Смотритель

- Кажется, нашли мы не только Мару… - парировал я, стараясь не глотать скапливающуюся во рту слюну. Казалось, что даже она пропиталась запахом разложения.
       
       Да, наемники были здесь. В полном составе. Мара и трое ее парней. Но не только они. Казалось, внутри этой комнатки можно изучить разом все этапы разложения, от вон тех кучек белесых костей в дальнем углу, до, собственно, самой Мары, казавшейся мирно спящей… с разорванным горлом.
       - Черт, - выбравшись из комнаты ужаса и закрыв дверь, я прислонился спиной к косяку. – Что-то мне подсказывает, что наниматель решил не платить Маре за ее услуги.
       - Ты думаешь… - змея постепенно возвращалась к привычному цвету, что не скажешь о Даниэле. Наверняка стоило бы отправить парнишку к выходу, чтобы и сам не мучился, и нам не мешал. Но что-то не позволяло мне это сделать. Предчувствие?
       - Кто бы не замочил наемников, будем надеяться, он еще не успел добраться до детей. Мару убили, самое позднее, прошлой ночью. Идемте. Нам в любом случае нельзя терять времени.
       
       Минут через пять петляний, я внезапно понял, что узнаю местность, и резвой рысью бросился в правый коридор, оттуда первая левая дверь, и уже оттуда – в крайнюю правую. Не ошибся. Угадал.
       Все пропавшие, в полном составе были там. Все шестеро. Замерзшие, грязные, голодные, но живые. Дети, от пяти, до тринадцати лет были там. Жались друг к другу, как зверята, пытаясь согреться. Но, без сомнения, были живы. Единственная проблема – они были в клетке. Я такие видел, в них держат больших собак. Или не собак… но додумывать эту мысль я не стал. Не здесь, и не сейчас. Надо их вытаскивать.
       - Надо их вытащить… - загнав светляка под потолок, я приблизился к ребятне, стараясь выглядеть как можно менее угрожающе. – Не бойтесь. Меня отправили ваши родители. Мы вас вытащим.
       
       Как можно спокойней, я увещевал с ужасом следящих за каждым моим движением ребят, оглядывая замок. Добротный, тяжелый. Такой пальцем не вскроешь. Да и не каждая отмычка возьмет. А отмычки я с собой как-то забыл прихватить.
       - Меру, можешь вызвать подмогу? – спросил нарочито громко, зажигая сначала на ладони, а потом и на пальце язычок пламени. Простое пламя вряд ли быстро справится с замком, но кто говорил, что у меня пламя - простое. Но какое-то время все равно потребуется.
       - Телефоны тут не ловят, но могу связать с Медянкой, она вызовет…
       - Связывайся. Полиция, медики… СМИ, черт бы с ними. Пусть вызовет кого сможет. Чем больше тут будет народу, тем лучше.
       
       Замок поддался, отозвавшись недовольным скрипом, в ответ на который вздрогнули как спасатели, так и спасаемые. Резко дернув на себя металлическую дверцу, я стал по одному выдергивать пленников и передавать их наге.
       - Странно как-то… - прошипела змея едва слышно, принимая на руки еще одного малыша, чтобы тут же его поставить рядом, под надзором Даниэла.
       - Что именно?
       - Что мы так просто вошли. Их оставили без надзора? Без присмотра? Без охраны?
       - Что тут странного? Наемники мертвы, а главный вурдалак сейчас в городе, делает хорошую мину при плохой игре.
       - А может… вам просто дали войти? – осведомился грубый голос от входа, а я ощутил, помимо мурашек на коже, как в мою руку мертвой хваткой вцепился последний спасаемый из клетки ребенок.
       - Он здесь… - пробормотала девчонка и отключилась, обмякнув.
       
