Шейн засмеялся от такого определения. Но где-то в глубине души поддерживал друга. Если есть достойная замена в лице замечательного молодого подрастающего поколения, то какая разница кто займет пост Хранителя: старший сын или младший? Был бы у Шейна младший брат, тоже передал бы правление над родной страной. Сейчас дела ведут управители и отчитываются ему ежемесячно, но был бы только шанс спихнуть все дела Хранителя Железных Древ, то с радостью бы давно уже это сделал, а все потому что работа министра и Голоса Короля ему нравится куда больше, и разумеется служение Его Величеству отнимает все время иной раз.
А Нельмус – законно признанный наследник своего отца, и если у Люци есть шанс спихнуть все на брата, то почему бы и нет? Но вместе с этим Шейн прекрасно знал, что Хранитель Акдар мужчина строгих порядков и старой закалки. Если все по закону должно переходить к старшему сыну, то хоть пламя из-под земли извернись, а к иному его не уговорить.
- Если хочешь, могу написать твоему отцу письмо, мол, спасибо за пушки и сына, который теперь займет очень важный пост. Короче сына не ждите домой, король призвал к политической службе, ну и в таком духе что-нибудь. Что скажешь?
- А знаешь... А напиши... А то мои намеки он не понимает совершенно, а прямо сказать – у меня язык не повернется. Все-таки он старенький очень, не хочу, чтоб мой отказ сильно его обидел. А твое письмо как минимум успокоит моего старика, почему я домой не возвращаюсь.
- Напишу, вот сегодня же и напишу!
- А можно личный вопрос? - вдруг спросил Люциус.
- Конечно, Люци, - добродушно улыбнулся Шейн.
- Бёрн рассказал мне о приказе, который тебе отдал, а ты не исполнил. Скажешь почему? Ему ты сказал, что дело в совести. Это единственная причина?
- Нет, не единственная. Дело еще в здравом смысле, - честно ответил Шейн. - Обвинять в покушении невиновного человека, поддержка которого дает нам преимущества на море, это крайняя степень глупости. Да и совесть не позволила... И вот смотри, сидел бы ты дома, узнал бы новость, что с королевой вот так вот обошлись. Ты не знаешь, правда ли это, но знаешь что ни одного доказательства вины нет. Как минимум, королева бы все отрицала и громко заявляла б, что ее оклеветали. И чью б сторону ты принял? Не по дружбе, здесь все понятно, это Бёрн. А по совести, по уму? Ты б поверил в недоказанные обвинения? Ведь если вина не доказана, разве король имеет право тогда кого-то наказывать? Нет. Не имеет, а королеву б не просто наказали, а с позором вернули б на родину, при этом по-прежнему требуя от островов полного подчинения. И вот к каким бы выводам ты пришел? Острова понятное дело, устроили бы бунт. Это вполне себе понятная ответная реакция, а кого б ты поддержал? Короля или островитян?
- Я нашему королю тоже самое говорил. Вот честно, почти слово в слово. Если б обвинили королеву в покушении без доказательств, Бернард потерял бы всех союзников. Ибо вот так поступать без доказательств нельзя. Это слишком чревато. Все-таки речь идет не о какой-то женщине, а о самой королеве. Ее статус поважнее, чем у многих в этом замке!
- Ну... Не самый высокий, - возразил Шейн. - Ошибется, и ее голова полетит. Но если и полетит, то причину хочется настоящую, честную, а не выдуманную на пустом месте из-за страсти двух любовников.
- Верно... Но Бёрн говорил, что не было у него ничего с Софией.
- Не знаю, зачем он врет, - пожал плечами Шейн. - Уж мне-то можно сказать. Я ж его не осужу, а наоборот помогу все сделать так, чтоб об этом никто не узнал, и его не наказали.
- А ты сам видел любовников? - с интересом спросил Люци.
- Нет. И даже никогда подумать бы смог, что королю нравятся такие женщины, как София. Ты же помнишь ее?
