Джозеф вновь зачерпнул, затем сжав зубы, решительно опорожнил посуду. – «Опять стон». – Мальчик продолжил черпать тарелкой из бочки. Вскоре уровень понизился. За стеной заурчало, тряпка, заткнутая в трубку, намокла с нее упало несколько капель. – «Долго слишком долго. Но если вынуть затычку, вода потечет на пол; залив потолок; просочиться в комнату тёти». – Джозеф смотрел на бочку, понимая, – «если не поторопится – фея исчезнет».
– «Нет так не пойдёт, по мере падения уровня приходиться нагибаться всё больше, а сил, итак, не осталось. Возможно если забраться внутрь, вычерпывать станет легче», – подумал мальчик, сбрасывая тунику, и забираясь в бочку. Вода потоком полилась вниз. Джозеф резко привстал. – «Уф студёная!», – он уже забыл, когда купался в последний раз.
– Тело быстро остыло, уровень заметно убавился. Мальчик продолжил вычерпывать воду. Вскоре тарелка стала шкрябать по дну. Джозеф разогнул спину и вытер со лба пот, взглянув в проём.
– «Итак она ещё там!» – мальчик посмотрел на руки, – «пальцы – как покрыты золотом!»
– «Кровь как краска даже вода не смыла», – удивился он, вспомнив, как однажды в детстве перемазал ладошки чем-то синим, найденным в сумке работника, чинившего скамью. Отец тогда шутливо ругался на – мать, а та улыбалась, оттирая ребенку пальцы. – «Когда краска высохла ощущение были такие же, как сейчас». – Джозеф вспомнил глаза матери, улыбку, прикосновенье рук, душистый запах волос. – «Как он мог всё потерять в один миг! Как оказался запертым в комнате откуда нет выхода?» – Ноги мальчика заметно дрожали, когда он наконец смог вылезти из бочки, опустившись в бессилии, подле неё...
– Он так устал, что больше не боялся – потерять фею. Сейчас всё происходящее, произошедшие казалось сном. – «Бесконечным длинным! Но пришла пора проснутся! Увидеть маму, отца. Вгрызться зубами в поджаристую корочку – яблочного пирога». – Он не станет рассказывать родителям о своем кошмаре. О бессонных ночах, заполненных слезами. О тишине одиночества.
– «Только бы проснутся, только бы увидеть родных. Возможно ли фея – ключ к спасению?» – «а раз так, он всё сделал правильно и.…» – «Помоги ей, и, она всё вернёт», – шептал в голове мальчика внутренний голос; побуждая ребенка двигаться...
– Джозеф обманывал себя, но был готов уверовать в чудо. Возможно, он просто боялся принять настоящее, боялся остаться один, без цели...
Как часто мы придумываем себе причину, чтоб двигаться дальше, намечая своё предназначение в нелепых фантазиях, порой даже не осуществимых, но влекущих к себе – золотистым светом, как мотыльков на огонь...
... – Джозеф обхватил бочку обеими руками, рванув на себя; раздался треск дерева.
– «Он что-то сломал, ну и пусть, во сне всё можно!» – Мальчик схватился за края посудины боднув её, и она упала с грохотом покатившись по полу. Внизу залаяла псина. Затем послышалась ругань. Вскоре, на лестнице раздались шаги; сквозь щели в стене, проник свет лампы. Кто-то поднялся по лестнице, но двери открывать не стал. – «Дыхание хриплое грудное» – «верно тётя», – подумал мальчик. Женщина постояла, прислушиваясь, затем стала спускаться.
– И чего лаяла, – пробормотала меггера, зло пнув – заскулившую вдруг собаку... Джозеф выдохнул воздух; и уже стараясь не шуметь, подкатил бочку к стене; поднял её; затем, положил поверх доску, чтоб было удобней стоять.
– Ещё высоко, но уже можно коснутся отверстия. – Мальчик погладил крылья феи кончиками пальцев. – «Какие гладкие, но пыльца почти осыпалась».