       Черт! Сглотнув, я плавно выпрямился, опустил дитя на пол и уставился туда, куда уже смотрели ощерившаяся нага, Даниэл, трясущимися руками вытаскивающий из кармана застрявший нож и разом окаменевшие дети за спинами первых двух.
       На Габрана пришелец походил не больше, чем я на Меру. Ну, в смысле, определенное сходство было: две ноги, две руки, одна голова. Но на этом сходство и заканчивалось. В остальном незнакомец больше походил на бомжа. Обросший, грязный, с единым колтуном неопределяемого цвета, в который свалялись волосы и борода, видавшие виды тряпки, которые уже и не помнили тех времен, когда назывались одеждой, отсутствие обуви, которое с лихвой компенсировалось размерами когтей. Впрочем, на руках когти тоже имелись.
       Ё-мое, патриарх вурдалачьего семейства. А я думал, что он давно мертв. Как минимум лет сто-двести. С тех самых пор, как устроил резню в городе, внезапно свихнувшись. Габран тогда центральным и голову его приносил, в доказательство, что сам убил его, не дожидаясь расправы над всем кланом. А на самом деле?
       
       - Айргедмар? – пришлось все же уточнить. Как я уже говорил, они могут весьма занимательные вещи вытворять со своей внешностью. Вурдалак отвел взгляд от малышни и перевел его на меня.
       - Знаешь мое имя? – ухмыльнулся в ответ, обнажив изрядно пожелтевшие, а местами и почерневшие зубы. – Сдохнешь первым.
       
       С места он сорвался без предупреждения. Единственное что я успел, это шепнуть Меру:
       - Уводи их…
       А вот сгруппироваться пришлось уже в полете к стене. Встреча со стеной оказалась жестче, чем планировалось. Позвоночник отозвался болью. Силен. Чертовски силен. Они силу набирают с возрастом. А еще, похоже, с ним же сходят с ума. Не успел я додумать, что будет, если он все же меня прикончит и погонится за остальными, как вурдалак налетел снова, не дав полностью отлепиться от стены и упасть на пол.
       Пришлось отвечать, сначала просто импульсом, откидывая от себя. А потом и пламенем, разгорающимся в ладони. Во второй ладони был зажат нож. Насколько я знаю, они неплохо горят. Особенно голодные. Правда, этот, похоже, голоден не был.
       - Маг? – хрипло осведомился лохматый, мягкой ступая, обходя меня полукругом, выбирая наиболее выгодную позицию для новой атаки. – Человек бы не выдержал.
       
       - Может и маг… - криво усмехнулся я в ответ и спустил с ладони первый огненный шарик, целясь в подвижную фигуру. Увернулся. От второго и третьего – тоже. Черт. Быстрый. Точно не голодный. На таких харчах как еще не разжирел?
       Не переставая закидывать его огнем, не позволяя отвлекаться, я плавно отходил к выходу. Отсюда его выпускать нельзя. Если поймет, что со мной ему не справиться, то может плюнуть и отправиться за остальными. А он быстрей меня. Могу не успеть. Судя по недовольному рычанию, вурдалак мой план разгадал, но приблизиться пока не мог. Как и мне не удавалось в него попасть.
       Заняв позицию спина-дверь, я снова задумался. И что дальше? Бросаться в него огнем я могу еще долго, пока не устану. Уворачиваться он тоже может долго. Существует весьма немаленький шанс, что я устану раньше. Надо тут заканчивать.
       
       Прищурившись, я убрал нож и зажег пламя в обеих руках. Если я не ошибаюсь, то от сплошной волны он никуда не денется.
       Огонь растекся по ладоням, вытянулся в стороны и полукругом, разрастаясь по мере движения в сплошную стену, рванул в комнату, выжигая все на своем пути. План был идеален. Пожалуй, за исключением того момента, что я не учел, что вурдалак движется почти мгновенно в броске.
       Еще до того, как пламя достигло середины комнаты, он рванул вперед, на целое мгновение успев меня порадовать мыслью о вурдалачьем самоубийстве, проскочил под стеной огня и снова налетел, сбивая меня на пол. Да что ж ты будешь делать?
       
       На полу мы обменялись несколькими ударами, до того как его когтистая лапа стиснула мою, левую, все еще болящую, с такой силой, что боль на мгновение оглушила и ослепила, сдавила спазмом горло, не позволяя крикнуть.
       Всего мгновение, но его хватило, чтобы снова вернув зрение, я понял, что не высвобожусь. Неудобно драться, лежа на животе, с подмятой под него же правой рукой, чувствуя, как в спину упирается острое колено с такой силой, что хрустят кости, а левая рука задрана назад и вверх настолько, что малейшее движение – и вывих. Допустим, одной рукой я могу пожертвовать. Проблема только в том, что, пораженная магией ритуала, она отзывается сплошной белесой пеленой, застилающей глаза, при каждой попытке дышать. Много ли я смогу выколдовать в таком состоянии. И все же. Я еще жив. Почему он не убил меня до сих пор? Альтруизм взыграл?
       - Еще дышишь, маг? – почти добродушно уточнил вурдалак, деловито, это я прекрасно ощущал, располосовывая рукав плаща и одежды под ним, когтями.
       - Вашими молитвами, - выдохнул я, на некоторое время вновь утратив связь с реальностью, отвлекаясь на вдох и боль одновременно.
       - Не надолго, - утешил меня лохматый, - разберусь с тобой, а там и до твоей девки с дитями доберусь.
       
