- Именно он, - согласилась я. – Вся магия замешана на сексе, точнее, на оргазме. Чёрная больше, белая меньше, хотя я очень плохо знаю белую магию, может, в ней есть разделы с жёстким развратом. Но если ты считаешь, что раз я чёрная магичка, то непременно грязная развратница…
- То что?
- То ты абсолютно права. Вспомни твой ритуал принятия Тьмы. Чем твои действия отличались от разврата?
- Не будем об этом, - содрогнулась девчонка. – А с кем вы ищите секс?
- С майором Френсисом. Но для начала неплохо было бы найти самого майора, потому как секс с ним без него – это самоудовлетворение, которое богиня Тьма карает чёрных магов отправкой в Чертоги. Обидно, знаешь ли – простолюдины и белые маги спокойно дрючат сами себя, а такие, как я, вынуждены терпеть воздержание.
- Ничего не поняла.
- Наверно, это к лучшему. Разболталась я с тобой о том, о чём лучше молчать.
Какой-то мальчишка с белой аурой пригласил на танец Нелли, та немного растерялась, но быстро справилась с волнением и пошла с ним танцевать. Когда музыка смолкла, они вдвоём пошли к какому-то столику, он что-то шептал Нелли на ушко, а она весело улыбалась. Я вызвала по шару Илону и сообщила ей, что её племянницу с неясными намерениями уводит незнакомый оный белый маг, и я не собираюсь держать для этой пары факел. Илона ответила, что этого мальчишку она знает, и вообще присмотрит за Нелли сама. Они трое, включая Эдварда, планируют танцевать до утра. Нелли мне о таких своих планах ничего не говорила, но спорить с Илоной я не собиралась.
- Позвольте пригласить прекрасную леди на тур танго, - заговорил со мной непонятно откуда взявшийся Френсис. – Прости мне, пожалуйста, опоздание – пришлось срочно расследовать убийство одного местного аристократа.
- Убийцу нашёл?
- Да. Не я сам – мои сыщики, но кроме меня, мало кто мог бы удержать подозреваемых от немедленной поездки на бал, а какое может быть следствие на балу? Если тебе интересно, это была дуэль.
- Неинтересно, Френк. Пошли танцевать, ты же меня приглашал.
Всех аристократов учат танцам, не обошла участь сия и меня. Правда, я почти всё забыла – на войне в ходу совсем другие па, но ведь в танце ведёт мужчина, так что мне остаётся только следовать за ним. Я и следовала. Танго традиционно завершается поцелуем танцоров, но Френсис умудрился сотворить целых три поцелуя, причём все они не противоречили мелодии. При этом он хватал меня за сиськи, весьма нежно и приятно, но ведь там у меня кобра!
- Пусть лапает, - снисходительно разрешила Снейк. – Я готова безропотно терпеть всё, что нравится моей сеньоре.
Когда я исполняла па с задиранием ноги выше головы, моё короткое платье и отсутствие нижнего белья, которое я люто ненавижу, открывали зрителям не только ноги, но и то, что между ними, и никто не возмущался. Но, наконец, музыка смолкла, Френсис в знак благодарности поклонился, а я изобразила не самый изящный реверанс.
- Мне тоже понравилось, - сообщила Снейк.
- Я бы с удовольствием потанцевал с тобой ещё, - сказал Френсис. – Но я уже далеко не тот, что в молодости, мне нужно немного передохнуть, восстановить дыхалку.
- Мне тоже, - согласилась я. – Но меня мучает не дыхалка, а каблуки. Давно на таких высоких не ходила, тем более, не танцевала.
- Хочешь присесть?
- Предпочла бы прилечь. Знаешь в замке какую-нибудь конуру, где нас никто не побеспокоит?
- Знаю. Апартаменты командира стражи.
В его спальне я первым делом сбросила босоножки, каблуки действительно здорово мешали наслаждаться жизнью. Снейк спрыгнула с меня и свернулась в клубок в углу. Френсис показал мне штырь заземления возле кровати и рассказал, что он нужен, когда у мага или магички переполняется резерв, и через штырь можно сбросить излишек магии в землю. Меня это не интересовало – переполнить мой огромный резерв ещё никому не удавалось. Крайняя мысль, которую я запомнила, была о том, что я правильно решила не надевать на бал чулки.