– Джозеф встал на цыпочки потянувшись вверх, затем провёл вдоль дыры рукой, нащупав, что-то тонкое, мягкое. Мальчик зажал кончик крыла между указательным и средним пальцем и осторожно потянул на себя. Бочка под ногами слегка качалась. Балансировать было тяжело, левая рука беспомощно скользила по стене; ища опору, чешуйки проскальзывали между пальцев. Руки от пота стали липкими, ноги непривычные к физическим нагрузкам сильно болели, шея затекла; но прогресс был очевиден. Джозеф вновь потянул за крыло. Оно гнулось под пальцами осыпая пыльцу, но тело феи хоть и медленно, но двигалось...
– «Больно как же больно. Сил почти не осталось. Темнота». – Дае казалось, что её правое крыло сейчас оторвётся, нестерпимо болели ребра. Фея открыла глаза. – «Где она!» – В памяти всплыли летящие на встречу крыши домов. – «Каплпак, она так и не долетела, до Тёмной башни». – Последнее воспоминание – «кот, погнавшийся за ней едва, она упала, а затем бег по веткам прятки в листве, и забвение». «Опять кто-то дернул за крыло». – Дая хотела крикнуть – чтоб её оставили в покое, но смогла издать – лишь стон. – «Да кто её так!» – Фея на секунду открыла глаза – увидев свет звезд, что качались из стороны в сторону. – «Или это она сама качается? Что же происходит. Снова толчок. Она падает, её схватили – сдавив сломанные ребра. Дая пробовала вырваться, вцепившись зубами в чьи-то пальцы; хватка разжалась, и фея полетела вниз...
... Удар о доски не очень сильный, но лёгкое тело – подпрыгнуло, перевернулось, оставшись лежать крыльями вверх. Дая приподнялась на руках осмотревшись; глаза медленно привыкали к полумраку. Рядом кто-то был. – «Судя по ауре, либо карлик, либо ребенок». – Фея встала на колени, прижав ладони к ребрам. Под пальцами липко, руки в охре. Владычица подняла голову –метая в обидчика взгляды-молнии. – «Свет души яркий, точно ребенок, что ж тем проще».
– Убедившись, что реальной опасности пока нет, Дая для проверки – рискнула прочесть пару заклятий, но ни одно не сработало. – «Магические силы иссякли?» – Фея развернула крылья, вспомнив лучника, что в неё стрелял. – «Возрожденный дракон, нужно предупредить хозяйку», – вспомнила она о миссии, – «но для начала оправиться!» – Дая поднялась оглядев себя. – «Раны не смертельны, но запускать нельзя. Волшебство иссякло, значит – пыльцы больше нет», – догадалась фея.
– «Как же её мутит!» – «О нет снова хватают!» – «Глупый ребёнок в другое время на куски б порвала, но сейчас так худо, как бы совсем не отрубиться!»
– Эй ну руки убрал я тебе не кукла, – возмутилась Дая чувствуя, как её ощупывают и осматривают.
– Но ты фея, – вымолвил голос во тьме.
– Да уж не мышь, – сквозь зубы проскрипела владычица Темной башни. – Ты это за ребра не хватай, и, как насчет воды, – спросила девушка.
– А это у меня есть, – ответил голос, и Дая почувствовала, как её отпускают; во тьме раздался звук словно выдернули пробку и шорох журчавшего ручейка.
– Вот, – перед феей, поставили тарелку. Дая принюхалась, осторожно тронув жидкость – плескавшую в сосуде. – В первую очередь нужно промыть рану, – решила было она, однако жажда была сильней и фея, став на колени, принялась пить. – «Неплохо, студёная, и бодрит», – решила Дая, когда комната перестала плыть. – «Что ж жажду утолила, пора подумать о лечении!»
– Фея села на край тарелки, и зачерпнув пригоршню воды поднесла к ране. – «Похоже сломано три ребра», – определила она.
– Эй ты, как тебя зовут, – спросила фея, устраиваясь на полу. – «Джозеф», – ответил голос. Сейчас, когда «кошачье зрение» почти вернулось, Дая смогла рассмотреть приземистого ребенка в тунике до колен, и длинными чуть ниже плеч тёмными волосами. – «Мальчик, судя по имени, точно мальчик, лет шесть семь», – подумала фея.
– Послушай Джозеф не принесёшь мне чистой ткани, и огня если есть, – попросила девушка; стараясь не потерять сознание; ребенок лишь недоуменно захлопал глазами.
–А-а до чего ж тупой, – рассердилась Дая. – Быстро неси тряпку, – вскрикнула было она, но охнув замолкла – схватившись за ребра.
