Огня видно не было, но плоть мужчины горела. Ерат зашипел от боли, отдёрнул руку… но Кай не остановился. Ожог пошёл дальше по руке, сжигая и рукав рубашки – запястье, локоть, плечо… Вся кожа покрывалась ожоговой коркой.
– Я тебе говорил, что это – плохая идея, – произнёс Кай, смотря на скорчившегося от боли Рейфа. – Ты со мной согласен? Если – нет, то я могу продолжить. Поверь – я знаю, сколько процентов твоего тела должно покрыться ожогами, чтобы это стало для тебя опасным. А уж с учётом того, что ты ерат… процент можно даже увеличить.
– Да согласен я, согласен! – прорычал Рейф – он сейчас напоминал собаку, которую поймали на хулиганстве, но вместо того, чтобы сделать виноватый вид, собака продолжает огрызаться.
Когда кожа перестала обугливаться, Рейф выпрямился. Было видно, что он испытывает сильную боль. Он с ненавистью смотрел на Кая – я буквально кожей ощущала его желание вцепиться в шею моего кукловода и закончить начатое.
– Когда вернёшься в следующий раз, – продолжал Кай, – скажешь – за сколько зажил ожог. Раз от твоей жизни зависит жизнь Милены, надо знать твои способности к регенерации. А теперь, убирайся.
Рейф спорить не стал – ушёл. Сразу же после его ухода, я почувствовала, что никакая сила меня больше не держит. Я бросилась к Каю. Я осторожно коснулась синяков на его шее, оставленных пальцами Рейфа:
– Кай…
– Всё хорошо, котёнок. Он не пытался всерьёз меня убить.
– Откуда ты знаешь?!
– Если бы он хотел меня убить, использовал бы гипноз. А так… просто играл.
– Знаешь… после того, что ты с ним сделал, я не удивлюсь, если в следующий раз он захочет убить тебя всерьёз, – обеспокоенно сказала я. – И что тогда?
– Вряд ли его снова посетит подобная мысль. А если и так, то я воплощу свою угрозу в жизнь. Не думаю, что ему захочется гореть живьём.
– Может, ты и прав, но… – мне, всё равно, было страшно. – И зачем ты воспользовался нитями кукловода?! А если бы… если бы против Рейфа пирокинез бы не помог?!
– Помог же, – Кай пожал плечами. – А сделал я это за тем, что очень хорошо знаю тебя, котёнок. Ты не могла не вмешаться. Но это ничем бы не помогло. Был только шанс, что либо мы, либо ты сама, случайно, навредила бы себе. Так что… если подобное снова произойдёт, я поступлю также.
Правоту этих слов я не могла не признать. И я понимала, что своё слово – не дать мне вмешаться – Кай сдержит.
– Но Рейф, всё равно, не прав, – я обняла Кая, прижалась к нему… почувствовала, как он обнял меня в ответ. – Наша с тобой связь крепче и сильнее. Даже если я начну чув-ствовать эмоции Рейфа, привыкну к нему… это меня не сделает к нему ближе. Он всегда будет для меня злобной бешеной тварью, которую я просто вынуждена терпеть в своей жизни. И больше никем.
– Ты права. Права, даже если не брать в расчёт нашу связь, как марионетки и кукловода, – он приподнял моё лицо за подбородок, легко целуя мои губы.
***
Я была у Кая в комнате – в очередной раз пыталась читать учебники. Учебный год был не за горами, и знать хоть что-то про саму «Шисуну», про сверхспособности, было просто необходимо. По крайней мере, так утверждал сам Кай, который и решил, что заниматься мне надо под его надзором, иначе я сама читать ничего не буду. В какой-то мере, он был прав. Стоило мне остаться одной и взяться за книги… мысли уходили в совершенно другое направление, и проходило не больше пяти минут прежде, чем книга, снова, отправлялась на полку. Хотя, я и сейчас отвлекалась.