Проснулась я от громкого шипения, и первым делом обругала за это Снейк, отметив про себя, что в последнее время часто приходится её ругать. А что делать, когда она мне волосы обильно заплевала ядом?
- Дура ты! – откликнулась кобра. – Это вовсе не я шипела!
- А кто? Тут есть другие змеи?
- Вот же дура!
- Повторяешься, Снейк. Ты только что мне об этом сказала.
- На клитор свой глянь! Или на соски!
Глянула. По клитору змеились крохотные молнии, по соскам тоже. Судя по ощущениям, они вот-вот забегают по носу и пальцам рук и ног, но пока не забегали. Глянула и на Френка, и ужаснулась – он безмятежно спал, а его хер прожёг простыню, которой он укрывался. В дыре торчал хер, украшенный на конце крохотными подвижными молниями, а горящая простыня заполняла спальню вонючим дымом. Смотрелось, безусловно, красиво, но если огонь разгорится по-настоящему, будет весьма неприятно. И никакой воды в заметных количествах, чтобы применить мою стихию.
- Френк! – истошно завопила я.
- Ещё хочешь? – осведомился он, не открывая глаз. – Лапочка ты моя ненасытная! А накурила-то как! Дышать нечем.
- Болван! – возопила я ещё истошнее. – Пожар!
Френк соизволил разлепить глаза, быстро оценил обстановку и невнятно выругался.
- Глазки прижмурь, - приказал он. – У нас обоих переполнены резервы. Их нужно срочно стравить, а то быть беде. Кидай срочно молнию в громоотвод!
Едва я ударила по штырю молнией, все эти безобразия, творящиеся на выступающих частях моего тела, немедленно прекратились, если не считать лёгкого жжения на клиторе, да и оно могло иметь причину, не связанную с маленькими молниями. Френк тем временем затоптал босыми ногами не то тлеющую, не то горящую простыню, вызвал горничную-простолюдинку и приказал ей сменить постельное бельё. Горничная, симпатичная женщина за пятьдесят, отнеслась безразлично ко всему – и к нашим обнажённым телам, и к костру из простыни, быстро навела порядок и исчезла.
- В этом деле куда удобнее простолюдинки, - высказался Френк. – С ними почти никогда не бывает переполнения резерва.
- Именно поэтому ты установил возле кровати громоотвод, - хмыкнула я.
- Простолюдинки удобнее, но магичка с огромным резервом – это… м-м-м… - изображая восторг, он закатил глаза. – Алла, ты прелесть!
Снейк в своём углу вытянулась вверх, развернув капюшон, оскалилась и громко зашипела, а потом резко бросилась на меня – запрыгнула на кровать, а оттуда – мне на плечи, обвив шею.
- Хватит тебе трахаться, - недовольно заявила она. – Ну, как дети! Потом опять будешь стравливать магию из резерва?
Пока она всё это проделывала, а её внимательно не рассматривала, зато сейчас отлично почувствовала на ней уплотнение возле самой головы.
- Кого ты ещё сожрала? – поинтересовалась я. – Огромную крысу?
- Двух самых обычных крыс. Позор какой-то: в комнате, где трахается командир стражи, крысы гуляют, как у себя дома! Точнее, гуляли, пока я ими не поужинала.
- Френк, две здешние крысы случайно не были твоими домашними любимцами?
- А что с ними сталось? – спросил он.
- Их кто-то съел. Тебя это огорчает?
- Алла, тут этих крыс до хера, как ты сама выражаешься, - ответил Френк. – Если не миллионы, так тысячи! Мажордом замка не может с ними справиться, и ты кобру свою предупреди – она крута против одной крысы, может, крута и против десятка, но когда их сотня, они её сожрут и не подавятся. Хорошо хоть, пока ни на людей, ни на магов не нападают.
