Да я даже не представляю, как Шейн так наворотить успел, что тебе вот настолько все равно кого на его место ставить.
- Нет, мне не все равно, - покачал головой Бернард, - просто с тобой мы всегда ближе в общении были. А Шейн... я его очень уважаю, но факт остается фактом, он меня предал.
- Да ты скажешь как или нет?
- А ты только приехал, да? И сразу ко мне?
- Да, - вздохнул Люциус. - Сразу к тебе, чтоб как минимум извиниться, почему меня или моего брата с тобой на войне не было.
- Ну и? Почему же вас не было?
- Потому что мы вот уже как четыре года мучаемся от набегов жейлисонов. Эти гриболюды не дают нам покоя! Зная, что Великие Гнезда твои верные союзники, азгинцы решили за счет своих союзников ослабить тебя. Они нам все юго-западное побережье сожгли! Уроды... Но надо честно признать, как только вашу осаду с Шейном под азгинскими воротами разбили, так и нас меньше мучить стали. Да и мы им тоже подсолить сумели! Нельмус, братишка мой умненький, такие пушки новые изобрел. Ух! Смак! Я и тебе привез в подарок сотню штук. Как увидишь их – влюбишься.
- А в чем суть? Бьют дальше?
- И дальше бьют, и больше разрушения! И саму пушку теперь быстрее заряжать. Мы большую часть флота жейлисонов на дно пустили! А потом поплыли на их территорию, и сожги все их побережье! Ибо нечего к нам лезть! Они ж умные такие, придумали еще наших женщин воровать, представляешь?
- Не понимаю... Зачем гриболюдам человеческие женщины?
- А ты гриболюдовских как бы баб видел когда-нибудь?
- Ну... На картинках видел в учебниках. Страшныеееее... Кошмар на ножках в виде спор и грибов... Подожди, так ведь мужчины не сильно отличаются там от женщин, и что? Они наших, человеческих женщин, для себя, что ли, воруют?
- Да! Представляешь?
- И скольких ты спас? - в ужасе спросил Бернард. - И сколько после такого... женщин смогут дальше нормально жить?!
- Спасли больше половины, но впечатлений на всю жизнь вперед... Остальные, ну... Гриболюды все-таки, о чем речь? Там от одного вида страх, а девушкам какого?..
- Азгинцы, конечно, совсем у меня в глазах упали... Одно дело нас обманом победили, это еще ладно. Обидно, но ладно... Но здесь!.. Гриболюдов насылать! И как они еще ладят между собой?.. Чем азгинский царь их купил, а?!
- Да кто его знает... Гриболюды с Красными землями всегда у них в друзьях ходили. Там уже вековая коалиция, которую просто так не уничтожить. Но одно я знаю точно: острова в Заливе страдают от варварских набегов гриболюдов так же как и мы, но так было раньше! А вот последние полгода, между прочим, их берега никто не трогает. Странно, не так ли?
- И родину моей жены?..
- И родину твоей жены, - подтвердил Люциус. – Кажется, кто-то хочет усидеть на двух стульях. Острова давно хотят перейти на сторону азгинцев, причина тому лишь одна – жейлисоны. И раз их больше не трогают, значит, сумели договориться. Гриболюды и нам сделку предлагали. Появился у них предводитель – Мухомором себя называет. Он свободно говорит на общей речи!
- Да ты что? – опешил Бернард. – Как… кто его научил?
Люци пожал плечами, только добавил:
- Если б мы тебя предали, и перешли на сторону азгинцев, нас бы тоже больше никто не тронул. Но мы отказались.
- И подвергли свой народ мучениям, - мрачно проговорил Бернард. - Я ценю такую преданность, Люциус, это очень много для меня значит. Однажды мы отомстим азгинцам и за смерть моего отца, и за каждого твоего жителя. Вот только с силами соберемся и ударим по ним со всех сторон!
- Обязательно, - кивнул Люци, - хоть, знаешь, и надоела уже вся эта война, но если враг думает, что мы так просто сдадимся, то будет ему сюрприз. Три года ты осаду держал, если б не их хитрожопость ты бы их победил. И замечу, ты бы сделал это честно!