Я смотрела на Кая за работой и, неожиданно, вспомнила тот раз, когда мы с ним ходили по магазинам. Вроде, это было не так уж и давно, а на деле казалось, что в другой жизни. Когда ещё не было в ней столько страха… Я вспомнила, о чём мы с Каем тогда говорили. Вспомнила, о чём я согласилась поговорить потом, но… так и не сложилось. Столько проблем навалилось, что было совсем не до этого. Точнее, это я так и не начала говорить об этом. Мысли занимали Диас, Рейф, Саварис Кавэлли… В последнее время ещё и вопрос о возможности превращения Кая в ерата добавился ко всему этому. Я металась, боялась, пыталась свыкнуться, думала, что делать со всем этим… и за этим, я совсем забыла о нас с Каем. Нет, конечно, мы проводили много времени вместе, целовались, но на этом всё и заканчивалось. Да, Кай сам ни о чём не напоминал, не настаивал, но вдруг я сама, отчётливо поняла, что того, что сейчас есть между нами, мне мало.
– Кай, – нерешительно начала я. – Я тут подумала… Помнишь… ну, тот наш разговор, который мы начали, когда по магазинам ходили? Мы его так и не продолжили и… – я замялась.
– Хочешь его продолжить? – парень удивлённо посмотрел на меня, отвлёкшись от бумаг. – Сейчас?
– Угу, – кивнула я, отложив книгу в сторону. – Просто… в последнее время происходит столько всего страшного, странного… Ещё и это девятнадцатилетие рядом. И мне по-казалось, что из-за всего этого наши отношения как-то… застопорились. Нет – не так. Наверное, мне просто хочется чего-то обыденного. Чего-то нормального. Потому что я не знаю, что будет потом. Ну, конечно, дело не только в этом, но и в нас, и… Чёрт, да ты и сам мои эмоции чувствуешь!
– Чувствую, – Кай улыбнулся. – Как и твоё смущение, котёнок.
– Ну, извини, что тебе не досталось опытной девушки, – буркнула я. – И что такие разговоры для меня… в новинку.
– Иди ко мне, – он протянул руку и я, секунду поразмыслив, её взяла – парень потянул меня к себе, усаживая на свои колени, лицом к себе. – Скажи, ты сильно боишься этого? Я имею в виду, секса?
– Ну… не то, чтобы боюсь. Мне интересно. По крайней мере, меня это интересовало, когда у меня был парень в интернате, – я прикусила язык. – Прости, я…
– Всё нормально, – Кай усмехнулся. – Бывшие и у меня были. Но я рад, что с тем парнем у тебя так ничего и не было. Только… интерес – это не совсем то, что я хотел бы, чтобы ты чувствовала.
– Почему? – растерялась я.
– Интерес к процессу… Интерес к чему-то новому… Да, он может присутствовать, но… Мне бы не хотелось, чтобы тебя вело только это.
– Не совсем так. Мне, правда, интересно, но… только если с тобой, – от собственного признания захотелось зажмуриться. – Да, я понимаю, что в первый раз будет неприятно, больно. Но, если это сделаешь ты, то всё хорошо. Но... да – я боюсь.
– Мы не будем торопиться. Но… ты мне расскажешь, где тебе наиболее приятно, когда я тебя касаюсь? – его дыхание обожгло ухо.
Я вспыхнула:
– Я… я не знаю, – я опустила глаза. – Мне кажется, что… везде, наверное.
Честно говоря, я почувствовала себя такой глупой… Вроде такой простой вопрос, а я так растерялась.
– Если ты не знаешь, то… нам следует узнать. Если ты не против.
Я, снова, посмотрела на него:
– Не против. Но только… если это будет обоюдно! – ляпнула я и сама испугалась своей смелости. – Ну, то есть… – но, на попятный идти уже было поздно и я, нерешительно, продолжила. – Думаю, я тоже хочу найти твои чувствительные места.
Кай рассмеялся. Его глубокий приятный смех, словно мехом прошёлся по моей коже. И я почувствовала, как мурашки побежали по моему телу. Особенно, после его слов:
– Котёнок… со мной ты можешь делать всё, что угодно.
– Я ещё хотела спросить кое-что. Почему ты так терпелив со мной в этом плане? То есть, я понимаю, что ты не притворяешься или что-то ещё… Я чувствую, что ты, на самом деле, готов ждать столько, сколько потребуется. А это должно быть… сложно для парня. И я… пытаюсь понять, но… не понимаю, – призналась я. – В моём представлении, парни не ждут. А если и ждут, то недолго. Ну, по крайней мере… в моём окружении были толь-ко такие. Винсент не в счёт – я была с ним не так долго.
