А ещё спустя час, Туфий вообще забыл о миссии, но доблестная стража, мягко напомнила правителю, о его обязанностях. – В конце концов, пьянствовать с леди, можно, и не выходя из дворца…, – указал подопечному Ригар, мигом допив кувшин.
– Без спиртного, маленький пир, понемногу пошёл на убыль…
…И все равно, солнце было в зените, когда отряд, покинул, гостеприимную таверну. Девушка верная своему слову не двигалась с места. Порыв ветра трепал её рыжие волосы, рассыпая по белоснежным плечам. Она смотрела вслед возлюбленному, и старалась не плакать. – «Дочери севера не ревут, как нежные южанки», – убеждала она себя, украдкой смахнув слезу…
… Сердце сжало предчувствие, что произойдет, что-то страшное, как мимолетная тень, видение будущего, где: лёд, снег, пропитаны кровью, – но Ингред отогнала мрачные мысли…
… Она улыбалась: солнцу, легкому морозцу, ветру, трепавшему подол полотняной рубашки. Босые ноги замерзли. – К вечеру похолодает, – определила Домина, особым гуртским чутьем. – Наверно зря она задержала Туфия. Хорошо бы они нашли своего вора до темноты. Что ж у правителя свои обязанности, а у неё свои. Надо помочь матери по хозяйству, – подумала Ингред, едва отряд, превратился в едва заметную точку, на заснеженной горе, обрамленной полоской леса...
… Туфий оглянулся. – «Высоко же они забрались». – С горы открывался отличный обзор на город, ему даже казалось, что он видит девушку, стоящую, на пороге таверны. – «Хотя, на таком расстоянии... Но он действительно видел её. Ингред смотрела на него, и, плакала». – «Нет этого не может быть. Реветь на морозе глупо, не целесообразно, – это всяк знает». – «Горный эффект? Уф, кажется, видение исчезло. Не стоило налегать на мёд. Странно, как он вообще смог со скамьи подняться». «Ингред уговорила его позавтракать, но скормила ему, не меньше трех рыб, и это, не считая мёда, и не вмешайся Ригар, завтрак мог перейти в обед, а то и в ужин...», – Туфий вздохнул, ему хотелось бросить всё, и вернутся к невесте...
– Но надо быть сильным. Конечно охрана, и без него справится с напастью. Но тогда он, Туфий, потеряет прекрасную возможность помахать своей новой секирой. Хорошо бы это действительно было какое-нибудь чудовище. Разбойнику, против его людей долго не продержатся. – Юноша вздохнул, – Как же тяжело быть правителем. Даже между развлечениями, приходится выбирать...
… Громкий волчий вой, заставил отряд насторожиться. Шедший впереди – Ригар Чернобородый присел и поднял руку. Все остановились. Было слышно, как шелестят снежинки. – Всё хорошо! – воин опустил руку и встал. – Форт уже неподалеку, если пойдём быстро, вскоре будем на месте, – добавил он, глянув на звезды. Отряд прибавил шаг. Туфий покрепче сжал секиру. – «Только бы не разбойники, только бы не разбойники, что угодно только не люди», – шептал он себе…
– А вот и крепость, впереди, как обычно деревянные «ежи», ворота каменного форта крепко заперты, огонь на сигнальной башне не зажжен.
– Сразу боюсь судить, но похоже внутри никого. Возможно, охрана спит, но, не проверим, не узнаем, – произнес Стармода Длинногривый осматривая стены. – Я заберусь наверх, открою ворота, ждите здесь, – распорядился он.
Туфий кивнул, и телохранитель, сняв сапоги, с быстротой кошки взобрался на стену. Через некоторое время, створки распахнулись...
… Форт был пуст. Следов борьбы не было, предположительно все вещи стояли на своих местах. – Как, ледяные призраки похитили! – Выругался Чернобородый, он явно был не в духе.
Длинногривый улыбнулся. – Не думаю, полагаю, они обнаружили столь интересную добычу, что даже с лордом не хотят делиться, – заметил он, тряхнув гривой волос, заплетенной в сотни косичек. Ригар потёр бороду. – Возможно ты и прав, это единственное объяснение куда могло пропасть сорок человек. Что ж, полагаю, нашему господину не терпится принять участие в охоте, – добавил он, хлопнув юношу по плечу.