- Да, помню, и не понимаю. Если ты ничего не видел сам, то с чего ты взял, что это правда? Извини, что лезу со всем этим, но просто любопытно... Бёрн куксится, все никак отойти от всего этого не может, шипит на всех на ровном месте, а я не могу понять какая кошка пробежалась. Он вообще себе придумал, что королевский двор разделен надвое, и будет государственный раскол, где ему придется сражаться со своей же женой за трон. И ты как? Ты на стороне Ньюнис, что ли?
- Пф... - фыркнул Шейн. - Я на стороне нашего золотоволосого мальчика! Как Бернард мог подумать, что я его предам?
- Так ведь ты поверил в ложь о нем... Что ему еще остается?
- На самом деле я допускал мысль, что между ним и Софией ничего не могло быть, но сам тогда подумай, зачем королеве врать? Причем не просто врать мне прямо в глаза, но и свято верить в свои слова? Она рыдала из-за его измен. Рыдала! София издевалась над ней. Зачем? София отравить ее хотела. Зачем? Зачем все это было, если защитница не была королевской любовницей? Ну зачем?
- То есть... Ты пришел к таким выводам из-за слов королевы Ньюнис?
- Из-за ее слов, слез... Я ж говорю, она рыдала. У нее был нервный срыв! Ну не мог я ей не помочь!
- Но при этом реальных доказательств ее слов ты не видел?
- Нет. Но зачем ей врать?
- Чтоб перетащить тебя на свою сторону.
- А зачем Софии травить ее? Зачем писать кровавыми буквами «королева Н»? Зачем убивать себя? Что-то здесь все равно не клеится, Люци. Может, я и повелся на слезы, как добряк, но это не значит, что вся история из пальца высосана. Неизвестно, что происходило между королевой и ее защитницей, определенно точно есть две вещи: над королевой издевались и на ее стол подали яд. И если б я выполнил приказ Бернарда, то неизвестно кому б от этого стало хуже. Я старался защитить нашего короля в первую очередь от необдуманных поступков.
- Ты поступил правильно, - заявил Люциус, - и я прямо заявил ему, что поступил бы точно так же! Он расфыркался, но в итоге понял, что я прав. Единственное, что смущает – история с Софией очень темная, а как в ней разобраться – вот это вопрос.
- Спасибо за поддержку, это много дня меня значит, Люци. И да... Я бы очень хотел пролить свет на всю эту историю. Если наш король уверенно заявляет, что не было у него ничего с Софией, то я тогда вообще не понимаю, что произошло.
- Однажды все тайное станет явью. Нам остается только ждать и наблюдать.
- Верно, верно... Признаюсь честно, я решил, что Софию пришили союзники королевы. Но опять же это все мои догадки, а реальных доказательств нет. А потом еще Ньюнис пришла в мой кабинет, вновь расчувствовалась... И я решил, что законная жена просто защищала свой брак от вероломной любовницы, которая над ней издевалась.
- И ты решил об этом никому не говорить, потому что статус королевы выше и важнее, чем какая-то защитница?
- Именно. Из-за войны мы потеряли большую часть своей армии. Напади сейчас на нас кто угодно, и я сомневаюсь, что мы выстоим, Люци. А о победе я и не заикаюсь. И потерять еще и превосходство на море, которое обеспечивают нам верность островов? Этого нельзя допускать, и я сделал нелегкий выбор. Но если София не была любовницей Бернарда, то... Я действительно тогда уже ничего не понимаю.
- М-да уж... - почесал трехдневную щетину Люциус. - Голова кругом от всего идет... Но ничего… Как я уже сказал, я б на твоем месте поступил точно так же. И готов повторять это и повторять. Политика на первом месте, сначала делаем то, что хорошо для короны, и только потом для всех остальных.