Крыс я не боюсь, я не из тех леди, которые визжат от того, что они где-то рядом. Так что вместо визга я погладила Снейк по голове и сказала ей, что она молодец, всё сделала правильно. Кобра в ответ сделала вид, что кусает меня за палец, Френк ахнул, а я ничего, давно привыкла. Пока мы с ней обменивались нежностями, иногда именуемыми телячьими, кто-то вдруг начал колупаться в дверном замке, и тот вскоре щёлкнул. Молнии в помещении не работают, удары в громоотвод не в счёт, так что я создала два файербола и, само собой, срочно сформировала круговой щит – с переполненным резервом экономить незачем.
- Алла, это свой, - предупредил Френк. – Хотя с такими своими чужие без надобности.
Дверь распахнулась, и в комнату влетел здоровенный пёс Тьмы. Он встал на задние лапы и набросился на Френка, облизав ему лицо. Потом повернулся ко мне и облизал Снейк, которая отреагировала на него словами «фу, слюнявый!». Когда очередь дошла до меня, мне пришлось убрать и заготовленные файерболы, и щит, и довольный пёс радостно принялся облизывать и покусывать мой левый сосок.
- Пиф, фу! Ко мне! – заорал вломившийся в комнату вслед за псом какой-то мальчишка лет пятнадцати с довольно густой чёрной аурой.
Пиф очень неохотно оставил в покое мои сиськи и сел у ног мальчишки, вывалив в сторону язык и часто дыша. Френк тем временем быстро напяливал на себя мундир. Я не пожелала оставаться единственной голой в комнате и надела платье. Оно слегка помялось, но выбора у меня не было. Уже одетая, я села в одно из кресел и зажгла самокрутку. Снейк тут же залезла ко мне за пазуху.
- В платье ты смотришься лучше. Обувь тоже твоя? – поинтересовался у меня гость.
- А ты подумай, - посоветовала я. – Кто из нас – я или майор Френсис, носит босоножки на каблуках. Если у тебя было бы хоть чуточку мозгов, ты бы непременно сразу догадался.
- Ты шлюха. А кто я такой, знаешь?
- Конечно. Ты мерзкий тупой сопляк.
- Это юный лорд Гарольд, - вмешался в нашу дружескую беседу Френк. – Наследник милорда и мой внучатый племянник.
- Не думаю, что у меня возникнет необходимость произносить имя этого щенка. Вот Пиф – другое дело. Он щенок что надо.
Пиф, услышав своё имя, сорвался с места, запрыгнул ко мне на колени и вновь начал меня облизывать. Я попыталась отстранить собаку, но силёнок, чтобы быстро справиться с полудемоном голыми руками, у меня не хватало, а применять магию не хотелось. Впрочем, пёс был настроен весьма дружелюбно, и насиловать меня, как мишка «любил» Нелли, Пиф даже не пытался, и вскоре оставил меня в покое.
Пока я разбиралась с избыточно дружелюбной собакой Тьмы, наследник местного лорда яростно ругался с командиром стражи того же лорда. Разъярённый Френк требовал объяснений, какого хера Гарольд вломился в спальню своего дяди, или кем там ему приходится Френк, открыв замок отмычкой. Гарольд в ответ нёс какую-то лютую херню о том, что горничная увидела в спальне следы пожара и уведомила об этом стражников дворца. Но стражники побоялись ломать дверь и без приглашения врываться в апартаменты своего командира, а вот он, великий и бесстрашный лорд Гарольд, ничего не боится и потому взял эту миссию на себя.
Воспользовавшись тем, что я на время стала никому не интересна, встала с кресла и быстренько пристроила шар в карман платья, нацепила пояс со шпагой и потайные ножны с кинжалом на левую ляжку. Увы, сопляк это заметил и высказался на тему вооружённых шлюх и влияния шпаги на цену сексуальных услуг. Достал, короче.
- Цапнуть его? – предложила Снейк.
- Не нужно, - отказалась я. – Сама справлюсь. Но будь готова подключиться, если у меня что-то пойдёт не так.
- Всегда готова! – кобра изобразила демонический хохот, или, точнее, полудемонический.
- Френк, этот сопляк никогда не трахал леди, не так ли? – невинно поинтересовалась я.
- Как ты узнала? – изумился сопляк.
- Интуиция. А шпага у меня на поясе, потому что частенько сталью отправить в Чертоги проще и быстрее, чем магией.