Мальчик ещё чуть постоял, но видно догадавшись, о чем речь, вскоре вернулся с искомым, после чего протянув Дае полоску ткани – устроился рядом. Фея дотронулась до куска материи. – «Толстая грубая, но делать нечего». – Швея, провела острыми ногтями по ткани, отделяя узкую полоску шириной в человеческий палец. – Помоги мне, – скомандовала девушка. – Подержи бинт, пока я займусь раной, – сказала она, намочив ткань.
– Ты ведь волшебница, – вновь повторил мальчик. «Можешь вернуть родителей», — скрывая слезы спросил он.
– Что? – Дая вынула бинт – хорошенько отжав. – В целом я всё могу, но смотря откуда, – задумалась девушка, машинально накладывая повязку.
– Они не вернулись домой, а потом пришла тетя и оставила меня здесь, – зарыдал ребёнок.
– Ну тихо, тихо. Не бойся я с тобой, – попробовала успокоить малыша Дая, глубоко вдохнув пару раз. – «Вроде терпимо» – фея для пробы взмахнула крыльями, затем закрепив бинт чуть повыше плеча, встала на ноги.
«Ребра ещё болели, но уже не так сильно».
– Послушай Джозеф так ты здесь давно сидишь, – поинтересовалась Дая создав себе из остатка тряпки, что-то вроде юбки, и нагрудника. Ткани бы хватило и на саронг, но правое крыло никак не хотело слушаться, а складывать его насильно, фее не хотелось. – «Так значит он здесь совсем один», – Дая осмотрелась вокруг. – В комнате не было ничего кроме тряпок, всякой рухляди, и бочки у стены. – «Крепкая деревянная дверь с большой щелью внизу. Человек не пролезет, но её тело точно пройдет. Второй вариант прореха, через которую её втащили. При должном старании малыш вполне может пропихнуть её обратно, вот только как бы снова не столкнутся с тем жутким котом, что принял её за мышь», – ужаснулась Дая.
– «Мм наверно дверь всё же предпочтительней. Хорошо бы даже по пути кто из взрослых попался, тогда она просто прикажет доставить себя в Тёмную Башню, хотя, учитывая её репутацию, как бы хозяева чувств не лишились, и то в лучшем случае», – усмехнулась Владычица.
– Фея дошла до двери и легла на пол, пробуя протиснутся в щель.
– «Тяжело, одной ей не справится, придётся просить мальчика».
«Ребенок тихо всхлипывал в темноте бормоча под нос, то ли желания, то ли просьбы».
– Расстроился? Неудивительно, впрочем, даже если б у неё были силы, исполнение желаний требуют определённого ритуала. Конечно, в какой-то степени он её спас, но...
– Дая подошла к мальчику вспорхнув к нему на колени, затем погладила по правой руке. – «Снова рыдает? Нет уже успокаивается».
–А-а! – вновь заплакал ребенок, хватая фею и прижимая к себе как куклу, Дая почувствовала, как трутся друг о друга сломанные рёбра, и потеряла сознание.
Свет солнца пробивался сквозь веки. Хотелось есть. Дая потянулась и проснулась, выбравшись из-под кучи тряпок. – Хорошо хоть он во сне её отпустил, – подумала фея, глянув на лицо спящего мальчика
– «Похоже ребенок проплакал всю ночь, однако не забыл позаботиться о ней. Прочем если б он её не сдавил, она б уже давно была дома!»
– По лестнице за дверью, кто-то подымался. – «Довольно грузный!» – Фея слышала, как под тяжестью массивного тела скрипят доски, – «скорей всего та самая тётя», – решила девушка.
– Джозеф негодный мальчишка, – раздался хриплый гортанный голос, – опять забыл тарелку поставить, хочешь без еды остаться, – пригрозила толстуха.
Фея попробовала разбудить мальчика, но он слишком крепко спал. Тогда она кинулась к тарелке, и помогая себе крыльями, подтащила её, сунув под дверь.
– Одну минутку, – неосознанно пискнула Дая, проталкивая посудину.
– Джозеф это ты? – раздался удивленный голос. – Я тетя, я, – ответила фея, давясь от смеха.