- А в итоге позорно проиграл... И стоило вернуться домой, как в первую же ночь меня травлинули.
- Как?! Кто?! - уставился на него друг, как на привидение.
- Я был уверен, что это сделала Ньюнис. Да и что тебе рассказывать, ты знаешь мое к ней отношение. За все это время ничего не изменилось. Она странно вела себя в тот вечер, странно на меня смотрела. Служанка ее из ордена тоже странно себя вела, словно сказать мне что-то важное хотела, да при ней не решилась. После мы уехали, и всю дорогу я помню смутно, а там меня уже подлатали Огненные. Ньюнис постоянно истерики свои закатывает, и вроде вот как будто ни в чем не виновата, но при этом же меня винит во всех смертных грехах. Вернулись вот месяц назад почти домой, и что я вижу? Большая часть чиновников у моей жены на задних лапках ходят. Я вернулся домой, а они отчитывать к ней идут, это нормально? Если б я на войне помер, она бы прекрасно справилась бы с правлением сама! А теперь еще и ты говоришь, что ее родина могла заключить мир с азгинцами. А что это значит, а? Моя смерть ей выгодна – вот что! Разве я не прав?
- Ну мыслишь логично... А что вышло в итоге?
Бернард рассказал как есть, особенно четко выделил приказ, который отдал Шейну, и то как бы поступил потом с женой. И что самое главное:
- Шейн поверил в чушь, что София была моей любовницей! Или поддерживает специально чужую ложь!
- Ну, во-первых, такой приказ для невиновной – я бы тоже выполнять не стал. Совесть дороже.
- Вы сговорились, что ли? Я ж сказал, не стал бы я ее казнить!
- Во-вторых, - проигнорировал его Люци, - Шейн не стал бы поддерживать ложь. В итоге есть два варианта: или его убедили, что это правда, или это правда.
- Ты должен помнить Софию! Я и она? Ты можешь себе такое представить, а?
- И в-третьих, Шейн тебя защитил. Тебе надо спасибо ему сказать.
- Да ладно? Где он защитил-то?
- Тебя голова твоя горячая мучает, а он все верно рассудил. Вот смотри, сидел бы я сейчас дома в своем кабинете. И вдруг мне пришла бы информация: король Бернард отказался от жены и вернул ее домой. За что? По подозрению в попытке отравить. Доказательства? Нет. Она призналась? Нет. Свидетели? Нет. Мотив?
- Есть!
- Нет.
- Да как нет-то?!
- Если б она хотела сама тебя убить, то пока ты спал раненный с ней в одной кроватке, она могла бы просто придушить тебя подушкой. И ничего б ты не сделал… Союзников у нее много, говоришь? А она все такая же худощавая, да? Так надо было б ей, позвала б помощников. И ты, опять же, ничего не смог бы сделать. А утром она просто сказала б всем, что умер ты от потери крови. И кто смог бы доказать обратное, а?
Бернард растеряно молчал, а друг продолжил говорить:
- Вот и выходит, что травить тебя ей нет смысла. А ее защитница – твоя любовница – могла бы. Я тебе верю, не была София твоей фавориткой тайной. Хорошо, но какая-то ж проблема была. Кто-то королеву мучил, понимаешь?
- Но кто? И зачем?
- А кто знает?.. - пожал плечами Люци. - Одно я знаю точно, правильно все Шейн сделал. Я тебе уже расписал, без доказательно обвинять королеву нельзя. Она, пока ты в осаде сидел, корпела над благоустройством твоей родины. Она старалась для тебя! А ты что? Ты ж не такая скотина, Берн. Если дело не в какой-то любовнице, то я не понимаю, что с тобой не так.
- Ну не люблю я ее! Не лежит у меня к ней душа! Ну что мне сделать?
- Детей, - пожал плечами Люциус. - Дети все меняют.
- Ты точно с Шейном не встречался, а? - фыркнул Бернард. - Больно уж песни у вас одинаковые.
- А что поделать, если вот такие у нас законы. Пока не стал отцом и не доказал свою мужскую состоятельность, выдавать капризы за слово короля не можешь. Увы... Да и сам подумай, Берн. Сейчас ты пусть и зовешься королем, но стал-то им как? Не потому что тебя выбрали, а просто потому что больше некому. Твой отец убит, следующим после него кто должен был править? Разве ты?
