— Можно, если твои интересы совпадают с интересами королевства, — хмыкнул я, заставив сестру недоумевающе потемнеть.
Она вовсе не глупая, просто ей только четырнадцать, я в её возрасте тоже не знал всех нюансов, догонять начал лишь пару лет назад. Пока наследник не пройдёт обязательную учебную программу на него особо не наседают, хоть и все будут рады, если он подберёт для себя удачную партию ещё до окончания школы. Однако это вовсе не означает, что в Висартия обеими руками «за» раннее вступление в половую жизнь и браки несовершеннолетних, но наследникам престола хорошо бы ещё до совершеннолетия заиметь крепкую базу кандидатов. Официально наследники начинают ходить по банкетам с лет семнадцати, но это не значит, что до тех пор их никому не показывают. Если наследник хорош собой, рано оперился, так сказать, становясь прекрасным лебедем, то делать из него выставочный образец могут начать намного раньше. Но не слишком часто и активно – по праздникам. Агата оперилась довольно рано – уже в тринадцать начала становиться красивой девушкой, тогда мать и стала делать из неё выставочный образец. На каждый крупный праздник мать устраивает бал, наряжает Агату и всем её представляет.
— Ты знаешь, зачем тебя мама причёсывает и наряжает на каждый крупный праздник? — уточнил я.
— В смысле, — скривилась сестра, — она делает это с какой-то целью?
— Да, это репетиция того, что тебя ожидает через пару лет.
— И что же меня ожидает? — насторожилась сестра.
— Ты должна будешь постоянно наряжаться, и посещать абсолютно все банкеты, каковых станет намного больше, чем два-три в год. Ты – девочка, так что твоя основная задача – хорошо выглядеть, чтобы как можно быстрее выйти замуж и оставить потомство. Скорее всего, тебе даже не позволят в институт поступать, ведь так ты потеряешь время, да и твоим главным качеством должна быть – красота, а вовсе не ум. И если тебе удастся выскочить замуж раньше меня, то однажды ты станешь королевой Висартии, но этот титул будет номинальным, править будет твой муж. Посмотри на маму – чем она занимается? Бесконечные балы организовывает, следит за собой и за очагом, порой подписывает какие-то документы, но всё же королевством управляют отец с Дэмиеном. Такое будущее ожидает и тебя. Со мной дела обстоят несколько иначе... мне наоборот надо получить образование, лучше – высшее, но не в художественной сфере, а в той, что позволит мне для начала занять лидирующую позицию в Гнезде.
Слушая меня, Агата сначала недоумевающе изгибала брови, затем начала ошеломлённо моргать, а потом замерла и, даже когда я закончил говорить, она не оттаяла. Поглядев на неё, я тихо невольно посмеялся:
— Прости, если расстроил.
— Но мама ведь оканчивала институт, — напомнила Агата. — Причём она филолог и психолог по образованию, да и замуж вышла поздновато...
— Да, потому что она не хотела всего того, к чему в итоге всё равно пришла. Какой толк от её образования сейчас? Выходит, что она зря потратила время – понимая это, она сделает всё, чтобы ты не повторяла её ошибок, и постарается как можно быстрее выдать тебя замуж.
— Я так не хочу!
— Мало кого волнует, чего ты хочешь...
— Меня волнует, и мне этого достаточно! — важно заявила Агата, вынуждая меня посмеиваться. — Я точно знаю, что не хочу быть пустоголовой красивой куклой в чужих руках! Если я захочу поступить в институт, то я это сделаю! И никто меня не остановит! Как родители могут мне это запретить?
— Ну, по сути, никак... просто они на уши тебе присядут и будут долго гундеть.
— Да и плевать! Это моя жизнь, как захочу, так её и проживу!
— И как именно ты хочешь её прожить? — заинтересовался я. Агата потемнела, не поняв сути. — Ты понимаешь, что рано или поздно один из нас взойдёт на престол?