Туфий благодарно блеснул глазами, крепче сжимая секиру. Он не был их господином, у Гуртов каждый – себе хозяин. Но оба воина, безумно любили юную правительницу, мать Туфия, и потому поклялись оберегать её сына. Когда она умерла, они стали наставниками – Туфия, а, едва он стал старше, принесли ему присягу верности.
Наскоро перекусив маленький отряд, снова отправился в дорогу. И хотя следы давно замело, Стармода Длинногривый, по едва различимым признакам, мог обрисовать всё, что могло произойти:
… – Сначала через южные врата ушел малый отряд, видите следы собак, их под снегом не видно, но одна из них, извиняюсь, пописала на кусок льда... А здесь от северной стены спустились другие люди. Кустарник вдоль дороги к горному озеру сломан, будто проволокли что-то тяжелое. Но, оба следа идут параллельно. Значит, наши друзья по ту сторону горы, и раз, мы не видим салазки, их скрыли валуны у замершего озера. Судя по карте, дом пострадавшего пастуха находится невдалеке от низенького холма, поросшего лесом. – «Для коз там кормится самое то», — пояснил Стармода, бросив, свой огромный щит на лёд.
– Думаю, проще скатиться вниз, чем топать, – пробормотал он, усаживаясь удобней. Туфий и Ригар последовали его примеру. Скат был крутой, но юноша, используя секиру как руль, смог доставить всех, в низину, без приключений.
– Они здесь, – улыбнулся Длинногривый, – сразу за рощей.
– Неожиданно воин напрягся, но тут же расслабился. – Там есть ещё, что-то большое, но опасность не чую, хотя, возможно пастух, и не лгал, – немного подумав, добавил он. – Однако сделаем нашим друзьям сюрприз, – лукаво улыбнулся Ригар слегка ударив топором о щит.
– Ответили? «Ты тоже слышишь», — спросил Стармода, повернув голову в сторона леса.
– Да, условный стук, это наши. А ещё…. Свист стрел, много стрел, и, они впиваются во что-то твёрдое, хотя часть отскакивает, – подсказал Регар, глядя на юношу.
Туфий к своему удивлению обнаружил, что тоже что-то слышит, хотя то мог быть треск ветвей, или шум ветра. Однако он кивнул, чтоб не разочаровать учителя.
– Выдвигаемся, – сказал Чернобородый подталкивая засмотревшегося на пологий склон, парня. – Не спи лорд, подъем долгий будет, это сюда мы съехали быстро, а назад вернёмся не раньше вечера, лучше поторопится, – напомнил Стармода ученику. Туфий снова кивнул.
Через лесок они скорей бежали, чем шли. С заснеженных еловых веток падали пласты снега. Уже явственно были слышны крики воинов, свист стрел, и стук топоров о щиты.
Время от времени слышались глухие удары. Первым на холм вбежал Ригар и застыл, как вкопанный. Запыхавшийся юноша остановился рядом с ним. Стармода с топором в руке прикрывал сзади. – Это не медведь. Но добыча славная, – подумав, сказал Чернобородый. Туфий, был склонен с ним, согласится. Чудовище было двадцать локтей в вышину, всё заросшее белой спутанной шерстью. Оно имело небольшие глазки, пасть с острыми зубами и длинные когти. – Хороший противник, – обронил Длинногривый, поигрывая топором.
– Но для правителя слишком рано, – добавил он, заслоняя парня собой. Чернобородый согласно кивнул. А солдаты тем временем приготовились схватить существо. Часть бойцов продолжали стрелять в монстра, метя в глаза. Другие, обошли зверя сзади – готовя сеть. Туфий глубоко вдохнул, – такое веселье и без него. Хотя он же лорд, надо настоять на своем. Нельзя же всю жизнь за друзей прятаться. – Но едва юноша попробовал выйти вперёд, как два воина буквально вцепились в него. – Стой правитель, – Ригар был, как никогда серьезен. – Это ловушка. Зверь просто ждёт, когда соберутся все …
– То есть, мы тоже в деле? – Спросил Стармода, покосившись на брата. Оба телохранителя переглянулись.