- Именно. А ты не пытался заодно повлиять на Бернарда, чтоб он больше уделял время своей жене? Если она родит, то будет заниматься ребенком, и тогда никакого раскола власти не будет. А то знаешь, я тоже стал замечать, что мы уже месяц как вернулась с войны, а то и больше уже прошло, а большая часть советников отчитывается перед королевой, а не перед королем. Им замечание на совете было сделано на эту тему, и замечание сам король сделал, и что это изменило? Вот вообще ничего! Я их ругаю за это, а они мне: «привычка... простите, такого больше не повторится», а потом день проходит, и они снова идут к ней! Я скоро начну уговаривать Бернарда за такие дела головы с плеч советникам срубать. А зачем они им? Все равно ж не пользуются. И я уверен, если б Ньюнис родила - это изменило бы все.
- Я ему сказал, что он зажрался. Королева Ньюнис красивая девушка, умная, предана ему. За три года королевство по миру не пустила, а наоборот многие показатели подняла до небес. А Бернард что? Ну как капризный ребенок, иначе не скажешь! Он ворчал лишь в ответ, - вздохнул Люци. - И все же после нашего с ним разговора, он отправился к жене. И насколько я узнал – ночь ту они провели вместе.
- А потом на свидание хотели поехать в старый дворец, а я, дурак старый, все испортил новостями об азгинской принцессе. Теперь простить себе этого не могу, только и думаю, ну зачем я поперся искать короля в то утро? Ну азгинка еще не приехала же! И Бернард с женой, если б я их не задержал, успели бы уехать на отдых. Глядишь, через девять месяцев у нас бы уже наследник был. Эх... Ну дурак же старый, ну дурак же!
- Ты ж не знал, что они уезжают. Не переживай так. Может, королева уже и так беременная.
- Ой, твои б слова да Богу в уши, - вздохнул Шейн глубоко.
- Слушай, у меня идея. Королева хочет в честь моего возвращения бал устроить, но я ж не девица, чтоб танцульки любить. Я на охоту хочу, а самое главное, охоту любит и Ньюнис, и Бернард. Возможно, это их сблизит. Что думаешь?
- Я думаю, что это потрясающая идея! О, Боже, как же я рад, что ты вернулся, Люци. Мне так тебя не хватало, - засмеялся Шейн. - Мало того, что я на тебя половину дел своих спихну, так ты еще и прекрасные идеи выдаешь! Обожаю тебя!
Люциус польщено засмеялся от таких речей, всем видом показывая «Да, я самый-самый». Шейн сразу же хотел обсудить все детали охоты, как вдруг в кабинет без спроса ввалился Оливер Саприг.
- Прошу прощения, - учтиво поклонился он.
Шейн заметил, что Люци быстро написал на бумажке и подал ему в руки.
«Кто это?»
«Подозреваю, шпион азгинцев, доказательств, правда, нет» - так же быстро написал Шейн на той же бумажке, а вслух при этом говорил:
- Люциус, познакомься, это младший советник по внешней политике, Оливер Саприг. Отвечает за безопасные отношения со стороны юго-востока. Слушаю вас, сихит Оливер. Случилось что-то?
- Королева Ньюнис и советник по внутренним делам Мэнкорт Стамброд увели на допрос принцессу Катарину. Они заперлись втроем, и...
«Кто им вообще позволил проводить допросы? Да еще и с азгинской принцессой?!» - чуть ли не заорал в голос Шейн, но удержался. Очередное доказательство того, что королева лезет в вопросы, в которые даже нос совать не должна.
- А вы об этом, откуда знаете? - спросил Люциус, разглядывая Оливера как картинку в книжке.
- Я... - запнулся тот, - просто работа у меня такая знать все об иностранцах, которые гостят в Долинном Просторе. И я лишь уточнить хотел, все ли в порядке с принцессой и не нужно ли чего. Пришел, а ее нет. Заперта с королевой, и никто не отвечает из комнаты. Даже звуков никаких нет. Разве это не странно?
- Ее Величество спасла принцессу от смерти, и если девочки посекретничают – в этом нет ничего зазорного, - надменно бросил Люциус. - Вы придаете слишком большое значение мелочам, которые вас не касаются. Кроме того, а кто вам дал приказ уточнить у принцессы Катарины не нужно ли ей чего-нибудь? Или это ваша инициатива?