— Ну, тогда, с моей стороны это будет поздно! — выдала Агата, вновь меня повеселив. — Вот сколько смогу, столько и буду оттягивать с браком! И вообще! Родители воспитывали меня как кошку, что сдохнет через десять лет! И теперь я должна их любить, уважать и слушаться? Вот уж дудки! Я намерена делать всё им наперекор, и тебе советую!
— Эээ... ты о чём?
Агата прокашлялась, спустив ногу с дивана, пересела удобнее и поведала мне свой хитрый план, родившийся прямо здесь и сейчас. Её план заключался в том, чтобы выслушивать советы родителей и делать всё наоборот. Так мы и сговорились – глупо, возможно, но мы были бунтующими подростками с обидой на родителей и бьющим в голову юношеским максимализмом.
Вскоре я подал документы в университет на факультет транспортного строительства, и разразился скандал! Родители требовали забрать документы, присели мне на уши и настаивали на получении другого образования. Но я устоял. Мало того, я окончательно осмелел и заявил, что если они не прекратят атаку, то я поступлю на художку! И они притихли, решив, что лучше уж транспортный, чем художка. Учась в университете, я продолжал работать в транспортном отделе Гнезда, без конца совершенствуясь, изобретая нечто новое. С подачи отца и дяди я периодически заменял руководителя отдела, а незадолго до моего выпуска, ВРИО департамента снабжения решил сменить сферу деятельности, и отец назначил меня на его место. Как только я окончил универ (кстати, с отличием), родители стали настаивать на получении мною высшего образования, но я наотрез отказался. Сговор с сестрой повлиял на это моё решение, но не стал главной движущей силой, на самом деле, я воспылал неистовой любовью к своей работе, с которой отлично справлялся. Встав во главу департамента снабжения, я быстро наладил его работу, мои сотрудники даже на больняки почти не уходили и часто возвращались из отпусков раньше срока. Я, наконец, нашёл своё дело, меня полностью устраивала моя работа, и подниматься выше по карьерной лестнице я не стремился. Мой департамент работал, как швейцарские часы, в то время как главный департамент Гнезда стал загибаться на глазах. У него не было постоянного руководителя, а ВРИО без конца болели, брали отпуска за свой счёт, уходили в декреты и вовсе увольнялись – в общем, воцарилась там текучка. Дядя попросил меня возглавить департамент наблюдения и безопасности хотя бы на время, навести там порядок, я согласился исключительно ради него. Так, по сути, некоторое время я руководил двумя департаментами, периодически осуществляя функцию лидера Гнезда. Однако мы с дядей сразу условились, что это временная мера, тогда же мы и с сестрой договорились, что я уступлю ей место, как только она окончит университет. Я начал вводить её в курс дел до её выпуска, затем порекомендовал её на должность под свою ответственность, заняв позицию её зама. Родители не знали обо всех этих договорённостях и, как только всё это произошло, разумеется, снова разразился скандал. Не успели отец с матерью остыть, как Агата им заявила, что поступает в институт, да ещё и на факультет дизайна! Конечно же, родители уже ей на уши присели, но она оставалась абсолютно непоколебимой. Это ведь Агата Корвин! Ты можешь ездить ей по ушам, сколько вздумается, но если она приняла решение, то чёрта с два его изменит!
Думал я...
По сути, что конкретно подвигло нас с сестрой когда-то начать войну с родителями? Три основных вопроса: учёба, работа/сфера деятельности, брак. Родители проиграли в двух битвах из трёх, казалось, победа у нас с сестрой в кармане, но можно проиграть бой, даже несколько, при этом выиграв войну. И отец с матерью нанесли удар в виде ультиматума... Моему негодованию просто не было предела! Поняв, что по-хорошему не получается, они решили наплевать на демократию и ввести диктатуру! Всё, что я думал обо всём этом, невозможно было описать словами – одни эмоции! Забурлила кровь, и я вновь превратился в бунтующего подростка. Песня с надоедливым мотивом «Бунт, бунт, бунт, устроить бунт!» зазвучала в моей голове. Устроить бунт, помешать родителям, нарушить их планы, разрушить всё, что они намерены выстроить под эгидой «насильственного вступления в брак»!
