- А что предлагает?
- Для начала хочет залезть в её голову и прочесть все мысли, чтоб понять, что вообще с Йорис происходит. А потом подчинить её хочет, и заставить есть, и вообще жить нормальной жизнью.
- Себе пусть так поможет, - фыркнул Бьодон. - Я категорически не согласен.
- И я. Но вот так тоже продолжаться не может.
- Подождём до вечера. Если ничего не изменится, то я сам с Йорис разберусь.
- Как?
- Ей это не понравится, но в голову её насильно я не полезу и принцессе не дам.
- Ладно, - кивнула Мавен.
Сестра в кабинете побыла недолго. От силы час. И все это время Бьодон попытался её разговорить разными темами, но не вышло. Казалось, что в итоге Йорис просто сбежала от его навязчивости. Может, так и было, но как-то ведь её растормошить нужно.
«Сегодня обязательно ее навещу», - подумал он, когда дверь кабинета за ней закрылась.
Но Бьодон не успел что-либо начать делать после её ухода, как дверь снова открылась и вошёл молодой мужчина со смешными кручеными на конце тонкими усиками. Они ему не шли, но при этом он явно считал себя с ними очень модным. Ну а как иначе, это ж сейчас самый шик! Одет он был в модный костюм, с иголочки, но вышивка на рубашке и его загар на и без того смуглой коже подсказали, что мужчина явно не местный, и вообще только что приехал. Но было в его глазах, игривость излучающих, что-то до боли знакомое...
- Узнаешь, а? - засмеялся он.
- Льдышку мне в рубашку... - засмеялся Бьодон. - Неужто ты... Фарри!
- Я! - захохотал Фарингар. - Собственной персоной!
- Ты совсем не изменился! - Бьодон радостно обнял друга детства.
Можно сказать, сгреб его в свои объятья и стиснул, чувствуя, что точно так же крепко на радостях Фарри обнял его в ответ и заулыбался ещё шире.
- Сила в тебе, друг, не пропала. А говорил, что не веришь в лечение Огненногривых. Вон какой стал! Сильный, на своих ногах пришёл! Молодец! Как же я рад тебя видеть! Это ж ты у нас спец с Зари, да? Ещё теперь и в медицине работаешь?
- Да, да, да, - смеялся Фарингар. - Я здоров благодаря твоему отцу, да и всей твоей семье. Я при тебе встал с кресла когда-то и ни разу в него больше не сел. И твой отец мой кумир! Как я мог не стать врачом после всего что пережил?!
- Я так рад, что ты поправился, - снова обнял его Бьодон. - Я ж боялся, что ты... Ты ведь уехал тогда так внезапно, ничего не объяснив. Я убеждал себя, что ты уехал и не отвечаешь на письма, потому что обиделся, что тебя в поход мои братья не взяли с нами, но знаешь... Не было б и дня, когда я не думал бы что на самом деле ты...
- Я не знал, что ты все это время мне писал. Я ж адрес сменил. Я все это время жил на острове Зари. Я думал, ты знаешь... А сам не писал потому что... Ну... Как там твои братья говорили, а? Не мужское это дело писульки писать... Ну я и…
- Нашёл кого слушать! - смешно зафыркал Бьодон. – А почему ты со своими родителями уехал тогда так внезапно? Нас с братьями всего десять дней не было, а приезжаем, а дом пуст от всех гостей и пациентов... Что случилось?
- А что тебе отец сказал? - стушевано ответил Фарри.
- Вообще-то по закону у меня нет отца. Это раз... И два: ничего не сказал. Ничем не объяснил. Не счел нужным.
- О, мы ещё обязательно поговорим о тех событиях, и о твоём уходе из клана, я наслышан уже, ага, но сейчас ты мне вот что скажи. Подходя к твоему кабинету, я видел девушку, рыжулечка такая. Прямо как ты. Это же Йорис, да? Это же невестушка моя?
- Пф... - засмеялся в голос Бьодон. - Неужели ты ещё помнишь те ваши детские игры? Это ж когда было?!
- Ничего не знаю. Она моя невеста! - уверенно заявил Фарри.
- Опоздал ты! Моя сестра невеста сихита Кьюмеса, голоса Короля!
