Генри вечно влипает в истории из-за меня, я за сестрой не уследила, я подруга никчёмная... А теперь я всех снова тащу за собой в эту авантюру, потому что я не могу смириться! Я думаю только о себе!
Она говорила, рыдая, выплёскивая наружу весь накопившийся яд самообвинения.
Деймон не перебивал. Он слушал. Внимательно, без единой усмешки. Когда она выдохлась, он тихо вздохнул.
— Знаешь, — начал он, и его голос был. — Со стороны всё выглядит иначе. Генри помогает тебе, потому что ты девушка которая нравиться, он сам тебя выбрал. А мы мужики такие глупые. Он сам во всем виноват. Елэйн — твоя подруга, потому что ты единственная, кто не боится её настоящей. А что до Криса... — он на мгновение замолчал. — Тот, кто его убил, — я. Не ты.
Он аккуратно прикоснулся к её подбородку, заставив её поднять заплаканное лицо.
— Ты не эгоистка. Ты — живая. Ты совершаешь ошибки, да. Но ты же и исправляешь их. Именно поэтому мы все сегодня здесь. Не потому, что ты кого-то заставила. А потому, что мы верим в тебя. И в Натали.
Мари смотрела на него широкими, полными слёз глазами, и в них медленно пробивалось недоверие, смешанное с надеждой.
— Правда? — прошептала она.
— Клянусь своим дурным вкусом в пиджаках, — серьёзно ответил Деймон. Он большим пальцем осторожно смахнул слёзы с её щёк. — Ну что? Готова выйти и показать всем этим сомневающимся лицам, на что способна ведьма Мари?
Мари глубоко вдохнула, выдохнула и после паузы кивнула. Слабый, но решительный кивок.
— Да. Готова.
— Отлично, — Деймон встал и снова обрёл свой привычный вид. — Тогда вытирай нос и пошли. А то Дин там уже, наверное, всю гостиную вышагал.
Мари слабо улыбнулась, и это было похоже на первый луч солнца после долгой бури.
— Спасибо, Деймон. По-настоящему. — Она вытерла лицо рукавом и сделала глубокий вдох. — Дай мне пять минут, чтобы... привести себя в порядок. Я догоню.
— Пять минут, — с лёгким, уже вернувшимся намёком на привычную насмешку, кивнул он. — Но не задерживайся. А то я там, пожалуй, начну раздавать автографы от твоего имени.
Он вышел из комнаты, прикрыв за собой дверь. В гостиной на него уставились вопросительные взгляды. Дин выжидающе поднял бровь. Елэйн смотрела с тревогой.
— Ну что? — коротко спросил охотник.
— Всё в порядке, — отозвался Деймон, устраиваясь в кресле с видом человека, который просто наслаждался тишиной. —У неё был момент... Но всё под контролем.
Через несколько минут дверь открылась. Мари вышла. Волосы были убраны, следы слёз смыты. В её глазах больше не было паники — только твёрдая, холодная решимость. Она молча прошла к столу, где были разложены ритуальные принадлежности, и взяла в руки заранее подготовленную сумку.
— Я готова, — сказала она тихо, но так, что было слышно каждому.
Никто не стал задавать лишних вопросов. Дин кивнул, Елэйн накинула куртку Алека. Даже Алек и Артур, до этого хранившие молчание, двинулись к выходу.
Деймон, проходя мимо Мари, ловко сунул ей в руку маленькую, изящную серебряную фляжку.
— На всякий случай. — подмигнул он.
Мари сунула фляжку в карман, и тень улыбки тронула её губы.
Пространство в гостиной Мари дрогнуло, и воздух раскололся по шву, вспыхнув изумрудным светом. Елэйн, собрав всю свою волю, провела руками, разрывая ткань реальности. Портал, неровный и зыбкий, открылся.
Все шагнули внутрь.
Оказались в просторном помещении, стены, пол и потолок которого были высечены из мрамора. Свет исходил от самого камня, приглушённый и мерцающий, окрашивая всё в глубокие зелёные тона. В центре комнаты стоял массивный стол из чёрного мрамора, и на нём, неподвижная и прекрасная, словно спящая, лежала Натали.
Мари и Елэйн синхронно сглотнули. Воздух здесь был густым и наполненным мощной, древней магией, которая давила на плечи. Но они переглянулись и кивнули друг другу — пора.