- Король Бернард давно отдал мне приказ следить за каждым гостем его страны в оба глаза. Я лишь делаю свою работу, сихит Даборш.
- Так вам велено присматривать за гостями столицы, а пленники разве гости? Пленники это пленники, запомните это, - отбрил его Шейн, поддерживая возмущение Люци. - Идите, и не суйте свой любопытный нос, куда не следует.
- Да, конечно. Простите, что потревожил, - низко поклонился Оливер и тут же выскочил из кабинета.
Шейн и Люци для вида посидели еще на месте, дабы продемонстрировать Оливеру, что по его наводке никто сломя голову резко не помчится, но услышав, что шаги на коридоре стихли, Шейн первым подскочил на месте как ошпаренный.
- Люци, беги за Его Величеством, и в допросную. Быстро!
- Уже бегу! - Люциус уже и сам был у двери, и осторожно выглядывал, высматривая, далеко ли Оливер ушел.
Дверь нужной допросной Шейну не открывали, сколько бы он не ломился. Как будто и не слышали! Один щелчок пальцев и древесная магия подчинилась ему, как и всегда – деревянная дверь стала прозрачной, позволяя ему пройти. И сделав пару шагов в комнату, Шейн ослабил свои чары и увидел, что в замочной скважине стоит ключ. Дверь сразу же открыл, чтоб король и Люци смогли беспрепятственно войти внутрь. Слыша странные звуки из ванной комнаты, ждать их Шейн не стал.
Картинка, где двое со всех сил пытаются утопить в ванной, принцессу повергла его в шок. Королева Ньюнис заметила его первой и резко отпрянула, словно и не держала только, что ноги несчастной жертвы, и даже сбежать попыталась, но Шейн пригородил ей выход, захлопнув дверь в ванную магией.
Сам же он силой оттолкнул Стамброда к стене, и вытащил захлебывавшуюся перепуганную девушку из воды. На принцессу сейчас без слез и не взглянешь, а двое убийц пытались найти оправдания своему поступку, но Шейн даже не слушал их. Он не понимал, просто отказывался понимать, зачем такое делать.
Король ворвался в комнату, словно ураган и удивился сначала тому, что никого нет. Как вдруг дверь в ванную сама открылась, и он увидел в полуобморочном состоянии принцессу Катарину, Шейна, который отчаянно пытался ей помочь и двух персон, которых тут просто не должно быть.
Жена посмотрела на него без тени испуга, наоборот выглядела уверенно. Усмехнулась даже сама себе в каких-то мыслях.
«Отомстила», - хмыкнул Бернард, но знал, что и ей придется ответить за такое самоуправство.
А так как пришел он сюда не только с Люци, но и отрядом дворцовой стражи, то мгновенно отдал приказ:
- Стамброда в темницу до вынесения приговора. Ее Величество под конвоем проводить в личные покои. И никуда не выпускать ее без моего приказа.
- Будет исполнено, Ваше Величество! - гаркнул в ответ Тормунд, и за пару минут комната значительно опустела.
- Бедная девочка, - укутывал Шейн принцессу в найденные Люци в шкафу полотенца.
Ее трясло, она все еще кашляла водой, и рыдала от пережитого страха. Бернард разглядел на ее виске ссадину, которая начала еще и кровоточить. Сильно же досталось бедняжке...
- Нужен доктор, - сказал Шейн. - И, разумеется, принцессе нельзя оставаться в замке.
Бернард присел на одно колено рядом с девушкой и, приподняв ее голову за подбородок, виновато проговорил:
- Простите, что вам пришлось все это пережить. Это не мой приказ. Обещаю, виновники будут строго наказаны.
- Думаешь, Ньюнис не угомонится? - спросил Люциус.
- Рисковать снова я не хочу, - ответил ему Бернард.
- Я... - подала голос принцесса, - я... Я же говорила, что меня попытаются убить... А вы не верили...
- Поступок моей жены имеет другое оправдание, - ответил Бернард, снова поднимаясь на ноги. - Однако теперь я предоставлю вам более достойный комфорт и охрану. Больше вам никто не посмеет причинить вред.