– Лорд, бежать поздно, прячьтесь за меня, – приказал Чернобородый. Он откинул топор в сторону и снял со спины щит. Туфий не понимал зачем это, но беспрекословно подчинился. Длинногривый наоборот скинул щит, крепче схватив топор. Юношу удивили такие приготовления, но, он промолчал, доверяя учителям. Однако на всякий случай, парень присел, упирая в землю секиру ...
…Тролль видел всех этих людишек муравьев, копошащихся вокруг него, и откровенно развлекался. – Эти пигмеи думали, что загнали его в ловушку, но сами того, не замечая, сами угодили в неё...
– Тралог был ленив и не любил бегать за добычей. Поэтому он частенько голодал. А когда тролль мало ест, он быстро теряет в весе. А уж длительное путешествие на отколовшейся льдине, обессилят кого угодно. Когда тролль достиг Сонхетома, он был не больше пещерного медведя и продолжал уменьшаться. К с счастью ему удалось набрести на целое стадо коз, которые насытили его брюхо. А теперь почти сорок человек пришли к нему на обед. Когда появились первые тринадцать воинов, тролль съел только собак. Он знал – начнешь поедать людей, опасность сочтут серьезной и тогда придут маги. Волшебников тролль не любил, они так и норовили вырвать у него когти, или зубы, не говоря уже о тролльичьем жире, который у людей ценится на вес золота. Поэтому Тралог решил втянуть в игру, как можно больше охотников.
– Сорок человек, и ни одного мага – настоящая удача. Но нужно скорей прикончить солдат, и покинуть окрестности форта пока, его не стали искать. Он даже присмотрел себе хорошую пещерку, где можно было б после еды впасть в спячку, лет на сто. Всё шло, как задумано, пока не появилась эта троица. Сладковатый вкус магии, исходящий от юнца, тролль почувствовал ещё, до того, как колдун входил в лес. – Божественного покровительства нет, значит волшебник пока уязвим. Однако само присутствие полукровки могло сорвать планы. Чистая кровь хороша, но сюрпризов не приносит. Другое дело всевозможные гибриды. – Тролль жил достаточно долго, чтоб знать – самые опасные противники — существа со смешанной кровью. И вот на тебе, только он собрался, как следует пообедать, как полукровка, портит все планы. – Тралог понюхал воздух, запах молодой, но сладкий. Люди, что рядом с ним не представляют опасности. Воины сильны, но оружие не зачарованно. Получится убить колдуна, остальные опасности не представляют…
– Монстр весь напружинился, готовясь к прыжку. У его ног копошились люди с копьями, но они не важны. Тралог слегка взревел, его глаза заблистали. Но, это был не рёв, а заклинание. Тролль замораживал время. Или, возможно, ускорял себя. Тралог не сильно разбирался в таких тонкостях. Главное теперь он мог двигаться в десятки раз быстрей. Тролль усмехнулся, сеть медленно падала на него, – так медленно, что можно успеть почесать нос, и подпрыгнуть десять раз на одной ноге. – Тралог видел замерших людей; ощетинившийся копья, вращающиеся в воздухе стрелы. Вот какой-то безумец с топором, готов прыгнуть на него. Монстр подцепил его одной лапой, подбросил и отправил в длительный полёт... После чего прикрыв глаза рукой как козырьком от солнца, проследил за удаляющейся точкой. Времени было много. Тролль вновь посмотрел на троицу, стоящую на холме:
Колдуна, прикрывал воин со щитом, а рядом другой, поднял громадный двуручный топор. Но было нечто странное, все трое двигались намного быстрей, чем остальные люди. – Заклинание кончается, – подумал тролль, – или фокусы полукровки. – Не смея больше ждать, зверь кинулся вперёд, с силой ударив по поднятому навстречу щиту. Дерево раскололось, воин присел, вторым ударом хищник подкинул человека и тот, разбрызгивая кровь, как шлейф, упал где-то в кустах. Тролль протянул правую лапу, чтоб схватить колдуна в медвежьих доспехах, но тут второй воин нанес мощный удар, Тралог заревел, левой лапой он отшвырнул второго воина, но правой уже не было. Монстр недоуменно посмотрел на плечо, из которого, пузырясь, текла, зелёная кровь. Топор человека рассек прочную шкуру и перерубил кости. Боль была невыносимой! – Но главное колдун! – Решил Тралог, было опуская раскрытую ладонь, прямо на полукровку, но тут же взвыл, маша лапой с воткнувшейся в неё секирой. Маг был оглушен и валялся без сознания, но время снова потекло слишком быстро. Позади были, люди. Тролль обернулся, и тут же лишился правого глаза. В левую ногу впилось с десяток копий. – Аррр! – Взревел монстр, отмахиваясь уцелевшей рукой. Далее было как во сне:
… Он бежал, навстречу неслись воины, он топтал их, расшвыривал, рвал зубами. А тем временем силы таяли с каждым биеньем сердца...