Чимшин, войдя последним, медленно обвёл взглядом помещение. Его демоническая сущность ощутила силу чар, опутывающих это место. Они были не просто сильны. Они были древними, продуманными до мелочей и... печальными. Это было не укрытие. Это был мавзолей.
— Интересно, — пробормотал он себе под нос, и в его голосе впервые прозвучало не презрение, а уважение.
Дин, не теряя времени, сбросил рюкзак на пол и начал раскладывать ингредиенты на небольшом поблизости столике из того же мрамора. Его движения были точными и быстрыми — солдат, готовящийся к бою.
Алек, окинув холодным взглядом комнату, тут же подошёл к Елэйн.
— Куртка, — потребовал он коротко, протянув руку.
Елэйн, покраснев, нерешительно протянула ему куртку, но в её руке остался небольшой, тряпичный свёрток, который она явно намеревалась незаметно оставить в кармане.
Алек заметил это мгновенно. Его взгляд сузился.
— Что это? — спросил он, его голос стал опасным и тихим.
Елэйн потупилась, переминаясь с ноги на ногу.
— Это... моё...
— Отдай, — приказал Алек.
Нехотя, она разжала пальцы. Алек выхватил свёрток, развернул его. На его ладони оказались несколько почерневших, засохших зубов, сморщенный палец и отрезанное ухо. Все части были аккуратно, завернуты.
Алек замер. Он узнал эти останки. Лестат.— Только не говори, — прошипел он, сжимая свёрток в кулаке так, что костяшки побелели, — что я таскал это на себе ПОЧТИ СУТКИ.
Елэйн мило ухмыльнулась, глядя на него снизу вверх.
— Ну... они же хорошо завернуты... Не просыпались.
Алек не знал, как на это реагировать. Гнев, недоумение и какая-то абсурдная смесь других эмоций боролись на его обычно бесстрастном лице. Он просто уставился на неё, безмолвно открывая и закрывая рот, словно рыба на берегу.
— Зачем? — наконец выдохнул он.
— Для коллекции, — просто ответила Елэйн, пожимая плечами, и поспешила присоединиться к Мари у ритуального стола.
Алек так и остался стоять с комком тряпья в руке, полный немого негодования, в то время как Деймон, наблюдавший за сценой, тихо хихикал в сторонке.
Артур подошёл к столу. Он долго смотрел на лицо Натали, почти не дыша. Потом его рука дрогнула, и он достал из кармана маленький, туго свёрнутый кожаный мешочек. Развязал его. Внутри лежал... высохший, почерневший палец.
— ДНК Силин, — тихо сказал он, отвечая на немой вопрос Дина.
В комнате повисла напряжённая пауза, которую нарушил Деймон.
— Надо же, — протянул он, с задумчивостью разглядывая мрачный трофей. — И как тебе удалось его откопать? В прямом смысле. Глубоко нырять пришлось? Русалки не мешали? Не заигрывали с тобой своими... э-э-э... прелестями?
Артур медленно повернул к нему голову. В его взгляде не было ни злобы, ни раздражения — лишь бесконечная, копящаяся веками усталость.
— Одна попыталась, — ответил он ледяным тоном. — Теперь она украшает собой подводный грот в виде известкового нароста. Устраивает?
Деймон сдержанно поднял руки в знак капитуляции, но язвительная ухмылка не сходила с его лица.
— Вполне. Просто любопытно, на какие жертвы идёт мужчина ради... старой подруги.
Артур не удостоил его ответом, положив палец на стол рядом с другими компонентами.
— Давайте другие компоненты, — властно потребовал Дин, его голос прозвучал громко в звенящей тишине мраморной комнаты.
Елэйн, всё ещё слегка розовая от предыдущего обмена с Алеком, порылась в своих карманах. Она колебалась секунду, перебирая свёртки, но в итоге решительно протянула зуб Лестата.
— Держи.
Мари молча положила на стол пробирку с седым волосом Аморона. Все взгляды автоматически переметнулись на Деймона.
— Ну что? — Дин скрестил руки на груди. — Где ДНК главы демонов? Ты же за этим ходил.
Чимшин, который до этого мрачно наблюдал со стороны, резко развернулся и направился к выходу.