- Не найдется такого места... - опустила голову Катарина.
- Шейн, - уставился Бернард на советника. - У нас вы мастер по пряткам. Найдите безопасное местечко для принцессы Катарины.
- Конечно, - кивнул голос короля.
А Нельмус – законно признанный наследник своего отца, и если у Люци есть шанс спихнуть все на брата, то почему бы и нет? Но вместе с этим Шейн прекрасно знал, что Хранитель Акдар мужчина строгих порядков и старой закалки. Если все по закону должно переходить к старшему сыну, то хоть пламя из-под земли извернись, а к иному его не уговорить.
- Если хочешь, могу написать твоему отцу письмо, мол, спасибо за пушки и сына, который теперь займет очень важный пост. Короче сына не ждите домой, король призвал к политической службе, ну и в таком духе что-нибудь. Что скажешь?
- А знаешь... А напиши... А то мои намеки он не понимает совершенно, а прямо сказать – у меня язык не повернется. Все-таки он старенький очень, не хочу, чтоб мой отказ сильно его обидел. А твое письмо как минимум успокоит моего старика, почему я домой не возвращаюсь.
- Напишу, вот сегодня же и напишу!
- А можно личный вопрос? - вдруг спросил Люциус.
- Конечно, Люци, - добродушно улыбнулся Шейн.
- Бёрн рассказал мне о приказе, который тебе отдал, а ты не исполнил. Скажешь почему? Ему ты сказал, что дело в совести. Это единственная причина?
- Нет, не единственная. Дело еще в здравом смысле, - честно ответил Шейн. - Обвинять в покушении невиновного человека, поддержка которого дает нам преимущества на море, это крайняя степень глупости. Да и совесть не позволила... И вот смотри, сидел бы ты дома, узнал бы новость, что с королевой вот так вот обошлись. Ты не знаешь, правда ли это, но знаешь что ни одного доказательства вины нет. Как минимум, королева бы все отрицала и громко заявляла б, что ее оклеветали. И чью б сторону ты принял? Не по дружбе, здесь все понятно, это Бёрн. А по совести, по уму? Ты б поверил в недоказанные обвинения? Ведь если вина не доказана, разве король имеет право тогда кого-то наказывать? Нет. Не имеет, а королеву б не просто наказали, а с позором вернули б на родину, при этом по-прежнему требуя от островов полного подчинения. И вот к каким бы выводам ты пришел? Острова понятное дело, устроили бы бунт. Это вполне себе понятная ответная реакция, а кого б ты поддержал? Короля или островитян?
- Я нашему королю тоже самое говорил. Вот честно, почти слово в слово. Если б обвинили королеву в покушении без доказательств, Бернард потерял бы всех союзников. Ибо вот так поступать без доказательств нельзя. Это слишком чревато. Все-таки речь идет не о какой-то женщине, а о самой королеве. Ее статус поважнее, чем у многих в этом замке!
- Ну... Не самый высокий, - возразил Шейн. - Ошибется, и ее голова полетит. Но если и полетит, то причину хочется настоящую, честную, а не выдуманную на пустом месте из-за страсти двух любовников.
- Верно... Но Бёрн говорил, что не было у него ничего с Софией.
- Не знаю, зачем он врет, - пожал плечами Шейн. - Уж мне-то можно сказать. Я ж его не осужу, а наоборот помогу все сделать так, чтоб об этом никто не узнал, и его не наказали.
- А ты сам видел любовников? - с интересом спросил Люци.
- Нет. И даже никогда подумать бы смог, что королю нравятся такие женщины, как София. Ты же помнишь ее?
- Да, помню, и не понимаю. Если ты ничего не видел сам, то с чего ты взял, что это правда? Извини, что лезу со всем этим, но просто любопытно... Бёрн куксится, все никак отойти от всего этого не может, шипит на всех на ровном месте, а я не могу понять какая кошка пробежалась. Он вообще себе придумал, что королевский двор разделен надвое, и будет государственный раскол, где ему придется сражаться со своей же женой за трон. И ты как? Ты на стороне Ньюнис, что ли?
