К моменту, как женщина оказалась у решётки темницы, Бахарь с подельниками придумали шаткий план, как избежать смерти. И, ежели не всем, то хоть кому-то в живых остаться. Малец плохо представлял, какую бесовщину задумала одержимая, но одно понимал ясно, если ведьма связалась с проклятым богом, то нужны будут жертвы. Надежда была лишь на то, что их не убьют прямо здесь, а всё же вытащат из подземелья. Тогда, возможно, удастся и ноги унести, а лучше простой люд от помешанной избавить. Но на последнее скоморох не надеялся, слишком уж сильна была чародейка, с такой просто не справишься, а он не собирался играть в героя - своя жизнь дороже.
Лязгнул замок и вошедшая баба, оглядев их безумным взглядом, пропела:
- Заскучали, голубчики? Ну, ничего, сейчас развеетесь, воздухом подышите. - и зашлась после сказанного лающим смехом, а потом стала чаровать.
Бахарь сразу ощутил удушающий смрад тёмной силы, и с ужасом увидел, как отупел, затуманился взор у его товарищей. Сейчас скоморохи напоминали кукол на верёвочках, что ведьма скажет, то и делают. Да и он на собственной шкуре ощутил, как отяжелели конечности, как он перестал быть хозяином своему телу. Одно радовало, в разуме он остался, в отличие от остальных. Главное, чтобы сейчас этот разум в глазах его не отобразился, иначе со Смертушкой прямо тут свидится. И как бы он богиню не почитал, встретиться с ней он бы предпочёл седым стариком.
Играть дурака ему было не впервой, и отточено мастерство у него это было лучше некуда, оттого женщина и не заметила, что промашка с её колдовством-то вышла. Одно жаль, что только на нём чары не до конца подействовали. Одному ему придётся бежать, толку от товарищей сейчас никакого.
Тёмное колдовство... Тёмное... За такое бы на костёр боярыню отправить. И ежели он выживет, то уж постарается ведьму к костру этому подвести. И желание это крепло с каждой минутой, ибо прежде чем из них жертвенных овец сделать, отступница решила себя потешить, поглумиться над ними вдосталь. Отчего Бахарь злился да ненавидел проклятую бабу ещё сильнее: за требования унизительные, за хохот её весёлый, за выражение злого удовольствия на её лице.
- Ой, ну всё, хватит. - в какой-то момент раздался её раздражённый голос и она отпихнула мальчишку ногой, той, на которой он вылизывал ей сапог по её же приказу. - За мной идите. Вы мне для иного нужны.
И скоморохи встали, будто их дёрнули за невидимые нити, безропотно пошли за боярыней, не замечая ничего вокруг. А Бахарь видел: и тела стражников, с подсохшей пеной у рта, и трупы остальных слуг, и мёртвых гостей, с навеки застывшим в глазах удивлением.
Нет, не женщина перед ним, не обезумевшая от горя мать - нежить. Нежить бездушная, а не человек.
Ежели боги его пощадят, и он избежит сегодня смерти, то он всем расскажет о её злодеяниях. Не останется ни одного человека в царстве, кто не будет знать о кровавой ведьме Ядвиге, о её преступлениях. Он сделает так, что ею будут пугать детей, чтобы имя её звучало как проклятье. Уж он сможет, уж он в сказах мастер. Только вот как избежать гибели, когда ты и пальцем двинуть не можешь?
А отступница уж вывела их на двор, где и вручила им каждому по кинжалу и велела встать в круг. Клинком ведьма не обделила и себя, отчего у скомороха пополз по спине холодок. Коли тварь сама себя убить решила, то дело худо. И пока обезумевшая ведьма взывала к своему проклятому богу, Бахарь молился своим.
Только что можно пообещать вездесущим за их помощь в спасении? Они ведь редко отзываются на мольбы, одаривают своей милостью лишь избранных. Но когда-то боги уже обратили своё внимание на него. Подарили способность иметь второй лик нищему оборванцу, одарили талантом сказителя, помогли ему выжить. Эти дары были самыми ценными в его жизни, более ничего он не имел.
