От него затряслось тело: каждый нерв, каждая кость, каждый волос. Ирия не могла ни убежать, ни закричать, только зажать уши руками, чтобы не слышать страшный смех, который словно проникал ей в голову.
«Прекрати! Перестань!» — Ирия не понимала, сказала ли она это вслух, или нет, но желала, чтобы этот кошмар закончился. Лишь бы не видеть кровавого ужаса, не слышать леденящего душу смеха и не чувствовать себя беспомощной! Кто-нибудь… Хоть кто-нибудь, остановите это!
Внезапно земля пропала из-под ног, и Ирия с криком полетела в пропасть…
Азиану снова не спалось. Гильдия давно погрузилась в ночную тьму и тишину. Все спали, кроме него. Опять всякие мысли не покидали голову и не позволяли сомкнуть глаз. Благо демоническая природа быстро восстанавливало тело и во сне нужды, как в пище и в воде, нет. В томной тишине Азиану казалось, что он слышал дыхание спящих соседей. Пусть спят — мешать не будут.
А подумать было о чём.
Вот уже несколько дней Азиан усердно тренировался. Это не являлось для него тягостью, он с детства привык к тяжёлым испытаниям, которые мало кому даже из демонов приходилось преодолеть. Испытания просты: выживи или умри. И Азиан усвоил это.
Лис просил Аками драться с ним всерьёз, будто с врагом, чтобы максимально вкладываться в силу. Анализируя поединки с хранительницей, Азиан понимал: его сил недостаточно. Да, он обладал большой физической силой и владел огнём, но вряд ли это поможет против страшной угрозы в будущем.
Колючий холод пробежал по спине демона, его пушистый хвост нервно заметался, постукивая по твёрдым местам.
«Не хочу вспоминать!»
Азиан потряс головой, прогоняя самые страшные воспоминания.
Успокоившись, демон лёг обратно в постель и прикрыл глаза. О тренировках следовало подумать позже, утром. Ничто не тревожило, и он мог бы спать спокойно. Но какое-то непонятное чувство внутри не давало ему заснуть. Какое-то беспокойство не отпускало лиса, будто кто-то поделился с ним своими переживаниями. Пушистый хвост нервно метался и бился по простыне, мягкие уши дёргались, когти царапали подушку. Каждый нерв, каждый мускул в теле был напряжён. Демоническая сущность твердила, почти кричала о некой опасности.
Надоело! Азиан резко поднялся с постели и со злости ударил по подушке, потом остыл. Если не получалось заснуть, то можно прогуляться. Вдруг поможет?
Тихо выйдя из комнаты, лис пошёл по коридору. Он шёл медленно и осторожно, чтобы никого не разбудить. Коридор застилала темнота, но демоническое зрение улавливало любую деталь. Мирная тишина успокаивала взбудораженные нервы.
Вдруг нюх уловил сладкий аромат цветов. Знакомый, нежный, головокружительный, желанный. Азиан остановился и посмотрел в сторону источника этого запаха. Он остановился перед дверью в комнату Ирии. Интересно, какие сны её посещали?
Из комнаты доносился тонкий цветочный аромат, которым лис не мог перестать дышать. Сладкий запах насыщал и успокаивал одинокую душу. Внезапно Азиана настигло желание войти и увидеть спящую Ирию. Хотя бы немного, одним глазком. Но только он потянулся к дверной ручке, как вдруг остановился, будто нечто внутри приказало. «Зачем тебе это?» — спросил внутренний голос. Действительно, зачем? Какое ему дело до спящей девушки? Какая разница до её снов? Он должен лишь защищать Ирию, а не оказывать повышенное внимание.
Девчонка не волновала его.
Разве?
Почему тогда в груди так пусто без неё? А стоило ему уловить цветочный аромат, как лис забывал обо всём на свете.
Ирия Лайтс… Девушка, ворвавшаяся в его жизнь подобно весеннему тёплому ветру. Одна случайная встреча перевернула его привычный уклад жизни. А случайная ли?
От раздумий Азиана отвлекли странные звуки из комнаты, похожие на частое дыхание и стоны. Что там происходило? Не теряя времени на раздумья, Азиан вошёл в комнату.