       Следующим, что я ощутил, был укус. Нет, меня и раньше цапали разные представители фауны. Но вот так унизительно – никогда. Похоже, я дернулся и опять на какое-то время отключился, потому что следующим, что прорвалось к сознанию, был крик, а следом и чьи-то неуклюжие попытки меня поднять.
       - Даниэл? – опознал я обувку своего спасителя, тщетно соскребающего мои останки с пола. Наконец мне удалось приподняться настолько, чтобы освободить правую конечность, а там и сесть, прислонившись спиной к противоположной стене коридора.
       Вурдалак был здесь же, у другой стены, облокотившись на нее, но с каждым мгновением теряя способность двигаться. По его коже то и дело пробегали золотистые искры, постепенно сливаясь в узоры, чем-то смахивающие на разряды молнии. Из спины нежити торчала пара моих ножей. Судя по заторможенным движениям пальцев у рта, он пытался отрыгнуть все то, что успел выпить.
       - Что? Не по вкусу тебе? – усмехнувшись, я лишь на мгновение опустил взгляд на свою руку. Блин. Ну вот и как это теперь залечивать? – Любой может отведать плоти или крови Смотрителя. Правда… один раз.
       
       Вряд ли эта наука ему пригодится. Узоры становились все больше, плотнее, пока вся кожа не окрасилась в жидкое золото, свечение было видно даже сквозь лохмотья. Хрип, похожий на крик, и в одно мгновение все его тело обратилось в прах, серой кучкой осевшей у стены. Стало тихо.
       
       - Где Меру? – нарушил я тишину, решив, что этот товарищ вряд ли заслуживает минуты молчания.
       - Там… - Даниэл склонился над кучкой пепла, но ножи забирать не стал.
       - Там? – не дожидаясь решения ученика, я все же встал, тоже склонился над кучкой и забрал свою собственность, немного поворошив пепел.
       - Там. Там все приехали, она осталась. Я вернулся. Волновался.
       - Так это ты его ножами?
       - Ну… да… - смутился ученик.
       - Ну так молодец. Можешь ведь, когда хочешь. Похоже, в твоем случае еще не все потеряно, - приободрил я Даниэла. – Только в следующий раз не возвращайся в одиночку в логово какой бы то ни было кровожадной твари. А если бы он на тебя бросился?
       - Так он же тебя убивал! – вспыхнул ученик.
       - Меня так просто не убить. Идем, посмотрим как там Меру справляется.
       
       Меру справлялась поразительно хорошо. Правда, ровно до того момента, пока не появились мы. Пожалуй, по поводу СМИ я немного погорячился.
       - Господин Коннелли… - ко мне бросился первый из журналистов, а я пожалел сразу о двух вещах. О том, что вместо невидимости взял с собой на дело ясновидение, и о том, что журналистам, в отличие от вурдалаков, головы отрывать нельзя.
       
       Отбиться от акул пера мы смогли лишь через полчаса, предварительно убедившись, что детей отсюда забрали и, под конвоем, отправили в больницу.
       - Домой? – устало вздохнула Меру, присаживаясь рядом со мной на каменный обломок.
       - Нет… - я тоже устал, выдохся, вымотался, был похож на бомжа, но предстояло еще кое-что утрясти. – Нам надо решить еще несколько вопросов.
       