– «Похоже битва проиграна. Пусть даже полукровки не видно, но раны серьезные, а враг силён», – думал тролль, улепётывая со всех ног.
– «Сражаться нельзя, придётся отложить обед». «А так жаль, но он ещё вернется». – Но, как быстро они скачут, прямо как блохи! – Тралог вновь прочитал заклинание замедления, но люди всё равно двигались слишком быстро. Тем не менее теперь он их значительно опережал, несмотря на хромоту. Лес казался бесконечным, но вот крики людей затихли. Тролль забрался под корни большого дерева, и поскуливая, вырвал зубами впившуюся в ладонь секиру. Плечо уже зарубцевалось, раны затягивались. Тралог почувствовал, что становится меньше. Но теперь он снова был целым. – «Завтра
пойду на охоту», – подумал хищник, погружаясь в сон.
– Туфий, милый очнись, – причитала девушка, склонившись над кроватью возлюбленного. – Он меня не слышит. Он без сознания! – Вторила она, припадая к груди матери. – Утешься милая, всё не так плохо, – успокоила дочь Андия Кун...
– Верховная Домина была – красивой рослой женщиной, слегка располневшей, но всё ещё сохранившей мускулистое тело истиной амазонки. На полной груди трактирщицы висел амулет в виде свернувшегося в клубок дракона. Раньше воительница была Даримой, из Высокого храма. Но, как только Андия повстречала будущего отца Ингред, все обеты безбрачия, даваемые ей перед алтарём, вылетели у неё из головы. Юного барда даже не спрашивали, хочет он взять в жены воительницу, или нет. Андия предложила парню выбор – или она, или никто. Тогда юный Тавор был больше влюблен в свободу, чем в свою будущую жену. Но, провисев сутки подвешенный за правую ногу, над самой высокой пропастью, он резко переменил свое мнение, поклявшись Дариме в вечной преданности. После свадьбы в храме Гиртеи, молодая чета поселилась на острове Сонхетом, где бард вынужденный бросить бродяжничать, построил гостиницу, недалеко от замка правительницы Аленсии. Вскоре вместо маленького поселения возник город, но к тому времени бард, куда-то исчез, а дочери Андии – красавице Ингред, исполнилось шестнадцать...
… – Трактирщица слегка покусывала, маленькими ровными зубками нижнюю губу, заплетая и расплетая рыжую косу. Она сочувствовала дочери, но стыдилась её поведения.
– Скорей бы этот правитель очнулся, – Домине хотелось самой свернуть шею юноше, за то, что тот ввязался в авантюру. – «Раны не серьезные, но яд тролля! Если парень выживет, то чудом. Надо их скорей поженить, чтоб у Сонхетома наконец появился наследник». – Ещё, будучи Даримой Андия Кун была лучшей подругой матери правителя. И надо ж было той, влюбится в эльфа. А потом остроухий любовник исчез, оставив, такой вот подарок. Правительница зачахла и умерла. – Тьфу, мужики, – сплюнула трактирщица. Но что же у них произошло, – подумала она, подтыкая одеяло зятю.
– Охрану правителя так и не нашли, но судя по размеру лапы, отрубленной у чудовища, тролль вполне мог схарчить их живьем. Многие солдаты форта ранены, либо убиты, лорд без сознания, а где-то бегает настоящий монстр.