Бледный лунный свет пробивался сквозь окно и падал на кровать, серебристые лучи освещали постель и спящую Ирию. Её тело в белой ночной сорочке выглядело маленьким, изящным, хрупким, подобно фарфоровой фигурке. Длинные светлые волосы, разбросанные по подушке, отливали серебром.
Эта картина казалась Азиану прекрасной и такой манящей, что было страшно её коснуться, дабы не сломать. Однако эту хрупкую красоту портило бледное и напряжённое личико девушки. Ирия дрожала, тяжело дышала, словно от долгого бега, и что-то бормотала во сне, как в болезненном бреду. Азиан понял, что ей снился кошмар.
— Азиан? — прошелестел тихий голос.
«Я снюсь ей? С чего бы?» — скептически подумал лис.
Однако дальше стало хуже. Ирия заметалась по постели, повторяя вопрос: «Где он?», словно кого-то потеряла. А потом она закричала, умоляя что-то прекратить. Испарина выступила на девичьем лице, она со всей силы сжала пальцами простыню. Маленькая грудь поднималась и опускалась от частого дыхания. Азиана, наблюдавшего за страданиями Ирии во сне, посетило желание прекратить это.
Лис подошёл к кровати, схватил мечущуюся девушку за плечи и принялся её будить:
— Мелкая, проснись! Это просто кошмар! Проснись!
Ирия, схватившись руками за его плечи, закричала. Азиан не прекращал попытки выдернуть её из кошмара, что вскоре принесло результат. Ирия резко распахнула небесно-голубые глаза и ошеломлённо уставилась на него. Она не пришла в себя от ужасного сна, поэтому не поняла, кто её держал, и принялась кричать и вырываться из крепких рук.
— Ирия, успокойся! Это я! Успокойся же! — Азиан удерживал её в руках, стараясь не навредить лёгкому и хрупкому телу.
— Азиан?.. — Ирия полностью проснулась и, благодаря лунному свету, разглядела его. — Ты… жив?..
— Конечно жив. Что тебе снилось?
Вместо ответа Ирия задрожала и заплакала. Она уткнулась лицом ему в грудь, не в силах сдерживать страх и слёзы.
— Она преследует меня… Сказала, что мне не скрыться. А ещё там, во сне, я видела чёрного лиса, похожего на тебя. Он пытался… увести меня оттуда… Но она… Она убила его… — Ирия рассказывала о сне, часто всхлипывая, не в силах сдержать слёзы страха, и ещё крепче прижимаясь к груди лиса.
Азиан же обнимал девушку и ласково гладил по волосам. Но, услышав, что неведомое существо мучило Ирию в кошмарах, в нём загорелся праведный гнев. К гадалке не ходи, ясно, что Древнее Зло что-то замышляла. Но что ей нужно от Ирии? Сейчас она пряталась в тени, а что будет, когда явит себя? Неважно. Он не позволит этой твари и пальцем тронуть мелкую. Он обещал, дал слово.
— Успокойся, всё хорошо, — Азиан ласково провел пальцами по светлым волосам. Они были красивыми, мягкими, как шёлк, от них веяло цветами. — Это страшный сон, который никогда не сбудется. Всё позади.
— Спасибо, — Ирия оторвалась от его груди и подняла на него глаза, всё ещё влажные и красные от слёз. — Азиан, пожалуйста, полежи со мной. Мне ещё страшно.
— Хорошо.
Ирия вытерла слёзы.
Они легли на кровать, тесно прижавшись друг к другу. Ирия уткнулась лицом ему в плечо и с наслаждением вдохнула знакомый сладкий аромат, напоминающий зимний лес. Она закрыла глаза и вскоре погрузилась в безмятежный сон. Теперь Ирия лежала спокойно и мило улыбнулась во сне, кошмары больше не тревожили её.
А Азиан, лёжа и обнимая девушку, поглаживал её по волосам и слушал её мирное дыхание. Сладкий аромат цветов окутал его. Демон словно очутился в благоухающим цветочном саду. На душе — тепло и покой.
Скоро Азиан погрузился в чуткий сон.