Прозвучал отчаянный крик и под злобное бормотание ведьмы первый из скоморохов свалился кулем на землю, всадив в себе грудь кинжал. После раздались ещё хрипы.
Мальчишка закрыл глаза, дабы не видеть чудовищной картины и взмолился вновь. Он знал, от подарков богов не отказываются, ежели только не хочешь навлечь на себя их гнев. Оттого он не мог обменять свои способности на жизнь. Но Бахарь предложил вездесущим иное - забрать его человеческий облик. Быть сказителем он может и без него. В животном обличье голос он не терял.
И боги его услышали. В тот момент, когда по приказу ведьмы он занёс над собой клинок, дабы убить себя, его тело пронзило болью и начало меняться. Руки покрылись шерстью, вытянулись когти, и через мгновение Бахарь приземлился на землю уже котом.
Чары ведьмы над ним были более не властны. И бывший шут не стал терять время, под пронзительный вопль отступницы он стремительно рванул к воротам, и бросился наутёк. Подальше от безумной старухи, подальше от смерти, что собирала в боярских хоромах свою дань, подальше от прошлой жизни. Он обернулся лишь раз, когда оказался очень далеко от палат, когда понял, что ведьма его уже не достанет, и почувствовал, как его шерсть становится дыбом от ужаса.
На фоне кровавого летнего заката чернел разрыв. На Бахаря глядела сама навь.
Глава 18
Демьян проснулся резко, словно от толчка. Уставился пустыми глазами в потолок кельи, которая была его пристанищем последний месяц, но вновь уплыть в марево сна так и не смог. Что-то было не так. Что-то тянуло внутри, звало. На мгновение будто прошло то отупение, отрешённость, неподвижность, что завладела им после смерти его Велимиры.
От воспоминаний вновь пронзило болью, но она быстро стёрлась - всё его существо заполнило судорожное напряжение. Идти, ему нужно куда-то идти. Казалось, что если он не встанет с лавки, не сделает шаг, то случится что-то непоправимое, что-то чудовищное. Что-то, что разрушит его жизнь окончательно.
Он поднялся с трудом. Ноги его держали плохо, после смерти жены он почти не ел. Силы давно покинули его тело, но он упорно ковылял к двери, что отделяла его от коридора храма, от молитвенного зала, где жрицы каждое утро взывали к богам. Пока была глубокая ночь, до заутренней молитвы ещё далеко. Однако его тянуло к храмовому алтарю со страшной силой.
Цепляясь за стены, чтобы не упасть, ведьмак брёл туда. Его звали, требовательно, повелительно. И от такого приглашения никто из живущих да существующих не в праве был отказаться. Когда тебя кличут на беседу вездесущии, ты можешь лишь послушно выполнять их волю.
Мужчина бухнулся на колени перед изваянием той, что забрала к себе в царство его обеих возлюбленных, той, чью незримую тень он всегда ощущал за своей спиной на полях битв. Он много раз глядел на её лик, отдавал почести, приносил дары, но впервые за все годы его жизни богиня явила ему свою милость, позволила услышать свой глас.
Демьяна окунуло в видение, жуткое, мерзкое. Множество смертей, всеобщая разруха. Горю и слезам не было конца. А причина... Причина та же - ненавистная Ядвига, что возомнила себя вершительницей судеб, что заделалась в пряхи, сделала дыру в полотне мироздания.
Он видел тьму, холод, что скоро обрушится на царство, на весь свет. Он видел прореху, что открыла путь обитателем нави в явь. В навеянном мареве мужчина глядел в саму бездну, мёртвую, холодную и абсолютно неумолимую в своей безжалостности.
Червоточина ширилась, росла, но росла неспешно, будто что-то мешало. И ведьмак понял, что именно. Ритуал, проведённый обезумевшей бабой, был не завершён. Одной из жертв подсобили боги, отвели от мальчишки смерть. Именно он и был той причиной, почему сейчас жители стольного града и многих других городов спокойно спали в своих постелях, были живы...