- И многих ты туда отправила?
- Достаточно. Ещё пару дней назад я была офицером, лейтенантом рейдового отряда.
- И войну ты проиграла, потому что дура!
- Да, я воевала за проигравшую сторону. А теперь заткнись, не мешай мне гладить собаку. У меня, волей Судьбы, никогда фамильяра-собаки не было.
Сопляк молча на меня посмотрел и так ничего и не ответил, вернувшись к заведомо безрезультатным препирательствам с Френком. От обсуждения вторжения сопляка в чужую спальню они уже перешли к обмену оскорблениями, которые становились всё более грязными. В нормальном случае это непременно перешло бы в потасовку с перспективой отправки одного из них в Чертоги, но раз сопляк наследник лорда, Френк наверняка пощадит родича, всё закончится примерно ничем.
Каких-то новых для меня ругательств они не употребляли, так что слушать это мне было скучно, да и Пиф требовал, чтобы я его чухала, не отвлекаясь на постороннюю ерунду. Он подставлял мне то уши, то шею, то живот, время от времени повизгивая от удовольствия. Снейк меня успокоила, заявив, что ничуть не ревнует, и этот пёс Тьмы ей весьма симпатичен. Если бы она ещё и меня не доставала, было бы совсем хорошо. Но увы.
- Опять куришь, - недовольно прошипела она. – Только что же курила!
- Иди в жопу, - посоветовала я.
- В твою? Доиграешься, что как-нибудь туда и залезу. И не думаю, что тебе это понравится!
Придумать толковый ответ я не успела. Задребезжал чей-то шар, как тут же выяснилось, шар Френка, прервав его дискуссию с племянником, а мою – с фамильяром. В комнате возник образ Илоны, и выглядела она жутко – оба глаза украшали синяки, называемые в народе фингалами, один из них распух настолько, что не открывался, а из разбитых вдребезги губ струилась кровь.
- Похитили Нелли, - сдавленным голосом, почти неразборчиво произнесла она. – Меня и Эдварда жестоко избили.
- Это те, что я видел перед балом? – предположил майор.
- Да, наверно, это были инквизиторы, но поклясться я не могу. Мы не видели их лиц, они все пятеро были в масках. Тот, что увёз девочку, был верхом на коне Тьмы.
- С ними был всадник на коне Тьмы?
- Да. Он ими командовал.
- Вы не догадываетесь, куда увезли юную леди?
- Бернар, если он действительно Бернар, сказал, что упрячет малолетнюю шлюху себе в карман. Сказал так, будто это что-то неимоверно остроумное, и долго над своими же словами смеялся.
Одновременно с этим разговором Френк что-то отстукал семафорным кодом, и я увидела, как стражники дежурного подразделения по тревоге вскочили на коней и куда-то поскакали. Френк тоже куда-то побежал, на ходу извиняясь передо мной, что «так получилось». Звук его шагов ещё не успел затихнуть, когда задребезжал уже мой хрустальный шар. Вызов от Илоны. Как я и ожидала, она попросила меня найти и вернуть Нелли, и при этом плакала, хоть и не навзрыд. Похоже, изничтожение девчонки ломает планы не только мне, но и ей. Я ответила ей, что дело безнадёжное – неизвестно, где искать несчастную, я даже не представляю, где искать карман, куда инквизитор собрался её засовывать, так что я и браться за это не буду.
- Я неприятно удивлена, думала, что вы хорошо относитесь к Нелли, - с горечью сказала Илона. – А вы отказываетесь даже попытаться спасти её от этого жуткого ритуала.
- Я тоже неприятно удивлена, узнав, что трое магов с солидными резервами не смогли или не захотели справиться с одним магом и четырьмя простолюдинами.
- Но что мы могли сделать? Они все были с арбалетами! А мы вовсе не такие сильные боевые маги, как вы.
Говорить больше было не о чем, так что я прервала связь, а выругалась уже потом. Да, удар Судьбы, крах всех планов. Вот, спрашивается, нужен мне был этот бал? Не пошла бы на него, и, наверно, уберегла бы Нелли от ритуала с сексом и одновременно свежеванием, боевой отряд здешней Инквизиции – это точно шантрапа, а не военная единица, уверена, я бы с ними справилась.