Когда Ирия начала просыпаться, она почувствовала, что что-то не так. Слишком жарко и что-то сдавливало талию. Девушка попыталась пошевелиться, но это нечто лишь сильнее сжало её. Она почувствовала на затылке чьё-то горячее дыхание и услышала тихое сопение. Ирия поняла, что лежала в постели не одна.
Опустив взгляд вниз, она увидела на своей талии руку с длинными острыми когтями. Ирия побледнела и с трудом повернулась назад, чтобы посмотреть на своего «соседа». Каково же было её удивление, когда она увидела перед собой Азиана. Лицо лиса было красивым, а спящее — изумительно милым. Спящий демон напоминал большого сонного кота, которого хотелось погладить, почесать, потискать. От подобных мыслей Ирия покраснела.
Однако в следующее мгновение она осознала одну важную деталь. Почему Азиан спал в её постели, когда у него есть собственная?
Реакция не заставила долго ждать. Ирия принялась яростно трясти демона за плечи. Азиан что-то недовольно промычал, но просыпаться не собирался.
— Азиан, проснись! Проснись немедленно! — требовала Ирия.
— Ну что ты вопишь? — сонно пробубнил лис, не открывая глаз. — Ты уже, наверное, всех вокруг разбудила.
— Что ты делаешь в моей кровати? У тебя же есть своя! — продолжала возмущаться Ирия.
Азиан слегка поднялся, подперев голову рукой, и уставился на неё.
— Ты забыла, что произошло ночью? Так я напомню. Тебе приснился кошмар, я пришёл и успокоил тебя, а потом ты не захотела отпускать меня, сославшись на страх. Вот так мы и заснули в обнимку.
Воспоминания о прошедшей ночи восстановились. Ирия всё вспомнила и слегка успокоилась, но вдруг её настигла другая мысль. Глаза её широко раскрылись от осознания.
— Постой-ка… А что ты делал в моей комнате в такой поздний час?
Лисье ухо дёрнулось, выдавая Азиана. Он понял, что не знал ответа на этот вопрос, однако постарался придать лицу бесстрастное выражение.
— У тебя мягко, тепло и приятно пахнет, — ответил он, после зевнул и потянулся, мило дёрнув ушами. — Правда, немного шумно.
Некстати вспомнились его горячие руки на талии.
— И ты меня лапал?! — лицо Ирии налилось жаром.
Азиан окинул её взглядом, его губы изогнулись в знакомой усмешке.
— На такую плоскую малявку, как ты, даже смотреть неинтересно, — лисий хвост лениво вильнул, а на лице его хозяина показались насмешливая ухмылка и хитрый прищур.
Лицо Ирии покрылось красными пятнами, злость так и рвалась наружу, придавая желание дать по наглой физиономии.
— Гад ушастый! — завопила девушка. Сердито прижав уши к голове, Азиан схватил тонкую девичью талию и повалил волшебницу на себя. Ирия пискнула, почувствовав тепло демона, и покраснела, став похожей на варёного рака.
Вдруг в дверь постучали, из-за чего оба вздрогнули, и в комнату вошла Джесси. Она только открыла рот, чтобы напомнить Ирии о дежурстве на кухне, так и застыла, изумлённо уставившись на «парочку», лежащую на кровати, и моментально покраснела, подобно спелому помидору.
— Извините, я вам помешала. Кстати, доброе утро, — выдала она. Судя по выражению лица, ей было стыдно от такой сцены, но и интерес никуда не делся.
— И тебе доброе, — ответил Азиан, отпустив Ирию.
Джесси окинула обоих взглядом и лукаво улыбнулась.
— Ну, не буду вам мешать. Только, Ирия, не забывай про дежурство.
— Джесси, подожди! Ты не так поняла! — крикнула вслед Ирия, однако та уже убежала. Сделав глубокий вдох и выдох, волшебница повернулась к Азиану. А у того плечи тряслись от едва удерживаемого смеха. Кинув мимолётный взгляд на зеркало, Ирия поняла, почему: красное лицо, помятая сорочка, воронье гнездо вместо волос. Да уж, красота неописуемая.