– Без спиртного, маленький пир, понемногу пошёл на убыль…
…И все равно, солнце было в зените, когда отряд, покинул, гостеприимную таверну. Девушка верная своему слову не двигалась с места. Порыв ветра трепал её рыжие волосы, рассыпая по белоснежным плечам. Она смотрела вслед возлюбленному, и старалась не плакать. – «Дочери севера не ревут, как нежные южанки», – убеждала она себя, украдкой смахнув слезу…
… Сердце сжало предчувствие, что произойдет, что-то страшное, как мимолетная тень, видение будущего, где: лёд, снег, пропитаны кровью, – но Ингред отогнала мрачные мысли…
… Она улыбалась: солнцу, легкому морозцу, ветру, трепавшему подол полотняной рубашки. Босые ноги замерзли. – К вечеру похолодает, – определила Домина, особым гуртским чутьем. – Наверно зря она задержала Туфия. Хорошо бы они нашли своего вора до темноты. Что ж у правителя свои обязанности, а у неё свои. Надо помочь матери по хозяйству, – подумала Ингред, едва отряд, превратился в едва заметную точку, на заснеженной горе, обрамленной полоской леса...
***
… Туфий оглянулся. – «Высоко же они забрались». – С горы открывался отличный обзор на город, ему даже казалось, что он видит девушку, стоящую, на пороге таверны. – «Хотя, на таком расстоянии... Но он действительно видел её. Ингред смотрела на него, и, плакала». – «Нет этого не может быть. Реветь на морозе глупо, не целесообразно, – это всяк знает». – «Горный эффект? Уф, кажется, видение исчезло. Не стоило налегать на мёд. Странно, как он вообще смог со скамьи подняться». «Ингред уговорила его позавтракать, но скормила ему, не меньше трех рыб, и это, не считая мёда, и не вмешайся Ригар, завтрак мог перейти в обед, а то и в ужин...», – Туфий вздохнул, ему хотелось бросить всё, и вернутся к невесте...
– Но надо быть сильным. Конечно охрана, и без него справится с напастью. Но тогда он, Туфий, потеряет прекрасную возможность помахать своей новой секирой. Хорошо бы это действительно было какое-нибудь чудовище. Разбойнику, против его людей долго не продержатся. – Юноша вздохнул, – Как же тяжело быть правителем. Даже между развлечениями, приходится выбирать...
***
… Громкий волчий вой, заставил отряд насторожиться. Шедший впереди – Ригар Чернобородый присел и поднял руку. Все остановились. Было слышно, как шелестят снежинки. – Всё хорошо! – воин опустил руку и встал. – Форт уже неподалеку, если пойдём быстро, вскоре будем на месте, – добавил он, глянув на звезды. Отряд прибавил шаг. Туфий покрепче сжал секиру. – «Только бы не разбойники, только бы не разбойники, что угодно только не люди», – шептал он себе…
– А вот и крепость, впереди, как обычно деревянные «ежи», ворота каменного форта крепко заперты, огонь на сигнальной башне не зажжен.
– Сразу боюсь судить, но похоже внутри никого. Возможно, охрана спит, но, не проверим, не узнаем, – произнес Стармода Длинногривый осматривая стены. – Я заберусь наверх, открою ворота, ждите здесь, – распорядился он.
Туфий кивнул, и телохранитель, сняв сапоги, с быстротой кошки взобрался на стену. Через некоторое время, створки распахнулись...
… Форт был пуст. Следов борьбы не было, предположительно все вещи стояли на своих местах. – Как, ледяные призраки похитили! – Выругался Чернобородый, он явно был не в духе.
Длинногривый улыбнулся. – Не думаю, полагаю, они обнаружили столь интересную добычу, что даже с лордом не хотят делиться, – заметил он, тряхнув гривой волос, заплетенной в сотни косичек. Ригар потёр бороду. – Возможно ты и прав, это единственное объяснение куда могло пропасть сорок человек. Что ж, полагаю, нашему господину не терпится принять участие в охоте, – добавил он, хлопнув юношу по плечу.