- То что?
- То ты абсолютно права. Вспомни твой ритуал принятия Тьмы. Чем твои действия отличались от разврата?
- Не будем об этом, - содрогнулась девчонка. – А с кем вы ищите секс?
- С майором Френсисом. Но для начала неплохо было бы найти самого майора, потому как секс с ним без него – это самоудовлетворение, которое богиня Тьма карает чёрных магов отправкой в Чертоги. Обидно, знаешь ли – простолюдины и белые маги спокойно дрючат сами себя, а такие, как я, вынуждены терпеть воздержание.
- Ничего не поняла.
- Наверно, это к лучшему. Разболталась я с тобой о том, о чём лучше молчать.
Какой-то мальчишка с белой аурой пригласил на танец Нелли, та немного растерялась, но быстро справилась с волнением и пошла с ним танцевать. Когда музыка смолкла, они вдвоём пошли к какому-то столику, он что-то шептал Нелли на ушко, а она весело улыбалась. Я вызвала по шару Илону и сообщила ей, что её племянницу с неясными намерениями уводит незнакомый оный белый маг, и я не собираюсь держать для этой пары факел. Илона ответила, что этого мальчишку она знает, и вообще присмотрит за Нелли сама. Они трое, включая Эдварда, планируют танцевать до утра. Нелли мне о таких своих планах ничего не говорила, но спорить с Илоной я не собиралась.
- Позвольте пригласить прекрасную леди на тур танго, - заговорил со мной непонятно откуда взявшийся Френсис. – Прости мне, пожалуйста, опоздание – пришлось срочно расследовать убийство одного местного аристократа.
- Убийцу нашёл?
- Да. Не я сам – мои сыщики, но кроме меня, мало кто мог бы удержать подозреваемых от немедленной поездки на бал, а какое может быть следствие на балу? Если тебе интересно, это была дуэль.
- Неинтересно, Френк. Пошли танцевать, ты же меня приглашал.
Всех аристократов учат танцам, не обошла участь сия и меня. Правда, я почти всё забыла – на войне в ходу совсем другие па, но ведь в танце ведёт мужчина, так что мне остаётся только следовать за ним. Я и следовала. Танго традиционно завершается поцелуем танцоров, но Френсис умудрился сотворить целых три поцелуя, причём все они не противоречили мелодии. При этом он хватал меня за сиськи, весьма нежно и приятно, но ведь там у меня кобра!
- Пусть лапает, - снисходительно разрешила Снейк. – Я готова безропотно терпеть всё, что нравится моей сеньоре.
Когда я исполняла па с задиранием ноги выше головы, моё короткое платье и отсутствие нижнего белья, которое я люто ненавижу, открывали зрителям не только ноги, но и то, что между ними, и никто не возмущался. Но, наконец, музыка смолкла, Френсис в знак благодарности поклонился, а я изобразила не самый изящный реверанс.
- Мне тоже понравилось, - сообщила Снейк.
- Я бы с удовольствием потанцевал с тобой ещё, - сказал Френсис. – Но я уже далеко не тот, что в молодости, мне нужно немного передохнуть, восстановить дыхалку.
- Мне тоже, - согласилась я. – Но меня мучает не дыхалка, а каблуки. Давно на таких высоких не ходила, тем более, не танцевала.
- Хочешь присесть?
- Предпочла бы прилечь. Знаешь в замке какую-нибудь конуру, где нас никто не побеспокоит?
- Знаю. Апартаменты командира стражи.
В его спальне я первым делом сбросила босоножки, каблуки действительно здорово мешали наслаждаться жизнью. Снейк спрыгнула с меня и свернулась в клубок в углу. Френсис показал мне штырь заземления возле кровати и рассказал, что он нужен, когда у мага или магички переполняется резерв, и через штырь можно сбросить излишек магии в землю. Меня это не интересовало – переполнить мой огромный резерв ещё никому не удавалось. Крайняя мысль, которую я запомнила, была о том, что я правильно решила не надевать на бал чулки.