В реальность его выдернул судорожный всхлип. В проёме залы стояла молодая жрица, почти ребёнок и испуганно на него глядела. Да уж, сейчас он более походил на костлявого мертвеца, чем на живого человека, а уж в темноте, так и вовсе наводил ужас своим видом. Только вот упустить шанс на помощь сейчас было глупо, каждая минута на счету. Оттого он постарался обратиться к юнице, как можно более мягким тоном.
- Позови матушку Стояну. Дело безотлагательное.
Девица закивала болванчиком, и шустро сбежала, сообщить радостную новость настоятельнице храма, о том, что воевода пришёл в себя.
Демьян же, с трудом встав с колен, вновь воззрился на лик богини. Ведь в показанном ему видении он услышал главное - обещание, что заставило его скинуть с себя многодневную отрешённость.
"Сможешь закрыть червоточину - исцелишь и свою душу, и своей избранницы. Не сможешь - всё превратится в пыль, вы более никогда не встретитесь. Живым не будет места в этом мире. Залатай прореху, и за это я сберегу твоего сына и верну тебе жену."
Не успела вчера, и завтра по проде тоже не получится, выложу уже хорошее по объёму продолжение в среду)
Прода от 26.04.2026, 23:57
У меня долгожданный отпуск после адовых пяти месяцев, так что книга возобновляется) Прошу всех простить за затянутость ??
Следующая прода во вт-ср)
***
Еще не занялась заря, как собранный ведьмаком отряд прибыл в небольшую деревушку. И едва развеялись чары перемещения, стало понятно, что видения Демьяна были правдивыми: хутор не спал и не спал уже давно. Ярко горели костры, разгоняя предрассветную мглу. Перед глазами мужчины мельтешили люди, пытаясь уложить в повозки нажитое добро и скотину. Слышен был детский плач и мужицкая ругань, причитали бабы.
Выбранное воеводой поселение находилось ближе всего к месту, где воздвигла свои хоромы Ядвига. В сами боярские палаты он настраивать чары побоялся. Чёрт его знает, что творится после тёмного ритуала в проклятом месте, ежели даже отсюда он явственно видел разрастающуюся кровавую прореху, что зияла на тёмном небосводе.
Он слез с лошади и схватил пробегающего мимо мальчонка.
— Старосту мне найди.
Недоросль испуганно закивал и быстро скрылся с глаз, поспешив выполнить поручение. Деревенские ведь и не надеялись на подмогу, а вон оно как — не оставил их в беде царь-батюшка.
— Дрянь какая, — раздался смурной голос одного из прибывших с Демьяном одарённых. — Похоже, что и впрямь ткань мироздания разорвана. Какие только чары могли такое сделать?
— Ясное дело, — отозвался другой ведьмак, — тёмные. Иные на такой ужас не способны.
Говорившего согласно поддержали остальные, да покуда ждали старосту, воины тихо переговаривались, делились своими мыслями по поводу сотворённой напасти. Рассуждали только недолго: запыхавшийся от быстрого бега мужик появился перед царским отрядом, казалось, в мгновение ока.
Отвесил низкий поклон и, не тратя времени даром, стал излагать свои проблемы: что повозок не хватает, что намедни сильным ливнем размыло дорогу, идущую на основной тракт, что кто-то и вовсе не верит в надвигающуюся беду. Хоть для того, чтобы в ней убедиться, надо лишь очи к небу возвести. Не столь и трудное действо. К тому же кот, что вещал о скорой гибели, был донельзя убедительным. Где ж это видано, чтобы коты человеческим языком баяли! Явно никто иные, как боги, его таким талантом наделили, чтобы люд простой предупредить.
— Кто предупредил? — резко прервал жалобы Демьян, который едва смог вычленить хоть что-то из-за быстрого говора собеседника.
— Дык, кот. Я и сам поначалу глазам своим не поверил! Но как есть кот это был, только говорящий.
— Где сейчас этот кот?
— Да кто ж его знает, мне не до него было. Едва на небо ночное глянул, ужасть эту увидал, так я людей стал поднимать, чтоб успеть до беды пришедшей их подальше увезти. А тут дороги, как назло, размыло! Как же от ужасти этой сейчас уйти! Страх-то какой, на небо и глядеть-то невозможно, кровь в жилах стынет!