Туфий благодарно блеснул глазами, крепче сжимая секиру. Он не был их господином, у Гуртов каждый – себе хозяин. Но оба воина, безумно любили юную правительницу, мать Туфия, и потому поклялись оберегать её сына. Когда она умерла, они стали наставниками – Туфия, а, едва он стал старше, принесли ему присягу верности.
Наскоро перекусив маленький отряд, снова отправился в дорогу. И хотя следы давно замело, Стармода Длинногривый, по едва различимым признакам, мог обрисовать всё, что могло произойти:
… – Сначала через южные врата ушел малый отряд, видите следы собак, их под снегом не видно, но одна из них, извиняюсь, пописала на кусок льда... А здесь от северной стены спустились другие люди. Кустарник вдоль дороги к горному озеру сломан, будто проволокли что-то тяжелое. Но, оба следа идут параллельно. Значит, наши друзья по ту сторону горы, и раз, мы не видим салазки, их скрыли валуны у замершего озера. Судя по карте, дом пострадавшего пастуха находится невдалеке от низенького холма, поросшего лесом. – «Для коз там кормится самое то», — пояснил Стармода, бросив, свой огромный щит на лёд.
– Думаю, проще скатиться вниз, чем топать, – пробормотал он, усаживаясь удобней. Туфий и Ригар последовали его примеру. Скат был крутой, но юноша, используя секиру как руль, смог доставить всех, в низину, без приключений.
– Они здесь, – улыбнулся Длинногривый, – сразу за рощей.
– Неожиданно воин напрягся, но тут же расслабился. – Там есть ещё, что-то большое, но опасность не чую, хотя, возможно пастух, и не лгал, – немного подумав, добавил он. – Однако сделаем нашим друзьям сюрприз, – лукаво улыбнулся Ригар слегка ударив топором о щит.
– Ответили? «Ты тоже слышишь», — спросил Стармода, повернув голову в сторона леса.
– Да, условный стук, это наши. А ещё…. Свист стрел, много стрел, и, они впиваются во что-то твёрдое, хотя часть отскакивает, – подсказал Регар, глядя на юношу.
Туфий к своему удивлению обнаружил, что тоже что-то слышит, хотя то мог быть треск ветвей, или шум ветра. Однако он кивнул, чтоб не разочаровать учителя.
– Выдвигаемся, – сказал Чернобородый подталкивая засмотревшегося на пологий склон, парня. – Не спи лорд, подъем долгий будет, это сюда мы съехали быстро, а назад вернёмся не раньше вечера, лучше поторопится, – напомнил Стармода ученику. Туфий снова кивнул.
Через лесок они скорей бежали, чем шли. С заснеженных еловых веток падали пласты снега. Уже явственно были слышны крики воинов, свист стрел, и стук топоров о щиты.
Время от времени слышались глухие удары. Первым на холм вбежал Ригар и застыл, как вкопанный. Запыхавшийся юноша остановился рядом с ним. Стармода с топором в руке прикрывал сзади. – Это не медведь. Но добыча славная, – подумав, сказал Чернобородый. Туфий, был склонен с ним, согласится. Чудовище было двадцать локтей в вышину, всё заросшее белой спутанной шерстью. Оно имело небольшие глазки, пасть с острыми зубами и длинные когти. – Хороший противник, – обронил Длинногривый, поигрывая топором.
– Но для правителя слишком рано, – добавил он, заслоняя парня собой. Чернобородый согласно кивнул. А солдаты тем временем приготовились схватить существо. Часть бойцов продолжали стрелять в монстра, метя в глаза. Другие, обошли зверя сзади – готовя сеть. Туфий глубоко вдохнул, – такое веселье и без него. Хотя он же лорд, надо настоять на своем. Нельзя же всю жизнь за друзей прятаться. – Но едва юноша попробовал выйти вперёд, как два воина буквально вцепились в него. – Стой правитель, – Ригар был, как никогда серьезен. – Это ловушка. Зверь просто ждёт, когда соберутся все …
– То есть, мы тоже в деле? – Спросил Стармода, покосившись на брата. Оба телохранителя переглянулись.