– Знаешь, котёнок… я и сам себя иногда не понимаю, когда дело касается тебя. Ты отличаешься от всех девушек, что у меня были. Вспыльчивая, громкая… пусть и пытающаяся с этим бороться. Красивая… хотя, и сама в это не верящая.
– Сомневаюсь, что хоть одна из твоих бывших девушек была некрасивой, – не удержалась я от смешка.
– Не была, – согласился Кай. – Но… все они были из… хм, высшего общества. Я считал, что с другими у меня и быть ничего не может. Считай это высокомерием. И они были такими же – да, красивыми, считающие, что весь мир у их ног… тратящие кучу времени на свою внешность и… тратя его так мало на то, чтобы допустить парня к своему телу, – в его голосе послышалось презрение. – И это было самим собой разумеющимся. А потом, в моей жизни появилась ты. И… с тобой всё по-другому. Я не хочу вести себя с тобой так же, как с ними. И дело не только в том, что ты невинна... И не в том, что я всегда могу сказать, что ты чувствуешь. Я… хочу, чтобы ты сама меня захотела. Чтобы это не про-изошло у тебя под страхом, что, если ты этого не сделаешь, мы расстанемся. Я хочу твое-го желания. И, чтобы оно возникло, я готов ждать столько, сколько потребуется. Я ответил на твой вопрос?
А я смотрела на него и не могла понять – за какие такие заслуги судьба свела меня с ним. С тем, кого я практически ненавидела, боялась, когда мы только познакомились. С тем, с кем я долго не могла принять свою связь кукловода и марионетки. И вот теперь он так терпеливо и заботливо относился ко мне. Готов был ждать… готов говорить о том, о чём я, к своему возрасту, наверное, должна была знать сама… Он пытался защитить меня от всего… пусть в такой жизни, как моя, в последнее время, это почти не удавалось. И чувствуя сейчас его эмоции, я, почти с восторгом, ощутила, что последние слова смутили, в какой-то степени, и его. И я подумала о том, что начальная симпатия, влюблённость… переросла во что-то гораздо большее. И не только с моей стороны.
– Да, ответил, – тихо сказала я.
– Тогда… приступим к изучению? – Кай улыбнулся. – Если, вдруг, станет неприятно или страшно, скажи. Хотя… я это и сам почувствую.
– Ааа… с чего начнём? – я вообще слабо представляла, как это будет.
– Просто доверься мне, – шепнул Кай, наклонившись ко мне.
Он накрыл мои губы своими и я, с готовностью, ответила на поцелуй. Он был долгим, горячим… таким, от каких ноги перестают держать. Потом, Кай стал целовать мою шею… а, затем, я охнула от неожиданного прикосновения его языка к моей коже. Это было… странно-приятно. Совсем не так, когда мою шею, по-звериному, облизывал Рейф – тогда, был только страх и неприятие. А сейчас… мне, наоборот, захотелось бесстыдно подставиться по ласки Кая, и чтобы он не останавливался. Парень слегка укусил меня, но… это было так легко, почти щекотно… что я совсем не возражала. Мало того, от очередного прикосновения его губ, я не сдержалась, и из моего горла вырвался стон. Я тут же вспыхнула от стыда и смущения. Даже извиниться захотелось… И от Кая это не укры-лось. Он прервался, посмотрел мне в глаза:
– Котёнок, тебе же приятно? – я кивнула – было дикое желание спрятать своё лицо в ладонях, но я не смогла оторвать взгляд от Кая. – Никогда… Слышишь? Никогда не стесняйся своего тела, своего удовольствия. Мы ведь для этого и начали? Так, не пытайся скрыть того, что тебе нравится то, что я делаю. Если хочешь стонать – стони, хочется кричать – кричи. Не прячься от меня.
– Я… я постараюсь, – прошептала я.