Ведьмак кивнул, соглашаясь с мужиком. Как тут не согласиться? Только вот тревожило Демьяна не только разверзающаяся пред ним бездна, не только трудности деревенских, но и понимание, что упомянутого старостой кота нужно как-то найти и привести в храм. Ведь застрявший в животном лике мальчонка — это единственное, что не даёт всему миру пасть под натиском нави. Ежели он погибнет, ритуал будет считаться завершенным, и они уже ничего не смогут сделать. Слишком силён будет тот, к кому Ядвига решила воззвать, поддавшись своему безумию.
— С вами останется пара ведьмаков из моего отряда, помогут вывести деревенских на тракт. От тебя же нам будут нужны лишь сведения. Во-первых, сразу сообщишь моим людям, ежели вновь увидаешь кота того говорящего. Во-вторых, мне нужно знать самый ближний путь отсюда к боярскому терему.
— Дык, на пальцах так не объяснишь. Это ведь по лесным тропкам вам добираться придётся, их лишь местные знают. Тут без проводника не обойтись.
— Значит, найдёшь нам проводника. И уж постарайся сделать это быстро: ежели за четверть часа не найдёшь желающих, сам с нами отправишься.
Мужик закивал быстро-быстро, глаза его трусливо забегали — не хотелось старосте самому дорогу показывать, ой как не хотелось. Да и не удивительно, ведь прямо над боярским теремом и зияла проклятая дыра. Оттого он вмиг и сбежал, едва воевода вновь кинул на него суровый взгляд. Уж он найдёт желающих, найдёт. Как раз среди тех, кто ни в какую не желает покидать родные дома. Всё равно помрут, так хоть с пользой.
Демьян проводил его взглядом и обернулся к воинам.
— Влас, ты отправишься обратно в стольный град. Предупредишь и настоятельницу, и царя. К матушке зайдешь в первую очередь, потом отправишься в царские палаты. Поднимай всех. Нужно время, чтобы собрать войска, чтобы призвать одарённых. Дай боги, успеем. Милан и Богуслав, вы остаётесь здесь, дорогу размытую подправите, но главное — ищите кота, про которого староста баял. Не думаю, что он убежал далеко: возле людей всё же сытнее, да и от зверья отбиваться не нужно. Здесь выглядывайте, а коли найдёте, то к нему со всем уважением. В храм отправьте чудо это, здесь его оставлять не следует, — дождавшись утвердительных кивков подчинённых, он обернулся к остальным. — А мы с вами проследуем к месту разрыва — к боярским палатам. Проводника нам староста приставит, вон как рьяно за эту задачу взялся.
В своём последнем утверждении Демьян был уверен. Слишком уж ушлым был старик. Сам он, жизнь свою оберегая, к прорехе и близко не сунется, а вот смертника какого найдёт. Хотя все они тут смертники. Сейчас умрут али позже сгинут, но, глядя на аллеющий разрыв, ведьмак прекрасно понимал, что их гибель лишь дело времени — слишком дурное да грязное дело сотворила дрянная Ядвига. Чтоб ей пусто было.
Ровно через четверть часа староста возник перед ними с щуплым мужичком. Седым как лунь, с лицом, испещрённым морщинами, словно печеное яблоко; но несмотря на потрёпанный годами внешний вид, воевода учуял в представленном ему старике силу. Не маленький огонёк дара, а самое настоящее кострище, что делало внешность их будущего проводника весьма обманчивой. Перед ним стоял не немощный дед, как могло показаться на первый взгляд, а сильный и опытный ведьмак.
— Кроме старого Лиса, — вещал в это время староста, — никто так тропы лесные не знает, никто так с нечистью договориться не может. Уж богами могу поклясться, лучшего провожатого во всей округе не сыщешь.
— Вижу, — отозвался Демьян. — Только понять не могу, отчего ты мне столь сильного одарённого отдаёшь, тебе да деревенским в пути он бы пригодился. В чём подвох?