— Меня сейчас вырвет. Я не хочу этого вспоминать, — пробормотал он и вышел за дверь, громко хлопнув ею.
Деймон с театральным вздохом достал из внутреннего кармана маленькую пробирку. Внутри плескалась мутная, перламутровая жидкость.
— Что это? — нерешительно спросила Елэйн, с опаской глядя на пробирку.
Деймон обнял её за плечо, широко и лукаво улыбаясь.
— Знаешь, дорогая, когда девушке становится очень-очень хорошо во время... ммм... слияния, назовём это так, — он многозначительно поднял бровь, — они могут и... закончить. Физиологически. Это, можно сказать, квинтэссенция её блаженства. Чистейший образец.
В комнате повисла оглушительная, шокированная тишина.
— Убери руки от неё, — прогремел голос Чимшина. Он вернулся в дверной проём, его глаза пылали чистой ненавистью.
— Не на того лаешь, болонка, — парировал Деймон, не двигаясь. Его взгляд скользнул к Алеку. — Ведь так, Алек? Не хочешь ничего рассказать?
Алек стоял бледный, как полотно. Его челюсть была сжата так, что, казалось, вот-вот треснут зубы.
— Я не хочу ничего говорить — проскрежетал он.
Чимшин с недоверием перевёл взгляд с Деймона на Алека, пытаясь понять эту немую игру.
— Ой, тоже мне трагедия, — фыркнул Елэйн. — Ведёшь себя как несчастный девственник. Хотя мы-то знаем, что это не так, правда?
Все, как по команде, резко повернулись к Елэйн. Взгляды Дина, Мари и даже Артура выражали полнейшую ошарашенность.
Елэйн закатила глаза с таким видом, будто это была самая дурацкая ситуация в её жизни.
— Все вы неправильно поняли! — воскликнула она, заливаясь краской. — И я не так выразилась! Его невинность я не трогала! Речь не об этом!
Алек издал звук, похожий на рычание раненого зверя.
— Если Артур тебя тогда не задушил, — он сделал шаг вперёд, — то это сделаю я.
Деймон тихо хихикнул, довольный произведённым эффектом.
Чимшин мгновенно оказался между Алеком и Елэйн, приняв защитную стойку.
Дин с силой ткнул пальцем в стол.
— Кончай клоунаду! — рявкнул он. — Объясняй, что это за жидкость на самом деле, Деймон, пока здесь не началась бойня. И ты, Елэйн, говори чётко и ясно.
— Жидкость ты правильно понял, какая, — с невозмутимым видом констатировал Деймон, все ещё держа в руках злополучную пробирку.
В комнате снова повисла напряжённая тишина, наэлектризованная готовой вспыхнуть яростью Алека и защитной позицией Чимшина.
Дин, сжав переносицу, тяжело вздохнул. Он посмотрел на все разложенные компоненты, потом на неподвижную Натали, потом на лица собравшихся, застывшие в ожидании его решения.
— Ладно, — выдохнул он с видом человека, который слишком устал, чтобы разбираться в демонических интригах и вампирских похабностях. — Всё равно подходит. Биоматериал высшего демона, полученный в момент... пикового экстаза... годится. Сила там та же.
Он взял пробирку из рук Деймона и поставил её рядом с зубом Лестата, пальцем Силин и волосом Аморона.
— Ну тогда всё готово. Можем начинать.
Его слова прозвучали как приговор. Все отвлечённые склоки разом ушли на второй план.
Мари выпрямилась, её пальцы сжали край мраморного стола. Елэйн глубоко вдохнула, собираясь с духом.
Пришло время творить самую тёмную магию. Пришло время вернуть Натали.
Воздух в мраморной комнате застыл, наполнившись тяжёлым гулом нарастающей магии. Дин закончил последние приготовления. На небольшом столике рядом с телом Натали лежали четыре ключевых компонента: пробирка с мутной жидкостью Эмилии, зуб Лестата, палец Силин и волос Аморона. Рядом сверкал, впитывая в себя зелёный свет, кристалл охотника — мощный аккумулятор и проводник силы. Последним ингредиентом была свежая кровь Мари, налитая в небольшую серебряную чашу.