– Лорд, бежать поздно, прячьтесь за меня, – приказал Чернобородый. Он откинул топор в сторону и снял со спины щит. Туфий не понимал зачем это, но беспрекословно подчинился. Длинногривый наоборот скинул щит, крепче схватив топор. Юношу удивили такие приготовления, но, он промолчал, доверяя учителям. Однако на всякий случай, парень присел, упирая в землю секиру ...
***
…Тролль видел всех этих людишек муравьев, копошащихся вокруг него, и откровенно развлекался. – Эти пигмеи думали, что загнали его в ловушку, но сами того, не замечая, сами угодили в неё...
– Тралог был ленив и не любил бегать за добычей. Поэтому он частенько голодал. А когда тролль мало ест, он быстро теряет в весе. А уж длительное путешествие на отколовшейся льдине, обессилят кого угодно. Когда тролль достиг Сонхетома, он был не больше пещерного медведя и продолжал уменьшаться. К с счастью ему удалось набрести на целое стадо коз, которые насытили его брюхо. А теперь почти сорок человек пришли к нему на обед. Когда появились первые тринадцать воинов, тролль съел только собак. Он знал – начнешь поедать людей, опасность сочтут серьезной и тогда придут маги. Волшебников тролль не любил, они так и норовили вырвать у него когти, или зубы, не говоря уже о тролльичьем жире, который у людей ценится на вес золота. Поэтому Тралог решил втянуть в игру, как можно больше охотников.
– Сорок человек, и ни одного мага – настоящая удача. Но нужно скорей прикончить солдат, и покинуть окрестности форта пока, его не стали искать. Он даже присмотрел себе хорошую пещерку, где можно было б после еды впасть в спячку, лет на сто. Всё шло, как задумано, пока не появилась эта троица. Сладковатый вкус магии, исходящий от юнца, тролль почувствовал ещё, до того, как колдун входил в лес. – Божественного покровительства нет, значит волшебник пока уязвим. Однако само присутствие полукровки могло сорвать планы. Чистая кровь хороша, но сюрпризов не приносит. Другое дело всевозможные гибриды. – Тролль жил достаточно долго, чтоб знать – самые опасные противники — существа со смешанной кровью. И вот на тебе, только он собрался, как следует пообедать, как полукровка, портит все планы. – Тралог понюхал воздух, запах молодой, но сладкий. Люди, что рядом с ним не представляют опасности. Воины сильны, но оружие не зачарованно. Получится убить колдуна, остальные опасности не представляют…
– Монстр весь напружинился, готовясь к прыжку. У его ног копошились люди с копьями, но они не важны. Тралог слегка взревел, его глаза заблистали. Но, это был не рёв, а заклинание. Тролль замораживал время. Или, возможно, ускорял себя. Тралог не сильно разбирался в таких тонкостях. Главное теперь он мог двигаться в десятки раз быстрей. Тролль усмехнулся, сеть медленно падала на него, – так медленно, что можно успеть почесать нос, и подпрыгнуть десять раз на одной ноге. – Тралог видел замерших людей; ощетинившийся копья, вращающиеся в воздухе стрелы. Вот какой-то безумец с топором, готов прыгнуть на него. Монстр подцепил его одной лапой, подбросил и отправил в длительный полёт... После чего прикрыв глаза рукой как козырьком от солнца, проследил за удаляющейся точкой. Времени было много. Тролль вновь посмотрел на троицу, стоящую на холме:
Колдуна, прикрывал воин со щитом, а рядом другой, поднял громадный двуручный топор. Но было нечто странное, все трое двигались намного быстрей, чем остальные люди. – Заклинание кончается, – подумал тролль, – или фокусы полукровки. – Не смея больше ждать, зверь кинулся вперёд, с силой ударив по поднятому навстречу щиту. Дерево раскололось, воин присел, вторым ударом хищник подкинул человека и тот, разбрызгивая кровь, как шлейф, упал где-то в кустах. Тролль протянул правую лапу, чтоб схватить колдуна в медвежьих доспехах, но тут второй воин нанес мощный удар, Тралог заревел, левой лапой он отшвырнул второго воина, но правой уже не было. Монстр недоуменно посмотрел на плечо, из которого, пузырясь, текла, зелёная кровь. Топор человека рассек прочную шкуру и перерубил кости. Боль была невыносимой! – Но главное колдун! – Решил Тралог, было опуская раскрытую ладонь, прямо на полукровку, но тут же взвыл, маша лапой с воткнувшейся в неё секирой. Маг был оглушен и валялся без сознания, но время снова потекло слишком быстро. Позади были, люди. Тролль обернулся, и тут же лишился правого глаза. В левую ногу впилось с десяток копий. – Аррр! – Взревел монстр, отмахиваясь уцелевшей рукой. Далее было как во сне:
… Он бежал, навстречу неслись воины, он топтал их, расшвыривал, рвал зубами. А тем временем силы таяли с каждым биеньем сердца...