***
Проснулась я от громкого шипения, и первым делом обругала за это Снейк, отметив про себя, что в последнее время часто приходится её ругать. А что делать, когда она мне волосы обильно заплевала ядом?
- Дура ты! – откликнулась кобра. – Это вовсе не я шипела!
- А кто? Тут есть другие змеи?
- Вот же дура!
- Повторяешься, Снейк. Ты только что мне об этом сказала.
- На клитор свой глянь! Или на соски!
Глянула. По клитору змеились крохотные молнии, по соскам тоже. Судя по ощущениям, они вот-вот забегают по носу и пальцам рук и ног, но пока не забегали. Глянула и на Френка, и ужаснулась – он безмятежно спал, а его хер прожёг простыню, которой он укрывался. В дыре торчал хер, украшенный на конце крохотными подвижными молниями, а горящая простыня заполняла спальню вонючим дымом. Смотрелось, безусловно, красиво, но если огонь разгорится по-настоящему, будет весьма неприятно. И никакой воды в заметных количествах, чтобы применить мою стихию.
- Френк! – истошно завопила я.
- Ещё хочешь? – осведомился он, не открывая глаз. – Лапочка ты моя ненасытная! А накурила-то как! Дышать нечем.
- Болван! – возопила я ещё истошнее. – Пожар!
Френк соизволил разлепить глаза, быстро оценил обстановку и невнятно выругался.
- Глазки прижмурь, - приказал он. – У нас обоих переполнены резервы. Их нужно срочно стравить, а то быть беде. Кидай срочно молнию в громоотвод!
Едва я ударила по штырю молнией, все эти безобразия, творящиеся на выступающих частях моего тела, немедленно прекратились, если не считать лёгкого жжения на клиторе, да и оно могло иметь причину, не связанную с маленькими молниями. Френк тем временем затоптал босыми ногами не то тлеющую, не то горящую простыню, вызвал горничную-простолюдинку и приказал ей сменить постельное бельё. Горничная, симпатичная женщина за пятьдесят, отнеслась безразлично ко всему – и к нашим обнажённым телам, и к костру из простыни, быстро навела порядок и исчезла.
- В этом деле куда удобнее простолюдинки, - высказался Френк. – С ними почти никогда не бывает переполнения резерва.
- Именно поэтому ты установил возле кровати громоотвод, - хмыкнула я.
- Простолюдинки удобнее, но магичка с огромным резервом – это… м-м-м… - изображая восторг, он закатил глаза. – Алла, ты прелесть!
Снейк в своём углу вытянулась вверх, развернув капюшон, оскалилась и громко зашипела, а потом резко бросилась на меня – запрыгнула на кровать, а оттуда – мне на плечи, обвив шею.
- Хватит тебе трахаться, - недовольно заявила она. – Ну, как дети! Потом опять будешь стравливать магию из резерва?
Пока она всё это проделывала, а её внимательно не рассматривала, зато сейчас отлично почувствовала на ней уплотнение возле самой головы.
- Кого ты ещё сожрала? – поинтересовалась я. – Огромную крысу?
- Двух самых обычных крыс. Позор какой-то: в комнате, где трахается командир стражи, крысы гуляют, как у себя дома! Точнее, гуляли, пока я ими не поужинала.
- Френк, две здешние крысы случайно не были твоими домашними любимцами?
- А что с ними сталось? – спросил он.
- Их кто-то съел. Тебя это огорчает?
- Алла, тут этих крыс до хера, как ты сама выражаешься, - ответил Френк. – Если не миллионы, так тысячи! Мажордом замка не может с ними справиться, и ты кобру свою предупреди – она крута против одной крысы, может, крута и против десятка, но когда их сотня, они её сожрут и не подавятся. Хорошо хоть, пока ни на людей, ни на магов не нападают.
Крыс я не боюсь, я не из тех леди, которые визжат от того, что они где-то рядом. Так что вместо визга я погладила Снейк по голове и сказала ей, что она молодец, всё сделала правильно. Кобра в ответ сделала вид, что кусает меня за палец, Френк ахнул, а я ничего, давно привыкла. Пока мы с ней обменивались нежностями, иногда именуемыми телячьими, кто-то вдруг начал колупаться в дверном замке, и тот вскоре щёлкнул. Молнии в помещении не работают, удары в громоотвод не в счёт, так что я создала два файербола и, само собой, срочно сформировала круговой щит – с переполненным резервом экономить незачем.