— Заклинание сложное, — голос Дина был низким и без эмоций. — Его нужно прочитать на древнем наречии Валькоры. Без единой ошибки. И с огромным запасом силы. Малейший сбой... — он не стал договаривать, но все и так поняли.
Мари и Елэйн переглянулись. В их глазах читалась одна и та же мысль.
— Мы прочитаем его вместе, — твёрдо сказала Елэйн. — Так надёжнее.
Мари кивнула, её лицо было бледным, но решительным.
Артур, до этого молча наблюдавший со стороны, сделал шаг вперёд. Его движение было плавным и полным неожиданной грации. Он молча протянул руку Мари, ладонью вверх.
— Для подпитки, — тихо сказал он. — Бери столько, сколько нужно.
Мари колебалась лишь мгновение, затем крепко обхватила его предплечье. Её пальцы впились в его кожу. Тёплый, мощный и древний поток силы полукровки хлынул в неё, заставив выдохнуть от неожиданности. Это было похоже на удар тока, но не болезненный, а наполняющий.
Чимшин, видя это, с неохотой, но также протянул руку Елэйн. Его взгляд был отведён в сторону.
— Не растрачивай попусту, милая, — буркнул он.
Елэйн кивнула и так же взяла его за предплечье. Холодная, колючая демоническая энергия ударила ей в руку, заставив вздрогнуть. Она стиснула зубы, привыкая к непривычному и едкому ощущению.
Деймон присвистнул, наблюдая за образовавшимися парами.
— Ну вот, уже веселее. Прямо кружок по интересам. А мне тоже к кому-нибудь прицепиться? — он окинул взглядом Алека, но тот лишь угрожающе щёлкнул когтями, давая понять, что предложение отклоняется.
— Начинайте, — приказал Дин, занимая позицию у изголовья Натали, готовый в любой момент взять управление ритуалом на себя, если что-то пойдёт не так.
Мари и Елэйн глубоко вздохнули. Их голоса, сначала тихие и неуверенные, слились воедино, набирая силу и мощь. Древние слова, полные власти и скорби, заполнили комнату. Зелёный мрамор вокруг засветился ярче, отзываясь на зов. Компоненты на столе начали медленно плавиться, образуя сияющую, переливающуюся всеми цветами радуги субстанцию, которая потянулась тонкими нитями к неподвижному телу Натали.
Ритуал начался.
Воздух в мраморной комнате загудел, как улей. Светящаяся субстанция из расплавленных компонентов обвила тело Натали, вплетаясь в него тысячью сияющих нитей. Рана на её груди, оставленная вырванным сердцем, начала сходиться с тихим шипением, плоть регенерировала с неестественной, жутковатой скоростью. Кровь на её коже втянулась обратно, не оставив и следа.
Голоса Мари и Елэйн, подпитываемые силой Артура и Чимшина, набирали мощь, сливаясь в единый, громоподобный гимн на забытом языке. Казалось, сама комната слушает их, затаив дыхание.
И вдруг... тело Натали вздрогнуло. Грудь поднялась в первом судорожном, хриплом вдохе. Веки затрепетали.
— Работает! — выдохнула Мари, и в её голосе прорвалась истеричная надежда.
Но Дин, наблюдавший за процессом с ледяной концентрацией, нахмурился.
— Что-то не так... — пробормотал он. — Душа... якоря нет...
В тот же миг из только что ожившего тела вырвался ослепительный сгусток чистого света — душа Натали. Он метнулся по комнате, как перепуганная птица, ударяясь о мраморные стены, не в силах найти дорогу домой.
— Держите её! — закричал Дин, но было уже поздно.
Деймон, до этого наблюдавший со стороны, вдруг оживился. Его вампирское зрение уловило то, что другие могли лишь смутно ощутить.
— Эй, красавица! Сюда! — он принялся хлопать ладонью по плечу Натали, как будто подзывая котёнка. — Кис-кис-кис! Возвращайся в свой уютный домик, пока не остыл!
Но его действия лишь напугали и без того дезориентированную душу. Она метнулась в сторону, задержалась на мгновение над лицом Артура, который замер с выражением немой агонии, и затем — растворилась в воздухе, словно дымка. Ослепительный свет погас, оставив после себя лишь горькое послевкусие неудачи.
Тело Натали на столе снова задышало — ровно и глубоко, как во сне. Но в нём не было ни искры сознания. Это была всего лишь хорошая оболочка. Пустая скорлупа.