План был прост: саботировать мероприятия до тех пор, пока родители не угомонятся, пока они не прекратят их устраивать, выставляя нас с сестрой на продажу. Никто не должен пострадать, только система. И первоначально мой план не подразумевал никаких физических атак. Я намеревался внедриться в систему Белого дома Висартии и запустить в неё парочку не особо-то опасных вирусов, тем самым нарушив работу Гнезда, как следствие – и всего королевства. Что станет со страной, если главный государственный орган вдруг перестанет работать хотя бы на час? Наступит хаос. Доводить до каменного века я вовсе не собирался, я просто хотел устроить небольшой сбой, на устранение неполадок и восстановление ушло бы ни мало сил и времени, родителям уже было бы попросту не до банкетов. Ввиду занимаемых ранее должностей я точно знал, как устроена система Гнезда, в своё время даже писал вирусы с целью проверки надёжности системы безопасности. Так вот, после банкета, на котором и был объявлен ультиматум, я полез в систему Гнезда... и был застукан Дэмиеном. Он вывел меня на разговор, и я, поддавшись эмоциям, во всём ему признался. Он мог бы сдать меня или, как минимум, отговорить от этой глупой затеи, но он... поддержал. Как и всегда. И он предложил усовершенствовать мой план, совершив комбинированную атаку на дворец – взлом системы безопасности и физическое нападение непосредственно на дворец, желательно в самый разгар очередного мероприятия – так будет намного эффективнее, считал Дэмиен. Сама по себе идея меня устраивала, но я не хотел, чтобы кто-то пострадал, дядя заверил, что так и будет.
— Мы лишь нарушим систему Гнезда, погромим дворец, попугаем гостей – никто не пострадает, — сказал он.
— Ну, хорошо... — протянул я. — И как мы это сделаем?
— Я сделаю, если... ты поделишься своей магией.
— Но... я не владею атакующей магией.
— Владеешь.
Потемнев, я не сразу сообразил, о чём он, а когда до меня дошло, то я замотал головой:
— Нет, если ты поглотишь часть моей дремлющей магии, то разбудишь её и пробудишь во мне.
— Кто тебе сказал?
— В смысле? Так ведь и работает твоя магия!
— Мой вопрос неизменен. Как именно устроена моя магия, никто не знает, кроме меня. За свою жизнь я напитал немало различных способностей и научился их комбинировать. Твоя магия мне нужна в качестве подпитки, а также в качестве защиты тебя и твоей семьи.
Я непонимающе нахмурился при взгляде на него, тогда он пояснил:
— Твоя магия не может причинить серьёзный вред тебе и твоей крови.
— Ты сказал, что никто не пострадает, — напомнил я. — Вообще никто!
— Прааайс, — устало взвыл Дэмиен, закатывая глаза. — Это не будет целью, но магия может выйти из-под контроля. Если это вдруг случится, то ты и твоя кровь не пострадают. В общем, это своеобразная страховка на случай форс-мажора, не более, но я сделаю всё возможное, чтобы его не произошло.
Одолеваемый сомнениями, я выдохнул и опустил лицо. Помолчав пару секунд, Дэмиен шагнул на меня, сократив и без того небольшую дистанцию. Положив руку мне на плечо, он слегка сдавил трапециевидную мышцу, встряхнул меня и поймал мой взгляд.
— Не доверяешь мне? — уточнил он, заставив меня устыдиться.
— Доверяю, — буркнул я, сглотнув и снова опуская глаза.
— Посмотри на меня, — попросил Дэмиен, и я сделал это на автомате. Он уложил обе руки мне на плечи, разминая трапециевидную мышцу и расслабляя меня. — Я всегда тебя поддерживал, так ведь?
Вместо того чтоб отвести взгляд, я мигнул и машинально кивнул.