Сильные руки Кая провели по моей спине, по талии, бёдрам, снова – по спине… И когда он коснулся какого-то определённого участка спины, между лопатками… меня слов-но током ударило. Я вскрикнула, вздрогнула всем телом, изогнулась, вцепилась в плечи Кая. Мурашки, табуном, промчались по всему телу, а внизу живота я почувствовала при-ятное тепло.
– К-кай, я…
– Спина у тебя очень чувствительная, – мне показалось, что его горячее дыхание, обжёгшее ухо, только усилило реакцию.
– Я сама… не знала, – глухо ответила я, уткнувшись носом в его грудь.
– Для этого мы это и делаем – чтобы узнать, – он снова провёл по тому же месту, только более сильно.
Тут я уже застонала в голос. Моё собственное дыхание участилось… Я, вдруг, почувствовала, что мне так нравится прижиматься к Каю… что я хочу этого сильнее… И моё тело было с этим абсолютно согласно. А Кай, тем временем, возобновил ласки шеи, начал спускаться ниже…
– Котёнок… ты позволишь? – его пальцы коснулись бретелек платья. – Обещаю, дальше прикосновений не зайдёт.
Я ему верила и, вместе с тем… меня это так смущало…
– Я стесняюсь, – честно сказала я. – Но… я не против, – сама не веря, что говорю это, произнесла я.
Бретельки были спущены, а за ними и лямки лифчика, открывая мою грудь. Я покраснела. Я ещё никогда не была обнажена перед парнем. Ситуации с Рейфом и Лексом были не в счёт. И меня так смущал прямой взгляд Кая… Смущали чувства, что он испытывал, смотря на меня… Смущало его возбуждение… Я отвернулась:
– Не смотри так на меня.
– Почему? – Кай, взяв меня за подбородок, вновь, заставил посмотреть на него. – Мне нравится смотреть на тебя. Нравится прикасаться к тебе. И я хочу, чтобы и тебе это нравилось. Или, хочешь сказать, что тебе не нравится то, как я смотрю на тебя сейчас?
Я помотала головой:
– Вовсе нет! Просто… – я нервно сглотнула. – Ты так… откровенно смотришь… Я… не привыкла к такому.
– Придётся привыкнуть, – он довольно ухмыльнулся, а потом прикоснулся к моей груди, от чего я, заметно, вздрогнула. – Красивая… – он чуть сжал пальцами сосок, и я застонала. – Чувствительная…
А я не знала, куда себя деть от смущения. Взгляд Кая, его прикосновения… всё это мне так нравилось… и, одновременно, заставляло краснеть и прятать глаза. Повинуясь рукам Кая, я слегка отклонилась назад. Мне такое положение показалось неустойчивым, но он держал меня крепко и уверенно. Кай наклонился ко мне, но в этот раз он стал ласкать во-все не шею. Пальцами, губами… он начал ласкать мою грудь… Я чувствовала, как соски твердеют, как тепло внизу живота становится жарче… Как тело откликается на прикосновения Кая… Я зарылась пальцами в волосы парня, я стонала уже не переставая… В какой-то момент, я почувствовала, как моё тело особенно напряглось… как волна сладкого наслаждения распространилась по телу… Я судорожно выдохнула, дёрнулась… и, почувствовала, как напряжение уходит. И, сразу после этого, Кай остановился. Хотя, на самом деле, я чувствовала, как ему этого не хотелось.
– Понравилось? – спросил он.
– А то ты не чувствуешь, – я пихнула его локтем. – Но, ты же ещё не…
– Вот поэтому я иду в душ, – он легко поднял меня на руки и, со своих колен, переместил на кровать. – А ты – отдыхай.
– Да я и не устала, – запротестовала я, надевая лямки лифчика и платья обратно. – И ты согласился с обоюдным действием!
– Не сегодня, котёнок. Ты была так… чудесна, что мне сейчас хватит одного твоего прикосновения. А это не то, чего хотели бы и ты, и я. Согласна?
– Согласна, – вздохнула я.
Но мне самой в этот момент было так хорошо. И мне совершенно не хотелось ни шевелиться, ни говорить… А потом и глаза стали слипаться. И, как-то незаметно, я уснула.
После того вечера, когда я, так сказать, с помощью Кая, узнавала своё тело, мы это продолжили. Я, с удивлением, поняла, что мои запястья тоже являются… очень чувствительной зоной. Постепенно, наверное, не так быстро, как хотелось бы, моё стеснение уходило, я становилась более… смелой и раскованной.