- А разве нет? - обиженно спросил Бернард.
- Да, только в том случае, если у тебя есть продолжение твоего рода, а детей у тебя нет. А королем ты стал, потому что ты единственный молодой наследник царствующей семьи. К кому правление должно было перейти после смерти твоего отца?
- К дяде Займону, он на год всего младше моего отца. И если б у Займона были дети, то следующим королем Долинного Простора стал бы он. Но вот вам всем не повезло, королем стал всего лишь капризный я...
- Что капризный, это да, - хихикнул Люци, - но ты не так уж и плох, не расстраивайся. Острова, почему, могли б согласиться тебя предать? Потому что ты холоден к своей королеве. Люди ж вокруг не дураки, понимаешь? Если там известно, что у тебя любовница есть, то и это все объясняет. Ты доверие предал.
- Но у меня нет любовницы!
- Докажи это.
- Как?! - страдальчески застонал Бернард. - Как мне это доказать?!
- Чаще будь с женой. Вам нужен ребенок. Это укрепит твое влияние на островах. Тогда у них меньше поводов будет тебя предавать. Да и если честно... Зажрался ты, Берн!
- Что?!
- Ньюнис красавица. И она предана тебе, чтобы ты себе не выдумывал. Она заслужила твое уважение, как минимум тем, что три года правила одна и справилась. Твоя родина цветет! Могла помочь своему отцу разграбить все, и пустить тебя по миру. Но нет. Она ничего не сделала против тебя. И за что ты ее наказать хочешь? Объясни! Просто потому, что ты ее не любишь? А что ты сделал, чтоб изменить это? Какие у нее любимые цветы? Чем она увлекается? Что любит читать? Что ты вообще о ней знаешь, Берн?
- К слову сказать, она тоже ничего обо мне знает... - ворчливо процедил сквозь зубы Бернард.
- И все же она тебя не предает. А ты?
- Да понял я уже... Нет на свете человека, который понял бы меня и поддержал... Понятно все. Ты очень помог, Люциус. Вот слов нет передать, как я благодарен.
Люциус засмеялся, разговор сам себя исчерпал, потому что на ворчания короля особо и ответить нечего. Только хихикать и остается, а Бернард вдруг осознал, что действительно даже не пытался узнать получше свою жену. А после последнего разговора на корабле им есть, что обсудить.
Глубоко вздохнув, Бернард принял неизбежность. От жены ему не избавиться, а потому надо хотя бы попытаться наладить отношения с ней.
- А ты как? Готов к встрече с бывшей? - спросил Бернард.
- Мы уже столкнулись на коридоре дворца, - признался Люци и вновь уставился в огонь. - Я ее даже не сразу узнал. Она сильно изменилась. Ну или мне так кажется, потому что ее лицо не украшено синяками. Не в курсе она хоть что-то объяснила?
- Нет, ничего. Мы только знаем, что она служила у какой-то амилис в Побережье все эти годы. Какие у тебя планы? Шейн такого уже нарисовал!.. Предложил созвать совет со всех стран и потребовать от ордена изменить правила, чтоб девушки могли покидать орден и заводить собственную семью.
- Вот же сказочник, - хмыкнул Люци. - Никто на это не согласится. Орден работает так уже тысячу лет, и ради одной дуры ничего менять не станет.
- То есть ты не будешь пытаться вернуть ее?
- Она свой выбор сделала, - пожал плечами неопределенно Люциус. - Я приехал только для того, чтоб извиниться за свое отсутствие на поле боя. Подарки привез от имени своего клана. Даже если б ты мне не написал, я б все равно приехал. Практически уже на выезде был. Пушки делали, хотелось ровно сотню привезти. А Мавен... На самом деле, я успел ее похоронить. Я уверен был, что Мигейрис добилась своего – убила ее, и давно уже смирился с этим. И сейчас возвращение Мавен – это все равно, что с приведением разговаривать. Да и о чем говорить? О том, как она предала меня? Нет уж спасибо... Хотя, конечно, интересно, почему она поступила так со мной, но... Не знаю... Может, для меня лучше было б, если б я продолжал думать, что она мертва.