- Наслышан, наслышан, - серьёзно произнёс друг из детства. - Но это не важно. Я тоже не агнец. У девочки всегда должны быть поклонники, чтоб она могла сиять как звездочка. Ничего страшного...
- Ты... - даже как-то растерялся Бьодон, - серьёзно сейчас? Мне всегда казалось, что все эти игры были тебе как кость в горле. Ты ж сам говорил, что шуточки наших отцов и навязчивость маленькой девочки тебе совсем не нравятся.
- Ну... Это все не важно. От судьбы не уйдёшь! Йорис будет моей женой. Вот увидишь!
Бьодон смотрел на друга, излучающего уверенность, и понимал лишь одно: не знал, как реагировать на подобные слова. Это... Его сестра невеста Голоса Короля и говорить это все ровно, что дышать. Делается так же легко, и понимается так же, и все это уже так естественно, что если сказать что Йорис не станет женой сихита Кьюмеса, а какой-то другой мужчина будет стоять рядом с ней по жизни, то сразу такое ощущение неприятное появляется... Словно можно уже и не дышать. Словно... Мир рухнул и не за чем даже пытаться его восстанавливать. И кто хочет все разрушить? Фарри? Модный щеголь с острова Зари? Да будь он трижды их лучшим другом детства, но Бьодон не мог ему позволить разрушить счастье сихита Кьюмеса и родной малышки.
И все это Бьодон выпалил Фарингару, не сходя с места. И говорил он до того сурово и твёрдо, что сам от себя не ожидал, да и Фарри как-то странно при этом на него смотрел. Не было в его взгляде чего-то вроде «ну я же люблю её, как ты можешь так говорить?» или «Ты ж меня совсем не знаешь, а вдруг я лучше для твоей сестры?». Ничего подобного не было!
Во-первых, Бьодон видел явное облегчение, словно Фарри думал «О, так жениться может и не придется!», а во-вторых, было что-то ещё... Что-то такое опасное, чего Бьодон не сумел понять, но не собирался откладывать это в долгий ящик. Прямо спросил, потребовал ответа. И Фарри заметно смутился, потупив взгляд, словно ничего такого он не думал, и ничего не замышлял, и ответ дал такой, что спорить с ним дальше стало сложно:
- Я просто не ожидал, что ты будешь так возражать... А ещё я думал, ты будешь мне настолько рад, что первым делом мы пойдём поедим, я ж голодный... С дороги же... А ты орёшь на меня уже минут семь. Я не думал, что наша встреча будет вот такой...
- Прости... - подобрел Бьодон. - Просто моя сестрёнка очень важный для меня человек. Пойми это. Её счастье для меня все. И её счастье не ты. Забудь все, что было в детстве. Сейчас она совсем другая. Может, тебя и не вспомнит.
- Она меня, похоже, и не помнит. Мы когда на коридоре встретились, я попытался её остановить, но она даже не взглянула на меня, а рядом с ней ещё женщина в чёрном шла, чуть руку мне не сломала, за то что я хотел дотронуться до плечика Йорис.
- О, это Мавен. Её защитница. Не суйся без спроса, - засмеялся Бьодон. - Ладно... Оставим это все пока. Пойдём, поедим. Я тебе лучшую ресторацию столицы покажу!
- И бордель? - надеждой спросил Фарри.
- И этот человек лезет к моей сестре... – закатил глаза Бьодон.
- А что? Я ж сказал, что я тоже не агнец... И я с дороги! Ты знаешь, сколько от острова Зари до Простора добираться? - обиженно выдал Фарри.
- Не знаю, - засмеялся Бьодон. - Но мысль о борделе верная вообще-то. Пошли! Отметим твоё возвращение на родину.
- Наконец слова, которые я хотел услышать! - чуть ли не запрыгал от радости Фарингар.
С другом детства Бьодон веселился от души, но о сестре не забыл, поэтому много не пил, не забывая даже о своём желании вести трезвый образ жизни. Пару стаканчиков, которые он себе позволил, выветрились из его головы практически сразу же, как он вышел на улицу в поздний час и холодный весенний ветер укутал его с головы до ног. Днем было так тепло, солнечно, а под вечер снова холодно, да так сильно, словно зима решила наплевать на всё и вернуть земли в свои объятья. Бр...