– Я тебе говорил, что это – плохая идея, – произнёс Кай, смотря на скорчившегося от боли Рейфа. – Ты со мной согласен? Если – нет, то я могу продолжить. Поверь – я знаю, сколько процентов твоего тела должно покрыться ожогами, чтобы это стало для тебя опасным. А уж с учётом того, что ты ерат… процент можно даже увеличить.
– Да согласен я, согласен! – прорычал Рейф – он сейчас напоминал собаку, которую поймали на хулиганстве, но вместо того, чтобы сделать виноватый вид, собака продолжает огрызаться.
Когда кожа перестала обугливаться, Рейф выпрямился. Было видно, что он испытывает сильную боль. Он с ненавистью смотрел на Кая – я буквально кожей ощущала его желание вцепиться в шею моего кукловода и закончить начатое.
– Когда вернёшься в следующий раз, – продолжал Кай, – скажешь – за сколько зажил ожог. Раз от твоей жизни зависит жизнь Милены, надо знать твои способности к регенерации. А теперь, убирайся.
Рейф спорить не стал – ушёл. Сразу же после его ухода, я почувствовала, что никакая сила меня больше не держит. Я бросилась к Каю. Я осторожно коснулась синяков на его шее, оставленных пальцами Рейфа:
– Кай…
– Всё хорошо, котёнок. Он не пытался всерьёз меня убить.
– Откуда ты знаешь?!
– Если бы он хотел меня убить, использовал бы гипноз. А так… просто играл.
– Знаешь… после того, что ты с ним сделал, я не удивлюсь, если в следующий раз он захочет убить тебя всерьёз, – обеспокоенно сказала я. – И что тогда?
– Вряд ли его снова посетит подобная мысль. А если и так, то я воплощу свою угрозу в жизнь. Не думаю, что ему захочется гореть живьём.
– Может, ты и прав, но… – мне, всё равно, было страшно. – И зачем ты воспользовался нитями кукловода?! А если бы… если бы против Рейфа пирокинез бы не помог?!
– Помог же, – Кай пожал плечами. – А сделал я это за тем, что очень хорошо знаю тебя, котёнок. Ты не могла не вмешаться. Но это ничем бы не помогло. Был только шанс, что либо мы, либо ты сама, случайно, навредила бы себе. Так что… если подобное снова произойдёт, я поступлю также.
Правоту этих слов я не могла не признать. И я понимала, что своё слово – не дать мне вмешаться – Кай сдержит.
– Но Рейф, всё равно, не прав, – я обняла Кая, прижалась к нему… почувствовала, как он обнял меня в ответ. – Наша с тобой связь крепче и сильнее. Даже если я начну чув-ствовать эмоции Рейфа, привыкну к нему… это меня не сделает к нему ближе. Он всегда будет для меня злобной бешеной тварью, которую я просто вынуждена терпеть в своей жизни. И больше никем.
– Ты права. Права, даже если не брать в расчёт нашу связь, как марионетки и кукловода, – он приподнял моё лицо за подбородок, легко целуя мои губы.
***
Я была у Кая в комнате – в очередной раз пыталась читать учебники. Учебный год был не за горами, и знать хоть что-то про саму «Шисуну», про сверхспособности, было просто необходимо. По крайней мере, так утверждал сам Кай, который и решил, что заниматься мне надо под его надзором, иначе я сама читать ничего не буду. В какой-то мере, он был прав. Стоило мне остаться одной и взяться за книги… мысли уходили в совершенно другое направление, и проходило не больше пяти минут прежде, чем книга, снова, отправлялась на полку. Хотя, я и сейчас отвлекалась.