Услышав тихое хихиканье, Ирия обернулась на Азиана, голубые глаза сердито сверкнули.
— Уходи, мне надо привести себя в порядок, — сказала она.
Демон пожал плечами, поднялся с кровати и вышел из комнаты, напоследок одарив волшебницу ехидным взглядом.
«Отличное начало дня».
На кухню Ирия шла настороженно. Опасение, что Джесси всем разболтает об утреннем происшествии, не покидало ни на секунду. Работая за столом, Ирия всё время ожидала, что кто-нибудь обязательно упомянет или спросит о том, что Азиан делал в её комнате, да ещё вместе с ней в кровати. Но никто ничего об этом не спрашивал, даже не догадывался об этом. Все вели себя как обычно, что сбивало с толку. Неужели Джесси промолчала?
За завтраком тоже ничего не менялось. Кто-то что-то обсуждал, кто-то молча ел. За столом царила мирная, уютная атмосфера. Никто не косился и не задавал странных вопросов. Ирии стало легче: не хотелось оправдываться перед кем-либо за странное происшествие. Азиан вёл себя как обычно: отстранённо и холодно. Джесси тоже обыденно болтала с Фраем, лишь изредка поглядывая на Ирию с хитрой искрой в глазах. Волшебница мысленно поблагодарила её за молчание.
Сегодня был последний день недельного наказания Ирии, чему она была рада. Нет, готовка и учёба в тягость не были, но забирали много сил. Волшебница так же сидела под домашним арестом. Мэрлина не пускала её на задания и не разрешала гулять за пределами гильдии. Очевидно, глава делала это ради безопасности ученицы. Неизвестно, надолго ли затаились враги и как скоро они нанесут новый удар. Ирия прекрасно это понимала, поэтому спокойно сносила наказание.
Но сегодня Мэрлина сказала Ирии прийти в сад, где собиралась провести очередной урок по магии. После завтрака глава ушла, а Ирия осталась на кухне помыть посуду. Сразу после окончания работы она поспешила в сад.
Мэрлина, как и говорила, находилась на месте назначения. Она сидела на скамье под деревом без шевелений. Её глаза были закрыты, а лицо выражало абсолютное спокойствие. Волшебница делала глубокий вдох, выдох, и повторяла это снова и снова. Её губы шевелились в неслышном шёпоте. Казалось, женщина спала, но это не было похоже на сон.
Ирия немного подождала, наблюдая за учительницей, а потом негромко позвала:
— Мэрлина, извини за опоздание.
Но ответа не последовало. Мэрлина никак не отреагировала на слова ученицы, даже глаз не открыла. Ирия слегка наклонила голову, словно пытаясь рассмотреть женщину под другим углом. Она не понимала, что глава делала, но была уверена в её слухе.
— Что ты делаешь? — спросила Ирия, внимательно смотря на учительницу.
— Медитирую, — ответила Мэрлина, по-прежнему не открывая глаз. — Это нужно для контроля над магией.
— Ух ты! Как ты это сделала?
— Внутренний покой, — ответила Мэрлина, наконец, открыв глаза и посмотрев на ученицу. — Наблюдая за твоими стараниями, я подметила, что тебе не хватает самоконтроля. В спокойной обстановке ты легко призываешь магию, а под угрозой опасности теряешь над ней контроль. Дело в негативных эмоциях и плохих воспоминаниях.
Ирия помрачнела. Как всегда, глава говорила правильные вещи. Юная волшебница осознавала, что не может правильно пользоваться своими способностями из-за страхов и переживаний. Стоило Ирии научиться призывать магию и перестать волноваться об этом, как появились новые страхи в виде ночных кошмаров, преследований Древним Злом и тщетных попыток узнать правду о себе и о семье.
— Я помню, ты говорила, что магия не подчиняется из-за страха и неуверенности мага. Эмоции и чувства играют важную роль в волшебстве. Значит, мне надо научиться контролировать свои переживания и не позволять им властвовать надо мной.
«Прекрати! Перестань!» — Ирия не понимала, сказала ли она это вслух, или нет, но желала, чтобы этот кошмар закончился. Лишь бы не видеть кровавого ужаса, не слышать леденящего душу смеха и не чувствовать себя беспомощной! Кто-нибудь… Хоть кто-нибудь, остановите это!
