохнуть ещё раз. Глаза тут же заслезились, и сквозь полуопущенные ресницы эльфы разглядели то, что не заметили сразу. Над самым краем обрыва неправильной кляксой чернело пятно незарегистрированного портала, а под ним, весь в крови, лежал бессознательный маг. Видимо, он прошёл по сигналу на место возмущения ауры пространства, но столкнулся с кем-то, кому не смог противостоять.
Закрыть портал, а тем более искать тех, кто прорвался в Силиралион, Тиль не мог себе позволить – сегодня с ним были младшекурсники, за которых он отвечал. Коротко комментируя свои действия, эльф наложил на портал заклинание ловчей сети, подсказал подопечным, какие исцеляющие заклинания они могут использовать в настоящий момент, и вызвал подмогу. Амулет вновь обжёг силой, но Тиль просто не обратил на это внимания. Пусть он и не планировал возвращаться к деду, защищать свой мир ему это не должно помешать.
Возвращаться всё же пришлось, потому как одним из следующих практических заданий оказалось выслеживание каких-то тёмных созданий, окопавшихся в лесном массиве Тордейн. Пришла память о последнем пути через этот лес. После изучения магического следа неизвестных, юноше стало казаться, что те разбойники были чем-то схожи с новой проблемой – лес до сих пор был пронизан отзвуками тёмной силы похожей на ту, которую он привычно сдерживал в себе.
Конечно, группа Эстаззийаился удивилась бы, если бы он не появился в усадьбе своего Дома.
Казалось, время здесь остановилось. По-прежнему цвели клумбы у главного крыльца, тяжко поскрипывал на ветру вяз, с помощью которого мальчишкой Тиль сбегал из дома. Сновали по дорожкам домочадцы, где-то звенели клинки, наверное, шла тренировка. Лошадей приняли и увели знакомые, постаревшие слуги. Привычно налетели ласкаться фаркасы – выведенные местными псы.
К деду провожал Шулин, недавно сменивший отца на должности управляющего. По годам он был равен Тилю, но, будучи полукровкой, выглядел старше. Да уж, теперь и не скажешь ему «Привет, как дела», даже обратился бывший друг как к постороннему – оду-Валькарр, то есть маг. А вот дед ни капли не изменился – всё так же щурил зелёные глаза насмешливо улыбался и плёл свою паутину, словно огромный паук. По крайней мере, этого ожидал Тиль.
- Внук! – приветствовал он Эстаззийаиля, чуть привстав в знак приветствия. – Давно тебя не было в родных краях. Спасибо, знакомые предавали, что у тебя всё хорошо. Думали, ты уж дорогу к своему Дому позабыл.
- Дед, - юноша почтительно поклонился, но в голосе его звенел лёд. – Рад видеть вас здоровым. Обучение не позволяло мне выкроить время, дабы навестить вас. А теперь вот по заданию мы прибыли в наши края, и я явился засвидетельствовать вам своё уважение.
Корриоталь заметно поморщился. То ли от стылого тона внука, то ли от безразличия его слов. Стандартный набор фраз, который обычно говорят абсолютно посторонним эльфам, резал ухо. Неужели ему вдруг стало не всё равно? На память пришли выводы отца и Лиуссайнааля о том, что Валькаррам просто нужен некромант для усиления Дома. Эстаззийаиль мысленно усмехнулся: теперь-то он знает замыслы старого интригана и больше не попадётся на провокацию!
- Представь нам своих друзей, - продолжил между тем глава Дома.
Дяди и братья, находящиеся рядом с главой Дома согласно кивнули.
- Это моя команда, с которой мы выполняем задание. Господа Марлат, Шерру и Савой, - притихшие первокурсники вежливо кланялись, когда Тиль называл их имена. – С вашего позволения, сегодня мы переночуем, а завтра отправимся дальше.
- Что же за задание в наших мирных краях? – Тилю вспомнилось, что дядя Тэикаэль, наследник Дома, всегда его недолюбливал. – Наверное, не так ты силён, как о том говорят, что тебя к Дому ближе отправили.
- Вы ошибаетесь, лорд Тэикаэль, - всё тем же замороженным тоном отвечал Тиль. – Дороги Тордейна и сорок лет назад были неспокойны, а сейчас всё чаще поступают жалобы от жителей самого леса.
- Ну, что ж, Тиль, - продолжил насмехаться дядя, - коль не встретишь достойного противника, возвращайся, твоя семья ещё не забыла, что такое хорошая драка.
Дед молчал. Наверное, Эстаззийаиль ждал, что он вмешается, одёрнет своего старшего сына, но нет – наследнику никто не противоречил. Обида, слабая, словно давно уже изжитая, кольнула сердце и растаяла. Какая разница, что думают и говорят о нём эльфы, мнение которых давно уже перестало быть значимым? Осталось совсем немного – год в Высшей школе, десять лет в Пограничной сотне – и он свободен!