Пешком, не смотря на холод, ему хотелось прогуляться, Бьодон отправился к дому сихита Кьюмеса и узнал, что оказывается, его сестра здесь не живёт. Несколько недель уже не появляется. В замок, в его бывшие покои перебралась. И Мавен, Катарина и Мейли Лан переехали следом. Но почему ему никто не сказал об этом раньше? Да и зачем Йорис покидать резиденцию жениха? Разве не понимает, что подрывает авторитет сихита Кьюмеса подобным решением? Да о чем вообще она думает?!
До замка добрался на наемном транспорте, благо еще ездили в такой поздний час. Внутрь замка прошёл легко – все-таки бывшего королевского доктора каждая собака тут знала. Да и охрана ж не может не знать, что здесь его сестра теперь живёт. Бьодон как раз нашёл её в своих бывших покоях, как минимум Мавен маячившая в коридоре сказала, что она внутри, но дверь Йорис заперла и открывать не хотела.
- А ты где спишь? - спросил у защитницы Бьодон.
- На этаже для прислуги. Но это очень далеко, мне не нравится, я боюсь за неё...
- Иди спать, - добродушно разрешил Бьодон. - Сегодня я подежурю с сестрой. Не переживай ни о чем.
- Но как вы войдете?
Бьодон достал из кармана связку ключей. Он так и не отдал свой дубликат от двери комнаты. От кабинета отдал, а от комнаты - нет. Как знал, что пригодится.
Мавен хотела нырнуть в комнату вслед за ним, но Бьодон её остановил. Отправил снова спать и запер дверь. Если сестрёнке не хочется общения с близкими подругами значить это может только одно - не хочется. И лишняя их опека будет сейчас только в тягость. Бьодон же опекать не собирался. Ему хотелось накричать на сестру, но это оказалось не так просто, ведь в комнате её нет, постель разобрана, но пуста, в ванной её тоже нет... И как холодно здесь. Камин совсем не грел. Откуда так дует?
Бьодон увидел, что дверь на балкон открыта и его прошиб холодный пот. Осторожно он вышел на лоджию, до жути боясь увидеть что-то очень страшное, и... Увидел Йорис укутанную в покрывало с чашечкой чего-то темного в руках. Она смотрела на панораму сада... И мыслями была очень далеко. Она сидела на скамейке и не слышала, как он вошёл в ее комнату, но едва ли Бьодон вошел на балкон - услышала его, когда он сделал шаг вперёд.
- Бьодон... - первым делом попыталась убрать чашечку, но её повело в сторону, от чего сразу стало ясно - не остывший чай она пила...
Далеко не чай. Но и не была Йорис настолько пьяненькой, чтоб не суметь говорить связно и твёрдо. Наверное, только пришла сюда...
- Мавен достала, да? От неё сбежала? - сев рядом с ней на скамейке, спросил Бьодон.
- Да... И Катарина... И эта её тощая дура тоже... Люблю их, конечно, но смотреть на них не могу... - честно призналась Йорис. - Они тебя позвали, да?
- Я сам пришёл, - Бьодон обнял её за плечи и прижал к своей груди. - Ты зачем сюда переехала?
- Его Величество дал приказ не спускать глаз с его жены перед своим уездом. Отсюда это проще... Да и не могу я жить в доме Шейна без самого Шейна...
- Это как понять?
Йорис замолчала. Словно месячную норму по сказанным словам выполнила и снова можно молчать... Но нет. Подобное его не устраивало. И чтоб разговорить сестрёнку Бьодон и ей вина подлил, и сам за компанию выпил прямо из бутылки, которую нашёл за скамейкой.
От выпитого Йорис захмелела вновь и язык развязался. Без особого желания Йорис рассказала, что случилось в поместье Златолист из-за вездесущей сюл'акрийки. Йорис рассказала, как защищала внешность Шейна, как ругала дурацкое соревнование братьев - вот тут Бьодон возмутился на сестру, потому вовсе не дурацкое соревнование! Бьодон побеждал в нем ровно столько, сколько участвовал, и это всегда очень круто побеждать! - и так же Йорис поведала, как сильно ей хотелось придушить Мейли Лан. И до сих пор хочется. А Шейн все это время стоял под дверью и подслушивал.