Она говорила, рыдая, выплёскивая наружу весь накопившийся яд самообвинения.
Деймон не перебивал. Он слушал. Внимательно, без единой усмешки. Когда она выдохлась, он тихо вздохнул.
— Знаешь, — начал он, и его голос был. — Со стороны всё выглядит иначе. Генри помогает тебе, потому что ты девушка которая нравиться, он сам тебя выбрал. А мы мужики такие глупые. Он сам во всем виноват. Елэйн — твоя подруга, потому что ты единственная, кто не боится её настоящей. А что до Криса... — он на мгновение замолчал. — Тот, кто его убил, — я. Не ты.
Он аккуратно прикоснулся к её подбородку, заставив её поднять заплаканное лицо.
— Ты не эгоистка. Ты — живая. Ты совершаешь ошибки, да. Но ты же и исправляешь их. Именно поэтому мы все сегодня здесь. Не потому, что ты кого-то заставила. А потому, что мы верим в тебя. И в Натали.
Мари смотрела на него широкими, полными слёз глазами, и в них медленно пробивалось недоверие, смешанное с надеждой.
— Правда? — прошептала она.
— Клянусь своим дурным вкусом в пиджаках, — серьёзно ответил Деймон. Он большим пальцем осторожно смахнул слёзы с её щёк. — Ну что? Готова выйти и показать всем этим сомневающимся лицам, на что способна ведьма Мари?
Мари глубоко вдохнула, выдохнула и после паузы кивнула. Слабый, но решительный кивок.
— Да. Готова.
— Отлично, — Деймон встал и снова обрёл свой привычный вид. — Тогда вытирай нос и пошли. А то Дин там уже, наверное, всю гостиную вышагал.
Мари слабо улыбнулась, и это было похоже на первый луч солнца после долгой бури.
— Спасибо, Деймон. По-настоящему. — Она вытерла лицо рукавом и сделала глубокий вдох. — Дай мне пять минут, чтобы... привести себя в порядок. Я догоню.
— Пять минут, — с лёгким, уже вернувшимся намёком на привычную насмешку, кивнул он. — Но не задерживайся. А то я там, пожалуй, начну раздавать автографы от твоего имени.
Он вышел из комнаты, прикрыв за собой дверь. В гостиной на него уставились вопросительные взгляды. Дин выжидающе поднял бровь. Елэйн смотрела с тревогой.
— Ну что? — коротко спросил охотник.
— Всё в порядке, — отозвался Деймон, устраиваясь в кресле с видом человека, который просто наслаждался тишиной. —У неё был момент... Но всё под контролем.
Через несколько минут дверь открылась. Мари вышла. Волосы были убраны, следы слёз смыты. В её глазах больше не было паники — только твёрдая, холодная решимость. Она молча прошла к столу, где были разложены ритуальные принадлежности, и взяла в руки заранее подготовленную сумку.
— Я готова, — сказала она тихо, но так, что было слышно каждому.
Никто не стал задавать лишних вопросов. Дин кивнул, Елэйн накинула куртку Алека. Даже Алек и Артур, до этого хранившие молчание, двинулись к выходу.
Деймон, проходя мимо Мари, ловко сунул ей в руку маленькую, изящную серебряную фляжку.
— На всякий случай. — подмигнул он.
Мари сунула фляжку в карман, и тень улыбки тронула её губы.
Пространство в гостиной Мари дрогнуло, и воздух раскололся по шву, вспыхнув изумрудным светом. Елэйн, собрав всю свою волю, провела руками, разрывая ткань реальности. Портал, неровный и зыбкий, открылся.
Все шагнули внутрь.
Оказались в просторном помещении, стены, пол и потолок которого были высечены из мрамора. Свет исходил от самого камня, приглушённый и мерцающий, окрашивая всё в глубокие зелёные тона. В центре комнаты стоял массивный стол из чёрного мрамора, и на нём, неподвижная и прекрасная, словно спящая, лежала Натали.
Мари и Елэйн синхронно сглотнули. Воздух здесь был густым и наполненным мощной, древней магией, которая давила на плечи. Но они переглянулись и кивнули друг другу — пора.