       Похоже, к главам семейств мы вломились совсем не вовремя. У них было то ли заседание, то ли совещание. Но, по крайней мере, их было не так много. Есть шанс, что все, что я хочу сказать, не выйдет за пределы этого зала.
       - Категорически приветствую, - начал я, едва за спинами нашей троицы закрылась дверь. – У меня хорошие новости. Все дети живы и сейчас находятся в больнице, где их осматривают.
       Ропот пронесся по залу. Только один… человек молчал, сверля меня взглядом салатовых глаз.
       - Думаю, вам будет весьма интересно то, что дети расскажут. Но, спешу вас успокоить, их похититель мертв. Больше он не доставит вам неприятностей. Ни вам, ни еще кому бы то ни было.
       Взгляд стал совершенно неприятным.
       - Засим спешу откланяться. Наверняка вам нужно многое обсудить.
       
       Выбравшись на улицу, я выдохнул и позволил себе на мгновение закрыть глаза.
       - Эй, ты как? – Меру все еще подпирала меня плечом, не позволяя расклеиться.
       - Нормально. По крайней мере, я теперь точно уверен в том, что зеленоглазый нам лгал. Давно. И прямо в лицо.
       - Пойдешь в центр?
       - Нет. У меня только слова детей и то, что я видел. Нет никаких доказательств. Мне нечего ему пришить. Кто поверит детям?
       - А тебе? – нага оглянулась. Она тоже слышала?
       - Мне поверит Роланд. Возможно, Луайс. Но в мире людей это просто слова. Мое слово против его слова.
       - Так можно разобраться с ним и не по законам людей. А по законам тех, к кому он принадлежит.
       - Отбрешется. Скажет, что был уверен, что в центр притащил именно голову Айргедмара. В конце концов, это была именно вурдалачья голова, и выглядела она как его черепушка. Не подкопаешся. А то, что они обладают морфизмом… ну, упс, не подумал, что тот мог изменять не только свою плоть. В конце концов, наши тоже не засомневались.
       - Ладно, идем домой, - нага ухватила меня за плечо, заставив поморщиться. – Тебя надо осмотреть.
       - Вы с мальчишкой идите, я пройдусь, подышу воздухом.
       
       Если Меру и усомнилась в причине моего внезапного желания погулять, по крайней мере, не стала настаивать. Наверняка тоже слышала. Поймав машину, они с Даниэлем уехали в офис, а я, как и обещал, отправился прогуляться, выбирая самые темные и захолустные переулки. Звук, услышанный еще у входа, следовал за мной, пока не оборвался, рухнув сверху темной фигурой, мягко приземлившейся рядом.
       - Ты что задумал, Смотритель? – передо мной стоял один из близнецов, сжимая кулаки.
       Я, оценивая, окинул его взглядом. Мал еще, чтобы со смотрителем бодаться, даже когда я в таком состоянии.
       - А что я задумал? – невинно уточнил я, вскинув бровь.
       - Хочешь это на нас повесить?
       - Что именно? То, что вы вывезли из города тайком своего патриарха, подкармливали его, чтобы не вернулся на охоту сюда, обманули центр, наняли наемников, похитили чужих детей, чтобы сорвать выборы мэра, а, по возможности и собирались прибрать к рукам человеческую власть в городе? Не-е-е… Ты что? Кто? Я-а-а?
       
       Такого нервы мальца не выдержали, схватив за плечи, тот приложил меня о стену, заставив вспомнить, что предыдущая встреча со стеной бесследно не прошла, угрожающе оскалившись.
       - Следовало бы выпить тебя прямо здесь, уничтожить, чтобы ты не посмел очернять семью. Это все – ложь.
       - Ну попробуй, - подняв руку, я демонстративно оттянул ворот рубашки. Почему-то жест получился донельзя неприличным. – Один уже попробовал. И где он сейчас? Готов поспорить, что вы все почувствовали его смерть. Вы всегда ее чувствуете. Смерть того, чью кровь носите. Вас же всех, насколько я помню, заразил он.
       - Мразь… наемник… - брезгливо отстранился мальчишка, выплевывая оскорбления, похоже, так и не решившись на большее.
       - А вы, что, планировали его куда-то дальше переправить, судя по продовольственным запасам и тому, что его мусорка уже начинала вонять. Ее нашли бы через день – другой,
       
       - Кхе-кхе… - сначала послышалось из темноты, а потом я услышал и стук наконечника трости по асфальту.
       Вурдалак оглянулся, потом угрожающе посмотрел на меня, а следом и смылся, сначала вскарабкавшись по стене, а ужу после этого и скрывшись с глаз на крыше.