Я смотрела на Кая за работой и, неожиданно, вспомнила тот раз, когда мы с ним ходили по магазинам. Вроде, это было не так уж и давно, а на деле казалось, что в другой жизни. Когда ещё не было в ней столько страха… Я вспомнила, о чём мы с Каем тогда говорили. Вспомнила, о чём я согласилась поговорить потом, но… так и не сложилось. Столько проблем навалилось, что было совсем не до этого. Точнее, это я так и не начала говорить об этом. Мысли занимали Диас, Рейф, Саварис Кавэлли… В последнее время ещё и вопрос о возможности превращения Кая в ерата добавился ко всему этому. Я металась, боялась, пыталась свыкнуться, думала, что делать со всем этим… и за этим, я совсем забыла о нас с Каем. Нет, конечно, мы проводили много времени вместе, целовались, но на этом всё и заканчивалось. Да, Кай сам ни о чём не напоминал, не настаивал, но вдруг я сама, отчётливо поняла, что того, что сейчас есть между нами, мне мало.
– Кай, – нерешительно начала я. – Я тут подумала… Помнишь… ну, тот наш разговор, который мы начали, когда по магазинам ходили? Мы его так и не продолжили и… – я замялась.
– Хочешь его продолжить? – парень удивлённо посмотрел на меня, отвлёкшись от бумаг. – Сейчас?
– Угу, – кивнула я, отложив книгу в сторону. – Просто… в последнее время происходит столько всего страшного, странного… Ещё и это девятнадцатилетие рядом. И мне по-казалось, что из-за всего этого наши отношения как-то… застопорились. Нет – не так. Наверное, мне просто хочется чего-то обыденного. Чего-то нормального. Потому что я не знаю, что будет потом. Ну, конечно, дело не только в этом, но и в нас, и… Чёрт, да ты и сам мои эмоции чувствуешь!
– Чувствую, – Кай улыбнулся. – Как и твоё смущение, котёнок.
– Ну, извини, что тебе не досталось опытной девушки, – буркнула я. – И что такие разговоры для меня… в новинку.
– Иди ко мне, – он протянул руку и я, секунду поразмыслив, её взяла – парень потянул меня к себе, усаживая на свои колени, лицом к себе. – Скажи, ты сильно боишься этого? Я имею в виду, секса?
– Ну… не то, чтобы боюсь. Мне интересно. По крайней мере, меня это интересовало, когда у меня был парень в интернате, – я прикусила язык. – Прости, я…
– Всё нормально, – Кай усмехнулся. – Бывшие и у меня были. Но я рад, что с тем парнем у тебя так ничего и не было. Только… интерес – это не совсем то, что я хотел бы, чтобы ты чувствовала.
– Почему? – растерялась я.
– Интерес к процессу… Интерес к чему-то новому… Да, он может присутствовать, но… Мне бы не хотелось, чтобы тебя вело только это.
– Не совсем так. Мне, правда, интересно, но… только если с тобой, – от собственного признания захотелось зажмуриться. – Да, я понимаю, что в первый раз будет неприятно, больно. Но, если это сделаешь ты, то всё хорошо. Но... да – я боюсь.
– Мы не будем торопиться. Но… ты мне расскажешь, где тебе наиболее приятно, когда я тебя касаюсь? – его дыхание обожгло ухо.
Я вспыхнула:
– Я… я не знаю, – я опустила глаза. – Мне кажется, что… везде, наверное.
Честно говоря, я почувствовала себя такой глупой… Вроде такой простой вопрос, а я так растерялась.
– Если ты не знаешь, то… нам следует узнать. Если ты не против.
Я, снова, посмотрела на него:
– Не против. Но только… если это будет обоюдно! – ляпнула я и сама испугалась своей смелости. – Ну, то есть… – но, на попятный идти уже было поздно и я, нерешительно, продолжила. – Думаю, я тоже хочу найти твои чувствительные места.
Кай рассмеялся. Его глубокий приятный смех, словно мехом прошёлся по моей коже. И я почувствовала, как мурашки побежали по моему телу. Особенно, после его слов:
– Котёнок… со мной ты можешь делать всё, что угодно.
– Я ещё хотела спросить кое-что. Почему ты так терпелив со мной в этом плане? То есть, я понимаю, что ты не притворяешься или что-то ещё… Я чувствую, что ты, на самом деле, готов ждать столько, сколько потребуется. А это должно быть… сложно для парня. И я… пытаюсь понять, но… не понимаю, – призналась я. – В моём представлении, парни не ждут. А если и ждут, то недолго. Ну, по крайней мере… в моём окружении были толь-ко такие. Винсент не в счёт – я была с ним не так долго.