- А Шейн такую романтику расписывал... Уши вяли от соплей, которые он разводил. А ты вон как... На старика, наверное, молоденькая невеста такое влияние оказала, вот он и фантазировал!
Люциус на это ничего не ответил. Смотрел в огонь и Бернард сомневался, что понимает сейчас, о чем друг может думать с таким тяжелым взглядом. И надо ли вообще принимать его слова в серьез? Видно же, что Мавен Лучезарная не последнее место в его душе занимает. Столько лет прошло, мучительных, горестных, а он все еще ее любит...
Бернард расстался с другом в слегка пьяненьком состоянии. И сам удивился тому, что из своего кабинета он пришел не в свои покои, а к жене.
Ньюнис читала что-то, то ли письмо, то ли отчет, то ли еще что-то важное, и он отметил, что с его приходом она не стала прятать документ в свой стол или еще куда-нибудь от его глаз подальше. Да и смотрела она на него весьма пришиблено, точнее с удивлением. Не ждала. Оно и понятно…
- Я поговорить с тобой хочу, - буркнул Бернард и икнул шумно.
Некрасиво вышло.
- Ты пьян? - удивленно спросила она.
- Чуть-чуть... - не стал он отрицать. - Люциус вернулся, ты должна его помнить...
- Люциус Даборш? Да, конечно. Мне только что доложили, что с Великих Гнезд нам пришла военная поддержка. Сто новеньких пушек, и полный комплект для каждой ядра и пороха. Это очень щедро с их стороны, учитывая какие боевые действия они сами проводят из-за набегов жейлисонов.
- Точно, - не придумал, что ответить на всю ее излишнюю осведомленность Бернард.
- Надо ли устроить бал в честь приезда союзника? Граф Люциус все-таки очень долго отсутствовал, а теперь он снова при дворе. Он же остается? Вернется к своей прежней должности?
- Да, скорее всего, вернется. Хотя не знаю... Мы это не обсуждали, но он знает, что я только рад буду его решению остаться... А насчет бала... Не знаю... Я не о нем пришел поговорить.
- Да? - удивилась Ньюнис. - А о чем?
Бернард не знал, как правильно ответить на ее вопрос. Он прошелся по комнате и в итоге нашел себе местечко на софе у спинки кровати. Ньюнис смотрела на него растеряно, но все же решилась встать из-за своего рабочего стола и присела рядышком с ним, только робко, с краюшка. Словно ей нельзя сидеть рядом. И вновь от самого себя тошно стало. Она ведь страдает, а он...
- Не было у меня ничего с Софией, - тихо сказал Бернард. - Да я и она?.. Мне б такое и в кошмарах не приснилось бы... Я никогда тебе не изменял. Я... Ньюнис, я не люблю тебя – это правда, и я не хочу тебе об этом врать, но я никогда тебе не изменял. Ни с кем. Традиции для меня не пустой звук. Я верен клятвам. Всегда... И наш брак не моя идея, и не мое желание. Мне очень жаль, что из-за решения моего отца ты потеряла близкого тебе человека. Я очень тебе сочувствую.
- Я знаю, что ты не хотел... - тихо сказала она. - Но ведь ты и не возражал своему отцу.
- Ты возражала своему. Много тебе это дало? - резонно спросил он.
- Логично... - грустно хмыкнула Ньюнис. - И что же нам в итоге остается делать? К какому решению ты пришел?
- Я думал, если найду способ вернуть тебя домой, то всем будет от этого легче. Ты бы вышла замуж за любимого, и того, кто любил бы тебя, как ты заслуживаешь. А я б женился на ком-нибудь, к кому однажды появились бы чувства. Должна ж быть какая-то девушка, которая смогла б меня заинтересовать, а то все война и война... Но такого закона нет. Мы связаны, и всем плевать хотим мы этого или нет.
- Я не хочу домой. Меня там никто не ждет, - дрожащим голосом проговорила Ньюнис. - В лучшем случае, отец просто выдаст меня замуж силой за кого-то другого, и не спросит ни о чем. В худшем, я закончу свой век в монастыре, без любимого, без детей, которые у нас могли бы быть. Просто одна в сырой серой комнате. Я не хочу ни замуж за другого, ни в монастырь.