Йорис говорила особенно последнее с таким возмущением, словно сихит Кьюмес виновен в чем-то очень страшном, но Бьодон не понимал, в чем именно сестра пытается его винить. Ну подслушивал. Ну и что? Разве это важно?
Оказалось, важно. Потому что Йорис обиделась. И если первые пять минут после того, как Шейн её увел, была тише мышки, то потом...
- Прости, я ослышался? - разругался Бьодон. - Скажи, что ослышался!
- Нет... - твёрдо заявила Йорис, явно ни на минуту не сомневаюсь в правильности своих решений. - Я его бросила в ту ночь...
- Да ты... Ты... Ты вообще в своём уме?! За что?! Из-за Мейли Лан?! Всего лишь?!
- С тех пор как мы помирились, он наплевательски отнёсся к угрозе моей жизни; он постоянно командовал и запрещал мне все подряд; он требовал, чтобы я снова надевала его этот дурацкий деревянный браслет; он не выгнал Мейли Лан сразу же, как только я его попросила об этом; он вообще зачем-то её нанял, хотя я просила, я умоляла его не делать этого; он ходил зачем-то в бордель с тобой и заставил меня пережить снова худший из моих кошмаров; и напоследок он поверил в слова чужого человека и решил, что недостаточно привлекателен для меня. Как будто я б смогла пылать в его объятьях, если б это было не правдой?! Он знает меня как никто другой на свете, даже лучше чем ты, и верит обо мне в какие-то гадости?! Я не могла этого стерпеть, Бьодон! Это была последняя капля! Целый месяц со дня нашего перемирия, видит Бог, я старалась не обращать внимания на все неприятности. Я старалась, Бьодон! Я молчала и закрывала глаза, говоря себе, что люблю его, что это все не важно, что... Да как я только себя не убеждала! Но я так больше не могу... Не могла... - Йорис растерянно проводила глазами, словно забыла, куда и зачем ей нужно смотреть и заговорила вновь она, глядя в пустоту... - а утром, когда, мы встретились вновь... Шейн ожидал, что я извинюсь и заберу свои слова обратно о нашем расставании... А меня так разозлило эта его уверенность... Если я и была готова к примирению, то он одним лишь взглядом отбил у меня все желание мириться. И я сказала, что ради его репутации, пока мы не вернёмся обратно в столицу, я согласна делать вид, будто мы с ним ещё пара... А он высокомерно бросил, чтоб я не утруждалась...
- А что ещё ты хотела услышать? - зло бросил Бьодон. - Я б то же самое сказал!
- То же самое?! - обиделась Йорис. - Почему?! Как можно быть таким жестоким?!
- Это не жестокость! Это гордость, которую ты задела, ты унизила, и продолжаешь унижать! Я б мог и похуже что ляпнуть. Да, да, и не смотри на меня так!
- Но...
- Без но! - резко оборвал её Бьодон. - Ты с чего это решила будто вся такая идеальная, а? В тебе надменности, пафоса и высокомерия больше чем во всех людях, которых я только знаю!
- Что?!
- А то! Ты бесстыжая, наглая, избалованная, капризная! Не умеешь ценить все, чем ради тебя жертвуют! Тебе всегда и всего мало! Привыкла быть в центре внимания, хотя ты вообще этого даже не заслуживаешь!
- Бьодон! - всхлипнула Йорис. - Прекрати! За что ты так со мной?!
- Потому что ты дрянь неблагодарная! - припечатал её Бьодон, вскочив на ноги, а она разрыдалась от его суровых слов, но он не собирался на этом заканчивать, о, нет, он продолжил говорить все с той же злостью. - Я просто недоумеваю, что сихит Шейн в тебе нашёл. Была б ещё внешность ничего, так и здесь же мимо! Мелкая, страшненькая, доска доской с каких сторон не посмотреть! Ну взглянуть же вообще не на что! А гонора-то сколько, а?! Её, видите ли, обидели! А скольких людей на пустом месте обидела ты, а?!
- Уходи! - запустила Йорис в него чашку, которую все ещё держала в руках. Остатки вина она выплеснула ему в лицо, но Бьодон не собирался уходить.
- Не тебе командовать! Уйду, когда закончу с тобой!