- Алла, это свой, - предупредил Френк. – Хотя с такими своими чужие без надобности.
Дверь распахнулась, и в комнату влетел здоровенный пёс Тьмы. Он встал на задние лапы и набросился на Френка, облизав ему лицо. Потом повернулся ко мне и облизал Снейк, которая отреагировала на него словами «фу, слюнявый!». Когда очередь дошла до меня, мне пришлось убрать и заготовленные файерболы, и щит, и довольный пёс радостно принялся облизывать и покусывать мой левый сосок.
- Пиф, фу! Ко мне! – заорал вломившийся в комнату вслед за псом какой-то мальчишка лет пятнадцати с довольно густой чёрной аурой.
Пиф очень неохотно оставил в покое мои сиськи и сел у ног мальчишки, вывалив в сторону язык и часто дыша. Френк тем временем быстро напяливал на себя мундир. Я не пожелала оставаться единственной голой в комнате и надела платье. Оно слегка помялось, но выбора у меня не было. Уже одетая, я села в одно из кресел и зажгла самокрутку. Снейк тут же залезла ко мне за пазуху.
- В платье ты смотришься лучше. Обувь тоже твоя? – поинтересовался у меня гость.
- А ты подумай, - посоветовала я. – Кто из нас – я или майор Френсис, носит босоножки на каблуках. Если у тебя было бы хоть чуточку мозгов, ты бы непременно сразу догадался.
- Ты шлюха. А кто я такой, знаешь?
- Конечно. Ты мерзкий тупой сопляк.
- Это юный лорд Гарольд, - вмешался в нашу дружескую беседу Френк. – Наследник милорда и мой внучатый племянник.
- Не думаю, что у меня возникнет необходимость произносить имя этого щенка. Вот Пиф – другое дело. Он щенок что надо.
Пиф, услышав своё имя, сорвался с места, запрыгнул ко мне на колени и вновь начал меня облизывать. Я попыталась отстранить собаку, но силёнок, чтобы быстро справиться с полудемоном голыми руками, у меня не хватало, а применять магию не хотелось. Впрочем, пёс был настроен весьма дружелюбно, и насиловать меня, как мишка «любил» Нелли, Пиф даже не пытался, и вскоре оставил меня в покое.
Пока я разбиралась с избыточно дружелюбной собакой Тьмы, наследник местного лорда яростно ругался с командиром стражи того же лорда. Разъярённый Френк требовал объяснений, какого хера Гарольд вломился в спальню своего дяди, или кем там ему приходится Френк, открыв замок отмычкой. Гарольд в ответ нёс какую-то лютую херню о том, что горничная увидела в спальне следы пожара и уведомила об этом стражников дворца. Но стражники побоялись ломать дверь и без приглашения врываться в апартаменты своего командира, а вот он, великий и бесстрашный лорд Гарольд, ничего не боится и потому взял эту миссию на себя.
Воспользовавшись тем, что я на время стала никому не интересна, встала с кресла и быстренько пристроила шар в карман платья, нацепила пояс со шпагой и потайные ножны с кинжалом на левую ляжку. Увы, сопляк это заметил и высказался на тему вооружённых шлюх и влияния шпаги на цену сексуальных услуг. Достал, короче.
- Цапнуть его? – предложила Снейк.
- Не нужно, - отказалась я. – Сама справлюсь. Но будь готова подключиться, если у меня что-то пойдёт не так.
- Всегда готова! – кобра изобразила демонический хохот, или, точнее, полудемонический.
- Френк, этот сопляк никогда не трахал леди, не так ли? – невинно поинтересовалась я.
- Как ты узнала? – изумился сопляк.
- Интуиция. А шпага у меня на поясе, потому что частенько сталью отправить в Чертоги проще и быстрее, чем магией.
- И многих ты туда отправила?
- Достаточно. Ещё пару дней назад я была офицером, лейтенантом рейдового отряда.