- Нет, мне не все равно, - покачал головой Бернард, - просто с тобой мы всегда ближе в общении были. А Шейн... я его очень уважаю, но факт остается фактом, он меня предал.
- Да ты скажешь как или нет?
- А ты только приехал, да? И сразу ко мне?
- Да, - вздохнул Люциус. - Сразу к тебе, чтоб как минимум извиниться, почему меня или моего брата с тобой на войне не было.
- Ну и? Почему же вас не было?
- Потому что мы вот уже как четыре года мучаемся от набегов жейлисонов. Эти гриболюды не дают нам покоя! Зная, что Великие Гнезда твои верные союзники, азгинцы решили за счет своих союзников ослабить тебя. Они нам все юго-западное побережье сожгли! Уроды... Но надо честно признать, как только вашу осаду с Шейном под азгинскими воротами разбили, так и нас меньше мучить стали. Да и мы им тоже подсолить сумели! Нельмус, братишка мой умненький, такие пушки новые изобрел. Ух! Смак! Я и тебе привез в подарок сотню штук. Как увидишь их – влюбишься.
- А в чем суть? Бьют дальше?
- И дальше бьют, и больше разрушения! И саму пушку теперь быстрее заряжать. Мы большую часть флота жейлисонов на дно пустили! А потом поплыли на их территорию, и сожги все их побережье! Ибо нечего к нам лезть! Они ж умные такие, придумали еще наших женщин воровать, представляешь?
- Не понимаю... Зачем гриболюдам человеческие женщины?
- А ты гриболюдовских как бы баб видел когда-нибудь?
- Ну... На картинках видел в учебниках. Страшныеееее... Кошмар на ножках в виде спор и грибов... Подожди, так ведь мужчины не сильно отличаются там от женщин, и что? Они наших, человеческих женщин, для себя, что ли, воруют?
- Да! Представляешь?
- И скольких ты спас? - в ужасе спросил Бернард. - И сколько после такого... женщин смогут дальше нормально жить?!
- Спасли больше половины, но впечатлений на всю жизнь вперед... Остальные, ну... Гриболюды все-таки, о чем речь? Там от одного вида страх, а девушкам какого?..
- Азгинцы, конечно, совсем у меня в глазах упали... Одно дело нас обманом победили, это еще ладно. Обидно, но ладно... Но здесь!.. Гриболюдов насылать! И как они еще ладят между собой?.. Чем азгинский царь их купил, а?!
- Да кто его знает... Гриболюды с Красными землями всегда у них в друзьях ходили. Там уже вековая коалиция, которую просто так не уничтожить. Но одно я знаю точно: острова в Заливе страдают от варварских набегов гриболюдов так же как и мы, но так было раньше! А вот последние полгода, между прочим, их берега никто не трогает. Странно, не так ли?
- И родину моей жены?..
- И родину твоей жены, - подтвердил Люциус. – Кажется, кто-то хочет усидеть на двух стульях. Острова давно хотят перейти на сторону азгинцев, причина тому лишь одна – жейлисоны. И раз их больше не трогают, значит, сумели договориться. Гриболюды и нам сделку предлагали. Появился у них предводитель – Мухомором себя называет. Он свободно говорит на общей речи!
- Да ты что? – опешил Бернард. – Как… кто его научил?
Люци пожал плечами, только добавил:
- Если б мы тебя предали, и перешли на сторону азгинцев, нас бы тоже больше никто не тронул. Но мы отказались.
- И подвергли свой народ мучениям, - мрачно проговорил Бернард. - Я ценю такую преданность, Люциус, это очень много для меня значит. Однажды мы отомстим азгинцам и за смерть моего отца, и за каждого твоего жителя. Вот только с силами соберемся и ударим по ним со всех сторон!
- Обязательно, - кивнул Люци, - хоть, знаешь, и надоела уже вся эта война, но если враг думает, что мы так просто сдадимся, то будет ему сюрприз. Три года ты осаду держал, если б не их хитрожопость ты бы их победил. И замечу, ты бы сделал это честно!
- А в итоге позорно проиграл... И стоило вернуться домой, как в первую же ночь меня травлинули.