- Пф... - фыркнул Шейн. - Я на стороне нашего золотоволосого мальчика! Как Бернард мог подумать, что я его предам?
- Так ведь ты поверил в ложь о нем... Что ему еще остается?
- На самом деле я допускал мысль, что между ним и Софией ничего не могло быть, но сам тогда подумай, зачем королеве врать? Причем не просто врать мне прямо в глаза, но и свято верить в свои слова? Она рыдала из-за его измен. Рыдала! София издевалась над ней. Зачем? София отравить ее хотела. Зачем? Зачем все это было, если защитница не была королевской любовницей? Ну зачем?
- То есть... Ты пришел к таким выводам из-за слов королевы Ньюнис?
- Из-за ее слов, слез... Я ж говорю, она рыдала. У нее был нервный срыв! Ну не мог я ей не помочь!
- Но при этом реальных доказательств ее слов ты не видел?
- Нет. Но зачем ей врать?
- Чтоб перетащить тебя на свою сторону.
- А зачем Софии травить ее? Зачем писать кровавыми буквами «королева Н»? Зачем убивать себя? Что-то здесь все равно не клеится, Люци. Может, я и повелся на слезы, как добряк, но это не значит, что вся история из пальца высосана. Неизвестно, что происходило между королевой и ее защитницей, определенно точно есть две вещи: над королевой издевались и на ее стол подали яд. И если б я выполнил приказ Бернарда, то неизвестно кому б от этого стало хуже. Я старался защитить нашего короля в первую очередь от необдуманных поступков.
- Ты поступил правильно, - заявил Люциус, - и я прямо заявил ему, что поступил бы точно так же! Он расфыркался, но в итоге понял, что я прав. Единственное, что смущает – история с Софией очень темная, а как в ней разобраться – вот это вопрос.
- Спасибо за поддержку, это много дня меня значит, Люци. И да... Я бы очень хотел пролить свет на всю эту историю. Если наш король уверенно заявляет, что не было у него ничего с Софией, то я тогда вообще не понимаю, что произошло.
- Однажды все тайное станет явью. Нам остается только ждать и наблюдать.
- Верно, верно... Признаюсь честно, я решил, что Софию пришили союзники королевы. Но опять же это все мои догадки, а реальных доказательств нет. А потом еще Ньюнис пришла в мой кабинет, вновь расчувствовалась... И я решил, что законная жена просто защищала свой брак от вероломной любовницы, которая над ней издевалась.
- И ты решил об этом никому не говорить, потому что статус королевы выше и важнее, чем какая-то защитница?
- Именно. Из-за войны мы потеряли большую часть своей армии. Напади сейчас на нас кто угодно, и я сомневаюсь, что мы выстоим, Люци. А о победе я и не заикаюсь. И потерять еще и превосходство на море, которое обеспечивают нам верность островов? Этого нельзя допускать, и я сделал нелегкий выбор. Но если София не была любовницей Бернарда, то... Я действительно тогда уже ничего не понимаю.
- М-да уж... - почесал трехдневную щетину Люциус. - Голова кругом от всего идет... Но ничего… Как я уже сказал, я б на твоем месте поступил точно так же. И готов повторять это и повторять. Политика на первом месте, сначала делаем то, что хорошо для короны, и только потом для всех остальных.
- Именно. А ты не пытался заодно повлиять на Бернарда, чтоб он больше уделял время своей жене? Если она родит, то будет заниматься ребенком, и тогда никакого раскола власти не будет. А то знаешь, я тоже стал замечать, что мы уже месяц как вернулась с войны, а то и больше уже прошло, а большая часть советников отчитывается перед королевой, а не перед королем. Им замечание на совете было сделано на эту тему, и замечание сам король сделал, и что это изменило? Вот вообще ничего! Я их ругаю за это, а они мне: «привычка... простите, такого больше не повторится», а потом день проходит, и они снова идут к ней! Я скоро начну уговаривать Бернарда за такие дела головы с плеч советникам срубать. А зачем они им? Все равно ж не пользуются. И я уверен, если б Ньюнис родила - это изменило бы все.