Внезапно земля пропала из-под ног, и Ирия с криком полетела в пропасть…
Азиану снова не спалось. Гильдия давно погрузилась в ночную тьму и тишину. Все спали, кроме него. Опять всякие мысли не покидали голову и не позволяли сомкнуть глаз. Благо демоническая природа быстро восстанавливало тело и во сне нужды, как в пище и в воде, нет. В томной тишине Азиану казалось, что он слышал дыхание спящих соседей. Пусть спят — мешать не будут.
А подумать было о чём.
Вот уже несколько дней Азиан усердно тренировался. Это не являлось для него тягостью, он с детства привык к тяжёлым испытаниям, которые мало кому даже из демонов приходилось преодолеть. Испытания просты: выживи или умри. И Азиан усвоил это.
Лис просил Аками драться с ним всерьёз, будто с врагом, чтобы максимально вкладываться в силу. Анализируя поединки с хранительницей, Азиан понимал: его сил недостаточно. Да, он обладал большой физической силой и владел огнём, но вряд ли это поможет против страшной угрозы в будущем.
Колючий холод пробежал по спине демона, его пушистый хвост нервно заметался, постукивая по твёрдым местам.
«Не хочу вспоминать!»
Азиан потряс головой, прогоняя самые страшные воспоминания.
Успокоившись, демон лёг обратно в постель и прикрыл глаза. О тренировках следовало подумать позже, утром. Ничто не тревожило, и он мог бы спать спокойно. Но какое-то непонятное чувство внутри не давало ему заснуть. Какое-то беспокойство не отпускало лиса, будто кто-то поделился с ним своими переживаниями. Пушистый хвост нервно метался и бился по простыне, мягкие уши дёргались, когти царапали подушку. Каждый нерв, каждый мускул в теле был напряжён. Демоническая сущность твердила, почти кричала о некой опасности.
Надоело! Азиан резко поднялся с постели и со злости ударил по подушке, потом остыл. Если не получалось заснуть, то можно прогуляться. Вдруг поможет?
Тихо выйдя из комнаты, лис пошёл по коридору. Он шёл медленно и осторожно, чтобы никого не разбудить. Коридор застилала темнота, но демоническое зрение улавливало любую деталь. Мирная тишина успокаивала взбудораженные нервы.
Вдруг нюх уловил сладкий аромат цветов. Знакомый, нежный, головокружительный, желанный. Азиан остановился и посмотрел в сторону источника этого запаха. Он остановился перед дверью в комнату Ирии. Интересно, какие сны её посещали?
Из комнаты доносился тонкий цветочный аромат, которым лис не мог перестать дышать. Сладкий запах насыщал и успокаивал одинокую душу. Внезапно Азиана настигло желание войти и увидеть спящую Ирию. Хотя бы немного, одним глазком. Но только он потянулся к дверной ручке, как вдруг остановился, будто нечто внутри приказало. «Зачем тебе это?» — спросил внутренний голос. Действительно, зачем? Какое ему дело до спящей девушки? Какая разница до её снов? Он должен лишь защищать Ирию, а не оказывать повышенное внимание.
Девчонка не волновала его.
Разве?
Почему тогда в груди так пусто без неё? А стоило ему уловить цветочный аромат, как лис забывал обо всём на свете.
Ирия Лайтс… Девушка, ворвавшаяся в его жизнь подобно весеннему тёплому ветру. Одна случайная встреча перевернула его привычный уклад жизни. А случайная ли?
От раздумий Азиана отвлекли странные звуки из комнаты, похожие на частое дыхание и стоны. Что там происходило? Не теряя времени на раздумья, Азиан вошёл в комнату.
Бледный лунный свет пробивался сквозь окно и падал на кровать, серебристые лучи освещали постель и спящую Ирию. Её тело в белой ночной сорочке выглядело маленьким, изящным, хрупким, подобно фарфоровой фигурке. Длинные светлые волосы, разбросанные по подушке, отливали серебром.