- Как?! Кто?! - уставился на него друг, как на привидение.
- Я был уверен, что это сделала Ньюнис. Да и что тебе рассказывать, ты знаешь мое к ней отношение. За все это время ничего не изменилось. Она странно вела себя в тот вечер, странно на меня смотрела. Служанка ее из ордена тоже странно себя вела, словно сказать мне что-то важное хотела, да при ней не решилась. После мы уехали, и всю дорогу я помню смутно, а там меня уже подлатали Огненные. Ньюнис постоянно истерики свои закатывает, и вроде вот как будто ни в чем не виновата, но при этом же меня винит во всех смертных грехах. Вернулись вот месяц назад почти домой, и что я вижу? Большая часть чиновников у моей жены на задних лапках ходят. Я вернулся домой, а они отчитывать к ней идут, это нормально? Если б я на войне помер, она бы прекрасно справилась бы с правлением сама! А теперь еще и ты говоришь, что ее родина могла заключить мир с азгинцами. А что это значит, а? Моя смерть ей выгодна – вот что! Разве я не прав?
- Ну мыслишь логично... А что вышло в итоге?
Бернард рассказал как есть, особенно четко выделил приказ, который отдал Шейну, и то как бы поступил потом с женой. И что самое главное:
- Шейн поверил в чушь, что София была моей любовницей! Или поддерживает специально чужую ложь!
- Ну, во-первых, такой приказ для невиновной – я бы тоже выполнять не стал. Совесть дороже.
- Вы сговорились, что ли? Я ж сказал, не стал бы я ее казнить!
- Во-вторых, - проигнорировал его Люци, - Шейн не стал бы поддерживать ложь. В итоге есть два варианта: или его убедили, что это правда, или это правда.
- Ты должен помнить Софию! Я и она? Ты можешь себе такое представить, а?
- И в-третьих, Шейн тебя защитил. Тебе надо спасибо ему сказать.
- Да ладно? Где он защитил-то?
- Тебя голова твоя горячая мучает, а он все верно рассудил. Вот смотри, сидел бы я сейчас дома в своем кабинете. И вдруг мне пришла бы информация: король Бернард отказался от жены и вернул ее домой. За что? По подозрению в попытке отравить. Доказательства? Нет. Она призналась? Нет. Свидетели? Нет. Мотив?
- Есть!
- Нет.
- Да как нет-то?!
- Если б она хотела сама тебя убить, то пока ты спал раненный с ней в одной кроватке, она могла бы просто придушить тебя подушкой. И ничего б ты не сделал… Союзников у нее много, говоришь? А она все такая же худощавая, да? Так надо было б ей, позвала б помощников. И ты, опять же, ничего не смог бы сделать. А утром она просто сказала б всем, что умер ты от потери крови. И кто смог бы доказать обратное, а?
Бернард растеряно молчал, а друг продолжил говорить:
- Вот и выходит, что травить тебя ей нет смысла. А ее защитница – твоя любовница – могла бы. Я тебе верю, не была София твоей фавориткой тайной. Хорошо, но какая-то ж проблема была. Кто-то королеву мучил, понимаешь?
- Но кто? И зачем?
- А кто знает?.. - пожал плечами Люци. - Одно я знаю точно, правильно все Шейн сделал. Я тебе уже расписал, без доказательно обвинять королеву нельзя. Она, пока ты в осаде сидел, корпела над благоустройством твоей родины. Она старалась для тебя! А ты что? Ты ж не такая скотина, Берн. Если дело не в какой-то любовнице, то я не понимаю, что с тобой не так.
- Ну не люблю я ее! Не лежит у меня к ней душа! Ну что мне сделать?
- Детей, - пожал плечами Люциус. - Дети все меняют.
- Ты точно с Шейном не встречался, а? - фыркнул Бернард. - Больно уж песни у вас одинаковые.
- А что поделать, если вот такие у нас законы. Пока не стал отцом и не доказал свою мужскую состоятельность, выдавать капризы за слово короля не можешь. Увы... Да и сам подумай, Берн. Сейчас ты пусть и зовешься королем, но стал-то им как? Не потому что тебя выбрали, а просто потому что больше некому. Твой отец убит, следующим после него кто должен был править? Разве ты?