Чимшин, войдя последним, медленно обвёл взглядом помещение. Его демоническая сущность ощутила силу чар, опутывающих это место. Они были не просто сильны. Они были древними, продуманными до мелочей и... печальными. Это было не укрытие. Это был мавзолей.
— Интересно, — пробормотал он себе под нос, и в его голосе впервые прозвучало не презрение, а уважение.
Дин, не теряя времени, сбросил рюкзак на пол и начал раскладывать ингредиенты на небольшом поблизости столике из того же мрамора. Его движения были точными и быстрыми — солдат, готовящийся к бою.
Алек, окинув холодным взглядом комнату, тут же подошёл к Елэйн.
— Куртка, — потребовал он коротко, протянув руку.
Елэйн, покраснев, нерешительно протянула ему куртку, но в её руке остался небольшой, тряпичный свёрток, который она явно намеревалась незаметно оставить в кармане.
Алек заметил это мгновенно. Его взгляд сузился.
— Что это? — спросил он, его голос стал опасным и тихим.
Елэйн потупилась, переминаясь с ноги на ногу.
— Это... моё...
— Отдай, — приказал Алек.
Нехотя, она разжала пальцы. Алек выхватил свёрток, развернул его. На его ладони оказались несколько почерневших, засохших зубов, сморщенный палец и отрезанное ухо. Все части были аккуратно, завернуты.
Алек замер. Он узнал эти останки. Лестат.— Только не говори, — прошипел он, сжимая свёрток в кулаке так, что костяшки побелели, — что я таскал это на себе ПОЧТИ СУТКИ.
Елэйн мило ухмыльнулась, глядя на него снизу вверх.
— Ну... они же хорошо завернуты... Не просыпались.
Алек не знал, как на это реагировать. Гнев, недоумение и какая-то абсурдная смесь других эмоций боролись на его обычно бесстрастном лице. Он просто уставился на неё, безмолвно открывая и закрывая рот, словно рыба на берегу.
— Зачем? — наконец выдохнул он.
— Для коллекции, — просто ответила Елэйн, пожимая плечами, и поспешила присоединиться к Мари у ритуального стола.
Алек так и остался стоять с комком тряпья в руке, полный немого негодования, в то время как Деймон, наблюдавший за сценой, тихо хихикал в сторонке.
Артур подошёл к столу. Он долго смотрел на лицо Натали, почти не дыша. Потом его рука дрогнула, и он достал из кармана маленький, туго свёрнутый кожаный мешочек. Развязал его. Внутри лежал... высохший, почерневший палец.
— ДНК Силин, — тихо сказал он, отвечая на немой вопрос Дина.
В комнате повисла напряжённая пауза, которую нарушил Деймон.
— Надо же, — протянул он, с задумчивостью разглядывая мрачный трофей. — И как тебе удалось его откопать? В прямом смысле. Глубоко нырять пришлось? Русалки не мешали? Не заигрывали с тобой своими... э-э-э... прелестями?
Артур медленно повернул к нему голову. В его взгляде не было ни злобы, ни раздражения — лишь бесконечная, копящаяся веками усталость.
— Одна попыталась, — ответил он ледяным тоном. — Теперь она украшает собой подводный грот в виде известкового нароста. Устраивает?
Деймон сдержанно поднял руки в знак капитуляции, но язвительная ухмылка не сходила с его лица.
— Вполне. Просто любопытно, на какие жертвы идёт мужчина ради... старой подруги.
Артур не удостоил его ответом, положив палец на стол рядом с другими компонентами.
— Давайте другие компоненты, — властно потребовал Дин, его голос прозвучал громко в звенящей тишине мраморной комнаты.
Елэйн, всё ещё слегка розовая от предыдущего обмена с Алеком, порылась в своих карманах. Она колебалась секунду, перебирая свёртки, но в итоге решительно протянула зуб Лестата.
— Держи.
Мари молча положила на стол пробирку с седым волосом Аморона. Все взгляды автоматически переметнулись на Деймона.
— Ну что? — Дин скрестил руки на груди. — Где ДНК главы демонов? Ты же за этим ходил.
Чимшин, который до этого мрачно наблюдал со стороны, резко развернулся и направился к выходу.
— Меня сейчас вырвет. Я не хочу этого вспоминать, — пробормотал он и вышел за дверь, громко хлопнув ею.