– Давай еду, – за дверью хмыкнули, послышался стук, как будто что-то вываливают в миску; затем доска внизу двери приподнялась и из щели, появилась тарелка. Фея схватила за край, потянула миску на себя. За дверью снова хмыкнули, раздался звук спускающихся шагов.
– Еда, отлично! – Дая лизнула масло, растекающееся по горячей каше. – «А не сказать, что малыша голодом морят», – подумала она, впиваясь зубами в заплесневелый хлеб.
– Фея ела даже не замечая, что ест. Наконец она насытилась, облизала тарелку, и подобрав последние крошки ссыпала, их в рот. – «А-а отлично! Силы восстановлены! Людская пища, конечно, грубовата. О нет через чур груба!» – Фея почувствовала тошноту. Более того выпитая накануне тарелка воды давала себя знать. Дая завертела головой ей очень было надо, – «но не делать же это прямо на полу». – Фея быстро осмотрела комнату. Она искала хоть что-то похожее на ночной горшок, но ничего не было.
– А нет уже потекло, боги как же стыдно, но ведь мальчик куда-то испражняется, – думала Дая примостившись на тарелке. – «Ни единого горшка, да вообще никакой мебели! А-а, как же она зла на эту тётю!» – «Надо превратить её в зомби, нет зомби это слабо», – думала фея, пытаясь, устроиться поудобней, – «ну вот кажется процесс пошёл», – Дая было закрыла глаза, но здесь...
– А-а! Что, ты делаешь? – удивленно спросил мальчик; протирая глаза.
–Я! – Фея покраснела. – Извини не могла найти туалет, – запинаясь произнесла она, ещё больше залившись краской.
– Ты про то место, – спросил Джозеф, – оно там у стены, – правда, – малыш окинул крошку оценивающим взглядом, – для тебя та дырка великовата. «И вообще разве феи это делают», –спросил он, нахмурясь в сомнениях...
... Дая намочила кусочек тряпки падающими из трубки над головой каплями, вымыла попку, и лишь потом натянула юбку.
– Уф, – вздохнула она. – Хорошо ты ребёнок, а то б живым не ушёл, а то было б неправильно, тем более ты меня спас, – вздохнула Дая, завершив туалет.
– Убить меня, – удивился Джозеф.
– Ну должен понимать, физиология, всё же довольно личное, и будь ты старше... впрочем стереть память было б проще, но сейчас колдовать не могу, а значит, мм, – фея вновь покраснела.
– Забыли! Что важно, моя хозяйка в беде, так, что кровь из носа, нужно выбраться отсюда. Однако ты говоришь – тебя заперла тётя, и как давно здесь сидишь, впрочем, ты уже что-то говорил по этому поводу, э-э тока не плачь, – нахмурилась Дая, заметив нарождающиеся слезы в глазах мальчика.
– Тогда тоже пели цикады, но это было давно, ещё до того, как стало холодно и пошел снег, – сквозь слезы ответил малыш.
– Что! – Фея мысленно посчитала возможный срок заключения ребенка и ужаснулась.
– Ты сидишь один больше года! – Знаешь, у меня появилась дикое желание поговорить с твоей тётей, и поверь, мало ей не покажется! Кстати, говоришь – твои родители не вернулись, их тоже постараюсь найти и неважно, где, в конце концов, у меня неплохие связи, даже в загробном мире, но пока, я должна уйти...
... Вот только как, крыло болит, магии без пыльцы тоже нет; придётся действовать грубой силой. Помоги отодвинуть доску. Раз прошла тарелка, я тоже смогу, – предположила фея, указав мальчику на дверь. Джозеф повиновался. Дая опустилась на пол и скользнув в проём, очутилась снаружи...
– «Наконец спустилась по лестнице, но тут ещё проход. Внизу маячит полоска света». – Дая подобралась ближе, – «щель, слишком узкая, чтоб пролезть под неё, и здесь нет дверцы, ни для тарелки, ни для кошки». «Обычная добротная деревянная дверь, близко пригнанная к полу. Неужели тупик». – Фея посмотрела наверх. – «Будь крылья в порядке, она бы смогла добраться до замочной скважины; глянуть что на той стороне; но сейчас выхода нет». «Остается ждать».
Дая устало присела на ступеньку, ещё никогда она не чувствовала себя столь беспомощной.