— И сейчас я хочу лишь помочь тебе осуществить задуманное тобой. Я хочу усовершенствовать твой план, — заговорил Дэмиен размеренно. — Ты должен мне верить. Никто не пострадает. Я не разбужу твою дремлющую тьму. И возьму так мало, что ты даже почти ничего не почувствуешь.
Из глубины моего подсознания доносился тихий голос, призывающий меня отвести взгляд, не слушать голос дяди, бежать. Но с каждой секундой тот голос становился всё тише и неразборчивее, пока вовсе не затих, и я решил, что он мне лишь причудился...
— Что я должен делать? — спросил я.
Дэмиен удовлетворённо улыбнулся одним уголком губ и, сделав шаг назад, попросил закатать рукав рубашки и во время забора смотреть ему в глаза. Я и впрямь почти ничего не почувствовал, делясь с ним своей дремлющей темнотой. А уже следующим вечером мы совершили нападение на дворец. В течение дня я сомневался, поскольку времени на подготовку у нас было мало, но Дэмиен убедил меня действовать. Он точно знал, что делать, словно давно об этом думал, но в одиночку провернуть всё это по каким-то причинам не мог... или не хотел. Я устроил сбой в системе и снёс защиту при помощи лично написанной программы, а Дэмиен атаковал магией. С целью заметания следов он попытался создать видимость демонического нападения, но Рэйвен быстро всё понял. Уже на следующий день, проведя расследование, он заявил, что серу подделали при помощи алхимии для заметания следов, выявил истинные мотивы преступления, да ещё и денег отвалил, полностью покрыв убытки. Пока Рэйвен проводил своё расследование, Дэмиен наблюдал за ним и пытался просчитать. Я не знал об отравленном кофе, и мне не понравилась эта импровизация дяди, ведь в результате его действий стали подозревать Агату...
Помню, как разозлился, поняв, что дядя отравил кофе зельем раздора, но как только я смог предъявить ему по этому поводу, так моя злость испарилась. Дяде удалось убедить меня в том, что лучше уж, пусть думают на сестру, чем на меня, всё равно никаких доказательств её вины не существует. Более серьёзную угрозу Дэмиен видел в Рэйвене, сетуя на то, что дампир всю ночь чуть ли не с лупой обыскивал дворец, самостоятельно проводил все тесты, исключая возможность подмены результатов, и в принципе следак он очень хороший, с большим опытом и высоким интеллектом. Я же особой проблемы в этом не видел, было бы глупо надеяться на то, что руководитель следственного отдела не станет вести расследование. Главное, чтоб никакие следы не привели его ко мне или к Дэмиену. Несмотря на то, что нападение сложно было назвать идеальным, я считал свою миссию выполненной, ведь народ не горел желанием возвращаться туда, где на них снова могли напасть, да и мама сказала, что с банкетами пока придётся повременить. Дэмиен пытался убедить меня в том, что затишье долго не продлится, и предлагал срывать вообще все мероприятия в Висартии, даже те, на которые нас с Агатой не приглашали. Но я не видел в этом никакого смысла, вообще не понял, зачем это делать и отказался участвовать в подобных авантюрах. На следующие несколько дней у нас были дела поважнее. Гнездо прочёсывало видеозаписи и систему, мы с дядей забирали на проверку те файлы, что могли нас как-то скомпрометировать, и при нахождении, скорее, косвенных улик, избавлялись от них.
Вопреки моим ожиданиям мать слишком быстро затеяла снова устроить бал, ещё и обернув сложившуюся ситуацию в свою пользу. Я сам пришёл к Дэмиену с намерением сорвать и это мероприятие. Обсуждая план действий, Дэмиен заговорил о Рэйвене, мол, он слишком умный, всё ещё копает и сильно нам мешает... «В общем, надо бы избавиться от него» – подытожил Дэмиен.
— Я надеюсь, ты не об убийстве? — уточнил я.