– «Похоже битва проиграна. Пусть даже полукровки не видно, но раны серьезные, а враг силён», – думал тролль, улепётывая со всех ног.
– «Сражаться нельзя, придётся отложить обед». «А так жаль, но он ещё вернется». – Но, как быстро они скачут, прямо как блохи! – Тралог вновь прочитал заклинание замедления, но люди всё равно двигались слишком быстро. Тем не менее теперь он их значительно опережал, несмотря на хромоту. Лес казался бесконечным, но вот крики людей затихли. Тролль забрался под корни большого дерева, и поскуливая, вырвал зубами впившуюся в ладонь секиру. Плечо уже зарубцевалось, раны затягивались. Тралог почувствовал, что становится меньше. Но теперь он снова был целым. – «Завтра
пойду на охоту», – подумал хищник, погружаясь в сон.
***
– Туфий, милый очнись, – причитала девушка, склонившись над кроватью возлюбленного. – Он меня не слышит. Он без сознания! – Вторила она, припадая к груди матери. – Утешься милая, всё не так плохо, – успокоила дочь Андия Кун...
– Верховная Домина была – красивой рослой женщиной, слегка располневшей, но всё ещё сохранившей мускулистое тело истиной амазонки. На полной груди трактирщицы висел амулет в виде свернувшегося в клубок дракона. Раньше воительница была Даримой, из Высокого храма. Но, как только Андия повстречала будущего отца Ингред, все обеты безбрачия, даваемые ей перед алтарём, вылетели у неё из головы. Юного барда даже не спрашивали, хочет он взять в жены воительницу, или нет. Андия предложила парню выбор – или она, или никто. Тогда юный Тавор был больше влюблен в свободу, чем в свою будущую жену. Но, провисев сутки подвешенный за правую ногу, над самой высокой пропастью, он резко переменил свое мнение, поклявшись Дариме в вечной преданности. После свадьбы в храме Гиртеи, молодая чета поселилась на острове Сонхетом, где бард вынужденный бросить бродяжничать, построил гостиницу, недалеко от замка правительницы Аленсии. Вскоре вместо маленького поселения возник город, но к тому времени бард, куда-то исчез, а дочери Андии – красавице Ингред, исполнилось шестнадцать...
***
… – Трактирщица слегка покусывала, маленькими ровными зубками нижнюю губу, заплетая и расплетая рыжую косу. Она сочувствовала дочери, но стыдилась её поведения.
– Скорей бы этот правитель очнулся, – Домине хотелось самой свернуть шею юноше, за то, что тот ввязался в авантюру. – «Раны не серьезные, но яд тролля! Если парень выживет, то чудом. Надо их скорей поженить, чтоб у Сонхетома наконец появился наследник». – Ещё, будучи Даримой Андия Кун была лучшей подругой матери правителя. И надо ж было той, влюбится в эльфа. А потом остроухий любовник исчез, оставив, такой вот подарок. Правительница зачахла и умерла. – Тьфу, мужики, – сплюнула трактирщица. Но что же у них произошло, – подумала она, подтыкая одеяло зятю.
– Охрану правителя так и не нашли, но судя по размеру лапы, отрубленной у чудовища, тролль вполне мог схарчить их живьем. Многие солдаты форта ранены, либо убиты, лорд без сознания, а где-то бегает настоящий монстр.