Эта картина казалась Азиану прекрасной и такой манящей, что было страшно её коснуться, дабы не сломать. Однако эту хрупкую красоту портило бледное и напряжённое личико девушки. Ирия дрожала, тяжело дышала, словно от долгого бега, и что-то бормотала во сне, как в болезненном бреду. Азиан понял, что ей снился кошмар.
— Азиан? — прошелестел тихий голос.
«Я снюсь ей? С чего бы?» — скептически подумал лис.
Однако дальше стало хуже. Ирия заметалась по постели, повторяя вопрос: «Где он?», словно кого-то потеряла. А потом она закричала, умоляя что-то прекратить. Испарина выступила на девичьем лице, она со всей силы сжала пальцами простыню. Маленькая грудь поднималась и опускалась от частого дыхания. Азиана, наблюдавшего за страданиями Ирии во сне, посетило желание прекратить это.
Лис подошёл к кровати, схватил мечущуюся девушку за плечи и принялся её будить:
— Мелкая, проснись! Это просто кошмар! Проснись!
Ирия, схватившись руками за его плечи, закричала. Азиан не прекращал попытки выдернуть её из кошмара, что вскоре принесло результат. Ирия резко распахнула небесно-голубые глаза и ошеломлённо уставилась на него. Она не пришла в себя от ужасного сна, поэтому не поняла, кто её держал, и принялась кричать и вырываться из крепких рук.
— Ирия, успокойся! Это я! Успокойся же! — Азиан удерживал её в руках, стараясь не навредить лёгкому и хрупкому телу.
— Азиан?.. — Ирия полностью проснулась и, благодаря лунному свету, разглядела его. — Ты… жив?..
— Конечно жив. Что тебе снилось?
Вместо ответа Ирия задрожала и заплакала. Она уткнулась лицом ему в грудь, не в силах сдерживать страх и слёзы.
— Она преследует меня… Сказала, что мне не скрыться. А ещё там, во сне, я видела чёрного лиса, похожего на тебя. Он пытался… увести меня оттуда… Но она… Она убила его… — Ирия рассказывала о сне, часто всхлипывая, не в силах сдержать слёзы страха, и ещё крепче прижимаясь к груди лиса.
Азиан же обнимал девушку и ласково гладил по волосам. Но, услышав, что неведомое существо мучило Ирию в кошмарах, в нём загорелся праведный гнев. К гадалке не ходи, ясно, что Древнее Зло что-то замышляла. Но что ей нужно от Ирии? Сейчас она пряталась в тени, а что будет, когда явит себя? Неважно. Он не позволит этой твари и пальцем тронуть мелкую. Он обещал, дал слово.
— Успокойся, всё хорошо, — Азиан ласково провел пальцами по светлым волосам. Они были красивыми, мягкими, как шёлк, от них веяло цветами. — Это страшный сон, который никогда не сбудется. Всё позади.
— Спасибо, — Ирия оторвалась от его груди и подняла на него глаза, всё ещё влажные и красные от слёз. — Азиан, пожалуйста, полежи со мной. Мне ещё страшно.
— Хорошо.
Ирия вытерла слёзы.
Они легли на кровать, тесно прижавшись друг к другу. Ирия уткнулась лицом ему в плечо и с наслаждением вдохнула знакомый сладкий аромат, напоминающий зимний лес. Она закрыла глаза и вскоре погрузилась в безмятежный сон. Теперь Ирия лежала спокойно и мило улыбнулась во сне, кошмары больше не тревожили её.
А Азиан, лёжа и обнимая девушку, поглаживал её по волосам и слушал её мирное дыхание. Сладкий аромат цветов окутал его. Демон словно очутился в благоухающим цветочном саду. На душе — тепло и покой.
Скоро Азиан погрузился в чуткий сон.
Когда Ирия начала просыпаться, она почувствовала, что что-то не так. Слишком жарко и что-то сдавливало талию. Девушка попыталась пошевелиться, но это нечто лишь сильнее сжало её. Она почувствовала на затылке чьё-то горячее дыхание и услышала тихое сопение. Ирия поняла, что лежала в постели не одна.