— Нет, никто ведь не должен пострадать, — проговорил дядя, на что я удовлетворённо кивнул.
Она вовсе не глупая, просто ей только четырнадцать, я в её возрасте тоже не знал всех нюансов, догонять начал лишь пару лет назад. Пока наследник не пройдёт обязательную учебную программу на него особо не наседают, хоть и все будут рады, если он подберёт для себя удачную партию ещё до окончания школы. Однако это вовсе не означает, что в Висартия обеими руками «за» раннее вступление в половую жизнь и браки несовершеннолетних, но наследникам престола хорошо бы ещё до совершеннолетия заиметь крепкую базу кандидатов. Официально наследники начинают ходить по банкетам с лет семнадцати, но это не значит, что до тех пор их никому не показывают. Если наследник хорош собой, рано оперился, так сказать, становясь прекрасным лебедем, то делать из него выставочный образец могут начать намного раньше. Но не слишком часто и активно – по праздникам. Агата оперилась довольно рано – уже в тринадцать начала становиться красивой девушкой, тогда мать и стала делать из неё выставочный образец. На каждый крупный праздник мать устраивает бал, наряжает Агату и всем её представляет.
— Ты знаешь, зачем тебя мама причёсывает и наряжает на каждый крупный праздник? — уточнил я.
— В смысле, — скривилась сестра, — она делает это с какой-то целью?
— Да, это репетиция того, что тебя ожидает через пару лет.
— И что же меня ожидает? — насторожилась сестра.
— Ты должна будешь постоянно наряжаться, и посещать абсолютно все банкеты, каковых станет намного больше, чем два-три в год. Ты – девочка, так что твоя основная задача – хорошо выглядеть, чтобы как можно быстрее выйти замуж и оставить потомство. Скорее всего, тебе даже не позволят в институт поступать, ведь так ты потеряешь время, да и твоим главным качеством должна быть – красота, а вовсе не ум. И если тебе удастся выскочить замуж раньше меня, то однажды ты станешь королевой Висартии, но этот титул будет номинальным, править будет твой муж. Посмотри на маму – чем она занимается? Бесконечные балы организовывает, следит за собой и за очагом, порой подписывает какие-то документы, но всё же королевством управляют отец с Дэмиеном. Такое будущее ожидает и тебя. Со мной дела обстоят несколько иначе... мне наоборот надо получить образование, лучше – высшее, но не в художественной сфере, а в той, что позволит мне для начала занять лидирующую позицию в Гнезде.
Слушая меня, Агата сначала недоумевающе изгибала брови, затем начала ошеломлённо моргать, а потом замерла и, даже когда я закончил говорить, она не оттаяла. Поглядев на неё, я тихо невольно посмеялся:
— Прости, если расстроил.
— Но мама ведь оканчивала институт, — напомнила Агата. — Причём она филолог и психолог по образованию, да и замуж вышла поздновато...
— Да, потому что она не хотела всего того, к чему в итоге всё равно пришла. Какой толк от её образования сейчас? Выходит, что она зря потратила время – понимая это, она сделает всё, чтобы ты не повторяла её ошибок, и постарается как можно быстрее выдать тебя замуж.
— Я так не хочу!
— Мало кого волнует, чего ты хочешь...
— Меня волнует, и мне этого достаточно! — важно заявила Агата, вынуждая меня посмеиваться. — Я точно знаю, что не хочу быть пустоголовой красивой куклой в чужих руках! Если я захочу поступить в институт, то я это сделаю! И никто меня не остановит! Как родители могут мне это запретить?
— Ну, по сути, никак... просто они на уши тебе присядут и будут долго гундеть.
— Да и плевать! Это моя жизнь, как захочу, так её и проживу!
— И как именно ты хочешь её прожить? — заинтересовался я. Агата потемнела, не поняв сути. — Ты понимаешь, что рано или поздно один из нас взойдёт на престол?