Деймон с театральным вздохом достал из внутреннего кармана маленькую пробирку. Внутри плескалась мутная, перламутровая жидкость.
— Что это? — нерешительно спросила Елэйн, с опаской глядя на пробирку.
Деймон обнял её за плечо, широко и лукаво улыбаясь.
— Знаешь, дорогая, когда девушке становится очень-очень хорошо во время... ммм... слияния, назовём это так, — он многозначительно поднял бровь, — они могут и... закончить. Физиологически. Это, можно сказать, квинтэссенция её блаженства. Чистейший образец.
В комнате повисла оглушительная, шокированная тишина.
— Убери руки от неё, — прогремел голос Чимшина. Он вернулся в дверной проём, его глаза пылали чистой ненавистью.
— Не на того лаешь, болонка, — парировал Деймон, не двигаясь. Его взгляд скользнул к Алеку. — Ведь так, Алек? Не хочешь ничего рассказать?
Алек стоял бледный, как полотно. Его челюсть была сжата так, что, казалось, вот-вот треснут зубы.
— Я не хочу ничего говорить — проскрежетал он.
Чимшин с недоверием перевёл взгляд с Деймона на Алека, пытаясь понять эту немую игру.
— Ой, тоже мне трагедия, — фыркнул Елэйн. — Ведёшь себя как несчастный девственник. Хотя мы-то знаем, что это не так, правда?
Все, как по команде, резко повернулись к Елэйн. Взгляды Дина, Мари и даже Артура выражали полнейшую ошарашенность.
Елэйн закатила глаза с таким видом, будто это была самая дурацкая ситуация в её жизни.
— Все вы неправильно поняли! — воскликнула она, заливаясь краской. — И я не так выразилась! Его невинность я не трогала! Речь не об этом!
Алек издал звук, похожий на рычание раненого зверя.
— Если Артур тебя тогда не задушил, — он сделал шаг вперёд, — то это сделаю я.
Деймон тихо хихикнул, довольный произведённым эффектом.
Чимшин мгновенно оказался между Алеком и Елэйн, приняв защитную стойку.
Дин с силой ткнул пальцем в стол.
— Кончай клоунаду! — рявкнул он. — Объясняй, что это за жидкость на самом деле, Деймон, пока здесь не началась бойня. И ты, Елэйн, говори чётко и ясно.
— Жидкость ты правильно понял, какая, — с невозмутимым видом констатировал Деймон, все ещё держа в руках злополучную пробирку.
В комнате снова повисла напряжённая тишина, наэлектризованная готовой вспыхнуть яростью Алека и защитной позицией Чимшина.
Дин, сжав переносицу, тяжело вздохнул. Он посмотрел на все разложенные компоненты, потом на неподвижную Натали, потом на лица собравшихся, застывшие в ожидании его решения.
— Ладно, — выдохнул он с видом человека, который слишком устал, чтобы разбираться в демонических интригах и вампирских похабностях. — Всё равно подходит. Биоматериал высшего демона, полученный в момент... пикового экстаза... годится. Сила там та же.
Он взял пробирку из рук Деймона и поставил её рядом с зубом Лестата, пальцем Силин и волосом Аморона.
— Ну тогда всё готово. Можем начинать.
Его слова прозвучали как приговор. Все отвлечённые склоки разом ушли на второй план.
Мари выпрямилась, её пальцы сжали край мраморного стола. Елэйн глубоко вдохнула, собираясь с духом.
Пришло время творить самую тёмную магию. Пришло время вернуть Натали.
Глава 10. Это еще не конец.
Воздух в мраморной комнате застыл, наполнившись тяжёлым гулом нарастающей магии. Дин закончил последние приготовления. На небольшом столике рядом с телом Натали лежали четыре ключевых компонента: пробирка с мутной жидкостью Эмилии, зуб Лестата, палец Силин и волос Аморона. Рядом сверкал, впитывая в себя зелёный свет, кристалл охотника — мощный аккумулятор и проводник силы. Последним ингредиентом была свежая кровь Мари, налитая в небольшую серебряную чашу.
— Заклинание сложное, — голос Дина был низким и без эмоций. — Его нужно прочитать на древнем наречии Валькоры. Без единой ошибки. И с огромным запасом силы. Малейший сбой... — он не стал договаривать, но все и так поняли.