Опустив взгляд вниз, она увидела на своей талии руку с длинными острыми когтями. Ирия побледнела и с трудом повернулась назад, чтобы посмотреть на своего «соседа». Каково же было её удивление, когда она увидела перед собой Азиана. Лицо лиса было красивым, а спящее — изумительно милым. Спящий демон напоминал большого сонного кота, которого хотелось погладить, почесать, потискать. От подобных мыслей Ирия покраснела.
Однако в следующее мгновение она осознала одну важную деталь. Почему Азиан спал в её постели, когда у него есть собственная?
Реакция не заставила долго ждать. Ирия принялась яростно трясти демона за плечи. Азиан что-то недовольно промычал, но просыпаться не собирался.
— Азиан, проснись! Проснись немедленно! — требовала Ирия.
— Ну что ты вопишь? — сонно пробубнил лис, не открывая глаз. — Ты уже, наверное, всех вокруг разбудила.
— Что ты делаешь в моей кровати? У тебя же есть своя! — продолжала возмущаться Ирия.
Азиан слегка поднялся, подперев голову рукой, и уставился на неё.
— Ты забыла, что произошло ночью? Так я напомню. Тебе приснился кошмар, я пришёл и успокоил тебя, а потом ты не захотела отпускать меня, сославшись на страх. Вот так мы и заснули в обнимку.
Воспоминания о прошедшей ночи восстановились. Ирия всё вспомнила и слегка успокоилась, но вдруг её настигла другая мысль. Глаза её широко раскрылись от осознания.
— Постой-ка… А что ты делал в моей комнате в такой поздний час?
Лисье ухо дёрнулось, выдавая Азиана. Он понял, что не знал ответа на этот вопрос, однако постарался придать лицу бесстрастное выражение.
— У тебя мягко, тепло и приятно пахнет, — ответил он, после зевнул и потянулся, мило дёрнув ушами. — Правда, немного шумно.
Некстати вспомнились его горячие руки на талии.
— И ты меня лапал?! — лицо Ирии налилось жаром.
Азиан окинул её взглядом, его губы изогнулись в знакомой усмешке.
— На такую плоскую малявку, как ты, даже смотреть неинтересно, — лисий хвост лениво вильнул, а на лице его хозяина показались насмешливая ухмылка и хитрый прищур.
Лицо Ирии покрылось красными пятнами, злость так и рвалась наружу, придавая желание дать по наглой физиономии.
— Гад ушастый! — завопила девушка. Сердито прижав уши к голове, Азиан схватил тонкую девичью талию и повалил волшебницу на себя. Ирия пискнула, почувствовав тепло демона, и покраснела, став похожей на варёного рака.
Вдруг в дверь постучали, из-за чего оба вздрогнули, и в комнату вошла Джесси. Она только открыла рот, чтобы напомнить Ирии о дежурстве на кухне, так и застыла, изумлённо уставившись на «парочку», лежащую на кровати, и моментально покраснела, подобно спелому помидору.
— Извините, я вам помешала. Кстати, доброе утро, — выдала она. Судя по выражению лица, ей было стыдно от такой сцены, но и интерес никуда не делся.
— И тебе доброе, — ответил Азиан, отпустив Ирию.
Джесси окинула обоих взглядом и лукаво улыбнулась.
— Ну, не буду вам мешать. Только, Ирия, не забывай про дежурство.
— Джесси, подожди! Ты не так поняла! — крикнула вслед Ирия, однако та уже убежала. Сделав глубокий вдох и выдох, волшебница повернулась к Азиану. А у того плечи тряслись от едва удерживаемого смеха. Кинув мимолётный взгляд на зеркало, Ирия поняла, почему: красное лицо, помятая сорочка, воронье гнездо вместо волос. Да уж, красота неописуемая.
Услышав тихое хихиканье, Ирия обернулась на Азиана, голубые глаза сердито сверкнули.
— Уходи, мне надо привести себя в порядок, — сказала она.
Демон пожал плечами, поднялся с кровати и вышел из комнаты, напоследок одарив волшебницу ехидным взглядом.
«Отличное начало дня».
Глава 28. Внутренний покой.