- А разве нет? - обиженно спросил Бернард.
- Да, только в том случае, если у тебя есть продолжение твоего рода, а детей у тебя нет. А королем ты стал, потому что ты единственный молодой наследник царствующей семьи. К кому правление должно было перейти после смерти твоего отца?
- К дяде Займону, он на год всего младше моего отца. И если б у Займона были дети, то следующим королем Долинного Простора стал бы он. Но вот вам всем не повезло, королем стал всего лишь капризный я...
- Что капризный, это да, - хихикнул Люци, - но ты не так уж и плох, не расстраивайся. Острова, почему, могли б согласиться тебя предать? Потому что ты холоден к своей королеве. Люди ж вокруг не дураки, понимаешь? Если там известно, что у тебя любовница есть, то и это все объясняет. Ты доверие предал.
- Но у меня нет любовницы!
- Докажи это.
- Как?! - страдальчески застонал Бернард. - Как мне это доказать?!
- Чаще будь с женой. Вам нужен ребенок. Это укрепит твое влияние на островах. Тогда у них меньше поводов будет тебя предавать. Да и если честно... Зажрался ты, Берн!
- Что?!
- Ньюнис красавица. И она предана тебе, чтобы ты себе не выдумывал. Она заслужила твое уважение, как минимум тем, что три года правила одна и справилась. Твоя родина цветет! Могла помочь своему отцу разграбить все, и пустить тебя по миру. Но нет. Она ничего не сделала против тебя. И за что ты ее наказать хочешь? Объясни! Просто потому, что ты ее не любишь? А что ты сделал, чтоб изменить это? Какие у нее любимые цветы? Чем она увлекается? Что любит читать? Что ты вообще о ней знаешь, Берн?
- К слову сказать, она тоже ничего обо мне знает... - ворчливо процедил сквозь зубы Бернард.
- И все же она тебя не предает. А ты?
- Да понял я уже... Нет на свете человека, который понял бы меня и поддержал... Понятно все. Ты очень помог, Люциус. Вот слов нет передать, как я благодарен.
Люциус засмеялся, разговор сам себя исчерпал, потому что на ворчания короля особо и ответить нечего. Только хихикать и остается, а Бернард вдруг осознал, что действительно даже не пытался узнать получше свою жену. А после последнего разговора на корабле им есть, что обсудить.
Глубоко вздохнув, Бернард принял неизбежность. От жены ему не избавиться, а потому надо хотя бы попытаться наладить отношения с ней.
- А ты как? Готов к встрече с бывшей? - спросил Бернард.
- Мы уже столкнулись на коридоре дворца, - признался Люци и вновь уставился в огонь. - Я ее даже не сразу узнал. Она сильно изменилась. Ну или мне так кажется, потому что ее лицо не украшено синяками. Не в курсе она хоть что-то объяснила?
- Нет, ничего. Мы только знаем, что она служила у какой-то амилис в Побережье все эти годы. Какие у тебя планы? Шейн такого уже нарисовал!.. Предложил созвать совет со всех стран и потребовать от ордена изменить правила, чтоб девушки могли покидать орден и заводить собственную семью.
- Вот же сказочник, - хмыкнул Люци. - Никто на это не согласится. Орден работает так уже тысячу лет, и ради одной дуры ничего менять не станет.
- То есть ты не будешь пытаться вернуть ее?
- Она свой выбор сделала, - пожал плечами неопределенно Люциус. - Я приехал только для того, чтоб извиниться за свое отсутствие на поле боя. Подарки привез от имени своего клана. Даже если б ты мне не написал, я б все равно приехал. Практически уже на выезде был. Пушки делали, хотелось ровно сотню привезти. А Мавен... На самом деле, я успел ее похоронить. Я уверен был, что Мигейрис добилась своего – убила ее, и давно уже смирился с этим. И сейчас возвращение Мавен – это все равно, что с приведением разговаривать. Да и о чем говорить? О том, как она предала меня? Нет уж спасибо... Хотя, конечно, интересно, почему она поступила так со мной, но... Не знаю... Может, для меня лучше было б, если б я продолжал думать, что она мертва.