– Знаешь, котёнок… я и сам себя иногда не понимаю, когда дело касается тебя. Ты отличаешься от всех девушек, что у меня были. Вспыльчивая, громкая… пусть и пытающаяся с этим бороться. Красивая… хотя, и сама в это не верящая.
– Сомневаюсь, что хоть одна из твоих бывших девушек была некрасивой, – не удержалась я от смешка.
– Не была, – согласился Кай. – Но… все они были из… хм, высшего общества. Я считал, что с другими у меня и быть ничего не может. Считай это высокомерием. И они были такими же – да, красивыми, считающие, что весь мир у их ног… тратящие кучу времени на свою внешность и… тратя его так мало на то, чтобы допустить парня к своему телу, – в его голосе послышалось презрение. – И это было самим собой разумеющимся. А потом, в моей жизни появилась ты. И… с тобой всё по-другому. Я не хочу вести себя с тобой так же, как с ними. И дело не только в том, что ты невинна... И не в том, что я всегда могу сказать, что ты чувствуешь. Я… хочу, чтобы ты сама меня захотела. Чтобы это не про-изошло у тебя под страхом, что, если ты этого не сделаешь, мы расстанемся. Я хочу твое-го желания. И, чтобы оно возникло, я готов ждать столько, сколько потребуется. Я ответил на твой вопрос?
А я смотрела на него и не могла понять – за какие такие заслуги судьба свела меня с ним. С тем, кого я практически ненавидела, боялась, когда мы только познакомились. С тем, с кем я долго не могла принять свою связь кукловода и марионетки. И вот теперь он так терпеливо и заботливо относился ко мне. Готов был ждать… готов говорить о том, о чём я, к своему возрасту, наверное, должна была знать сама… Он пытался защитить меня от всего… пусть в такой жизни, как моя, в последнее время, это почти не удавалось. И чувствуя сейчас его эмоции, я, почти с восторгом, ощутила, что последние слова смутили, в какой-то степени, и его. И я подумала о том, что начальная симпатия, влюблённость… переросла во что-то гораздо большее. И не только с моей стороны.
– Да, ответил, – тихо сказала я.
– Тогда… приступим к изучению? – Кай улыбнулся. – Если, вдруг, станет неприятно или страшно, скажи. Хотя… я это и сам почувствую.
– Ааа… с чего начнём? – я вообще слабо представляла, как это будет.
– Просто доверься мне, – шепнул Кай, наклонившись ко мне.
Он накрыл мои губы своими и я, с готовностью, ответила на поцелуй. Он был долгим, горячим… таким, от каких ноги перестают держать. Потом, Кай стал целовать мою шею… а, затем, я охнула от неожиданного прикосновения его языка к моей коже. Это было… странно-приятно. Совсем не так, когда мою шею, по-звериному, облизывал Рейф – тогда, был только страх и неприятие. А сейчас… мне, наоборот, захотелось бесстыдно подставиться по ласки Кая, и чтобы он не останавливался. Парень слегка укусил меня, но… это было так легко, почти щекотно… что я совсем не возражала. Мало того, от очередного прикосновения его губ, я не сдержалась, и из моего горла вырвался стон. Я тут же вспыхнула от стыда и смущения. Даже извиниться захотелось… И от Кая это не укры-лось. Он прервался, посмотрел мне в глаза:
– Котёнок, тебе же приятно? – я кивнула – было дикое желание спрятать своё лицо в ладонях, но я не смогла оторвать взгляд от Кая. – Никогда… Слышишь? Никогда не стесняйся своего тела, своего удовольствия. Мы ведь для этого и начали? Так, не пытайся скрыть того, что тебе нравится то, что я делаю. Если хочешь стонать – стони, хочется кричать – кричи. Не прячься от меня.
– Я… я постараюсь, – прошептала я.
Сильные руки Кая провели по моей спине, по талии, бёдрам, снова – по спине… И когда он коснулся какого-то определённого участка спины, между лопатками… меня слов-но током ударило. Я вскрикнула, вздрогнула всем телом, изогнулась, вцепилась в плечи Кая. Мурашки, табуном, промчались по всему телу, а внизу живота я почувствовала при-ятное тепло.