Комнату Тилю выделили его прежнюю, а вот чтобы команду поселили с ним рядом, пришлось поругаться. Прислужницы едва не рыдали, объясняя, что лорд Тэикаэль запретил пускать эльфов не высоких Домов выше первого этажа. Тиль рычал и велел готовить тогда и себе комнату внизу, на что девушки отвечали - не положено, потому как лорд член семьи. Хотелось ругаться и смеяться.
Прения продолжались до тех пор, пока на шум не вышла леди Миунниати, дочь Тэикаэля.
- Исполнять, - коротко велела она, выслушать причину спора и требования юноши, затем обратилась к Тилю: - Прости отца, он стал жесток.
- Он ко мне никогда и не был снисходителен.
- И в том правда, - нежная, как цветок, с пылающими закатным пламенем волосами, Миунниати опустила голову. – Лорд Корриоталь рад твоему приезду, но никогда тебе этого не скажет, Тиль. И многие скучали. Жаль, что ты думаешь иначе и не хочешь навещать нас.
- Леди Нита, - Эстаззийаиль поклонился женщине, осторожно целуя её руку, - благодарю за ваши слова. Но вынужден признать – здесь давно уже нет моего дома.
И вскоре он отправится на поиски места, которое назовёт своим. Осталось потерпеть совсем чуть-чуть.
По Тордейну бродили почти неделю. Первокурсники, степные эльфы, среди деревьев чувствовали себя неуверенно, и Тилю приходилось объяснять и показывать им буквально прописные истины, известные каждому выросшему под сенью великих деревьев. Ни следов нечисти, на которую жаловались местные жители, ни незаконных порталов, ни залётных разбойников – дороги были чисты. А едва заметное присутствие тёмного эха могло ничего и не значить.
- Мы просто не там ищем, – уверял Шерру, лучший следопыт своего потока. – Здесь ходит весьма много народу, вот след и поистрепался. Надо…
А что надо, он и не мог предложить, потому как лес – не его вотчина. Так, наверное, и уехали бы они ни с чем, если бы однажды не началась гроза. Степные рассказывали, что дома у них грозы страшные – во всё небо сверкают молнии, стрелами пронзающие небеса. Деревья, курганы, случайные путники – неведомо, что может навлечь на себя гнев Создателей, никому и ничему нет спасения от стихии. Но и магам хорошо, потому как энергия, выделяемая разрядами, скапливается в особых амулетах, а некоторая нечисть так вообще специально вылезает из укрытий, чтобы «подзарядиться».
Марлат и сам не единожды отправлялся в грозу в степные дали, чтобы ловить молнии. Он и тут сумел бы смастерить амулет, чтобы набрать сил, но Тиль не велел. Сказал, что здесь грозы иные, не то что в степях. Только благодаря этому маги и сумели заметить, что молнии почему-то кучно ложатся вокруг одного и того же места.
Осторожно пробираясь под мокрыми ветвями деревьев, приблизились к загадочной аномалии и обнаружили магический купол, о который и разбивались заряды.
- Амулеты, - прошептал на ухо руководителю Марлат. – Могу снять незаметно.
- А сам по макушке не получишь? – насмешливо побеспокоился Савой. Его талантов Тиль пока не знал, но вряд ли ученику Лиуссайнааля, как его продолжали называть, подсунули бы негодящего эльфа в команду.
Взвесив все за и против, Тиль кивнул – можешь, значит делай. Во тьме, наполненной шумом дождя, было сложно разобрать, что именно делал степной, но постепенно кольцо молний расширялось, оказываясь за спиной эльфов. Позже Марлат пояснил, что он просто расширил границу, нейтрализовав одни амулеты другими. Тиль, никогда не работавший с артефакторами, лишь кивнул – всё эти формулы и схемы были для него, что гномьи договоры: вроде и понятно, о чём речь, а всё равно мимо проскакивает.
Нарушителей оказалось десятка два. Они расположились на глухой поляне, развели костёр. Под деревьями скрывались землянки – так обозвал эти похожие на грибы насыпи Шерру.
- Усыпить бы их и связать, да сил не хватит, - вздыхал Савой, любовно поглаживая меч. – Будем так прорываться, начальник?
- Ждём, - коротко ответил Тиль. – Они заканчивают ужин…
- А мы и не начинали, - буркнул Шерру.
- Скоро пойдут спать, - продолжил невозмутимо юноша. – У меня есть одна травка. Если нюхать её дым, начинает клонить ко сну, а спящий засыпает ещё крепче. Не заклинание, кончено, но силы сэкономим.
Травка – жгун-корень – подействовала достаточно быстро, и команде осталось лишь связать задремавших разбойников. Некоторые из них сумели противиться сну, и тут-то в дело вмешался Савой. Не проявивший себя в качестве сильного мага, он оказался просто великолепным бойцом – быстрым, внезапным, осторожным. Уже после, передав задержанных представителям Пограничной сотни, вызванной с помощью всё той же магической связи, Тиль понял, что не заснувшие воины оказались не эльфами.