Мари и Елэйн переглянулись. В их глазах читалась одна и та же мысль.
— Мы прочитаем его вместе, — твёрдо сказала Елэйн. — Так надёжнее.
Мари кивнула, её лицо было бледным, но решительным.
Артур, до этого молча наблюдавший со стороны, сделал шаг вперёд. Его движение было плавным и полным неожиданной грации. Он молча протянул руку Мари, ладонью вверх.
— Для подпитки, — тихо сказал он. — Бери столько, сколько нужно.
Мари колебалась лишь мгновение, затем крепко обхватила его предплечье. Её пальцы впились в его кожу. Тёплый, мощный и древний поток силы полукровки хлынул в неё, заставив выдохнуть от неожиданности. Это было похоже на удар тока, но не болезненный, а наполняющий.
Чимшин, видя это, с неохотой, но также протянул руку Елэйн. Его взгляд был отведён в сторону.
— Не растрачивай попусту, милая, — буркнул он.
Елэйн кивнула и так же взяла его за предплечье. Холодная, колючая демоническая энергия ударила ей в руку, заставив вздрогнуть. Она стиснула зубы, привыкая к непривычному и едкому ощущению.
Деймон присвистнул, наблюдая за образовавшимися парами.
— Ну вот, уже веселее. Прямо кружок по интересам. А мне тоже к кому-нибудь прицепиться? — он окинул взглядом Алека, но тот лишь угрожающе щёлкнул когтями, давая понять, что предложение отклоняется.
— Начинайте, — приказал Дин, занимая позицию у изголовья Натали, готовый в любой момент взять управление ритуалом на себя, если что-то пойдёт не так.
Мари и Елэйн глубоко вздохнули. Их голоса, сначала тихие и неуверенные, слились воедино, набирая силу и мощь. Древние слова, полные власти и скорби, заполнили комнату. Зелёный мрамор вокруг засветился ярче, отзываясь на зов. Компоненты на столе начали медленно плавиться, образуя сияющую, переливающуюся всеми цветами радуги субстанцию, которая потянулась тонкими нитями к неподвижному телу Натали.
Ритуал начался.
Воздух в мраморной комнате загудел, как улей. Светящаяся субстанция из расплавленных компонентов обвила тело Натали, вплетаясь в него тысячью сияющих нитей. Рана на её груди, оставленная вырванным сердцем, начала сходиться с тихим шипением, плоть регенерировала с неестественной, жутковатой скоростью. Кровь на её коже втянулась обратно, не оставив и следа.
Голоса Мари и Елэйн, подпитываемые силой Артура и Чимшина, набирали мощь, сливаясь в единый, громоподобный гимн на забытом языке. Казалось, сама комната слушает их, затаив дыхание.
И вдруг... тело Натали вздрогнуло. Грудь поднялась в первом судорожном, хриплом вдохе. Веки затрепетали.
— Работает! — выдохнула Мари, и в её голосе прорвалась истеричная надежда.
Но Дин, наблюдавший за процессом с ледяной концентрацией, нахмурился.
— Что-то не так... — пробормотал он. — Душа... якоря нет...
В тот же миг из только что ожившего тела вырвался ослепительный сгусток чистого света — душа Натали. Он метнулся по комнате, как перепуганная птица, ударяясь о мраморные стены, не в силах найти дорогу домой.
— Держите её! — закричал Дин, но было уже поздно.
Деймон, до этого наблюдавший со стороны, вдруг оживился. Его вампирское зрение уловило то, что другие могли лишь смутно ощутить.
— Эй, красавица! Сюда! — он принялся хлопать ладонью по плечу Натали, как будто подзывая котёнка. — Кис-кис-кис! Возвращайся в свой уютный домик, пока не остыл!
Но его действия лишь напугали и без того дезориентированную душу. Она метнулась в сторону, задержалась на мгновение над лицом Артура, который замер с выражением немой агонии, и затем — растворилась в воздухе, словно дымка. Ослепительный свет погас, оставив после себя лишь горькое послевкусие неудачи.
Тело Натали на столе снова задышало — ровно и глубоко, как во сне. Но в нём не было ни искры сознания. Это была всего лишь хорошая оболочка. Пустая скорлупа.