– «Вернутся к мальчику? За ночь, она восстановит силы, хотя летать, ещё долго не сможет. Нет надо как можно быстрей, добраться до Темной Башни». – «Хозяйка, что с ней? Как бы дров не наломала в её отсутствие!»
– «Нет так не пойдёт, по мере падения уровня приходиться нагибаться всё больше, а сил, итак, не осталось. Возможно если забраться внутрь, вычерпывать станет легче», – подумал мальчик, сбрасывая тунику, и забираясь в бочку. Вода потоком полилась вниз. Джозеф резко привстал. – «Уф студёная!», – он уже забыл, когда купался в последний раз.
– Тело быстро остыло, уровень заметно убавился. Мальчик продолжил вычерпывать воду. Вскоре тарелка стала шкрябать по дну. Джозеф разогнул спину и вытер со лба пот, взглянув в проём.
– «Итак она ещё там!» – мальчик посмотрел на руки, – «пальцы – как покрыты золотом!»
– «Кровь как краска даже вода не смыла», – удивился он, вспомнив, как однажды в детстве перемазал ладошки чем-то синим, найденным в сумке работника, чинившего скамью. Отец тогда шутливо ругался на – мать, а та улыбалась, оттирая ребенку пальцы. – «Когда краска высохла ощущение были такие же, как сейчас». – Джозеф вспомнил глаза матери, улыбку, прикосновенье рук, душистый запах волос. – «Как он мог всё потерять в один миг! Как оказался запертым в комнате откуда нет выхода?» – Ноги мальчика заметно дрожали, когда он наконец смог вылезти из бочки, опустившись в бессилии, подле неё...
– Он так устал, что больше не боялся – потерять фею. Сейчас всё происходящее, произошедшие казалось сном. – «Бесконечным длинным! Но пришла пора проснутся! Увидеть маму, отца. Вгрызться зубами в поджаристую корочку – яблочного пирога». – Он не станет рассказывать родителям о своем кошмаре. О бессонных ночах, заполненных слезами. О тишине одиночества.
– «Только бы проснутся, только бы увидеть родных. Возможно ли фея – ключ к спасению?» – «а раз так, он всё сделал правильно и.…» – «Помоги ей, и, она всё вернёт», – шептал в голове мальчика внутренний голос; побуждая ребенка двигаться...
***
– Джозеф обманывал себя, но был готов уверовать в чудо. Возможно, он просто боялся принять настоящее, боялся остаться один, без цели...
Как часто мы придумываем себе причину, чтоб двигаться дальше, намечая своё предназначение в нелепых фантазиях, порой даже не осуществимых, но влекущих к себе – золотистым светом, как мотыльков на огонь...
***
... – Джозеф обхватил бочку обеими руками, рванув на себя; раздался треск дерева.
– «Он что-то сломал, ну и пусть, во сне всё можно!» – Мальчик схватился за края посудины боднув её, и она упала с грохотом покатившись по полу. Внизу залаяла псина. Затем послышалась ругань. Вскоре, на лестнице раздались шаги; сквозь щели в стене, проник свет лампы. Кто-то поднялся по лестнице, но двери открывать не стал. – «Дыхание хриплое грудное» – «верно тётя», – подумал мальчик. Женщина постояла, прислушиваясь, затем стала спускаться.
– И чего лаяла, – пробормотала меггера, зло пнув – заскулившую вдруг собаку... Джозеф выдохнул воздух; и уже стараясь не шуметь, подкатил бочку к стене; поднял её; затем, положил поверх доску, чтоб было удобней стоять.
– Ещё высоко, но уже можно коснутся отверстия. – Мальчик погладил крылья феи кончиками пальцев. – «Какие гладкие, но пыльца почти осыпалась».
– Джозеф встал на цыпочки потянувшись вверх, затем провёл вдоль дыры рукой, нащупав, что-то тонкое, мягкое. Мальчик зажал кончик крыла между указательным и средним пальцем и осторожно потянул на себя. Бочка под ногами слегка качалась. Балансировать было тяжело, левая рука беспомощно скользила по стене; ища опору, чешуйки проскальзывали между пальцев. Руки от пота стали липкими, ноги непривычные к физическим нагрузкам сильно болели, шея затекла; но прогресс был очевиден. Джозеф вновь потянул за крыло. Оно гнулось под пальцами осыпая пыльцу, но тело феи хоть и медленно, но двигалось...