- Для начала хочет залезть в её голову и прочесть все мысли, чтоб понять, что вообще с Йорис происходит. А потом подчинить её хочет, и заставить есть, и вообще жить нормальной жизнью.
- Себе пусть так поможет, - фыркнул Бьодон. - Я категорически не согласен.
- И я. Но вот так тоже продолжаться не может.
- Подождём до вечера. Если ничего не изменится, то я сам с Йорис разберусь.
- Как?
- Ей это не понравится, но в голову её насильно я не полезу и принцессе не дам.
- Ладно, - кивнула Мавен.
Сестра в кабинете побыла недолго. От силы час. И все это время Бьодон попытался её разговорить разными темами, но не вышло. Казалось, что в итоге Йорис просто сбежала от его навязчивости. Может, так и было, но как-то ведь её растормошить нужно.
«Сегодня обязательно ее навещу», - подумал он, когда дверь кабинета за ней закрылась.
Но Бьодон не успел что-либо начать делать после её ухода, как дверь снова открылась и вошёл молодой мужчина со смешными кручеными на конце тонкими усиками. Они ему не шли, но при этом он явно считал себя с ними очень модным. Ну а как иначе, это ж сейчас самый шик! Одет он был в модный костюм, с иголочки, но вышивка на рубашке и его загар на и без того смуглой коже подсказали, что мужчина явно не местный, и вообще только что приехал. Но было в его глазах, игривость излучающих, что-то до боли знакомое...
- Узнаешь, а? - засмеялся он.
- Льдышку мне в рубашку... - засмеялся Бьодон. - Неужто ты... Фарри!
- Я! - захохотал Фарингар. - Собственной персоной!
- Ты совсем не изменился! - Бьодон радостно обнял друга детства.
Можно сказать, сгреб его в свои объятья и стиснул, чувствуя, что точно так же крепко на радостях Фарри обнял его в ответ и заулыбался ещё шире.
- Сила в тебе, друг, не пропала. А говорил, что не веришь в лечение Огненногривых. Вон какой стал! Сильный, на своих ногах пришёл! Молодец! Как же я рад тебя видеть! Это ж ты у нас спец с Зари, да? Ещё теперь и в медицине работаешь?
- Да, да, да, - смеялся Фарингар. - Я здоров благодаря твоему отцу, да и всей твоей семье. Я при тебе встал с кресла когда-то и ни разу в него больше не сел. И твой отец мой кумир! Как я мог не стать врачом после всего что пережил?!
- Я так рад, что ты поправился, - снова обнял его Бьодон. - Я ж боялся, что ты... Ты ведь уехал тогда так внезапно, ничего не объяснив. Я убеждал себя, что ты уехал и не отвечаешь на письма, потому что обиделся, что тебя в поход мои братья не взяли с нами, но знаешь... Не было б и дня, когда я не думал бы что на самом деле ты...
- Я не знал, что ты все это время мне писал. Я ж адрес сменил. Я все это время жил на острове Зари. Я думал, ты знаешь... А сам не писал потому что... Ну... Как там твои братья говорили, а? Не мужское это дело писульки писать... Ну я и…
- Нашёл кого слушать! - смешно зафыркал Бьодон. – А почему ты со своими родителями уехал тогда так внезапно? Нас с братьями всего десять дней не было, а приезжаем, а дом пуст от всех гостей и пациентов... Что случилось?
- А что тебе отец сказал? - стушевано ответил Фарри.
- Вообще-то по закону у меня нет отца. Это раз... И два: ничего не сказал. Ничем не объяснил. Не счел нужным.
- О, мы ещё обязательно поговорим о тех событиях, и о твоём уходе из клана, я наслышан уже, ага, но сейчас ты мне вот что скажи. Подходя к твоему кабинету, я видел девушку, рыжулечка такая. Прямо как ты. Это же Йорис, да? Это же невестушка моя?
- Пф... - засмеялся в голос Бьодон. - Неужели ты ещё помнишь те ваши детские игры? Это ж когда было?!
- Ничего не знаю. Она моя невеста! - уверенно заявил Фарри.
- Опоздал ты! Моя сестра невеста сихита Кьюмеса, голоса Короля!