- Я ему сказал, что он зажрался. Королева Ньюнис красивая девушка, умная, предана ему. За три года королевство по миру не пустила, а наоборот многие показатели подняла до небес. А Бернард что? Ну как капризный ребенок, иначе не скажешь! Он ворчал лишь в ответ, - вздохнул Люци. - И все же после нашего с ним разговора, он отправился к жене. И насколько я узнал – ночь ту они провели вместе.
- А потом на свидание хотели поехать в старый дворец, а я, дурак старый, все испортил новостями об азгинской принцессе. Теперь простить себе этого не могу, только и думаю, ну зачем я поперся искать короля в то утро? Ну азгинка еще не приехала же! И Бернард с женой, если б я их не задержал, успели бы уехать на отдых. Глядишь, через девять месяцев у нас бы уже наследник был. Эх... Ну дурак же старый, ну дурак же!
- Ты ж не знал, что они уезжают. Не переживай так. Может, королева уже и так беременная.
- Ой, твои б слова да Богу в уши, - вздохнул Шейн глубоко.
- Слушай, у меня идея. Королева хочет в честь моего возвращения бал устроить, но я ж не девица, чтоб танцульки любить. Я на охоту хочу, а самое главное, охоту любит и Ньюнис, и Бернард. Возможно, это их сблизит. Что думаешь?
- Я думаю, что это потрясающая идея! О, Боже, как же я рад, что ты вернулся, Люци. Мне так тебя не хватало, - засмеялся Шейн. - Мало того, что я на тебя половину дел своих спихну, так ты еще и прекрасные идеи выдаешь! Обожаю тебя!
Люциус польщено засмеялся от таких речей, всем видом показывая «Да, я самый-самый». Шейн сразу же хотел обсудить все детали охоты, как вдруг в кабинет без спроса ввалился Оливер Саприг.
- Прошу прощения, - учтиво поклонился он.
Шейн заметил, что Люци быстро написал на бумажке и подал ему в руки.
«Кто это?»
«Подозреваю, шпион азгинцев, доказательств, правда, нет» - так же быстро написал Шейн на той же бумажке, а вслух при этом говорил:
- Люциус, познакомься, это младший советник по внешней политике, Оливер Саприг. Отвечает за безопасные отношения со стороны юго-востока. Слушаю вас, сихит Оливер. Случилось что-то?
- Королева Ньюнис и советник по внутренним делам Мэнкорт Стамброд увели на допрос принцессу Катарину. Они заперлись втроем, и...
«Кто им вообще позволил проводить допросы? Да еще и с азгинской принцессой?!» - чуть ли не заорал в голос Шейн, но удержался. Очередное доказательство того, что королева лезет в вопросы, в которые даже нос совать не должна.
- А вы об этом, откуда знаете? - спросил Люциус, разглядывая Оливера как картинку в книжке.
- Я... - запнулся тот, - просто работа у меня такая знать все об иностранцах, которые гостят в Долинном Просторе. И я лишь уточнить хотел, все ли в порядке с принцессой и не нужно ли чего. Пришел, а ее нет. Заперта с королевой, и никто не отвечает из комнаты. Даже звуков никаких нет. Разве это не странно?
- Ее Величество спасла принцессу от смерти, и если девочки посекретничают – в этом нет ничего зазорного, - надменно бросил Люциус. - Вы придаете слишком большое значение мелочам, которые вас не касаются. Кроме того, а кто вам дал приказ уточнить у принцессы Катарины не нужно ли ей чего-нибудь? Или это ваша инициатива?
- Король Бернард давно отдал мне приказ следить за каждым гостем его страны в оба глаза. Я лишь делаю свою работу, сихит Даборш.
- Так вам велено присматривать за гостями столицы, а пленники разве гости? Пленники это пленники, запомните это, - отбрил его Шейн, поддерживая возмущение Люци. - Идите, и не суйте свой любопытный нос, куда не следует.