***
– «Больно как же больно. Сил почти не осталось. Темнота». – Дае казалось, что её правое крыло сейчас оторвётся, нестерпимо болели ребра. Фея открыла глаза. – «Где она!» – В памяти всплыли летящие на встречу крыши домов. – «Каплпак, она так и не долетела, до Тёмной башни». – Последнее воспоминание – «кот, погнавшийся за ней едва, она упала, а затем бег по веткам прятки в листве, и забвение». «Опять кто-то дернул за крыло». – Дая хотела крикнуть – чтоб её оставили в покое, но смогла издать – лишь стон. – «Да кто её так!» – Фея на секунду открыла глаза – увидев свет звезд, что качались из стороны в сторону. – «Или это она сама качается? Что же происходит. Снова толчок. Она падает, её схватили – сдавив сломанные ребра. Дая пробовала вырваться, вцепившись зубами в чьи-то пальцы; хватка разжалась, и фея полетела вниз...
***
... Удар о доски не очень сильный, но лёгкое тело – подпрыгнуло, перевернулось, оставшись лежать крыльями вверх. Дая приподнялась на руках осмотревшись; глаза медленно привыкали к полумраку. Рядом кто-то был. – «Судя по ауре, либо карлик, либо ребенок». – Фея встала на колени, прижав ладони к ребрам. Под пальцами липко, руки в охре. Владычица подняла голову –метая в обидчика взгляды-молнии. – «Свет души яркий, точно ребенок, что ж тем проще».
– Убедившись, что реальной опасности пока нет, Дая для проверки – рискнула прочесть пару заклятий, но ни одно не сработало. – «Магические силы иссякли?» – Фея развернула крылья, вспомнив лучника, что в неё стрелял. – «Возрожденный дракон, нужно предупредить хозяйку», – вспомнила она о миссии, – «но для начала оправиться!» – Дая поднялась оглядев себя. – «Раны не смертельны, но запускать нельзя. Волшебство иссякло, значит – пыльцы больше нет», – догадалась фея.
– «Как же её мутит!» – «О нет снова хватают!» – «Глупый ребёнок в другое время на куски б порвала, но сейчас так худо, как бы совсем не отрубиться!»
– Эй ну руки убрал я тебе не кукла, – возмутилась Дая чувствуя, как её ощупывают и осматривают.
– Но ты фея, – вымолвил голос во тьме.
– Да уж не мышь, – сквозь зубы проскрипела владычица Темной башни. – Ты это за ребра не хватай, и, как насчет воды, – спросила девушка.
– А это у меня есть, – ответил голос, и Дая почувствовала, как её отпускают; во тьме раздался звук словно выдернули пробку и шорох журчавшего ручейка.
– Вот, – перед феей, поставили тарелку. Дая принюхалась, осторожно тронув жидкость – плескавшую в сосуде. – В первую очередь нужно промыть рану, – решила было она, однако жажда была сильней и фея, став на колени, принялась пить. – «Неплохо, студёная, и бодрит», – решила Дая, когда комната перестала плыть. – «Что ж жажду утолила, пора подумать о лечении!»
– Фея села на край тарелки, и зачерпнув пригоршню воды поднесла к ране. – «Похоже сломано три ребра», – определила она.
– Эй ты, как тебя зовут, – спросила фея, устраиваясь на полу. – «Джозеф», – ответил голос. Сейчас, когда «кошачье зрение» почти вернулось, Дая смогла рассмотреть приземистого ребенка в тунике до колен, и длинными чуть ниже плеч тёмными волосами. – «Мальчик, судя по имени, точно мальчик, лет шесть семь», – подумала фея.
– Послушай Джозеф не принесёшь мне чистой ткани, и огня если есть, – попросила девушка; стараясь не потерять сознание; ребенок лишь недоуменно захлопал глазами.
–А-а до чего ж тупой, – рассердилась Дая. – Быстро неси тряпку, – вскрикнула было она, но охнув замолкла – схватившись за ребра.