- Наслышан, наслышан, - серьёзно произнёс друг из детства. - Но это не важно. Я тоже не агнец. У девочки всегда должны быть поклонники, чтоб она могла сиять как звездочка. Ничего страшного...
- Ты... - даже как-то растерялся Бьодон, - серьёзно сейчас? Мне всегда казалось, что все эти игры были тебе как кость в горле. Ты ж сам говорил, что шуточки наших отцов и навязчивость маленькой девочки тебе совсем не нравятся.
- Ну... Это все не важно. От судьбы не уйдёшь! Йорис будет моей женой. Вот увидишь!
Бьодон смотрел на друга, излучающего уверенность, и понимал лишь одно: не знал, как реагировать на подобные слова. Это... Его сестра невеста Голоса Короля и говорить это все ровно, что дышать. Делается так же легко, и понимается так же, и все это уже так естественно, что если сказать что Йорис не станет женой сихита Кьюмеса, а какой-то другой мужчина будет стоять рядом с ней по жизни, то сразу такое ощущение неприятное появляется... Словно можно уже и не дышать. Словно... Мир рухнул и не за чем даже пытаться его восстанавливать. И кто хочет все разрушить? Фарри? Модный щеголь с острова Зари? Да будь он трижды их лучшим другом детства, но Бьодон не мог ему позволить разрушить счастье сихита Кьюмеса и родной малышки.
И все это Бьодон выпалил Фарингару, не сходя с места. И говорил он до того сурово и твёрдо, что сам от себя не ожидал, да и Фарри как-то странно при этом на него смотрел. Не было в его взгляде чего-то вроде «ну я же люблю её, как ты можешь так говорить?» или «Ты ж меня совсем не знаешь, а вдруг я лучше для твоей сестры?». Ничего подобного не было!
Во-первых, Бьодон видел явное облегчение, словно Фарри думал «О, так жениться может и не придется!», а во-вторых, было что-то ещё... Что-то такое опасное, чего Бьодон не сумел понять, но не собирался откладывать это в долгий ящик. Прямо спросил, потребовал ответа. И Фарри заметно смутился, потупив взгляд, словно ничего такого он не думал, и ничего не замышлял, и ответ дал такой, что спорить с ним дальше стало сложно:
- Я просто не ожидал, что ты будешь так возражать... А ещё я думал, ты будешь мне настолько рад, что первым делом мы пойдём поедим, я ж голодный... С дороги же... А ты орёшь на меня уже минут семь. Я не думал, что наша встреча будет вот такой...
- Прости... - подобрел Бьодон. - Просто моя сестрёнка очень важный для меня человек. Пойми это. Её счастье для меня все. И её счастье не ты. Забудь все, что было в детстве. Сейчас она совсем другая. Может, тебя и не вспомнит.
- Она меня, похоже, и не помнит. Мы когда на коридоре встретились, я попытался её остановить, но она даже не взглянула на меня, а рядом с ней ещё женщина в чёрном шла, чуть руку мне не сломала, за то что я хотел дотронуться до плечика Йорис.
- О, это Мавен. Её защитница. Не суйся без спроса, - засмеялся Бьодон. - Ладно... Оставим это все пока. Пойдём, поедим. Я тебе лучшую ресторацию столицы покажу!
- И бордель? - надеждой спросил Фарри.
- И этот человек лезет к моей сестре... – закатил глаза Бьодон.
- А что? Я ж сказал, что я тоже не агнец... И я с дороги! Ты знаешь, сколько от острова Зари до Простора добираться? - обиженно выдал Фарри.
- Не знаю, - засмеялся Бьодон. - Но мысль о борделе верная вообще-то. Пошли! Отметим твоё возвращение на родину.
- Наконец слова, которые я хотел услышать! - чуть ли не запрыгал от радости Фарингар.
С другом детства Бьодон веселился от души, но о сестре не забыл, поэтому много не пил, не забывая даже о своём желании вести трезвый образ жизни. Пару стаканчиков, которые он себе позволил, выветрились из его головы практически сразу же, как он вышел на улицу в поздний час и холодный весенний ветер укутал его с головы до ног. Днем было так тепло, солнечно, а под вечер снова холодно, да так сильно, словно зима решила наплевать на всё и вернуть земли в свои объятья. Бр...