- А Шейн такую романтику расписывал... Уши вяли от соплей, которые он разводил. А ты вон как... На старика, наверное, молоденькая невеста такое влияние оказала, вот он и фантазировал!
Люциус на это ничего не ответил. Смотрел в огонь и Бернард сомневался, что понимает сейчас, о чем друг может думать с таким тяжелым взглядом. И надо ли вообще принимать его слова в серьез? Видно же, что Мавен Лучезарная не последнее место в его душе занимает. Столько лет прошло, мучительных, горестных, а он все еще ее любит...
Бернард расстался с другом в слегка пьяненьком состоянии. И сам удивился тому, что из своего кабинета он пришел не в свои покои, а к жене.
Ньюнис читала что-то, то ли письмо, то ли отчет, то ли еще что-то важное, и он отметил, что с его приходом она не стала прятать документ в свой стол или еще куда-нибудь от его глаз подальше. Да и смотрела она на него весьма пришиблено, точнее с удивлением. Не ждала. Оно и понятно…
- Я поговорить с тобой хочу, - буркнул Бернард и икнул шумно.
Некрасиво вышло.
- Ты пьян? - удивленно спросила она.
- Чуть-чуть... - не стал он отрицать. - Люциус вернулся, ты должна его помнить...
- Люциус Даборш? Да, конечно. Мне только что доложили, что с Великих Гнезд нам пришла военная поддержка. Сто новеньких пушек, и полный комплект для каждой ядра и пороха. Это очень щедро с их стороны, учитывая какие боевые действия они сами проводят из-за набегов жейлисонов.
- Точно, - не придумал, что ответить на всю ее излишнюю осведомленность Бернард.
- Надо ли устроить бал в честь приезда союзника? Граф Люциус все-таки очень долго отсутствовал, а теперь он снова при дворе. Он же остается? Вернется к своей прежней должности?
- Да, скорее всего, вернется. Хотя не знаю... Мы это не обсуждали, но он знает, что я только рад буду его решению остаться... А насчет бала... Не знаю... Я не о нем пришел поговорить.
- Да? - удивилась Ньюнис. - А о чем?
Бернард не знал, как правильно ответить на ее вопрос. Он прошелся по комнате и в итоге нашел себе местечко на софе у спинки кровати. Ньюнис смотрела на него растеряно, но все же решилась встать из-за своего рабочего стола и присела рядышком с ним, только робко, с краюшка. Словно ей нельзя сидеть рядом. И вновь от самого себя тошно стало. Она ведь страдает, а он...
- Не было у меня ничего с Софией, - тихо сказал Бернард. - Да я и она?.. Мне б такое и в кошмарах не приснилось бы... Я никогда тебе не изменял. Я... Ньюнис, я не люблю тебя – это правда, и я не хочу тебе об этом врать, но я никогда тебе не изменял. Ни с кем. Традиции для меня не пустой звук. Я верен клятвам. Всегда... И наш брак не моя идея, и не мое желание. Мне очень жаль, что из-за решения моего отца ты потеряла близкого тебе человека. Я очень тебе сочувствую.
- Я знаю, что ты не хотел... - тихо сказала она. - Но ведь ты и не возражал своему отцу.
- Ты возражала своему. Много тебе это дало? - резонно спросил он.
- Логично... - грустно хмыкнула Ньюнис. - И что же нам в итоге остается делать? К какому решению ты пришел?
- Я думал, если найду способ вернуть тебя домой, то всем будет от этого легче. Ты бы вышла замуж за любимого, и того, кто любил бы тебя, как ты заслуживаешь. А я б женился на ком-нибудь, к кому однажды появились бы чувства. Должна ж быть какая-то девушка, которая смогла б меня заинтересовать, а то все война и война... Но такого закона нет. Мы связаны, и всем плевать хотим мы этого или нет.
- Я не хочу домой. Меня там никто не ждет, - дрожащим голосом проговорила Ньюнис. - В лучшем случае, отец просто выдаст меня замуж силой за кого-то другого, и не спросит ни о чем. В худшем, я закончу свой век в монастыре, без любимого, без детей, которые у нас могли бы быть. Просто одна в сырой серой комнате. Я не хочу ни замуж за другого, ни в монастырь.