Мальчик ещё чуть постоял, но видно догадавшись, о чем речь, вскоре вернулся с искомым, после чего протянув Дае полоску ткани – устроился рядом. Фея дотронулась до куска материи. – «Толстая грубая, но делать нечего». – Швея, провела острыми ногтями по ткани, отделяя узкую полоску шириной в человеческий палец. – Помоги мне, – скомандовала девушка. – Подержи бинт, пока я займусь раной, – сказала она, намочив ткань.
– Ты ведь волшебница, – вновь повторил мальчик. «Можешь вернуть родителей», — скрывая слезы спросил он.
– Что? – Дая вынула бинт – хорошенько отжав. – В целом я всё могу, но смотря откуда, – задумалась девушка, машинально накладывая повязку.
– Они не вернулись домой, а потом пришла тетя и оставила меня здесь, – зарыдал ребёнок.
– Ну тихо, тихо. Не бойся я с тобой, – попробовала успокоить малыша Дая, глубоко вдохнув пару раз. – «Вроде терпимо» – фея для пробы взмахнула крыльями, затем закрепив бинт чуть повыше плеча, встала на ноги.
«Ребра ещё болели, но уже не так сильно».
– Послушай Джозеф так ты здесь давно сидишь, – поинтересовалась Дая создав себе из остатка тряпки, что-то вроде юбки, и нагрудника. Ткани бы хватило и на саронг, но правое крыло никак не хотело слушаться, а складывать его насильно, фее не хотелось. – «Так значит он здесь совсем один», – Дая осмотрелась вокруг. – В комнате не было ничего кроме тряпок, всякой рухляди, и бочки у стены. – «Крепкая деревянная дверь с большой щелью внизу. Человек не пролезет, но её тело точно пройдет. Второй вариант прореха, через которую её втащили. При должном старании малыш вполне может пропихнуть её обратно, вот только как бы снова не столкнутся с тем жутким котом, что принял её за мышь», – ужаснулась Дая.
– «Мм наверно дверь всё же предпочтительней. Хорошо бы даже по пути кто из взрослых попался, тогда она просто прикажет доставить себя в Тёмную Башню, хотя, учитывая её репутацию, как бы хозяева чувств не лишились, и то в лучшем случае», – усмехнулась Владычица.
– Фея дошла до двери и легла на пол, пробуя протиснутся в щель.
– «Тяжело, одной ей не справится, придётся просить мальчика».
«Ребенок тихо всхлипывал в темноте бормоча под нос, то ли желания, то ли просьбы».
– Расстроился? Неудивительно, впрочем, даже если б у неё были силы, исполнение желаний требуют определённого ритуала. Конечно, в какой-то степени он её спас, но...
– Дая подошла к мальчику вспорхнув к нему на колени, затем погладила по правой руке. – «Снова рыдает? Нет уже успокаивается».
–А-а! – вновь заплакал ребенок, хватая фею и прижимая к себе как куклу, Дая почувствовала, как трутся друг о друга сломанные рёбра, и потеряла сознание.
***
Свет солнца пробивался сквозь веки. Хотелось есть. Дая потянулась и проснулась, выбравшись из-под кучи тряпок. – Хорошо хоть он во сне её отпустил, – подумала фея, глянув на лицо спящего мальчика
– «Похоже ребенок проплакал всю ночь, однако не забыл позаботиться о ней. Прочем если б он её не сдавил, она б уже давно была дома!»
– По лестнице за дверью, кто-то подымался. – «Довольно грузный!» – Фея слышала, как под тяжестью массивного тела скрипят доски, – «скорей всего та самая тётя», – решила девушка.
– Джозеф негодный мальчишка, – раздался хриплый гортанный голос, – опять забыл тарелку поставить, хочешь без еды остаться, – пригрозила толстуха.
Фея попробовала разбудить мальчика, но он слишком крепко спал. Тогда она кинулась к тарелке, и помогая себе крыльями, подтащила её, сунув под дверь.
– Одну минутку, – неосознанно пискнула Дая, проталкивая посудину.
– Джозеф это ты? – раздался удивленный голос. – Я тетя, я, – ответила фея, давясь от смеха.
– Давай еду, – за дверью хмыкнули, послышался стук, как будто что-то вываливают в миску; затем доска внизу двери приподнялась и из щели, появилась тарелка. Фея схватила за край, потянула миску на себя. За дверью снова хмыкнули, раздался звук спускающихся шагов.