На кухню Ирия шла настороженно. Опасение, что Джесси всем разболтает об утреннем происшествии, не покидало ни на секунду. Работая за столом, Ирия всё время ожидала, что кто-нибудь обязательно упомянет или спросит о том, что Азиан делал в её комнате, да ещё вместе с ней в кровати. Но никто ничего об этом не спрашивал, даже не догадывался об этом. Все вели себя как обычно, что сбивало с толку. Неужели Джесси промолчала?
За завтраком тоже ничего не менялось. Кто-то что-то обсуждал, кто-то молча ел. За столом царила мирная, уютная атмосфера. Никто не косился и не задавал странных вопросов. Ирии стало легче: не хотелось оправдываться перед кем-либо за странное происшествие. Азиан вёл себя как обычно: отстранённо и холодно. Джесси тоже обыденно болтала с Фраем, лишь изредка поглядывая на Ирию с хитрой искрой в глазах. Волшебница мысленно поблагодарила её за молчание.
Сегодня был последний день недельного наказания Ирии, чему она была рада. Нет, готовка и учёба в тягость не были, но забирали много сил. Волшебница так же сидела под домашним арестом. Мэрлина не пускала её на задания и не разрешала гулять за пределами гильдии. Очевидно, глава делала это ради безопасности ученицы. Неизвестно, надолго ли затаились враги и как скоро они нанесут новый удар. Ирия прекрасно это понимала, поэтому спокойно сносила наказание.
Но сегодня Мэрлина сказала Ирии прийти в сад, где собиралась провести очередной урок по магии. После завтрака глава ушла, а Ирия осталась на кухне помыть посуду. Сразу после окончания работы она поспешила в сад.
Мэрлина, как и говорила, находилась на месте назначения. Она сидела на скамье под деревом без шевелений. Её глаза были закрыты, а лицо выражало абсолютное спокойствие. Волшебница делала глубокий вдох, выдох, и повторяла это снова и снова. Её губы шевелились в неслышном шёпоте. Казалось, женщина спала, но это не было похоже на сон.
Ирия немного подождала, наблюдая за учительницей, а потом негромко позвала:
— Мэрлина, извини за опоздание.
Но ответа не последовало. Мэрлина никак не отреагировала на слова ученицы, даже глаз не открыла. Ирия слегка наклонила голову, словно пытаясь рассмотреть женщину под другим углом. Она не понимала, что глава делала, но была уверена в её слухе.
— Что ты делаешь? — спросила Ирия, внимательно смотря на учительницу.
— Медитирую, — ответила Мэрлина, по-прежнему не открывая глаз. — Это нужно для контроля над магией.
Глава встала с камня и, не открывая глаз, встала в какую-то незнакомую стойку. В её руке по мысленному приказу образовалась световая сфера. Мэрлина задвигала руками неспешными плавными движениями, потом сделала быстрый поворот вокруг своей оси и кинула сферу вверх, словно мячик. Та подлетела высоко, рассыпая золотые искры. Мэрлина подождала немного, так и не открывая глаза, ловко поймала сферу и развеяла её. Ирия восхищённо смотрела на это, слегка приоткрыв рот.
— Ух ты! Как ты это сделала?
— Внутренний покой, — ответила Мэрлина, наконец, открыв глаза и посмотрев на ученицу. — Наблюдая за твоими стараниями, я подметила, что тебе не хватает самоконтроля. В спокойной обстановке ты легко призываешь магию, а под угрозой опасности теряешь над ней контроль. Дело в негативных эмоциях и плохих воспоминаниях.
Ирия помрачнела. Как всегда, глава говорила правильные вещи. Юная волшебница осознавала, что не может правильно пользоваться своими способностями из-за страхов и переживаний. Стоило Ирии научиться призывать магию и перестать волноваться об этом, как появились новые страхи в виде ночных кошмаров, преследований Древним Злом и тщетных попыток узнать правду о себе и о семье.
— Я помню, ты говорила, что магия не подчиняется из-за страха и неуверенности мага. Эмоции и чувства играют важную роль в волшебстве. Значит, мне надо научиться контролировать свои переживания и не позволять им властвовать надо мной.