— Ну, тогда, с моей стороны это будет поздно! — выдала Агата, вновь меня повеселив. — Вот сколько смогу, столько и буду оттягивать с браком! И вообще! Родители воспитывали меня как кошку, что сдохнет через десять лет! И теперь я должна их любить, уважать и слушаться? Вот уж дудки! Я намерена делать всё им наперекор, и тебе советую!
— Эээ... ты о чём?
Агата прокашлялась, спустив ногу с дивана, пересела удобнее и поведала мне свой хитрый план, родившийся прямо здесь и сейчас. Её план заключался в том, чтобы выслушивать советы родителей и делать всё наоборот. Так мы и сговорились – глупо, возможно, но мы были бунтующими подростками с обидой на родителей и бьющим в голову юношеским максимализмом.
Вскоре я подал документы в университет на факультет транспортного строительства, и разразился скандал! Родители требовали забрать документы, присели мне на уши и настаивали на получении другого образования. Но я устоял. Мало того, я окончательно осмелел и заявил, что если они не прекратят атаку, то я поступлю на художку! И они притихли, решив, что лучше уж транспортный, чем художка. Учась в университете, я продолжал работать в транспортном отделе Гнезда, без конца совершенствуясь, изобретая нечто новое. С подачи отца и дяди я периодически заменял руководителя отдела, а незадолго до моего выпуска, ВРИО департамента снабжения решил сменить сферу деятельности, и отец назначил меня на его место. Как только я окончил универ (кстати, с отличием), родители стали настаивать на получении мною высшего образования, но я наотрез отказался. Сговор с сестрой повлиял на это моё решение, но не стал главной движущей силой, на самом деле, я воспылал неистовой любовью к своей работе, с которой отлично справлялся. Встав во главу департамента снабжения, я быстро наладил его работу, мои сотрудники даже на больняки почти не уходили и часто возвращались из отпусков раньше срока. Я, наконец, нашёл своё дело, меня полностью устраивала моя работа, и подниматься выше по карьерной лестнице я не стремился. Мой департамент работал, как швейцарские часы, в то время как главный департамент Гнезда стал загибаться на глазах. У него не было постоянного руководителя, а ВРИО без конца болели, брали отпуска за свой счёт, уходили в декреты и вовсе увольнялись – в общем, воцарилась там текучка. Дядя попросил меня возглавить департамент наблюдения и безопасности хотя бы на время, навести там порядок, я согласился исключительно ради него. Так, по сути, некоторое время я руководил двумя департаментами, периодически осуществляя функцию лидера Гнезда. Однако мы с дядей сразу условились, что это временная мера, тогда же мы и с сестрой договорились, что я уступлю ей место, как только она окончит университет. Я начал вводить её в курс дел до её выпуска, затем порекомендовал её на должность под свою ответственность, заняв позицию её зама. Родители не знали обо всех этих договорённостях и, как только всё это произошло, разумеется, снова разразился скандал. Не успели отец с матерью остыть, как Агата им заявила, что поступает в институт, да ещё и на факультет дизайна! Конечно же, родители уже ей на уши присели, но она оставалась абсолютно непоколебимой. Это ведь Агата Корвин! Ты можешь ездить ей по ушам, сколько вздумается, но если она приняла решение, то чёрта с два его изменит!
Думал я...
По сути, что конкретно подвигло нас с сестрой когда-то начать войну с родителями? Три основных вопроса: учёба, работа/сфера деятельности, брак. Родители проиграли в двух битвах из трёх, казалось, победа у нас с сестрой в кармане, но можно проиграть бой, даже несколько, при этом выиграв войну. И отец с матерью нанесли удар в виде ультиматума... Моему негодованию просто не было предела! Поняв, что по-хорошему не получается, они решили наплевать на демократию и ввести диктатуру! Всё, что я думал обо всём этом, невозможно было описать словами – одни эмоции! Забурлила кровь, и я вновь превратился в бунтующего подростка. Песня с надоедливым мотивом «Бунт, бунт, бунт, устроить бунт!» зазвучала в моей голове. Устроить бунт, помешать родителям, нарушить их планы, разрушить всё, что они намерены выстроить под эгидой «насильственного вступления в брак»!