Пешком, не смотря на холод, ему хотелось прогуляться, Бьодон отправился к дому сихита Кьюмеса и узнал, что оказывается, его сестра здесь не живёт. Несколько недель уже не появляется. В замок, в его бывшие покои перебралась. И Мавен, Катарина и Мейли Лан переехали следом. Но почему ему никто не сказал об этом раньше? Да и зачем Йорис покидать резиденцию жениха? Разве не понимает, что подрывает авторитет сихита Кьюмеса подобным решением? Да о чем вообще она думает?!
До замка добрался на наемном транспорте, благо еще ездили в такой поздний час. Внутрь замка прошёл легко – все-таки бывшего королевского доктора каждая собака тут знала. Да и охрана ж не может не знать, что здесь его сестра теперь живёт. Бьодон как раз нашёл её в своих бывших покоях, как минимум Мавен маячившая в коридоре сказала, что она внутри, но дверь Йорис заперла и открывать не хотела.
- А ты где спишь? - спросил у защитницы Бьодон.
- На этаже для прислуги. Но это очень далеко, мне не нравится, я боюсь за неё...
- Иди спать, - добродушно разрешил Бьодон. - Сегодня я подежурю с сестрой. Не переживай ни о чем.
- Но как вы войдете?
Бьодон достал из кармана связку ключей. Он так и не отдал свой дубликат от двери комнаты. От кабинета отдал, а от комнаты - нет. Как знал, что пригодится.
Мавен хотела нырнуть в комнату вслед за ним, но Бьодон её остановил. Отправил снова спать и запер дверь. Если сестрёнке не хочется общения с близкими подругами значить это может только одно - не хочется. И лишняя их опека будет сейчас только в тягость. Бьодон же опекать не собирался. Ему хотелось накричать на сестру, но это оказалось не так просто, ведь в комнате её нет, постель разобрана, но пуста, в ванной её тоже нет... И как холодно здесь. Камин совсем не грел. Откуда так дует?
Бьодон увидел, что дверь на балкон открыта и его прошиб холодный пот. Осторожно он вышел на лоджию, до жути боясь увидеть что-то очень страшное, и... Увидел Йорис укутанную в покрывало с чашечкой чего-то темного в руках. Она смотрела на панораму сада... И мыслями была очень далеко. Она сидела на скамейке и не слышала, как он вошёл в ее комнату, но едва ли Бьодон вошел на балкон - услышала его, когда он сделал шаг вперёд.
- Бьодон... - первым делом попыталась убрать чашечку, но её повело в сторону, от чего сразу стало ясно - не остывший чай она пила...
Далеко не чай. Но и не была Йорис настолько пьяненькой, чтоб не суметь говорить связно и твёрдо. Наверное, только пришла сюда...
- Мавен достала, да? От неё сбежала? - сев рядом с ней на скамейке, спросил Бьодон.
- Да... И Катарина... И эта её тощая дура тоже... Люблю их, конечно, но смотреть на них не могу... - честно призналась Йорис. - Они тебя позвали, да?
- Я сам пришёл, - Бьодон обнял её за плечи и прижал к своей груди. - Ты зачем сюда переехала?
- Его Величество дал приказ не спускать глаз с его жены перед своим уездом. Отсюда это проще... Да и не могу я жить в доме Шейна без самого Шейна...
- Это как понять?
Йорис замолчала. Словно месячную норму по сказанным словам выполнила и снова можно молчать... Но нет. Подобное его не устраивало. И чтоб разговорить сестрёнку Бьодон и ей вина подлил, и сам за компанию выпил прямо из бутылки, которую нашёл за скамейкой.
От выпитого Йорис захмелела вновь и язык развязался. Без особого желания Йорис рассказала, что случилось в поместье Златолист из-за вездесущей сюл'акрийки. Йорис рассказала, как защищала внешность Шейна, как ругала дурацкое соревнование братьев - вот тут Бьодон возмутился на сестру, потому вовсе не дурацкое соревнование! Бьодон побеждал в нем ровно столько, сколько участвовал, и это всегда очень круто побеждать! - и так же Йорис поведала, как сильно ей хотелось придушить Мейли Лан. И до сих пор хочется. А Шейн все это время стоял под дверью и подслушивал.