– Еда, отлично! – Дая лизнула масло, растекающееся по горячей каше. – «А не сказать, что малыша голодом морят», – подумала она, впиваясь зубами в заплесневелый хлеб.
– Фея ела даже не замечая, что ест. Наконец она насытилась, облизала тарелку, и подобрав последние крошки ссыпала, их в рот. – «А-а отлично! Силы восстановлены! Людская пища, конечно, грубовата. О нет через чур груба!» – Фея почувствовала тошноту. Более того выпитая накануне тарелка воды давала себя знать. Дая завертела головой ей очень было надо, – «но не делать же это прямо на полу». – Фея быстро осмотрела комнату. Она искала хоть что-то похожее на ночной горшок, но ничего не было.
– А нет уже потекло, боги как же стыдно, но ведь мальчик куда-то испражняется, – думала Дая примостившись на тарелке. – «Ни единого горшка, да вообще никакой мебели! А-а, как же она зла на эту тётю!» – «Надо превратить её в зомби, нет зомби это слабо», – думала фея, пытаясь, устроиться поудобней, – «ну вот кажется процесс пошёл», – Дая было закрыла глаза, но здесь...
– А-а! Что, ты делаешь? – удивленно спросил мальчик; протирая глаза.
–Я! – Фея покраснела. – Извини не могла найти туалет, – запинаясь произнесла она, ещё больше залившись краской.
– Ты про то место, – спросил Джозеф, – оно там у стены, – правда, – малыш окинул крошку оценивающим взглядом, – для тебя та дырка великовата. «И вообще разве феи это делают», –спросил он, нахмурясь в сомнениях...
***
... Дая намочила кусочек тряпки падающими из трубки над головой каплями, вымыла попку, и лишь потом натянула юбку.
– Уф, – вздохнула она. – Хорошо ты ребёнок, а то б живым не ушёл, а то было б неправильно, тем более ты меня спас, – вздохнула Дая, завершив туалет.
– Убить меня, – удивился Джозеф.
– Ну должен понимать, физиология, всё же довольно личное, и будь ты старше... впрочем стереть память было б проще, но сейчас колдовать не могу, а значит, мм, – фея вновь покраснела.
– Забыли! Что важно, моя хозяйка в беде, так, что кровь из носа, нужно выбраться отсюда. Однако ты говоришь – тебя заперла тётя, и как давно здесь сидишь, впрочем, ты уже что-то говорил по этому поводу, э-э тока не плачь, – нахмурилась Дая, заметив нарождающиеся слезы в глазах мальчика.
– Тогда тоже пели цикады, но это было давно, ещё до того, как стало холодно и пошел снег, – сквозь слезы ответил малыш.
– Что! – Фея мысленно посчитала возможный срок заключения ребенка и ужаснулась.
– Ты сидишь один больше года! – Знаешь, у меня появилась дикое желание поговорить с твоей тётей, и поверь, мало ей не покажется! Кстати, говоришь – твои родители не вернулись, их тоже постараюсь найти и неважно, где, в конце концов, у меня неплохие связи, даже в загробном мире, но пока, я должна уйти...
... Вот только как, крыло болит, магии без пыльцы тоже нет; придётся действовать грубой силой. Помоги отодвинуть доску. Раз прошла тарелка, я тоже смогу, – предположила фея, указав мальчику на дверь. Джозеф повиновался. Дая опустилась на пол и скользнув в проём, очутилась снаружи...
***
– «Наконец спустилась по лестнице, но тут ещё проход. Внизу маячит полоска света». – Дая подобралась ближе, – «щель, слишком узкая, чтоб пролезть под неё, и здесь нет дверцы, ни для тарелки, ни для кошки». «Обычная добротная деревянная дверь, близко пригнанная к полу. Неужели тупик». – Фея посмотрела наверх. – «Будь крылья в порядке, она бы смогла добраться до замочной скважины; глянуть что на той стороне; но сейчас выхода нет». «Остается ждать».
Дая устало присела на ступеньку, ещё никогда она не чувствовала себя столь беспомощной.
– «Вернутся к мальчику? За ночь, она восстановит силы, хотя летать, ещё долго не сможет. Нет надо как можно быстрей, добраться до Темной Башни». – «Хозяйка, что с ней? Как бы дров не наломала в её отсутствие!»