- Да, конечно. Простите, что потревожил, - низко поклонился Оливер и тут же выскочил из кабинета.
Шейн и Люци для вида посидели еще на месте, дабы продемонстрировать Оливеру, что по его наводке никто сломя голову резко не помчится, но услышав, что шаги на коридоре стихли, Шейн первым подскочил на месте как ошпаренный.
- Люци, беги за Его Величеством, и в допросную. Быстро!
- Уже бегу! - Люциус уже и сам был у двери, и осторожно выглядывал, высматривая, далеко ли Оливер ушел.
Дверь нужной допросной Шейну не открывали, сколько бы он не ломился. Как будто и не слышали! Один щелчок пальцев и древесная магия подчинилась ему, как и всегда – деревянная дверь стала прозрачной, позволяя ему пройти. И сделав пару шагов в комнату, Шейн ослабил свои чары и увидел, что в замочной скважине стоит ключ. Дверь сразу же открыл, чтоб король и Люци смогли беспрепятственно войти внутрь. Слыша странные звуки из ванной комнаты, ждать их Шейн не стал.
Картинка, где двое со всех сил пытаются утопить в ванной, принцессу повергла его в шок. Королева Ньюнис заметила его первой и резко отпрянула, словно и не держала только, что ноги несчастной жертвы, и даже сбежать попыталась, но Шейн пригородил ей выход, захлопнув дверь в ванную магией.
Сам же он силой оттолкнул Стамброда к стене, и вытащил захлебывавшуюся перепуганную девушку из воды. На принцессу сейчас без слез и не взглянешь, а двое убийц пытались найти оправдания своему поступку, но Шейн даже не слушал их. Он не понимал, просто отказывался понимать, зачем такое делать.
***
Король ворвался в комнату, словно ураган и удивился сначала тому, что никого нет. Как вдруг дверь в ванную сама открылась, и он увидел в полуобморочном состоянии принцессу Катарину, Шейна, который отчаянно пытался ей помочь и двух персон, которых тут просто не должно быть.
Жена посмотрела на него без тени испуга, наоборот выглядела уверенно. Усмехнулась даже сама себе в каких-то мыслях.
«Отомстила», - хмыкнул Бернард, но знал, что и ей придется ответить за такое самоуправство.
А так как пришел он сюда не только с Люци, но и отрядом дворцовой стражи, то мгновенно отдал приказ:
- Стамброда в темницу до вынесения приговора. Ее Величество под конвоем проводить в личные покои. И никуда не выпускать ее без моего приказа.
- Будет исполнено, Ваше Величество! - гаркнул в ответ Тормунд, и за пару минут комната значительно опустела.
- Бедная девочка, - укутывал Шейн принцессу в найденные Люци в шкафу полотенца.
Ее трясло, она все еще кашляла водой, и рыдала от пережитого страха. Бернард разглядел на ее виске ссадину, которая начала еще и кровоточить. Сильно же досталось бедняжке...
- Нужен доктор, - сказал Шейн. - И, разумеется, принцессе нельзя оставаться в замке.
Бернард присел на одно колено рядом с девушкой и, приподняв ее голову за подбородок, виновато проговорил:
- Простите, что вам пришлось все это пережить. Это не мой приказ. Обещаю, виновники будут строго наказаны.
- Думаешь, Ньюнис не угомонится? - спросил Люциус.
- Рисковать снова я не хочу, - ответил ему Бернард.
- Я... - подала голос принцесса, - я... Я же говорила, что меня попытаются убить... А вы не верили...
- Поступок моей жены имеет другое оправдание, - ответил Бернард, снова поднимаясь на ноги. - Однако теперь я предоставлю вам более достойный комфорт и охрану. Больше вам никто не посмеет причинить вред.
- Не найдется такого места... - опустила голову Катарина.
- Шейн, - уставился Бернард на советника. - У нас вы мастер по пряткам. Найдите безопасное местечко для принцессы Катарины.
- Конечно, - кивнул голос короля.