Йорис говорила особенно последнее с таким возмущением, словно сихит Кьюмес виновен в чем-то очень страшном, но Бьодон не понимал, в чем именно сестра пытается его винить. Ну подслушивал. Ну и что? Разве это важно?
Оказалось, важно. Потому что Йорис обиделась. И если первые пять минут после того, как Шейн её увел, была тише мышки, то потом...
- Прости, я ослышался? - разругался Бьодон. - Скажи, что ослышался!
- Нет... - твёрдо заявила Йорис, явно ни на минуту не сомневаюсь в правильности своих решений. - Я его бросила в ту ночь...
- Да ты... Ты... Ты вообще в своём уме?! За что?! Из-за Мейли Лан?! Всего лишь?!
- С тех пор как мы помирились, он наплевательски отнёсся к угрозе моей жизни; он постоянно командовал и запрещал мне все подряд; он требовал, чтобы я снова надевала его этот дурацкий деревянный браслет; он не выгнал Мейли Лан сразу же, как только я его попросила об этом; он вообще зачем-то её нанял, хотя я просила, я умоляла его не делать этого; он ходил зачем-то в бордель с тобой и заставил меня пережить снова худший из моих кошмаров; и напоследок он поверил в слова чужого человека и решил, что недостаточно привлекателен для меня. Как будто я б смогла пылать в его объятьях, если б это было не правдой?! Он знает меня как никто другой на свете, даже лучше чем ты, и верит обо мне в какие-то гадости?! Я не могла этого стерпеть, Бьодон! Это была последняя капля! Целый месяц со дня нашего перемирия, видит Бог, я старалась не обращать внимания на все неприятности. Я старалась, Бьодон! Я молчала и закрывала глаза, говоря себе, что люблю его, что это все не важно, что... Да как я только себя не убеждала! Но я так больше не могу... Не могла... - Йорис растерянно проводила глазами, словно забыла, куда и зачем ей нужно смотреть и заговорила вновь она, глядя в пустоту... - а утром, когда, мы встретились вновь... Шейн ожидал, что я извинюсь и заберу свои слова обратно о нашем расставании... А меня так разозлило эта его уверенность... Если я и была готова к примирению, то он одним лишь взглядом отбил у меня все желание мириться. И я сказала, что ради его репутации, пока мы не вернёмся обратно в столицу, я согласна делать вид, будто мы с ним ещё пара... А он высокомерно бросил, чтоб я не утруждалась...
- А что ещё ты хотела услышать? - зло бросил Бьодон. - Я б то же самое сказал!
- То же самое?! - обиделась Йорис. - Почему?! Как можно быть таким жестоким?!
- Это не жестокость! Это гордость, которую ты задела, ты унизила, и продолжаешь унижать! Я б мог и похуже что ляпнуть. Да, да, и не смотри на меня так!
- Но...
- Без но! - резко оборвал её Бьодон. - Ты с чего это решила будто вся такая идеальная, а? В тебе надменности, пафоса и высокомерия больше чем во всех людях, которых я только знаю!
- Что?!
- А то! Ты бесстыжая, наглая, избалованная, капризная! Не умеешь ценить все, чем ради тебя жертвуют! Тебе всегда и всего мало! Привыкла быть в центре внимания, хотя ты вообще этого даже не заслуживаешь!
- Бьодон! - всхлипнула Йорис. - Прекрати! За что ты так со мной?!
- Потому что ты дрянь неблагодарная! - припечатал её Бьодон, вскочив на ноги, а она разрыдалась от его суровых слов, но он не собирался на этом заканчивать, о, нет, он продолжил говорить все с той же злостью. - Я просто недоумеваю, что сихит Шейн в тебе нашёл. Была б ещё внешность ничего, так и здесь же мимо! Мелкая, страшненькая, доска доской с каких сторон не посмотреть! Ну взглянуть же вообще не на что! А гонора-то сколько, а?! Её, видите ли, обидели! А скольких людей на пустом месте обидела ты, а?!
- Уходи! - запустила Йорис в него чашку, которую все ещё держала в руках. Остатки вина она выплеснула ему в лицо, но Бьодон не собирался уходить.
- Не тебе командовать! Уйду, когда закончу с тобой!