– К-кай, я…
– Спина у тебя очень чувствительная, – мне показалось, что его горячее дыхание, обжёгшее ухо, только усилило реакцию.
– Я сама… не знала, – глухо ответила я, уткнувшись носом в его грудь.
– Для этого мы это и делаем – чтобы узнать, – он снова провёл по тому же месту, только более сильно.
Тут я уже застонала в голос. Моё собственное дыхание участилось… Я, вдруг, почувствовала, что мне так нравится прижиматься к Каю… что я хочу этого сильнее… И моё тело было с этим абсолютно согласно. А Кай, тем временем, возобновил ласки шеи, начал спускаться ниже…
– Котёнок… ты позволишь? – его пальцы коснулись бретелек платья. – Обещаю, дальше прикосновений не зайдёт.
Я ему верила и, вместе с тем… меня это так смущало…
– Я стесняюсь, – честно сказала я. – Но… я не против, – сама не веря, что говорю это, произнесла я.
Бретельки были спущены, а за ними и лямки лифчика, открывая мою грудь. Я покраснела. Я ещё никогда не была обнажена перед парнем. Ситуации с Рейфом и Лексом были не в счёт. И меня так смущал прямой взгляд Кая… Смущали чувства, что он испытывал, смотря на меня… Смущало его возбуждение… Я отвернулась:
– Не смотри так на меня.
– Почему? – Кай, взяв меня за подбородок, вновь, заставил посмотреть на него. – Мне нравится смотреть на тебя. Нравится прикасаться к тебе. И я хочу, чтобы и тебе это нравилось. Или, хочешь сказать, что тебе не нравится то, как я смотрю на тебя сейчас?
Я помотала головой:
– Вовсе нет! Просто… – я нервно сглотнула. – Ты так… откровенно смотришь… Я… не привыкла к такому.
– Придётся привыкнуть, – он довольно ухмыльнулся, а потом прикоснулся к моей груди, от чего я, заметно, вздрогнула. – Красивая… – он чуть сжал пальцами сосок, и я застонала. – Чувствительная…
А я не знала, куда себя деть от смущения. Взгляд Кая, его прикосновения… всё это мне так нравилось… и, одновременно, заставляло краснеть и прятать глаза. Повинуясь рукам Кая, я слегка отклонилась назад. Мне такое положение показалось неустойчивым, но он держал меня крепко и уверенно. Кай наклонился ко мне, но в этот раз он стал ласкать во-все не шею. Пальцами, губами… он начал ласкать мою грудь… Я чувствовала, как соски твердеют, как тепло внизу живота становится жарче… Как тело откликается на прикосновения Кая… Я зарылась пальцами в волосы парня, я стонала уже не переставая… В какой-то момент, я почувствовала, как моё тело особенно напряглось… как волна сладкого наслаждения распространилась по телу… Я судорожно выдохнула, дёрнулась… и, почувствовала, как напряжение уходит. И, сразу после этого, Кай остановился. Хотя, на самом деле, я чувствовала, как ему этого не хотелось.
– Понравилось? – спросил он.
– А то ты не чувствуешь, – я пихнула его локтем. – Но, ты же ещё не…
– Вот поэтому я иду в душ, – он легко поднял меня на руки и, со своих колен, переместил на кровать. – А ты – отдыхай.
– Да я и не устала, – запротестовала я, надевая лямки лифчика и платья обратно. – И ты согласился с обоюдным действием!
– Не сегодня, котёнок. Ты была так… чудесна, что мне сейчас хватит одного твоего прикосновения. А это не то, чего хотели бы и ты, и я. Согласна?
– Согласна, – вздохнула я.
Но мне самой в этот момент было так хорошо. И мне совершенно не хотелось ни шевелиться, ни говорить… А потом и глаза стали слипаться. И, как-то незаметно, я уснула.
После того вечера, когда я, так сказать, с помощью Кая, узнавала своё тело, мы это продолжили. Я, с удивлением, поняла, что мои запястья тоже являются… очень чувствительной зоной. Постепенно, наверное, не так быстро, как хотелось бы, моё стеснение уходило, я становилась более… смелой и раскованной.