- И войну ты проиграла, потому что дура!
- Да, я воевала за проигравшую сторону. А теперь заткнись, не мешай мне гладить собаку. У меня, волей Судьбы, никогда фамильяра-собаки не было.
Сопляк молча на меня посмотрел и так ничего и не ответил, вернувшись к заведомо безрезультатным препирательствам с Френком. От обсуждения вторжения сопляка в чужую спальню они уже перешли к обмену оскорблениями, которые становились всё более грязными. В нормальном случае это непременно перешло бы в потасовку с перспективой отправки одного из них в Чертоги, но раз сопляк наследник лорда, Френк наверняка пощадит родича, всё закончится примерно ничем.
Каких-то новых для меня ругательств они не употребляли, так что слушать это мне было скучно, да и Пиф требовал, чтобы я его чухала, не отвлекаясь на постороннюю ерунду. Он подставлял мне то уши, то шею, то живот, время от времени повизгивая от удовольствия. Снейк меня успокоила, заявив, что ничуть не ревнует, и этот пёс Тьмы ей весьма симпатичен. Если бы она ещё и меня не доставала, было бы совсем хорошо. Но увы.
- Опять куришь, - недовольно прошипела она. – Только что же курила!
- Иди в жопу, - посоветовала я.
- В твою? Доиграешься, что как-нибудь туда и залезу. И не думаю, что тебе это понравится!
Придумать толковый ответ я не успела. Задребезжал чей-то шар, как тут же выяснилось, шар Френка, прервав его дискуссию с племянником, а мою – с фамильяром. В комнате возник образ Илоны, и выглядела она жутко – оба глаза украшали синяки, называемые в народе фингалами, один из них распух настолько, что не открывался, а из разбитых вдребезги губ струилась кровь.
- Похитили Нелли, - сдавленным голосом, почти неразборчиво произнесла она. – Меня и Эдварда жестоко избили.
- Это те, что я видел перед балом? – предположил майор.
- Да, наверно, это были инквизиторы, но поклясться я не могу. Мы не видели их лиц, они все пятеро были в масках. Тот, что увёз девочку, был верхом на коне Тьмы.
- С ними был всадник на коне Тьмы?
- Да. Он ими командовал.
- Вы не догадываетесь, куда увезли юную леди?
- Бернар, если он действительно Бернар, сказал, что упрячет малолетнюю шлюху себе в карман. Сказал так, будто это что-то неимоверно остроумное, и долго над своими же словами смеялся.
Одновременно с этим разговором Френк что-то отстукал семафорным кодом, и я увидела, как стражники дежурного подразделения по тревоге вскочили на коней и куда-то поскакали. Френк тоже куда-то побежал, на ходу извиняясь передо мной, что «так получилось». Звук его шагов ещё не успел затихнуть, когда задребезжал уже мой хрустальный шар. Вызов от Илоны. Как я и ожидала, она попросила меня найти и вернуть Нелли, и при этом плакала, хоть и не навзрыд. Похоже, изничтожение девчонки ломает планы не только мне, но и ей. Я ответила ей, что дело безнадёжное – неизвестно, где искать несчастную, я даже не представляю, где искать карман, куда инквизитор собрался её засовывать, так что я и браться за это не буду.
- Я неприятно удивлена, думала, что вы хорошо относитесь к Нелли, - с горечью сказала Илона. – А вы отказываетесь даже попытаться спасти её от этого жуткого ритуала.
- Я тоже неприятно удивлена, узнав, что трое магов с солидными резервами не смогли или не захотели справиться с одним магом и четырьмя простолюдинами.
- Но что мы могли сделать? Они все были с арбалетами! А мы вовсе не такие сильные боевые маги, как вы.
Говорить больше было не о чем, так что я прервала связь, а выругалась уже потом. Да, удар Судьбы, крах всех планов. Вот, спрашивается, нужен мне был этот бал? Не пошла бы на него, и, наверно, уберегла бы Нелли от ритуала с сексом и одновременно свежеванием, боевой отряд здешней Инквизиции – это точно шантрапа, а не военная единица, уверена, я бы с ними справилась.