План был прост: саботировать мероприятия до тех пор, пока родители не угомонятся, пока они не прекратят их устраивать, выставляя нас с сестрой на продажу. Никто не должен пострадать, только система. И первоначально мой план не подразумевал никаких физических атак. Я намеревался внедриться в систему Белого дома Висартии и запустить в неё парочку не особо-то опасных вирусов, тем самым нарушив работу Гнезда, как следствие – и всего королевства. Что станет со страной, если главный государственный орган вдруг перестанет работать хотя бы на час? Наступит хаос. Доводить до каменного века я вовсе не собирался, я просто хотел устроить небольшой сбой, на устранение неполадок и восстановление ушло бы ни мало сил и времени, родителям уже было бы попросту не до банкетов. Ввиду занимаемых ранее должностей я точно знал, как устроена система Гнезда, в своё время даже писал вирусы с целью проверки надёжности системы безопасности. Так вот, после банкета, на котором и был объявлен ультиматум, я полез в систему Гнезда... и был застукан Дэмиеном. Он вывел меня на разговор, и я, поддавшись эмоциям, во всём ему признался. Он мог бы сдать меня или, как минимум, отговорить от этой глупой затеи, но он... поддержал. Как и всегда. И он предложил усовершенствовать мой план, совершив комбинированную атаку на дворец – взлом системы безопасности и физическое нападение непосредственно на дворец, желательно в самый разгар очередного мероприятия – так будет намного эффективнее, считал Дэмиен. Сама по себе идея меня устраивала, но я не хотел, чтобы кто-то пострадал, дядя заверил, что так и будет.
— Мы лишь нарушим систему Гнезда, погромим дворец, попугаем гостей – никто не пострадает, — сказал он.
— Ну, хорошо... — протянул я. — И как мы это сделаем?
— Я сделаю, если... ты поделишься своей магией.
— Но... я не владею атакующей магией.
— Владеешь.
Потемнев, я не сразу сообразил, о чём он, а когда до меня дошло, то я замотал головой:
— Нет, если ты поглотишь часть моей дремлющей магии, то разбудишь её и пробудишь во мне.
— Кто тебе сказал?
— В смысле? Так ведь и работает твоя магия!
— Мой вопрос неизменен. Как именно устроена моя магия, никто не знает, кроме меня. За свою жизнь я напитал немало различных способностей и научился их комбинировать. Твоя магия мне нужна в качестве подпитки, а также в качестве защиты тебя и твоей семьи.
Я непонимающе нахмурился при взгляде на него, тогда он пояснил:
— Твоя магия не может причинить серьёзный вред тебе и твоей крови.
— Ты сказал, что никто не пострадает, — напомнил я. — Вообще никто!
— Прааайс, — устало взвыл Дэмиен, закатывая глаза. — Это не будет целью, но магия может выйти из-под контроля. Если это вдруг случится, то ты и твоя кровь не пострадают. В общем, это своеобразная страховка на случай форс-мажора, не более, но я сделаю всё возможное, чтобы его не произошло.
Одолеваемый сомнениями, я выдохнул и опустил лицо. Помолчав пару секунд, Дэмиен шагнул на меня, сократив и без того небольшую дистанцию. Положив руку мне на плечо, он слегка сдавил трапециевидную мышцу, встряхнул меня и поймал мой взгляд.
— Не доверяешь мне? — уточнил он, заставив меня устыдиться.
— Доверяю, — буркнул я, сглотнув и снова опуская глаза.
— Посмотри на меня, — попросил Дэмиен, и я сделал это на автомате. Он уложил обе руки мне на плечи, разминая трапециевидную мышцу и расслабляя меня. — Я всегда тебя поддерживал, так ведь?
Вместо того чтоб отвести взгляд, я мигнул и машинально кивнул.
— И сейчас я хочу лишь помочь тебе осуществить задуманное тобой. Я хочу усовершенствовать твой план, — заговорил Дэмиен размеренно. — Ты должен мне верить. Никто не пострадает. Я не разбужу твою дремлющую тьму. И возьму так мало, что ты даже почти ничего не почувствуешь.
Из глубины моего подсознания доносился тихий голос, призывающий меня отвести взгляд, не слушать голос дяди, бежать. Но с каждой секундой тот голос становился всё тише и неразборчивее, пока вовсе не затих, и я решил, что он мне лишь причудился...
— Что я должен делать? — спросил я.
Дэмиен удовлетворённо улыбнулся одним уголком губ и, сделав шаг назад, попросил закатать рукав рубашки и во время забора смотреть ему в глаза. Я и впрямь почти ничего не почувствовал, делясь с ним своей дремлющей темнотой. А уже следующим вечером мы совершили нападение на дворец. В течение дня я сомневался, поскольку времени на подготовку у нас было мало, но Дэмиен убедил меня действовать. Он точно знал, что делать, словно давно об этом думал, но в одиночку провернуть всё это по каким-то причинам не мог... или не хотел. Я устроил сбой в системе и снёс защиту при помощи лично написанной программы, а Дэмиен атаковал магией. С целью заметания следов он попытался создать видимость демонического нападения, но Рэйвен быстро всё понял. Уже на следующий день, проведя расследование, он заявил, что серу подделали при помощи алхимии для заметания следов, выявил истинные мотивы преступления, да ещё и денег отвалил, полностью покрыв убытки. Пока Рэйвен проводил своё расследование, Дэмиен наблюдал за ним и пытался просчитать. Я не знал об отравленном кофе, и мне не понравилась эта импровизация дяди, ведь в результате его действий стали подозревать Агату...
Помню, как разозлился, поняв, что дядя отравил кофе зельем раздора, но как только я смог предъявить ему по этому поводу, так моя злость испарилась. Дяде удалось убедить меня в том, что лучше уж, пусть думают на сестру, чем на меня, всё равно никаких доказательств её вины не существует. Более серьёзную угрозу Дэмиен видел в Рэйвене, сетуя на то, что дампир всю ночь чуть ли не с лупой обыскивал дворец, самостоятельно проводил все тесты, исключая возможность подмены результатов, и в принципе следак он очень хороший, с большим опытом и высоким интеллектом. Я же особой проблемы в этом не видел, было бы глупо надеяться на то, что руководитель следственного отдела не станет вести расследование. Главное, чтоб никакие следы не привели его ко мне или к Дэмиену. Несмотря на то, что нападение сложно было назвать идеальным, я считал свою миссию выполненной, ведь народ не горел желанием возвращаться туда, где на них снова могли напасть, да и мама сказала, что с банкетами пока придётся повременить. Дэмиен пытался убедить меня в том, что затишье долго не продлится, и предлагал срывать вообще все мероприятия в Висартии, даже те, на которые нас с Агатой не приглашали. Но я не видел в этом никакого смысла, вообще не понял, зачем это делать и отказался участвовать в подобных авантюрах. На следующие несколько дней у нас были дела поважнее. Гнездо прочёсывало видеозаписи и систему, мы с дядей забирали на проверку те файлы, что могли нас как-то скомпрометировать, и при нахождении, скорее, косвенных улик, избавлялись от них.
Вопреки моим ожиданиям мать слишком быстро затеяла снова устроить бал, ещё и обернув сложившуюся ситуацию в свою пользу. Я сам пришёл к Дэмиену с намерением сорвать и это мероприятие. Обсуждая план действий, Дэмиен заговорил о Рэйвене, мол, он слишком умный, всё ещё копает и сильно нам мешает... «В общем, надо бы избавиться от него» – подытожил Дэмиен.
— Я надеюсь, ты не об убийстве? — уточнил я.
— Нет, никто ведь не должен пострадать, — проговорил дядя, на что я удовлетворённо кивнул.
